Читать книгу "S-T-I-K-S. Пройти через туман VI"

Глава 19

История Авессалома Валерьевича Дорохова, известного в миру как Кельт, началась так давно, что он забыл настоящее имя человека, попавшего в Улей и ставшего им нынешним. Он вообще помнил свою жизнь до переноса весьма смутно. Основные её события он ещё видел, пусть и через призму замутнёного стекла времени. Менее значимые же давно канули в бездну веков.

Он родился в могучем племени, которое современные люди назвали бы кельтским. Особенностью его рода было то, что они умели оперировать магией. Не совсем такой, как принято представлять в медийной культуре. Верней, совсем не такой.

Строить Круг Стоящих Камней, начали ещё при прадеде того, кто сейчас носил имя Авессалома Валерьевича. Много ресурсов, времени и человеческих жизней было положено в фундамент необычного сооружения. Несколько раз пришлось многое менять и перестраивать в соответствии с меняющимся положением звёзд в небе и потоками жизненной силы, вьющимися в воздухе и скользящими под землёй. Тем не менее, к тому моменту, когда юный Авессалом правом и делом заслужил стать одним из тех, кого сейчас назвали бы кельтскими магами, стройка, казавшаяся бесконечной, была почти заверена.

Почти все окружающие думали, что Стоунхедж – это воплощённая в камне ода гордыни племени. Но на самом деле слава – это последнее, о чём думает настоящий маг, с молоком матери впитавший понимание, что сила, больая, чем у других – это, в первую очередь, ответственность и обязанности. В том числе – за знания, которые необходимо применять, но при этом и прятать от тех, кто может воспользоваться ими ради собственных выгод и во вред племени.

Поэтому мнение, что Стоунхендж – просто величественный монумент, тщательно поддерживалось всеми, посвящёнными в тайну. Но на самом деле у этого сооружения имелось иное, куда более практическое назначение – аккумулировать в себе волны жизненной силы мира и напитывать ими артефакт. Одного единственного, но самого ценного. А что ценит маг превыше всего на свете?

Верно! Познание.

«Слеза Солнца» даже среди всех магических инструментов занимала особое место. Её единственным предназначением было создание бреши в соседний мир. А что может быть более познавательным, чем заглянуть туда, куда не заглядывал никто из живущих? Конечно же, ничего...

Когда настал час ритуала, Авессалом Валерьевич, уже заслуженно занявший место среди верховных магов племени, собственными трясущимися от волнения руками возложил янтарную каплю артефакта, испещрённую магическими рунами, на пьедестал в Круге Стоящих Камней и тут же внутренне понял – работает.

Всё было не зря! Всё окупилось с лихвой: и труд поколений, и презрение окружающих, и томительные годы ожидания. Скоро маги его племени будут торжествовать. Выставив охрану из лучших воинов, он отправился отдыхать.

И в первую же ночь враги напали на укрепление племени. Воинам-защитникам пришлось покинуть свой пост, чтоб защитить деревню. Но Авессалом знал – самое важное сейчас – это вовсе не люди. И заторопился к Стоунхенджу.

В Круге Камней стояли три фигуры. Тогда Авессалом знал имена незваных гостей, но время притупило память, и сейчас вспомнить их он не мог. Тогда же, увидев пришельцев, он, не раздумывая, обнажил меч и бросился на защиту артефакта. Никто не смеет отнимать у его племени труд стольких поколений.

Сталь столкнулась со сталью. Брызнули искры. С первым противником было просто справиться. Второй доставил проблемы и проткнул ногу, а третий оказался трусом. Он схватил с постамента артефакт и побежал.

Раненая нога не способствовала преследованию, поэтому Авессалом взвесил в руке меч и метнул его. Длинное лезвие прикололо вражеского мага к земле. Всё было кончено, но спустя пару минут стало ясно, что Слезу Солнца успели активировать.

Вокруг поднялся густой туман с противным кислым запахом, а когда он развеялся, словно дым, стало очевидно, что магический артефакт сработал, потому что вместо привычных полей и лесов вокруг Круга Стоящих Камней простиралась водная гладь. Сооружение располагалось на крошечном скальном острове, тогда как в родном мире Авессалома оно стояло на плоскогорье.

Так проживший насыщенную жизнь и многого в ней достигший Авессалом начал новый этап жизни в новом мире под названием Улей, или как некоторые его называют – Стикс.

Здесь никого не интересовал его магический артефакт и магический дар. Тут ценилось другое – умение убивать монстров для того, чтобы добывать то, что находится в их мешках на затылке. Кельт умел убивать ещё в своём мире, и в Улье рука его была всегда тверда, а меч остр.

Заряд артефакта, увы, был исчерпан. Кроме того, и сам артефакт изменился – а может, дело было в отсутствующих тут потоках жизненной силы. Как бы то ни было, но теперь для новой его зарядки необходимо было пролить кровь тысяч жертв. Но Авессалом не собирался их приносить. Более того, он был уверен, что возвращаться не нужно. Слеза Солнца теперь в относительной безопасности от вражеских племён. А мир вокруг населён столь слабо, что разумнее остаться и охранять артефакт. Прекрасное убежище, если так разобраться.

Он научился не просто выживать, а преуспевал. Частички знакомых и совсем уж причудливых ландшафтов были воспроизведены в этом странном мире, похожем на лоскутное одеяло. Только вместо лоскутов были участки земли, обновляющиеся с разной периодичностью.Словно вырванный из гобелена своего мирского существования, Авессалом, тем не менее, оказался в мире, где сам воздух был полон опасностей. Эта новая реальность представляла собой проблемы, которые сразили бы на землю менее сильных людей, однако маг встретил их со стойкостью, упорством и изобретательностью.

Уединившись на скалистом острове со Стоящими Камнями, Авессалом мужественно нёс свою судьбу, предписавшую ему оберегать артефакт. Он нашёл подходящую для жизни пещеру и обустроил её. Кормился рыбалкой, сбором трав и корений и редкими вылазками для охоты на заражённых.Первые сто лет он провёл в изучении окружающего мира и пришёл к выводу, что это место создано искусственным путём неизвестными ему богами или очень могущественными магами. Но выйти на связь с ними не вышло.

Графиня.Тем не менее, мир не оставил его в покое. Спустя несколько столетий местные люди разведали его убежище. Авессалом не знал, зачем они приходили – мешали разные языки, – поэтому убивал всех и продолжал нести свою стражу. До тех пор, пока не появилась она.

После того судьбоносного дня он многое повидал. Около двух веков провёл он в путешествиях по Улью, изучая его. А когда вернулся, жизнь его круто изменилась. И вместо того, чтоб снова поселиться в своей пещере, Кельт поступил на службу в академию для знахарей, став деканом факультета артефакторики. Тут-то он и взял себе новое имя – Авессалом Валерьевич Дорохов. Просто для того, чтоб скрыть своё происхождение и возраст.

В академии у Кельта появились огромные возможности для дальнейшей работы. За прошедшие века руки старого мага стали не просто инструментами. Теперь они могли создавать подлинные произведения магического искусства, какие не под силу были даже сильнейшим магам его первого мира.

Его дни в академии были во многом похожи на те, что он оставил позади: зарядка артефактов, создание чудесных изделий из необычных материалов. Артефакторика стала стержнем, вокруг которого он удержал свою собственную личность и пересоздал её.

А потом он снова встретил её.

Кельт читал один из редких фолиантов, приносимых на далёкий кластер один раз в двадцать лет, когда услышал лёгкие быстрые шаги в тускло освещенном коридоре древней библиотеки. Он вынырнул из обволакивавшего аромата старого пергамента и свечей из пчелиного воска. Тишина настолько глубока, что казалось осязаемой, прижимающейся к ушам. Он заметил слабый свет свечи, над которым плыло бледное лицо утончённой аристократки.

– Какая приятная и неожиданная встреча! Не помешаю? – улыбнулась Графиня, узнав крестника.

– Рад встрече, – искренне улыбнулся ей Кельт и проницательно заметил. – Полагаю, ты здесь тоже неспроста? Что привело тебя в Замок?

– Как приятно снова встретить умного собеседника, – похвалила его Графиня. – Меня пригласили сюда преподавать. Честно говоря, я сомневалась, что хочу этого, но мой крёстный, про которого я тебе рассказывала, посоветовал принять предложение. Вижу, что он был прав.

– Насколько я помню, твой крёстный – очень непростой человек, – напомнил Кельт. – Стало быть, у него есть причины снова свести нас вместе.

– Разумеется, – не стала отрицать Графиня. – И, уверена, ты знаешь причину.

– Слеза Солнца, – кивнул Кельт, настороживись. – Он полагает, что она в опасности.

– Скажем так, опасается, что такая ситуация может возникнуть. – Поэтому реил, что вдвоём мы справимся с её защитой лучше.

– Что ж, разумно, – согласился Кельт. – Однако, полагаю, нам с тобой не стоит рассказывать о том, что мы оба знаем. Придя сюда, я взял новое имя и предпочёл бы, чтоб в общении мы с тобой использовали именно его.

– Голубчик, я ведь уже говорила, как приятно разговаривать с подлинно умным человеком? – сладко улыбнулась Графиня. – Я полностью поддерживаю это твоё предложение.

С этими словами она протянула Кельту руку.

– Позволь представиться. Я – графиня Ольга Анваровна Воронцова, декан факультета энергетики.

– Авессалом Валерьевич Дорохов, – Кельт принял протянутую ладонь и церемонно коснулся её губами. – Декан факультета арктефакторики. Будем знакомы, Ольга Анваровна.

Глава 20

Я обменялся взглядами с Али. Он мне кивнул.

– Мы готовы! – вскочил с места Перун.

– Мы все готовы, – Гиви встал с кресла и поднял руку.

– Хорошо. У нас мало времени, – сказал Хёгни. – Если мы не вернём Слезу Солнца, последствия могут быть катастрофическими.

Я глубоко вздохнул, пытаясь собрать мысли. В голове крутились вопросы. Кто предатель? Как нам его найти? И главное, сможем ли мы вернуть артефакт до того, как будет слишком поздно?

Поздним вечером мы собрались в небольшой комнате, где жил Перун с несколькими своими подпевалами, чтобы обсудить план. Али нервно ходил взад-вперед, Перун молча сидел в углу, глядя в одну точку c отсутствующим видом. Гиви задумчиво перебрасывал с пальца на палец свои чётки.

– Нельзя терять ни минуты, – резко сказал Али, останавливаясь. – У нас есть идеи?

– Нужно выяснить, кто имел доступ к хранилищу, – предложил Перун.

– Это очевидно, – отозвался Гиви. – Но если это предатель, то он постарался скрыть свои следы.

Я молчал, обдумывая случившееся. В голове всплыло воспоминание об открытой решётке. Предатель знал о тайных проходах, знал о наших маршрутах.

«Аня! – мелькнуло в голове. – Она ведь осталась следить за тоннелем! Может, у неё есть хоть какая-нибудь зацепка. Я её не видел с самого разгара боя. Где вообще эта егоза?»

Не то чтобы я действительно за неё опасался – уж кто-кто, а Анька вполне может за себя постоять. Но беспокойство всё равно присутствовало. Ведь и с Лаки, казалось, что могло случиться? Ведь она способна предвидеть всё наперёд. А в итоге мы спасли её только благодаря чуду.

– Я должен найти Аню, – сказал я, поднимаясь.

– Зачем? – удивился Перун. – Не можешь свои педофильские наклонности умерить даже перед лицом общей опасности?

– Зато я волосы, брови и глаза не крашу, как гомосек, – гадливо ухмыльнулся я, глядя тому прямо в глаза.

Перун вскочил.

– Что ты сделаешь мне, гуттаперчевый? – низко рыкнул я, и, сжав кулаки, шагнул ему навстречу.

– Успокойся, Орк! – рявкнул Али командным тоном. – А ты не провоцируй...

Он надавил рукой на плечо Перуна, усаживая того на место, и дал мне возможность продолжил мысль.

– Она могла что-то увидеть. Она следила за тоннелем, где, возможно, проходил предатель.

Гиви кивнул, понимая.

– Это всё прекрасно, но что за тоннель?

Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь постукиванием пальцев Али по краю стола. Тусклый свет лампы бросал длинные тени на стены, придавая всему помещение тревожный оттенок.

– Что за тоннель? – переспросил Гиви, склонившись вперёд.

Я взглянул на него и собрался с мыслями.

– В Замке есть старый подземный ход, – начал я объяснять. – Мы с Аней использовали его, чтобы выходить за пределы Замка и ходить в рейды. Если предатель знал о нём, то мог воспользоваться для незаметного проникновения и выхода.

Али нахмурился, а я продолжил.

– Аня осталась следить за тоннелем, она могла что-то увидеть.

– Именно, – кивнул Гиви. – Она могла заметить, кто использовал проход.

Перун поднялся со своего места.

– Тогда не будем терять времени. Нужно найти твою малолетнюю люб…

Али предостерегающе отрицательно покачал головой. Моя ладонь до хруста сжалась в кулак. Перун усмехнулся и исправился:

– Твою малолетнюю спутницу.

Гиви бросил взгляд на нас.

– Я подключу своих ребят. Они помогут обыскать Замок.

Али одобрительно кивнул. Перун также решил продолжить соревнование с группой Гиви.

– Отлично. Я тоже свяжусь со своей группой. Чем больше людей ищут, тем быстрее найдём.

Мы разошлись, каждый направляясь к своим. Я двинулся по коридору, слушая отголоски приглушённых коврами шагов и тревожных разговоров. Замок словно застыл в напряжении, ожидая новых бед.

Выглянув в окно, я заметил, как серое небо постепенно затягивается тяжёлыми тучами. Ветер нёс запах дождя и влажной земли.

– Орк! – окликнул меня голос.

Обернувшись, я увидел молодого парня из группы Гиви. Его звали Сталин.

– Мы проверили западное крыло, её там нет, – сообщил он.

– Спасибо, – кивнул я. – Продолжайте поиски.

Он быстро ушёл дальше, а я направился к выходу из Замка. Возможно, Аня всё ещё в тоннеле. Спустившись по каменной лестнице, я почувствовал, как холод подземелья обхватывает меня, заставляя ежиться.

Вспыхнувшая лампа осветила влажные стены тоннеля. Тёмные пятна плесени проступали сквозь старинную кладку. Я медленно продвигался вперёд, прислушиваясь к каждому звуку.

– Аня! – позвал я, голос отразился гулким эхом.

Ответом была только тишина. Но вдруг вдалеке послышались лёгкие шаги. Я напрягся, сжимая в руке фонарь.

Из тени возникла стройная фигура. Аня. Её глаза блестели в полумраке, лицо было сосредоточено и серьёзно.

– Орк? – удивилась она. – Ты зачем здесь?

– Я искал тебя, девочка. И уже волноваться начал, – облегчённо выдохнул я. – Ты что-то узнала?

Она кивнула, обеспокоенно оглядываясь.

– Волновался? – усмехнулась она. – Я клокстопер. Обо мне волноваться не нужно. Поволновался бы о себе…

– Что ты видела? – я пропустил мимо ушей возмущение девочки.

Она помялась несколько секунд, но видимо сумела усмирить свою обиду на меня.

– На самом деле, да. Узнала. И всё скажу, но у меня есть условие…

– И какое? – спросил я внутренне закипая.

– Я хочу быть в курсе всего, что знаешь ты, и участвовать во всём. И не хочу больше тайн!

– Анют, ты подросток, а не штурмовик. Я не хочу, чтобы ты раньше времени повзрослела. Ну зачем тебе это?

– Орк, как ты не поймёшь, что ты один из тех немногих, кто мне дорог! – она уже была готова заплакать.

– Ты тоже мне очень дорога, девочка моя. Расскажи, что ты увидела?

– Я видела, как Халва прошёл через тоннель, – ответила она смахнув слезу.

Я нахмурился.

– Халва? Точно? Ты уверена?

– Абсолютно уверена. Но самое главное, он шёл не один, но второго я не разглядела. Они спешили, словно боялись опоздать.

Сердце начало бухать с силой парового молота. Халва? Я подозревал его раньше, но теперь почти уверен. Это ещё не доказательства вины, но очень жирная зацепка.

– Нужно сообщить Ольге Анваровне, – сказал я, направляясь обратно.

Аня положила руку мне на плечо.

– Орк, будь, пожалуйста, очень осторожен, а не как обычно. Если Халва – это предатель, который смог долгое время всех водить за нос, он может быть очень опасен.

Я встретился с её взглядом и кивнул.

– Я знаю. Его нужно остановить его, пока не стало слишком поздно.

Мы быстрым шагом направились к кабинету Ольги Анваровны. Запах старого камня, воска и дерева дорогой отделки обычно ласкал моё сверхчуткое обоняние, но сейчас будоражил, заставляя ощущать себя загнанным в ловушку этих древних стен.

– Ты уверен, что нам стоит рассказывать всё преподавателям? – спросила Аня, поглядывая на меня искоса.

– Конечно, уверен, – кивнул я. – Ситуация слишком серьёзная. Мы не вывезем действовать вдвоём. Да и преподам без нас уже никак. Они попросили меня, Гиви, Перуна и Али о помощи, так что мы официально в деле.

Девочка печально вздохнула и промолчала. Я понимал её опасения, но выбора не было. По пути мы встретили Али, Гиви и Перуна.

– Чего так долго-то? – недовольно бросил Перун.

– Нашёл Аню, – коротко ответил я, стараясь сдержать раздражение.

Постучав, мы всей толпой вошли в просторный кабинет, обставленный антикварной мебелью и увешанный полками с древними фолиантами. Ольга Анваровна сидела за большим столом, склонившись над каким-то манускриптом. Услышав нас, она подняла взгляд.

– Что у вас, голубчики? – произнесла она, отложив мощное увеличительное стекло. – Говорите же, с эдакими перекошенными рожами хорошие новости не приносят.

Мы обменялись взглядами, и я сделал шаг вперёд.

Глава 21

– У нас есть важная информация, – начал я. – Аня видела Халву и ещё кого-то в тайном тоннеле. Похоже, они связаны с похищением Слезы Солнца.

Лицо Ольги Анваровны напряглось, глаза сузились.

– Халва? Серьёзно? Ты уверена, Анечка?

– Абсолютно, Оленька Анваровна, – ядовито ответила азиатка, но под конец шмыгнула носом, чем смазала всё впечатление. – Я видела его своими глазами.

Преподавательница задумчиво постучала пальцами по столу, затем встала.

– Оставайтесь здесь все. Ни шагу из моего кабинета. Мне нужно сообщить об этом остальным.

Она вышла, оставив нас в гнетущей тишине. Мы переглянулись, каждый погружён в свои мысли.

– Что вы об этом думаете? – тихо спросил Гиви, перебирая чётки.

– Если Халва предатель, значит, всё ещё серьёзнее, чем мы предполагали, – проговорил Али, глядя в окно на низкое серое небо.

Перун нахмурился, скрестив руки на груди.

– Мы должны действовать на опережение, а не языками чесать.

Я молча кивнул, соглашаясь с его правотой.

Через несколько минут дверь вновь отворилась. В кабинет вошли Ольга Анваровна, Хёгни и Авессалом Валерьевич. Пронзительный взгляд последнего пробежал по нашим лицам, словно читая мысли. Заставляя вспомнить, что Кельт, самый мощный ментат на всём Северо-Востоке.

– Ситуация чрезвычайная, – начал Хёгни, становясь в центр комнаты. – Вы правильно поступили, что сразу пришли к нам.

Ольга Анваровна согласно кивнула, оставшись стоять у двери, словно боялась, что наша компашка разбежится, как тараканы и нас придётся ловить.

– Однако, прежде чем мы продолжим, я должна попросить вас, голубчики, о соблюдении полной секретности. То, что вы сейчас услышите и узнаете, не должно выйти за пределы этой комнаты.

Авессалом Валерьевич шагнул вперёд, сложив руки перед собой. Его глаза стали в этот момент особенно колючими.

– Я прошу вас дать клятву, что вы сохраните всё в тайне, – сказал он тихим, но твёрдым голосом. – Ваши слова будут подкреплены моей способностью различать ложь и правду.

Мы обменялись обалдевшими взглядами. Я ощущал, как напряжение нарастает. Но отступать уже было некуда. Все пути к отступлению всё равно уже были отрезаны. То, что мы вчетвером сможем тягаться на равных хоть с кем-то одним из наших преподавателей очень и очень сомнительно.

– Клянемся, – произнесли мы вразнобой.

Ментат внимательно посмотрел на каждого из нас, задержав взгляд на мне чуть дольше. Я встретил его взгляд, ощущая, как он проникает вглубь сознания. Наконец он кивнул.

– Они искренни, – подтвердил он спокойно. – По крайней мере, уверены в этом.

– Хорошо, – сказал Хёгни. – Теперь к делу. Халва и его сообщник похитили Слезу Солнца. Мы подозреваем, что они связаны с килдингами.

– Что? Килдинги здесь? – потрясённо пробормотал Гиви. – В стенах Замка?

– Похоже на то, – мрачно ответила Ольга Анваровна. – Это объясняет, как им удалось провернуть всё то, что произошло. Это больно может ударить по нашей репутации, которую мы выстраивали столетиями. Поэтому важна секретность.

– Нам нужно действовать немедленно, – добавил Хёгни. – Вы четверо – лучшие кандидаты для этого задания. Вы уже столкнулись с ними и знаете, чего ожидать. Орден, преподаватели и остальные студенты останутся в стенах Замка. В случае успеха, мы спишем все ваши долги.

Я почувствовал, как внутри поднимается волна адреналина. Задача опасная, но отказаться было невозможно.

– Что от нас требуется? – спросил Али.

– Вы должны догнать и схватить Халву и второго предателя. Живыми, – сказал Хёгни, выделив последнее слово металлической интонацией. – Нам нужно вернуть Слезу Солнца любой ценой.

– Почему именно мы? – недовольно пробурчал Перун.

– Потому что вы уже доказали свою эффективность, – спокойно ответил Авессалом Валерьевич. – И потому что пока мы тут лясы точим, время на исходе. Вы пока не поймёте, но артефакт должен быть возвращён любой ценой.

Ольга Анваровна подошла ближе.

– Мы обеспечим вас всем необходимым. Но помните, что эта ваша вылазка должна оставаться в тайне. Напоминаю, никто не должен знать об этом, голубчики. Даже между собой об этом не разговаривайте и не думайте громко.

Я взглянул на Аню. В её глазах читалась решимость.

– Я тоже пойду! – твёрдо заявила она.

– Нет, – отрезал Хёгни. – Это слишком опасно.

– Тогда… Тогда, – задохнулась Анька, сжимая кулачки. – Тогда я…

Преподаватели переглянулись. Авессалом Валерьевич слегка приподнял бровь.

– Пусть идёт, раз так хочет, – наконец сказал он. – В конце-концов она мощный клокстопер, и может быть полезна.

– Хорошо, – неохотно согласился Хёгни. – Но ответственность на вас, Орк.

– Понимаю, – кивнул я. —Как и всегда.

– Тогда не будем терять времени, – подытожила Ольга Анваровна. – Удачи вам, голубчики.

Сердце забилось с такой силой, что казалось, будто его стук эхом отдаётся в ушах.

– Помните, – произнёс вслед Авессалом Валерьевич. – Я буду знать, если что-то пойдёт не так.

Его слова повисли в воздухе, оставляя после себя странное ощущение. Мы развернулись, направляясь к выходу.

* * *

Дорога уходила вдаль, петляя между холмами и полями.Двигатели рявкнули, и тяжёлый внедорожник сорвался с места, поднимая клубы пыли. Я сидел за рулём, рядом со мной на пассажирском сиденье устроился Али с ручным пулемётом Калашникова в модном обвесе. В зеркале заднего вида мелькали серьёзные лица массивных в снаряжении Гиви и Перуна. Тоненькая Анютка на их фоне терялась.

Гиви, получавший телеметрию на свой смартфон с разведывательного беспилотника Ордена, время от времени сообщал, что мы едем верно.

Ветер бил в лобовое стекло, принося запахи прелой травы и приближающейся грозы. Ехали быстро – дорог вокруг Замка и стаба было не то чтобы много, но достаточно, чтоб перемещаться с комфортом не только по воде. Кстати, о воде... Я до последнего колебался, не лучше ли пойти по ней, но жители Приозёрного в один голос утверждали, что никто лодок во время нападения не видел, и килдинги приехали на автомобилях. Кроме того, Орденские были уверены, что Халва уходит именно на этом внедорожнике. В чём я был не уверен.

– Вон он! – выкрикнул Али спустя минут сорок, указывая вперёд.

На горизонте показался силуэт ещё одного внедорожника. Он мчался по просёлочной дороге, пытаясь оторваться от нас.

– Не уйдёт, – процедил я сквозь зубы, вжимая педаль газа до упора.

Мы и так мчали сильно за сотню по грунтовой дороге, а после этого моего манёвра, машина буквально прыгнула вперёд, взревев двигателем. Расстояние между нами начало постепенно сокращаться.

Вдруг с правой стороны поля вырвалось нечто огромное и тёмное. Я успел только заметить, как массивная фигура взметнулась в воздух, обрушиваясь на внедорожник Халвы.

– Демоны Стикса! – выкрикнул Али. – Это же рубер!

Рубер – огромное чудовище, порождение Улья. Его тело, покрытое многогранными пластинами биологического булата, блестело в лучах заходящего солнца. Он напрыгнул на машину Халвы с такой силой, что металл смялся, как бумага.

– Нужно взять Халву живым! – крикнул я, бросая педаль газа.

– Осторожнее! – предупредил Али, хватаясь за поручень. – Орк! Кваз психованный!

Я остановил машину в нескольких десятках метров от места атаки. Правда перед этим нас несколько раз развернуло вокруг своей оси и каким-то чудом не кувыркнуло через крышу.

Мы выбрались из машины, вооружившись всем, что было под рукой. У меня был автомат, переделанный из «Сайги» под четыреста десятый калибр, перекинутый через плечо, Али сживал в руках свой РПК, Гиви и Перун держали обрезы охотничьих ружей.

Рубер, почуяв нашу близость, повернулся. Его глаза горели холодным разумом, а изо рта капала густая слюна. Он издал низкое урчание, от которого дрогнуло всё внутри.

Я кивнул и начал обходить рубера слева. Гиви и Перун направились вправо, держа оружие наготове. Анютка двинулась за мной. Али занял центральное направление.– Разделимся! – скомандовал Али. – Отвлечём его с разных сторон.

Заражённый повернулся на звук голоса, его взгляд пронзил меня до костей. Он бросился вперёд, размахивая мощными лапами с острыми когтями.– Эй, зверюга! – выкрикнул я, привлекая внимание рубера.

Я открыл огонь, пули звонко отскакивали от броневых пластин заражённого, лишь изредка пробивая незащищённые участки. Рубер, получив несколько ранений, замедлился, но не остановился.

Сбоку раздался выстрел, затем ещё один. Али целил в голову монстра, пытаясь попасть в споровый мешок. Рубер, обезумев от ярости, развернулся и бросился в сторону Али, посчитав его самым опасны противником.

Гиви и Перун подошли ближе, стреляя по ногам чудовища. Перун использовал свой телекенитеческий удар и… Сработало. Он попал в коленный сустав своим Даром, кость не выдержала и развитый заражённый пошатнулся.

– Сейчас! – закричал Али.

Я выхватил из-за пояса гранату и дёрнул чеку, собираясь метнуть её в монстра. Но смазанная тень, промелькнувшая между нами, нарушила мои планы. На спине чудовища материализовалась Анютка и выстрелила под бронированный козырёк с двух рук.