Текст книги "Попутчица"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poputchica-123783.jpg)
Автор книги: Александр Варго
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Судя по всему, вы следили за мной. Так? – усмехнулся старик.
– Так, – произнес Николай. Их взгляды с Корнеевым пересеклись, и у парня на миг возникло ощущение, будто он стоит на краю обрыва и смотрит в пропасть, в которой плавают клочья тумана. Пропасть, в которой даже невозможно разглядеть дна.
– Спасибо за честный ответ. Я отпущу вас, – прищурился старик. – Но только после того, как узнаю, что в ваших карманах. Полагаю, что при этой ситуации я не сильно оскорблю ваши чувства?
– Нет, – тут же ответил Алексей и, словно спохватившись за поспешное согласие, с надеждой взглянул на Николая. «Если он увидит фотоаппарат и наши телефоны с фотографиями…» – мелькнула у него мысль.
– Что ты сделал с моей собакой? – неожиданно раздался хрипловатый голос Бориса.
– Собака? Мне нет дела до твоей собаки, – обронил старик. У него было такое лицо, будто он ничуть не удивился этому вопросу. – И, кстати, тебя что, не учили, что нельзя старшим «тыкать»?
– Я видел у тебя в альбоме фотографию, – процедил Борис, игнорируя сделанное замечание. Его буквально трясло от злости. – Думаешь, все сойдет с рук? Тебя посадят! За воровство!
Коле внезапно стало жарко. Борис, похоже, на грани срыва. А еще ему показалось, что хрупкий мостик, отделяющий их от спасительного леса, там, за воротами этого мрачного места, в одно мгновение рухнул в пропасть, мелькая жалкими обломками. В ту самую пропасть, окутанную рваными обрывками тумана.
– Весьма смелое заявление, – покачал головой старик. – Особенно если учесть, что говорит его юноша, который без разрешения залез в чужой дом. Я не знаю, о какой собаке ты говоришь. У меня их много. Кто-то из них умирает, кто-то рождается. Кого-то я подбираю на улице, кого-то нахожу в лесу.
– Ты думал, я не узнаю своего Яшку? – желчно усмехнулся Борис.
– Хватит мне морочить голову. Выворачивайте карманы! – сурово проговорил старик.
– Ты убил ее, старик? – крикнул Борис, теряя самообладание.
Корнеев скрестил на худой груди свои длинные, жилистые руки.
– Я жду.
– Послушайте, – начал Коля, облизнув вмиг пересохшие губы. – Никому из нас не нужны эти… проблемы. Давайте просто все забудем об этом. Мы…
– Где твоя мать? Кого ты катаешь в коляске? – перебил его Борис, и Николай был готов вцепиться ему в глотку. Казалось, этот самоуверенный недоумок из кожи вон лез, чтобы усугубить и без того серьезный конфликт. И все усилия Николая нормализовать или хотя бы смягчить обстановку катились к черту.
На лице старика не дрогнул ни один мускул.
– Значит, собачья тема уже закрыта? Теперь моя родословная понадобилась? – ничего не выражающим голосом уточнил он и покосился на Бориса, рука которого медленно ползла во внутренний карман куртки. – Или тебя интересует манекен в коляске?
Николай вытер пот, заливающий глаза, и вдруг вздрогнул, будто напоровшись босой ногой на стекло.
Как он мог забыть о сестре?! И о Свете?!
Куда они делись?!!
– Покажи мне закон, который бы запрещал держать в собственном доме куклу в инвалидной коляске, – сказал старик, и его глаза сверкнули, как две колючие льдинки. – Хотя, чего это я? Не много ли чести оправдываться перед вами?
– Где… – начал было Борис, но Корнеев перебил его:
– Карманы!
Колени Алексея подогнулись, с его губ сорвался испуганный всхлип.
В ту же секунду в руке Бориса появился пистолет.
Глаза старика сузились, как у змеи.
– Агат! – не разжимая губ, процедил он, и громадная псина, рыча, с готовностью вскочила на ноги. – Убери оружие, парень. Ты и так зашел слишком далеко.
– Боря, не надо! – заскулил Алекс. Он сложил перед собой ладони, словно в мольбе.
– Карманы!! – взревел Корнеев.
Боря вскинул руку с пистолетом. Она сильно дрожала, и для надежности он обхватил рукоятку пальцами левой руки.
– Убери своих собак и дай нам уйти! – крикнул он, наводя пистолет на Корнеева.
Агат тут же разразился оглушительным лаем, и Борис вздрогнул. Раздался негромкий хлопок. Остальные псы, словно по команде, поднялись с травы, злобно уставившись на ребят.
На лице Корнеева появилась кровь, прочертив узенькую дорожку на щеке, но он даже не сдвинулся с места, будто ждал этого выстрела.
– Агат! – рявкнул он, и собака, словно распрямившаяся пружина, ринулась на Бориса.
Он закричал, стреляя в пса, но мгновенно был сбит с ног мощным пятидесятикилограммовым телом животного.
Собаки образовали вокруг ребят живой полукруг.
Николай, несколько мгновений простояв словно в трансе, наконец бросился на помощь к Борису. Парень орал благим матом, пытаясь отбиться от собаки ногами, но она вцепилась мертвой хваткой в его предплечье и трясла головой, словно собираясь вырвать кусок плоти.
– Колич!! Алекс, помогите! – хрипел Борис.
Николай схватил доску, валявшуюся рядом с лестницей. Замахнушись, он с силой ударил собаку по спине, и животное, взвизгнув, выпустило из пасти руку парня. Рыча, пес двинулся к Николаю, и тот выставил вперед доску, намереваясь защищаться до последнего. Казалось, собака уже намеревалась кинуться на него, как старик внезапно что-то крикнул, и пес нехотя остановился. Фыркая и ворча, он подбежал к хозяину, и Корнеев погладил питомца по лохматой голове.
– Карманы, – безжизненным голосом повторил он. – Не испытывайте мое терпение.
Алексей, качаясь, словно пьяный, начал судорожно срывать с себя ремень с походными аксессуарами, болтавшимися на нем тяжелыми гроздьями.
– Нате… возьмите, у меня ничего нет, – скороговоркой выпалил он. Всхлипнув, зачем-то уточнил: – Там есть кошелек, восемьсот рублей.
– Ссука… больно… – стиснув зубы, стонал Боря. Ему удалось подняться на ноги, и он со страхом глядел на кровоточащую руку.
– Кинь сюда пистолет, – приказал старик Алексею. – И захвати телефон своего друга.
Алекс, не без труда волоча ноги, с опаской приблизился к Борису.
– Извини, Борец, – прошептал он.
Тот окинул его ненавидящим взором, но беспрекословно передал мобильник товарищу.
Корнеев перевел взгляд на Николая. Только сейчас юноша вспомнил о газовом баллончике в заднем кармане.
– Парень, я не советую тебе повторять фокус, какой пытался проделать твой друг, – миролюбиво сообщил старик, будто читая его мысли. – Кидай свой рюкзак сюда. И все свое богатство из карманов тоже.
Николай понял, что сопротивляться нет смысла, и выполнил, что от него требовалось. Содержимое карманов – телефон, ключи от дома, упаковка «Дирол», зажигалка и пресловутый газовый баллончик – все полетело к ногам старика.
– Отгоните собак, – попросил он.
Корнеев не обратил на просьбу никакого внимания. Как не обращал внимания и на кровь, струившуюся по щеке. Он поднял фотоаппарат, включил его и принялся с сосредоточенным видом нажимать кнопку, очевидно, просматривая снимки.
– Отпус… отпустите нас, – не выдержав, захныкал Алексей. – Пожалуйста!
– Молодцы! – похвалил Корнеев, листая файлы с отснятыми изображениями. – Ну, прямо как тараканчики. Везде побывали, в каждую щелку заползли.
Собаки продолжали рычать, обступив насмерть перепуганных ребят. Глядя на их обнажившиеся, влажные от слюны клыки, Николаю пришло в голову, что им ничего не стоит разорвать их в клочья за считаные минуты. И никто не придет к ним на помощь. От этой мысли ему стало дурно. При этом, невзирая на липкие щупальца страха, постепенно скользящие по его коже, он украдкой следил за стариком. Возможно, у них все же появится шанс?
Он обратил внимание, что в какой-то момент лицо Корнеева словно закаменело, но это изменение было мимолетным, как небольшое мутное облако, на долю секунды затмившее солнце.
«Он увидел люк на чердаке», – догадался Коля, и его будто обдало ледяным холодом. Что теперь будет? С другой стороны, они ведь не проникли внутрь…
Старик выключил фотоаппарат и с брезгливым видом бросил его в траву. Когда он вновь посмотрел на ребят, его худое морщинистое лицо потемнело от ненависти.
– Хальт! – хрипло гаркнул он, и собаки умолкли. Впрочем, они и не уходили, а продолжали стоять перед ребятами, из глоток вырывалось тяжелое дыхание, а бока вздымались, словно кузнечные меха.
Размахивая руками, Корнеев направился к Борису. Тот попятился назад, лицо приобрело пепельный оттенок.
Старик схватил его за шиворот и с легкостью притянул парня вплотную.
– Ты, я смотрю, самый любознательный из всей компании, – чеканя каждое слово, произнес Корнеев. – Да? Это насколько нужно быть любознательными, чтобы забраться наверх? И не просто забраться! Вы испортили всю обивку на стенке моего чердака!!
Борис молчал, прерывистое дыхание с шумом вырывалось из его рта. Из прокушенной левой руки ручьем текла кровь, капая на траву.
– Ты когда-нибудь читал сказку о Синей Бороде? – задал вопрос Корнеев. Он встряхнул Бориса, словно держал в руках не крепкого, не по годам развитого пятнадцатилетнего парня, а раскисшую тряпку для мытья полов. – Читал?
– Не-ет! – замотал головой Борис.
– Тебе интересно, что там, наверху? Только честно? – зашептал Корнеев. Он наклонился так близко, что, казалось, вот-вот, и их лица соприкоснутся.
– Не интересно, – прохрипел Боря.
– Послушайте, не надо, – начал Николай, шагнув вперед.
– Борг! – крикнул старик, махнув рукой в его сторону, и к нему сразу же метнулся темно-серый пес. Лязгнув челюстями, он встал прямо перед парнем, угрожающе ворча, и Коля замер.
«Будь, что будет, но с места я не сдвинусь».
Старик, не мигая, всматривался в лицо Бориса. И, к своему изумлению, Николай был готов поклясться, что ярость, плескавшаяся до этого в его глазах, куда-то исчезла. Теперь лицо хозяина дома было усталым и изможденным, словно события последних минут отняли у него все силы.
– Я могу отвести тебя в эту комнату, – предложил он, будто речь шла о том, подать ли к чаю варенье. – Хочешь? Прямо сейчас. И твое любопытство будет удовлетворено. Вот только у меня есть сомнения, что ты будешь рад этому.
– Отпустите нас, – завел старую пластинку Алексей, но старик даже не посмотрел на него.
– Не… нужно… я не хочу… ничего смотреть, – выплевывая слова, проговорил Борис.
Пальцы старика мягко разжались, выпуская материю куртки парня.
– Мне очень жаль, – сказал он и, глубоко вздохнув, указал пальцем на деревянное строение: – Идите в сарай.
– Нет, нет, – забормотал Алекс, его глаза стали влажными. – Мы больше не будем! Пожалуйста! Отпустите нас домой! Мы никому ничего не скажем! – Он ухватился за плечо Николая: – Колич… ну скажи ему!
Корнеев поднял пистолет, повертел его в руках, затем сказал:
– Еще бы чуть-чуть, и я остался бы без глаза. Но я не в обиде на вас, ребята. Наверное, другие бы поступили бы на вашем месте точно так же. – Он уставился на них, сдвинув брови: – Вы еще здесь? В сарай! Быстро!
Собаки, словно приняв последние слова хозяина за команду, зарычали, ощетинившись.
Алексей заплакал, размазывая по лицу слезы.
– Пожалуйста, выслушайте нас, – дрогнувшим голосом заговорил Коля. – Вы совершаете ошибку. Не нужно никакого сарая. Если вы… если вы считаете, что мы преступники, позвоните в полицию. Пусть с нами разбираются, как положено. По закону. Но если вы закроете нас на замок, вы сами совершите преступление!
– Какие мы грамотные… А разве вы сообщили в полицию, когда решили, что я подозрителен? – удивился старик. Внезапно он направил пистолет прямо в лицо Николаю. – Нет. Вы дождались, когда меня не будет дома, и, как воры, залезли внутрь. И это было абсолютно не по закону, как вы этого требуете от меня. Быстро! – заорал он, брызгая слюной.
Когда Николай не двинулся с места, Корнеев выстрелил ему в ногу, чуть выше колена. Юноша охнул, присев на траву.
– Вы… вы…
Он был настолько ошеломлен происходящим, что даже не сразу ощутил боль, которая обжигающе-раскаленным свинцом растеклась по коже. Может, он спит?!
– Дельта! – скомандовал старик, и к Коле, рыча, громадными прыжками понеслась здоровенная псина с рыжей клочковатой шерстью.
– Нет! – закричал парень.
– Хальт! – вполголоса приказал Корнеев, когда собака уже была готова броситься на Николая. Пес остановился, словно столкнувшись с невидимой преградой. – Идите, – устало сказал старик, – пока вас не разорвали.
И они пошли. Собаки семенили рядом, не сводя с них глаз. Псы образовали коридор по обе стороны, прорваться сквозь который никто из подростков не рискнул.
Корнеев замыкал шествие.
Борис открыл сарай, и перепуганные куры, кудахча, заметались по дощатому полу, заляпанному грязно-серыми кляксами помета. Он повернулся к старику и угрюмо произнес:
– Тебя посадят, старый упырь. Мой отец своими руками порвет тебя на куски. Вместе с твоими собаками.
– Заходи, – велел Корнеев, и юноша, сплюнув, шагнул внутрь. Тут же раздался громкий треск, заглушивший вопль Бори, в воздух взметнулся столб пыли. Через мгновение пыль рассеялась, и перед потрясенными ребятами предстал широкий разлом в полу. Откуда-то снизу доносился стон Бориса.
– Нн-еееет, – заикаясь, забормотал Алекс, но старик, ни слова не говоря, с силой толкнул его. Потеряв равновесие, юноша наступил на торчащий обломок доски, который тут же с хрустом проломился. Истошно визжа, Алексей рухнул вниз.
– Теперь ты, – сказал старик, в упор глядя на ошарашенного Николая, который после столь показательной расправы был не в силах даже пошевелиться.
– Вы… что вы делаете? – наконец обрел он дар речи. – Что там внизу?!
– Прыгай!
– Нет!
– Мне выстрелить тебе во вторую ногу? – скривился Корнеев. – Или позвать собак? Выбор за тобой.
Николай со страхом посмотрел в зияющую дыру. Она буквально источала пронизывающие миазмы смерти, словно ему предстояло шагнуть в собственную могилу. Где-то из глубины подвала слышались стоны его приятелей.
– Если ты попросишь друзей, они встанут на ноги и прижмутся к стенке. Тогда при падении ты не покалечишь их. И себя, – прибавил старик. При этом в его глазах была беспросветная тоска, словно это ему предстояло шагнуть в дыру, а не Коле.
– Это какая-то ошибка, – убитым голосом проговорил юноша. – Зачем вы все это делаете? Где моя сестра?
– Не нужно было вам приходить сюда. Вы даже не представляете, во что вляпались. Простите, – выдохнул старик и, размахнувшись, ударил парня в лицо.
Жесткие костяшки пальцев расплющили губы Коли, и его рот наполнился кровью, горячей и соленой. Нелепо взмахнув руками, словно пытаясь в тщетной попытке удержаться за воздух, он упал. Больно ударившись лопаткой о выступающий обломок старой доски, Николай все же смог уцепиться пальцами за неровные края пола. Хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, попытался подтянуться. Раздался угрожающий треск – сломанные доски с трудом, но держали юношу.
Старик осторожно приблизился. По его окровавленной щеке стекла слеза, прочертив белую полоску.
– Простите, – печально повторил он и, наклонившись, с силой ударил рукояткой пистолета по пальцам Коли. Тот с истошным криком сорвался вниз.
Затем наступила тьма.
Трасса «Дон» М-4, Краснодарский край, станица Раздольное, 19.40
Лу умолкла. Провела кончиками пальцев по губам.
– У тебя еще остался чай, ковбой? Глотка пересохла совсем.
Андрей молча протянул попутчице термос.
Девушка отвинтила крышку, сделала жадный глоток, смахнула с губ капельки.
– Не скучно? – спросила она.
Андрей долго не отвечал, глядя прямо перед собой.
– Скажи честно. Ты… правда сама все придумала? – наконец спросил он.
Лу выглядела удивленной:
– А что здесь такого? В группе, где я общаюсь, каждый день как минимум парочку подобных вещей выкладывают.
– В группе? – обескураженно повторил Андрей, словно пробуя словосочетание на вкус.
– Ну да. В виртуальной группе. Я имею в виду Интернет, – кивнула девушка.
«Похоже, для тебя это все в новинку, – читалось на ее лице. – Группы какие-то, Интернет… мальчик, ты что, вообще из кабины своего драндулета никогда не вылезал?»
– Так что это вполне рядовая повесть, – сказала она вслух. – Но иногда встречаются самые настоящие жемчужины. Стивен Кинг отдыхает.
– Я читал Кинга, – с ноткой гордости известил Андрей. Он наморщил лоб, словно пытаясь выковырять из памяти события далекой юности. – Давно еще. Там одна девка всю школу сожгла.
– Это первое произведение Кинга называется «Кэрри», – сказала Лу.
«Газель» свернула на станцию АЗС.
– Нужно заправиться, – пояснил Андрей. – Сделаем небольшую остановку. Ты, наверное, проголодалась?
– Возьми мне какую-нибудь булочку, – попросила Лу. Откинувшись на сиденье, она высунула в открытое окно ногу, лениво помахивая пыльной ступней.
Андрей кивнул, вылезая из машины, и девушка успела заметить выражение глаз подобравшего ее водителя. Они были слегка затуманены, будто подернуты дымкой, и она усмехнулась про себя. Он весь в книге. Там, на участке этого старика в ее романе.
Губы девушки тронула странная улыбка, в которой неизъяснимым образом переплелись холод и сочувствие.
Вскоре Андрей вернулся, неся с собой пакет с провизией.
– Держи, – пропыхтел он, залезая в кабину, и протянул Лу бутылку газировки и два гамбургера. – Немного лежалые, но что есть…
– Все отлично, ковбой, – проговорила девушка, впиваясь зубами в слегка заветрившийся гамбургер. – Бывало, я и лягушек ела, и змей.
Андрей хихикнул, но тут же, спохватившись, замолк. «Наверное, она врет», – решил он про себя. Во всяком случае, ему было так спокойней думать.
Лу быстро прожевала гамбургер и теперь отвинчивала крышку «Спрайта», поглядывая на Андрея. В данный момент он на нее не смотрел и не мог видеть странную ухмылку, блуждающую по лицу его случайной попутчицы. Она была отталкивающе-диковатой, отдаленно напоминающей оскал.
– Что было дальше? – спросил Андрей, выруливая с заправки.
– А дальше начинается самое интересное.
Часть 2
Перед любовью бессильны ужас и мрак смерти…
Генрик Ибсен
Прошло минут десять, но Павел Сергеевич продолжал стоять возле ловушки. В спертом, душном воздухе беспрерывно гудели мухи. Суетливо кудахча, к покрытым плесенью стенкам жались облезлые курицы, их круглые глаза-бусинки испуганно поблескивали в потемках. Собаки, пофыркивая, столпились у входа в сарай. Высунув длинные розовые языки, они тяжело дышали, нетерпеливо переступая грязными лапами. Дельта, принюхиваясь, хотела было пройти вперед, к той самой дыре, в которую только что провалились ребята, но Корнеев властно поднял руку, и собака остановилась как вкопанная. Тихонько гавкнув, она вышла из сарая.
– Помогите!.. – донесся снизу плачущий голос. Кто-то выматерился. Павел Сергеевич только плотнее сжал губы – кажется, это тот крепыш, что прострелил ему щеку. Подволакивая ногу, он покинул курятник. Собаки в нерешительности топтались рядом, будто ожидая дальнейших команд.
– Борг! – позвал старик, и лохматый пес с готовностью подскочил к хозяину.
Корнеев задрал ему уши, внимательно осматривая кожу. Загрубевшие пальцы нащупали бугорки, в центре которых пестрело несколько темных точек. Щурясь, он наклонился ниже, разглядывая паразитов, присосавшихся к плоти животного. Затем поочередно задрал лапы питомца, проводя ладонью по свалявшейся шерсти. Пес стоял смирно, и по всему было видно, что подобные процедуры для него не в новинку. Наконец из лапы был извлечен раздувшийся от крови клещ. Несколько секунд старик мрачно разглядывал кровососа, затем, скривившись, с силой сдавил его, словно подгнившую виноградинку. Кожа окрасилась темной липкой жижей. Корнеев завороженно смотрел на перепачканные пальцы, потом зачем-то понюхал их и брезгливо скривился, вытирая руку об брюки.
– Ерунда! – сплюнул он. – Не то. И на твоих приятелях, похоже, такое же дерьмо. Ничего ценного.
Пес тявкнул, как если бы разделял мнение хозяина. Одновременно с этим на его морде промелькнуло неуверенное: «А как насчет других паразитов? Мне что, так с ними и ходить? Сними их с меня, хозяин!»
Корнеев направился к клеткам. Увидев его, собаки оживились, нетерпеливо поскуливая. Старик достал связку ключей и открыл замок. Радостно повизгивая, псы лавиной вывалились наружу, тут же разбежавшись по участку.
Павел Сергеевич выволок наружу труп собаки. Изучающе оглядел тело, перевернул на спину, провел ладонью по свалявшейся шерсти. Вспухший живот пса был чист.
– Правильно, – пробормотал старик. – Для клещей ты не особо привлекателен. На хрен ты им сдался, дохлый-то. – Он вздохнул. – Дерьмо! – вырвалось у него раздраженно. – Все одно и то же! Всегда одно и то же!
Павел Сергеевич с тоской посмотрел на окруживших его собак.
«Хреновые из вас помощники», – скользнула мысль. Вслух же он произнес с опустошенным видом:
– Где же ты? Черт бы тебя подрал? Где?!!
Голова Корнеева повернулась в сторону сарая. И хотя его незваные гости были в глубоком колодце, а дверь в импровизированный курятник была закрыта, ему все равно казалось, что он слышит их крики и стоны, даже различает отдельные слова.
– Вы сами виноваты, – хрипло сказал он. – Я просто… – Он замялся, словно пытаясь подобрать нужные слова оправдания совершенному поступку. – Я просто жил и никого не трогал. А вы! Вы… вы вломились ко мне, как грабители! Вынюхивали за моей спиной! Ждали, когда меня не будет дома!! Мерзавцы! ВЫ! ЭТО ВЫ ВСЕ ИСПОРТИЛИ!!!
Последние слова прозвучили исступленным воплем. Налитые кровью глаза уставились на фотоаппарат, сиротливо валявшийся в траве, и почему-то это еще больше взбесило пожилого хозяина дома. Схватив фотоаппарат, Корнеев размахнулся и с силой швырнул его в бревенчатую стену. Тот, жалобно хрустнув, со стуком отлетел обратно в траву.
После этого Павел Сергеевич метнулся к крыльцу, пошарил рукой под ступенями и, выудив наружу облепленный паутиной топор, бросился обратно. Собаки, предчувствуя неладное, кинулись врассыпную.
– От вас… тоже… никакого толку! – крикнул старик, споткнувшись о мертвую псину. Короткий взмах, и ржавое лезвие с чавканьем погрузилось в мертвую плоть животного. Крови не было, зато усилился резкий запах разлагающегося тела.
– Вот так… вот так, – сопел он, яростно кромсая труп собаки. Когда рубить было уже, по сути, нечего, он швырнул склизкий топор в багровое месиво. Обвел безумным взором притихших собак, затаившихся в густой траве, и, тяжело дыша, проговорил:
– Вы… знаете, что мне нужно. Работайте. Или все сдохнете тут.
Корнеев ушел в дом и вскоре вернулся с наполненным ведром. Вылив воду в таз, который еще час назад пинал Борис, он швырнул ведро на землю. Собаки, увидев это, кинулись к тазу, жадно лакая воду, а Павел Сергевич двинулся к «Соболю».
Открыл кузов, он, кряхтя, осторожно вытащил наружу бесчувственное тело Светланы, после чего понес девушку в дом. Вернувшись к автомобилю, взял на руки Лену, про себя отметив, что она весит не больше щенка. Прежде чем отнести ее внутрь своего жилища, старик некоторое время с легким изумлением разглядывал личико девочки. Оно казалось ему кукольным, волшебным, как у маленькой феи из сказки. В то же время черты лица крохи были неподвижны, и Павел Сергеевич торопливо прижал ухо к тельцу ребенка. Услышав равномерный стук сердечка, он довольно улыбнулся. И все же он молодец, дозу рассчитал, как в аптеке. Есть еще порох в пороховницах. Он зашагал к дому, прижав Лену к груди, словно дочь. Единственную и неповторимую.
Зайдя в комнату, Павел Сергеевич уложил девочек на диван. Отдышавшись, перенес из кабинета все свои вещи, начиная от аэрозолей и заканчивая учебной литературой. Перед тем как уйти, с грустью посмотрел на детей. Света глубоко дышала, запрокинув голову, ее густые волосы лежали на грязной подушке золотистыми волнами. Платьице Лены задралось, обнажая худенькие загорелые ножки. Девочка свернулась калачиком, положив под щеку ладошки. Глядя на ее миниатюрные пальчики с неуклюжим оранжевым колечком из пластмассы, в уголках стариковских глаз снова показались слезы. Он покачал головой и с трудом выдавил:
– Бедные дурочки! – И, стараясь не производить лишнего шума, тихо вышел. Хотя Корнеев прекрасно понимал, что в ближайшие несколько часов девчонок не разбудит даже пушка (наркоз будет действовать еще довольно долго), он все равно испытывал некое подобие вины. По сути, эти спящие создания совершенно не при делах. Особенно эта малютка с зелеными бантами. Но иного выхода у него попросту не было. После всего того, что здесь произошло, он просто не мог отпустить их.
Он закрыл дверь на ключ и вышел из дома. Предстояло много работы. Но он должен справиться. Иначе все, что он делал на протяжении многих лет, можно будет спустить в сортир.
С этими мыслями Павел Сергеевич зашагал к «Соболю».
– Ааааа!! Помогите!! Пожалуйста-а-а-а-а!!! – вне себя от ужаса кричал Алекс. Он стоял на коленях, задрав голову вверх, словно верующий в ожидании чуда после своих молитв. – Ну, прошу вас! Пожалуйста!!!
Николай щупал горящий от боли локоть, которым он прочертил шершавую стенку подвала во время падения. Пальцы наткнулись на содранную кожу, влажную от свежей крови, и он скрипнул зубами. Ныло правое колено, но, судя по всему, нога не была сломана. Он посмотрел вверх и единственное, что смог различить, – небольшое блекло-серое пятно, являющееся отверстием в полу, сквозь который они провалились. Издалека, словно с другой планеты, слышалось квохтанье куриц.
Борис сидел, прислонившись спиной к стенке, его правая рука была прижата к груди.
– Парни, я не чувствую пальцев. Кажется, это перелом. Или вывих. Но болит сильно. – Он неуклюже выпрямился и злобно бросил Алексею, который продолжал жалобно подвывать: – Заткнись уже!
Коля неверяще смотрел на окружавшую их бетонную стену. Провел по ней рукой, ощущая странную закругленность.
«Вы в колодце», – шепнул ему внутренний голос, и он содрогнулся. Как? Как такое возможно?!
– Эй, ты! – заорал Борис, задрав голову. Даже в темноте чувствовалось звериное бешенство, охватившее парня. Николаю даже начало казаться, что каждое движение их товарища сопровождалось щелканьем, как от статических разрядов. – Слышишь меня, старик?! Вытащи нас!! Быстро! Тебе не сойдет это с рук, старый урод! Я… я убью тебя! – добавил он, и на этот раз голос прозвучал глухо и обреченно.
Дверь курятника хлопнула, и без того едва различимое пятно света стало темнее. На дне колодца воцарилась тьма.
– Убью, – зачем-то повторил Борис, словно это могло что-то изменить.
– Он закрыл сарай, – сказал Николай.
Из глаз Алексея ручьем хлынули слезы.
– По… чему? Почему он это… делает? – глотая их, прохныкал он.
– Потому что мы сами этого хотели, – устало произнес Коля. – Мы искали приключений на свои задницы и получили их.
– Кто-нибудь видел мои очки? – всхлипнул Алекс.
– Нет, Алекс. Я собственный нос не вижу, не то что твои очки.
Николай присел на корточки, поморщившись от боли, кольнувшей поврежденную ногу, и начал впотьмах ощупывать пол. Он был странно податливым, как свежеположенный асфальт. Только через какое-то время до молодого человека дошло, что под ним спортивный мат.
– Наверное, нужно сказать ему спасибо, – пробормотал он. – Если бы не эта хреновина, от нас бы живого места не осталось. Все кости переломали бы об бетон.
– Ты мне ногой задел по спине, придурок, – хмуро проговорил Борис.
– Прости, дружище. Я летел по приборам, видимость была плохая. Темнота, видишь ли, – обронил Коля, и Боря матерно выругался.
– Заткнись! – не выдержал Николай. – И без тебя хреново! Один сопли размазывает, от второго только и слышишь матюги да «жопинг-квакинг»! Что, легче тебе? Чертов псих!
– Псих?! – истерично выкрикнул Борис и, шатаясь, вплотную приблизился к Николаю: – Хорошо. Пускай я псих. Тогда вы – вы подлые трусы! Если бы помогли мне, мы бы разделались с этой старой клячей! Почему вы не помогли?
– Мы бы ничего не сделали, – возразил Николай. – Ты сам видел, что было после того, как ты выстрелил. Собаки разорвали бы нас.
– Если бы…
– Хватит! – рявкнул Николай, не давая Борису закончить фразу. – Никто не ожидал, что так все закончится.
– Что с нами будет? – проскулил Алексей. Он даже не поднялся с пола, только раскачивался из стороны в сторону, словно громадная кукла-неваляшка.
Ему никто не ответил. Каждый боялся высказать вслух свои самые мрачные опасения.
– Почему не позвонила Света? – вырвалось вдруг у Николая. Он понимал, что его приятели знают не больше его самого, но все равно не мог молчать. – С ней Лена… Наверняка с ними что-то случилось!
«Света, Лена. Света, Лена», – эти имена вспыхивали в его измученном мозгу, словно огонек маяка в ненастную ночь. Что с ними?!
– Хрен его знает, – отозвался Борис. – Старый хмырь мог незаметно подкрасться к ним.
– Тогда где они?
– Я че, экстрасенс? В конце концов, старик мог их убить.
– Он не сделал бы этого, – неуверенно произнес Николай.
– Да? А я вот не стал бы так говорить, – хмыкнул Борис. – Видал его рожу? Он – маньяк!
Коля принялся ощупывать стену, вплотную приблизив к ней лицо. Подушечки пальцев скользили по прохладной поверхности бетона. На что он надеялся? Может, здесь тоже есть какой-нибудь подземный люк?
– Девчонки живы, – сказал он после недолгой паузы. – Я не думаю, что Корнеев настолько долбанутый, чтобы вот так просто убивать людей.
– Думай как хочешь, – равнодушно бросил Боря, – если тебе от этого легче.
– Я нашел очки, – вдруг сказал Алекс и вздохнул: – Разбились, блин!
– На фиг тебе очки? Тут все равно темно, как у негра в штанах, – заметил Борис.
Убедившись, что со всех сторон их окружает бетонная стена, Николай повернулся к ребятам:
– Давайте успокоимся. Да, мы сейчас в полной заднице. Вылезти наружу самим не получится. Но я знаю одно – если бы старик хотел нас убить, он бы это сделал. Мы ему нужны живые. Нужно придумать какой-то выход.
– Какой тут выход? Мы на дне колодца! – взвизгнул Алексей.
– Угомонитесь! Этот вонючий козел вытащит нас отсюда, – безапелляционно заявил Борис. Он старался держаться высокомерно и развязно, как обычно, и Коля с изумлением открыл для себя, что это ему почти удается. Даже здесь, на затхлых матах, покрытых липкой грязью. – Он никуда не денется, – продолжал развивать свою мысль Борис. – Мы не на каком-то необитаемом острове! Мы в России, и живем в двадцать первом веке! Старик просто психанул, когда я ему в «бубен» из батиного «ствола» зарядил! Я его разозлил до усрачки… Но он поймет, что у него нет выбора. Он нас вытащит и еще извинится при этом, я вам гарантирую!!
Николай подумал о потемневшем от ярости лице Корнеева и пришел к выводу, что словам Бори вряд ли суждено сбыться. Уж кто-кто, а старик точно не будет просить прощения. Интересно, Борец и впрямь верит тому, что говорит?
– Ты феерический дебил, Боря. Только не обижайся, – подал голос Алекс. – Мы внизу какой-то дыры. Тут ничего нет, ни света, ни воды, вообще ни хрена. Старику даже ничего не нужно делать. Он просто забудет о нас на три-четыре дня, и мы сами сдохнем. Как та собака в клетке.
– Нас будут искать, – с надеждой сказал Николай. – Причем очень скоро. Мои родители будут звонить после обеда.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?