Читать книгу "Принц льда и крови. Принцесса ветра и мести. Комплект из 2 книг"

Я переминалась с ноги на ногу, чувствуя, как от стольких комплиментов багровеют щеки.

– Именно, – согласилась с подругой Бри и, взяв нас обеих под руки, потянула к высокому подиуму, на котором уже собралась вся приближенная свита короля, кроме самого Эллина.

– Бри, я думаю, мне лучше остаться среди гостей, – легонько остановила я принцессу. – Я ведь не принадлежу к короне, да и членом Королевского Совета тоже не являюсь.

– Брось, Агни. Мы будем только рады, если ты к нам присоединишься, – ответила она и продолжила тянуть меня к подиуму.

Я с силой уперлась пятками в мраморный пол, вдруг почувствовав, что все мое нутро неистово сопротивляется. Одно дело просто посетить бал, а совсем другое – находиться в рядах неблагой верхушки. Затмевающая глаза ярость и ненависть к фейри хоть и сбавили обороты, но все же мне было некомфортно так сближаться с существами, из-за которых разрушилась жизнь моей семьи и веками страдали люди.

– Серьезно, Бри, я же смертная. Мне не место на королевском подиуме. Это только породит лишние вопросы среди ваших подданных, да и пристальное внимание мне ни к чему.

Лицо Бриэль задумчиво исказилось. Принцесса замерла, обдумывая мои доводы.

– Хорошо, только будь осторожна, даже не в королевском окружении ты все равно выделяешься. – Принцесса коснулась кончиков моих черных волос, слегка намотав их себе на палец. – После открытия бала мы с Аминой найдем тебя, не скучай.

Бриэль и Амина по очереди поцеловали меня в щеку и, расправив плечи, направились к остальным членам совета, оставляя меня внизу, среди разодетых фейри.

Побродив по Тронному Залу, я нашла самый укромный уголок недалеко от входной двери. Привалившись оголенной спиной к стене, я изо всех сил старалась смешаться с тенями.

Вскоре, когда мне надоело созерцать собственные ноги, я стала внимательно всматриваться в гущу предвкушавших начало бала гостей в надежде разглядеть среди них Ирму.

Наконец рядом с одним из длинных столиков мелькнули знакомые комариные крылышки и отблеск сапфиров. Ирма аккуратно пробиралась сквозь скопище придворных дам к дальнему углу зала, в котором стоял симпатичный русоволосый феец.

Тень улыбки коснулась уголков моего рта.

Неожиданно раздался звонкий хлопок, привлекая внимание всех собравшихся к королевскому подиуму.

– Дамы и господа, – зал наполнил мелодичный голос Бриэль, она вышла в центр подиума, гордо подняв подбородок. – Зимние и Водные фейри, а также гости Неблагого Двора. Я рада приветствовать каждого из вас. Сегодня мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями грандиозного звездопада, дающего начало новому циклу Зимней Луны, и как следует отпраздновать это редкое событие. – Принцесса слегка склонила голову, выражая почтение всем присутствовавшим в замке гостям.

Следом за Бри в центр подиума двинулась Саманта. Все в ней дышало величием и красотой, подчеркнутой стальным платьем с глубоким декольте.

– Прощу любить и жаловать, Его Величество Неблагой Король, – громко объявила Саманта и присела в низком реверансе.

Все собравшиеся последовали ее примеру, готовясь встречать короля.

Мое сердце, екнув, упало в пятки. Я еще сильнее вжалась в холодную стену, когда створки мраморных дверей распахнулись и в Тронный Зал вошел Эллин, окруженный вооруженными гвардейцами.

Неуклюже, но я все же попыталась сделать хотя бы книксен. Пару раз потеряв равновесие, решила больше не позориться и понадеялась, что он не заметил мои тщетные старания.

Облаченный во все белое, Эллин величественно шагал к трону, поправляя на ходу лацкан своего камзола, рукава которого были расшиты серебром и бриллиантами. С его плеч, как и на прогулке по Араклеону, струился длинный меховой плащ, а голову венчала шипообразная ледяная корона.

Неблагие фейри приветствовали своего короля радостными возгласами и громкими аплодисментами. Фейки возбужденно шептались, кто-то даже скрестил пальцы за спиной – на удачу.

Эллин остановился на нижней ступеньке подиума и одним изящным движением скинул с себя плащ, который еще в полете поймала служанка. Низко поклонившись королю и его свите, стоявшей позади трона, она быстро удалилась.

Я театрально закатила глаза, выражая свое отношение к такому пафосу.

Эллин с прямой, как струна, спиной элегантно уселся на трон, по-мужски закинув ногу на ногу. Его ледяной взор быстро пробежал по заполонившим зал фейри. Наверное, присматривал себе будущую спутницу: ход с Самантой был бы слишком предсказуем, а от короля всегда ждут хлеба и зрелищ.

Рядом со мной пробежала официантка с подносом аппетитных запеченных фиников. У меня свело желудок, и я недовольно скривилась, вспомнив, что ничего не ела со вчерашнего вечера.

Тронный Зал снова сотряс громкий хлопок. В этот раз слова приветствия взял на себя король, мурлыкающим баритоном лаская мои уши:

– Я несказанно благодарен каждому из вас, мои подданные, что волшебство сегодняшней ночи вы разделите здесь со мной. – Эллин почтительно склонил голову, совсем как Бриэль. – Согласно древним традициям, как только небосвод озарит последняя падающая звезда, я и выбранная мною дама откроем бал Зимней Луны, а пока каждый из вас может загадать свое самое сокровенное желание, и пусть звезды его услышат.

Я возмущенно фыркнула себе под нос.

«Удивительно, что фейри, живущие в мире магии, так по-человечески верят в сказки, – надменно подумала я. – Если бы все было так просто, завтра нам не пришлось рисковать жизнями, спасая моего брата».

– Смотрите! – выкрикнул тонкий женский голос из толпы. – Началось, первая звезда упала.

Все присутствующие тут же вскинули головы к прозрачному потолку и громко загалдели.

Ночное небо осветила яркая вспышка, словно огненные шары, горящие белым пламенем, со своих мест сорвались звезды и градом посыпались вниз.

Я запрокинула голову к сияющему небосводу, с замиранием сердца любуясь этим невероятным зрелищем. Звезды, точно пары влюбленных, кружились в неведомом танце, заслоняя собой ночную тьму. Они то припадали друг к другу, купаясь в световом вихре, то отдалялись. Звезд было так много, что создавалось впечатление, будто с неба падает целая вселенная, превращая его в светящийся диск.

Наблюдая за этим магическим представлением, я потеряла счет времени. Только когда музыка заиграла громче, заполнив собой все уголки Тронного Зала, а звезд на небе практически не осталось и свет уступил место тьме, я потихоньку вернулась в реальность, все еще продолжая вглядываться в опустевшее ночное небо.

К красивой, льющейся мелодии резко присоединился шелест платьев и перешептывание придворных дам, среди которых я отчетливо различила удивленные вздохи и разочарованные всхлипы.

Все еще всматриваясь в прозрачный потолок, я догадалась, что Эллин выбрал себе спутницу. Но почему-то сердце чаще забилось в груди, а глаза отказывались смотреть в сторону королевского подиума.

Рядом со мной раздались уже привычные мягкие шаги, выдернувшие меня из оцепенения. Я вздрогнула, ощутив рядом с собой чье-то присутствие.

Я боялась, как последняя трусиха, боялась оторвать взгляд от небосвода и посмотреть вниз, пока из толпы кто-то демонстративно не кашлянул.

Все-таки совладав с собой, я опустила голову и тут же изумленно вскрикнула от неожиданности, прикрыв рот ладонью.

Картина, представшая передо мной, выбила меня из колеи: сотни глаз фейри были прикованы ко мне, прожигая насквозь. А в шаге от меня, низко склонившись, стоял Эллин. Одна его рука лежала на пояснице, а другую он галантно протягивал мне.

– Мисс Эркенст, не окажете ли вы честь потанцевать со мной? – Глаза Эллина полыхали, а длинные, протянутые ко мне пальцы била еле заметная дрожь.

Не обопрись я о стену – точно осела бы на пол. Гости ледяной цитадели молча застыли, ожидая моего ответа. Казалось, вокруг нас застыл даже воздух.

Отказать королю при всех я не могла, это поставило бы Эллина в неловкое положение, да и репутацию местного ловеласа подпортило бы. Тем более в самых потаенных глубинах души я сама жаждала этого танца.

Несколько раз медленно моргнув, я все-таки протянула ему руку. Эллин тихо выдохнул и, переплетя наши пальцы, увел меня в центр зала.

– Ты же знаешь, я совершенно не умею танцевать, – шепотом напомнила я. Все мое нутро вспыхнуло, почувствовав, как Эллин лениво поглаживает большим пальцем мое запястье. – Я ведь на пароме тебе все ноги отдавила.

– Успокойся, Агнес, я сам поведу. Просто слушай мое тело и расслабься. В танце, как и в любви, нужно научиться доверять своему партнеру.

Когда мы оказались в центре танцпола, со всех сторон окруженного фейри, Эллин резко притянул меня к себе и обхватил рукой мою талию. Моя ладонь легко легла ему на плечо, а другую он продолжил нежно держать в своей руке, сжимая пальцы.

Я была так плотно прижата к нему, что грудью чувствовала удары его ледяного сердца. Такая близость пьянила, превращая кости в желе.

Музыка приобрела ласковые вальсирующие ноты, и Эллин повел меня в медленном танце. Покрепче вцепившись в его плечо, я позволила ему управлять моими движениями, элегантно кружа нас по залу.

– Ах, как они прекрасны! Точно капля крови на снегу, – долетел до нас чей-то восторженный возглас.

Наверное, со стороны мы именно так и выглядели. Подол моего алого платья струился вокруг белоснежного наряда короля, обвивая его ноги, как струйки горячей крови, плавящие снег.

– Я скучал, – внезапно промурлыкал мне на ухо Эллин, ласково коснувшись губами моего виска. Несмотря на ледяное дыхание, обдавшее мою кожу, в венах вспыхнуло пламя зарождавшегося желания. – Почему вчера ты так стремительно ушла? Я хотел проводить тебя.

Внезапно Эллин подхватил меня и легко, как пушинку, приподнял над собой. Я уперлась ладонями в его широкие плечи, смотря на короля сверху вниз. Толпа взорвалась аплодисментами. Пару раз покружив в воздухе, Эллин опустил меня, снова прижав к себе.

– Не хотела мешать твоему воркованию с Самантой, – скривив губы, бросила я, запнувшись о его сапог. Эллин развернул меня к себе спиной, скрыв от зрителей мое неудачное движение. Его холодные руки скользили по обнаженной коже моих лопаток, играя цепями платья.

Я шумно выдохнула, а король тихонько рассмеялся мне на ухо:

– Ты, что же, ревнуешь меня? – Эллин развернул меня на триста шестьдесят градусов. Чуть надавив пальцами на поясницу, он заставил меня низко прогнуться назад. Его прекрасное лицо склонилось над моим, и наши губы едва не соприкоснулись, как вдруг окружавшие нас неблагие фейри снова громко зааплодировали.

– Размечтался, – фыркнула я.

Эллин вернул меня в прежнее положение, скептически изогнув белесую бровь.

В Тронном Зале завихрился снег, спускаясь пушистыми снежинками с прозрачного потолка. Не долетая до голов собравшихся, снежинки ярко вспыхивали и растворялись в воздухе.

– Это ты делаешь? – изумленно спросила я, подняв глаза к потолку.

– Угу, – протянул король, хитро улыбнувшись. Мы кружились в неспешном вальсе, а мой шлейф алым пятном скользил за нами по пятам.

– Красиво, – сказала я, поймав взгляд его ледяных глаз, блуждавший по моему лицу.

– Ты, Агнес, – вот что красиво. – Эллин посерьезнел и осторожно заправил выбившийся локон мне за ухо. На мгновение я зажмурилась, позволив себе утонуть в его прикосновениях. – Я струсил, как мальчишка. Хотел сказать тебе это еще на пароме, но испугался твоей реакции. – Эллин покачал головой, и его лицо озарила грустная улыбка.

Я широко распахнула глаза.

– Тогда зачем говоришь сейчас? – слова вырвались прежде, чем я успела их хорошенько обдумать и понять, хочу ли я знать ответ.

– Потому что другой возможности может не представиться.

– Что произошло на границе? – взволнованно спросила я, заглянув ему в лицо.

На острых скулах короля заходили желваки.

– Кто-то пытался пробить защиту нашего барьера с помощью неизвестной нам магии. Наши библиотекари уже ищут информацию о новой силе, способной влиять на ограждающее заклинание прародителей, но пока их усилия не увенчались успехом.

Кровь застыла у меня в жилах, я открыла рот, но Эллин опередил мой вопрос.

– Не волнуйся. Я укрепил барьер, тебе и жителям Двора ничего не грозит. – Король закинул обе мои руки к себе на шею, а сам обхватил мою талию. – Позволь нам насладиться этим чудесным вечером, а завтра вернемся к насущным проблемам.

Легкая инструментальная музыка, игравшая в зале, изменилась, выводя меня из задумчивости. Нам аплодировали, кто-то даже громко присвистывал.

– Торжественно объявляю бал Зимней Луны открытым, – прогремел Эллин, развернувшись к толпе взбудораженных фейри, он все еще держал меня в объятиях.

После его слов в центр зала тут же повалили влюбленные парочки, желавшие присоединиться к нашему танцу.

Я выглянула из-за плеча Эллина, привстав на цыпочках. В рядах танцующих я пыталась разглядеть Ирму, мне искренне верилось в то, что ее возлюбленный все-таки решится пригласить ее на танец.

Но, к своему сожалению, я не заметила ни комариных крылышек, ни перелива синих волос. Зато среди толпы я выхватила белые волосы Бриэль и сизый сюртук Итона. Они кружились в грациозном вальсе у самого подиума. Чуть поодаль от них в танце, напоминавшем человеческое танго, слились Габриэль и Саманта, и лишь Амина одиноко стояла, потягивая вино из бокала позади трона принцессы.

– Черт, – громко выругалась я, скрипнув зубами. Эллин вопросительно посмотрел на меня и быстро убрал холодные руки с моей талии на лопатки.

«Наверное, он решил, что перешел черту дозволенного», – я мысленно усмехнулась и повела подбородком в сторону Амины:

– Я надеялась, что Габриэль ее пригласит. Он ей нравится. Заметила вчера, как Амина восторженно на него смотрела.

Эллин тяжело выдохнул, руками я почувствовала, как напряглись его плечи.

– Женщины, – притворно фыркнул он. – Ничего от вас не скроешь. – Я больно ущипнула его за бицепс, Эллин язвительно скривил губы и, поддавшись порыву, поцеловал меня в макушку.

Я замерла, но не отстранилась. Те чувства, которые он вытаскивал из глубин моей души на поверхность, кроме страха перед ним и его силой, заставляли меня ощущать себя живой и улыбаться.

– Если честно, это было трудно не заметить, – призналась я. – Габриэль знает о ее чувствах?

Мимо нас пронеслась парочка водных фейри, они громко хохотали и откровенно лапали друг друга. Я проводила их надменным взглядом, нахмурив брови. Слишком уж заносчиво выглядели эти двое, напоминая мне старых знакомых с парома.

– Да, знает. Но, видишь ли, Габриэль очень давно и, к сожалению, безответно влюблен в мою сестру.

«С моим сердцем все сложно, Агни», – вспомнила я слова Бриэль и понимающе кивнула, а Эллин продолжил:

– Мы росли вместе: я, Габриэль, Бри и Саманта. Мы с сестрой были королевскими детьми, а ребята отпрысками свиты моего отца, так что мы каждый день проводили вместе – тренировались, учились и просто озорничали. Потом мы подросли, и я заметил, как робеет в присутствии моей сестры Габ. А когда произошла война между Дворами, я стал королем, а он – генералом, Габриэль мне во всем признался.

– А почему он раньше тебе не сказал? Вы ведь близкие друзья?

Эллин покружил меня на месте, заставляя юбку моего платья развеваться на ветру, и снова притянул к себе.

– Боялся, что я расскажу Бриэль и она его отвергнет. Что в конечном итоге и произошло. – Король печально опустил взгляд на наши сцепленные руки. – Агнес, это сложно. То, что испытывает Габ к моей сестре… Как бы тебе объяснить… Это не просто любовь по вашим человеческим меркам, это другое. Те чувства древние, порожденные самой магией прародителей, это намного сильнее любых искренних эмоций, подвластных сердцу человека.

– Ох! – Я шумно сглотнула застрявший ком в горле. – Так, значит, Бриэль – его родственная душа? Та, что раз и навсегда западает в ваши бессмертные сердца?

Эллин кивнул. Ледяная корона слегка съехала набок, жестом руки он быстро вернул ее на место. Его глаза смотрели вдаль, сквозь толпу, словно он пытался проникнуть в какие-то древние тайны.

– Поэтому он себя так ведет? Все эти пьянки и беспорядочные связи, о которых говорила Бри?

– Да, именно. Худшей участи, чем быть непризнанным своей второй половиной, просто не существует для фейца. Вечные страдания, жгучая боль и досада… Все это постепенно убивает тебя, разрушает твое сердце и душу. – На лице Эллина застыла глубокая печаль и нескрываемая боль. – Рано или поздно это разорвет его на куски…

Я вздрогнула, Эллин почувствовал мою напряженность и сильнее прижал к себе, так что я уткнулась щекой ему в грудь.

– Поэтому ты настаиваешь на том, чтобы Бриэль сопровождал Итон? – вскинув голову, я посмотрела на него из-под ресниц.

У Эллина дрогнул кадык.

– Да. Они оба свободны и ничего к друг другу не чувствуют. Их прикосновения, их флирт ничего не значат. Для Габриэля это же было бы как глоток свежего воздуха, как всплеск надежды, тревожащий его старые раны, которые, к сожалению, останутся с ним навсегда. Я даже предлагал ему должность на границе вместо Арчибальда, чтобы избавить от постоянных встреч с Бриэль…

– Но он отказался, – тоже поникнув, догадалась я.

Король ускорил темп, я еле успевала перебирать ногами в такт новой, более веселой музыки.

– Отказался, – мрачно ответил мне король. – Сказал, что со временем научился жить с болью. Нет, она не притупилась, просто он к ней привык. А расставание с Бриэль еще сильнее ударит по нему. Он живет тем, что Бри счастлива и в безопасности, ему достаточно просто быть рядом, дышать воздухом, который выдыхает она.

– Какой ужас! Бедный Габриэль, – посочувствовала я генералу, мельком взглянув в ту сторону, где он вовсю отплясывал с Самантой.

– Да, только смотри ему это не скажи. Габ – воин, генерал моей армии, ему не нужна жалость, – аккуратно предостерег меня Эллин.

Я кивнула, понимая, что жалеть и лить слезы по тяжелой судьбе такого сильного и храброго мужчины – глупо.

– Но почему, почему твоя сестра ему отказала? – Из меня так и лезло любопытство, которое было трудно сдержать.

Эллин сжался, словно от нестерпимой боли. Его взгляд снова обратился в никуда, будто он видел то, что долго старался забыть.

– Это тебе лучше пусть расскажет Бриэль. Я не вправе выкладывать ее чувства и секреты. Единственное, что могу сказать, – это что Бри любит его, но по-своему… Скорее, как меня, как старшего брата.

– Что ж, насильно мил не будешь, – подытожила я наш непростой разговор о чувствах его друзей.

– Это точно, – сухо ответил король и на мгновение прикрыл глаза. Его длинные ресницы затрепетали, а когда он снова их распахнул, зрачки вспыхнули синим, подсвеченные ледяным пламенем, лившимся от настенных канделябров.

У меня перехватило дыхание.

«Боги, как же он невероятно красив!»

Я поспешно отвела взгляд от лица Эллина, старясь не замечать жар, вспыхнувший внутри меня.

Мы оба молчали, погруженные в собственные мысли. Рядом с нами шумели гости, задорно танцуя вокруг заколдованной арфы, но к нам они не приближались, держась на почтенном от короля расстоянии.

Я прильнула к его груди, вслушиваясь в стук ледяного сердца. Эллин положил щеку мне на макушку, зарывшись носом в мои волосы. Мне не хотелось встречаться с ним взглядом, когда я не выдержала и задала еле слышимый вопрос:

– А что у вас с Самантой?

– Ммм? – вопросительно протянул король, нехотя отстраняясь от меня.

– Ваши отношения с Самантой. Ведь в них есть что-то большее, чем просто дружба или статусное подчинение? – Собственный вопрос остался горечью на моем языке.

– Было, – поправил меня Эллин. Протянув руку, он коснулся указательным пальцем моего подбородка, чтобы я подняла на него взгляд. – Мы с Сэм – старые друзья. Она всегда поддерживала меня, еще до того, как я стал королем. Ее отец был неблагим лордом и по совместительству одним из приближенных моего отца. После их внезапной кончины нам обоим на голову свалились новые обязанности и титулы, мы находили забвение друг в друге.

Нервно пропустив воздух через нос, я попыталась сбросить его руку с лица, но Эллин лишь ухмыльнулся и, наклонившись, прошептал мне на ухо:

– И все-таки ты меня ревнуешь, Агнес.

– Ага. Фантазия – не грех… – Я хмыкнула и специально наступила ему каблуком на ногу.

Эллин зашипел. В его глазах загорелся игривый огонек, и он крепко сжал меня в объятиях, не давая возможности пошевелиться.

– Вот откусить бы твой острый язычок, Агнес. Но, боюсь, ты на меня обидишься, а мне потом бегай за тобой, извиняйся…

– Так, значит, вы – любовники? – перебила я короля. Извернувшись, я все-таки умудрилась отойти от него на несколько шагов, но тут же вернулась к нему «под крыло», когда на меня чуть не налетел изрядно выпивший феец.

Эллин смерил его уничтожающим взглядом и зарычал. Его пальцы обступил снежный вихрь, готовясь обрушиться на моего несостоявшегося обидчика.

Пьяный феец даже пикнуть не успел, как к нам подлетели караульные и, низко поклонившись Эллину, уволокли развязного гостя вон.

Эллин положил руку мне на плечо и развернул к себе, пройдясь холодными пальцами по выступающим крыльям лопаток.

– Агнес, если тебя интересует, были ли у нас с Самантой интимные отношения, то да, были. – Эллин говорил грубо, чеканя каждое слово. Может, ему самому была неприятна эта тема, а может, в нем еще не остыл гнев на пьяного незнакомца, чуть не сбившего меня с ног. – Но, как видишь, это ни к чему не привело. Я так и не смог полюбить ее по-настоящему, хотя пытался. Все, что было между нами, скорее можно назвать обоюдной страстью и утешением, не более…

Сейчас, смотря на меня исподлобья, со мной говорил не Эллин, а Неблагой Король – властный, с маской безразличия на лице.

Ощетинившись, я скрестила руки на груди и высоко задрала подбородок.

– А разве для короля важна любовь? Как же браки по расчету для укрепления собственной власти? Я хоть и смертная, но не дура, знаю, как политические интриги делаются…

– Для всех важна любовь, – пропела рядом со мной словно появившаяся из воздуха Бриэль. – Благодаря ей наши бессмертные сердца продолжают биться. – Принцесса подмигнула брату и поманила его рукой. – Идем, гости ждут твоих поздравлений.

– И неплохо бы какую-нибудь помпезную речь толкнуть, а, Ваше Величество? – вмешался в разговор Габриэль с изрядно раскрасневшимися от выпивки щеками. Он похлопал Эллина по плечу. – У вас с Аги-Маги вся ночь впереди, – икнув, он обвел глазами прозрачный потолок, за которым клубилась тьма, подсвечиваемая лишь лучиками яркой Зимней Луны. – А заставлять ждать подданных нехорошо.

Эллин раздраженно стряхнул ладонь друга со своего плеча, беззвучно проворчав что-то очень похожее на человеческое «иди ты».

Бриэль захихикала. Взгляд Габриэля тут же метнулся к приоткрытым губам принцессы, а потом скользнул на полупрозрачный лиф ее платья.

Принцесса состроила Габу гримасу и, щелкнув пальцами, вернула его морской взор на свое лицо.

Эллин чуть отошел от меня и, как бы ненароком, встал между ними. Меня раздирало саднящее чувство досады, теперь, когда я знала правду о разбитом сердце генерала.

– Наслаждайся праздником, Агнес. Скоро увидимся. – Перед тем как уйти, Эллин нежно коснулся губами моего запястья, вызвав мурашки у меня на спине.

Троица двинулась к королевскому подиуму, о чем-то весело переговариваясь и подначивая друг друга. Бриэль приобняла брата за талию и, подпрыгнув, поцеловала его в щеку. Эллин потрепал сестру по макушке, сдвинув ее ледяную корону набок.

Придворные дамы и высшие лорды, сгруппировавшиеся возле высокого подиума, низко кланялись и расступались, освобождая дорогу королевской свите.

Среди них я вдруг заметила синие локоны и блеск серебра. Ирма стояла рядом с высоким лордом, чья рука по-свойски обвивала ее хрупкую талию, аккуратно обходя крылья девушки. Увидев это, я едва не вскрикнула от восторга.

Расправив несуществующие складки на своем камзоле, Эллин уселся на трон. Бриэль села рядом с ним на ледяной подлокотник, вальяжно закинула руку брату на плечо и слегка его сжала. Зал заполнили ликующие крики и громкие аплодисменты.

Король остановил их жестом руки. По очереди свита поздравила собравшихся гостей с новым циклом Зимней Луны, высоко подняв бокалы.

Гости замка воодушевленно ликовали, они обменивались теплыми объятиями и поздравляли друг друга. Неблагая верхушка зазвенела бокалами, Эллин встал и подошел к своим приближенным, облокотившись на спинку трона. Они поочередно его обнимали и расцеловывали ему щеки, самые длительные и крепкие объятия, конечно же, подарила Саманта.

Мне стало как никогда одиноко. Фейри демонстративно обходили меня стороной, а Эллина с его друзьями полностью поглотила светская беседа, в которой для меня не было места.

Обхватив себя за плечи, я прошелестела платьем к выходу. Мне здесь больше делать нечего. По дороге я окликнула одну из официанток с большими пурпурными глазами, попросив ее найти мою накидку, которую, я уверена, специально забрали из-под моих ног, как только я ее сняла.

Мне необходимо было проветрить голову и просто побыть наедине с собой. Ускользнув из Тронного Зала, я направилась в розарий, который так отчаянно манил меня своей заснеженной красотой из окон покоев.

На пути мне встретилось всего несколько караульных, флиртовавших с зимней фейкой в откровенном наряде. Никто из них не препятствовал моему бегству из цитадели. Склонив голову в поклоне, они лишь провожали меня задумчивым взглядом.

Громко стуча каблуками по мрамору, я спокойно вышла на морозный воздух улицы. От ледяного замка к розарию вела брусчатая тропа, вдоль которой тянулись высокие, со снеговыми шапками хвойные кустарники. Я нарочно шла очень медленно, подставляя лицо морозу, чтобы он прогнал мои тягостные мысли и остудил разгоряченную прикосновениями Эллина кожу.

Яркие отблески света Зимней Луны наполняли петляющую дорожку, разгоняя ночную тьму, так что я без труда нашла вход в дивный сад.

Похрустев снегом под ногами, я остановилась возле круглой ледяной арки. Она вспыхивала и гасла синими огоньками, которые, точно змейки, перемещались по ее арочному своду.

Заинтересованно склонив голову набок, я внимательно вгляделась в тоненькую, переливающуюся надпись на самом верху. Серебряные символы и странные буквы складывалась в слова, а затем в предложения, смысл которых мне был непонятен. Скорее всего, это был древний язык прародителей фейри, который, в отличие от нынешнего, неподвластен уму полукровок.

Поежившись от холода и странного, давящего чувства в висках, я сунула руки в карманы накидки и двинулась вглубь. Подол красного платья тянулся за мной по снегу, создавая впечатление разлившейся у моих ног лужи алой крови.

Прогулявшись по прекрасному саду с заснеженными кустами роз и шиповника, я нашла для себя уютную, высеченную из синего льда скамью. Она стояла под ветвями массивного дуба, в самом центре розария. Присев на край скамьи, я вытащила несколько колющих голову шпилек из наспех собранной прически. Мои волосы заструились сначала по плечам, а потом по лопаткам, спадая до самой талии. Я облегченно выдохнула, почесав затылок, словно освободилась от железных оков, сжимавших мою голову.

Неподалеку от меня стоял небольшой фонтанчик с фигурой прекрасной фейки и младенца, которого она заботливо баюкала на руках. В чаше фонтана спокойно покачивалась вода, отражая в зеркальной глади черное небо и полную луну.

Уперев взгляд в отраженное водной рябью небо, я скрестила руки на груди, унимая озноб от мороза и желание распасться на куски.

«Интересно, находясь в стране волшебного народа среди пугающих, но одновременно обворожительных созданий, чувствовала ли мама себя так же одиноко?»

Когда-то она обмолвилась, что несмотря на то, что отец силой забрал ее в этот бессмертный мир, полный магии, чудес и монстров, со временем она все же полюбила его.

«Тогда что заставило ее сбежать?»

Мои мысли заполнили вопросы, которые уже никогда не найдут ответа. Все это мама унесла с собой в могилу, стараясь уберечь меня от постигшей ее участи заложницы древнего и опасного мира, в который я умудрилась нырнуть с головой.

От злости на саму себя, охватившей меня яростной вспышкой, я, не сдержавшись, пнула носком сапога сугроб у себя под ногами и громко выругалась.

Внезапно морозный воздух сада заполнил тоненький аромат корицы. Я зарделась, когда рядом со мной на скамью молча опустился Эллин, вытянув длинные ноги. Его немигающий, ледяной взгляд был устремлен к статуе прекрасной незнакомки. Он пару раз заметно сглотнул и осторожно повернулся ко мне.

– Больше, чем жизнь, – нарушил тишину сада своим легким баритоном Эллин. Его голос был пропитан нежностью и теплотой. Он сцепил руки в замок, обхватив ими свое колено.

– Что? – непонимающе переспросила я, тоже слегка развернувшись к нему.

– Надпись на арке, ее сделал мой отец, – коротко объяснил мне король. – Моя мама обожала этот сад. Она могла часами здесь засиживаться с книгой или просто теряться в собственных мыслях. Отец до безумия любил ее.

– Так, значит, фигура в середине фонтана – твоя мама? – рукой я указала на мраморную девушку с ребенком.

– Угу, – просто ответил король.

– А младенец? – В попытке хоть как-то поддержать ненавязчивый разговор я встрепенулась, прогоняя подальше охватившую сердце досаду на собственную судьбу.

– Бриэль. Отец всегда мечтал о дочери, которую сможет баловать. Если меня воспитывали воином, будущим дипломатом и королем, изнуряя тренировками и политическими уроками, то Бриэль окружали заботой и любовью. В общем, ее отец растил, как розу в саду, даже я потакал всем ее нелепым прихотям и до сих пор потакаю. – В глазах Эллина заплясал ласковый огонек, а губы озарила мягкая, светящаяся любовью улыбка, придавшая его острому, задумчивому лицу нежность – выражение, которое я видела впервые.

– Наверное, это участь всех старших братьев, – улыбнувшись, сказала я. – Однажды Артур притащил домой десять килограммов мороженого, чтобы утешить меня. Мне было шесть, и у меня трагически скончался хомяк, застряв в пылесосе. Я несколько дней рыдала без остановки. Мой детский мир рухнул, когда я, убирая крошки с дивана, случайно засосала своего любимчика. – Эллин тихо засмеялся, а я еще сильнее расплылась в улыбке.

В моем сердце проснулась любовь к брату и старым, пусть и не самым радужным, воспоминаниям. Но в те дни я еще ничего толком не знала о фейри и друидах, не знала об опасностях, которые нас ждут, и мама была жива.

– Тогда мы с Артуром до отвала налопались мороженого, и на следующий день оба слегли с ангиной. Мама нас тогда чуть не убила… – Я хихикнула, вспомнив, как мы бросились врассыпную по своим комнатам, когда мама побежала за нами с полотенцем. – А потом мы познали настоящую утрату… – Мой голос дрогнул, и я безучастно уставилась на свои трясущиеся руки.