Читать книгу "Падение небес"

Глава 12
Уровни смерти

Подземелье содрогнулось, по бетонным стенам прокатился скрежет и стон. В дверном проеме полыхнул огонь. Ослепительно яркие клубы пламени вспухли, как пузырь, мгновенно заполнив комнату перед кабинетом Губерта.

– Туран! – за грохотом взрыва Белорус не услышал собственный крик. В лицо ударило жаром, его бросило на пол.

Когда он открыл глаза, под потолком горели лампы, а в проеме стоял светловолосый человек с узким напряженным лицом. На нем был блестящий бронежилет, в руках автомат. Губерт выбрался из ниши рядом с пультом, где прятался от ударной волны. По всей комнате кружились бумаги. Часть инструментов просыпалась с полок, стеклянная колба на краю стола лопнула, и желтоватая густая жидкость медленно стекала по ножке на пол. На полусфере излучателя мигала красная лампочка.

– Ромулюс…

– Вы в порядке? – у охранника в бронежилете был странный акцент, он непривычно растягивал слова.

– Да. Мои предположения оправдались, оборудование доминантов отключилось под его воздействием. – Губерт кивнул на полусферу. – Сингулятор на руке Разина, достань его, Ромулюс. Перчатки не снимай. Не нужно прикасаться к нему голыми руками.

Охранник нагнулся к Егору, а Губерт, обогнув стол, подошел к контуженому Белорусу. Тот вяло зашарил вокруг себя руками, на большее он сейчас не был способен.

– Убить? – Ромулюс, стащив с руки Разина чужое оружие, направил ствол автомата на Белоруса.

– Пока нет. – Губерт вытащил из кармана световой нож доминантов, показал Тиму: – Твое?

Белорус что-то промычал.

– Посмотри, Ромулюс, у этих двоих устройства доминантов. Очень интересно!

Ромулюс пошевелил носком ботинка руку Разина и опустил автомат.

– Хотите допросить рыжего?

– Да, но немного позже. Где третий? С ними был еще один.

– Сгорел в шлюзе, – бросил охранник.

Тим заскрежетал зубами, сжав кулаки, приподнялся на локтях и получил сапогом в грудь.

– Заприте обоих. Я бы допросил их сейчас, но мне предстоит неотложное дело. Забирай пленных. И распорядись, чтобы меня не беспокоили.

Губерт вернулся к столу, выдвинул ящик, пошуршав в нем, натянул резиновую перчатку.

– Дай сингулятор.

Ромулюс протянул ему оружие доминантов и вышел из комнаты, чтобы позвать остальных охранников. Повертев сингулятор в руках, доктор Губерт взглянул на Белоруса.

– Интересно, что скажет Ил’хак, когда я покажу ему это устройство?

* * *

Альбинос крался по туннелю к повороту, озаренному тусклым светом гудящих ламп. В руке у него был нож охранника из мусоросборника, на лице маска. Дойдя до поворота, Альб прислушался – ему показалось, что впереди разговаривают двое.

– …и заслонку сегодня больше не открывали, сливаем все в болото. К бассейну, согласно инструкции, направлены два техника…

– А что в депо?

– Там Серга с Кимом, работают с обеда.

– Они выходили на связь?

– Да.

– Хорошо, Брислав. Нам еще надо восстановить видеонаблюдение… Тебе в доке многое придется разгребать, там мониторы покрошили.

– Займусь, но не сейчас.

– Разберись с настройкой внешнего радиоканала, программа сбоит из-за взрыва, Губерт нервничает, сеанс связи нельзя переносить…

Голоса звучали совсем рядом, Альбинос посмотрел вверх, обшарил взглядом стены туннеля.

– Это недопустимо! – долетело из широкой отдушины слева. – Главный нам головы оторвет…

– Тебе, Брислав. Тебе оторвет, ты же у нас инженер… До сеанса пятнадцать минут.

– Тогда не отвлекай.

В отдушине загудело, поток воздуха ударил Альбиносу в грудь, и он отошел в сторону. Присел, размышляя. Может, стоит забраться в воздухоотвод? Дыра широкая, пролезть можно… Но что дальше?

Гудение смолкло, Альб выпрямился, осторожно приблизился к дыре в стене и сдвинул маску на лоб. Щеки лизнул едва ощутимый теплый ветерок. Альбинос глубоко вдохнул, спрятал нож за голенище и, схватившись за края проема, забрался в трубу. В любом случае надо скорее уходить из туннеля. Брислав сказал, что направил двоих техников к бассейну – вскоре он или говоривший с ним начнет беспокоиться, почему люди с вагонеткой не вернулись. Первым делом прочешут туннель, выйдут к бассейну и найдут тела…

Впереди воздухоотвод разветвлялся. Левый рукав был погружен во тьму, из него вдруг полился нарастающий гул, потом ударил упругий поток теплого воздуха. Альб пригнул голову, пережидая, пока вентиляционная установка базы отработает очередной цикл и отключится.

Он уверенно пополз вправо, навстречу льющемуся сквозь решетку в конце трубы свету. Замер, услышав шаги – похоже, впереди коридор или просторная комната.

Когда шаги стихли, подобрался к решетке, натянул маску и просунул пальцы между прутьями. За решеткой, висящей на вбитых в стену чугунных крюках, виднелся узкий, хорошо освещенный коридор. Альб аккуратно приподнял решетку, наклонил и слегка сдвинул в сторону, оставив висеть на одном крюке. Теперь можно выбраться в коридор.

Он осторожно выглянул и осмотрелся, готовый в любой момент втянуть голову обратно. В коридоре никого не было. В стене напротив виднелась приоткрытая дверь, за углом справа раздавались приглушенные голоса, слева – тупик с глухими стенами.

Хватаясь руками за стену, Альбинос пополз наружу. Сапоги заскребли по трубе, и он свалился на пол. Выхватив нож, прижался к стене, глядя в приоткрытую дверь.

– Самое главное, – донесся из комнаты голос собеседника Брислава, – это программа шифрования. Нельзя, чтобы кто-то перехватил разговор Губерта. Сигнал не должны раскодировать, и если что…

– Я знаю, мне оторвут голову.

– Брислав, мы слишком долго готовились, – у собеседника был необычный акцент, Альбинос раньше не слышал, чтобы люди так растягивали слова. – Сорвешь операцию в начальной фазе…

– Я все знаю, Ромулюс. Операция «Падение небес» начнется только завтра. У меня куча времени.

– Нет, ты ошибаешься. Если кто-то перехватит сигнал и расшифрует… За сутки можно успеть многое.

– Я понял, понял.

Альбинос, дотянувшись до решетки, навесил ее на оба крюка. Подобравшись к двери, заглянул в комнату. Там были двое. Один сидел за столом спиной к выходу, другой, высокий блондин в серебристом бронежилете, стоял рядом и показывал на мерцающий экран перед собеседником.

– Когда снимешь показатели мощности и настроишь сигнал, занимайся программой шифрования. Я распоряжусь, чтобы тебя не беспокоили. Сюда никто не войдет, пока не закончишь с кодировщиком.

– Угу… – промычал Брислав и застучал пальцами по клавишам на длинной плоской панели.

Сидящий за столом – инженер, решил Альбинос, и понял, что сейчас блондин выйдет в коридор и увидит его. Спрятаться было некуда, за углом справа переговаривались несколько человек – туда не сунешься. Он снова заглянул в комнату. Блондин тоже склонился над столом, ткнул пальцем в экран и повторил:

– Настроишь сигнал, занимайся кодировщиком. Как разберешься с программой, сразу доложи по внутренней связи.

Альбинос, не придумав ничего лучшего, проскользнул в комнату. Занес нож над головой. Если сразу ударить блондина в шею, над воротом бронежилета и после броситься на инженера… Тут внимание его привлек высокий, во всю стену шкаф, стоявший слева от входа.

– Иди, Ромулюс, ты мне мешаешь, – сказал Брислав.

– Да, – блондин выпрямился.

Вместо дверей у шкафа были зеркальные сдвигающиеся друг за друга створки. Альбинос затаил дыхание. В трубе, выходящей в коридор, загудела вентиляционная установка, и он, толкнув створку, забрался в шкаф, при этом не сводя глаз с блондина.

Инженер поднял голову.

– Ты все еще здесь? Я уже занимаюсь, Ромулюс!

– Не забудь сохранить параметры и все записать. Работай, – блондин хлопнул Брислава по плечу и вышел из комнаты, закрыв дверь.

Какое-то время Альбинос наблюдал сквозь узкую щель за работой инженера. Тот стучал пальцами по клавишам на панели, а на экране всплывали светящиеся окна, бежали какие-то буквы и цифры, картинку иногда сменяли изогнутые линии на разлинованном квадратами белом фоне. Тогда инженер откидывался на спинку стула, принимался грызть ногти и неразборчиво бормотать.

Улучив момент, когда вновь загудела вентиляция в коридоре, Альб сдвинул створку и выбрался из шкафа. Медленно повернулся, осматривая комнату… И отпрянул, замахиваясь ножом. И тут же выругался про себя, глядя на собственное отражение в зеркальной створке. Его волосы, торчащие из-под маски, опять стали, как прежде, белыми. Наверное, когда плыл по трубе, ядовитая грязная жижа смыла краску…

– Ага! – объявил Брислав у него за спиной.

Альб развернулся на каблуках, выставив нож. Инженер по-прежнему сидел в кресле и потягивался, сцепив пальцы в замок.

– Есть сигнал, – сказал Брислав. – Сейчас перезагрузимся, запустим кодировщик…

Он снова застучал по клавишам. Альб тихо подошел к столу. Инженер дернул плечами, недовольно покачал головой и хлопнул себя по лбу.

– Забыл! – Он полез в набедренный карман комбинезона. – И как же я забыл про накопитель…

Брислав достал плоскую коробочку с круглым отверстием на торце. Воткнул в светлую раму, обрамлявшую экран. На нем всплыло окно, в котором отобразились колонки одинаковых желтоватых значков, хотя подписи у них были разные: «ИИ_Осирис», «Падение_небес», «Диктатура_Бога», «Проект_Возрождение»… Дальше Альбинос не мог прочесть, мешала голова Брислава.

Инженер коснулся клавиш и довольно хмыкнул.

– Теперь пересохранимся, – он смачно влепил указательным пальцем по самой крупной кнопке на панели. – Есть картинка! Запись пошла…

Резко отодвинулся вместе с креслом, повернулся – и замер, хлопая большими светлыми глазами.

– Ты кто? – успел сказать инженер прежде, чем получил кулаком в нос.

От удара голова его запрокинулась. Альб еще вмазал ему локтем в челюсть, сбросил на пол и придавил, встав коленом на поясницу.

За дверью в очередной раз прогудела и стихла вентиляция. Альбинос быстро ощупал карманы инженера, связал его же ремнем и соорудил кляп, споров рукав с комбинезона.

Что дальше? Он посмотрел на дверь. Блондин сказал, что сеанс связи через пятнадцать минут, но при этом Брислава никто не будет беспокоить, хотя тот, когда все настроит, обязан доложить по внутренней связи о готовности…

Альбинос снял маску и опустился в кресло. Мало времени. Надо убираться отсюда – можно опять залезть в воздухоотвод, по нему вернуться в туннель… Но что это даст?

Он взглянул на мигнувший экран, медленно повернулся в кресле и придвинулся к столу. На экране была комната со стенами, облицованными пластиком, под одной, на заваленном бумагами столе стояло необычное устройство – полусфера на подставке. Из основания жгут проводов тянулся к полу, усеянному желтоватыми листами с обугленными краями. В комнате царил беспорядок; во всю стену справа до потолка возвышался стеллаж, под ним валялись инструменты. Блестящей грудой громоздились обломки расколотого зеркала.

На стене слева висели экраны, как в комнате вахтенного наблюдателя в доке – часть треснула, но на некоторых мелькало изображение, но Альбинос не мог разобрать какое, угол обзора был неудобный.

Он покосился на оглушенного инженера – тот не шевелился, – и снова уставился на экран, из светлой рамы которого донесся непонятный звук. Что-то глухо стукнуло, будто задвинули ящик в тумбочке. За столом в глубине экрана неожиданно распрямился седой старик, смахнул локтями кипу бумаг.

Альбинос откинулся на спинку кресла, таращась на экран. Наверное, старик все это время сидел, согнувшись, за столом – искал что-то на полу. На руках его были тонкие белые перчатки, он осторожно держал серебристый предмет в форме капли. Гладкие бока радужно переливались в ярком свете ламп. Старик смотрел на «каплю» брезгливо и с опаской. Осторожно положив ее на столешницу, отступил, покачал головой, снял с себя плащ и набросил на полусферу. Потом стянул перчатки и небрежно швырнул их на край стола.

В дверь постучали, Альбинос развернулся с ножом в руках… и понял: стучат там, в комнате седого. Звук повторился – он шел из динамика, спрятанного в пластиковой раме экрана.

На полу замычал, заворочался инженер. Испугавшись, чтобы старик не услышал шум – вдруг звуки передаются не только в эту, но и в ту сторону? – Альб нагнулся к нему, стукнул кулаком по затылку, и Брислав затих.

Когда он снова поглядел на экран. Перед стариком, уже сидящим за столом, стоял светловолосый Ромулюс.

– Не надо было заделывать проход к лифту, – недовольно произнес блондин, – теперь приходится подниматься с этажа на этаж и бегать по коридорам, чтобы попасть к вам.

– Мне мешал шум на погрузочной площадке, – раздраженно заговорил старик. – Я работаю, Ромулюс, мне необходима тишина. Что с пленными?

– Изолированы.

– Это точно все? Никто не ушел?

Ромулюс замялся.

– Один сгорел в шлюзе, другой застрелен в комнате наблюдения, в доке. Еще одного прикончили монахи. Тела нет, но монахи клянутся, что он упал в шахту подъемника и его унесло в болото.

– Не врут?

– Полагаю, мы отучили их от открытого вранья.

– Что еще? Что ты мнешься? Говори, времени мало!

– Я был уверен, что их больше, – признался Ромулюс. – Впятером напасть на базу… слишком нагло.

– Разин, – произнес седой и уставился в стол. – Он бы и один сюда полез. Мне странно, что ему удалось склонить к этому безумию еще четверых.

Старик поднял голову.

– Разина охранять, не спускать с него глаз! Ни на минуту не оставлять без присмотра, это понятно, Ромулюс?

– Да, – блондин кивнул. – Надо мне допросить пленных?

– Нет, я сам с ними побеседую. Хотелось бы узнать, откуда у них оружие доминантов… но это после, после! Сейчас позаботься о том, чтобы будущая беседа была максимально… – Старик постучал пальцем по столу. – Максимально комфортной. Я не хочу видеть здесь охрану, но Разин опасен.

– Я подумаю, как все сделать.

– Новое зеркало принесли?.. – старик потер пальцами виски, он собирался с мыслями. – Давай его вон туда.

Ромулюс исчез с экрана, но вскоре появился опять и прислонил к стеллажу у стены прямоугольную пластину в человеческий рост, в которой отразился стол, старик и часть мерцающих экранов за ним.

– Ты свободен.

Когда блондин покинул комнату, старик поставил локти на стол, подул на ладони и коснулся переливающейся радужными цветами серебристой капли. Альб моргнул, когда она изменила форму, развернувшись… Словно ядовитое насекомое проклюнулось из кокона. С одной стороны появилось углубление, с другой щель, из нее заструился зеленоватый свет. Он коснулся зеркала у стеллажа, проник в него и, не отразившись, будто разросся, заняв поверхность стекла.

В зеркале возникла фигура.

Глядя на отражение, Альбинос едва сдержал удивленный возглас.

Он сидел перед экраном здесь, в этой комнате инженера – и он же смотрел из зеркала там, в неведомом пространстве, открывшемся в тусклых зеркальных глубинах.

* * *

Туран лежал в грязной луже между рельсами. Где-то рядом журчала вода, вверху иногда раздавался нарастающий гул, похожий на завывания ветра в трубе, и быстро стихал, чтобы повториться вновь. Вскоре к завываниям добавился новый звук – резкий, прерывистый и явно механический. Будто неподалеку включили насос, откачивающий воду из колодца.

Он приподнялся, чтобы определить направление, и охнул – боль пронзила плечи и затылок. Туран зажмурился, прикусив до крови губу, присел на рельс.

Что-то там, наверху, пошло не так. Он не видел происходящего в комнате Губерта, но тот явно приготовился к встрече, все спланировал заранее, иначе охранник в бронежилете не стал бы стрелять из ракетомета…

Туран осторожно перебрался через рельс, поближе к стене. Туннель плавно изгибался влево, там царила темнота. Справа лился мутный бледно-зеленый свет, звук работающего насоса доносился с той стороны. Опираясь на стену, Туран поднялся и побрел по шпалам, ориентируясь на звук.

Вскоре он вышел в огромный зал с высокими сводами и остановился. Раньше Туран не видел такого количества рельсовых путей и вагонов. Целые составы стояли ровными рядами, в бледно-зеленом пыльном сумраке они походили на гигантских ползунов, собравшихся в огромном холмовейнике.

Это древнее депо, понял он, направляясь к видневшейся впереди широкой площадке. Депо метрополитена.

Железный помост лежал на приземистых столбах. Когда Туран поднимался на него по короткой лесенке, под ногами хрустела ржавчина. Пройдя немного вдоль ограждения, он взялся за поручни, которые со скрипом зашатались. Отступив на шаг, Туран медленно повернулся, оглядывая депо.

Вдалеке высились огромные стальные ворота, рельсы упирались в их плотно подогнанные створки, которые, скорее всего, служили преградой для влаги, проникающей из болота. Кое-где на путях натекли большие грязные лужи, но их было немного – значит, за станцией следят, конопатят бреши в стенах, чтобы не затопило, иначе тут бы давно хозяйничали болотные мутафаги, а не Губерт.

Туран повернулся влево и медленно пошел к источнику света, пересекая площадку по диагонали, но, не сделав и десяти шагов, остановился.

– Некроз… – растерянно пробормотал он, не веря своим глазам.

Там, где пути сходились, исчезая в широком зеве туннеля, все было затянуто ядовитой плесенью. Откуда здесь некроз? И звук работающего насоса, он явно доносится из пятна, пульсирующего бледно-зеленым светом… Как такое может быть? Некроз, под землей!

Туран вспомнил, что уже видел подобную картину. Когда они с Белорусом только въехали в Киев, на одной из улиц, там, где работала бригада старьевщиков, в раскопе тоже был некроз…

Он нахмурился, почесал затылок и скривился от боли. Кожа там сморщилась, шею покрывали волдыри ожогов. Туран осторожно провел рукой по плечу – казалось, комбинезон расплавился и прилип к телу.

Куда теперь? Впереди некроз, а в туннеле, по которому он попал в депо, совсем темно… Без света и без оружия отсюда не выбраться. Конечно, можно обойти все составы, осмотреть стены, но сколько на это уйдет времени?

Туран попробовал представить картину происходящего наверху, но она никак не складывалась. Слишком многое непонятно, неизвестно. Лишь финал видел четко – он врывается в комнату Губерта с оружием в руках… Но что между комнатой и депо? И главное – как пробраться туда?

Так толком ничего не придумав, он решил вернуться в туннель, из которого попал сюда. Пошел к лесенке, держась подальше от ненадежного шаткого ограждения, но остановился на полдороге, потому что насос в некрозе отключился. Обернулся – и тут же присел. В ядовитом зеленом пятне плясали толстые лучи фонарей. Их было два, и они приближались.

Вскоре донесся лязг и перестук колес по рельсам. Лихорадочно вспоминая все, что Белорус рассказывал про симбиотов, с которыми воевал, когда служил в Омеге, Туран начал озираться в поисках укрытия и чего-нибудь, похожего на оружие. Ясно одно: с площадки нужно убираться…

Но было уже поздно. Почти одновременно лучи погасли, из некроза в депо вышли две косматые фигуры. Постояли, тяжело дыша, и двинулись по путям к площадке, толкая перед собой тележку, груженную каким-то хламом.

Туран забыл про ожоги, про боль, возникавшую всякий раз, когда он делал резкие движения. Распластавшись на площадке, он следил за бредущими в его сторону фигурами. На лбу выступила испарина. Белорус говорил, что симбиотов убить очень трудно, эти твари не боятся ни жары, ни холода, и боли совсем не чувствуют… А еще они безжалостные. И ведут себя так, будто ими кто-то управляет извне. Мол, какой-то мозг – один на всех, отдающий команды без радиосвязи, а, как бы это сказать… ментально.

Поравнявшись с площадкой, симбиоты остановились.

– Зажги фонарь, – прогнусавил один и отпустил тележку.

Туран не ожидал услышать от них нормальную человеческую речь. Луч фонаря лизнул край площадки, выхватил из темноты тележку, на которой громоздились цинковые короба, бухты проводов, а в передней части стоял переносной дизель-генератор. На ребристом кожухе его мотора лежал автомат.

Нет, это не симбиоты, понял Туран. В носу у него защекотало, захотелось чихнуть, и он едва сдержался, зажав себе рот.

– Ну, чего стал? – произнес гнусавый и обошел тележку. – Переодеваемся.

Его напарник поставил фонарь на рельс, лучом кверху, и принялся стаскивать прорезиненный плащ. Потом оба сняли противогазные маски, сложили их вместе с одеждой на бухты проводов.

Туран впился взглядом в автомат, прикидывая шансы на то, что получится схватить его прежде, чем эти двое сообразят, что рядом с ними кто-то есть… Нет, бесполезно, он не успеет добраться до оружия быстро. От края площадки до тележки пара шагов, но Турану надо перемахнуть через ограждение, а это – лишние мгновения. Не успеет. Надо что-то придумать, как-то отвлечь их.

Тот, что просил зажечь фонарь, взялся за открытый короб с инструментами, но второй его остановил:

– Брось, Ким! Завтра последний замер, чего лишний раз аппаратуру устанавливать? – Он взъерошил свои курчавые волосы и махнул рукой в сторону площадки. – Таскать неохота. Пока кабели по периметру натянем, пока подключимся…

– Так ведь положено…

– Та ну, оно тебе надо? Никто ж не узнает, что мы инструкцию нарушили. Завтра сделаем. Сюда кроме нас никто не ходит.

– А техники?

– Я Лымарю по рогам настучу, если он че-то про нас вякнет. Пошли уже. Меня, знаешь, тошнит от этой плесени, надоело все, ненавижу Губерта, его эксперименты, помощника…

– Ну, ладно. – Ким отпустил короб и взял фонарь.

Его напарник повесил на плечо автомат, подхватил небольшую котомку и отвернулся.

Туран перевел дух, когда оба двинулись вдоль площадки к темному туннелю. Теперь можно проследить за ними и узнать, как отсюда выбраться.

Дождавшись, пока оба войдут в туннель, он приблизился к ограждению и слез на пути. Из туннеля доносились голоса, по стенам прыгал толстый луч фонаря. Туран медленно пошел туда вдоль края площадки, готовый в любой момент нырнуть под нее, но вспомнил про короб с инструментами и быстро вернулся к тележке.

В мерцании некрозного пятна плохо было видно, что лежит в ящике, пришлось на ощупь искать отвертку и гаечный ключ. Внутри цинкового короба что-то звякнуло, и Туран присел, спрятавшись за тележкой, ругая себя за неосторожность. Но голоса и шаги техников продолжали удаляться. Тогда он выбрался из-за укрытия и поспешил в туннель.

Работяги шли не спеша, вскоре он понял, что курчавого напарника Кима зовут Серга – тот постоянно ругал какого-то Ромулюса и некроз, жаловался на дурацкую затею Губерта с ядовитой плесенью, которой «главный» научился управлять, а еще на союз с монахами Зиновия. Вот чего не следовало, по его мнению, делать, так это пускать на базу бородатых идиотов. Ким был согласен с ним. Он больше помалкивал, лишь изредка поддакивал напарнику, небрежно шаря лучом фонаря по стенам.

Неожиданно луч мигнул и пропал. Голоса и шаги впереди стихли, Туран замер, соображая, куда делись работяги, не зная, оставаться на месте или торопиться в их сторону. В туннеле раздалось знакомое жужжание – так могла открываться бронированная дверь, вроде той, через которую Туран уже проходил на верхних уровнях. Сейчас эти двое закроют ее за собой, и придется ждать до утра, а может, и того больше…

Он побежал по шпалам, больше не заботясь о том, что его могут услышать. Впереди раздался щелчок выключателя, из проема справа полился тусклый желтый свет. Туран едва не проскочил вход в узкий коридор, по которому Серга и Ким уже направлялись к освещенной лестнице.

– Да я ничего и не слышал, – говорил Серга, шагавший первым. – Мелочь так мелочь…

– Угу, – отозвался Ким.

– Завтра проведем замеры, послезавтра уничтожим некроз, да и все, – продолжал курчавый. – Поможем этому пустозвону Зиновию, пусть радуется. Все по плану. Продолжение будет в Киеве. – Он оглянулся, уже шагая по ступенькам. – Ты вот что лучше скажи…

Серга замер, выпучив глаза на перепачканного Турана, который стоял в туннеле напротив двери. Потянул с плеча автомат.

Ким натолкнулся на Сергу и буркнул:

– Чего остановился, симбиота увидал?

Туран бросился через проем к лестнице. Серга, пытаясь повернуть оружие, зацепил стволом Кима, крикнул:

– Сзади!

Ким машинально шагнул на следующую ступень, еще больше мешая напарнику. Туран налетел на него, толкнув в спину, и все трое повалились на железные ступеньки. Громыхнул автомат, работяга под Тураном дернулся и обмяк. Зарычавший Серга оттолкнул напарника свободной рукой, другой поднимая автомат. Туран, отпрянув в сторону, саданул ключом по стволу и всадил жало отвертки курчавому в запястье, пригвоздив руку к стене.

Завопив, Серга выронил оружие. Но сдаваться он не собирался – взмахнул кулаком, метя противнику в висок. Туран едва успел увернуться, выпрямился, чтобы ударить ногой, но споткнулся о тело Кима и свалился на орущего Сергу. Наткнулся грудью на выставленный локоть и, отчаянно взмахнув рукой, оцарапал курчавому лицо. Тот ударил коленом в живот. У Турана перехватило дыхание. Он ткнул наугад гаечным ключом и попал работяге в кадык. Оба захрипели: Серга, лежа на спине и держась за шею, Туран, навалившись сверху.

Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы Туран не нашарил пистолетную рукоять автомата, валявшегося под ногой у Серги. Ему просто повезло больше, чем курчавому, – когда тот пришел в себя и оттолкнул противника, потянувшись к засевшей в запястье отвертке, Туран надавил на спуск.

Колено работяги взорвалось брызгами крови, и он, потеряв сознание от болевого шока, завалился на спину.

Ким лежал молча и не двигался – вырубило его надолго. Туран прижался плечом к стене, тяжело дыша, глянул вверх. Там, где кончалась лестница и горел тусклый свет, начинался еще один узкий коридор. Было так тихо, что он слышал лишь свое дыхание да стук сердца. Как только драка закончилась, тут же с новой силой заныли покрытые ожогами спина и шея – боль ударами молотка отдавалась в затылке. Он потянулся к раненому, стащил с него котомку и начал рыться в содержимом.

Найдя бинт и несколько склянок, Туран свернул пробки, понюхал. В одной был спирт, остальные пахли необычно резко и неприятно. Незнакомо. Он не рискнул их использовать как снадобье и уж тем более пробовать на вкус, отставил в сторону. Сделал маленький глоток спирта – тот обжег горло, огнем прошел по пищеводу. Туран смахнул слезы с глаз. Когда боль в спине и затылке слегка ослабела, он плеснул спиртом на бинт, смочил им раненое колено Серги и принялся накладывать тугую повязку. Поглядел на Кима – приложило того головой о ступени сильно, не скоро очнется. А у Серги рана была серьезная, может ногу потерять, если вовремя не оказать помощь.

Закончив с повязкой, Туран взял склянки и стал подносить к носу Серги по очереди, в надежде, что резкий запах приведет раненого в чувства. Так и случилось – веки курчавого вздрогнули, и он открыл глаза.

– Как отсюда выйти? – сразу спросил Туран.

– Ты кто? – прохрипел Серга.

– Наемник. Наемник из Пустоши. Как отсюда выйти?

Раненый приподнял голову, глянул на окровавленную повязку.

– Слушай, – Туран приставил к его лбу автомат, – у меня нет времени, вообще. Как отсюда выйти, как мне попасть к Губерту? Давай не будем разводить сопли – или ты мне сейчас ответишь, или умрешь.

Помолчав, Серга ответил:

– Возьми у Кима ключ-карту.

– Что это?

– Сними цепочку с шеи.

Туран потянулся к напарнику Серги, который продолжал хрипло говорить:

– Карту вставляешь в прорезь справа от двери, тогда она открывается. Поднимешься… – Он сглотнул и громко сморкнулся, от чего из ноздрей его побежала кровь. – Поднимешься и пройдешь по коридору прямо. Откроешь дверь. Слева будет комната охраны, за ней поворот и серверная инженера…

Серга замолчал, и Туран подтолкнул его кулаком в бок:

– Что дальше?

– Там могут быть люди. В левый… в левый коридор не ходи, тупик…

Серга захрипел, скривился от боли, потом глубоко задышал.

– Что означает «серверная»? – Туран приподнял ему голову.

– Комната с… оборудованием.

– Куда дальше?

– Справа ниша охраны, там лестница, она сквозь все уровни… Тебе на третий. Два пролета, и ты там. Тебе нужен…

– Длинный коридор с глухими стенами, – закончил вместо него Туран.

Серга перевел на него мутный взгляд.

– Как вы проходите некроз? – спросил Туран, вешая на плечо автомат. В руке его была цепочка с шеи Кима, на цепочке болтался гладкий блестящий жетон из металла.

– Долго объяснять, – Серга тихо застонал… и в ответ застонал лежащий на краю лестницы Ким. Дернулся, забормотал что-то…

– Ладно, – Туран поднялся, оставив котомку с медицинскими склянками на ступенях, и поспешил вверх.

Пройдя по длинному узкому коридору, он достиг бронированной двери и долго не мог сообразить, куда же вставлять ключ, но наконец обнаружил узкую щель в правой части. Сунул овальную пластинку туда.

Дверь с мягким шипением плавно ушла в сторону. Туран выдернул жетон из прорези, поднял автомат и шагнул в проем. Рядом в стене была обычная деревянная дверь, и он потянул за ручку, сжимая автомат одной рукой. Комната охраны оказалась заперта. Ладно. Туран посмотрел вправо – там темнела ниша, вместо одной стены у нее были ступени, круто убегавшие вверх. Все как описал Серга.

За поворотом скрипнула дверь. Туран выглянул – боком к нему на входе в комнату инженера стоял человек в комбинезоне. То ли собирался войти, то ли выйти. Из-под маски на плечи спадали белые волосы. Он потянул ручку на себя…

Закрывает, понял Туран, значит – выходит. Сейчас повернет за угол и увидит непрошеного гостя… Больше медлить не было смысла, он кинулся на инженера, занося приклад. План был простой: втолкнуть его в комнату, сбить с ног и оглушить.