Текст книги "Иранский узел. Схватка разведок. 1936-1945 гг"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iranskiy-uzel-shvatka-razvedok-1936-1945-gg-229895.jpg)
Автор книги: Александр Оришев
Жанр: История, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Александр Борисович Оришев
Иранский узел. Схватка разведок. 1936–1945 гг
Предисловие
С приходом к власти Гитлера Германия в области внешней политики поставила своей целью подготовку и развязывание войны за мировое господство. Хотя прямая военная угроза в первую очередь нависла над Советским Союзом и странами Запада, опасности втягивания в войну подвергся и Средней Восток[1]1
Следуя принятой в отечественной историографии, политологии и географии традиции, автор подразумевает под термином «Средний Восток» условный район Азии, на территории которого расположены Иран и Афганистан.
[Закрыть]. Ирану – крупнейшему государству этого региона, чья территория по площади превосходила вместе взятые Францию и Британские острова, стали уделять в Берлине серьезное внимание.
Причин тому было несколько. Германия испытывала острейший недостаток в стратегическом сырье и не без оснований рассчитывала использовать Иран в качестве источника его поставок для своей военной промышленности. К тому же установление тесного сотрудничества в экономической области с Ираном позволяло Гитлеру надеяться, что тот станет надежным союзником в будущей войне.
Огромная карта Ирана, висевшая в рейхсканцелярии, будоражила фантазии фюрера. Иран имеет выгодное геополитическое положение, – рассуждал Гитлер, – он не только представляет собой удобный плацдарм для вторжения в Ирак и Британскую Индию, но и граничит с СССР, что создает перспективы использования его территории в качестве базы для организации подрывных действий против советской Средней Азии и Закавказья. «На востоке мы должны распространить наше господство… до Ирана», – откровенничал германский вождь в кругу своих приближенных[2]2
Раушнинг. Г. Говорит Гитлер. – М.: Миф, 1993. – С. 101.
[Закрыть].
С тех пор прошло много лет. Но Средний Восток по-прежнему представляет собой горячую точку планеты, где сталкиваются интересы многих государств. Имеет свои интересы в этом регионе и Россия, которая нуждается в укреплении собственных позиций на Среднем Востоке и в первую очередь установлении стабильных отношений с Исламской республикой Иран.
Для России Иран представляет интерес как партнер со значительным экономическим потенциалом. Заинтересованность в расширении сотрудничества отражается в разработке совместных проектов, инвестиционной деятельности и в росте объемов торговли между двумя странами[3]3
Мамедова Н.М. Состояние и перспективы развития экономических отношений России и Ирана. Нина Михайловна Мамедова // Иран сегодня. – 2006. – № 1. – С. 9–11.
[Закрыть]. Иранские лидеры к тому же ведут последовательную борьбу с распространением наркотиков. Иран, так же как и Россия, заинтересован в умиротворении очага конфликта на Кавказе.
Безусловно решение этой важной задачи невозможно без тщательного изучения внешнеполитического опыта других государств, и в первую очередь гитлеровской Германии, сумевшей добиться в Иране серьезных успехов. Следовательно, тщательное исследование места и роли Ирана в политике гитлеровской Германии приобрело не только важное научное, но и политическое значение.
* * *
Ценность любого исторического исследования заключается, прежде всего, в его источниковой базе. Ничто не может так точно и ярко передать атмосферу эпохи, как сам документ. Поэтому, читатель, не удивляйся. Эта книга насыщена ссылками на архивные материалы, при чем цитаты из первоисточников для удобства чтения выделены курсивом. В течение долгих лет автор работал в архивах, и вполне понятно, что неопубликованные архивные материалы стали фундаментом его исследования.
Получить доступ к документам из российских архивов оказалось чрезвычайно трудным делом. Канули в прошлое «благодатные» 1990-е гг., когда читальный зал Архива внешней политики Российской Федерации (АВП РФ) был переполнен исследователями из разных стран. Автору посчастливилось именно в эти годы собрать в его стенах уникальный исследовательский материал. Начиная с 2001–2002 гг. дела с докладами советских послов в Тегеране перестали выдаваться исследователям на руки. И здесь нельзя не сказать слова глубокой благодарности архивариусам, понявшим ученого и предоставившим возможность работы с документами АВП РФ. В книге использовались доклады, донесения, политические письма и справки, составленные советскими дипломатами в Иране; официальные инструкции сотрудникам посольства СССР в Тегеране; записи их бесед с иранскими чиновниками и с германскими дипломатами; ноты иранского посольства в Москве и советского посольства в Тегеране; обзоры дипломатической почты, полученные Средневосточным отделом МИД из Ирана; обзоры иранской прессы.
Эти документы дали много важных сведений о политико-экономической экспансии гитлеровской Германии в Иран, деятельности немецкой агентуры в этой стране. Они помогли раскрыть причины завоевания немцами прочных позиций в Иране, показать деятельность германских дипломатов. Документы убедительно доказывают, что Гитлер планировал использовать Иран не только как плацдарм для дальнейшего проникновения в Британскую Индию, но и как базу для проведения диверсионных акций против СССР. На основе официальных инструкций советского руководства и донесений послов СССР в Тегеране можно судить о том, как советское правительство реагировало на происходившие в Иране события и противодействовало гитлеровской экспансии.
Подарок судьбы ждал автора в Архиве службы внешней разведки России (АСВРР). Переданные в его распоряжение материалы, собранные в одну зеленую папку, стали вторыми по степени значимости источниками в предлагаемой книге. Дневник главного организатора профашистского подполья в Иране Франца Майера, донесения абверовца Бруно Шульце-Хольтуса, протоколы допроса лидера иранской националистической организации «Хезбе Кабут» («Голубая партия») Хабибуллы Новбахта, отчеты сотрудников советской разведки, некоторые трофейные материалы и другие уникальные архивные документы, имевшие гриф «совершенно секретно» и характеризующие методы и приемы абвера и СД, подтвердили факт существования в Иране мощного профашистского движения. Они предоставили возможность осветить малоизученную проблему сотрудничества советских и английских разведчиков по пресечению деятельности германских спецслужб в этой стране.
Важным источником стали материалы Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО). Получить к ним доступ также было непросто. Строгие правила, существовавшие до недавних пор в архиве, инструкции на пожелтевшей бумаге, датированные еще 1970-е гг., требования представлять сотрудникам архива тетради с выписками настраивали на особый режим работы с этими документами. Но и здесь исследователя ждала удача. Изученные им документы позволили создать яркую картину событий августа 1941 г., когда с целью ликвидации гитлеровской агентуры в Иран были введены советские и английские войска. Отчеты о боевых действиях частей 44-й, 47-й армий Закавказского фронта, 53-й Отдельной среднеазиатской армии, отдельные разведсводки и шифротелеграммы, хранящиеся в фондах этого архива, показывают, насколько сильны были позиции немцев в Иране, повествуют о деятельности в стране профашистской «пятой колонны», демонстрируют, как германские военные советники, обосновавшиеся в иранской армии, пытались организовать сопротивление наступавшим войскам Англии и СССР.
Обширный пласт трофейных документов был обнаружен в Центре хранения историко-документальных коллекций (ЦХИДК)[4]4
В настоящее время документы этого архива переданы в хранилища РГВА.
[Закрыть]. Фонд 1458 этого архива, содержащий материалы германского Министерства экономики и отличающийся большой фактологической насыщенностью, знакомит нас с нюансами экономической экспансии Германии в Иран.
Сведения об участии Германии в модернизации иранских вооруженных сил, справки, доклады и донесения советских разведчиков о политико-экономической ситуации в Иране, материалы о деятельности германской разведки на Среднем Востоке накануне и в первый период Второй мировой войны содержатся в фондах Российского государственного военного архива (РГВА).
Ценная информация была получена из фондов Архива Министерства внешнеэкономических связей (АМВЭС) и Российского государственного архива экономики (РГАЭ). Обнаруженные в них материалы предоставили сведения о деятельности немецких фирм и участии немецких специалистов в индустриализации Ирана, проникновении германского капитала в экономику этой страны позволили раскрыть причины успешного развития германо-иранской торговли.
Планы Гитлера закрепиться в Иране, захватить важнейшие коммуникации, получить доступ к стратегическому сырью, занять руководящие должности в правительственных учреждениях раскрываются в материалах Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ). В фондах этого архива удалось обнаружить аналитические справки и отчеты сотрудников Коминтерна, посвященные анализу участия Германии в строительстве Трансиранской железной дороги, авиалинии Берлин-Кабул и других грандиозных проектах.
Наряду с названными были проработаны рассекреченные материалы фонда 89-го Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ), содержащие сведения о мерах, принятых И. Сталиным против эмигрантских организаций, ведших подрывную работу против советских среднеазиатских республик с территории средневосточных государств.
Материалы о подрывной деятельности германской разведки на советско-иранской границе удалось обнаружить в документальном фонде и позитивном фотофонде Центрального музея федеральной пограничной службы (ЦМФПС). В документальных фондах Центрального музея вооруженных сил (ЦМВС) содержится ценный фактический материал о событиях августа 1941 г.
Кроме архивных материалов автором были изучены многочисленные опубликованные документы. Пристальное внимание было уделено многотомному изданию документов внешней политики Германии, в котором в хронологическом порядке расположены телеграммы, докладные и служебные записки, составленные различными дипломатами Третьего рейха: от министра иностранных дел И. Риббентропа до германского посланника в Тегеране Э. Эттеля. Несомненный интерес вызвали воспоминания германских дипломатов и разведчиков, служивших проводниками иранской политики фюрера. Отдельные сведения были получены из германских газет кануна и периода Второй мировой войны, а также из иранских газет. Переводы отдельных материалов из «Эттелаат», «Иран», «Кушеш», «Сетаре», «Эгдам» и других иранских изданий удалось обнаружить в российских архивах.
Автор отдает должное предшественникам, исследовавшим политику Гитлера в Иране. Один только перечень книг, прочитанных нами с этой целью, составил бы целую главу, что, пожалуй, было бы очень поучительно, но вряд ли занимательно для наших читателей. Поэтому мы просто поблагодарим всех ученых, труды которых были использованы в ходе работы над книгой. А речь идет об историках Германии, Ирана, Англии, США и других стран. Без анализа достижений российской и зарубежной историографии не могло быть и речи о каком-либо объективном историческом исследовании.
Как любой писатель, автор этой книги не является непогрешимым. Не исключено, что уже в ближайшие годы появятся новые документы, которые позволят иначе взглянуть на описываемые здесь события. Возможно, мы узнаем имена новых героев тайной войны в Иране. Но уже сейчас перед нами стоит непростая задача – продолжив поиск истины, взвешенно, без мифотворчества описать политику Гитлера в отношении Ирана и раскрыть мотивы сотрудничества иранских националистов с гитлеровской Германией. Как удалось решить эту задачу – судить читателям.
Часть I
Гитлеровская Германия в Иране: «третья сила» в действии
Глава 1
Экономическая экспансия Третьего рейха в Иран: триумф германского капитала
После революции 1905–1911 гг. и Первой мировой войны унылую картину представлял собой Иран. Экономика находилась в упадке, практически отсутствовала фабрично-заводская промышленность. 90 % иранцев были неграмотны, нищета и слабое развитие медицинской помощи способствовали высокой смертности. Иранское крестьянство, жившее в постоянной нужде, было задавлено многочисленными поборами со стороны феодалов. Правящая верхушка, утопавшая в сказочной роскоши, мало думала о жизни простых иранцев.
По переписи 1933 г. население Ирана составляло довольно скромную цифру – 15 055 000 человек, причем каждый четвертый его житель занимался кочевым скотоводством. Сепаратистки настроенные вожди бахтиаров, кашкайцев, луров, шахсеванов и других племен, не признавая над собой власти правительства, рвали страну на части, а добродушный Ахмед-шах, последний монарх из династии Каджаров, не чувствовал себя хозяином в иранском государстве. Его реальная власть распространялась только на столицу и несколько крупных городов. Эта картина дополнялась безудержным взяточничеством, которое пронизывало государственный аппарат снизу доверху.
Доминирующие позиции занимали англичане, которым принадлежала иранская нефть – главное достояние и национальное богатство Ирана. Созданная в 1909 г. Англо-иранская нефтяная компания (АИНК) – символ британского империализма и иностранного господства в Иране – имела право экстерриториальности и в виде концессионных платежей отчисляла иранскому правительству незначительные суммы от своих доходов[5]5
См. подробнее: Гадими З. Тарихе энгелабе нафте Иран. – На перс. яз. – Тегеран, 1953.
[Закрыть]. Огромное количество британских консульств, укомплектованных кадровыми разведчиками, вседозволенность полиции, созданной администрацией АИНК, должны были убедить иранцев, что их страна – это родовая вотчина англичан.
Ситуация стала меняться в начале 1920-х гг. В феврале 1921 г. в Иране произошел государственный переворот, в результате которого к власти пришло национально ориентированное правительство. Главную роль в нем играл глава персидских казачьих частей Реза-хан.
Справка:
Родившись в 1878 г. в семье мазендеранского мелкого землевладельца, основатель династии Пехлеви с раннего детства впитал в себя премудрости армейской жизни. Рядом с поместьем его отца была расквартирована одна из частей Персидской казачьей бригады – самой дисциплинированной и боеспособной части шахской армии. У мальчика был прекрасный пример для подражания. Персидские казаки отлично джигитовали, стреляли на скаку, а рубились так, что искры сыпались с клинков. Поступив в персидскую казачью бригаду, он сделал блестящую для людей из своего круга карьеру – за двадцать лет безупречной службы продвинулся от рядового до полковника. «Казак на троне» – метко охарактеризовали Реза-хана в одной из последних публикаций.
Получив должность военного министра, Реза-хан первым делом нанес поражения ханам-сепаратистам, воссоздав тем самым централизованное государство[6]6
См. например: Джаханбани А. Амалийат-е гошун дар Балучестан аз тарих-е мордал мах ила бахман мах 1307. – На перс. яз. – Тегеран, 1957. – С. 10–27.
[Закрыть]. Неслучайно уже к 1930 г. большинство кочевых племен в Иране перешло на оседлый образ жизни.
В декабре 1925 г., когда Реза-хана провозгласили шахом Ирана, он приступил к широкой модернизации иранского общества. Замыслив ряд важных реформ, новый правитель Ирана начал проводить политику государственного капитализма: были введены автономный таможенный тариф, монополия внешней торговли, установлены высокие пошлины на ввозимые из-за рубежа товары. Был учрежден Национальный банк, активно кредитовавший экономические проекты правительства. Новоиспеченный шах поставил вопрос о ликвидации некоторых привилегий для англичан в Иране и стал настаивать на пересмотре условий договора с АИНК.
Историки любят описывать коронацию Реза-шаха. И, по-видимому, не зря. Эпизод достоин внимания: во время коронационной церемонии Реза-шах повторил то же, что в свое время сделал император Франции Наполеон Бонапарт: энергичным движением выхватил корону из рук представителя высшего духовенства и сам возложил ее на свою голову!
В приветственной речи, обращенной к шаху, премьер-министр М. Форуги сравнил монарха с теми шахами Ирана, которые привели государство к процветанию после периодов упадка: «Ваше Величество, иранский народ понимает, что сегодня на престол взошел шах, принадлежащей к чистой иранской расе… и под его руководством Иран вновь станет прочным и сильным государством»[7]7
Цит. по: Алиев А.А. Иран VS Ирак. История и современность. – М.: МГУ, 2001. – С. 503.
[Закрыть].
Выполняя указания Реза-шаха, иранское правительство начало реализовывать планы промышленного развития, в первую очередь создания на базе местного сырья импортозамещающих отраслей экономики. Начали проектироваться и строиться текстильные фабрики, сахарные, цементные, хлопкоочистительные заводы, шерстомойки, электростанции. Осуществлялось строительство дорог, проводились ирригационные работы, принимались меры по расширению посевов хлопка. Планы промышленного развития также включали в себя реорганизацию армии и снабжение ее современным вооружением[8]8
АМВЭС. – Ф. Восточное управление. – 1941. Обзор по Ирану. – Оп. 3620. – Д. 20. – Л. 21; Hershlag, Z.Y. The Modern Economic History of the Middle East. – Leiden: E.J. Brill, 1964. – P. 194–196; Keddie, N. R. Iran. Religion, Politics and Society. – L.: Frank Cass, 1980. – P. 214; Йекрангийан, М.Х. Голгун кафанан. Гушеи аз тарих-е незами-е Иран. – На перс. яз. – Тегеран: Кетабфэруши-е Эпми, 1957. – С. 287.
[Закрыть]. Поистине это была оригинальная программа социально-экономического развития, возникшая на самобытной национальной почве. Ведущий российский иранист, заведующая сектором Ирана Института востоковедения РАН Н.М. Мамедова, совершенно справедливо указывает в одном из своих трудов: «Отличительной особенностью государственного вмешательства в экономическую жизнь страны стало непосредственное участие государства в предпринимательской деятельности. Именно государство взяло на себя роль главного фактора в модернизации страны, реализуя эту роль через участие в создании кредитно-банковской структуры, экономической и социальной инфраструктуры, фабрично-заводской промышленности»[9]9
Мамедова Н.М. Иран в XX в. Роль государства в экономическом развитии общества… – С. 16.
[Закрыть].
Активное участие правительства в промышленном строительстве объяснялось слабостью национальной буржуазии. Иранским купцам, испытывавшим нехватку капиталов, было не под силу строительство крупных предприятий. К тому же Реза-шах стремился освободить рынок от импорта английских товаров, за которые государству приходилось расплачиваться иностранной валютой, так необходимой для нужд страны. Это можно было сделать, только создав национальную промышленность. Также существовала необходимость использовать сельскохозяйственное сырье, дать стимул для развития сельскохозяйственного производства, обеспечить работой растущую армию безработных. Одно государство могло решить эти проблемы.
Важным элементом модернизации иранского общества стали реформы в области образования и культуры. В Иране были учреждены светские школы, принят закон об обязательном начальном образовании, открыты многочисленные средние учебные заведения и вузы[10]10
Тарихче-йе сахтеманха ва тамират маарефи ва оугафи дар до сал-е 1935–1936. – На перс. яз. – Тегеран, 1936. – С. 25–64.
[Закрыть]. Женщины стали допускаться в высшие учебные заведения и на государственную службу. В 1935 г. в обязательном порядке им было предписано снять чадру, что взбудоражило общество и вызвало бурные протесты религиозных деятелей.
Вполне естественно, что такие широкомасштабные планы не могли быть выполнены за короткий срок без иностранной помощи. Поэтому иранское правительство начало активно налаживать контакты со странами, готовыми направить в Иран инженеров, механиков, техников, преподавателей и других высококвалифицированных специалистов. Сразу же заметим – речь шла не о банальном привлечении иностранного капитала, на примере АИНК иранцы видели пагубность этого пути, а о желании воспользоваться технической помощью государств, не скомпрометировавших себя колониальными захватами.
Такой страной Реза-шаху представлялась Германия. Стремясь добиться в кратчайшие сроки экономической независимости от могущественных соседей, в первую очередь от Британской империи, Реза-шах в лице Гитлера увидел союзника, с помощью которого можно было ослабить позиции традиционных противников Ирана. В Тегеране полагали, что только гитлеровская Германия могла играть роль противовеса Великобритании и СССР, своеобразной «третьей силы» на Среднем Востоке, противодействующей другим европейским державам. Таким образом, вынашиваемые иранским шахом планы превращения своей страны в мощную региональную державу стали предпосылкой для экспансии агрессивной иностранной державы, какой стала Германия после прихода к власти Гитлера.
Привлекательность Германии для иранцев усиливал тот факт, что она не была колониальной державой и прикрывала свои истинные намерения антиимпериалистическими лозунгами[11]11
Adli A. Aussenhandel und Aussenwirtschaftspolitik des Iran. – Berlin: Duncker und Humblot, 1960. – S. 49.
[Закрыть]. Поэтому техническая помощь со стороны третьих стран казалась для иранского правительства более предпочтительной, чем со стороны Великобритании и СССР.
Еще одной предпосылкой, которую большинство историков традиционно ставили на первый план, являлась неприязнь Реза-шаха к идеалам социализма и различным формам буржуазной демократии. «Нацистская Германия показалась Реза-шаху подарком, посланным небом, чтобы уменьшить его страх перед большевизмом», – оценивал сложившуюся ситуацию американский исследователь В. Хаас[12]12
Haas W.S. Iran. – New York: Columbia University press, 1946. – P. 223.
[Закрыть]. Эту точку зрения разделял временный поверенный в делах США в Иране Энгерт. «Страх перед коммунизмом привел шаха к надежде, что только Гитлер может сейчас защитить Иран от большевистского вторжения», – докладывал он в Вашингтон[13]13
Цит. по: Костромин Л.П. Противоборство с фашистской агентурой в Иране / Л.П. Костромин // Очерки истории российской внешней разведки. В 6-ти т. – Т. 4 (Советская разведка в годы Великой Отечественной войны). – М.: Международные отношения, 1999. – С. 326.
[Закрыть].
Действительно, приход к власти в Германии нацистов, создавших вокруг себя ореол непримиримых борцов с коммунистами, был на руку иранским правителям, опасавшимся советской угрозы. Немалую роль играли идеологические расхождения. В Иране с большой настороженностью следили за атеистической пропагандой, которую вел среди мусульман Востока СССР. Руководители этого государства верили, что советские лидеры могут вернуться к политике экспорта революции, которую они активно проводили в начале 1920-х гг., когда направили части Красной армии для поддержки революционного движения в Гиляне[14]14
См. подробнее: Генис В.Л. Красный шантаж: Советская революция в Персии или дипломатический товарообмен? // Родина. – 2001. – № 5. – С. 107–111; Генис В.Л. Большевики в Гиляне: провозглашение Персидской советской республики // Вопросы истории. 1999. – № 1. С. 64–81; Персиц М.А. Застенчивая интервенция. О советском вторжении в Иран 1920–1921. М.: АИРО-ХХ, 1996.; Sicker, M. The Bear and the Lion. Soviet Imperialism and Iran. New York: Praeger, 1988. – P. 42–46.
[Закрыть]. Неслучайно любые попытки советского проникновения встречали в Иране сильное сопротивление.
Режим, установленный в 1933 г. в Германии, не мог не вызвать к себе симпатий в иранских правящих кругах. По мнению Реза-шаха, для Ирана как для восточной страны любые авторитарные формы правления были гораздо ближе, чем английская и французская демократии, ибо последние ассоциировались на Востоке с колониализмом. Являясь сторонником модернизации своей страны, Реза-шах, в сущности, был типичным восточным правителем, не приемлющим демократии. В 1930-е гг. даже само слово «демократия» было изъято из употребления[15]15
Валиева Д.В. Советско-иранские культурные связи (1921–1960). – Ташкент: Наука, 1965. – С. 41.
[Закрыть].
Подобные чувства питал к демократии Гитлер. «…демократическая традиция в наибольшей степени соответствует позорящему явлению наших дней, а именно: отчаянной трусости большого числа наших так называемых „руководителей“. В самом деле, какое счастье для таких людей во всех случаях серьезных решений иметь возможность спрятаться за спину так называемого большинства», – писал фюрер в «Майн кампф»[16]16
Гитлер А. Майн кампф // Электронная библиотека Мошкова.
[Закрыть]. Руководимая им Германия и ее союзники уже к середине 1930-х гг. пользовались известным престижем на международной арене и поражали ростом своего экономического и военного потенциала. Заметим – это были вполне реальные успехи при отсутствии каких-либо политических свобод.
Но вернемся к Реза-шаху. Успех задуманных реформ он видел в наличии в стране сильной центральной власти, отсутствии оппозиции правительственному курсу и неукоснительном выполнении всех его распоряжений. Являясь убежденным сторонником авторитаризма, он в 1935 г. в одной из личных бесед заявил германскому посланнику в Тегеране В. Блюхеру: «Авторитарная форма правления в настоящее время является единственно возможной. В противном случае народы погрузятся в коммунизм. Прежние германские правительства не удовлетворяли обоснованные персидские желания. Из-за этого страдали наши отношения. Но нынешнее германское правительство понимает интересы Персии. С тех пор как оно находится у власти, началось благоприятное развитие персидско-германских отношений»[17]17
Blücher W. von. Zeitwende in Iran. – Б.М.: Erlebnisse und Beobachtungen, Biberach an der Riss. Koeler and Voigtlander, 1949. – S. 331.
[Закрыть].
Блестящую, удивительно точную характеристику Реза-шаху, как политическому деятелю и как человеку, дал признанный знаток Ирана З.А. Арабаджян: «Реза-шах обладал внушительной внешностью и пронзительным взглядом, от которого становилось не по себе даже очень сильным людям. Он обладал удивительной способностью молниеносно оценивать людей, их сильные и слабые стороны, надежность и ненадежность. Вероятно, это в значительной степени определялось некой магнетической силой, дарованной ему природой. Лишь немногие могли выдержать его взгляд. И не надо думать, что эти черты появились у него после того, как он стал шахом […]. Будучи строгим и требовательным человеком, он не делал скидок никому, вплоть до самого себя. Его рабочий день начинался рано утром и заканчивался поздним вечером. Он почти все свое время проводил в решении государственных дел и требовал от всех государственных чиновников полной отдачи сил и способностей. Хорошо известно, что однажды он приехал с инспекцией в Министерство финансов к самому началу рабочего дня и распорядился закрыть двери и больше никого не впускать. В числе опоздавших оказался и министр. Незадачливый министр сразу же был уволен […]. Он был человеком своего времени, прекрасно знал свой народ, нравы, господствовавшие в обществе, и, стремясь преобразовать Иран, больше полагался на наказания, чем на нравоучения и награды. Он не впадал в восторг, если узнавал, что кто-либо честно и хорошо выполняет порученную ему работу, ибо считал это совершенно естественным, само собой разумеющимся делом. Но если Реза-шах узнавал, что кто-то работает плохо и безответственно, то он заставлял его пожалеть об этом. И такой подход был более понятен народу и, в сущности, не вызывал особых протестов, ибо соответствовал уровню развития общества. Оперируя более широкими категориями, надо сказать, что он создал жесткий авторитарный режим, что диктовалось общей ситуацией в Иране, но не унизил ни себя, ни свой народ до тоталитарной системы, и одно это стоит немало»[18]18
Арабаджян З.А. Иран: власть, реформы, революции (ХIХ – ХХ вв.). – М.: Наука, 1991. – С. 46–48.
[Закрыть].
* * *
Важнейшим направлением в экспансии гитлеровской Германии на Средний Восток стало экономическое. Стремясь получить доступ к стратегическому сырью и полуфабрикатам, Германия применяла все доступные методы и средства для завоевания прочных позиций в иранской экономике. Начиная с 1934 г. она стала вывозить такие продукты сельского хозяйства Ирана, как семена клещевины, из которых вырабатывалось смазочное масло для самолетных моторов, особый вид горошка, употребляемый при изготовлении маргарина и другую продукцию[19]19
Востров А. Некоторые материалы о проникновении германского фашизма в Иран А. Востров // Материалы по национально-колониальным проблемам. – 1936. – № 34. – С. 235–236.
[Закрыть].
В последующие годы основным методом германского проникновения на рынки Среднего Востока стало заключение клиринговых соглашений. 30 октября 1935 г. в Берлине гитлеровским чиновником для особо важных поручений Г. Вольтатом и заместителем министра финансов М. Бадером было подписано первое клиринговое соглашение между Германией и Ираном[20]20
Adli A. – Op. cit. – S. 50.
[Закрыть], а 6 сентября 1936 г. оно было ратифицировано меджлисом[21]21
Меджлис (народное собрание) – иранский парламент.
[Закрыть].
Заключению соглашения предшествовала длительная поездка иранской делегации по крупным промышленным центрам Германии. Во время этого «путешествия», устроенного отделом пропаганды нацистской партии, делегация побывала на заводах Круппа в Эссене, химических предприятиях «ИГ Фарбениндустри» в Леверкузене, шелкопрядильнях в Крефельде, портовых предприятиях в Дуйсбурге и Гамбурге. Помимо промышленных предприятий иранцев ознакомили с деятельностью германских финансовых учреждений и научных организаций. Побывала делегация и на съезде НСДАП в Нюрнберге[22]22
Востров А. – Указ. соч. С. 236–237.
[Закрыть]. «В торговле с Ираном Германия прочно встала на ноги после подписания соглашения 1935 г.», – констатировал германский бюллетень «Виртшафтсдинст»[23]23
ЦХИДК. – Ф. 1458. – Оп. 50. – Д. 65. Der deutsche Handel mit dem Vorderen Orient // Wiertschaftsdienst. – 1938. № 51. – S. 1732.
[Закрыть].
Важность заключенного соглашения подчеркивалась выходящим в Каире на фарси авторитетном журнале «Чехре-Нели», который в конце ноября 1935 г. писал следующее: «Этот договор по многим соображениям представляет большое значение. Товарообмен, установленный в результате этого договора, выражается в 33 млн марок… Иранское правительство будет вывозить в Германию хлопок, шерсть, сухофрукты, прочее сырье и отправлять на самолетах в Германию рыбные продукты из Каспийского моря. Указанные экспортные товары подвергнутся очистке на заводах Баварии, а затем отправятся на германские рынки. Германское правительство станет вывозить в Иран оборудование для текстильной промышленности, электрические товары и т. д.»[24]24
Цит. по: Востров А. – Указ. соч. – С. 237.
[Закрыть].
Действительно, подписание соглашения дало мощный толчок для развития германо-иранской торговли. Отныне ввозные лицензии стали выдаваться иранцам без предъявления сертификата о вывозе, что помимо формального облегчения ввоза снимало с импортеров немецких товаров 15 % расходов на лицензию и удешевляло тем самым себестоимость немецких товаров[25]25
РГАЭ. – Ф. 413. – 1937. Обзор экономики и конъюнктуры Ирана за 1936 г. – Оп. 13. – Д. 1394. – Л. 6.
[Закрыть]. Неподверженность ввоза из Германии валютному ограничению, высокая конкурентоспособность германских товаров и отмена платных лицензий, которые сохранялись относительно других стран (кроме СССР), содействовали переключению иранского купечества на торговлю с Третьим рейхом.
Интерес Гитлера к Ирану стал резко возрастать с 1936 г. В этом году завершается первый «традиционный» этап в иранской политике фюрера на Среднем Востоке, в ходе которого был заложен фундамент для активного экономического и идеологического проникновения Третьего рейха в Иран. Именно в 1936 г. в Германии был принят четырехлетний план развития военной промышленности. Уполномоченным по осуществлению этого плана был назначен старый приятель фюрера Г. Геринг, под руководством которого была создана новая система регулирования экономики. Для этого все предприниматели были объединены в отраслевые картели и подчинены министерству экономики.
В этой обстановке интерес Германии к странам Среднего Востока резко повысился. Поэтому именно с 1936 г. правительство Третьего рейха стало требовать от германских монополий более активного проникновения в экономику Ирана и Афганистана. На одном из заседаний Комитета по экспорту рассматривался вопрос о предоставлении государственных гарантий для фирм, увеличивающих свои поставки на Средний Восток. В итоге правительство Германии приняло решение о предоставлении фирмам, экспортирующим в Иран промышленную продукцию льготных гарантий, предусматривавших в случае ущерба плату компенсаций до 70 % стоимости товаров. Что касается Афганистана, то размер компенсаций был установлен в размере 92,5 % от возможного ущерба, как для страны, имеющей «особое политическое значение для Третьего рейха»[26]26
Glasneck J. Türkei und Afghanistan – Brennpunkte der Orientpolitik im Zweiten Weltkrieg. – Berlin: Deutscher Verl. der Wissenschaften, 1968. – S. 185.
[Закрыть]. Кроме того, фирмы, направляющие свою продукцию в государства Среднего Востока освобождались от уплаты части налогов, им давалось право льготных перевозок по государственным железным дорогам. Был создан специальный фонд для выдачи экспортных премий германским торговцам. Эти факты говорят о том, что уже в эти годы Гитлер уделял самое пристальное внимание усилению немецких позиций на Среднем Востоке.
С 1936 г. резко повысился интерес к Среднему Востоку в германской прессе. В востоковедческом журнале «Нойе Ориент» стали появляться статьи, в которых содержались призывы активнее проникать на иранский рынок, захватывать ключевые позиции в экономике этого государства. «Немцы с опытом работы в колониях имеют возможность найти в Иране благодатное поле деятельности. Необходимо обдумать вопрос о создании немецких колоний в Иране, так как его необъятное жизненное пространство почти необитаемо», – писалось на страницах журнала в 1936 г.[27]27
Dumke F. von. Die Balkan – und Orientlander als Rohstoffquelle für die deutsche Industrie // Der Neue Orient. – 1936. – № 7–8. – S. 17.
[Закрыть]. Серьезное внимание предлагалось также обратить на разработку полезных ископаемых и в соседнем Афганистане[28]28
Lesczynski G.L. Das Wirtschafsleben Afghanistans // Der Neue Orient. – 1936. – № 3–4. – S. 6.
[Закрыть].
Для поощрения германо-иранской торговли в том же 1936 г. в Берлине была основана германо-иранская торговая палата, а в Гамбурге германо-иранское торговое общество с уставным капиталом в 300 тыс. марок,[29]29
РГАЭ. – Ф. 413. – 1937. Обзор экономики и внешней торговли Ирана и Турции за 1936 г. – Оп. 13. – Д. 1372. – Л. 25; Там же. – Ф. 413. – 1937. Обзор экономики и конъюнктуры Ирана за 1936 г. – Оп. 13. – Д. 1394. – Л. 6.
[Закрыть] которые должны были открыть частным немецким импортерам и экспортерам иранский рынок. Пайщиками общества являлись известные иранские коммерсанты: Багир Заде, Бушири, Валади, Вахаб Заде, Даруди, Миланги, Накреван, Нусретиан, Туба, Хои, Хосров Шахи[30]30
АВП РФ. – Ф. 94. – 1936. Пресс-сводки из тегеранских газет за 1936 г. – Оп. 20а. – П. 122. – Д. 4.
[Закрыть]. Председателем общества был избран высокопоставленный чиновник Министерства экономики Германии Феллах.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?