Текст книги "Пятый всадник"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pyatyy-vsadnik-127229.jpg)
Автор книги: Александр Харыбин
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 10 (всего у книги 54 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]
Место располагалось на юге столицы около платформы «Чертаново» на улице с говорящим названием – Промышленная. Один раз я здесь уже был – подвозил пассажира. Тогда это обилие гигантских складских зон поразило. Оказалось, что эти зоны дают работу гигантскому же количеству народа. Правда, в основном, гастарбайтерам из южных стран. Слегка напрягало географическое расположение. На юге была вероятность встретить кого-нибудь из «друзей». Но, тем не менее, решил рискнуть.
Поработав там день, решили, что место вполне нормальное, а работа не особо напряжная. Лучше сюда ездить каждый день, чем искать что-то более выгодное, где еще и кинуть могут.
На пятый день моей трудовой деятельности на этом месте мои товарищи в обеденный перерыв пошли в местное кафе, а я, как обычно, встал под навес и принялся жевать бутерброд с сыром, запивая кефиром. Обедать в кафе вместе с ними казалось мне совершенно непозволительной в моем положении роскошью. Мои друзья за такую экономию в шутку называли меня узбеком, но я не обижался, просто говорил, что очень нужны деньги. Хотя до узбеков, честно говоря, мне было еще далеко. Один раз посмотрел, что едят те, что жили в соседней комнате, и чуть не вырвало. Потреблять плов с куриной кожей вместо мяса я пока не готов.
На грузовой площадке, что открывалась моему взору, вовсю кипела работа. Незадолго до этого сюда разгрузили целый длинномер арматуры. Свалили на землю ее довольно быстро – помог автопогрузчик, а вот потом началось самое интересное. Двенадцатиметровые хлысты нужно было затащить на третий этаж. Разумеется, по лестнице или на лифте это сделать было совершенно нереально, и рабочие, занимавшиеся этим делом, арматуру протягивали сразу в окно третьего этажа. Один спускал из окна веревку, которую приматывали к концу двух хлыстов, а затем, пока тот сверху тянул арматуру наверх, два других ее подталкивали снизу. Большую часть времени те, что были снизу, просто стояли. Видимо, ждали пока те, что сверху, не подтянут поднятые хлысты куда нужно. Прикинув хронометраж этих действий и пересчитав на количество лежащей на земле арматуры, я присвистнул. Ребятам так работать до ночи. Им бы еще парочку человек, и тогда скорость можно было бы увеличить почти в два раза.
– Эй, братан! – раздался вдруг голос за спиной, отвлекая от созерцания этого зрелища. Я даже вздрогнул от неожиданности и повернул голову.
Рядом со мной стоял весьма упитанный мужик лет сорока чуть выше среднего роста. По виду больше всего походил на какого-нибудь руководителя среднего звена.
– Ты чего здесь делаешь? – продолжал между тем он.
«Господи, да какое твое собачье дело?» – возмутился мой внутренний голос, так как тон, которым это было произнесено, не оставлял иллюзий по поводу культурного уровня обращавшегося. Однако решил не обострять. Во-первых, товарищ просто в силу своего воспитания может не понимать, как вообще следует обращаться к незнакомым людям. Ну и еще одна немаловажная причина – это может быть какой-нибудь местный начальник, а поругаться с таким, значит, лишиться здесь работы. Поэтому постарался ответить как можно более нейтральным тоном.
– Работаю здесь.
– Где? Не на винторге, случайно?
Произнесенное название ни о чем не говорило. Но, по крайней мере, грузили мы не вино, а какую-то оргтехнику в коробках.
– Не-а, вон там, на восьмых воротах, – и я махнул рукой туда, где мы работали.
– А сейчас чего не работаешь?
– Так обед же.
– Слушай! – он слегка задумался, видимо, подбирая слова перед тем, как сделать предложение, – а ты не хочешь тут моим ребятам помочь? – Он кивнул на разгружающих арматуру.
– Сколько тебе платят? – спросил мужик.
– Восемьсот в день, – решил я чуть-чуть приврать, – так я уже полдня до обеда поработал. Как я теперь уйду?
– Фигня, сейчас все решим. Смотри – я тебе четыреста рублей скомпенсирую, плюс до конца дня еще тысячу получишь. Идет?
Условия, которые он предложил, меня вполне устраивали. Единственное, что напрягало – опасение испортить отношения с моим работодателем. А то сегодня заработаю, а потом уже сюда не возьмут. В этом деле лучше не жадничать. Уверенность в завтрашнем дне важнее сиюминутной выгоды. Но решение этой проблемы мой новый знакомый пообещал взять на себя. И, действительно, он прямиком направился к тем воротам, на которые я ему указал. Я дожевал свой обед и двинулся туда же, подойдя и встав недалеко от ворот. Через минуту оттуда он вышел уже в компании начальника склада – моего работодателя.
– Ладно, хрен с тобой – можешь сейчас идти к нему, – проворчал тот, бросив на меня недовольный взгляд.
Не совсем то, чего я ожидал, но, все равно – официальное разрешение.
– Александр, – протянул руку мой новый работодатель, – тебя как?
– Меня Олег.
– Ну вот, Олег, короче, дуй к ребятам на третий этаж и начинай фигачить.
Как оказалось, наверху находилось еще три человека. Мы разбились парами по двое и работа пошла намного веселее. Те, что были снизу, скоро завыли, так как теперь им и отдохнуть-то стало некогда. К восьми вечера вся арматура была поднята наверх.
Гонорар получил сразу и сполна. Так что, несмотря на то, что я почти падал от усталости, можно было сказать, что день удался. Еще тысяча сегодня на карточку упадет.
Когда расходились, подошел Рома – бригадир ребят, с которыми поднимали арматуру.
– Сколько тебе Демидов заплатил?
– Полторы, – учел я четыреста рублей за полдня и прибавил еще сотню на всякий случай.
– А завтра сможешь у меня здесь арматуру вязать? Плачу столько же.
Получать по полторы тысячи в день для меня сейчас было верхом мечтаний, но арматуру я еще ни разу в жизни не вязал. Я поделился с моим собеседником своими сомнениями.
– Фигня, научишься, ничего сложного в этом нет. А то у нас народу сейчас нету, двое на родину поехали. Потом на скребок тебя поставлю. Как, идет?
На следующий день я уже работал у Ромы. Ромина бригада занималась заливкой бетонных полов. Структура взаимоотношений в организации, куда я попал, была простая. Толстый мужик, Александр, он же Демидов, являлся прорабом. За заранее обговоренную сумму он нанимал бригаду, которой командовал Рома. Количество денег, которое Рома получал от Демидова, было покрыто мраком тайны. Дальше деньги распределялись бригадиром между рабочими. Сколько себе оставлял Рома, никто не знал, но, в принципе, ребята все были довольны. Кое-кому доставалось по пятерке в день, но я сейчас был счастлив и от полутора тысяч. Не все сразу.
На этом объекте мы проработали месяц, так как необходимо было залить довольно приличный объем. В общей сложности площадь составила около восьми тысяч метров. Заливали сразу примерно по тысяче, а над каждой такой захваткой трудились по четыре дня, включая подъем арматуры, вязку и собственно заливку с затиркой.
Операция затирки бетона стала для меня настоящим откровением. Я никогда раньше не видел ничего подобного и даже не предполагал, что такое бывает. Заключается она в том, что когда залитый и выровненный бетонный пол слегка подзастынет, на него ставятся агрегаты, называемые вертолетами. Название довольно точно передает их сущность. Махина, весящая почти полтонны, опирается о пол двумя роторами с четырьмя лопастями. Эти лопасти вращаются и затирают поверхность. Вертолет может перемещаться во все стороны и даже вращаться на месте. Оператор сидит сверху в кресле и с помощью рычагов управляет этим чудом техники. Затирщики получали больше всех, но они же являлись и самыми опытными работниками. К своей работе относились очень ревниво, не допуская никого даже просто попробовать немного поуправлять. Видимо, чтобы не плодить конкурентов себе в бригаде.
Я для себя решил, что, так или иначе, но обязательно должен освоить это дело. Ну, а пока приходилось ворочать железным скребком, отгребая или, наоборот, пригребая бетон, руководствуясь указаниями оператора щупа с лазерным датчиком, функции которого чаще всего выполнял сам Рома.
Как понял, поговорив с ребятами, работа была не всегда. Случались перерывы по месяцу и даже больше. А поскольку все были с Украины, то в такие периоды уезжали к себе на родину и ждали вызова. Несмотря на свою украинскую национальность, между собой общались по-русски. На мой вопрос об украинском языке ответили, что по-украински разговаривают только на западе. Короче, языкового барьера у нас, слава Богу, не существовало. А ведь этот фактор очень сильно ограничивал возможности найти работу на стройке, так как в основном в этой области работали узбеки и таджики, почти не говорящие по-русски.
Поработав в бригаде у Ромы пару месяцев и скопив довольно приличную сумму, я стал задумываться о том, чтобы снять более подходящее жилье. От мыслей о совместной аренде уже отказался, так как понял, что компаньонов, которые полностью устраивали бы меня, найти не смогу. Оставалось два варианта – однушка в области и комната в квартире у какой-нибудь старушки. Я больше склонялся к первому. Только вот никак не мог выбрать направление от столицы. Вот если бы найти постоянное место работы, тогда и с выбором направления было бы проще. Так что решение жилищного вопроса пока затягивалось, хотя жизнь в общаге уже стояла поперек горла, и не терпелось приступить, наконец, к осуществлению своих планов.
Дело шло уже к весне, когда произошло событие, круто изменившее мою жизнь. Рома получил от Демидова объект в районе Зеленограда. Какое-то деревообрабатывающее производство, строящееся «с нуля» под чудным названием «Гуд Вуд». Площадь, которую нам предстояло залить, впечатляла – по моим прикидкам здесь было никак не менее пятнадцати тысяч квадратов. Это месяца полтора, или даже больше, работы. Учитывая то, что зарплата моя возросла к этому времени уже до двух тысяч в день, к концу этого объекта можно было бы конкретно заняться поиском нормального жилья.
Сделали уже около половины от всего объема, когда у Ромы случился день рождения. В тот день бетон приняли нормально, без эксцессов, уложили ровненько, протянули виброрейкой и уже собрались расходиться. Трое затирщиков должны были еще часа три-четыре ждать, пока бетон не начнет схватываться, а тем, кто в затирке не участвовал, к коим принадлежал и я, можно было уже идти отдыхать в бытовку.
И тут наш бригадир решил устроить всем праздник. В бытовке обнаружились сумки, набитые водкой, колбасой, салом и другими атрибутами веселья. Причем с водкой был явный перебор. День был довольно напряженным, и после нескольких выпитых стаканчиков усталость тут же дала о себе знать. Я доковылял до своих нар и повалился, мгновенно забывшись сном.
Проснулся от холода. Посмотрел время на телефоне – два часа ночи. Сначала решил, что кто-то по ошибке выключил обогреватель, но нажатие на кнопку не дало ожидаемого эффекта. Похоже, что выбило автомат, который находился внутри здания цеха. Стал выбираться из бытовки, в темноте спотыкаясь о чьи-то ноги. Мелькнула мысль о том, что народу в бытовке почему-то явно больше, чем должно быть.
Зашел в цех, слабо освещенный несколькими лампами дневного света, и направился к электрическому щиту. Пока шел по цеху, не покидало ощущение, что что-то не так. И тут, наконец, дошло. Ну, конечно! Сейчас здесь, по идее, должен стоять грохот от вертолетов, но тут, напротив, была гробовая тишина. Заподозрив неладное, быстрым шагом двинулся к помещению, которое заливали днем, а сейчас должны были затирать. Так и есть. Войдя через проем, я обнаружил, что к затирке даже не приступали. Вертолеты сиротливо стояли в стороне. Я наступил на свежий бетон – он ни на миллиметр не поддался под ногами. Вот она – задница. Затирку просрали.
На миг возникло двойственное чувство. Сейчас вроде бы надо бежать искать Рому. Возможно, еще можно что-нибудь спасти. Но, в то же время, мелькнуло нечто вроде злорадства. Этот косяк – только затирщиков. Может, сегодняшний случай собьет с них спесь? Их абсолютное нежелание допускать кого бы то ни было к обучению работе на вертолете казалось мне несправедливым и просто вредным для дела. Но, пораскинув с минуту мозгами, решил, что все-таки искать бригадира придется. Завтра придет Демидов и будет скандал. Денег за захватку точно не даст и, соответственно, и мне от Ромы зарплаты за день не видать. Но ведь может быть еще хуже. Сколько будет стоить исправить этот косяк? Нашу бригаду просто могут поставить на бабки, и придется бесплатно работать неизвестно сколько времени. Поняв, что счет пошел на минуты, я понесся к бытовке.
Рома находился там, как и затирщики. Но он спал, и разбудить его оказалось делом совершенно невозможным. В ответ на мои тормошения бригадир лишь издавал нечленораздельное мычание. Не большего эффекта мне удалось добиться и от затирщиков. Злость вспыхнула внутри головы красным огнем. Нажрались, сволочи! А теперь из-за вас мне без денег оставаться? Тогда принялся расталкивать всех подряд. После нескольких безуспешных минут удалось разбудить парня Васю, который, как и я, на приемке бетона орудовал скребком. Тот довольно быстро вник в ситуацию, некоторое время безрезультатно пытался растолкать затирщиков, но, осознав бесплодность своих манипуляций, пошел за мною в цех.
Кое-как нам удалось перетащить махину вертолета на свежий бетон и надеть диски на лопасти. Обычно эту операцию проводят вчетвером. То, что никто из нас двоих не заработал себе грыжу, можно считать чудом. Вертолет завелся сразу, но его несколько минут надо было греть на холостых оборотах. Теперь один из нас должен был работать на нем, а другой сначала таскать воду и лить на пол, а затем затирать примыкания маленьким однороторным вертолетиком.
Вася от чести управлять большой машиной сразу отказался, испугавшись, что в случае поломки денег на ремонт у него не хватит. Я в душе ликовал. Сбылась, наконец, моя мечта сесть за рычаги.
Управление удалось освоить довольно быстро. В принципе, ничего сложного в этом не было. Куда нажимаются рычаги, туда и направляется вертолет, а если рычаги направлены в разные стороны, то машина начинает вращаться на месте. Минут через пятнадцать я уже довольно резво гонял по цеху.
Прошел час с тех пор, как мы приступили к работе. Насколько я успел понять технологию затирки, сейчас по идее надо было рассыпать по полу топпинг, снимать диски и втирать его в поверхность лопастями. Мысль о том, что сейчас нам двоим придется носить и равномерно рассыпать по полу четыре тонны порошка, приводила в ужас. Ну, предположим, для рассыпания имелся специальный агрегат типа сеялки на двух колесах, но задачу по перетаскиванию такого огромного количества мешков все равно никто не отменял. Пришлось слезть с кресла вертолета и идти носить мешки с топпингом. Вася принялся катать сеялку.
Мне повезло: не успел я перенести и первую тонну, как в проеме, еле продирая глаза под опухшими веками, появился наш проспавшийся бригадир. Потрогав рукой пол и выругавшись, тут же скрылся, но через минуту привел двух затирщиков с такими же опухшими рожами. Интересно, как ему удалось их разбудить? Ногами, наверное. Да и вообще непонятно – как он сам-то смог проснуться?
Ничего у нас не спрашивая, Рома сел на вертолет. Один затирщик пошел к однороторному, а второй принялся помогать мне перетаскивать мешки.
– Эй, воду лили? – донесся до меня голос Ромы, старающегося перекричать грохот работающего вертолета. Я скинул мешок в стопку и подошел к нему поближе, так как перекрикиваться через весь цех не имел никакого желания.
– Ну, конечно, лили. Бетон весь сухой был, молоко вообще не поднималось.
– Сколько вылили?
– Ведер сто, не меньше.
– Хрен его знает, может, обойдется, – и он заскользил дальше. Но выражение его лица при этом говорило, что в то, что «обойдется», сам он верит слабо. Вдруг вертолет опять двинулся в мою сторону.
– Топпинг, топпинг поливайте быстрее, бросайте на хрен мешки, все давайте воду таскайте! – закричал мне снова.
– Так ведь только половину рассыпали.
– Все, хорош! И так хватит! Я сказал – воду таскайте!
Я пожал плечами и пошел за ведрами. Насколько мне было известно, согласно технологии упрочняющего порошка следовало сыпать по четыре килограмма на квадрат – два сначала и после первичной затирки – еще два. Но спорить не стал. Он же начальник, пусть сам и отвечает.
Еще примерно с час втроем носили и равномерно разливали по полу воду. Вдруг Рома остановил вертолет и подозвал того затирщика, который вместе с нами таскал ведра, и велел ему садиться за рычаги, а сам пошел по направлению к выходу из цеха. Я оглянулся и увидел Демидова, стоящего в проеме с крайне недовольной рожей. Наш бригадир затрусил прямо к нему. Какое-то время до меня доносились звуки ожесточенного спора. Время от времени то один, то другой, наклонялись, трогали ладонью пол и что-то друг другу пытались доказать. Наконец, оба вышли из цеха. В принципе, я здесь тоже больше был не нужен. Усталость превратила руки и ноги в тяжеленные чугунные болванки. Я понял, что если сейчас не лягу спать, то могу просто сломаться. Все-таки не слишком я пока привычен к тяжелому физическому труду. Бросил прощальный взгляд в цех, где вовсю шла кипучая деятельность, и поплелся в бытовку.
Растолкали меня, когда за окошком было уже светло.
Олег, вставай! Там Рожин приехал, разборки устраивает, – тормошил меня кто-то из ребят. Тело было ватным, голова гудела. Вроде выпил вчера немного, наверное, от усталости. И тут вспомнил ночные приключения. А чего разборки? В конце концов, все ведь нормально закончилось.
Рожин. Я уже слышал эту фамилию. Да, точно – это ведь директор фирмы, начальник Демидова. Но встречаться с ним пока еще не приходилось.
– А чего он сюда приперся?
– Похоже, Демидов вызвал.
Пока одевался, выслушал версию произошедшего. Демидов ночью позвонил Роме узнать, как дела на объекте. Поняв по голосу, что тот находится в невменяемом состоянии, решил приехать лично, чтобы оценить ситуацию. На месте обнаружилось, что бетон фактически просрали. Поэтому позвонил Рожину, а тот, естественно, тут же прилетел. Не шутка ведь! Если придется срубать сотню кубов бетона, то ущерб будет – мама не горюй.
– Так я ведь сам был там ночью. Вроде нормально получилось.
– Ни фига не нормально. Кое-где по углам топпинг уже отслаиваться начал. Сейчас народ там на карачках ползает – весь пол простукивает. Да, слушай, Рома просил. Если Рожин будет тебя спрашивать: ты всю ночь спал и ничего не знаешь. Понял?
Я кивнул и стал натягивать сапоги. В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появился человек. Свет, бивший из-за его спины, не давал мне рассмотреть его подробно.
– Эй, не понял! Я же сказал – всем в цех и пол простукивать.
Понятно, значит это и есть Рожин. Мой товарищ, невнятно пробормотав что-то, тут же ужом просочился в полуоткрытую дверь. Я натянул второй сапог, встал и не нашел ничего лучшего, как поздороваться. Рожин посмотрел на меня внимательно и, после некоторой паузы, ответил. Заметив мое движение по направлению к двери, остановил движением руки.
– Стой! Ты у Ромы работаешь? Почему я тебя раньше не видел?
Я ответил, что работаю недавно, всего пару месяцев.
– А сейчас что – спал что ли?
Сейчас, когда он уже был освещен светом, падающим из окна, я смог хорошенько его рассмотреть. Лет на десять старше меня, среднего роста, полноват. Аккуратно подстриженная бородка и густая шевелюра. Вопрос застал меня врасплох. Если сказать, что не спал, дальше, естественно, спросит – почему не в цехе вместе со всеми?
Пришлось рассказать все, как было на самом деле. А, собственно, на кой хрен мне выгораживать чужие косяки. Что-то подсказывало мне, что после ночного происшествия работа в бригаде у Ромы не сложится. Потому что, если рассудить здраво, это не те люди, которые способны испытывать чувство вины и благодарности. В их глазах я просто тот, перед кем они потеряли свое лицо. Да и затирщики теперь станут усиленно ревновать и всеми правдами и неправдами выдавливать меня отсюда. Как бы я не занял их тепленькое место. В процессе моего повествования Рожин шарил по бытовке, как я понял, в поисках компромата. Последний был найден в количестве четырех пустых бутылок из-под водки. Странно, мне казалось, их было больше. Наверное, часть успели выкинуть.
– А что, Демидова на объекте по ночам вообще никогда не бывает?
А, ладно, да чего там – раз начал сдавать, то уже нет смысла останавливаться. В конце концов – кто мне Демидов?
– Он обычно всю заливку с нами, но на затирку никогда, по крайней мере, при мне не оставался.
– Понятно, значит, это и его косяк. А ты сам давно на полах?
Я ответил, что полами занимаюсь всего пару месяцев. Что год перебиваюсь случайными заработками, а до того работал технологом на химическом производстве. Что по образованию – химик и пять лет до того успел поработать в науке.
От меня не скрылось то, что упоминание моей химической специальности вызвало у Рожина неподдельный интерес. Он как-то даже встрепенулся весь. Этот факт я про себя сразу отметил.
– Слушай, тебя как звать?
– Олег.
– Понятно. Меня Владимир. Слушай, Олег, скажи, пожалуйста, ты разбираешься в полиуретане?
Вопрос, признаться, меня удивил. Так сформулировать его мог только человек, очень далекий от химии. Значит, ему кажется, что, чтобы решить все его строительные проблемы, достаточно разбираться в полиуретане, не конкретизируя задачу. Пришлось сделать довольно длительную паузу для обдумывания ответа, чтобы он не прозвучал обидно.
– По специальности я химик-органик. Полиуретаны в университете, разумеется, изучал, но конкретно с ними работать не приходилось. Но если вас интересует, смогу ли я составить рецептуру и технологию производства какого-то конкретного полиуретана, то да, конечно смогу. Нужно будет немного посидеть в библиотеке в отделе диссертаций.
При моих словах во взгляде собеседника мелькнуло разочарование. Ну, интересно, а что он хотел? Случайно на улице встретить безработного технолога с именно той специализацией, какая ему понадобилась? Так таких по всей стране не больше пары десятков. И вероятность такой случайной встречи будет ноль целых и хрен десятых.
Я озвучил свои соображения, естественно, постаравшись сделать это как можно более вежливо. И добавил, что если ему нужен специалист, который должен завтра наладить производство, то проще было бы перекупить технолога на каком-нибудь известном ему предприятии подходящего профиля.
– Да нет, не в этом дело, – поморщился Рожин, – я давно бы и сам так сделал. Просто бегать наперегонки с десятком других производителей этой хрени – неблагодарное занятие. Мне нужна такая технология, которая давала бы себестоимость по материалу хотя бы процентов на пятнадцать-двадцать меньше, чем у других. Тогда в этом будет какой-то смысл. Тут в библиотеке сидеть, пользы нет – все, что советская наука наработала, уже давно используется.
Я вдруг почуял, что это удача.
Та самая удача, на которую прежде не мог и надеяться – настолько это казалось невероятным. Найти работу, которая бы позволила не просто иметь заработок, а еще и помогала бы в достижении моих целей. Потому что химик-технолог, а тем более исследователь, всегда сможет провернуть кое-какую работку попутно. Нужно только не зарываться. Нет, упускать такое – преступление. Хвататься обеими руками и не выпускать. Обещать, обещать все, что угодно. Как сказал какой-то классик – сначала нужно броситься в драку, а там уж как повезет.
– А вы знаете, какая себестоимость у производителей?
Вопрос заставил его усмехнуться.
– Честно говоря, про себестоимость не знаю, но известны их цены и не думаю, что они накидывают сверху больше тридцати процентов. Конкуренция в этой области уж слишком жесткая.
– Ага. Насколько я понял, если удастся разработать такую технологию, чтобы себестоимость производства была не выше шестидесяти процентов от цены конкурентов, то этого будет достаточно. Так?
Рожин на некоторое время задумался, видимо прикидывая в уме цифры.
– Что-то типа того. Сможешь это сделать? Я имею в виду, конечно, разумные сроки.
– Месяц – это разумный срок?
– Можно так не торопиться. Но три месяца – это край. У меня нет лишних денег и времени. Тридцатки в месяц тебе для начала как? Хватит?
Я кивнул. Тридцатка, конечно, не верх мечтаний. На полах я смог бы заработать и больше. Но тут важны не деньги.
– Через три месяца или вылетаешь, или организовываешь производство. Сейчас я тебе даю неделю. За это время ты должен определиться с направлением своих работ и с предварительными затратами на исследования. Ясно? Через неделю у меня на столе должен лежать план работ и бюджет.
Я ответил утвердительно. Все-таки чувствуется деловая хватка. Бизнесмен, однако. Тем временем Рожин продолжал.
– Смотри, пока даю тебе червонец, – с этими словами он полез в карман и выудил оттуда две пятитысячные купюры, – у Ромы за вчерашний день денег не проси, все равно их у него не будет. Он наказан за свой косяк и, думаю, людям тоже вряд ли заплатит.
– Так все вроде более или менее нормально получилось, – робко попытался вставить я слово в защиту не столько своего бригадира, сколько своей зарплаты.
– Нормально?! Бетон просрали. По примыканиям топпинг уже отслаивается, а по площади, даже если сейчас и держится, все равно, максимум, через месяц пойдут отслоения!
– И что же теперь делать?
– Вариантов тут немного. Можно подождать, когда начнет отваливаться и потом приезжать и ремонтировать по гарантии. Или сейчас, пока бетон еще свежий, фрезернуть всю поверхность и залить специальным составом. Все решит простукивание. Чем, собственно, твои друзья сейчас и занимаются, – он усмехнулся и добавил, – во главе с господином Демидовым. Ты лучше езжай домой, отдохни, а завтра приступай к работе. Сегодня что у нас? Ага, вторник. Значит, в следующую среду я тебя жду с планом работ и бюджетом. Во вторник предварительно позвони. Скажи мне номер своего мобильного.
Я назвал номер, Рожин тут же на него позвонил.
– Забей мой номер в телефон. Все – вперед, за работу, удачи.
Он протянул мне руку и затем быстро покинул бытовку.
Оставшись один, я задумался. Ситуация оказалась не такой простой, как первоначально мог подумать. Теперь приходилось шевелить мозгами, чтобы выпутаться. Во время учебы в институте полиуретаны мы разве что пробежали. Теперь в тему нужно было входить серьезно. Обычно на то, на что Рожин дал мне неделю, целые научные группы берут несколько месяцев. Господи, слава Богу, что догадался взять читательский билет, когда приезжал за вещами на квартиру. Во-первых, в Интернете найти всю необходимую информацию не надеялся, а, во-вторых, кроме, как в библиотеке, у меня и места-то, чтобы спокойно подумать, не было.
Решил не ждать завтрашнего дня, а начинать прямо сегодня. Нужно было только подъехать к машине, которая у меня сейчас исполняла роль слегка подвижного склада, чтобы взять читательский билет. Слегка – это потому что время от времени я ее переставлял на небольшое расстояние, стараясь каждый раз не сильно удаляться от станции метро. Автомобили, месяцами стоящие без движения, часто становятся жертвами вандалов и грабителей. Да и аккумулятор тоже время от времени надо бы подзаряжать.
В библиотеке посидел плотно – до самого закрытия. Нельзя сказать, чтобы без пользы. По крайней мере, основные направления, куда копать, были намечены. Принципиальный пункт, который определил для себя еще во время разговора с Рожиным, это обязательное использование ультразвукового реактора. Этим собирался убить двух зайцев сразу. Во-первых, таким способом я имел возможность втихаря продолжить исследования открытого мной энергетического эффекта за счет работодателя. А еще, имея довольно обширный опыт применения ультразвука в химической технологии, чувствовал, что именно с помощью подобных нестандартных методов и удастся получить конкурентные преимущества.
Неделя пролетела, как один день. Оказалось, что я просто до смерти соскучился по тиши и уюту библиотечных залов и теперь отрывался. Накопать удалось много. Самыми перспективными показались разработки шестидесятых и семидесятых годов, где для получения полиуретана предлагалось применять некоторые растительные масла. В то время эти исследования хода не получили. Видимо, это не совсем согласовывалось с тогдашними грандиозными планами руководства страны по развитию химической промышленности. Но вот сейчас, когда отечественное химическое производство благополучно приказало долго жить, это может быть очень даже актуальным.
Ультразвуковым технологиям тоже нашлось место. Когда работал на заводе технологом, ультразвуковой реактор там как раз использовался для быстрого и эффективного обмена химическими группами между молекулами. Я хотел воспользоваться этим же методом для синтеза одного из компонентов полиуретана из нескольких видов растительных масел. Тогда себестоимость по сырью получилась бы намного ниже планки, установленной Рожиным.
В общем, к назначенному сроку план работ, включая финансовую составляющую, был готов. Был бы компьютер, сделал бы красочную презентацию, а так пришлось рисовать от руки. Было опасение, что такому крутому бизнесмену как Рожин подобная кустарщина может не понравиться, но не буду же я заказывать это кому-то за деньги. И компьютер покупать специально для этого тоже не хотелось. Ладно, если нормальный человек с рациональным мышлением, то поймет. А если нет, то с таким лучше и не работать вовсе.
Офис и склад рожинской фирмы располагались на самом севере столицы, на территории огромного завода с нейтральным названием, в котором знающие люди сразу улавливали оборонное предназначение предприятия. Завод занимал целый квартал площадью с небольшой город. Рожин арендовал там несколько складских помещений, одно из которых было превращено в симпатичный и довольно просторный двухэтажный офис.
Представленный мною план претерпел несколько уточнений и, в конце концов, был одобрен. Рожин даже похвалил меня за подробные расчеты экономики производства в зависимости от объемов. Я дал ему список того, что предстояло купить в первую очередь. Рожин сначала попытался было передать его сотруднице, занимающейся снабжением, но, приняв на себя целый водопад возмущенных протестов, с виноватым видом вернул мне обратно.
– Сам понимаешь, не ее это профиль. Она для стройки все закупает, а тут еще искать придется, а она даже не знает где, – он развел руками.
Да, дисциплина, конечно, здесь не на высоте. Видимо, поэтому и прорабы у него не сидят на объекте и бригадиры бухают на работе. Делать нечего – придется искать самому. Для поисков необходимого из списка мне выделили свободный стол с телефоном и компьютером на втором этаже. Там же располагалась бухгалтерия, состоящая из четырех особей женского пола разного возраста, отличающихся повышенной болтливостью. Для химических экспериментов я получил уголок на складе. Мне затащили туда стеллаж и стол. На первое время это должно стать моим рабочим местом.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?