Текст книги "Настольная книга гипертоника. Лечение и профилактика"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nastolnaya-kniga-gipertonika-lechenie-i-profilaktika-45120.jpg)
Автор книги: Алла Осипова
Жанр: Здоровье, Дом и Семья
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Алла Осипова
Настольная книга гипертоника. Лечение и профилактика
Посвящаю книгу своему прекрасному Учителю – Евгению Сергеевичу Вельховеру
Предисловие
Дорогой друг! Если Вы взяли в руки эту книгу, то, скорее всего, у Вас или Ваших близких есть проблема – ГИПЕРТОНИЯ. Эта болезнь поражает более 40% людей старше пятидесяти лет. Однако повышенное давление – это только вершина айсберга. За этим симптомом, скорее всего, скрывается более глубокая проблема организма. Повышенное давление – это первый «звоночек», который настойчиво требует обратить на себя внимание и изменить что-то в своей жизни. Это может быть избыточный гнев, неправильный образ жизни, вредные привычки, неумение расслабляться по-настоящему и многое другое. К сожалению, повсеместно распространен примитивный подход к повышенному давлению: принял таблетку, сбил давление – и забыл о проблеме до нового ухудшения состояния.
В этой книге я попыталась рассказать о повышенном давлении с разных сторон – с позиций генетики, биохимии – и постаралась обобщить самые современные и эффективные варианты лечения этой проблемы, используя строго индивидуальный подход. Эта книга ни в коем случае не заменяет рекомендации врача, но расширяет кругозор и позволяет отнестись к проблеме повышенного давления творчески и даже… с некоторым юмором. Слишком серьезное отношение к жизни и неумение правильно расслабляться – основная проблема людей, страдающих гипертонией. Я очень благодарна всем своим пациентам, коллегам и моим прекраснейшим Учителям, с которыми встретилась в течение жизни. Особую благодарность выражаю А. Сыркину, В.Г. Кукесу, В. Прозоровой, Т.Д. Поповой, А.В. Самохину, Ю.В. Готовскому, С.В. Алешину, А.А. Филиппову, И.С. Ролику, О. Громовой, фирме «Арнебия», Клаусу Кюстерману, А. Мориц, Ж. Медведеву. Именно эти люди направляли ход моих мыслей и подтверждали правильность предположений.
…Передо мной сидит мужчина шестидесяти пяти лет – Иван Петрович. Это красивый, седовласый мужчина, с невероятно печальными глазами и глубокими, скорбными морщинами на лице, которые делают его значительно старше. Два года назад он ушел на пенсию. Жена привела его буквально «на канате» ко мне на прием. Я попросила ее немножко подождать в коридоре и оставить нас с мужем один на один. У мужчины – гипертония, он принимает атенолол в течение нескольких лет, но последнее время давление повышается и эффекта от лекарства не чувствует. За последние полгода гипертонические кризы наступают все чаще, явно есть депрессия и отвращение к жизни, слабость, но к врачам Иван Петрович обращаться не хочет категорически. Со слов жены, его чем-то сильно обидел районный кардиолог.
Иван Петрович сидит передо мной с откровенно недовольной миной, сложив руки на груди, как будто экзаменатор на переэкзаменовке нерадивой студентки.
Однако отчетливо видно, как сильно он волнуется – сидит на самом краешке стула, готовый сбежать при первых признаках опасности.
Я заполняю файл – имя-отчество, возраст, рост и вес (он их не знает, указываю на глазок), место жительства.
– На что жалуетесь, Иван Петрович? – задаю я банальный вопрос.
Иван Петрович криво ухмыляется и пытается неуклюже пошутить:
– На правительство!
– А может быть, что-то более конкретное вас беспокоит?
В кабинете воцаряется гнетущая тишина. Мы дружно молчим минуту, две, три…
– Я пришел сюда только ради жены… Измучила меня, три дня не разговаривала, игнорировала… пришел только ради жены, – наконец нарушил тишину Иван Петрович и тяжело вздохнул.
– А ради себя вы ничего не хотите сделать? – интересуюсь я. – Вы – молодой, красивый мужчина, вы просто обязаны за собой следить.
– Я?! Молодой?! Красивый?! Мужчина?! – ошарашенно переспрашивает он. – Да я – лишний человек! Я – на свалке! Меня вышвырнули эти молодые-красивые, как вы изволили выражаться! – Иван Петрович покраснел, преисполнившись праведным гневом, глаза его вращались, даже волосы, казалось, встали дыбом.
– Иван Петрович, попытайтесь успокоиться. Сейчас у вас есть шанс разобраться по-настоящему с вашей болезнью и «выдернуть» ее корни. Попробуйте рассказать все – с чего началась ваша гипертония, какие события вы пережили и что вы чувствовали, – постаралась я притормозить гневную тираду моего собеседника.
Он внимательно смотрит на меня, изучает, тщательно проэкзаменовав. Наверное, все-таки я – не двоечница. Возможно, у меня все-таки есть малюсенький шанс завоевать доверие Ивана Петровича. Неожиданно он смягчается:
– Вы чем-то понравились моей жене, она вам доверяет… Ладно, чего уж там, раз пришел, расскажу…
Он медленно начинает свой долгий рассказ.
Постепенно Иван Петрович, захлебываясь и периодически закипая, рассказывает о своей обиде. Он был заместителем директора небольшого завода, на котором работал начиная с практики на третьем курсе технического вуза, был невероятно «патриотичным» по отношению к заводу, много сделал нужных и полезных вещей, заботился о людях. Но пришли новые времена, и на смену пожилому директору, ушедшему на пенсию, назначили молодого, «нахального», который, по мнению Ивана Петровича, нахапает горстями, развалит завод и слиняет куда-нибудь в Швейцарию. Иван Петрович пытался приспособиться к новому начальству в течение трех лет, но постоянно конфликтовал. Молодой директор обижал его, несколько раз публично унижал, но Иван Петрович не мог уйти с работы – они с женой несколько лет строили небольшой домик в Подмосковье, надо было хотя бы дотянуть до чистовой отделки. Взрослые дети помочь финансово родителям не могли, скорее – наоборот, сами очень рассчитывали на помощь отца.
Именно после этих конфликтов, которых Иван Петрович не мог избежать или как-то адекватно на них отреагировать, давление стало прыгать, начались гипертонические кризы, и однажды даже случился эпизод амнезии.
Иван Петрович пошел на рыбалку расслабиться, но прихватил с собой мобильный телефон, новый директор позвонил ему и в очередной раз в грубой форме отчитал за какую-то мелочь. После этого Иван Петрович долго шел по лесу с удочками, заблудился, вышел в каком-то совершенно незнакомом месте и с большим трудом добрался до ближайшей железнодорожной станции, довольно далеко от своей дачи. Сосед, случайно оказавшийся на той же станции, узнал его и привез обратно на дачу, но наутро Иван Петрович ничего не помнил. Давление тогда оказалось очень высоким, его привезли в Москву, долго обследовали в ведомственной поликлинике, где еще сохранялась медицинская страховка с места работы, но ничего существенного не обнаружили, кроме слегка повышенного холестерина и проявлений гипертонии на глазном дне.
После этого эпизода Иван Петрович был очень напуган и принял решение все-таки уйти на пенсию.
Дома он не знал, куда себя деть, ведь работа составляла весь смысл его существования, пенсия оказалась унизительно маленькой, делать было откровенно нечего. Спасала только возня на даче, но осенью и зимой приходилось сидеть дома и постоянно вспоминать свои обиды.
После назначения атенолола у Ивана Петровича резко понизился уровень энергии, потенция также снизилась, начал беспокоить дискомфорт в области простаты. Он пытался менять дозу и ритм приема, но ничего хорошего из этого не получалось.
Скорее всего, атенолол просто не подходил в данном случае.
Отмечено, что длительное подавление приспособительной роли повышения артериального давления в условиях активной жизнедеятельности и психоэмоциональной напряженности может вызвать утяжеление гипертонической болезни.
Так, М.Е. Можайко в статье «Влияние бета-блокаторов на бронхиальную проходимость и показатели липидного обмена у больных пожилого возраста с ишемической болезнью сердца в сочетании с гипертонической болезнью» отмечал выраженный антиангинальный эффект и снижение артериального давления и вместе с этим появление у больных синусовой брадикардии, общей слабости, кожного зуда, аллергической сыпи, депрессии и постоянной тошноты.
Если Иван Петрович обратится все-таки к кардиологу, то ему наверняка назначат другой препарат – скорее всего, из группы ингибиторов АПФ (препаратов, которые блокируют активность ангиотензинпревращающего фермента – подробнее см. в главе 13), потом наверняка обнаружат высокий уровень холестерина и добавят препарат, понижающий холестерин, – зокор, симгал или какой-нибудь подобный. Иван Петрович и его жена – очень ответственные люди, они будут законопослушно покупать дорогостоящий препарат и аккуратно его принимать, но депрессия у Ивана Петровича усугубится, потому что препараты, понижающие холестерин, «обезжиривают» мозг и усугубляют депрессию. Скорее всего, слабость будет еще больше, потому что эти препараты также вызывают дополнительную слабость в мышцах. Очень высока вероятность того, что у Ивана Петровича начнется какое-нибудь другое заболевание, потому что депрессия может выражаться на физическом уровне в любой форме.
Какой же выход из данной ситуации?
Забегая вперед, сообщу: у Ивана Петровича сейчас все хорошо. Мы начали с ним с ликвидации его застойного очага возбуждения в мозгу в виде прошедшей обиды и подавленного гнева, провели коррекцию его питания, образа жизни и мыслей в целом, он научился расслаблению. После лабораторных обследований выяснилось, что у него очень высокий уровень гомоцистеина, который был скорректирован в течение пары месяцев.
Постепенно мы отказались от атенолола, он освоил тренажер Фролова и очень увлекся распространением этого дыхательного аппарата.
Конечно, я подобрала Ивану Петровичу гомеопатический препарат. Им оказался препарат ликоподиум (плаун булавовидный) в тридцатой потенции.
Самое главное – то, что я получила кредит доверия у этого человека, он последовательно выполнял всю программу лечения и после года такой терапии вновь пришел ко мне на прием. Один. Это был совершенно другой человек – с открытой улыбкой, добрым чувством юмора, за спиной он застенчиво, как подросток на первом свидании, прятал огромный букет цветов.
– Доктор, спасибо! Я стал другим человеком. Я даже благодарен своей гипертонии, потому что благодаря ей (и вам, конечно!) научился очень многим интересным вещам, узнал много нового – о питании, о витаминах, о гомеопатии, о дыхательных техниках, о методах расслабления. Освоил цигун. Во так-то! Оказалось, что в жизни еще так много интересного, теперь времени не хватает на все занятия. Даже смеюсь иногда над собой – какой же я был ершистый, как глупо конфликтовал! А ведь этот директор мой – мальчишка, мне бы ему помочь, а я в бутылку лез, гордился…
Вот такая история. И таких историй очень много. Гипертония многолика, у каждого человека она проходит индивидуально, со своим неповторимым началом и проявлениями. Поэтому каждый врач должен подбирать для пациента свою индивидуальную неповторимую «партитуру» в виде разнообразных (в том числе – немедикаментозных!) методов лечения.
Конечно, фармацевтические концерны заинтересованы в сверхприбылях, они гипнотизируют, промывают врачам мозги. А врачи замучены ненужной писаниной, огромными нагрузками и нехваткой времени. И самое главное, врачи так устают, что просто-напросто не имеют сил для того, чтобы узнать что-то новое, кроме знакомства с очередными новомодными таблетками, которые заботливые торговые представители приносят в поликлиники и больницы.
В этой книге я попыталась собрать наиболее интересные методы лечения и подходы к коварному и на первый взгляд такому хорошо изученному заболеванию, как гипертония.
Глава 1
Некоторые сведения о том, как устроена сердечно-сосудистая система
Несколько лет назад я случайно встретилась со своим знакомым, назовем его Настоящий инженер. Мы не виделись лет десять, за это время успели закончить институты и стать специалистами в своих областях. Настоящий инженер всегда отлично учился, закончил аспирантуру, написал диссертацию, защитил ее, а после этого немножко заскучал. Получилось так, что у него стало повышаться артериальное давление, хотя он был совсем еще молодым мужчиной. Конечно, он обратился к врачу, но доктор просто выписал ему препарат энап и не попытался разобраться в причинах повышения давления у этого молодого мужчины. Моему другу это совершенно не понравилось, он купил несколько журналов о здоровом образе жизни, попытался проделать какие-то очищения, которые не очень помогли, но зато для себя он сформировал некую модель организма – на свой, технический лад.
Настоящий инженер обрадовался возможности обсудить со мной свое новое увлечение: он решил вести здоровый образ жизни и попросил меня выслушать его идеи по этому поводу.
– Человеческий организм похож на машину! Это – сложно устроенный механизм. Надо просто заливать в него хороший бензин (еду и питье), чистить изнутри и снаружи, аккуратно ездить, вот и все! Зачем нужно заканчивать медицинский институт, когда и так все понятно! Проще простого! Кишечник – это гибкие шланги, сердце – это мотор. Даже в песне поется: «И вместо сердца – пламенный мотор». Разве не так?
Настоящий инженер гордо посмотрел на меня, ожидая реакции с моей стороны.
Мне стало и смешно, и немножко грустно.
– А вот суфий Ибн Араби в 1165 году писал о сердце более поэтично: «Мое сердце стало способно принять любую форму: оно и пастбище для газелей, и монастырь для христианских монахов…» Так что при желании у инженеров и механиков сердце может стать и мотором… Конечно, сердце – не мотор.
– Ну а как же практически поршневая система, гидравлическое устройство? – нападал инженер.
– Не буду с вами спорить, потому что не считаю, что в споре рождается истина. К сожалению, именно такие механические, грубые подходы к организму человека подчас заводят медицинскую науку в тупик. Организм человека устроен настолько гениально, что сердце никак нельзя сравнить с мотором. Если уж на то пошло, имеет смысл рассматривать сердечно-сосудистую систему в целом, где в неразрывной связи с сердцем работают венозная система и система мышц, сдавливающих вены и продвигающих венозную кровь к сердцу. Не говоря о том, что в организме еще имеется огромная система сосудов – артерии, артериолы, капилляры, лимфатическая система…
То, что сердце – насос, было придумано в XIX веке, в то время, когда только-только изобрели паровой двигатель и накачивающая работа поршней впечатлила первых физиологов. Да, сердце выполняет поршневую работу, но не тем способом, как предполагали, и сердце работает не само по себе.
Мой знакомый Настоящий инженер крепко задумался, что-то долго чертил на салфетке, потом залпом проглотил чашку крепкого эспрессо.
– Так-так-так! Я кое-то прикинул, подсчитал… Какова средняя длина сосудистой системы человека, если мы не будем брать в расчет капилляры?
– Примерно 27 километров.
– Тогда для получения нормального давления потребуется дизельный мотор с мощностью, нужной для работы грузового автомобиля.
– А еще и невероятно разветвленная система капилляров… Тоньше 0,1 миллиметра.
– Да! Это невозможно! Ведь движение крови в организме человека обеспечивается сердцем, мощность которого менее 1 киловатта.
– О! Не надо дальнейших рассуждений! – засмеялась я. – Я стала заниматься медициной исключительно из-за того, что плохо разбиралась в математике.
– Нет, нет! Здесь очень простая аналогия. Это то же самое, как если бы мощность насосов и расход потребляемой энергии для подкачки водопроводной воды в стоэтажном небоскребе, где, как и в сосудистой системе человека, система труб – параллельная и ветвящаяся, оказались бы во много раз меньше, чем в одноэтажном доме.
– Простите, вы – Настоящий инженер, а я – только врач, поэтому данные гидравлических и инженерных расчетов от меня далеки. Я просто хочу рассказать вам о его величестве – Сердце.
У разных народов сердце не только признавалось главным органом тела, но и его «князем». Аристотель считал, что сердце первым начинает жить и последним умирает, потому что вмещает душу. У будущего человека сердце начинает биться с 21-го дня после зачатия, в это время в закладке сердца нет ни нервов, ни коронарных сосудов.
В любых религиозных учениях сердцу придавали огромное значение: так, ученик Конфуция Мэн-цзы именовал сердце дворцом, который надо содержать в чистоте.
В исламе существует легенда о том, что Мохаммед имел чистейшее сердце, потому что ангелы в детстве извлекли из его сердца черную каплю первородного греха и очистили сердце снегом. Сам Аллах говорил: «Не небеса и не земля, а лишь сердце моего верного слуги (тела) содержит меня».
В 1194 году еврейский философ Моисей Маймонид видел определенную связь между Вселенной и сердцем. (Чуть позднее я приведу примеры самых новейших доказательств этой связи, открытых американскими учеными.)
– Да, да… А Иисус Христос… Его приглашение ко всем, кто страдает и стонет от бремени жизни: «Придите ко мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас, Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим, Ибо иго Мое благо, и бремя мое легко» (МФ, 11: 28–30). И знаменитая Иисусова молитва «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя, грешного» действует на сердечный центр.
– Так, кажется, мы очень далеко ушли в своих рассуждениях. Какое это все имеет отношение к проблеме гипертонии?
– Самое непосредственное! Мы так много говорим о сердце и его устройстве, а врач в поликлинике просто за две минуты примет решение – сунет очередной рецепт с новым химическим препаратом и – до свидания! Какие разговоры о сердце, о душе, о том, откуда взялась гипертония… Энап, клофелин, атенолол, симгал. До свидания, больной! Не мешайте работать, а если что не устраивает – идите к психиатру, наверное, у вас что-то нервишки шалят. Психиатр также за пять минут примет решение о назначении какого-нибудь модного антидепрессанта или транквилизатора – ну, прозак или афобазол и – до свидания, больной! Хватит ходить, нервы мотать. Вам не лучше? Тогда – в больничку. Там выпишут штук десять разных таблеток от всего, сразу успокоитесь.
Где душа? Где разговоры о человеческой боли, грызущей сердце? А может быть, давление повышается из-за того, что человек годами вынашивает скрытый гнев…
Препараты от давления придуманы для того, чтобы отделаться от симптома, а ведь это – только вершина айсберга.
Это прекрасно понимали китайские врачи еще много веков назад. Сердце в китайской медицине – это не только система, обеспечивающая кровообращение, но и компонент психической деятельности, сочетание телесного и духовного. Ведь на сердце сказываются события, происходящие с человеком, и во всех языках есть метафоры, отражающие эмоциональную жизнь сердца.
Сердце «волнуется», «подсказывает», «предчувствует», «тяжело на сердце», сердце «разрывается от горя», «выпрыгивает из груди», сердце «уходит в пятки», о любящих говорят, что «их сердца нашли друг друга».
Так что сердце – это не насос, далеко не насос!
Последние исследования, проведенные институтом «Харт-Мэт», установили, что сердце производит электромагнитную энергию. Она образует вокруг тела человека торус, или поле, которое расширяется до расстоянии полуметра от тела, и ее воздействие в пределах 90 см наиболее сильное. Этот диполь расположен под наклоном, торус функционирует как голограмма, то есть в любой его точке содержится информация о целом поле – в любом месте внутри сердечного поля представлены все частоты сердечного спектра. Это напоминает электромагнитное поле Земли. Предполагается, что есть Триада взаимодействий – Солнце, Сердце, Земля, которые постоянно обмениваются информацией, а мозг только выполняет определенные задачи, поставленные перед ним сердцем.
Универсальная, но в то же самое время – личная природа частотной сферы сердца, которую имеет каждый из нас, это еще одно проявление взаимодействия Создателя и созданного им.
– Вот почему гипертоники так уязвимы для магнитных бурь!
– Да, в Италии, в Миланском университете, существует целая кафедра, которая исследует только это воздействие. В частности, есть работы доктора Солимене и его группы ученых.
– Это очень интересно! Электромагнитные поля могут воздействовать на физическое состояние здоровья человека как положительным, так и отрицательным образом, на клеточном уровне. Исследования последних лет убедительно доказали, что определенные электромагнитные частоты могут изменять скорость выработки энзимов. ДНК очень чувствительна к электромагнитным полям, что может влиять на РНК и выработку белков.
– Это же очень важно!
– Но никто это не принимает во внимание! Например, у многих гипертоников криз может случиться рядом с высоковольтной линией или если они спят рядом с невыключенным телевизором или холодильником… Какой смысл тогда принимать таблетки, если причина повышения давления заключается в патологическом электромагнитном поле, окружающем человека… Но на давление действует и Луна, причем самым непосредственным образом. В полнолуние давление всегда немного повышается. Существует еще множество удивительных фактов, которые игнорирует медицинская наука. Но исследователи-энтузиасты во всех странах мира упорно доказывают, что механистические подходы к пониманию функционирования сердечно-сосудистой системы ограничены.
Можно обобщить это в виде следующих положений.
1. Электромагнитное поле сердца обладает голографической структурой и избирательно черпает информацию из частот, излучаемых Солнечной системой и окружающим миром. Большую часть электромагнитного спектра Земли, а также сердца составляют радиочастоты. Сердце, Земля и Солнце поставляют человеку главные материалы для осознания окружающей реальности.
2. С помощью специальных глиальных клеток нервная система человека забирает из электромагнитных полей материал, необходимый для структурирования мира, этот процесс координируется и проходит через сердце.
3. Эмоционально-распознающий мозг человека каждую минуту производит качественную оценку его опыта, складывающегося в результате осмысления картины мира.
4. Эмоциональный мозг человека обладает прямыми и непосредственными связями с сердцем. Через эти нервные связи сердце получает позитивные и негативные сигналы нашей реакции на происходящее в каждый конкретный момент.
5. Исследователи Швар и Рассек обнаружили, что сердце посылает сигналы мозгу (и наоборот), и зафиксировали изменения электромагнитной составляющей, а также изменения на звуковом и тепловом уровне. Если сердце получает какой-то негативный сигнал, то частотное поле сердца становится хаотическим.
6. Диалог между сердцем и мозгом – это динамика взаимодействия, в котором каждый полюс жизненного опыта (сердце и мозг) до бесконечности воздействуют друг на друга.
7. Когда сердце адаптируется, временно отказываясь от стабильной нормы существования, наше восприятие соответствующим образом меняется. Мир, который мы видим и ощущаем в состоянии страха, ярости, крайней опасности, состязания или борьбы, сильно отличается от того, какой мы ощущаем в состоянии гармонии и любви.
Настоящий инженер поморщился, но выглядел очень заинтересованным.
– Значит – опять надо любить? – усмехнулся он.
– Что значит «надо»? Это жизненно необходимо! Хотя бы для пользы своей сердечно-сосудистой системы.
Настоящий инженер серьезно задумался. Теперь он действительно захотел понять истинную причину своей гипертонии.
– С чего же начать, чтобы разобраться в моей проблеме? Ведь у меня мать и отец – гипертоники…
– В этом случае я бы посоветовала начать с определения генетической предрасположенности, или так называемого «генетического паспорта».
Настоящий инженер твердо решил в ближайшее время в обязательном порядке провести это исследование, тем более что оно делается один раз – и на всю жизнь.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?