Читать книгу "Легионер 1"

Глава 2. Приключения начинаются

Вначале я решил драпануть подальше от таких разборок, но молодость и свойственный ей авантюризм сподвигли направиться к месту сражения. Ничем иным эти крики и удары быть не могли, разве что конструкторы решили провести свои игрища. Увы, три луны в небе говорили о том, что это совсем не Земля. Прячась за кустами и деревьями, я подбирался к месту баталии. Вскоре увидел опушку, на которой стояла карета, позади неё расположился обоз из трёх телег с запряжёнными в них лошадками, а вокруг шла битва: десяток воинов в доспехах, напоминавших римскую «лорику сегментату», отбивались от людей, одетых в более простую кожаную броню.

Воины сражались организованнее, но их было раза в три меньше, поэтому, пока легионер сдерживал двух противников, третий успевал ударить его в спину. В итоге защитники кареты закончились, и победители, радостно орущие и стукающие мечами о щиты, окружили модный тарантас на колёсах. Открыв дверь, бородачи вытащили из него пожилого мужика и двух девиц: богато одетую молоденькую красотку и девушку, судя по одежде и поведению, являвшуюся служанкой. Мужики скалились, отпуская сальные шуточки, а главный бандит схватил девицу за подбородок, рассмотрел её и что-то произнёс. Девушка гневно ответила, он засмеялся и шлёпнул её рукой по попе. За девушку вступился пожилой мужчина, высказав главарю что-то нелицеприятное, за что получил кулаком в зубы и упал на землю. Теперь я расслышал слова главаря бандитов:

– Куда ты лезешь, старый дурак!? А ты, графиня, с виду хорошая кобылка. Будешь нервировать меня, заберу с собой на перевоспитание.

Тут в разговор вмешался второй бандит:

– Барон, а что мы будем с ней делать?

– Ты, Фор, отправишься во дворец графа и запросишь за неё выкуп в 5 тысяч термидоров.

– А почему я?

– Потому что ты самый хитрый и подлый среди нас, ха-ха-ха! Может, граф вздёрнет тебя на дереве, и мы, наконец, избавимся от такого интригана.

– Барон Фуркад, что вы говорите?! Я же самый верный ваш слуга.

– Знаю, Фор. Просто ты лучше всех справишься с этой миссией. А сейчас забираем добро – продадим его в столице нашего герцогства.

Бандиты стали снимать с убитых товарищей и легионеров верхнюю одежду и доспехи с оружием, как мысленно я назвал графских охранников, складывая добро в телеги. Затем трупы сбросили в траву, развернули карету с обозом в обратную сторону и отправились в своё логово или ещё куда-то. Почесав голову, я понял, что человеческое качество под названием совесть, о котором многие в моём мире стали забывать, не даст мне поступить по-иному. Прячась за деревьями от бандитских глаз, отправился следом.

Барон Фуркад залез в карету и беседовал с девицей:

– Барон, как вам не стыдно заниматься таким грязным делом? Ведь вы из благородного сословия и должны быть примером для своих подданных. Где же ваша честь дворянина?

– Пэрра Илеана, оставьте ваши бредни по поводу чести среди благородного сословия. Я – наёмник, который зарабатывает войной. Вот сейчас я заработаю на вас. Куда вы ехали?

– Я еду к своему жениху, графу Тудору.

– Я так понимаю, что в повозках лежит ваше приданное?

– Да, там моё приданное.

– Отлично, тогда я смогу заработать на твоём женихе и папаше, взяв выкуп с обоих. Фор, вначале отправляйся к замку Тудора и сообщи ему, что его невеста находится в лапах ужасных бандитов. Чтобы получить назад прекрасную Илеану граф должен заплатить 5 тысяч золотых термидоров. А мы подождём тебя в Чёрном урочище. Пэрра, напишите послание вашему будущему супругу, да поплаксивее, чтобы он покрепче расчувствовался.

Вскоре Фор с помощником ушёл к замку графа Тудора. К вечеру отряд из 25 бандитов дошёл к роще, посреди которой виднелись развалины древнего замка, где и расположился на ночлег. Одни кашеварили из запасов, взятых в телеге, другие отдыхали, а двое сторожили пленников. Барон заставил барышню написать послание своему отцу и отправил с ним двоих подручных в другую сторону.

Наблюдая за лагерем, я совершенно не представлял, как вызволить из плена девиц и мужичка. От таких душевных переживаний мой живот заурчал и я, поужинав остатками жареной рыбы, отправился подальше от развалин. Надо было спокойно выспаться, найти себе пропитание на завтрашний день и зажарить его, а палить костёр возле бандитов явно было плохой затеей. Проснувшись поутру, побродил по окрестностям, нашёл ручей, а в нём рыбу и лягушек. Набив этих представителей фауны, зажарил добычу и позавтракал. Затем завернул оставшиеся жареные куски в листья лопуха и сложил их внутрь ящика с инструментом. Передохнув после сытного завтрака, отправился к развалинам продолжать наблюдение.

К вечеру прибыл Фор с напарником. Барон после сытного ужина потирал живот и слушал их:

– Знаешь, пэр барон, что мне ответил этот Тудор?

– Ещё нет. Так что жду с нетерпением, когда ты поведаешь нам об этом.

– Он сказал, что у него нет денег для выкупа невест-бесприданниц. Так что помолвка им расторгнута.

– Вот видишь, Илеана, какой хороший у тебя мог быть муж. Ты должна мне спасибо сказать, что я спас тебя от жизни с таким козлом. А вместо этого ты дуешься, словно беременная жаба, ха-ха-ха! Фор, как я пошутил?

– Необыкновенно остроумно, господин барон.

– Я и сам об этом знаю, но захотелось услышать со стороны. Будем ждать вестей от твоего отца. Если и он окажется таким же жмотом, то я полностью разочаруюсь в этом мире и патрициях.

– И что тогда будет со мной?

– Продам вас всех на невольничьем рынке. Может, за твою смазливую мордашку графини дадут десяток термидоров.

– Вы – хам и …

– Я – хороший человек, который учит тебя правде жизни. А за учёбу надо платить. Н-да, дорогая Илеана. Кстати, за девственницу дадут больше. Надеюсь, ты не того?

– Как вам не стыдно, барон, задавать благородной даме такие вопросы!

– А-а-а, мажордом закукарекал. Видать, мало вчера в дыню получил. Ещё хочешь? Не хочешь? Тогда сиди тихо, и не травмируй мой организм своим писком. Из-за вас я так сильно разочаровался в людях, что мне захотелось отдохнуть. Идите с моих глаз долой и чтобы в ближайшие часы я вас не видел.

– Пэр барон, а если они сбегут?

– Фор, они в трёх ёлках заблудятся, а ты говоришь – сбегут.

Троица отправилась бродить вдоль замковой стены, потихоньку выйдя наружу. Я наблюдал за пленниками, не понимая, почему их отпустили гулять без охраны? Затем, глядя, как они ходят по траве, понял, что они в принципе не будут бежать – не умеют. Наверное, это разглядел и барон Фуркад. Мужик оказался настоящим психологом человеческих душ. Между тем троица уселась на траву и стала разговаривать:

– Да-а-а, пэрра Илеана! Я совершенно не ожидал такого поведения от вашего избранника, графа Тудора! А с виду такой благородный и мужественный человек.

– Мальволио, мне он тоже казался таким. Увы, тем больнее осознавать его предательство.

– Госпожа Илеана, не отчаивайтесь. Ваш отец заплатит деньги, и мы вернёмся домой.

– Ах, Наталея, чтобы собрать такие деньги отцу потребуется несколько дней. Тем более он только что собрал 10 тысяч термидоров для моего приданного.

– Что же нам делать? Как прожить ещё несколько дней среди этих бандитов?

– Не знаю, Наталея. Надо молиться и великий Термидориус нам поможет.

Мне надоело слушать этот "плач Ярославны", отчего решил вмешаться. Подобравшись поближе и спрятавшись за кустом, шёпотом проговорил:

– Тихо, Илеана, я ваш друг. Вы так и будете ждать, когда барон продаст вас на рынке?

– Мой отец заплатит деньги.

– За вас – да, а о выкупе остальных речи не шло. Я предлагаю вам бежать.

– Мы не умеем.

– Бегать?

– Нет, убегать в лесу.

– Ерунда, я вас выведу. Тихо сходите с тропинки в кусты и идите за мной.

Троица так и сделала. Затем они увидели меня в непонятной одежде работника ЖЭКа, отчего их лица сильно вытянулись. Не давая им возможности пуститься в рассуждения, отдал приказ: «Бегом за мной, потом перейдём на шаг».

Мы пробежали метров пятьсот, затем прошли ещё метров 200, после чего зашли в ручей и пошли по течению. Оглянувшись, я не увидел за нами особо выделяющихся следов – трава сразу поднималась. Но мало ли что, вдруг среди бандитов попадётся следопыт, поэтому продолжил путать наши следы. Пройдя метров сто, вышли из ручья и отправились в сторону, где находилась моя лёжка. Ещё через километр быстрого шага, преодолев второй ручеёк, добрались до места моей дислокации. Тут камердинер взмолился об отдыхе. Девушки держались, но было видно, что обе также устали. Я открыл свой «чумадан», достал оттуда рыбу и произнёс:

– Привал полчаса. Прячемся в эти кусты и отдыхаем. А пока покушайте жареную рыбу, правда, она без соли.

– Это ты сам наловил?

– А кто же ещё? И даже нажарил на костре.

– Как тебя зовут, юноша?

– Михаил, можно Миша.

– Мишель?

– Ага.

– Откуда ты? На тебе очень необычная одежда и этот ящик.

– Из Ландерийской империи. Я люблю путешествовать, вот и бреду себе по миру, смотря на города и людей. А вы кто такие?

Девушка стала рассказывать, что она дочь местного правителя и её зовут графиня Илеана Тореон. Она была помолвлена с владетелем соседнего графства Тудором, и ехала к нему на свою свадьбу. Однако в дороге с ней приключилась такая вот оказия. Что касалось общей жизни, то в графстве проживали патриции, вольные жители – сервы, служащие графу и прочим богачам, и рабы. Причём, рабов мог купить даже серв, если у него имелись на это деньги. На территории графства Тореон находился вольный город Термен, где жители не подчинялись графу, но многие горожане также имели рабов. Графство Тореон располагалось в Тарагонском герцогстве, а самой империей владел император Термидориан 150-й.

– А что нужно, чтобы стать жителем этого города?

– Нужно пойти в ратушу, встать на учёт, заплатить налог и жить.

– А что за деньги в империи?

– Мишель, ты что, совсем не знаешь о жизни в нашей империи?

– Нет, Илеана, я жил на природе, поэтому очень далёк от городской суеты. Тем более, здесь чужая империя.

– Платиновый империал состоит из сотни золотых термидоров, который в свою очередь делится на 100 серебряных денариев, а тот на 100 медных грошей.

– Ясно, надо где-то достать денег.

– Увы, Мишель, у нас с собой также нет ни гроша.

– Ладно, барышни, отдохнули, теперь надо идти дальше. Пойдём вглубь леса, затем обойдём развалины замка по большой дуге и двинемся к вашей усадьбе.

– А долго мы будем идти?

– Я не знаю, где ваш замок, поэтому долго.

Мы прошли по очередному попавшемуся на пути ручью, только в обратную сторону, и вышли на дальнем берегу. Теперь никто из нас не спешил, идя в размеренном темпе, обходя кусты, завалы деревьев, форсируя канавы и прочие препятствия.

В это время барон проснулся и поинтересовался, как там пленники. А вот пленников никто не видел. Они вышли погулять и пропали. После рёва барона, напоминавшего призывный крик лося во время гона, все бросились на поиски сбежавших. По кое-где примятой траве, отпечаткам обуви и общему направлению движения, бандиты смогли определить, что беглецы направились в лес. Когда бандиты дошли до ручья, все оказалист в ступоре. На том берегу следов не было и куда они пошли – вверх или вниз по течению, было непонятно. В итоге отряд разделился: одни пошли искать по берегу ручья вниз, а другие вверх. Однако найти наши следы не удалось. Поскольку время было вечернее, поиски пришлось свернуть.

Барон озадаченно произнёс:

– Ладно, приданое мы взяли, что в сложившейся ситуации – очень хорошо. Все идём к графскому замку, может, удастся перехватить беглецов на подходе.

– Господин барон, неужели они смогли убежать?

– Теперь не уверен, Фор. Все это очень странно. Создаётся впечатление, что им кто-то помог. Вот только кто? Дождёмся наших гонцов, а затем отправимся в окрестности замка.

Мы также расположились на ночлег. Народ устал, отчего быстро перекусил моими припасами и улёгся спать. Спать на земле было прохладно, поэтому мне пришлось наломать для девиц веток. Камердинер Мальволио уселся рядом с ними, а я забрался на дерево. Проснувшись рано утром, посмотрел, как мило спят юные феи, и пошёл бродить по окрестностям в поисках ручья. Найдя таковой, занялся рыбалкой, наколов на острогу крупный экземпляр судака. Притащив рыбину в лагерь, подождал, пока она уснёт, чтобы не мучать животину, счищая чешую с живой, затем развёл костёр и приступил к жарке на камнях. Голодный народ быстро поел мягкую, хотя и несолёную рыбу, а затем продолжил путь.

На привалах я развлекал девиц историями из романов земных авторов, рассказывая их, словно это были случаи из моих путешествий. Девушки и даже камердинер с интересом слушали о приключениях римского гладиатора Спартака. Отдохнув, шли дальше, а на очередном привале беглецы снова погружались в мир переживаний за геройского короля фракийцев Спартака, попавшего в плен, а затем в гладиаторы, его борьбе за свободу рабов против римлян и влюбившейся в героя прекрасной патрицианке Валерии. Девушки вздыхали, мыслями окунаясь в сюжет этих приключений. В этот вечер я успел закончить рассказ о гибели Спартака и оставшейся одной безутешной Валерии, отчего девушки даже всплакнули. Илеана взяла меня за руку и, вытирая слёзы, произнесла:

– Мишель, вы настоящий сказитель! Ах, если бы вы стали менестрелем при нашем дворе.

– Нет, чего-чего, а сказителем быть неохота. Это сейчас, пока мы коротаем путь, я рассказываю весёлые истории.

– Какие же они весёлые, когда героя казнили, а его возлюбленная осталась одна.

– Увы, такова жизнь. Как спел один известный бард: «Возвращаются все, кроме лучших друзей, кроме самых любимых и преданных женщин, возвращаются все, кроме тех, кто нужней. Я не верю судьбе, я не верю судьбе, а себе – ещё меньше!» Когда до девиц дошёл смысл куплета из песни Высоцкого, новый взрыв плача с морем слёз огласил округу.

– Так не должно быть, Мишель.

– Согласен. Что же, барышни, пора ужинать и ложиться спать.

За ужином перешёл к рассказу о приключениях Айвенго – оруженосца английского короля Ричарда Львиное сердце, после чего мы собрались ложиться спать. Я отправился к ручью испить воды. Напившись и прополоскав в воде нож, услышал, что сзади кто-то подошёл. Оглянувшись, увидел служанку. Девушка молча села рядом и прижалась ко мне.

– Прохладно, Мишель.

– Это точно.

Я обнял Наталею, она сильнее прижалась и положила голову мне на плечо. Так мы и просидели минут десять, пока девушку не позвала Илеана. Скажем так, ощутив рядом с собой молодое девичье тело, я расстроился, что девушка убежала на самом интересном месте. В это время графиня строго посмотрела на служанку и проговорила:

– Наталея, куда ты пропала?

– Пила воду и болтала с Мишелем.

Лёгкий укол ревности коснулся сердца юной графини. Она снова посмотрела на служанку, которая отвела глаза в сторону. Илеана подумала: «Ерунда какая-то. Кто такой этот Мишель? Обычный бедный путешественник. И кто я!» Укладываясь спать, Илеана закрыла глаза, вспоминая героев рассказа, только почему-то вместо Валерии она представила себя, а вместо мужественного гладиатора – случайного спутника Мишеля. Только конец этой истории был совершенно другим. Улыбаясь, она заснула. В эту ночь мы легли на нарубленные мной еловые лапы рядом.

Следующий день наш маленький отряд продолжил двигаться в северном направлении. Оказалось, что нападение на кортеж графини произошло практически возле замка Тудора, так что путь к замку Тореон занял больше недели. Наконец начались обитаемые места: стали появляться деревеньки, а поля возделывали сервы и рабы. Вскоре мы вышли с территории графства Тудор, оказавшись в родном графстве Илеаны, о чём нас известил едущий на телеге крестьянин. Денег у нас не было, поэтому я продолжал рыбачить, а девушки собирали речных устриц, душицу, листья дикой малины и земляники, чтобы добавить их в блюда в качестве специй. Чашек у нас также не имелось, отчего чаёв мы не пили, обходясь водой из проточных ручьёв.

Теперь во время привалов рядом со мной садилась Илеана, касаясь меня рукой или бедром. Частенько она расспрашивала меня о личном:

– Мишель, а сколько тебе лет?

– 22 года набежало.

– А у тебя есть дама сердца?

– Сердце есть, дамы нет.

– Тебе столько лет и нет дамы? Непонятно…

– А у тебя есть мужчина сердца?

– Был. Правда я его видела всего один раз, когда он приезжал свататься.

– Это твой жених, граф Тудор?

– Да, он. Но после такого поступка я выбросила его из сердца и теперь оно свободно.

– Это круто!

– Наверное. Я ещё не решила. А ты хочешь, чтобы у тебя была дама сердца?

– Ха-ха, наверное, но я тоже ещё не решил.

– Нет, Мишель, иметь даму сердца – это круто, как ты говоришь.

– Значит, придёт время и она появится.

Если Илеана была воспитана в строгих правилах, то служанка оказалась проще. Увы, но познакомиться поближе с Наталеей никак не удавалось – графиня чётко следила, чтобы служанка больше со мной не уединялась. Я заметил это и не провоцировал девушек. Кроме рассказов расспрашивал спутников о местных реалиях, составляя общее впечатление, как тут живут люди. Чем больше мы общались, тем сильнее меня тянуло к этой фее. Анализируя своё состояние, обнаружил признаки влюблённости. А ещё меня радовало, что юная леди также благоволила мне, не оставшись равнодушной к своему случайному спасителю. Скажем прямо, оказавшись на чужой планете и в одиночестве бродя по лесу, мне реально было страшно за своё будущее. Что меня ждало впереди? И эта симпатичная девушка стала моим первым другом в этом мире.

А ещё, глядя на отношения между этой троицей, я понял, что между простолюдинами, которых здесь называли плебеями, и патрициями существовала чёткая субординация. Учитывая, что у меня ничего не было, я автоматически попадал в категорию плебса. Блуждая по лесу больше недели, мы, наконец, добрались до гряды холмов. Взобравшись на один из них, девушки увидели свой замок и расположенный у его стен городок. Радости у троицы были полные панталоны, или что там они носили под своими туниками, потому как полуголодными бродить по лесу и спать не в привычной кровати, а на жёсткой земле – удовольствие ещё то. Так что все собрались с силами и бодро потопали домой.

Детективы я почитывал, отчего представлял коварство плохишей. По этой причине идти к замку всей толпой опасался, предложив свой вариант. В итоге, графиня и Мальволио остались в засаде, а мы с Наталеей направились к замку окольными путями. Пока шли, девушка спрашивала, что я собираюсь делать:

– Мишель, ты очень отличаешься от всех нас. Даже одежда на тебе чудная. Что ты собираешься делать?

– Не знаю.

– Оставайся. У меня есть своя комната на первом этаже замка, правда, я не уверена, что тебе разрешат в ней жить. Зато на территории в отдельном домике живут мои родители, и ты можешь остановиться у них. Я буду часто приходить к тебе.

– Спасибо, Натали.

– Меня зовут Наталея.

– Там, откуда я родом, твоё имя звучит как Наташа или Натали. Я подумаю. Не хотелось бы быть нахлебником.

За разговором время пролетело быстро. Вскоре мы обошли крепостную стену и по опущенному подъёмному мосту через главные ворота зашли во двор. Стражники узнали служанку и пропустили нас. Здесь наблюдалось целое столпотворение: сервы, стражники, рабы и даже лошади с ослами перемещались по двору в хаотичном, как говорят учёные, "броуновском" движении. Наталея побежала в замок, а меня у ворот притормозили охранники. Я остался стоять возле стены, ожидая продолжение «пьесы».

Граф Тореон сидел в глубокой задумчивости. Его поразили несколько новостей: похищение дочери с приданным, отказ Тудора жениться на Илеане без приданного и отказ жениха выкупить свою невесту у похитителей, о чем он известил графа через гонца. И вот теперь родителю требовалось собрать выкуп за дочь. Деньги в сокровищнице имелись, но как сделать так, чтобы похитители не обманули его. Завтра наступит срок отдачи выкупа, а место, куда его привезти, сообщит бандит, который прибудет в замок. Хитрость бандитского условия заключалась в том, что идти на встречу должен был один человек. А это означало, что его могли легко убить и забрать выкуп, не отдав дочь. Что же делать?

В зал вошла графиня:

– Дорогой, у меня замечательное известие!

– Что опять случилось, дорогая?

– Вернулась служанка Наталея. Она сказала, что неизвестный юноша помог сбежать нашей дочери из плена. Теперь они прячутся у Зелёного холма. Их надо встретить с охраной.

– Это замечательно! Зови её сюда.

Девушка вкратце рассказала, что произошло, и где прячется юная графиня.

Вскоре из каретного сарая вывели крытую колесницу, напоминающую фаэтон, а из замка вместе с Наталеей вышли богато одетые мужчина и женщина. Девушка показала на меня, но владетель небрежно махнул рукой, после чего в фаэтон уселись графиня и служанка, а граф и пять десятков воинов взгромоздились на лошадей. Кавалькада выехала через ворота и направилась к Зелёному холму. Про меня все забыли, поэтому я также остался стоять у входа. Меня макнули носом, дав понять, что в этом мире существует чёткое разделение на богачей и безродных путешественников, до которых первым нет никакого дела, пусть даже те спасли их близких.

Стражник поглядел на это, сделал выводы и подошёл ко мне:

– Эй, бродяга, не стой столбом. Иди себе с миром.

– А где здесь вольный город Термен? В какую сторону идти-то?

– Это тебе по главной дороге в ту сторону. Через два дня доберёшься.

– Благодарю за подсказку, я пошёл.

– Иди. Стой! Что это у тебя за ящик диковинный? Где ты его украл?

– Здесь такие не делают, поэтому украсть его я не мог. Пока, дядя.

Я вышел на улицу и, таща свой ящик, бодро потопал по дороге в указанную сторону, влившись в поток идущих или едущих по своим делам путников. Пока шёл, решил, что надо найти тряпку и спрятать в ней красно-серый пластмассовый ящик, затем переодеться, ибо моя спецовка слишком контрастировала с одеждой местных жителей, а также найти денег, чтобы было на что покушать. Вокруг начались обжитые места, отчего собрать хвороста стало непростой задачей, а правильнее сказать, невыполнимой. Да и ловить рыбу в водоёмах я опасался – вдруг это собственность графа и меня за это дело ещё посадят в тюрьму.

Вдруг на глаза попался человек, которого я видел в бандитском отряде. Мне подумалось, что это наблюдатель. Интересно, видел ли он меня, входящим в замок со служанкой, или не узнал её? От этого зависело, будут ли знать в банде, кто помог графине бежать, или нет? Я не стал за ним следить – теперь это дело графа. Сам же всё дальше уходил от замка и своих первых знакомых в этом мире. Солнце по-летнему палило, отчего пришлось снять ветровку и футболку, оставшись лишь в джинсовом комбинезоне свободного покроя с кучей карманов, змеек и заклёпок на них. Зато вещами прикрыл ящик с инструментом. Во второй руке нёс, словно посох, сделанную мной пику.

Путь к новой жизни лежал по выложенной камнем дороге, по которой медленно тащились на телегах крестьяне, неспешно погоняя понуро бредущих лошадок, мулов и даже осликов, по своим делам шли пешие путники и скакали всадники. Наверное, чтобы не стирать подковы, все эти кавалеристы мчались по земляной обочине, отчего поднимали за собой целые облака пыли. Когда мне надоело её глотать, да и пить захотелось, свернул на просёлочную дорогу, направившись к виднеющейся на горизонте полоске леса.

Воины во главе с графом Тореоном доскакали к Зелёному холму, а следом доехала и карета. Из неё выскочила Наталея и побежала разыскивать госпожу и слугу. Услышав крики, девушка и пожилой мужчина вышли из зарослей. Грязные, с оборванными рюшечками и кружевами на костюмах, беглецы предстали перед графом.

– Дочка, Мальволио! Вы настоящие герои, раз смогли убежать из плена! Забирайтесь быстрее в карету и едем домой. По пути все расскажете.

– Папа, нам помог юноша. Наталея, где он?

– Он остался во дворе замка.

– Папа, это очень необычный путешественник. Ему надо помочь.

– Поможем. Главное, ты спасена! Я направлю к Чёрному урочищу легионеров, и они разделаются с мерзким бароном Фуркадом. А вот граф Тудор меня разочаровал.

– Не напоминай мне о нём! Этого человека для меня больше не существует.

– Ты права, дочь.

Вернувшись в замок, Наталея и Илеана бросились искать юношу. К этой суете подключили стоящих у ворот охранников. Один из них, поправив усы, проговорил:

– Ваше сиятельство, вы ищите юношу с сундуком в руках и синих штанах?

– Да, охранник, мы ищем именно его.

– Так он, ваше сиятельство, ушёл сразу после вашего отъезда.

– Куда ушёл?

– Так по дороге в ту сторону и ушёл. Спрашивал о городе Термене.

– Папа, вели немедля послать за ним стражу! Пусть догонят и возвратят его.

– Дочка, ну как мы его найдём?

– Он очень необычно одет и в руках несёт сундук с инструментами.

Двое всадников отправились в путь, вернувшись к вечеру:

– Ваше сиятельство, проскакали аж до Толимены, но никого похожего не увидели.

– Значит, он свернул с дороги. Захочет – вернётся.

Илеана настаивала на продолжении поисков, устроив настоящий скандал:

– Папа, мама, как вы не понимаете! Он спас меня от рук бандитов. Его надо обязательно найти!

– Ну, что ты, доченька, так переживаешь! Скажи, он сын графа или герцога?

– Нет, мама, он не похож на сына герцога или графа.

– То есть он простолюдин?

– Не знаю? Он путешественник и у него совсем нет денег. Ему надо помочь.

– Доченька, значит, он плебей. А все плебеи обязаны помогать нам, патрициям, в любых делах! Дорогой, скажи дочке своё отцовское слово.

– Илеана, мы отправляли за ним всадников, но они не нашли его. Если вдруг мы встретим этого юношу, я отблагодарю его, э-э-э, скажем, десятью термидорами.

– Папа, он сохранил тебе 5 тысяч термидоров выкупа, а ты собираешься дать ему всего 10!

Тут в разговор вступила мама:

– Доченька, если всем раздавать по 5 тысяч термидоров, нам самим не на что будет жить! Получить 10 золотых – это счастье для простолюдина.

– А он не простолюдин. Он столько всего знает!

– Ну и что! Вот если бы он оказался сыном герцога, тогда другое дело. Как его зовут?

– Мишель Тимофеев.

– Что-то я не слышал о герцогах Тимофи. В общем, дочка, мама права, забудь его. Главное, ты снова дома!

Илеана ушла к себе в комнату, громко хлопнув дверью. Усевшись на кровать, она расплакалась. Как несправедливо устроен мир. Человек, который спас её от рабства, просто ушёл, а родители не хотят искать его дальше. А ей всего лишь 16 лет, она ничего, кроме стен этого замка и не видела. Разве она сможет отправиться в путь и найти его? А как бы поступила Валерия, если бы её Спартак потерялся? Никак! Она просто сидела на своей вилле, ничем не помогая возлюбленному, правда, и не мешала. Мишель, как жаль, что ты не граф! Этой зимой они отправятся в столицу герцогства на новогодний бал, ведь она перешла в разряд невест. Кто знает, может, там её ждёт суженый?

Наталея тоже вспоминала непохожего на других юношу. Мысли её были более приземлены, потому что над ней не довлел статус патрицианки: «Ах, Мишель, если бы ты взял меня в жены, я была бы счастлива. Куда же ты пропал?» Этим вечером две девушки с грустью смотрели на взошедшие в небе три луны, вспоминая, как ещё вчера этот симпатичный парень рассказывал о приключениях оруженосца, а также увлекательную историю любви между гладиатором и патрицианкой.

На следующий день отряд барона Фуркада снялся с места и направился в соседнюю империю, где в приграничье располагалось его баронство.

– Барон, а как же перехватить графиню у замка?

– Фор, думаю, если у неё хватило ума убежать, то хватит ума попасть в замок мимо нас. Мы взяли хорошую добычу, так что возвращаемся домой.

Я шёл лесной дорогой, когда повстречал дровосека. Молодой мужик в бедной одежде тащил на спине вязанку дров. Он сделал привал, бросив вязанку на землю и, придерживая рукой переброшенный через плечо топор, уставился на меня. Поздоровавшись, пояснил, что я чужеземец и иду в город Термен. Затем поинтересовался у собирателя хвороста, насколько это доходный бизнес. Мужчина расслабился и ответил:

– До Термена пару дней пути. Хворост собирать все труднее.

– Отчего?

– Как же отчего? Хозяйки каждый день топят печи, чтобы готовить еду. Хвороста нужно много, сборщиков тоже много, так что приходится уходить в лес на целый день пути. Стоит вязанка 30 грошей, но пока её насобираешь, весь день пройдёт. Хорошо, если на сухостой наткнёшься. С сухого дерева столько дров можно набрать, что за один раз и не принесёшь. Приходится их прятать, чтобы другие не нашли. Так что нелёгкий у нас труд.

– Ясно, думал подзаработать на этом, да всё не так просто.

– Ну, я пошёл. Удачи тебе, чужеземец. Будь другом, подкинь вязанку на спину.

Я помог дровосеку водрузить связанные верёвкой сухие ветки на спину и продолжил свой путь. Мысль поработать в первое время дровосеком отпала сама собой. Нужна была новая идея, которой в голове пока не было – слишком мало имелось исходной информации. Откровенно говоря, мне стало боязно от перспектив новой жизни с непривычными для меня законами. С другой стороны становиться полным Робинзоном у меня также не имелось желания. К тому же в окрестных лесах даже хвороста было не найти – все сметали дровосеки и прочие трудяги, а кушать рыбу и лягушек сырыми я не привык.