Текст книги "Лукинский фактор"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lukinskiy-faktor-221444.jpg)
Автор книги: Александр Борискин
Жанр: Историческая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 17. Москва златоглавая, звон колоколов
Поезд пришёл в Москву в восемь часов утра. Взяв на вокзале экипаж, попаданцы поехали в гостиницу «Лоскутная» на Тверской. Там сняли два номера: один для Петра Ивановича, другой – для Александра с Алексеем.
Было воскресенье. Целый день посвятили знакомству с городом. Перемещались пешком – а как ещё можно всё рассмотреть, почувствовать его дух, узнать людей?
Вернулись домой усталые, но довольные. Сразу – в ресторан при гостинице, заморить червячка. И в койку, до утра.
Пока гуляли по городу, выяснили местонахождение медицинского факультета университета, в клиническом городке на Девичьем поле, – для Алексея, и торгового дома промышленника Кузнецова М.С. на Мясницкой улице – для Александра и Петра Ивановича.
С утра в понедельник все поспешили по намеченным делам.
Алексей в пролётке подъехал к клиническому городку к 10 часам утра. Прошёл внутрь здания, где располагалось отделение хирургии, и, обратившись к служителю с просьбой указать, где можно найти врача Коробова Илью Владимировича, показал его визитку.
– Прямо по коридору последняя дверь направо, – направил тот.
Подойдя к двери, Алексей постучал и, не услышав ответа, вошёл без приглашения.
– Вам кого? – услышал он голос позади себя, оглянулся и встретился глазами с молодым мужчиной, вошедшим вслед за ним.
– Коробова Илью Владимировича. Вот его визитка.
– Так вы, наверное, тот самый врач из Австралии, о котором мне рассказывал Пётр Иванович в Санкт-Петербурге? Я ему давал эту визитку и на ней написал свой московский адрес.
– Да. Соколов Алексей Геннадиевич, – представился Алексей.
– Коробов Илья Владимирович. Очень рад познакомиться. Проходите, присаживайтесь. Очень хочется расспросить вас о лечении болезней уха, горла, носа, на которых вы, по словам Петра Ивановича, специализировались в Австралии.
– Я не против. Мне тоже интересно узнать об успехах медицины в России.
Они уселись за стол, и Алексей стал отвечать на вопросы Ильи Владимировича. Вскоре к их разговору присоединились ещё два врача: профессор Михеев Василий Петрович и его ассистент Ушаков Пётр Ильич.
Алексей рассказывал настолько интересные и необычные для них вещи, что не всё казалось им правдой. А когда они услышали от него, что неделю назад он провёл аденотонзиллэктомию в условиях приёмного покоя земского врача, они вообще растерялись: такие операции ещё никто у них не делал. Алексей показал специальные хирургические инструменты для проведения операций, зеркало ЛОР-врача (налобный рефлектор), инструменты для осмотра пациентов. Только увидев всё это, слушатели поверили рассказу Алексея. Также по их просьбе он осмотрел нескольких пациентов, в диагнозе которых врачи сомневались. Алексей быстро поставил диагноз. Его знания были настолько глубоки для этого времени, что вызвали всеобщее уважение. Профессор Михеев поинтересовался у «австралийца», что тот собирается делать в России.
– Я хотел бы или заниматься частной практикой, или совмещать её с преподавательской деятельностью на медицинском факультете. У меня имеется диплом профессора медицины Австралийского университета в Аделаиде. Там я тоже преподавал лечение ЛОР-болезней на медицинском факультете. Правда, ещё не решил, где обосноваться: в столице или в Москве. Видите ли, я рукоположен в сан иерея Русской православной церкви, и мне необходимо благословение епископа на занятие медициной.
Это заявление Алексея очень удивило Василия Петровича. На его практике такого случая не было: иерей и профессор медицины в одном лице.
– А что бы вы ответили на предложение поработать у нас в университете? Я могу переговорить с деканом нашего факультета Склифосовским Николаем Васильевичем. Кстати, имеются планы строительства специальной ЛОР-клиники на нашем факультете. Надеюсь, в ближайшие несколько лет она будет построена.
– Это интересно. Я много слышал о Николае Васильевиче, буду рад с ним встретиться и переговорить.
– Договоримся так: в ближайшие день-два я переговорю с деканом и в зависимости от его ответа организую вашу встречу. Где вас можно найти?
– Я остановился в гостинице «Лоскутная» на Тверской. Пошлите мне посыльного с сообщением или телефонируйте на ресепшен, я там видел телефонный аппарат. Мне передадут. Если вопрос решится положительно, сообщите время встречи. В четверг вечером я собираюсь выехать в Санкт-Петербург, хорошо бы встретиться до четверга.
– Мы сегодня узнали столько нового и необычного, думаю, и Николаю Васильевичу будет интересно с вами поговорить. Договорились. Ждите посыльного…
Александр и Пётр Иванович прибыли на Мясницкую также утром. Встретиться с Матвеем Сидоровичем Кузнецовым сразу не удалось – он отсутствовал, зато они плодотворно пообщались с техническими специалистами, занимающимися вопросами механизации фарфоро-фаянсового производства. Их предложения по новому оборудованию были встречены с интересом. Удалось получить даже примерные объёмы потребности в этом оборудовании до конца XIX века. Также были оговорены вопросы поставки исходных материалов для фарфоро-фаянсовых производств на крупнейшие заводы Кузнецова. Это было весьма актуально, поскольку сырьё завозилось с Украины и даже из Финляндии. Гости оставили образцы сырья для проведения необходимых анализов, назвали возможные объёмы поставок и примерные цены.
При появлении Кузнецова в присутствии технических специалистов переговоры были продолжены. Особенно Матвея Сидоровича заинтересовало предложение Петра Ивановича о поставке сырья в специальных металлических контейнерах многоразового использования. Эта технология позволяла значительно ускорить и удешевить погрузо-разгрузочные работы. Были оговорены размеры контейнеров и их конструкция. Даже оформлен заказ на производство первой партии контейнеров в количестве ста штук с поставкой в конце сентября. Это был хороший заказ для цеха в Боровичах, позволяющий полностью загрузить его мощности на два месяца, а в случае успеха в применении контейнерных перевозок по водным путям на баржах и железной дороге открывалась перспектива производства и поставки контейнеров многим потребителям на ближайшие годы. Необходимо застолбить это направление производственной деятельности. Опять надо оформлять патенты.
На следующий день Александр и Пётр Иванович посетили несколько издателей и владельцев типографий. Увиденное оборудование для печати было очень непрезентабельно, малопроизводительно и не позволяло печатать многоцветные картинки. Показанные издателям яркие книжки сказок для детей привели их в восторг, но воспроизвести на имеющемся оборудовании эти книжки в большом количестве было невозможно. Несмотря на это, было заключено три договора на издание красочных (в трёх цветах) детских книжек по образцам, представленным Александром под авторством Петра Ивановича (предварительно на этих образцах были вымараны выходные данные книг и орфография приведена в соответствие со временем). Это ещё должно принести сумму в несколько тысяч рублей для развития СМЗ.
Также был предварительно определён спрос на новое печатное оборудование, позволяющее производить многоцветную печать высоким способом. Стало ясно, что спрос есть, но закупать оборудование типографии сразу за полную стоимость владельцы типографий не смогут – нет необходимых ресурсов. И тут Александр выдвинул идею лизинга, причём не только для печатного оборудования, но и для всей гаммы оборудования, предполагаемого к выпуску товариществом. Тут нужны связи с банками, способными понять и поддержать идею лизинга. Так впервые в умах гостей из будущего возникла идея создания собственного инновационного банка.
– Надо подавать как можно больше заявок на привилегии на изобретения и оформлять патенты, – сказал Александр, – тогда наш вояж за границу, в Германию, Францию, Англию, Италию и Америку для показа и продажи лицензий на них может быть очень продуктивным.
– Перед нами сейчас стоит столько задач, что надо остановиться на главном – запуске СМЗ и организации деревообрабатывающего производства. Если мы будем разбрасываться, то в итоге завалим все начинания. Но выделить некоторую часть времени на оформление изобретений и патентов надо обязательно. Придётся переговорить с Акимом Ниловичем о придаче нам специального человека, который будет заниматься для нас только этими вопросами, причём не только оформлением, но и продажей лицензий.
– А хватит ли на все наши начинания капиталов, ведь всё требует больших затрат?
– После продажи моей фаянсовой фабрики появились свободные деньги. Кроме того, я ещё ожидаю поступление средств за мою долю в товариществе купца Долинникова, которую он выкупает. Думаю, на год нам хватит, а потом должны начать поступать прибыли от СМЗ и деревообрабатывающего производства. Да и продажа патентов, если ею начать серьёзно заниматься, должна вскоре дать отдачу…
В среду после обеда в гостиницу посыльный принёс приглашение Алексею на встречу с Склифосовским. Она намечалась на 9 часов утра в четверг.
К 9 часам Алексей входил в здание медицинского факультета университета. В приёмной декана его уже ожидал профессор Михеев.
– Николай Васильевич очень заинтересовался вами и жаждет встречи. Попробуйте произвести на него хорошее впечатление, от этого будет зависеть решение в отношении вас, – проговорил Михеев.
– Знаете, Василий Петрович, я не актёр, чтобы производить впечатление. Считаю, что только профессиональные и деловые качества должны быть главным критерием принятия решения среди специалистов!
– Я с вами совершенно согласен! – раздался за их спиной голос Склифосовского, вошедшего в приёмную. – Проходите в мой кабинет для обстоятельного разговора.
Склифосовский, Михеев и Алексей уселись вокруг стола в кабинете декана, и Василий Петрович попросил рассказать Алексея немного о себе и показать имеющиеся у него документы. Выслушав краткую биографию и просмотрев документы, начал разговор о пристрастиях Алексея в научных изысканиях. Встреча длилась больше двух часов. Особенно заинтересовал Склифосовского рассказ Алексея о лекарствах, с помощью которых он лечит больных при различных воспалениях.
– Это достаточно сильные лекарства, прекрасно справляются с различными воспалительными процессами, незаменимы при выхаживании послеоперационных больных, лечении раненных на поле боя и в других случаях. Считаю, что и при чахотке они будут весьма эффективны, – сказал Алексей.
– Кто их применил впервые?
– Мне не известны случаи их применения до настоящего времени, поскольку именно я их доработал до пригодного вида, позволяющего применять в медицине.
– У вас их нет с собой? Мне очень хотелось бы опробовать их действие на больных!
– К сожалению, лекарства очень быстро разлагаются при положительных температурах. Их надо хранить в холодном месте, причём они сохраняют свои свойства не более пяти дней. Мы с сыном приготовили несколько доз лекарств, и они находятся в холодильнике в Крутой Горе.
– В холодильнике?
– Да, это специальное устройство, изобретённое моим братом, позволяющее замораживать любые объекты и так сохранять их длительное время. Сейчас он с компаньонами занят строительством машиностроительного завода под Санкт-Петербургом в Славянке, который будет в массовом порядке выпускать холодильники и медицинские инструменты. Холодильник работает от электроэнергии, поэтому широкое его применение и распространение будет сдерживаться наличием электричества.
– Если не секрет, что является основой для приготовления этих лекарств? Вы оформили права на них?
– Да, я подал документы на оформление привилегии на его изобретение, по его получению оно будет запатентовано. Но над ними ещё предстоит работа по повышению долговечности, стабильности при комнатной температуре и упрощению производства. Пока это довольно кустарный и длительный процесс. А основой их являются специально обработанные цветки зверобоя и прополис.
– Очень интересно! Как же нам его опробовать, оно необходимо больным!
– Только если опять же кустарно приготовить несколько доз здесь, на месте, но оно требует немедленной заморозки, так как быстро разлагается в тепле и теряет свои лечебные свойства. Процесс изготовления – семь дней.
– Вы не могли бы это сделать в нашей клинике?
– К сожалению, нет. Сегодня вечером я уезжаю в Санкт-Петербург.
– Алексей Геннадиевич ищет место, где сможет обосноваться, – сказал Михеев. – Его приезд связан именно с этим.
– Я могу предложить вам место приват-доцента на нашем факультете. К сожалению, вакантных мест профессоров у нас сейчас нет. Но могу обещать, что при первой возможности вы получите место профессора.
– Я не знаю, что значит приват-доцент в российской науке. Смогу ли на это жалованье нормально содержать семью, у меня четверо детей, снимать приличную квартиру, смогу ли заниматься частной практикой, служить в церкви – я иерей Русской православной церкви.
– Жалованье приват-доцента у нас на факультете составляет 800 рублей в год. Его обязанности: чтение курса лекций по своему предмету, ведение практических занятий со студентами, приём у них экзаменов. Не возбраняется заниматься частной практикой, но не в стенах университета и в свободное время. Имеются и льготы: дети приват-доцента могут обучаться в университете бесплатно. Чтобы нормально прожить в Москве семье из шести человек, четверо из которых дети, надо не менее 100 рублей в месяц. Так что заниматься частной практикой придётся. Когда станете профессором, в год сможете получать до 3 тысяч рублей. В университете имеется свой домовой храм – святой мученицы Татианы. Настоятель его – иерей отец Николай Елеонский, одновременно являющийся профессором богословия в университете. Я могу посодействовать вам в занятии чина иерея при этом храме. Это решаемо. Василий Петрович, подготовьте официальное приглашение господину Соколову на место приват-доцента с окладом 800 рублей в год и гарантией первоочередного перевода на место профессора в случае появления этой вакансии, – распорядился Николай Васильевич. – Ну а вы, господин Соколов, подумайте над моим предложением. Оно будет действительно до конца месяца.
– Как я узнаю о решении предоставить мне место иерея в университетском храме святой мученицы Татианы?
– Как только переговорю с отцом Николаем и получу его принципиальное на это согласие, сразу вам отпишу. Но нужно ещё благословение епископа. Это уже будет решаться после вашего поступления на работу в университет. Думаю, и здесь проблем не возникнет. Оставьте Василию Петровичу ваш адрес.
Когда Алексей и Михеев вышли из кабинета Склифосовского, Алексей сказал Василию Петровичу:
– Решение о предоставлении мне возможности служить в факультетской церкви будет решающим при принятии мной предложения господина Склифосовского.
Они тепло попрощались, Михеев сказал, что предпримет все необходимые действия для привлечения Алексея в университет.
Алексей специально не стал рассказывать о пенициллине, поскольку не был уверен, что действие этого лекарства, изготовленного кустарным способом, не навредит больным. Это лекарство требовало длительной доработки, улучшения и апробации, чем он и собирался заняться в ближайшие месяцы…
Вечером попаданцы сели на поезд в столицу. Алексей выйдет в Чудово, ему надо возвращаться к семье, а Александр и Пётр Иванович поедут в Санкт-Петербург. В поезде Алексей рассказал о своих встречах в университете и переговорах со Склифосовским. Предупредил, что холодильник ему нужен для хранения лекарств, и он его забирает себе. Александр сразу сказал Петру Ивановичу, что надо срочно подавать привилегии на изобретение электрического холодильника, а по возможности начать его производство. Решили подать бумаги в этом месяце, а Алексея предупредили, что он должен внимательно осмотреть холодильник и уничтожить все шильдики, определяющие его производство в XXI веке.
Глава 18. Глаза боятся, а руки делают
Надежда Михайловна, как было предложено управляющим Львом Алексеевичем, пришла на СМЗ с утра и стала ожидать Шварца с бухгалтером и вновь назначенного управляющего для приёма по бухгалтерской ведомости на баланс товарищества приобретённого имущества.
Все приехали в экипаже к 10 часам утра. Бухгалтер Шварца, представившийся Блюмом Ароном Моисеевичем, сразу предложил переписать всё имущество, отражённое в его бухгалтерской ведомости, на баланс товарищества без проверки.
– Проверять – только время терять! Тем более вы, уважаемая Надежда Михайловна, всё равно ничего не понимаете в передаваемом имуществе. Я ведь прав? Токарный станок не отличите от парового котла. У меня в ведомости всё изложено предельно точно, только недавно проводил полугодовую ревизию имущества. Согласны?
– Арон Моисеевич, я вижу, вы – бухгалтер с большим стажем. Что бы вы подумали о бухгалтере, что-либо принимающем, тем более ставящем на баланс, без проверки? Вы продолжали бы его считать бухгалтером после этого?
– Но вы же всё равно ничего не сможете сличить по ведомости с тем, что стоит на складе? Как вы это соотнесёте одно с другим?
– Не стоит так волноваться. Я смогу это сделать.
Лев Алексеевич и Шварц наблюдали за пикировкой бухгалтеров с любопытством.
Надежда Михайловна взяла бухгалтерскую ведомость Блюма и направилась с ней к месту складирования стройматериалов.
– Сначала проверим наличие стройматериалов и состояние незавершённого строительства, а потом перейдём к оборудованию, станкам и инструментам, – предложила она. – Показывайте, где и что лежит.
– Надежда Михайловна! Мы ведь так несколько дней потеряем!
– А я никуда не тороплюсь. Пока своими глазами всё не увижу и не сличу их наличие с указанным в ведомости, ничего не подпишу!
Проверка стройматериалов показала, что не хватает 48 поддонов с кирпичом по 400 штук на каждом, 15 бочек с цементом по 50 килограммов каждая, а в кучах щебёнки и песка, по замерам Надежды Михайловны, примерно по пять кубометров каждого наименования. Арон Моисеевич только за голову хватался и не переставал повторять, что никакой нехватки нет, всё передано строителям и использовано ими на стройке.
– Не волнуйтесь так, Арон Моисеевич, покажите лучше подписанные вами процентовки выполненных работ на стройке и переданные строителям по актам стройматериалы. Сейчас мы всё сверим, произведём обмеры объёмов кладки, посчитаем, сколько кирпича и других материалов пошло на строительство, соответствует ли это переданным строителям, а потом и будем делать выводы.
На Арона Моисеевича было жалко смотреть. Лев Алексеевич переглянулся со Шварцем и заявил:
– Пока вы всё это будете делать, мы съездим в город по делам и вечером вернёмся. Надеюсь, к этому времени у вас будет всё готово.
Они сели в экипаж и укатили.
– Надежда Михайловна, миленькая, сколько же времени вы будете делать обмеры и считать? На счётах поди! У меня на учёте сидело три человека, и то не справлялись! А вы одна хотите эту работу сделать!
– Арон Моисеевич, лучше берите рулетку и помогайте делать обмеры, да следите за цифрами, которые я буду записывать. Чтобы потом не было претензий. А посчитаю я всё очень быстро, не впервой.
На замеры они потратили два часа, ещё полтора часа Надежда Михайловна потратила на расчёты. Арон Моисеевич очень заинтересовался карманным калькулятором, которым они производились. «Из Австралии поди!» Проверив точность его работы перемножением нескольких чисел в столбик, он убедился, что ему можно доверять, и потом только тихо сидел, наблюдая, как работает Надежда Михайловна. К трём часам дня строительная часть передаваемого имущества была проверена полностью. В итоге оказалась нехватка 25 поддонов кирпича и 10 бочек цемента. Нехватки гравия и песка не было. С расчётами Надежды Михайловны Арон Моисеевич вынужден был согласиться.
После этого они перешли к проверке склада оборудования, станков и инструмента. Здесь дело пошло намного быстрее. С удивлением Арон Моисеевич наблюдал, как ловко Надежда Михайловна отыскивает указанные в ведомости наименования, почти не прибегая к его помощи. Найденное по ведомости имущество она отмечала, ставя на нём мелом жирные кресты. Когда закончили сверку, выяснилась нехватка одного токарного станка, стоимостью 8 тысяч рублей, разукомплектованность парового котла, который был указан как полностью комплектный, и нехватка некоторого количества мерительного инструмента на полторы тысячи рублей. Общая нехватка имущества, определённая Надеждой Михайловной, составляла около 11 тысяч рублей, что она и указала в акте приёма-передачи. Арон Моисеевич тихо сидел и смотрел на неё влюблёнными глазами.
– Надежда Михайловна, идите работать ко мне помощником. Сразу даю оклад, в два раза превышающий назначенный Львом Алексеевичем. Да я вместе с вами горы сверну!
– Лучше подумайте, как будете объяснять своему Шварцу такую недостачу и за чей счёт она будет покрыта!
Приехав под вечер, Лев Алексеевич и Шварц получили полный расклад того, где, чего и насколько не хватает. Шварца не очень удивила сумма недостачи: он считал, что потери до 10 процентов общей стоимости укладываются в допустимый уровень потерь, а здесь выявлено около семи. Подписав акт приёма-передачи имущества, он согласился уменьшить сумму сделки на пять тысяч рублей, поскольку считал, что и так продал своё имущество по существенно заниженной цене. Об этом также был составлен документ.
Лев Алексеевич теперь смотрел на Надежду Михайловну совсем другими глазами, понимая, что с таким главным бухгалтером он как за каменной стеной. По итогам этой работы он подготовил приказ, которым премировал её 100 рублями.
Александр и Пётр Иванович вышли из поезда на Московской Славянке утром 5 августа. Пешком прошли до строящегося завода и остановились в изумлении: везде кипела работа. Строители уже подвели управленческий корпус под крышу и сейчас занимались установкой стропил. Так же обстояло дело и на силовом корпусе. Внутри производственного корпуса, определённого для пуска в первую очередь, продолжалось мощение пола кирпичом и строительство внутренних перегородок, разделяющих корпус на участки, и также заливался фундамент под станки.
Баржи, стоявшей ранее у причала, уже не было. Рабочие перетаскивали поддоны с кирпичом, сгружённые с неё, во двор стройки. Заметили Надежду Михайловну, расположившуюся у сарайчика-прорабской. К ней постоянно подходили десятники и подписывали у неё накладные на отпуск материалов. Вдоль дороги на станцию лежали столбы, приготовленные для установки телеграфной и телефонной линий.
– Развернулся Лев Алексеевич… – задумчиво протянул Пётр Иванович, – так и финансирование внеочередное потребуется: график работ явно выполняется с опережением.
– Правильно делает, скоро осень, а там дожди, холод. Надо обязательно крыши, окна и двери успеть поставить до этого, тогда будет проще.
К ним подошла улыбающаяся Надежда Михайловна:
– Как съездили? Договоры на поставки привезли? Мы работы форсируем, хотим на месяц раньше графика завод пустить.
– Всё нормально. В принципе, потребность определили, теперь надо рабочие чертежи и технологию разработать. Сама знаешь, что не простое это дело, да и людей, способных выполнить эту работу, здесь нет, – проговорил Александр.
– А где Лев Алексеевич? – поинтересовался Пётр Иванович.
– Срочно уехал в Боровичи. Там вроде новые заказы появились, решил лично запустить в производство. Меня здесь на хозяйстве оставил.
– Взаимоотношения нормально складываются?
– Нормально. Когда убедился, что я кое-что понимаю в производстве, да при приёмке имущества обнаружила недостачу в 11 тысяч рублей, даже зауважал. Выписал премию в 100 рублей. Будет на что внукам подарки ко дню рождения купить. Скоро ведь 7 и 10 августа. По пятнадцать лет им исполняется! Александр, ты-то не забыл?
– Помню, помню. А цену на купчую снизил?
– Снизил на 5 тысяч рублей.
– Прекрасно. Ну, мать, при таком хозяине на стройке, как ты, нам здесь делать нечего. Поедем в столицу, вот там дел – непочатый край.
– Ты уж на людях меня матерью не называй, я сейчас моложе тебя выгляжу!
– Ладно, продолжай молодеть и дальше, глядишь, за кого молоденького тебя замуж выдадим!..
В Санкт-Петербурге в первую очередь заехали в контору к Кузнецову: передали образцы сырья на исследование, поговорили с техническими специалистами. Похвастались заключённым с Матвеем Сидоровичем договором о производстве для него ста контейнеров для перевозки сырья, рассказали о принципах новой технологии погрузочно-разгрузочных работ, чем очень их заинтересовали.
– Думаю, скоро созреют и тоже закажут на пробу несколько десятков контейнеров, – задумчиво проговорил Пётр Иванович.
Дальше их путь лежал в контору Акима Ниловича. Тот порадовал их первыми полученными привилегиями на изобретения. «Магический кубик» и усовершенствования велосипеда уже были оформлены.
– Выделяйте, Аким Нилович, специального человека на ведение изобретательских и патентных дел. Оформляйте патенты на изобретения, по которым получены документы. В первую очередь в Германии, Франции, Англии и Америке. А мы начнём решать вопросы производства «Магического кубика». Кстати, пять процентов от продажи лицензий на патенты – ваш гонорар, кроме обычных выплат за текущую работу. Думаю, вскоре он значительно превысит эти выплаты.
Возвратившись домой на Новоладожскую, Александр сразу попал в объятия семьи. Но дел было столько, что долго вести разговоры с женой и детьми возможности не было. Он обошёл несколько строительных контор и выяснил расценки на возведение дома по представленному им проекту. Только производство строительных работ без стоимости материалов в лучшем случае потянет на 10 тысяч рублей, а с учётом всяких доделок и переделок – на 15 тысяч. Заодно выяснил стоимость перевозки стройматериалов для дома на баржах до столицы. По его расчётам, потребуется не менее трёх барж и стоимость составит около тысячи рублей, не считая разгрузочных работ. Погрузку он произведёт сам с помощью автокрана. А если заодно перевезти стройматериалы и для строительства лесоторговой базы, то количество барж надо удвоить.
– Пётр Иванович, нужен совет. Я собрался перевезти все стройматериалы, имеющиеся в Луках, сюда. Их хватит на возведение и моего дома, и лесоторговой базы. Везти их все сразу или поэтапно – сначала для дома, а потом для базы?
– Конечно, лучше одним разом. Сэкономим на погрузочно-разгрузочных работах. Ты собираешься баржи грузить автокраном?
– Да. Для перевозки всех материалов потребуется шесть барж, и стоить перевозка будет около 2 тысяч рублей. Наверное, стоит на одной из барж привезти и автокран. Тогда разгрузка значительно упростится, да и складировать материалы будет проще.
– Это правильное решение. А что вы собираетесь делать с дачей? Если все уедут, то она будет потихоньку растаскиваться селянами.
– Я учёл в числе перевозимых материалов и те, что будут получены в результате разбора дачи. Я разговаривал с Алексеем. Он предлагает строительные материалы от неё реализовать. Рассчитывает на половину денег от их реализации. Если он уедет в Москву, то придётся там покупать жильё. Снимать квартиру дорого. А если заниматься частной практикой, то лучше купить небольшой дом, где сделать приёмную для врача и жить всем семейством.
– Тогда я сначала разобрал бы дачу на стройматериалы, а также и баню, и сарай, и ангар и перевёз всё сюда. Уж строить базу, так с запасом. Все материалы от дачи я могу у вас приобрести. Только прежде, чем их завозить, надо участок будущей стройки огородить, а то всё за зиму растащат.
– Дачу-то разобрать несложно, да где Алексей с семьёй жить будет?
– Можете пока в моём доме в имении пожить. Оттуда и до Бронницы ближе добираться, где он практикует.
– А мужиков в помощь на разборку дачи в Луках можно взять? У них пока простой. В карьере работы нет, договора на поставку сырья пока не заключены…
– Конечно. Приедешь, переговоришь с ними. Пообещай хорошо заплатить. Только неумелые они, как бы всё там у вас не перепортили.
– Мы с Алексеем проследим. Тогда я завтра с утра в Луки и занимаюсь разборкой дачи и всех остальных построек. Всю живность – вам в имение. Как всё подготовлю для перевозки, дам знать. Надо будет фрахтовать баржи, штук шесть. Им придётся два раза сходить, иначе всё не перевезём. Заодно и наши автомобили. А экскаватор оставим там для работы на карьере.
– Оставьте в Крутой Горе уазик и горючее для него. Я его у вас для себя куплю.
– Хорошо. Тогда я семью Алексея переселю в ваш дом в имении. Напишите письмо Прохору, пусть знает, что это не наше самоуправство.
– Напишу. Ты утром уезжаешь, думаю, тебе недели достаточно для разборки дачи. Жди через неделю баржи: грузишь сразу три, на последнюю – автокран. Приходит караван в столицу – я разгружаю здесь автокраном. Опять на последнюю – автокран, и обратно. И так рейсы по три баржи, пока все не перевезём. Ты грузишь, я – разгружаю. Рейс туда и обратно – пять дней. К середине сентября всё в столицу доставим. А в свободное время занимайся чертежами. Ночи не спи, но чтобы график запуска завода не сорвать! А я пока организую строительство забора вокруг стройки. Да ещё запущу «Магический кубик» в производство. Знаю я тут одну бригаду столяров-модельщиков. Они сейчас в простое. Любому заказу будут рады. Всё ясно?
– Ясно, вот только как вы на кране управляться будете?
– Не боись. Я же видел, как ты на машине ездил и на кране работал. Сумею! Не забудь только горючки с краном отправить! Возьми с собой три тысячи рублей на расходы. Потом отчитаешься.
К вечеру посыльный принёс записку от Катрин: завтра ему назначалось свидание «как обычно». «Жизнь продолжается! И очень неплохо продолжается!»
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?