Текст книги "Иранский узел. Схватка разведок. 1936-1945 гг"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iranskiy-uzel-shvatka-razvedok-1936-1945-gg-229895.jpg)
Автор книги: Александр Оришев
Жанр: История, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 3
Нейтралитет Реза-шаха Пехлеви: между Британской империей и гитлеровской Германией
Нападением на Польшу ознаменовалось начало Второй мировой войны. Поражения польской армии, пассивность Англии и Франции и налаживающиеся дружеские отношения с И. Сталиным вдохновляли Гитлера к дальнейшим захватам. Аппетит его не знал границ. «Не провинции, а геополитические категории, не национальные меньшинства, а контингенты, не поражение, а уничтожение противника, не союзники, а сателлиты, не перемещение границ, а перетасовка государств всего земного шара, не мирный договор, а смертный приговор – такими должны быть цели мировой войны», – нагло заявлял фюрер германской нации[248]248
Цит. по: Мохтари М. Т. Отношения России и Ирана (1921–1946): дис…канд. ист. наук. – М., 1997. – С. 97.
[Закрыть].
Начавшаяся Вторая мировая война поставила Реза-шаха перед задачей, от решения которой зависела дальнейшая судьба Ирана: вступить в войну на стороне одной из воевавших сторон или же занять нейтральную позицию. Выбор был сделан 4 сентября, когда иранское правительство заявило о своем нейтралитете и сообщило, что будет защищать его силой оружия[249]249
РГАЭ. – Ф. 413. – 1939. Официальная декларация «Эттелаат». 4 сентября 1939 г. – Оп. 13. – Д. 2555. – Л. 85.
[Закрыть]. Вслед за этим было опубликовано обращение министра внутренних дел ко всем иранским подданным, а также проживавшим в Иране иностранцам, в котором под угрозой наказания предлагалось воздержаться от всякого рода действий, противоречащих принципу нейтралитета[250]250
Агаев С.Л. Германский империализм в Иране… – С. 75.
[Закрыть].
С начала Второй мировой войны заканчивается второй – «экспансионистский» и начинается третий – «реорганизационный» этап в иранской политике гитлеровской Германии на Среднем Востоке. Суть его заключалась в том, чтобы приспособиться к условиям военного времени и не потерять доступа к иранскому сырью, сохранить крепкие позиции, которые удалось завоевать ранее.
Позиция, занятая иранским правительством, была на руку Гитлеру, так как она оставляла возможность для дальнейшего развития германо-иранской торговли и тем самым позволяла держать Иран в орбите своего влияния. Вступление Ирана в войну на стороне фашистских государств на ее начальном этапе противоречило интересам Германии, так как его территория стала бы театром военных действий и поставки иранского сырья в Третий рейх могли прекратиться. Поэтому в нотах от 6 и 11 сентября 1939 г. новый германский посланник в Тегеране Э. Эттель сообщил Министерству иностранных дел Ирана об удовлетворении германского правительства фактом принятия Ираном позиции нейтралитета[251]251
Агаев С.Л. Германский империализм в Иране… – С. 75.
[Закрыть].
Вторая мировая война внесла серьезные коррективы в развитие германо-иранских торгово-экономических отношений. Иранские товары, отправленные в Германию через Персидский залив, оказались блокированными англичанами. Товары, закупленные иранскими купцами в Германии, также не дошли до места назначения. Правительство Ирана было вынуждено через своего посла в Лондоне заявить протест против решения английского правительства о задержании и конфискации товаров[252]252
РГАЭ. – Ф. 413. Экономические обзоры иранской прессы. – 1939. – Оп. 13. – Д. 2555. – Л. 21.
[Закрыть], а в иранской печати появились многочисленные статьи, отражавшие панику, создавшуюся в стране. Особенно активно на страницах газет выступили купцы, что было не характерно для иранской действительности. «Мы считаем, что решения союзников противоречат всякой логике», – возмущенно писал 30 ноября 1939 г. иранский официоз «Эттелаат»[253]253
РГАЭ. – Ф. 413… – Л. 18.
[Закрыть].
Кроме задержки грузов англичане приняли еще ряд мер по вытеснению Германии с иранского рынка. Они стали перебивать германские закупки в Иране. Хлопок немецкие фирмы закупали в среднем по 50–60 фунтов стерлингов за тонну, англичане же стали предлагать по 90 фунтов стерлингов, немцы покупали шерсть по цене 14 тыс. риалов за тонну, англичане предложили более высокую цену. Под давлением Лондона Шахиншахский банк прекратил кредитование купцов, ведущих операции с немцами, и, напротив, предоставил кредиты купцам, вывозящим товары через юг в Англию. Такую же позицию занял и Оттоманский банк[254]254
Петров Г. Влияние войны на экономическое положение Ирана // Мировое хозяйство и мировая политика. – 1940. – № 4–5. – С. 241; о пагубных для Ирана действиях Шахиншахского банка см. подробнее: Данешпур А. Банк шахиншахи ва эмтийаз. – Тегеран, 1948.
[Закрыть].
Для того чтобы сохранить германо-иранскую торговлю на довоенном уровне у немцев был один выход: добиться согласия советского правительства на транзит товаров через территорию СССР. Эта идея была выдвинута в Тегеране еще в первых числах сентября 1939 г. на ирано-германских переговорах. Но осуществлению этого замысла мешало то обстоятельство, что в 1938 г. иранские лидеры, отдав приоритет южному направлению в развитии внешней торговли, отказались возобновить торговый договор с СССР. Однако начавшаяся война заставила Реза-шаха пересмотреть отношение к идее возобновления торгового договора. После того как южный путь из-за организованной англичанами блокады и начавшихся боевых действий стал малоэффективным, иранское руководство вновь стало проявлять заинтересованность в восстановлении торговых отношений с Советским Союзом. Убеждая СССР в своих «добрых намерениях», иранское правительство использовало любой повод, чтобы подчеркнуть, что заключение нового торгового договора является делом решенным.
Подобный поворот сразу же заметили в Москве. Почувствовав слабость иранских позиций, советские лидеры не спешили заключать новый договор с Ираном на прежних условиях. Если иранская сторона стремилась возобновить торговый договор 1935 г. и настаивала на сохранении принципа нетто-баланса, то советская сторона выступала за заключение принципиально нового договора. В результате возникших разногласий вопрос о транзите в первые месяцы начавшейся войны так и не был решен.
Однако иранцы не теряли надежду на разрешение вопроса о транзите. Почву для оптимизма создавало наметившееся советско-германское сотрудничество. Многим тогда казалось, что с заключения 23 августа 1939 г. советско-германского договора о ненападении началась новая эра взаимоотношений между гитлеровской Германией и сталинским Советским Союзом.
Действительно, курс советского правительства на сближение с германским фашизмом открывал новые возможности для развития германо-иранских отношений. Поэтому в той ситуации, когда И. Сталин не прислушивался к просьбам иранцев, инициативу взяла на себя германская сторона. В день подписания советско-германского договора о дружбе и границе 28 сентября 1939 г. И. Риббентроп обратился к В. Молотову с просьбой о разрешении транзита иранских товаров через территорию СССР[255]255
ADAP. – Ser. D. – Bd. 8. И. Риббентроп – В. Молотову. 28 сентября 1939 г. – S. 131.
[Закрыть].
По-видимому, Гитлер не сомневался в том, что И. Сталин удовлетворит его просьбу, так как Германия заключила новое соглашение с Ираном. 8 октября 1939 г. был подписан германо-иранский секретный протокол о поставках Ираном в Германию 22,5 тыс. т хлопка, 6 тыс. т шерсти, 20 тыс. т пшеницы, 20 тыс. т риса и 10 тыс. т ячменя[256]256
ADAP. – Ser. D. – Bd. 8. – S. 279; Иванов М. С. Новейшая история Ирана. – М.: Мысль, 1965. – С. 65.
[Закрыть]. Значение для Германии подписанного протокола заключалось в том, что в этот период именно Иран стал важнейшим источником снабжения Третьего рейха такими стратегическими материалами, как хлопок и шерсть[257]257
Что касается германо-афганской торговли, то ее товарооборот в 1940 г. был незначительным: из Германии в Афганистан поступило 33,1 т грузов, а из Афганистана в Германию 524,7 т. Только в конце 1940 г. германской дипломатии удалось добиться разрешения советских властей на транзит через свою территорию в конце 1940 г. следующих афганских товаров: 1000 т хлопка, 700 т овечьей шерсти, 100 т верблюжьей шерсти, 25 т каракуля, 7,2 т овчины, 2,8 т козьей шерсти. См.: АВП РФ. – Ф. 071. – 1940. Докладная записка заведующего Средневосточного отдела МИД С. Кавтарадзе. 28 августа 1940 г. – Оп. 22. – П. 193. – Д. 14. – Л. 13; Там же. – 1941. Политико-экономический доклад Средневосточного отдела МИД по Афганистану за 1940 г. – Оп. 23. – П. 195. – Д. 2. – Л. 107.
[Закрыть]. Остается лишь подчеркнуть, что в полной мере выполнить условия соглашения можно было только с помощью СССР. Этот факт признавали сами немцы[258]258
ADAP. – Ser. D. – Bd. 8. – S. 279–280.
[Закрыть]. Между тем отечественные историки до сих пор не обращают внимания на чрезвычайно важный факт, что именно от решения советского правительства зависело дальнейшее развитие торговли Третьего рейха с государствами Среднего Востока.
Расчет Гитлера оказался точным. Советская сторона пошла навстречу пожеланиям Берлина, и 11 февраля 1940 г. было подписано советско-германское соглашение, по которому СССР предоставил Германии право транзита через свою территорию товаров из Ирана, Афганистана и ряда других стран, а также немецких товаров в эти государства[259]259
Советско-нацистские отношения. Документы. – Париж – Нью-Йорк: Третья волна, 1983. – С. 157.
[Закрыть].
Интересно, что, не дожидаясь подписания соглашения, германские фирмы уже в середине ноября 1939 г. начали поставлять на склады Морагентства в Пехлеви иранское сырье, которое впоследствии предполагалось направить в Третий рейх через территорию СССР. 9 декабря 1939 г. генконсулом в Пехлеви Ягнятинским было созвано специальное совещание, на котором перед советскими хозяйственными работниками была поставлена задача обеспечить четкое обслуживание немецкой клиентуры и тщательную охрану поступающих товаров. При этом генконсулом указывалось, что скопление большого количества указанных товаров требует «проявления должной бдительности к возможным диверсиям, которые могут быть организованы агентурой вою-ющих с Германией стран». Поэтому на совещании было принято решение немедленно увеличить количество сторожей, экспедиторов, приказчиков и кладовщиков, связанных с обслуживанием германских грузов, а перед сотрудниками Морагентства и Ирансовтранса поставить задачу оказывать содействие представителям немецкой фирмы «Иранэкспресс» и всячески избегать при этом каких-либо конфликтов[260]260
АВП РФ. – Ф. 094. – 1939. Ягнятинский – Мицкевичу. 31 декабря 1939 г. – Оп. 23. – П. 325. – Д. 20. – Л. 79.
[Закрыть].
Все работы по осуществлению транзитных операций были возложены на Ирансовтранс, имевший экспедиторские пункты в Пехлеви, Бабольсере, Баджигиране, а также в Батуми, Баку и Ленинграде. Прием грузов к отправке транзитом производился только от немецких фирм. Принадлежность товаров указанным фирмам удостоверялась лично германским консулом. Сама перевозка производилась по аккордным ставкам. Если в батумском направлении были оставлены ранее действовавшие аккордные ставки, то по другим направлениям разработаны новые[261]261
АВП РФ. – Ф. 094. – 1939. В. Деканозов – М. Филимонову, копия Ягнятинскому. 15 декабря 1939 г. – Оп. 23. – П. 325. – Д. 20. – Л. 73.
[Закрыть]. Страхованием грузов, переправляемых из Ирана в Германию, занялись на равных правах представительство Госстраха и немецкое страховое общество «Альянс», имевшее большие связи в иранских торговых кругах[262]262
АВП РФ. – Ф. 094. – 1941. М. Е. Филимонов – Мицкевичу. 20 мая 1941 г. – Оп. 26. – П. 331а. – Д. 21. – Л. 58; Там же. Кривенцов – Полпредство СССР в Иране. 18 марта 1941 г. – Оп. 26. – П. 331а. – Д. 21. – Л. 67.
[Закрыть].
Начиная с середины декабря 1939 г. ежедневно только в Пехлеви поступало свыше 75 т различных немецких товаров для отправки их транзитом в Германию. Большинство этих грузов прибывало с юга Ирана, где поначалу планировалось переправить их на немецких пароходах в Германию, но из-за английской блокады было принято решение перебросить товары на север страны для отправки транзитом через СССР[263]263
АВП РФ. – Ф. 094. – 1939. Ягнятинский – Мицкевичу. 28 ноября 1939 г. – Оп. 23. – П. 325. – Д. 20. – Л. 68.
[Закрыть].
С момента открытия транзита немецкие фирмы стали усиленно скупать иранское сырье. При этом немцы проявляли готовность покупать почти все товары, имевшиеся на рынке: шерсть, хлопок, кожу, ковры, сухофрукты, рис, мак, оливковое масло, коровье масло и прочие продукты сельского хозяйства.
Надо сказать, предоставление СССР права транзита Германии оказалось весьма выгодным Ирану, значительно улучшившему свое экономическое положение, в каком он оказался вследствие начавшейся войны и в результате отсутствия торговых отношений с Советским Союзом. Иранский рынок моментально среагировал на изменение торговой конъюнктуры. Отправка уже первого парохода с сырьем из Пехлеви привела к резкому росту цен на иранскую шерсть.
Логическим завершением переговоров между всеми заинтересованными сторонами стало заключение советско-иранского торгового договора в марте 1940 г. Этого давно требовало общественное мнение. Все громче раздававшиеся голоса за его заключение исходили не только из народных масс, но и из самых разнородных прогрессивных кругов, которым были небезразличны национальные и экономические интересы Ирана. Отдельные купцы, владельцы промышленных предприятий, кустари открыто настаивали на торговом договоре с богатой и сильной советской державой. Но у правителей Ирана был свой резон. Один из английских авторов, давая оценку этому договору, не без оснований писал, что Иран пошел на него исключительно ради транзита, так как в случае прекращения германо-иранской торговли Ирану «грозили крушение и экономический хаос»[264]264
Avery P. Modern Iran. – London: Benn, 1965. – P. 334.
[Закрыть].
История, однако, распорядилась иначе. В результате в 1940–1941 гг. товарооборот Ирана с гитлеровской Германией почти в восемь раз превысил наиболее высокий уровень его товарооборота с Веймарской республикой. Если в 1939–1940 гг. Германия занимала 39 % в товарообороте Ирана, то в 1940–1941 гг. уже 45,5 %[265]265
Попов М.В. Американский империализм в Иране в годы Второй мировой войны. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1956. – С. 9.
[Закрыть]. Подобное увеличение объемов германо-иранской торговли не произошло, если бы не решение советского правительства предоставить свою территорию для транзитной торговли Германии со странами Среднего Востока. За последние полтора года до начала Великой Отечественной войны в Германию через территорию СССР было транспортировано 80 тыс. т сельскохозяйственных продуктов из Ирана[266]266
Madani S.D. – Op. cit. – S. 222.
[Закрыть].
Только с начала марта по 29 апреля советское Торгпредство выдало 250 разрешений на транзит из Германии и ее протекторатов в Иран 5200 тонн различных грузов. В мае Торгпредство было готово рассмотреть еще 64 заявки на грузы в количестве 5000 тонн. Из них 42 заявки касались грузов, предназначенных для Кереджского металлургического комбината, строительство которого осуществлялось с помощью немцев. Вскоре было обнаружено, что в ящиках с надписью «сталь» немцы перебрасывали в Иран полуфабрикаты различных видов вооружений. А несколько ранее в Бакинском порту в 119 ящиках под наименованием «стержни поршневые, кованые» советские таможенники обнаружили около 20 000 полуфабрикатов ружейных и пулеметных стволов[267]267
АВП РФ. – Ф. 06. – 1941. А. Мицкевич – В. Молотову, Вышинскому, Лозовскому. 30 апреля 1941 г. – Оп. 3. – П. 14. – Д. 175. – Л. 13–14.
[Закрыть].
На первом этапе Второй мировой войны Германия имела пассивный баланс в торговле с Ираном. Только в 1939–1940 гг. Германия вывезла из Ирана товаров на 393 млн риалов, а ввезла лишь на 160 млн, не заплатив ни одного риала. Огромную сумму в 233 млн риалов, составлявшую более 13 % бюджета страны, Иран не мог использовать по своему усмотрению. В сентябре 1940 г. иранское правительство направило в Берлин торговую делегацию, перед которой была поставлена задача добиться более благоприятных для Ирана условий торговли с Третьим рейхом. Но занимать жесткую позицию по отношению к победоносной тогда Германии для Реза-шаха было бесперспективно, и иранская миссия не добилась поставленной цели. В результате общая задолженность Германии Ирану еще увеличилась и составила к середине 1941 г. свыше 280 млн марок[268]268
Агаев С.Л. Германский империализм в Иране… – С. 82.
[Закрыть]. Иначе говоря, Иран по-прежнему выступал в роли кредитора Германии.
* * *
Берлин делал все, чтобы подорвать английское господство над иранской нефтью. В условиях начавшейся войны «черное золото» приобрело особую цену. Имея незначительные природные запасы нефти, немцы были вынуждены закупать нефтепродукты по всему миру и искать новые источники для их поступления. Еще в августе 1939 г. Г. Геринг в беседе с неофициальным представителем английского правительства потребовал, чтобы в странах Среднего Востока был установлен «политический порядок, невраждебный Германии». «Средний Восток, – заявил Геринг, – является естественной экономической сферой Германии, из которой она сумеет черпать сырье и нефть, а это представляет для Германии жизненно важную проблему»[269]269
Цит. по: Володарский М.И. – Указ. соч. – C. 177.
[Закрыть].
Положение англичан осложнялось тем, что в первый год войны основные торговые коммуникации и дочерние компании АИНК в Европе оказались под контролем Германии, целый ряд стран – импортеров иранской нефти был оккупирован, и вывоз нефти в эти страны совершенно прекратился. С 1938 г. по 1940 г. чистая прибыль АИНК уменьшилась в два раза[270]270
Цит. по: Володарский М.И. – Указ. соч. – С. 183, 371–372.
[Закрыть].
Тревогу забила английская пресса, постоянно обращавшая внимание правительства на опасное для позиций Англии усиление германского влияния в Иране. Орган британских колониальных кругов журнал «Дженель оф КАС» осенью 1939 г. опубликовал статью о германских планах на Ближнем и Среднем Востоке и отмечал стремление Гитлера захватить иранскую нефть[271]271
Цит. по: Володарский М.И. – Указ. соч. – С. 178.
[Закрыть].
Все чаще материалы о заинтересованности немецких монополий в иранской нефти стали появляться в германской прессе. 5 апреля 1940 г. газета «Нойес Винер Тагеблат» опубликовала статью, в которой в проиранском духе излагалась борьба Ирана за ликвидацию английского засилья, за изгнание АИНК[272]272
Цит. по: Володарский М. И. – Указ. соч. – С. 193.
[Закрыть].
Интерес фюрера к иранской нефти еще более увеличился после капитуляции Франции. 27 июля 1940 г. «Дойче альгемайне цайтунг» писала: «Нефтяные богатства Ирана и Ирака ввиду военного значения нефти вызывают большой интерес к этим территориям»[273]273
Цит. по: Масленников В. Иран после заключения союзного договора с СССР и Великобританией // Мировое хозяйство и мировая политика. – 1942. – № 7. – С. 50.
[Закрыть].
«Германский бюллетень „Динст аус Дойчланд“ опубликовал сообщение о состоявшемся на днях соглашении между Ираном и Германией по поводу контингентов товаров на следующий хозяйственный год. В сообщении указывается, что в иранских поставках Германии главную роль будет играть нефть. Германские же поставки Ирану предусматриваются в виде промышленных изделий. Кроме того, по предварительным сведениям, полученным НКВТ через наше торгпредство в Берлине, объем ирано-германского товарооборота выразится в 50 миллионах германских марок или 340 миллионах риалов в год с каждой стороны, т. е. вдвое превысит объем нашего товарооборота с Ираном, который намечен для текущего года в размере 170 миллионов риалов […]. Особый интерес представляет вопрос о возможности поставок нефти Ираном в Германию. Как известно, на основании концессионного договора об Англо-иранской нефтяной компании, заключенного в 1933 г., англичане сохранили за собой монопольное право распоряжаться добытой нефтью, за исключением определенного количества, необходимого для удовлетворения внутренних иранских нужд. Сам Иран до сих пор нефти не вывозил, и поэтому непонятно, каким образом Иран выступает сейчас в качестве экспортера нефти в Германию», – высказывал свои опасения планами немцев по захвату иранской нефти заместитель министра иностранных дел СССР С.А. Лозовский[274]274
ДВП. 1940-22 июня 1941 г. – Т. 23. – Кн. 2 (1). Январь-октябрь 1940 г. / С.А. Лозовский – М.Е. Филимонову. 13 декабря 1940 г. – М.: Международные отношения, 1995. – С. 193.
[Закрыть].
О своих правах на иранскую нефть заявлял и главный «партнер» фюрера – лидер итальянских фашистов Б. Муссолини. 19 мая 1940 г. Э. Эттель в своем донесении в Берлин отмечал: «Иранская нефть – старая цель фашистской Италии. Это государство стремится получить решающий контроль над иранской нефтью. Поскольку великий германский рейх тоже сильно заинтересован в иранской нефти, необходимо чтобы две союзные державы пришли к соглашению о своем отношении к этому вопросу. Германия должна взять на себя руководство в решении всех вопросов, которые важны для нового порядка на Ближнем и Среднем Востоке»[275]275
ADAP. – Ser. D. – Bd. 12.2. – S. 443.
[Закрыть].
Находясь под впечатлением германских побед, иранское правительство начало в 1940 г. наступление на позиции АИНК. В 1940 г. Реза-шах совершил неожиданный визит в Хузестан. После возвращения оттуда он вызвал к себе министра внутренних дел и указал ему на ненормальное положение в этой провинции. Шах отметил, что с начала войны число английских служащих неимоверно возросло. Заявив, что располагает сведениями о том, что вновь прибывшие служащие – это офицеры британской армии, он отдал приказ, чтобы визы для британцев на въезд в Хузестан выдавались только с разрешения Министерства внутренних дел Ирана. Кроме того, шах пригрозил компании вводом военного положения в нефтяных районах[276]276
Fatemi N.S. Oil Diplomacy. Powder keg in Iran. – New York: Whittier Books, 1954. – P. 187.
[Закрыть]. АИНК пришлось проглотить эту горькую пилюлю.
Летом 1940 г. АИНК получила уведомление от Министерства финансов Ирана о том, что она должна выплатить Ирану более 10 млн фунтов стерлингов в счет старых долгов, разницы в котировке фунта стерлингов и т. д.
Действия иранского правительства вызвали резкое недовольство в Лондоне. Англичане всерьез опасались за свои позиции в Иране. Они боялись, что Германия сумеет использовать Иран для проникновения в Индию и другие страны, находившиеся в сфере британского влияния. Английский посланник в Тегеране Р. Буллард почти ежедневно выражал премьер-министру Али Мансуру недовольство антианглийской позицией Ирана[277]277
ADAP. – Ser. D. – Bd. 10. – S. 141.
[Закрыть]. Тем не менее правительство Великобритании удовлетворило требования Ирана. Но в 1941 г. иранское правительство заняло еще более решительную позицию в отношении АИНК. 13 апреля 1941 г. в ходе беседы с германским посланником Али Мансур заявил, что иранское правительство желает ликвидировать британскую нефтяную концессию, «национализировать это огромное богатство страны»[278]278
ADAP. – Ser. D. – Bd. 12.2. – S. 443.
[Закрыть].
* * *
С весны 1940 г. немцы стали зондировать возможность восстановления авиалинии Берлин – Кабул, прекратившую функционировать сразу после начала Второй мировой войны. На этот раз ими планировалось организовать воздушное сообщение по новой трассе через территорию СССР. Разрабатывались два варианта: линии Москва-Севастополь-Стамбул-Тегеран-Герат-Кабул и Москва-Ташкент-Термез-Кабул[279]279
АВП РФ. – Ф. 071. – 1941. Политико-экономический доклад Средневосточного отдела МИД по Афганистану за 1940 г. – Оп. 23. – П. 195. – Д. 2. – Л. 108.
[Закрыть]. 4 марта 1940 г. Э. Эттель обратился с подобной просьбой к советскому послу М.Е. Филимонову, поинтересовавшись, какие у него «есть соображения для устройства авиалинии Берлин, Москва, Баку, Тегеран»[280]280
ДВП. 1940-22 июня 1941 г. – Т. 23. – Кн. 1… – С. 127.
[Закрыть]. Был и третий вариант, исключавший афганскую столицу: Берлин-Киев-Харьков-Ростов-на-Дону-Баку-Тегеран. Именно его предложил 25 августа германский посол в Москве Ф. Шулленбург В. Молотову[281]281
ДВП. 1940-22 июня 1941 г. – Т. 23. – Кн. 1… – С. 50.
[Закрыть].
Осенью 1940 г. немцы поставили вопрос о восстановлении авиасообщения перед правительством Ирана. Делая подобное предложение заинтересованным правительствам, германское руководство преследовало цель не только организовать воздушный шпионаж территории Советского Союза, но и усилить зависимость Ирана от Германии и в перспективе вовлечь его в войну на стороне стран «оси».
Германские представители потратили немало сил, чтобы доказать иранским властям целесообразность возобновления полетов немецких самолетов. Но, несмотря на их настойчивость, им было отказано в организации авиасообщения. Это решение было продиктовано тем, что в обстановке начавшейся войны восстановление авиалинии могло вызвать резкую реакцию Великобритании, которая и так пошла Ирану на ряд уступок в нефтяном вопросе. Следовавшему курсу осторожного внешнеполитического лавирования Реза-шаху идея восстановления авиалинии в этой обстановке казалась не столько актуальной, сколько вредной для его страны, так как она могла дать повод для английского вмешательства.
В связи с планами использования Ирана во Второй мировой войне заслуживает особого внимания неоцененный историками факт продажи Германией Ирану локомотивов и железнодорожных вагонов. Несмотря на то, что 23 июня 1940 г. меджлис утвердил договор о предоставлении немецким инженерам важных должностей в управлении железных дорог Ирана: Вильгельму Сапову – пост главного инженера всего железнодорожного строительства, Густаву Бора – пост главного инженера по расчетам[282]282
Правда. – 27 августа 1941 г. – С. 4.
[Закрыть],немцы в октябре этого же года отвергли просьбу Ирана о поставке ему 75 локомотивов и 1000 вагонов стоимостью 15 млн марок. Однако в апреле 1941 г. Берлин изменил свое решение. Более того, Германия согласилась поставить локомотивов и вагонов на сумму 25 млн марок. В отечественной историографии только А.В. Райков разгадал тайный ход гитлеровской дипломатии. «Германское командование намеревалось использовать этот парк локомотивов и вагонов для переброски собственных войск по указанным направлениям – к Индии и Ираку. Германия собиралась поставить этот огромный железнодорожный парк самой себе», – справедливо отметил он в своем труде[283]283
Райков А.В. Опаснейший час Индии. – Липецк: Липецкое издательство Госкомпечати, 1999. – С. 52.
[Закрыть].
Говоря о ситуации на железных дорогах Ирана, нельзя не отметить примечательного факта, что, несмотря на тяжелое экономическое и финансовое положение страны, Реза-шах Пехлеви не отказался от грандиозных планов железнодорожного строительства. В первую очередь им было намечено строительство магистралей Тебриз – Тегеран, Тегеран – Мешхед, Тегеран – Йезд. По-видимому, иранские правящие круги полагали, что война скоро закончится и спадет английская блокада южного пути. Очевидно, что желание эмансипироваться от транзитной зависимости от СССР, которое в свое время сыграло роль в выборе пути Трансиранской железной дороги, стало основным соображением в новых планах Реза-шаха по железнодорожному строительству. В перспективе правители Ирана рассчитывали сомкнуть иранские железнодорожные магистрали с иностранными линиями. Линию Тегеран – Тебриз предполагалось соединить с турецкой железной дорогой, линию Тегеран – Йезд с индийской. Иранцы также планировали обеспечить транзитное значение линии Тегеран – Мешхед. Путем договоренности с афганским правительством они надеялись связать ее с существующей шоссейной дорогой Мешхед – Герат – Кабул, а в будущем и с железной дорогой, которую тогда проектировали афганцы[284]284
АВП РФ. – Ф. 094. – 1939. В. Деканозов – М. Филимонову. 16 октября 1939 г. – Оп. 23. – П. 324 а. – Д. 3. – Л. 17–20.
[Закрыть]. Если бы план соединения иранских железных дорог с иностранными был осуществлен, то через Иран прошел бы самый короткий путь в Индию. Это прекрасно понимали берлинские стратеги, предоставившие локомотивы Ирану. Естественно, что в планы железнодорожного строительства были посвящены и англичане, всеми доступными средствами пытавшиеся помешать воплощению в жизнь замыслов Реза-шаха.
На первом этапе Второй мировой войны немцы также пытались укрепить свой контроль над морскими коммуникациями Ирана. Как сообщает А. Банани в своей книге, «в 1940 г. одна германская фирма смонтировала в порту Пехлеви землечерпательное судно „Мазендеран“»[285]285
Banani A. – Op. cit. – P. 135–136.
[Закрыть].
Готовясь к войне с Советским Союзом, Германия стала постепенно сворачивать свои экономические связи с Ираном. Правда, переговоры о транзите иранских товаров в Третий рейх велись даже в середине июня 1941 г. Но после 22 июня 1941 г. торговля Германии с Ираном фактически была сведена к нулю.
Нетрудно заметить, что Иран по-прежнему занимал видное место в планах Гитлера по завоеванию мирового господства. Благодаря тому, что СССР предоставил свою территорию для транзита немецких товаров в Иран, германо-иранская торговля достигла наивысших показателей. Иран фактически превратился в сырьевую кладовую гитлеровской Германии, для которой получение иранских стратегических материалов значительно облегчало ведение боевых действий. Однако планы немцев восстановить авиалинию Берлин-Кабул потерпели крах. Иранский шах, следовавший курсу осторожного внешнеполитического лавирования, предпочел не обострять отношения с Великобританией, которая после начала Второй мировой войны болезненно реагировала на все инициативы немцев на Среднем Востоке.
* * *
Заняв позицию нейтралитета, правители Ирана тем не менее продолжали симпатизировать Германии. Уже в первые дни начавшейся войны в ходе германо-иранских переговоров министр финансов Ирана М. Бадер охарактеризовал позицию Англии и Франции как аморальную и непопулярную среди нейтральных стран, выразив при этом уверенность в том, что германские претензии на Данциг и коридор являются совершенно справедливыми[286]286
ADAP. – Ser. D. – Bd. 8. – S. 12.
[Закрыть].
Первые победы вермахта еще более подняли престиж Третьего рейха в Иране. С каждым днем среди иранцев крепла вера в то, что Гитлер способен принести им свободу от английского господства. В Тегеране полагали, что пока в Европе полыхает пламя войны, Германия не представляет угрозы Среднему Востоку. По мнению иранских лидеров, угроза могла исходить либо от Москвы, либо от Лондона. В Иране считали, что подписанный 23 августа 1939 г. пакт Риббентропа – Молотова развязывает руки северному соседу, т. е. в ситуации, когда державы «оси» и страны западной демократии вступили в смертельную схватку, уже никто не помешает большевикам воплотить в жизнь свои экспансионистские планы мировой революции на Востоке. Превентивные меры в отношении СССР примет Великобритания, что в конечном счете приведет к началу боевых действий между британскими войсками и Красной армией. И, скорее всего, ареной этих боев станет территория Ирана. Именно такого варианта развития событий пытался избежать Реза-шах.
Действительно, план нападения на Советский Союз с юга как часть общего плана войны против СССР в том или ином составе европейских государств, которые при помощи всех родов войск должны были действовать с территории Турции, Ирана и Афганистана, возник у англичан еще за несколько месяцев до начала Второй мировой войны. В записке главнокомандующего союзными сухопутными вооруженными силами Франции и Великобритании генерала Гамелена на имя председателя Совета министров Франции Рейно от 22 марта 1940 г. говорилось о возможности наземных боевых действий с северо-восточной стороны Ирана, для чего предлагалось добиться согласия иранского правительства на участие в операции по совместному нападению на СССР. Для бомбардировки Баку союзники рассчитывали заручиться согласием Реза-шаха на строительство в северном Иране авиабазы или получить право на пролет через территорию Ирана английских тяжелых бомбардировщиков[287]287
См. подробнее: [Ямпольский В.П.] Спровоцировать волнения среди мусульманского населения на Кавказе // Военно-исторический журнал. – 1995. – № 6. – С. 67; Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. – Т. 1. – Кн. 1. – Сборник документов. – М.: Книга и бизнес, 1995. – С. 376.
[Закрыть]. По мнению советского историка Р. Юрьева, начало военных действий планировалось на конец июля 1940 г.[288]288
Юрьев Р. Подготовка Англии и Франции к нападению на Советский Союз с юга в 1939–1940 годах // Вопросы истории. – 1949. – № 2. – С. 107.
[Закрыть]. И надо сказать, что эти планы были не только теоретическими разработками. Во время советско-финской войны они приобрели реальные очертания[289]289
См. подробнее: ЦХИДК. – Ф. 1357. Сборник «Секретные документы французского Генштаба, изданные МИД Германии». – Оп. 3. – Д. 163. – Л. 1-198.
[Закрыть].
Зная об опасениях иранцев, германская пропаганда инспирировала слухи о готовящемся вторжении Красной армии в Иран. В октябре 1939 г. корреспондент ТАСС, передавая свой разговор с германским коллегой, сообщал из Тегерана: «по словам берлинского корреспондента Херста, немцы откровенно заявляют, что независимо от любого исхода войны Советский Союз окажется победителем… что по неподтвержденным сведениям СССР стремится заключить соглашение с Турцией и Ираном с целью захвата английских нефтяных источников в Мосуле и Иране. Корреспондент сообщает также о концентрации крупных советских военных сил на Кавказе»[290]290
АВП РФ. – Ф. 094. – 1940. Черурко – В. Деканозову. 24 сентября 1940 г. – Оп. 24. – П. 327. – Д. 12. – Л. 44.
[Закрыть].
15 ноября 1939 г. сообщение на эту же тему было помещено в «Кельнише Цайтунг», в котором говорилось: «Россия возобновила свои планы относительно Персидского залива и надеется получить выход к южным морям. Север Ирана и Тегеран находятся под русским влиянием. Известно, что бензин, потребляемый в этих районах, поступает из России. С военной точки зрения будет возобновлено положение, имевшее место в 1914 г., когда Россия содержала в Тегеране казачью бригаду»[291]291
Цит. по: АВП РФ. – Ф. 094. – 1940. М. Филимонов. Доклад: «Вопрос о ложной пропаганде». – Оп. 24. – П. 327. – Д. 12. – Л. 1.
[Закрыть].
Однако с января 1940 г. германская пресса, в противовес своим сообщениям в октябре-ноябре 1939 г., выступила с опровержением антисоветских вымыслов. 4 января 1940 г. газета «Нахтаусгабе», говоря о стремлении Англии и Франции создать театр военных действий на Среднем Востоке, писала: «Чтобы оправдать военные приготовления в районе, который вообще не затрагивается европейским конфликтом, англичане и французы распространяют слухи о советской угрозе Ирану и Афганистану»[292]292
Цит. по: АВП РФ. – Ф. 094. – 1940. Черурко – В. Деканозову. 24 сентября 1940 г. – Оп. 24. – П. 327. – Д. 12. – Л. 49.
[Закрыть]. На протяжении весны 1940 г. немецкие газеты воздерживались от публикации каких-либо материалов о советской угрозе Среднему Востоку.
Подобный поворот в тактике германской пропаганды объяснялся тем, что начались поставки иранского сырья в Германию через территорию СССР и в Берлине предпочли не создавать проблем в отношениях с Советским Союзом.
С весны 1940 г. усилились контакты между дипломатическими представительствами Третьего рейха и СССР в Тегеране. Сотрудники германской дипломатической миссии стали наносить регулярные визиты в советское посольство. «Благодаря гениальности товарища Сталина и Гитлера СССР и Германия взаимно понимают друг друга и в целом представляют несокрушимую силу в Европе. Английская пропаганда в Иране ставит своей целью противопоставить интересы Германии и СССР. По мнению Берлина, СССР ни в коем случае не собирается нападать на Иран. Англичане, пропагандируя идею нападения СССР на Иран, вынашивают план нападения на советский нефтеносный Баку», – убеждал М.Е. Филимонова в дружественных чувствах в ходе одного из визитов Э. Эттель[293]293
ДВП. 1940-22 июня 1941 г. – Т. 23. – Кн. 1… – С. 126.
[Закрыть]. Однако вряд ли делал он это искренне, так как одновременно немцы продолжали вести среди иранцев пропаганду против Советского Союза, только теперь в скрытой форме.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?