Текст книги "Чудаки на Кипре (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chudaki-na-kipre-sbornik-159195.jpg)
Автор книги: Александр Матвеев
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Вечер с Дафной
Женщина за стойкой регистрации была сурова, неразговорчива и поразительно некрасива. На приветствие Мареева что-то буркнула в ответ, даже не посмотрев на него. Но Мареев не отступал:
– Скажите, пожалуйста, мадам, где можно поужинать?
– Там, – ответила женщина, махнув рукой в глубину помещения.
Обернувшись, Мареев увидел в конце зала полуоткрытую дверь и столы ресторана. Отель назывался «Daphne Hotel Apartments». Обычная трёхзвёздная гостиница рядом с набережной в городе Пафосе. Мареев приехал в Пафос на два дня, сбежал от суеты своего дня рождения в Лимассоле. Не хотелось ему никаких встреч с друзьями, не хотелось слышать тосты в свою честь – искренние, но в основном состоявшие из штампов с пожеланиями здоровья, счастья, вдохновения в творчестве и всяких других благ.
– Возможно, потому и штампы, что от души говорится, – сказала дочь Маргарита, которая по этому случаю прилетела к нему в гости из далёкого Владивостока.
– Конечно, Рита, но хочется тишины в этот день. Разве что немного свежего ветра не помешает. А человеческих голосов – нет, не хочется, – отвечал полушутя-полусерьёзно Мареев.
– И меня удалишь из праздника? – заулыбалась Маргарита.
– И тебя! Но сначала мы с тобой пообедаем в Пафосе в рыбной таверне, а потом я останусь в городе на две ночи один.
И вот он в отеле с таким романтичным названием в честь древнегреческой нимфы, которую её отец, речной бог Ладон из Аркадии, превратил в лавровое дерево, чтобы спасти от преследования юного Аполлона. Дафна сохранила целомудрие, но какой ценой! Аполлон же остался с носом, в отличие от своего отца Зевса, которому все женщины покорялись и нарожали многочисленное потомство. И олимпийские боги, бывало, терпели поражения в любви, не то что мы, земные мужчины. Вот и поэт Пётр Заречкин предупредил в стихах: «Мужчины, опасайтесь женщин!» А он знает, что говорит. На старости лет оказался один с искусственной челюстью и с сонмом детей, признанных и непризнанных. Заречкин, конечно, не Зевс, но не менее плодовит!
«А может, неприступная мадам на ресепшн и есть воскресшая Дафна, – подумал Мареев. – Ведь отвергла она любовь красавца Аполлона в своё время, и вот, простояв лавром несколько тысячелетий, продолжает ненавидеть мужчин». Но тут же возразил себе, что суровая особь внешностью никак не похожа на красавицу нимфу с белоснежной кожей. По крайней мере, какою её представлял себе знаменитый мастер Джованни Бернини, изваявший нимфу вместе с Аполлоном из мрамора. Не зря скульптура хранится в знаменитой галерее Боргезе в Риме. Разве унылую женщину стал бы скульптор ваять? И разве стали бы такое изваяние хранить в своих коллекциях кардиналы и папы? А вдруг сбылось пророчество кардинала Маффео Барберини, будущего папы Урбана VI, который написал двустишье-предостережение, мол, не ищите наслаждения в исчезающей красоте, иначе останетесь с руками, полными листвы и горьких ягод. «Ну её, эту вредную уродину! Залезла в голову и никак не отцепится», – подумал Мареев, отгоняя от себя дурные мысли и присаживаясь за стол.
Ресторан оказался похож на затрапезную столовку из российской глубинки. Столы без скатертей. Официантов нет. Буфетное обслуживание. На барной стойке паста болоньезе (макароны по-флотски), салат из подвявшей капусты с редкими вкраплениями тонко нарезанного красного перца, жареные куриные ножки и сок. Вилки, ложки пришлось добывать самостоятельно.
Поковырявшись в тарелке, Мареев махнул рукой на такой праздничный ужин и отправился в таверну «Пеликан», где он днём обедал с дочерью. Тогда их обслуживал очень проворный официант Иван из Молдавии. Парень прямо летал между кухней в основном помещении и столиками под тентом у воды. А какой выбор рыбы из утреннего улова! Иван оказался словоохотливым и улыбчивым. Показал в телефоне фотографию, где он стоит рядом с Евгением Примаковым. Когда это было? Где-то лет десять назад, в этом же ресторане, где чета Примаковых обедала. Нет уже в этом мире Евгения Максимовича, знаменитого российского политика, учёного и писателя, а память о нём живёт даже в маленьком курортном кипрском Пафосе. Иван с упоением рассказывал о своей встрече со знаменитостью. Мареев подумал, что и детям, и внукам своим тот будет показывать эту фотографию! Вспомнил строки из своего же стихотворения:
Земная жизнь так скоротечна, —
Кто вспомнит нас в глубинах лет?
Кого-то вспомнят, а чей-то след затеряется. Вот следы его дедушки Фёдора из далёкого украинского села не должны затеряться; он, Мареев, постарался и в стихах деда прославил, а теперь песни уже поют о том, как дедуля мастерит скворечники в ожидании прилёта птиц! Мареева и его стихи забудут, а песня, даст Бог, останется.
Какой чудесный городок этот Пафос! Мареев шёл по набережной и с удовольствием наблюдал за отдыхающей публикой. Вспомнилась набережная в Коктебеле в Крыму, где он бывал раньше летом. Тот же праздник жизни! Рестораны, кафе, лотки, киоски. Отдыхают люди, забыв о репортажах из Сирии, Афганистана и других горячих точек. Да и в Европе уже стало неспокойно из-за наплыва беженцев.
От неприятных мыслей Мареева отвлекла бегущая по морю яхта под белым парусом. А над морем бирюзовое небо с высокими облаками. Облака-великаны сближались друг с другом, образуя какие-то сказочные фигуры, и снова расходились. Всё это происходило над горизонтом, а в зените небо почти чистое. Вот так и в жизни: где-то буйство фантазий и событий, всё меняется ежечасно и ежеминутно, а где-то спокойствие веками, разве что маленькие невинные тучки появятся в небе и исчезнут без следа, растаяв в лучах заходящего солнца. А в курортном Пафосе пока прекрасная погода!
В таверне «Пеликан» обстановка праздничного вечера. Горят огни. На веранде газовые горелки высотой более чем в два метра; пламя в прозрачной трубе, огороженной конусообразной сеткой, рвётся вверх и по пути отдаёт тепло людям за ближними столиками. Не сезон – середина мая, по вечерам бывает довольно прохладно. Иван встретил Мареева радушно, как старого знакомого, и предложил попробовать свежайшие устрицы дневного улова с кипрским белым вином «Zambaratas». Вечер удался: созерцание звёздного неба под шум прибоя; мимо прохаживаются безмятежные туристы. Огромный мужчина бережно ведёт под руку маленькую стройную даму и, заглядывая ей в глаза, что-то увлечённо рассказывает. Две старушки, божьи одуванчики, держась за руки, идут и вдыхают морской воздух. Ничего им не нужно, кроме этого самого морского воздуха. Стайка девушек пробежала, прыская смехом в ответ на приглашение зазывалы посетить его таверну, потому что сегодня именно у них самая вкусная рыба. Когда есть свободная минута, к столику подходит Иван, чтобы справиться, всё ли в порядке, и рассказать какую-нибудь короткую историю из курортной жизни.
После ужина Мареев в прекрасном расположении духа покинул таверну и отправился прогуляться по ночному городу. Пошёл по набережной в сторону Пафосского замка. Впереди шли две женщины с полными сумками. «Видно, накупили в магазине продуктов и домой тащат», – подумал Мареев, следуя за ними. Но женщины повернули налево, к марине. «На яхту идут», – сделал он ещё одно предположение. Но, к его удивлению, женщины остановились возле огромного уродливого замка, известного ещё с четырнадцатого века. Не раз за эти долгие годы замок подвергался разрушению, но всегда его восстанавливали. Во время турецкой оккупации здесь была тюрьма. Туристы любят осматривать окрестности, поднявшись на его крышу. Женщины стояли у мостика, ведущего к запертой двери, и что-то обсуждали, поставив сумки на мостовую.
– Вы живёте здесь, леди? – в шутку спросил Мареев. – Что это за здание?
– Нет, мы просто смотрим, – ответили женщины на ломаном английском.
– Извините, вы не местные? Может быть, русские?
– Да, мы из России. Приехали на экскурсию из деревни Кефалос, километров семь отсюда. Купили подарки и вот решили пройтись по набережной перед обратной дорогой.
Мареев помог землячкам Алле и Кате донести тяжёлые сумки до автобуса и отправился в свою гостиницу. Он был доволен собой: хорошо провёл время в ресторане, сделал доброе дело для соотечественниц. Людей на набережной уже было поменьше. Изредка проходили пары, видимо, возвращаясь из ресторана. Навстречу ему шла стройная женщина в каком-то необычном одеянии пурпурно-красного цвета, небрежно накинутом на плечи, – правая рука оголена, а левая прикрыта складками ткани. Мареев видел такие женские хитоны на картинках в книгах о древнегреческих мифах. Сколько фантазии вложено в этот длинный, до самой земли плащ… Женщина широко раскинула руки. Марееву показалось, что рукава её одежды стали похожи на огромные крылья.
– Молодой человек, вы не поможете мне? – спросила женщина по-русски.
– Да, конечно! – запинаясь, ответил Мареев.
Разве он мог не помочь такой белокожей красавице с огромными карими глазами? Небольшой точёный носик, полные алые губы и смущённая улыбка женщины, которой, возможно, неудобно обращаться на улице к незнакомому мужчине, но обстоятельства заставляют её это делать. Эти мысли промелькнули в голове у Мареева, и он тут же добавил:
– С удовольствием помогу, тем более что мы вроде бы земляки.
– Нет, я – гречанка. А русский язык выучила. Так поможете?
– Да, да… Что нужно сделать!
– Проводите меня, пожалуйста, до гостиницы. В силу обстоятельств я оказалась без мужской поддержки в этом городе.
Мареев насторожился. Он уже попадался на такую удочку, когда у него подобным образом выманивали деньги. Но то были другие женщины, плохо одетые, какие-то потерянные, они давили на жалость. А эта? Эта, кроме восхищения, ничего другого вызвать не может! Уверенный тон, невинный взгляд, неподдельное смущение. Мареев, отбросив всякие сомнения, с готовностью сказал:
– Располагайте мной, мадам! Куда вас проводить? Меня зовут Всеволод.
– О! Я знаю. Всеволод – это Сева. Так вас, наверно, в детстве звали. Можно я вас тоже буду так звать?
– Мне будет приятно. Меня и сейчас друзья так зовут. А позвольте узнать ваше имя?
– Дафна.
Мареев опешил. Он остановился в отеле «Дафна», и странную незнакомку тоже так зовут. Не сон ли это?
– Ваш отец случайно не Ладон из Аркадии? – нашёлся Мареев.
– Да, да, Сева! Он самый. И я родом из страны, основанной, по преданию, Аркадом, сыном Зевса. Мне здесь недалеко, но вначале я хотела бы выпить чашечку кофе! Я знаю одно замечательное местечко. Пойдёмте со мной. Не оставляйте даму одну.
Мареев уже давно не пил на ночь кофе, но ещё далеко не ночь, да и почему бы не посидеть с такой прекрасной и общительной женщиной и не поболтать немного?
А вдруг? Нет, никаких «вдруг»! Нужен такой красавице старый хрыч!
Путь оказался не очень близким, но в конце их ждала награда в виде традиционной кипрской таверны «Democritos», названной, видимо, в честь знаменитого древнегреческого философа Демокрита, жившего примерно две с половиной тысячи лет назад. «Смеющимся философом» прозвали земляки Демокрита при жизни, так как он, созерцая мир, мог внезапно рассмеяться своим мыслям. Ему казались смешными и мелкими дела людей в сравнении со вселенским порядком. В этой таверне веселье плескало через край. Играла живая музыка, стройные мужчины танцевали. Время от времени к ним присоединялась и Дафна, весёлая и загадочная в своём фантастичном одеянии. Группа англичан непрерывно хлопала. Аплодисменты сопровождали Дафну, когда она возвращалась к столику Всеволода, и получалось, что внимание посетителей к красавице частично доставалось и Марееву, чему он был очень рад! А что? Кто не возрадовался бы, когда для него танцует молодая и красивая гречанка в пурпурно-красном хитоне!
Каким-то чудесным образом на столе появились вино и маленькие тарелочки с кипрскими сладостями, орешками и фруктами. Неожиданное продолжение праздника в обществе нимфы из Древней Греции. Умной, привлекательной и весёлой! Когда Дафна в очередной раз отправилась танцевать с актёрами, Мареев не выдержал и подозвал менеджера, приятного вида женщину лет пятидесяти:
– Вы знаете танцующую даму?
– Сэр, это вы с ней пришли. Мы её видим впервые!
– Её зовут Дафна. Я с ней познакомился сегодня вечером. Она так прекрасно танцует.
– О да, сэр! Возможно, она не только танцует, но и поёт?
Смолкла музыка. Дафна вернулась к столу и, подняв бокал, произнесла:
– Сева, пью этот древний напиток за вас! За наше знакомство!
– Спасибо. Никогда не думал, что так закончится мой день рождения! В обществе красивой гречанки в хитоне, да ещё и танцующей для меня.
– Сева! А давай я спою для тебя! – предложила Дафна, переходя на «ты» и ничуть не удивившись тому, что у Мареева сегодня день рождения. – Я спою современную песню, но чуть позже, когда наступит новый день, сразу после полуночи!
Мареев непроизвольно посмотрел на часы: «Как быстро пролетело время! Вот и заканчивается этот удивительный вечер, полный фантастических событий. Пафос, отель, названный в честь нимфы Дафны, обед с Маргаритой в таверне “Пеликан”, ужин в одиночестве в той же таверне, прогулка по ночному городу, помощь двум русским туристкам и… красавица гречанка Дафна! Сказка!»
Они пили вино и говорили о всякой всячине: о всемогущем боге Зевсе, о нимфе Дафне, о философии Демокрита, о греческих танцах в исполнении современных артистов. Перед Мареевым сидела хорошо образованная, умная собеседница, и он порой терялся от обилия её знаний, но не стеснялся спрашивать о том, что ему было непонятно в истории Греции.
– Сева, заведение закрывается. Музыканты уходят. Я сейчас спою тебе песню «С добрым утром», ведь уже зарождается утро.
На часах было ровно тридцать минут после полуночи. Дафна подошла к музыкантам и начала петь на русском языке под живую музыку:
Калимера, калимера, —
Пахнет утренней зарёю.
Калимера, калимера, —
Пахнет морем и тобою.
Немыслимо! Гречанка с эпическим именем Дафна поёт песню на его, Мареева, стихи. Для него поёт, в первое утро после его дня рождения! Мареев написал эти стихи здесь, на Кипре, почти два года назад. И вот звучит музыка, звучит песня, словно призыв к новой жизни! Мареев не выдержал и встал! Официанты, музыканты и гости аплодировали закончившей петь Дафне.
![](b00000588.jpg)
* * *
Оказалось, что весь этот спектакль устроил друг Всеволода с Дальнего Востока, бизнесмен и меценат Кедровский. И красавица Дафна словно залетела в жизнь Мареева из времён Демокрита. А может быть, это была посланница Зевса, и спустилась она с самого Олимпа?
– А кто эта женщина, что сыграла роль Дафны? – спросил я Мареева, выслушав его рассказ о приключениях в день рождения.
– А была ли это роль? Какое это имеет значение, Александр! – засмеялся Мареев. – Главное, что праздник получился, и получился с продолжением.
А вот о продолжении Мареев ни слова не сказал. Зная его, я могу только догадываться, чем закончилась эта история. И закончилась ли?
Что было дальше? Возможно, Мареев когда-нибудь и расскажет. Человек легко верит, что сказка существует, и я не исключение. Если в древние времена, ещё до Демокрита, боги запросто спускались с Олимпа на землю, то почему бы в наше время прекрасной нимфе не заявиться к Марееву на день рождения? Возможно, мир остался таким же, каким он был прежде. И олимпийские боги, и златокудрые нимфы продолжают жить рядом с нами, но сейчас, в отличие от былых времён, они стали незримыми для нас, простых смертных! И я решил, что в следующем году на свой юбилей тоже отправлюсь в Пафос. А вдруг и я встречу на набережной Пафоса красивую нимфу или даже богиню? Надо поторопиться. Чудеса приходят к тем, кто сам спешит к ним навстречу.
![](b00000596.jpg)
Взбалмошная подруга
Нина стояла у бокса породистого жеребца и любовалась красавцем – вороной, поджарый, тонкие и сухие ноги. Прядёт ушами, косит дико взглядом и пофыркивает. Протянула руку, чтобы погладить через отверстия в решётке, но тут же отдернула. На двери висела табличка: «Осторожно! Лошадь кусается!»
«Что, допекли тебя, милый, приставаниями? Кусаться стал. Я и сама готова сейчас укусить кого-нибудь!» – обратилась она к жеребцу. Обернулась, нет ли кого рядом. Подумают, чокнутая девка, с лошадью разговаривает. А ей просто коня жалко – закрыли в железной клетке вместе с другими такими же бедолагами напоказ посетителям загородного ресторана «Чумацкий шлях», что на Обуховской трассе в тридцати минутах езды от Киева. И себя Нине тоже жалко – надо возвращаться в Киев. Только что звонила подружка Жанна. Вот кто действительна взбалмошная, так это она! Каждый раз что-то с ней случается! И опять очередное приключение, с балкона восемнадцатого этажа истеричным голосом кричала в трубку, что взлетит в небо. Что опять с ней не так? Марк её обидел?! Как он мог обидеть, если вчера улетел в Панаму, и всё было хорошо? Как бы там ни было, а надо ехать к ней. Вдруг бросится вниз! «Хорошо, что не стала говорить по телефону в ресторане при родителях, детях и других родственниках», – подумала Нина.
Только сели за стол – и на тебе! Что же такое натворил её муж Марк? Он пластический хирург. Два года назад Жанна обратилась к нему по рекомендации друзей с просьбой уши подправить, видите ли, у неё уши слишком острые, на кроличьи похожи! Из-за этого к пластическому хирургу обращаться?! Что он ей там подправлял, неизвестно, но подруга так с ним закрутила, что он бросил жену Дану, крупную голубоглазую красавицу с тремя детьми, и ушёл к манерной до невозможности Жанне, брюнетке с осиной талией.
Опять заверещал телефон в сумке. Звук дурацкий, словно свинья хрюкает: «Хрю-хрю! Хрю-хрю-хрю!» Не отвечаешь, начинает на повышенных тонах визжать. Вначале было забавно, но надоел уже визг свинячий.
Звонил новый ухажёр Лолик. Как его по паспорту звать, не признаётся. Лолик да Лолик, все так его зовут. Здоровенный бугай, рожа красная, а туда же: Лолик!
– Нинель! Поздравляю! У меня к твоему дню рождения подарочек припасён от «Hermes». Когда празднуем?
– Сегодня с родителями! Завтра, возможно, с друзьями, если… – тут же прикусила язычок. Зачем всяким лоликам проблемы её институтской подружки Жанны?
Но Лолик даже не обратил внимания на «если»:
– Сбор на старом месте? В «Чумацком шляхе»? Кто будет?
– Лолик, потом сообщу. Не до того сейчас!
И действительно, Нине было не до того, чтобы лясы точить с Лоликом. А если действительно Жанне плохо? А если и вправду с балкона сиганёт? С неё станется. Год назад кто-то пошутил, что у неё попа треугольником! Она к Марку: «Сделай мне попу как у Николь Кидман». Когда Марк отказался, Жанна наглоталась снотворного и чуть концы не отдала. Менял Марк жене попу или не менял, история умалчивает, но форма её зада стала более округлой.
В финансовом институте Жанна была обычной привлекательной девчушкой из Ирпеня – смешливой, конопатой, со вздёрнутым носиком. Потом она исчезла лет на пять, где её носило – тайна. Но вернулась изменившейся до неузнаваемости: губы надутые, глаза навыкате, лицо белое и без конопушек, нос прямой и бюст шестого размера!
С новой внешностью Жанна приобрела и новые привычки: курит длинные сигареты, держа их между двух пальчиков и оттопырив мизинчик, морщит носик, когда злится, и при этом фыркает, как мопс. Встречаясь с друзьями, обязательно целуется, вытянув губы трубочкой! Хоть бы в зеркало посмотрела, насколько это выглядит некрасиво – ярко-красные губы, вытянутые трубочкой!
Недавно увлеклась новой японской игрой в смартфоне – войной покемонов. Марк завёл ей американский аккаунт, и игра стала доступной даже в Киеве. Суть игры – с помощью программы продвигаться в реальном мире и выискивать сказочных воинов на карте, тренировать их и вступать в войну с другими покемонами. Какой-нибудь чудик, уткнувшись взглядом в экран смартфона, подходит и говорит, что у вас на плече покемон! Вот и Жанна стала бродить по улицам Киева, набирая своё виртуальное войско. Дошло до того, что однажды забралась на дерево в парке Тараса Шевченко, чтобы снять с ветки существо. Марк даже охрану приставил за ней присматривать. Не помогло. Пришлось аккаунт отключить. С Жанной случилась истерика, утопиться грозилась, но обошлось. Надолго ли?
Нина забежала в туалет, покрутилась перед зеркалом, полюбовалась своим отражением. Чёрные слегка раскосые глаза, скулы высокие, небольшой подбородочек, лебединая шея. И всё натуральное. Пошла породой в деда по линии отца, то ли татарина, то ли чуваша. Показала себе язык и кулаком погрозила, маленьким да сильным. Не раз доказывала это, вступая в схватки с наглыми прилипчивыми мужиками, если чрезмерно хамить начинали. А сейчас сама на себя разозлилась, что пустилась в рассуждения, когда Жанне плохо. Ехать немедленно, спасать надо подругу, неизвестно, что ей в голову взбредёт! Бывает так с Жанной, что накатит дурная волна и тащит её туда, где водовороты, быстрина и камни. А сейчас притащила на балкон восемнадцатого этажа.
Решительным шагом вернулась в зал.
– Я должна ехать! Гуляйте без меня!
Сестра Вера вышла из-за стола.
– Нина, куда ты? К Жанне?
– Да! Ей плохо.
– Вы видели такое?! – всплеснула руками Вера. – У тебя же день рождения! Уедешь – нам будет плохо: отцу, матери, Таше, Феде, мне.
– А если Жанна с балкона бросится, вам будет хорошо? Первая же плакать будешь. Жалко её, дурёху. Празднуйте без меня. Я всё оплатила. Адью!
Жанна сидела за столом и пила чай с печеньем из куркумы. Нине обрадовалась:
– Нинок, печенье – класс! Помогает худеть. Давай тебе чайку налью!
– Не ешь много куркумы, Жанна! Понос будет, – отомстила Нина за поднятую волну.
– Кто сказал?
– Посмотри в интернете.
Подружка тут же кинулась справляться в интернете. Посмотрела и с восхищением Нине:
– Нинуся, какая ты умная! И правда – куркума полезная, худеть помогает, но может вызвать понос. Хорошо, что сказала. Мне эта неприятность не нужна. Завтра Марк прилетает.
– Так быстро возвращается из Панамы? А что стряслось? Что ты так запаниковала? Я бросила родителей в ресторане, стол накрытый – и к тебе.
– Нина, прости. Марк хотел лететь на Кипр. Без меня. – И что?
– Передумал! Возвращается, потом вместе на Кипр. Может, и ты с нами?
На Жанну невозможно долго обижаться. Разве можно обижаться на курицу, что во дворе гребёт и пыль подымает? Курица из-за отсутствия мозгов в маленькой голове не помышляет, чтобы кого-то обидеть, а своё дело делает: питание добывает и регулярно яйца несёт. Вот и Жанна так – нет в её глупенькой голове никакого зла. Всем помогает. У церкви ни одну нищенку не пропустит, пять гривен не подав.
Пили чай с печеньем, но вначале по рюмке коньячку пропустили. Марк может себе позволить иметь в доме дорогой коллекционный коньяк – умеет зарабатывать деньги. Открыл отделение своей клиники в Панаме и планирует начать бизнес на Кипре, тем более что в Лимассоле хороший партнёр нарисовался – Костакис, кардиолог. Всех местных красавиц знает, да и богатые украинки у него лечатся, из тех, кому мужья купили виллы на острове. Уж Костакису обстановка на Кипре известна! А то, что он не хирург, неважно. Красивым женщинам не только пластика, но и уход нужен. Интеллигентный и всегда улыбающийся Костакис для Марка находка. Жанна с жаром рассказывала Нине о новых перспективах семейного бизнеса. Семейного, потому что Марк половину акций на неё переписал.
– Нинуля, я узнала, что недалеко от города Полиса есть отель для знаменитостей, мы с тобой туда поедем. А что? Я вся такая! И ты при мне.
– Успокойся, Жанна! Я-то на какие шиши в такое место поеду? У меня Марка нет и вообще мужа нет. На себя только могу надеяться. Зарабатываю неплохо, но не столько, чтобы в элитном отеле на Кипре отдыхать.
– А я на что! Марк нас двоих легко потянет!
– Не-е. Это уже слишком.
Нина не сказала, что Марк уже как-то пытался в ресторане по коленке её погладить, но она так на него посмотрела, что сразу охоту отбила. Тоже мне красавец! Кругленький, с пузком, а туда же! Не постеснялся, что они с Жанной подруги.
Подруга всё уладила. У неё всегда получается так, как ей хочется. Изменила свою внешность и превратилась из провинциальной девчушки в столичную даму. Нашла мужа, солидного и богатого. Уболтала Марка поменять её старенький «Ягуар» на спортивный серебристого цвета «Бентли». А «Ягуар» перешёл к Нине за символическую плату, примерно в десять раз дешевле рыночной стоимости. Возражений не приняла:
– Нина, я хочу, чтобы ты ко мне приезжала на солидной машине. И мне будет приятно увидеть, что мой «Ягуарчик» в хороших руках. Он Марку служил пять лет, мне – два года и тебе ещё послужит.
– Жанетт, ну ты и крутая! Про мужиков с таким настойчивым характером девушки говорят, что им невозможно отказать. Но по правде, мне твой «Ягуар» безумно нравится, и я уже хочу его.
C поездкой на Кипр тоже всё получилось. Нина отказывалась ехать, но случилось так, что Марк задержался в Панаме, и пришлось Нине заменить его. Не оставлять же Жанну одну. И вот они в отеле «Anassa 5*», что рядом с деревней Лачи недалеко от Полиса. Море, большая территория, а за её пределами обычная жизнь. Но в отеле есть всё для отдыха: роскошные номера, внимательная прислуга, дорогие бутики, спа-салоны, бары, рестораны и прочие маленькие прелести курортной жизни. В деревню не выезжали, что там делать в жару? Публика в основном английская, но и украинцы встречались, не говоря уже о туристах из России. Последних можно везде встретить, во всех уголках мира и за его пределами. Самые отчаянные даже в охваченную войной Сирию отправятся, если рекламу хорошую дать. Ничто не пугает: ни жара, ни холод, ни пираты, ни террористы. И цунами не пугает – после разрушительной волны в Азии туристы из России продолжали выкупать путёвки в Таиланд. Хотя экстремалы во всех странах имеются. Писали, что одна англичанка осталась жить в джунглях, так ей понравились дикари в набедренных повязках из банановых листьев. А Жанна взбалмошная, но практичная, она проверила в интернете и выбрала именно ту гостиницу, о которой мечтала. Партнёр мужа Костакис специально поехал в отель, проверил номер и упругость матраса. Жанне не нравится слишком мягкое ложе, и слишком жёсткое тоже не нравится. По настоянию Костакиса администратор поменял матрас и поставил на стол статуэтку обнажённого африканца. А Нина ничего в номере менять не стала.
Середина июля. Температура воздуха на солнцепёке под сорок градусов, а в номере прохлада от неслышно работающего кондиционера.
– Нинос, сегодня отдыхаем. Никакого пляжа. Попьём чаю с печеньями из кукарачи и спать, – объявила Жанна, осматривая номер люкс из двух комнат.
– Какой кукарачи? Может, из куркумы?! Кукарача – по-испански таракан! Песенка такая есть, – расхохоталась Нина и стала, дурачась, напевать:
Айя-я-я! Я! Айя-я-я-я-йя!
Я – кукарача!
Так ты меня обозвала!
А я не плачу, а я не плачу…
– Ой, Нинуся, ну развеселила меня! Спасибо. Тараканов нам не надо. А печенюшки из куркумы будем, похрустим с чаем!
В ресторане долго не могли понять, чего желает чудная русская, хотя Жанна никакая не русская, а украинка в седьмом поколении. С другой стороны, кто из славян чистой крови? Столько всего намешано за тысячи лет: татары, турки, евреи и разные другие народы появлялись и оставались жить рядом со славянами.
Заказ приняли и печенье в номер доставили, а из чего оно сделано, разве поймёшь! Но не из кукарачи – точно!
На следующий день с утра подруги посетили Коста-киса в Лимассоле. Жанне не терпелось определиться с открытием совместной клиники пластической хирургии. Клиника «Блюменталь – Костакис». Звучит! Сидели в приёмной и ждали, когда освободится доктор. Жанна не выдержала и шепнула Нине:
– Маленькое помещение. И район непрестижный. Надо подыскивать другое место.
– Неужели ты этим будешь заниматься?
– Заниматься не буду, а направлять и контролировать буду. Поговорю с Костакисом и сообщу Марку своё мнение.
Из кабинета вышла красивая женщина лет пятидесяти. Статная, породистая, с белозубой улыбкой! Поздоровалась с подругами:
– Калимера! Good morning!
Вслед за ней появился Костакис:
– Жанна! Рад видеть вас в моём скромном заведении. У меня закончился приём, предлагаю вместе пообедать.
Он повернулся к красивой женщине:
– Присоединишься к нам, Павлина? Приглашаю.
Женщина что-то ответила по-гречески и ушла, приветливо помахав на прощанье рукой.
– Жаль, торопится, – сказал Костакис. – Павлина – известный на Кипре юрист. Тоже интересуется пластикой.
– Суперженщина. Я думала, артистка. Мне бы так в будущем выглядеть, когда пятьдесят стукнет, – затараторила по-английски Жанна.
– Павлина постарше. Следит за собой. Да и природа одарила её щедро: и внешностью, и здоровьем. Но что-то подправить никогда не помешает.
После обеда подружки вернулись в отель. Стояли на веранде и делились впечатлениями о поездке в Лимассол. Костакис обещал снять офис в «Olimpic residence», новом современном жилом комплексе на Sea front в районе набережной, где проживает обеспеченная публика. В общем, всё складывалось как нельзя лучше, о чём Жанна с восторгом сообщила по телефону Марку.
– Гульнём сегодня вечерком, подруга! – объявила Жанна. – Ресторан, шампанское. Может, кого-то из знаменитых мужиков зацепим?
– А я красные туфли на высоченных каблуках привезла! И платье серебристое! – подхватила Нина.
– Нинок, смотри, какой мужик классный в шортах! Вон, вон смотрит в нашу сторону!
Мужчина в белых шортах и широкополой синей шляпе стоял у бассейна с бокалом в руках.
– Нина, так это… это… он в фильме «Титаник» снимался. Леонардо зовут!
– Ди Каприо!
– Он самый!
– Ошибаешься, подруга. Ди Каприо не больше сорока. А этому под шестьдесят.
– Какая разница! Всё равно душка. Смотри какой – высокий и стройный.
Мужчина приветственно помахал им рукой и отправился ко входу в отель.
Десять дней отдыха пролетели как один день. Днём на пляже, купались и загорали. А вечерами, после ужина, сидели в баре, пили коктейли, шампанское или просто чай. Слушали музыку. Высматривали интересных мужиков. Да, высматривали, а что тут скрывать? Давешнего Ди Каприо нигде не было видно. Понятно, не Ди Каприо он, ну и что? Всё равно мужчина видный.
– Слушай, где этот Леонардо в шортах? Как сквозь землю провалился! – не выдержала как-то Жанна.
– Утонул, наверно, – безразлично ответила Нина.
– Ты что, Нина! Такие мужики не тонут! Забурился где-нибудь и гуляет.
– Нам-то он на фиг нужен! Как и мы ему.
И вдруг этот самый Ди Каприо появился и прямиком к бару. В белом костюме с синей бутоньеркой в петлице. Джентльмен! Не первой молодости, но красавец-мужчина. Конечно, он сразу заметил подружек. Разве можно не заметить таких дам в элегантных вечерних платьях?
– Добрый вечер, девушки! Как приятно опять встретить вас! – произнёс мужчина по-русски, приложив правую руку к сердцу, и добавил: – Меня зовут Леонардо!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?