Читать книгу "Жизнь отдам за тебя"

Глава 17

Громкий стук в дверь раздался неожиданно. Аля вскочила, испугавшись и не понимая, где находится. На ней была вчерашняя одежда, шея не поворачивалась, будто её кто свернул набок, ресницы слиплись. Но, придя в себя от повторного торопливого грозного стука, вспомнила, что не расстилала постель, так и уснула в углу с зайцем в обнимку.

Метнув взгляд в сторону кровати Даши, поняла, что та так и не появлялась.

Аля поднялась, мельком глянув на себя в зеркало, поморщилась от помятого вида, пригладила волосы у лица, почистила уголки глаз и открыла дверь.

За порогом, воинственно подбоченясь, стояла тётка Валя.

– Комнату освобождайте сегодня же! Завтра уже новые вселяются, – хмыкнула она.

Аля спросонья не сразу поняла, о чём речь. Взглянула на часы – только семь утра.

– Не поняла? – проронила Аля.

– Чего тут не понять? – недовольно фыркнула хозяйка. – Позаливают зеньки, потом не понимают, что добрые люди говорят. Вещи в руки и давайте отседова вместе с рыжей нахалкой!

Аля нервно заморгала и недоумённо вытянулась:

– Выражения выбирайте! С чего вдруг? Мы же вам только заплатили за месяц вперёд…

– А с того и вдруг, что мне тут Бандитский Петербург44
  Бандитский Петербург – выражение одноимённое российскому сериалу о мафии и заговорах «Бандитский Петербург».


[Закрыть] не нужен. Сказано – сделано, – грозно бросила тётка Валя.

Смысл происходящего до Али дошёл с трудом, не потому что не понимала – не верила, что её так подставили. Ярость забурлила лавой, от смеси несправедливости и ненависти грудь спёрло, а щёки зажгло.

– Что вам сказали? – процедила Аля сквозь зубы, придвинувшись к тётке.

– А что бы ни сказали, то дело уже сделано. У меня и без вас очередь на комнату большая, – фыркнула та, отступая, будто от прокажённой, или опасаясь. – Уже аванс внесли, да побольше вашего. Сказала: выселяйтесь, а то полицию вызову!

Аля открыла рот, чтобы выпалить гневную тираду, но сразу нагнали мысли: хозяйка с ними договор не заключала, деньги всегда требовала наличкой, они здесь на птичьих правах, вызовет полицию и будет права. У Даши временная прописка закончилась, а у неё самой даже паспорта нет. Замкнутый круг! И всё это на руку одному – Греку!

«Ну ты и мудак!» – прищурилась Аля, обещая ему развесёлую жизнь, и с неприязнью вперилась в глаза хозяйки:

– Да как вы можете? Мы живём здесь уже пять лет и ничего дурного вам не сделали. Оплату – вовремя. Нас дома практически не бывает – тишина и покой. Это вы нас каждый день пытаетесь прижать к ногтю ни за что!

– Поговори мне ещё! – зло проворчала та и снова отступила подальше, точно трусила.

– Дашу оставьте! Она здесь ни при чём!

– Да твоя Даша такая же разгильдяйка… хвостом повертеть, глядишь тоже приведёт бандюгана…

– Я разгильдяйка?! – возмущённо протянула Даша, входя в коридор, а в глазах уже сверкали молнии.

– Даш, нас выселяют, – напряжённо проговорила Аля, чувствуя, как от вины перед подругой пульсирует в горле.

– Что?! – вспыхнула Даша. – Да вы из ума выжили?! Мне плевать, что вы думаете обо мне… Но вы не имеете права…

– Я не допущу, чтобы тут бандюки шастали. Последнее вынесут! – отгавкивалась тётка Валька.

Даша побагровела так, что стала одного цвета с волосами. Выставила руки на бёдра и выплюнула:

– Боже, да кому нужны ваши ступа, метла и крысиный помёт по углам!

– Что?! – завизжала хозяйка, вытаращив глаза. – Ах, стерва ты рыжая! Проститутка дешёвая!

– Господи, да рот с Доместосом вымойте, интеллигенция хренова, – разошлась Аля. – Идите уже, чахните над златом, жаба вы бездушная! Помирать скоро, а у вас ни совести, ни души…

– Да я вам щас все патлы повыдергаю… – взвилась тётка Валя, схватив веник.

– Да что ж ты творишь, Валька? – выглянула из комнаты сонная Раиса Акентьевна. – А ну прекрати, чего ты на девчонок взъелась?

– Помолчи, старая! – крикнула та. – У тебя тут прав мало.

– А вы рот-то не разевайте на нормальных людей, а то я вам щас сама накидаю, – и Даша замахнулась на хозяйку ведром, что стояло в углу.

– Даш, иди собирай вещи! – крикнула Аля и ухватила подругу под локоть. – Из-за этой-то крысы в тюрьме сидеть? Не отмоешься.

Даша зло отдёрнула руку и с ненавистью плюнула под ноги тётке.

– Кто сказал, что я дешёвая? Подороже вас в молодости буду, – ухмыльнулась и скрылась в комнате.

– Ах ты… ты… – чуть не задохнулась от оскорбления тётка Валя.

Аля повернулась к ней на пятках и, едва сдерживаясь, выдохнула:

– Деньги верните за месяц!

– Ага, щас! – выкрикнула злыдня и скрутила фигу. – Вот тебе!

– Вы за своё ещё получите, – прошипела Аля, уходя в комнату.

Стиснув зубы, мысленно кляня одного единственного человека, который устроил ей этот кошмар, она захлопнула дверь, уже не осторожничая и не щадя других соседей, и рухнула на кровать.

Даша стояла перед сумками и смятенно перебирала пальцами волосы на макушке.

– Ты всё собрала? – ровно спросила Аля, но внутри дрожало, потому что не знала, что теперь скажет подруге.

– Холодильник только опустошить. Я этой жадобе и гнилой кочерыжки не оставлю, – бросила Даша.

Аля опустила глаза в пол и, почти перестала дышать, с отчаянной беспомощностью ожидая от подруги закономерного вопроса.

«Могла ли я этому помешать? Как? Что я должна была сделать? Теперь мы обе на улице и, если этот урод запрёт меня в той квартире, как я Даше в глаза буду смотреть?!» – Аля зажмурилась, чувствуя, как щиплет уголки глаз.

– Даш… – решила начать она, чтобы избавиться хоть от части напряжения, будто разряды тока, бегающего по телу.

– Меня щас стошнит от всего этого. Пошли отсюда! – тряхнула головой та и стала нервно собирать оставшиеся вещи в пакет.

Аля сжала губы и край матраса, вздохнула и поднялась.

– Пойдём. Всё равно ничего не изменить.

– Девочки, милые, – осторожно заглянула в комнату Раиса Акентьевна. – Не знаю, что нашло на эту женщину… Могу я вам хоть какую-то помощь предложить?

Аля и Даша переглянулись и, не сговариваясь, посмотрели на сумки.

– Можете ненадолго взять наши сумки к себе? – спросила Даша.

– Конечно, деточка! – охотно закивала старушка и сочувственно развела руки. – Вот приютить я вас не могу. Валя запретила, сказала: полицию вызовет. Да и спать у меня негде… На полу только что…

– Да что вы, Раиса Акентьевна, – через силу улыбнулась Аля. – Спасибо и за вещи.

– Ну… пусть у вас всё разрешится, – перекрестила девушек старушка и закрыла дверь.