Текст книги "Права и обязанности некроманта"
![](/books_files/covers/thumbs_240/prava-i-obyazannosti-nekromanta-207960.jpg)
Автор книги: Анастасия Никитина
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 6
Хочу быть собой
«С почтением, ваша любящая дочь Лира Мэй», – высунув от напряжения кончик языка, вывела я на дорогой бумаге, заканчивая обещанное письмо домой. Зачем это понадобилось матушке, я не понимала. Вилий окажется в поместье куда раньше, чем это послание, и наверняка будет с пристрастием допрошен о доставке моей драгоценной тушки в обитель знаний. Но спорить я не стала. Возможно, именно так и должно быть в нормальной семье, не чете той, прежней.
Я бросила запечатанное письмо на поднос у двери, откуда каждое утро дежурный по этажу в общежитии забирал почту, и завалилась на кровать с книгой. Кто бы сомневался, что мой выбор пал на том по артефакторике. Не далее как завтра мне предстояло вписать желаемую специальность рядом со своим именем на доске в главном зале. Не то чтобы меня вдруг обуяли сомнения, но лишний раз убедиться не помешает, рассудила я, и с головой погрузилась в увлекательный мир застывшей магии. В общем, с нетерпением ожидая новый учебный год, я совершенно упустила из виду, что и меня ждут… неприятности. Но об этом я тогда не подумала.
Утро встретило меня криком. Орало, конечно, не само утро, а злая и невыспавшаяся Тория, явившаяся в академию за два часа до первого занятия. Откинув полог, я лениво наблюдала, как она мечется по нашей общей спальне. Комната казалась раза в три меньше из-за заполонивших все и вся сундуков и чемоданов.
«Надо же, – все еще не до конца проснувшись, подумала я. – Кто бы мог подумать, что вещей у нашей красавицы еще больше, чем было в прошлом году у Лиры. Впрочем, дай я матушке волю, и у меня появилось бы что-то подобное».
Вспомнив о безразмерных сундуках, заготовленных тисой Мэй для любимой дочурки, я невольно поежилась. Только с помощью отца мне удалось отбиться от огромного количества тряпок самых безумных оттенков розового и голубого. Правда, заменить их на что-то менее кричащее мне так и не позволили. Но отец, воровато оглядываясь, вручил перед самым отъездом большой кошель с золотом: «Купишь себе все, что понадобится».
Намек я поняла и у портного, к которому специально ходила вчера, рассчиталась исключительно звонкой монетой. Прежде счета Лиры оплачивали родители и, соответственно, видели, что именно она покупает. Представив, что сказала бы матушка, увидев счет за темно-зеленые плащи, не говоря уже о практичных серых комплектах для тренировок, да еще готовых, а не сшитых на заказ, я окончательно проснулась и, выбравшись из-под одеяла, направилась в душ.
Тория, удостоив меня коротким приветствием и быстрым поцелуем в щечку, продолжила костерить кого-то из своих нерасторопных слуг, что-то напутавших с багажом. Ее вопли пробивались даже через шум воды. Я морщилась, но терпела. А что тут скажешь? Ну, привыкла она с прислугой говорить только на повышенных тонах. Неприятно, но не смертельно. Не бьет же, судя по высказываемым угрозам. А то я за каникулы о местных порядках много чего «вспомнить» успела.
Я проскользнула в отведенную мне гардеробную и быстро переоделась. Разумеется, все, хотя бы отдаленно напоминающее розовый шелк и ему подобное, я проигнорировала. Зато темно-зеленый, почти черный дамский камзол, украшенный серебряной вышивкой по обшлагам, сел как влитой. Уж не знаю, что послужило тому причиной, привычный цвет, именно такой, какой был у моего заслуженного в прошлой жизни плаща некроманта, или что-то другое. Но я влюбилась в эту тряпку с первого взгляда и заказала еще две почти идентичные на смену.
В бриджах и мягких сапожках оказалось куда удобнее, чем на каблучищах и в облаках шелка, доставшихся в наследство от той, прошлой Лиры. «Нет, матушка, – невольно подумала я, поправив воротник. – При всем уважении, больше никакого шелка в повседневной жизни!»
Недовольный голос Тории пробился через плотно закрытую дверь, и я, не выдержав, вышла в спальню.
– Ну хватит уже, Тори. Сколько можно?
– Сколько нужно, столько и можно! – огрызнулась та. – Я специально прислала вещи заранее! Чтобы все было готово к моему приезду. И на тебе! Как я теперь на занятия пойду?!
– Да ладно, – пожала плечами я. – Ты во всех нарядах хороша. Один день можно и пережить. А вечером я тебе помогу разобрать…
– Ты поможешь?! – вытаращилась Тория, и я поняла, что ляпнула что-то не то.
Проследив за ее взглядом, ошарашенно мечущимся между мной и забившейся в угол Мери, я заскрипела зубами. «Так вот на кого она орала!»
– Ну раз ты предпочитаешь разбирать сама… – протянула я, лихорадочно соображая, как выкрутиться.
– Да при чем тут я? – вновь обрела дар речи, а вместе с ним и раздражение, Тория.
«Я очень сильно изменилась за лето, – мысленно проговорила я, так и не придумав достойный выход, да и не желая бороться с собственным характером. – Я просто очень сильно изменилась за лето…»
– Притом, что здесь в обязанности Мери не входит разбор твоих чемоданов, – холодно уронила я. – Нам и не разрешают привозить с собой слуг, чтобы мы хоть немного научились самостоятельности. Поверь мне. Иногда очень пригождается. Недавно я в этом убедилась на собственной шкуре.
На этот раз на меня таращились уже две пары удивленных глаз.
– Ну, что так смотрите? – нахмурилась я и подпустила туману. – Рассказывать ничего не буду, сразу предупреждаю. Даже не спрашивай, Тори.
– Тебя летом похищали?! – ахнула Тория, прикрыв рот ладошкой. – То-то ты на мои письма не отвечала.
«А что было отвечать? – мысленно проворчала я. – Мне и на словах глупые сплетни обсуждать не хочется, не то что в письменном виде».
– Никто меня не похищал, – отмахнулась я и сменила тему. – Мери, ты идешь на завтрак? Тория? Там нас точно никто ждать не будет.
Но любопытство Тории не так-то просто было заткнуть.
– Вот это дела… – пробормотала она. – Значит, твой отец взбеленился-таки. Я же предупреждала, будешь наглеть – тебя запрут. Так и вышло.
– Завтрак? – напомнила я.
Мери поспешно ретировалась мне за спину. Тория, заполучив новый повод для размышлений, забыла о неразобранном багаже и, наскоро пригладив волосы, вышла в коридор вместе с нами. Шагая длинными переходами, я тихонько перевела дух. «Ну что же… Первый этап плана «она сильно изменилась за лето» можно считать выполненным. Девицы, конечно, в шоке, но в разные стороны с воплями «Спасите! Одержимая!» не разбегаются. И то хлеб. – Тут мне вспомнился неестественно сжавший коленки Рой, и я усмехнулась. – Второй этап…»
В столовой на меня некому было особо обращать внимание. Сгрудившиеся у входа первокурсники, моментально создавшие затор, вяло переругивались с парочкой оболтусов с нашего потока. Студенты постарше попросту перелетали через толпу, косясь на нее с видом сытого превосходства. Будущих выпускников так и вовсе не было – у тех еще не закончилась практика.
Я с трудом подавила желание тоже перепорхнуть через сонное сборище. Во-первых, отсутствовала уверенность, что я смогу это сделать так же легко и непринужденно, как в прошлой жизни. Все же настолько далеко мои эксперименты с Зеленым даром пока не заходили. Во-вторых, не хотелось в случае успеха объяснять Тории, откуда такие познания. И без того придется подкинуть ей пищу для размышлений. Да не раз, прежде чем она привыкнет, что Лира Мэй больше не носит кричащие тряпки, не интересуется парнями, а еще, вот ужас-то, учится, зараза такая.
Притормозив у большой доски объявлений, висевшей у самого входа, первое блюдо этой самой пищи я и сотворила. То есть подхватила стилус и аккуратно вывела напротив своей фамилии: «Артефакторика».
– Ты с ума сошла?! – не разочаровала меня Тория, едва не уронив свой собственный стилус.
– Вовсе нет, – в очередной раз пожала плечами я и прошла к столу.
«Не слишком ли сильно я изменилась за лето?» – подумала я минут двадцать спустя, вяло ковыряясь в тарелке с салатом. Почти каждый с нашего потока, кто подходил к спискам, таращился в мою сторону. Но сделанного было не исправить. К тому же я сильно подозревала, что мне удалось бы избежать удивленных взглядов, только написав «жена-хозяйка». А уж учиться на такую, с позволения сказать, специальность я не желала категорически. Прямо-таки до смерти не желала, да простит мне Последняя Гостья этот корявый каламбур.
Впрочем, как показало будущее, беспокоилась я совершенно зря. Тория мгновенно разнесла по академии новую сплетню: за Мэй всерьез взялись родители. И это объяснение устроило моих однокашников в полной мере. Зато чего стоило ошалевшее выражение на физиономии профессора Лерроя, когда он на вводном занятии зачитывал списки. Я чувствовала себя отомщенной за «жену-хозяйку» целых десять минут…
– Вы уверены, Мэй? – переспросил он, от удивления опустив привычное «тиса».
– Без сомнения, профессор Леррой, – пряча злорадную улыбку, склонила голову я и, не сдержавшись, ехидно добавила: – Вы же просили вас удивить. И отец мой выбор одобрил.
– Что ж. У вас получилось. Вы меня удивили, – взял себя в руки профессор. – И удивите еще больше, если останетесь в этих стенах после зачетной недели первого семестра.
– Я постараюсь, профессор Леррой, – захлопала ресницами я.
– Постараться придется, – кивнул он и отвернулся.
Но и потом, одну за другой зачитывая фамилии студентов нашего потока и сразу на месте заполняя индивидуальные расписания, старик поглядывал в мою сторону. Однако не с подозрением, как я опасалась, а скорее заинтересованно. От этого я чувствовала себя и отомщенной и счастливой одновременно и буквально нежилась в этих взглядах как разомлевшая кошка.
Как уже было сказано, почивать на лаврах мне довелось ровно десять минут.
– Тис Орлей выразил желание составить компанию нашей любительнице сюрпризов, – провозгласил Леррой и расплылся в понимающей ухмылке.
Я мысленно выругалась. Не иначе как проф решил, что я записалась на артефакторику в надежде и дальше списывать все подряд у Орлея!
– Имейте в виду, Виктор, и вы тоже, тиса Мэй, – подтвердил мои подозрения профессор, – на втором курсе никто не будет смотреть сквозь пальцы на ваши бездарные хитрости. Вам просто не дадут такой возможности.
– И в мыслях не было, – проворчала я.
– Очень на это надеюсь, – хмыкнул Леррой. – Вы же обещали меня удивить.
– Обязательно, профессор, – огрызнулась я, спиной чувствуя горящий взгляд Орлея.
К концу вводного занятия хорошее настроение покинуло меня окончательно. Мало того что большинство лекций все равно оставались общими для всего потока, а значит, от внимания обиженных вчера оболтусов мне не отвертеться. Так еще и желание заниматься артефакторикой выразили всего двое: я и Орлей.
Теперь-то я поняла, что имелось в виду в брошюрке по специальностям, где артефакторику называли не только крайне сложной, но и очень редкой профессией. «Интересно, Орлей сам надумал или записался на этот курс исключительно ради моей скромной персоны? – зло размышляла я, почти не слушая, что там вещает Леррой о правилах и наказаниях в этом году. – Одна надежда, что, переоценив свои силы, прилипала вылетит из академии после первого семестра и я наконец буду избавлена от его назойливого внимания. В любом случае, если он полагает, что я буду бегать к нему за подсказками, как прежняя Лира, то он очень сильно просчитался».
Последняя мысль несколько примирила меня с действительностью, и я раскрыла свое расписание. Стоило все же разобраться, что ждет меня завтра и какие книги надо будет брать в библиотеке.
Судьба оказалась милостива к моим нервам хоть в чем-то. Преподаватель по артефакторике должен был прибыть в академию только на следующей неделе. Никто не ожидал, что на нашем потоке найдутся самоубийцы, выбравшие из обширного списка эту специальность. Сей факт хоть и ненадолго, но отодвинул неизбежные встречи с Орлеем и, пожалуй, спас меня от костра. Потому что, если бы мне ко всем посыпавшимся мелким проблемам пришлось еще и каждый день посещать лекции, предназначенные исключительно для нас двоих, я бы точно кого-нибудь прибила.
Зато прочие напасти меня не миновали. И глупо было ожидать чего-то иного. У неприятностей было несколько имен, но все они сходились в одном – отравляли мне жизнь.
Корве, похоже получивший от своего папаши качественную трепку, вел себя в высшей степени учтиво. Когда я на него смотрела. Но стоило мне отвернуться, как начинались всякие чудеса.
Так моя сумка вдруг закрылась намертво после того, как мимо с независимым видом проследовал этот золотой мальчик. Прежде чем мне удалось добраться до содержимого торбы, я успела проклясть все на свете, заслужить недовольный взгляд тисы Вердан за отсутствие учебника и мысленно пообещать Рою безвременную, но очень болезненную кончину.
Вместо обеда я спешно понеслась в библиотеку. Но ничего похожего на энергетический рисунок, украсивший мою сумку благодаря мстительному идиоту, так и не нашла. Пришлось, воровато озираясь, попросту взламывать магический запор, воспользовавшись навыками из прошлой жизни. Зеленый дар отозвался мгновенно и как будто даже радостно, как соскучившийся друг. Я нервно захихикала. «Правильно говорили наши наставники, некромантия – это не магия, это стиль жизни».
Но, так или иначе, в результате я осталась без обеда и полдня таскала учебники и конспекты в руках: разбрасывать зеленые молнии всякий раз, когда потребуется стилус или клочок бумаги, мне не хотелось. Я все еще до конца не поверила, что цвет магии могу видеть только я. Чары, наложенные подлым Корве, ослабели только к вечеру. Как раз к тому моменту, когда я в мыслях уже обещала ему не только скорую и болезненную, но и многократную кончину.
Стилус, самовольно нарисовавший в конспекте рожицу на общей истории, и окрасившаяся в ядовито-зеленый цвет шевелюра меня тоже не порадовали. При этом Корве под плохо скрытые хихоньки Альва неизменно предлагал помощь. Я так же неизменно ее отклоняла. Подобное противостояние не могло длиться долго. И апогей тупости в исполнении местной золотой молодежи не заставил себя ждать.
Перед бытовой магией, на которую благодаря опять же неуемному бывшему женишку я сильно опаздывала, пол под моими ногами вдруг превратился в ледяной каток. Взвизгнув, я чуть не сверзилась с лестницы. И, о чудо, была поймана крепкими руками моего ухажера за долю секунды до бесславного падения.
Ну это он так думал. А по правде, за долю секунды до того, как я активировала защитный кокон. Понятное дело, что о магии Лиры я в тот момент даже не вспомнила.
Сначала я не испытывала ничего, кроме облегчения: мало ли кто мог обратить внимание на такую сложную магию у простой второкурсницы. А вот потом в груди ярко-зеленой змеей поднялась ярость. «Да что этот малолетний говнюк себе позволяет?! А если бы я снесла его с ног или он сам промахнулся?! Убью скотину!»
Рой, не подозревая о моих мыслях, передал мою подрагивающую от смеси ужаса перед возможным разоблачением и ярости тушку с рук на руки Дону, а сам, картинно вскинув ладони в классическую позицию боевого мага, поскакал вверх по лестнице.
– Что это было?! – прошипела я, отталкивая парня.
– Там… Э… Ребята видели… – Дон мычал, отводя глаза, но я продолжала сверлить его взглядом, ожидая ответ. – Они там кого-то видели, – пробормотал тот, хотя ему было заметно не по себе.
«Ну хоть кому-то, кроме меня, этот театр тоже не нравится. У этого остатки здравого смысла еще живы, – зло подумала я, пройдясь по одежде отглаживающим заклинанием. – Корвизм совести прогрессирует, но пока не зашел слишком далеко. Может, отобрать у сиятельного лорда Корве мальчика на побегушках? Мне бы не помешал нормальный товарищ. Не с Тори же боевуху отрабатывать. А этот вроде не совсем пропащий…»
Я окинула взглядом покрасневшего до корней волос Дона, сосредоточенно разглядывающего стену. Точно. Совесть явно в наличии, слишком нагло врать не хочет. Решено. Берем. Заверните.
Пока я осматривала, в моем понимании, уже бывшего члена золотой тусовки, члены действующие прискакали обратно.
– Мы его не догнали! – картинно выдохнул Альв, отводя с лица чрезмерно длинные, но красивые волосы.
– Кого? – скептически поинтересовалась я.
– Орвея! – воскликнул Корве.
А хорош стервец. Актер от Создателя. Я бы, пожалуй что, и засомневалась в собственных догадках. Да вот только красная до корней волос физиономия приглядывавшего за мной подельничка да скользнувший в сторону взгляд Альва нивелировали весь его актерский талант. Корве и сам это моментально понял и, подхватив меня под локоток, отвел в сторону. Да еще и спиной к своим дружкам развернул. Я не сопротивлялась: на бытовуху и так безбожно опоздала, можно и послушать.
– Тиса Мэй, – серьезно заговорил он, убедившись, что ни Альва, ни Дона я со своей позиции видеть не могу, – мы с вами немного не поняли друг друга. Признаю, я был безумно зол после той встречи у библиотеки…
– А нечего было руки распускать, – пожала плечами я.
Корве скрипнул зубами, но лицо удержал.
– Я был не прав. И злился, конечно. Знаешь, какую головомойку мне папаша устроил?
– Твои проблемы. Повторяю, нечего было распускать руки!
– Да что ты заладила! Сказал же, извини! – окончательно сбился с высокопарного тона парень. – Но и коленки распускать мы с тобой не договаривались!
Я с трудом удержалась от вполне закономерного вопроса и выжидающе посмотрела на Роя. Чуть позже разберусь, о чем таком он договаривался с пубертатной интриганкой.
– Короче, стилус зачаровать или волосы перекрасить – это одно. А вот к сегодняшнему я отношения не имею.
– Да ну… – недоверчиво протянула я. – И вот так прямо случайно тут нарисовался?
– Представь себе, да, случайно. Я, между прочим, тоже на бытовуху хожу. А мы в трех шагах от этого кабинета.
«Так уж и в трех, – фыркнула я. – Туда еще топать и топать».
– И Орлей тоже, – продолжал Рой, не подозревая о моих мыслях. – Я тебе сто раз говорил, отвадь ты его. Темный он и якшается с такими же. Мы его видели! Это он заколдовал пол!
Ура! Тайна раскрыта, и благородный герой-спаситель ждет награду! Что это будет? Поцелуй прекрасной дамы? Или надушенный платочек? Делайте ставки, высокородные тисы, делайте ставки!
– Понятно, – равнодушно сказала я, вылив весь доступный сарказм мысленно. Бедный Корве аж рот разинул от такой несправедливости. Мол, а где овации для героя? – Но, я думаю, нам давно пора на бытовую магию. Профессор Вердан…
– Тоже мне проблема. Ты же у нее в любимчиках ходишь, – перебил Рой, решив, что обнаружил причину моей странной реакции. – Ничего она тебе не скажет.
– Так уж и в любимчиках, – ухмыльнулась я, высвобождая локоть из его пальцев. – А вам тоже не скажет? Тем более если мы туда вместе ввалимся.
– А мы вообще не пойдем. В первый раз, что ли?
– Тогда мне пора, – хмыкнула я и, ужом проскользнув мимо ничего не понимающих оболтусов, побежала по лестнице.
«Значит, Орлей, мальчики? – думала я, шустро перебирая ногами по пустынным коридорам. – Можно было бы и поверить. Да вот здравый смысл мешает. Чтоб Орлей прогулял хоть что-то? Этот заучка? Не верю! А вот о чем таком договаривалась Лира с Корве? Вроде ни о чем? Так, для красного словца ляпнул?»
Стоило задать себе прямой вопрос, как всколыхнулись воспоминания Лиры. Я чуть снова не кувыркнулась на ровном месте, когда поняла, в чем там было дело. Рой Корве не хотел сразу после школы жениться. Ни на очищающей, ни на ком бы то ни было еще. Парня вполне устраивала жизнь богатого и свободного гуляки. А вот родители, до сих пор сквозь пальцы смотревшие на легкомысленность любимого отпрыска, узнав про очищающую, узду затянули моментально. И тогда мальчику пришел в голову гениальный план. Он обхаживает Лиру, но так неуклюже, что та артачится, но карманные деньги продолжают капать с положенной скоростью, ведь послушный сын выполняет волю родителей. Увы и ах, девичьему сердцу не прикажешь.
Я в очередной раз обругала наследственную память. Живу новой жизнью чуть больше двух месяцев, а в неприятности благодаря идиотской системе «задай вопрос – получишь ответ» вляпалась уже раз двадцать! Вот и об этой заморочке придурковатого Корве Тория рассказала моей предшественнице еще в прошлом году. Последняя Гостья знает, откуда ушлая подружка черпала сведения, но…
Спохватившись, что уже минут пять стою перед дверью в кабинет бытовой магии с тупым отсутствующим видом, я постучала и вошла. Позже обдумаю, что делать с недоухажерами, доставшимися в наследство.
– Простите, профессор Вердан, – покаянное лицо и просительный тон, – я…
– Садитесь скорее, тиса Мэй. Мы как раз закончили разбирать плетение, но вы, думаю, прекрасно обойдетесь и без подробного разбора.
Улыбнувшись, хорошо все-таки быть любимчиком, Леррой бы три шкуры спустил с загулявшей ученицы, я окинула класс коротким взглядом. Благо на втором курсе пятерками больше не работали. Но единственная пока не вскрытая коробка с рабочими материалами стояла в дальнем углу на столе Орлея. Парень, разумеется, уже пожирал меня жадными глазами. Ну уж нет. Точно нет!
– Профессор Вердан, а можно я сегодня сяду поближе к вам? Объяснения я прослушала, вдруг натворю что-нибудь не то.
– Конечно, тиса Мэй, – благосклонно кивнула Вердан. – Никогда не понимала, почему студенты всегда игнорируют первый стол.
Я мысленно ухмыльнулась: кажется, на ровном месте заработано еще одно очко в пользу любимицы строгой профессорши.
Профессор Вердан сверкнула кольцом, разом переместив на первую парту приготовленные для меня рабочие предметы. На Орлея я не смотрела, послав дорогому профессору восхищенную улыбку: какая точность, какой профессионализм. Коробка даже не покачнулась, а мелкие фиговины, которые я поначалу и не заметила, выстроились в такой же ровный рядок, как и раньше. Но и теперь мне не суждено было спокойно поработать. Едва я села, как у Орлея в углу что-то грохнуло, и под потолок рванулся визг его перепуганной соседки.
Я, как и все присутствующие, обернулась. Виктор, уперев взгляд в пол, стоял возле раскрывшейся как невиданный цветок медной колбы, с ног до головы уляпанный какой-то белесой массой. Очень горячей массой, между прочим. От пятен до сих пор поднимался пар.
– Тис Орлей! – всполошилась Вердан, взмахом руки уничтожая дымящуюся субстанцию. – Чем вы меня слушали?! А если уж не слушали по обыкновению, так почему не читали описание?! Опять ваши безответственные эксперименты?! Еще одна подобная выходка, и я вынуждена буду отстранить вас от моих занятий! Отправляйтесь в больничный корпус живо!
Виктор, не говоря ни слова, вымелся из кабинета, и я, мысленно согласившись с обозленной профессоршей, развернула свою инструкцию. Эксперименты штука хорошая, но уж точно не в классе, полном студентов. А если бы я сама торчала в том углу, как предполагалось? Да меня бы окатило еще похлеще самого Орлея! Хотя я не могла не признать, что выдержка у парня имеется. Обварился он качественно, но даже не пискнул.
Выбросив из головы глупое поведение мальчишки, я занялась собственным заданием: еще только не хватало ошибиться и вытворить что-нибудь подобное. У меня слишком многое запланировано на три года учебы, чтобы тратить время в больничном корпусе. Хотя, может быть, полежать пару дней в покое и пошло бы мне на пользу. Возможно, там я наконец разобралась бы с наследственными воспоминаниями. А то система «задай вопрос – получишь ответ» меня не радует совершенно. Откуда узнать, какие вопросы задавать, прежде чем обнаружишь, что вляпалась по самые уши?!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?