Читать книгу "Неизвестное Бородино. Молодинская битва 1572 года"

6 августа о Молодинской победе узнал и Иван Грозный. К нему в Новгород был 9 августа был доставлен Дивей мурза. (Московский государь достойно отблагодарил своего главнокомандующего – меньше, чем через год Иван Грозный придумал участие Михаила Воротынского в заговоре на царский трон, бросил его в тюрьму, лично пытал и полумертвого отправил в ссылку на Белоозеро. Отъехав с конвоем от Москвы на несколько километров, Воротынский умер от ран. Второй герой Молодинской битвы Дмитрий Иванович Хворостинин сумел уцелеть. В 1590 году Д. Флетчер писал: «Теперь главный у них муж, наиболее употребляемый в военное время, некто князь Дмитрий Иванович Хворостинин, старый и опытный воин, оказавший, как говорят, большие услуги в войнах с татарами и поляками». В том же году войсками Дмитрия Хворостинина был разгромлен двадцатитысячный шведский отряд Густава Банера.)

С дороги Девлет Гирей отправил грамоту Ивану IV, в которой попытался спасти лицо, но только подтвердил ею, что нельзя спасти то, чего нет.

Грамота Девлет Гирея Ивану Грозному, отправленная после разгрома у Молодей.

«23 августа 1572 года.

А се перевод з Девлет Киреевы царевы грамоты.

Девлет Киреево царево слово московскому князю, брату моему Ивану князю Васильевичю после поклону слово с любовью то, что преже сего о Казани и о Астрахани холопа своего Янмагмет Хозигея к тебе посылал есми. И ты, о Казани и о Асторохани молвя:

«дадим», грамоту свою прислал, а уланом моим и времянником посланные свои грамоты прислал еси: как великое царево величество, поговоря, отставите, сколько казны похочет, и яз бы то дал; молвя, писал еси к ним. А ты что так лжешь и оманываешь? Потому, оже даст бог, сею дорогою пришед самому было мне о том говорити отселева, послав человека переговорити не мочно, потому что далеко. А з ближнего места опять мочно, человека послав, переговорити, что есми со всеми своими людми пошел. И, наш приход проведав, на Оке на берегу хворостом зделали двор да около того ров копали, и на перевозе наряды и пушки еси оставив, да и рать свою оставил, а сам еси в Новгород пошел. И мы божиею милостиею и помочью, дал бог здорово. Оку перелезчи со всеми своими ратьми, что делан двор и копанные рвы твои видели и с ратью твоею наши сторожи передние, повидевся не ото многа побилися да и мусульманская рать от нас прошалася и похотели дело делати. И яз молвил, что он, холоп, по государскому своему веленью пришел, мне с ними что за дело. А нашего величества хотенье до князя их; молвя, их не ослободил; пошли тебя искати, хотели есмя стати, где б сел и животины много, хотели есмя к тебе послати, где ни буди, посла да с тобою переговорити. И сею дорогою хотели от тебя ответ прямой взята; молвя, шли были, а что твои рати назади за мною шли, – и назади у меня дети, увидев, без нашего ведома бой был, которые богатыри серпа своего не уняв, на серцо свое надеяся, немногие наши годные люди билися и двух добрых взяли де, что дети мои без нашего ведома билися; на детей своих покручинився, назад пришед твоих людей около есми облег. И которая нагайская рать со мной была, учали они говорити, что пришли есмя из нагами пять месяц и нам лежать не прибыльно и лошадем истомно; молвя, все заплакали и нужю свою нам в ведоме учинив, заплакав, на ногу пали. И мы потому, пожелеючи их, и слова их не отставили, со всеми мусульманскими ратьми и с лошадьми со всеми здорово потише поворотилися. Кто есть для нас делал на берегу двор и ров, и столко маялися, и мы тот двор ни во что покинув да перелезли, что было на перевозе твоей рати, наши люди, дело и бой учинив и погнав на силу, перелезли; что есте маялися месяцы три или четыре. Приходу нашему хотенье: с тобою поговоря, попрежнему на свою роту и о добре быта или прямой ответ от тебя взяти. Хотенье мое было: с тобою на встрече став, слова не оставив, переговорити. А рать наша прямо с твоею ратью хотели делати. И хотенье их то было, и мы не ослободили. А твоя рать, вшедчи в город, свою голову оборонили. И со страхов дети боярские и пригодные люди твои всяк о своей голове колодези де копали; толко б из городавышли, – наша бы рать, против став, билися;

хотя бив городе твоя рать стояла, обороняв свои головы; хотели наши с ними делати, и мы не отпустили, пожалели: сталося ли бы не сталося – то дело обычное, и мы рати своей не потеряли. И будет тебе та твоя рать не надобе, и нам наша рать всегда пособщик. Что твои олпауты тебе посолжют и похвастуют, и тому б еси веры не нял: что есмя их худо зделали, – и тебе ведомо будет. И ныне по прежнему нашему слову, меж нами добро и дружба быв, Казань и Асторохань дашь, – другу твоему друг буду, а недругу твоему недруг буду; от детей и до внучат межь нами в любви, быв роту и шерть учинив, нам поверишь. И мы с своими чесными князи сущего своего человека Сулешева княжого сына, холопа своего Мурат мирзу з здешними твоими послы, гораздо почтив, честно отпустим. И сын наш Адыл Гирей царевич там царь будет, тебе от него никоторого убытка и насильства не дойдет по нашему приказу; быв которые наши холопи по нашему приказу тебе и пособники будут, другу твоему друг буду, тебе много добра было б. А Казань и Асторохань наши юрты были, из наших рук взял еси; и ныне назад нам не хотите отдати; однолично мы о тех городех до смерти своей тягатися нам того у вас; не возьмем, – и нам то грешно: в книгах у нас так написано: для веры однолично голову свою положим. И только казну и куны дашь нам, – не надобе; а будет бы мы похотели для казны в дружбе быти и сколько еси по ся места ко мне кун посылал, – для бы кун яз был в дружбе с недругом троим, с королем был».

За время своего правления Девлет Гирей и его сыновья постоянно нападали на московские земли. Набеги заканчивались грабежами и уводом пленных, но территориальных захватов не произошло. В татарских и турецких исторических памятниках есть только краткие сообщения о том, что Девлет Гирей «несколько раз совершал победоносные походы против гяуров – товарищников». Так, о набеге на Москву 1571 года крымские историки пишут только, что опустошение Москвы длилось сорок дней, не указывая даже года. После Молодинской битвы Крымское ханство вынуждено было отказаться от многих своих притязаний к России.

Благодаря Молодинской победе была отменена опричнина, полностью изжившая себя – опричники при приближении татар попросту разбежались. Царь уничтожил почти всех главных опричников и запретил произносить само слово. Несмотря на войну на два фронта Россия разгромила одного из своих давних противников и отстояла свою независимость. Угроза суверенитету страны была ликвидирована. Поволжье – территория бывших Казанского и Астраханского ханств – осталось за Россией. В книге «Русская военная сила», вышедшей в Москве в 1892 году, о Молодинской битве написано: «Победою при Молодях князь Воротынский спас Москву от нового разгрома, утвердил во власти Иоанна Астрахань и Казань и надолго обеспечил южные пределы государства от вторжения хищников».

«…Бояром подлинно стало ведомо, что царь хочет русские полки обойти прямо к Москве и над Москвою промышляти. А по смете и по языком с царем и царевичи и с пашею турских и крымских и нагайских, и черкасских людей 150000 и больши, да вогненного бою было 20000 янычаней, а государевых людей было во всех полкех земских и опришных дворян и детей боярских по смотру и с людьми 50000, литвы, немец, черкас каневских 1000, казаков донских, волских, яицких, путимских 5000, стрельцов 12000, поморских городов ратных людей, пермичь, вятчан, коряковцов и иных 5000. И как царь пошел к Москве, а бояря и воеводы со всеми людьми полки пошли за ними в днище, а шли тихо. И почали бояря и воеводы думати, чтобы как царя обходити и под Москвою с ним битися. И говорит боярин воевода князь Михаиле Иванович Воротынский: «Так царю страшнее, что идем за ним в тыл, и он Москвы оберегается, а нас страшитца. А от века полки полков не уганяют. Пришлет на нас царь посылку, а мы им сильны будем, что остановимся, а пойдет всеми людьми, и полки их будут истомны, вскоре нас не столкнут, а мы станем в обозе безстрашно» И на том и положили.

А царь учал думати, что «идем к Москве, а русские полки за нами идут не малые, а татарские обычаи лакомы – пришед под Москву, станем; а люди пойдут в розгон добыватца, а те станут приходить на нас. Поворотимся ныне на русские полки и, побив тех, учнем над Москвою и над городы промышляти безстрашно, не помешает нам ничто». И на том положили. И царь стал, не доходя Похры. А русские полки стали на Молодях. А три тысячи стрельцов поставили от приходу за речкою за Рожаею, чтобы поддержати на пищалех. И царь послал нагаи 40000 на полки, а велел столкнута. И русские полки одернулись обозом. И столь прутко прилезли, которые стрельцы поставлены были за речкою, ни одному не дали выстрелить, всех побили. А полки одернулись обозом, из наряду близко не припустили. И на другой день царь пришел сам. Стал за пять верст. А послал на обоз всех людей. И со все стороны учали к обозу приступати. И полки учали, выходя из обозу, битися: большей полк, правая рука и передовой, и сторожевой, которой же полк по чину. А левая рука держала обоз. И в тот день немалу сражению бывшу, от о бою падоша многий, и вода кровию смесися. И к вечеру разыдошася полки во обоз, а татаровя в станы своя. В третий же день Дивеймурза с нагаи сказався царю похвально и рек: «Яз обоз русский возьму, и как ужаснутца и здрогнут, и мы их побием». И прилазил на обоз многажды, чтоб как как разорвать, и бог ему не попустил предати хрестиянского воинства. И он поехал около обозу с невеликими людьми разсматривать, которые места плоше, и на то б место всеми людьми, потоптав, обоз разорвати. И из обозу бояря послали сотни. И Дивей мурза своих татар стал отводити. И скачет на аргамаке, и аргамак под ним споткнулся, и он не усидел. И тут ево взяли и с аргамаков нарядна в доспехе. Первую руку наложил на него сын боярской суздалец Иван Шибаев сын Алалыкин и инии мнозии. И татаровя пошли от обозу прочь в станы. А Дивея мурзу привели к бояром, и он сказался простым татарином, и его отдали держать, как иных языков. И того же дня к вечеру был бой, и татарский напуск стал слабее прежнего, а русские люди поохрабрилися и, вылазя, билися, и на том бою татар многих побили. Да тут же взяли Ширинбака царевича и привели к бояром. И бояря стали спрашивать: «Что царево умышление?» И он им сказал: «Яз де хотя и царевич, а думы царевы не ведаю, думы де Цареве ныне вся у вас: взяли вы Дивея мурзу, тот был всему промышленник». И бояре велели сводить языки. И как привели Дивея мурзу, и царевич стал перед ним на коленках и бояром указал: «То Дивей». И сам сказался. И в полкех учала быта радость великая. А Дивей умышленье царево сказал и то говорил: «Взяли де бы вы царя, и яз бы им промыслил, а царю де мною не промыслить». А царь посылал под Москву языков добывати, и привели человека благоразумна, ему ж бог вложил совет благоизволи умерети и польза души сотворите. И начаше его спрашивать: «Где государь и кто на Москве, и нет ли прибылых людей?» И он в роспросе сказал: «Государь был в Нове городе, а ныне, собрався с новогороцкою силою и с немцы, идет к Москве. А перед государем при мне пришел боярин и воевода князь Иван Федорович Мстиславский, а с ним 40000 войска. И яз пошел, и на Москве учал быта звон великий и стрельба. И, чаю, пришел и государь. А завтра резвые люди будут в полки к бояром». А бояря велели перед зарею из большого наряду стрелять и по набатам и по накрам бить, и в трубы трубить на радости, что Дивея мурзу взяли. И царь устрашился, чает, что пришли в обоз прибылые люди, и того часа и поворотил, пошел наспех за Оку. О, судеб твоих, владыко, и милости твоея, царю небесный! Како сильнии падоша, а немощнии препоясашаяся силою, не до конца на ны прогневался, но избави нас от агарянского насилия. В первый приход оскорби, ныне же обрадова! Бояре же и воеводы и все христолюбивое воинство радостными гласы восклицающе: «Десница твоя, господи, прославися в крепости, десная ти рука, господи, сокруши враги и истерл еси, супостаты». И сию преславную победу возвестили государю царю и великому князю Ивану Васильевичи) всея Русии, сушу в Нове городе, послали, с сеунчем князя Данила Андреевича Нохтева Суздальскова да Алексея Старого. А к Москве, к митрополиту Кириллу Московскому и всея России и к боярину и воеводе ко князю Юрью Ивановичу Токмакову, сказати велели же. И бысть на Москве и по всем градам радость неизреченная, молебные пения з звоном. И с радостию друг со другом ликующе.

И как государь пришел к Москве, и бояр и воевод князя Михаила Ивановича Воротынскова с товарищи по достоянию почтил; последи же, похвалы ради людские возненавидев Воротынскова и измену возложив, свершити его повеле».

Неизвестный московский летописец XVII века, составленный в 1635–1645 годах в окружении патриарха Гермогена, из музейного собрания Российской государственной библиотеки.

Заключение

Русский историк И.И. Смирнов писал:

«Твердость проявленная Московским государством в ответ на турецкие притязания на Казань и Астрахань, удачные военные действия против крымского хана Девлет Гирея, в рядах которого, как известно, были не только ногайцы (мурза Керембердеев с 20 тысячами человек), но и 7 тысяч янычар, присланных хану великим везирем Мехмед-пашой, наконец, удачный набег донских казаков в 1572 году на Азов, когда они, воспользовавшись разорением города от взрыва порохового склада, причинили турецкому гарнизону большой ущерб, – все это несколько отрезвило султанское правительство. Кроме того, Турция после 1572 года была отвлечена борьбой, которую султану Селиму II пришлось вести в Валахии и Молдавии, а затем и в Тунисе.

Вот почему, когда в 1574 году умер Селим II, новый турецкий султан Мурад III решил отправить в Москву специального посла с извещением о смерти Селима II и своем воцарении.

Это был знак примирения, особенно приятный для России, так как предшественник Мурада III, его отец Селим II, не счел нужным известить московское правительство о своем воцарении.

Однако турецкая вежливость вовсе не означала отказа от враждебной наступательной политики.

Стратегическая задача турок состояла в том, чтобы образовать через Азов и Северный Кавказ сплошную линию своих владений, которые, начиная с Крыма, опоясывали бы с юга Русское государство. При успешном выполнении этой задачи турки могли не только пресечь всякие сношения России с Грузией и Ираном, но и держать эти страны под ударом и вечной угрозой неожиданного нападения».

Стратегическое противостояние России и Турции продолжалось еще более двух веков, но начало российских побед было положено именно в Молодинской битве, а победная российская точка в турецких делах была поставлена в войнах 1768–1774 и 1787–1791 годов «екатерининскими орлами» – Василием Михайловичем Долгоруковым, Александром Васильевичем Суворовым и, позднее, Михаилом Илларионовичем Кутузовым – за несколько лет до Бородинского сражения в битве с турецким войском под Рущуком.

Библиография

Новгородская вторая летопись. ПСРЛ, т. Ill, СПБ, 1841.

Пискаревский летописец. Материалы по истории СССР. Вып 2. Документы по истории XV–XVII веков. М, 1955.

Краткий летописец времен опричнины. Исторические записки, т. 10. М, 1940.

Разрядные книги краткой и сокращенной редакции. Древняя российская вивлиофика, ч. XIII, изд. 2. М, 1790. Синбирский сборник, т. 1. Разрядная книга. М, 1844.

Акты Московского государства. СПБ, 1890.

Акты исторические, относящиеся к России, собранные А.И. Тургеневым. СПБ, 1841.

Бескровный Л.Г. Очерки по источниковедению военной истории России. М, 1957.

Баиов А.К. Курс истории русского военного искусства. СПБ, 1909.

Масловский Д. Записки по истории военного искусства в России. СПБ, 1891.

Строков А.А. Военное искусство Руси периода феодальной раздробленности. М, 1949.

Кирпичников А.Н. Военное дело на Руси в XIII–XV веке. Л, 1976.

Штаден Г. О Москве Ивана Грозного. М, 1925.

Герберштейн С. Записки о московских делах. СПБ, 1908.

Ченслер Р. Книга о великом и могущественном царе России. СПБ, 1884.

Курбский А. Сочинения. Русская историческая библиотека, т. XXXI. СПБ, 1914.

Горсей Д. Записки о России. XVI–XV1I века. М, 1990.

Флетчер Д. О государстве Русском. СПБ, 1905.

Лызлов А. Скифская история. М, 1990.

Левашов П. Картина или описание всех нашествий на Россию татар и турков. СПБ, 1792.

Середонин С.М. Известия иностранцев о вооруженных силах Московского государства в XVI веке. СПБ, 1891.

Сборник статей по русской истории, посвященный С.Ф. Платонову. П, 1922.

Шамбинаго С. Песни времен царя Ивана Грозного. Сергиев Посад, 1914.

Археологический ежегодник. 1962.

Из истории межславянских культурных связей. Институт славяноведения АН СССР. Ученые записки, т. 26. М, 1963.

Щербатов М.М. История Российская. М, 1789.

Серебряников С. Родословие ярославских владетельных князей. СПБ, 1841.

Шмурло Е.Ф. XVI век и его значение в русской истории. СПБ, 1891.

Очерки русской культуры XVI века. М, 1977.

Сахаров А.М. Образование и развитие единого Российского государства в XIV–XVI веке. М, 1969.

Смирнов И.И. Очерки политической истории русского государства 30-50-х годов XVI века. М-Л, 1958.

Тихомиров М.Н. Россия в XVI веке. М, 1962.

Шмидт С.О. Российское государство в середине XVI столетия. М, 1984.

Шмидт С.О. Становление Российского самодержавия. М, 1973.

Зимин А.А. Россия времен Ивана Грозного. М, 1982.

Зимин А.А. Опричнина Ивана Грозного. М, 1964.

Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России. М, 1968.

Леонтьев А.К. Образование приказной системы управления в Русском государстве. М, 1961.

Веселовский С.Б. Дьяки и подьячие XV–XVII веков. М, 1975.

Лихачев Н.П. Разрядные дьяки XVI века. М, 1888.

Новосельский А.А. О борьбе Московского государства с татарами в XVII веке. М-Л, 1948.

Чечулин Н.Д. Города Московского государства в XVI веке. СПБ, 1889.

Павлов-Сильванский Н. Государевы служилые люди. СПБ, 1909.

Чернов А.В. Вооруженные силы Русского государства. М, 1954.

Коротков И.А. Иван Грозный. Военная деятельность. М, 1952.

Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М, 1969.

Рождественский С.В. Служилое землевладение в Московском государстве XVI века. СПБ, 1897.

Мятлев Н.В. Тысячники и Московское дворянство XVI столетия. Орел, 1912.

Чернов А.В. Образование стрелецкого войска. Исторические записки АН СССР. Вып. 38, 1951.

Беляев И.Д. О сторожевой, станичной и полевой службе. М, 1846.

Маслов П.Д. Русское военное искусство второй половины XVI века. Харьков, 1954.

Марголин С.Л. Оборона русского государства от татарских набегов в XVI веке.

Военно-исторический сборник. Труды ГИМ. Вып. XX. 1948.

Греков И.Б. Османская империя. М, 1984.

Греков И.Б. Очерки по истории международных отношений Восточной Европы XIV–XVI веков. М, 1963.

Бурдей Г.Д. Русско-турецкая война 1569 года. Саратов, 1962.

Бурдей Г.Д. Борьба России против агрессии султанской Турции и Крымского ханства. М, 1953.

Вопросы истории, 1972, № 8. (Преславная победа).

Записки отдела рукописей Государственной библиотеки им. Ленина. В. 32, М. 1971 (Буганов В.И., Корецкий В.И. Неизвестный московский летописец XVII века).

Материалы по истории СССР. т. 2. М, 1955. (Пискаревский летописец).

Веселовский С.Б. Духовное завещание Ивана Грозного. Известия АН СССР, т. IV, № 6, 1947.

Подмосковье. Памятные места в истории русской культуры XVI–XIX веков. М, 1955.

Фехнер М.В. Коломна. М, 1966.

Голубева Е., Гужов А. Путеводитель по Коломне. М, 1970.

Ефремцев Г.П., Кузнецов Д.Д. Коломна. М, 1977.

Кириллова Ю.М. Дальними дорогами Подмосковья. М, 1983.

Гостунский Н.Н. Таруса – древний город на Оке. М, 1965.

Дунаев М.М., Разумовский Ф.В. В среднем течении Оки. М, 1982.

Малинин Д.И. Калуга. Калуга, 1992.

Николаев Е.В. По калужской земле. М, 1970.

Фехнер М.В. Калуга. М, 1971.

Фехнер М.В. Калуга, Боровск. М, 1972.

Калуга. Тула, 1978.

Прусаков А.П. Город Кашира. М, 1947.

Памятники архитектуры Московской области, т. 1, 2. М, 1975.

Пронин А., Соловьев Ю. Город Чехов и его окрестности. М, 1977.

Дунаев М.М. К югу от Москвы. М, 1978.

Города Подмосковья, кн. 1–3. М, 1981.

Дубинская Л.С. Подмосковье: музеи, мемориалы, памятники. М, 1985.

Аристов С. Город Серпухов. М, 1947.

Ильин М.А, Подмосковье. М, 1974.

Разумовский Ф.В. На берегах Оки. М, 1988.

Гарин Г. и др. Серпухов. М, 1989.