Текст книги "Пояс отчуждения"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poyas-otchuzhdeniya-207659.jpg)
Автор книги: Анастасия Соболевская
Жанр: Социальная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
«23 августа 2153 года», – написала Айла. Орешек усадил своё громоздкое тело рядом, положив голову на подлокотник, и, виляя пушистым хвостом, терпеливо ждал, когда же его соизволят погладить.
Джойс шикнула на него, и Орешек с понурой головой покинул Айлу, найдя новое пристанище под столом. Видимо, из всех присутствующих здесь животных только пёс покорно слушался свою хозяйку.
«Состоите ли вы сейчас в близких отношениях с кем-либо?»
– Это здесь при чём? – возмутилась девушка.
– Это на случай, если с вами что-то случится, – ответила Джойс. – Мы, конечно, все здесь под присмотром, но, если вы пострадаете, людям, которым вы дороги, об этом доложат. Это же не тюрьма.
– В каком смысле, если я пострадаю?
– Ох, разве Роман ещё не давал вам инструкцию по безопасности? Не волнуйтесь, это обычная формальность. Понимаете, – девушка чуть подалась вперёд, – когда «Мэссив Генетик» ещё только начинал разработку ревинтола, находились те, кто решал, что их способность к регенерации после введения сыворотки становится безграничной, и считал необходимым устраивать некоторые эксперименты.
– А это не так?
– Конечно, нет. Добровольцы обладают способностью быстрее остальных залечивать раны, но они не бессмертны. – Джойс, будто опомнившись, махнула рукой. – Хотя что я вам говорю, вот.
Она протянула Айле небольшую брошюру.
– Это правила безопасности. У вас будет время ознакомиться с ними. Там нет ничего особенного, просто небольшие выдержки из лекций профессора Аяр о регенерации вообще и о ревинтоле в частности. Когда вы её прочтёте, сами всё поймёте. Но это позже. Сейчас вам нужно заполнить анкету, чтобы я могла внести её в базу.
Анкета была небольшой и в основном касалась различных навыков, которыми человек мог овладеть до попадания в Пирамиду. Айла ничем особенно не владела, разве что неплохо рисовала. Хотя куда ей до своей знаменитой прабабки, чьи картины вдохновляли людей? Сама Айла разве что могла задумчиво чиркать ручкой в блокноте, пока висела на телефоне в ожидании, когда кто-нибудь в отделе статистики ответит на звонок.
– И разве у меня сразу не снимут отпечатки пальцев, например? Чтобы ввести в моё личное дело.
– Планшет их уже снял, – добродушно ответила Джойс, не поняв шутки. – В чехол встроены специальные сенсоры. Ваши отпечатки уже в базе.
Молочно-дымчатая дверь в кабинет директора открылась, и оттуда вышел Роман. Джойс хотела что-то ему сказать, но Вечный Наследник прожёг её взглядом и со скоростью пули метнулся в сторону выхода.
Джойс немного помедлила, но нажала на кнопку переговорного устройства.
– Госпожа Сантери, ньети Адлер ожидает в приёмной.
Ответ последовал спустя несколько секунд. Из динамика послышался мелодичный и лёгкий, как воздух, женский голос, будто его обладательница не срывалась на крики пару минут назад.
– Пусть войдёт. Я её приму.
Глава 6
![](i_001.png)
Повсюду в кабинете госпожи Сантери стояли тигровые лилии, что резко контрастировало с навязчивой белизной стен и мебели. Эти вспышки оранжевого цвета будто вступали в какой-то диссонанс с враждебной стерильностью просторного помещения и боролись за право быть там, отчего смотрелись весьма выигрышно, отвлекая всё внимание посетителей на себя.
Аврора, облачённая в больничный халат, сидела за широким рабочим столом и подписывала какие-то бланки. При первом взгляде на эту женщину можно было подумать, что она сделана из фарфора. Очень светлая кожа светилась голубоватыми прожилками, тонкие запястья украшали плетёные браслеты из золота, на длинной шее висело дорогое жемчужное ожерелье, изящная оправа очков поблёскивала вокруг светло-зелёных выразительных глаз в обрамлении тонких морщинок – казалось, эта женщина разобьётся на осколки, если топнет ногой. Айла заметила в мусорном ведре разбитую стеклянную вазу и сломанную лилию, и ей вспомнился раскрасневшийся в гневе Куцый Вольски. Похоже, Авроре всё же иногда приходилось топать ногами.
Когда матовое стекло сомкнулось за спиной Айлы, госпожа Сантери отвлеклась от бумаг и посмотрела на неё поверх очков.
– Прошу, присаживайтесь.
Вживую голос Авроры оказался ещё более воздушным, чем слышался через динамики.
Она указала взглядом на белоснежный кожаный диван.
– Я надеюсь, вас не смущает высота?
Диван стоял у наклонной стеклянной стены, откуда открывался вид на весь восток.
– Если честно, здесь высоковато. – Айла нерешительно присела на край, стараясь не смотреть в окно.
– Мы специально строили Пирамиду с прозрачными стенками. Из кирпича и бетона здесь сделаны только внутренние перекрытия и стены на этажах под землёй, где находятся кладовые и коммуникации.
Айла не сразу заметила едва уловимое сходство между Авророй и Джойс. Похоже, девочка из железа была её дочкой.
И всё-таки глава Пирамиды недавно плакала – глаза Авроры были немного красными. Улыбка скользнула по её тонким, но красиво очерченным, тронутым персиковой помадой губам.
Блуждающий по незнакомой обстановке взгляд Айлы остановился на триптихе на внутренней стене, за которой притаилась зона отдыха. На нём изображались непонятные, будто парящие в невесомости существа с ножками на головах, расправленными во все стороны.
– Это гидры, – ответила на безмолвный вопрос гостьи хозяйка кабинета. – Одни из существующих в мире бессмертных существ. Их стволовые клетки не стареют. Гидра размножается почкованием, а это значит, что она практически бесконечно плодовита. Кроме того, в её геноме есть особый ген, который отвечает за иммунитет, что даёт возможность этому существу жить вечно.
– Интересно.
– Действительно, – Аврора сделала вид, что не заметила нотку сарказма в голосе Айлы, и отложила бумаги. В рыжем луче закатного солнца её белокурые волосы сверкнули золотом. – Это существо относится к простейшим, – улыбнулась она, – а мы уже полвека бьёмся над тайнами её генов.
– А это не похоже на гидру, – Айла кивнула в сторону противоположной стены, где от пола до потолка располагалось изображение грибовидной медузы с красной сердцевиной.
– Turritopsis Nutricula, – пояснила Аврора и развернулась в сторону гостьи. – Это единственный известный науке вид медуз, который считается бессмертным, если, конечно, не уничтожать их физически. Как известно, жизненный цикл медуз заканчивается сразу после репродукции, но этот вид способен после размножения немедленно перестраивать структуру собственных клеток, обновляя их и регенерируя, тем самым начиная свою жизнь заново. Это существо по размерам не превышает пяти миллиметров, а не дает покоя учёным уже несколько веков. Я рада, что вы пришли.
Королева. Вот на кого была похожа эта женщина. Настоящая королева, царица. А Пирамида была её царством, государством в государстве. Айле отчего-то стало неловко в присутствии этой женщины. Будто одним своим обликом она, Айла, не соответствует какому-то негласному стандарту этого помещения.
– У меня не было выбора, – ответила Айла. – И вам это известно.
– Верно, – доброжелательный тон Авроры будто ветром сдуло. – Но это был и не мой выбор тоже.
– Зачем мне вкололи сыворотку? На том мосту пострадали десятки. Почему я?
– Когда мы узнали, что вы с братом попали в больницу, его контракт оказался под угрозой расторжения по причине форс-мажора, что значило, что всю внесённую нами авансом за несколько месяцев оплату в вашем случае заберёт банк Гёльдерлина. Я не могла этого допустить, поэтому вы стали приоритетной заменой. Мы сделали необходимые тесты и выяснили, что у вас не будет аллергической реакции на ревинтол, как и у вашего брата. Поэтому мы и ввели сыворотку вам вместо кого-то ещё. Если бы ваш брат – кстати, весьма приятный молодой человек – не уговорил меня и менейра Вольски перевести деньги до того, как он окажется в Пирамиде, вы сейчас были бы мертвы.
– Что будет с его телом? – спросила Айла.
– Генерал Бранд уже распорядился о похоронах, – покровительственным тоном ответила Аврора. – Примите мои соболезнования.
– Спасибо, – поблагодарила девушка, несмотря на безразличный тон, которым эти соболезнования были произнесены.
– Итак, что бы вы хотели узнать? – спросила Аврора.
– Что теперь будет? Уйти-то я теперь не смогу. Чего мне ждать? Меня запишут в армию или что-то вроде того?
– Что-то вроде того. Добровольцы Пирамиды не являются контрактными военными. Пирамида работает на «Треангул», но мы не призывная комиссия. Наши люди только помогают военным. Да, здесь есть площадка, где военные проходят обучение, но вы не будете иметь к ним отношения.
– А физподготовка? В договоре говорилось, что такие, как я, будут сдавать нормативы «Треангула».
– Да, – кивнула Аврора и сложила руки на животе. – Мы должны отслеживать вашу реакцию на ревинтол. Любая физическая активность – своего рода стресс для вашего организма, и ревинтол реагирует на него.
– И он может отреагировать как-то не так?
– Пока острых реакций выявлено не было, разве что у некоторых добровольцев появляется бессонница. Но наши врачи с этим справляются. Вам не о чем беспокоиться.
– Даже о репортёрах? Когда я покидала больницу, меня окружило штук двести этих кровопийц. Вряд ли они оставят меня в покое и здесь.
– О, не стоит преувеличивать, ньети Адлер, их было всего тридцать восемь. У Джойс ушло много времени, чтобы обзвонить все редакции города и сообщить, что вы выжили.
– Так это подстроили вы? – Айла мгновенно выпрямила спину, удивляясь подобной наглости.
– Разумеется. Вы же не думаете, что журналисты обычно случайно проходят мимо нужного места на карте? Им всегда сообщают, где быть и зачем.
– Знаете ли, это было унизительно…
– Это был идеальный информационный повод, – почти не утруждая себя, перебила её Аврора. – Теперь ваше имя не сойдёт с первых полос несколько дней. Сами подумайте, дочь самого Нерушимого Генерала теперь работает на Пирамиду. Ваше присутствие здесь облегчит жизнь многим людям.
– И даст повод для громких заголовков.
– А там, где есть громкие заголовки, там всегда присутствует интерес.
– И деньги.
– Как следствие.
– Мне это не нужно.
– А это и не должно быть нужно вам. Это нужно мне. Я веду сложную работу, а вы поможете её облегчить.
– Вы собираетесь зарабатывать на моём имени?
– Не на вашем имени, а на имени покойного генерала. И мне не нужно ваше согласие. Понимаю, вы злитесь, но на данный момент с этим фактом лучше смириться.
– Вы с Романом два сапога пара.
– А вы похожи на отца – тоже живёте в мире иллюзий. Айла, я не собираюсь становиться вашей подругой или матерью. Я – ваш начальник, Роман – ваш начальник, а вы – подчинённая. Вы – очередной пункт в моём отчёте генералу Бранду. И лучше вам уже это понять.
– И в мыслях не было становиться вашей подругой.
– Тогда у меня на этом всё, – сказала Аврора, возвращаясь к документам. – Пару дней вы будете находиться в боксе для адаптации, где вам выдадут свод правил «Мэссив Генетик», позже вас обследуют, выдадут форму и определят в общую комнату к остальным новичкам для теста крови. Приятного вечера.
Глава 7
![](i_001.png)
Жилой бокс для адаптации был светлой комнатой размером три на четыре метра, куда вёл длинный коридор, который на сектора делили магнитные рамки, каждая из которых считывала параметры лица Айлы и требовала подтверждение личности с помощью карточки сопровождающего персонала. Комната была белой и обитой мягкой тканью, как палата в сумасшедшем доме, хотя профессор Аяр объяснила, что ткань на стенах создаёт более уютную атмосферу, чем кафель, которым отделывают стены в лабораториях, или бетон в казармах, где живут прошедшие тест.
Когда Айла увидела ассистента Сели Аяр, который всюду молчаливо следовал за ней, то по ошибке приняла его за такого же андроида, за которого недавно приняла и Джойс. Это был весьма миловидный парень лет двадцати двух с невероятно гладкой кожей, которая больше походила на равномерно нанесённый на пластиковый каркас полимер, чем на живой эпидермис. Волосы его были прилизаны к черепу настолько ровно, что казалось, если по ним провести пальцем, они заскрипят. Всё в облике этого молодого мужчины будто кричало, что он не был рождён живым человеком, а был создан на конвейере по какому-то трафарету, даже глаза его блестели, будто стеклянные. Он всё время молчал и стоял у стены в обнимку с какими-то бланками, оживляясь, только когда Сели обращалась непосредственно к нему. Хотя слово «оживлялся» было не совсем верным. Скорее, он выходил из режима сна, как компьютер, и кивал в ответ на задание.
– А что это с ним? – тихо спросила Айла, не желая привлекать внимание странного ассистента, когда тот аккуратно складывал на её подушке полотенце.
Но Сели ответила громко:
– Нет нужды шептать. Это Майло. В детстве у него обнаружили синдром Ходячего Мертвеца. Вы же слышали о нём? Год назад ему сделали последнюю операцию.
– Так он что, теперь не человек? – Айла озадаченно покосилась на Майло, который продолжал всё так же степенно заправлять углы её одеяла под матрац.
– Нет. Он андроид на 99 процентов. От человека у него остались только зубы и дёсны. Всё остальное – полимеры и бионические импланты.
Оставляя Айлу в комнате, профессор Аяр показала ей пульт управления телевизором, который занимал полностью одну из стен.
– Здесь, – она протянула толстую, переплетённую и завизированную бумажную пачку, – собраны все правила, по которым живёт и работает «Мэссив Генетик». Их много, но они учитывают все необходимые аспекты, чтобы обеспечить жизнедеятельность Пирамиды и безопасность её обитателей, принимая во внимание их возможности и потребности. Советую для начала ознакомиться с этим документом. После вам выдадут временный пропуск на все этажи, но далее ознакомительных ярусов вы не сможете пройти – доступ по пропуску ограничен. Да, на всякий случай уточняю, все сороковые этажи – это администрация, на тридцатых располагаются лаборатории, на двадцатых – охрана и больничные боксы с изоляторами, на десятых – конференц-залы, на этажах от первого до десятого – всё, что касается военной службы. Когда вы пройдёте тест крови, вам выдадут пропуск на первые десять этажей, на остальные вы сможете попасть только в сопровождении капрала Каана. План ярусов для ознакомительной экскурсии вы найдёте в планшете, куда уже записан ваш маршрут. Через наушники электронный гид сориентирует вас на этажах. Ужин вам принесут через час, после можете быть свободны. Завтра вам проведут медосмотр. Если ночью у вас будет бессонница, сообщите через пульт на стене. – Она указала на небольшой прибор с экраном у входной двери. – Наша штатная медсестра принесёт вам успокоительное. Не стоит этого бояться или стесняться, новенькие очень часто страдают расстройством сна после введения ревинтола. Бояться уколов или таблеток тоже не стоит – все лекарства прошли необходимые исследования и сертификацию.
Айла кивнула.
– До встречи. – Глава отдела приняла её кивок за согласие. Оставив сборник правил Пирамиды на кровати, она удалилась.
Айла огляделась – её новое пристанище всё-таки сильно напоминало палату в доме для душевнобольных, но она отогнала от себя мысль, что дверь в её комнату не откроется, когда она повернёт стеклянную ручку.
Душевая комната находилась за дверью у изголовья кровати. Айла скинула с себя одежду и зашла в душ. Тёплая вода приятно заскользила по коже, смывая остатки речного ила. Мыло и шампунь благоухали мятой и травами, и этот аромат быстро отбил запах тины и больницы, которым всё ещё пахли её волосы и кожа.
Напарившись в душе, она завернулась в полотенце, села на кровать и включила телевизор. Стена напротив загорелась синим цветом, а потом на ней появился логотип «Мэссив Генетик», который через пару секунд разлетелся на десяток небольших экранов, предлагающих выбрать нужный канал. Девушка выбрала тот, по которому показывали шторм и волны, правдоподобнее которых могли быть только волны реальные. Айла взяла с прикроватного столика очки и нацепила на голову, чтобы через секунду сорвать их, когда мощная волна врезалась в её голову. Она переключила канал на тот, что не вызывал в ней чувство тревоги.
Час длился очень долго. Айла тихо лежала на кровати, изучая белый потолок, и слушала голос в телевизоре. Запись старой передачи вещала об утраченных сокровищах династии Роксбургов и о том, что найденные ещё до войны в Долине королей обезглавленные останки короля Осе и его жены преподнесли учёным неожиданный сюрприз и вместе с тем загадку – анализ ДНК третьего тела из склепа, которое археологи приняли за тело принцессы Ясны, показал, что это не она. Это породило множество вопросов, главными из которых были: куда пропало тело убитой принцессы и как посторонний человек оказался похороненным в могиле вместе с королём и королевой?
Обед принесли минута в минуту через час после того, как Сели об этом сказала. Это была пряная румяная котлета и варёные макароны с лежащей рядом добавкой из дроблёных орехов.
– У меня аллергия на орехи, – поджала губы Айла, отодвигая фундук в сторону.
– Как так? – удивилась принёсшая поднос повариха и оглянулась на не имевшего ни малейшего понятия о таких подробностях солдатика, который сопровождал её по этажам. – Почему этого не было написано в личном деле?
– Я писала об этом в анкете. – Айла пожала плечами.
– Вы покрываетесь сыпью?
– Начинаю задыхаться, – уточнила Айла. – Брат однажды купил у спекулянтов целый пакет фундука и грецкого ореха, я чуть не задохнулась, когда попробовала пару штук.
– Вот беда. Скажу Джойс, чтобы она перепроверила ваше дело. Она иногда забывает, что перенесла из анкеты, а что – нет.
Айла уже давно не ела ничего вкуснее этой простой пищи. Мясо для её семьи было дорогим удовольствием, но Кай иногда покупал его, если хватало баллов на карте, а иногда не покупал, предпочитая побаловать сестру яблоками, если, конечно, ему не приходилось выбирать между этими яблоками и куском хлеба. Вспомнив о брате, она взяла фотографию с тумбочки, и ей снова стало грустно. Не считая ночей, проведённых в больнице, эта ночь будет первой без него. Дома Кай часто оставался ночевать рядом с сестрой, когда после очередного приступа панической атаки она не могла уснуть, она и сейчас чувствовала, что близка к новому приступу, только вот рядом уже не было того, кто бы обнял и защитил.
Айла сделала телевизор громче, будто он мог заглушить её страхи.
На следующий день она отправилась на запланированную прогулку. Экскурсионные этажи Пирамиды напоминали лабиринт, и чтобы не запутаться при переходе с яруса на ярус, Айле постоянно приходилось сверяться с картой в планшете, а гид в наушниках то и дело запинался, стоило ей на шаг изменить маршрут, и подвисал, корректируя данные. Она проходила этаж за этажом, исследуя бетонные и стеклянные ярусы с любопытством школьницы, заглядывая за все углы и суя нос во все позволенные ей для посещения кабинеты.
Пользоваться лифтами её пропуск ей права не давал, а потому приходилось спускаться и подниматься по лестницам, буквально на каждом шагу прикладывая карточку к сканерам и подтверждая своё право на присутствие на этаже. Всюду стояли стеклянные стенды и табло с указателями, где она находится в данный момент и что её ждёт за углом. Что-либо спрашивать у персонала, которым полнились коридоры, было бесполезно, работники Пирамиды были слишком заняты своими бланками и графиками и чаще проходили мимо, иногда удостаивая Айлу молчаливым жестом.
На семнадцатом этаже ей посчастливилось попасть в музей Пирамиды, где помимо больших распечатанных фотографий на растяжках, запечатлевших основные моменты жизни «Мэссив Генетик», находилась экспозиция старого оружия, которое было в ходу у армии во время войны с Эвдоном. Автоматы, гранаты, световые и дымовые шашки, установки, способные стрелять по тысяче зарядов в минуту, шокеры, пистолеты, патроны, самонаводящиеся пули, гильзы, – невидимый гид утверждал, что это оружие всё ещё находилось в рабочем состоянии.
Между стендом с пробитыми касками и противопехотными минами на стекле двигалась динамическая картинка – только что получивший звание генерала Роланд Адлер машет толпе на параде в честь победы. Высокий, красивый, весь в орденах. Что-то защемило в груди. Он будто был жив ещё только вчера. Невзрачный Амон Бранд стоял позади и сверкал на солнце золотым щеглом на берете.
Внутри стеклянной колбы, что подпирала потолок в самом дальнем углу музея, находилась единственная оставшаяся после войны винтовка «Сердце Чарны».
– Правда, красотка?
– Мм?
Позади стоял невысокий мужчина лет пятидесяти с пышными седыми усами. Стрижечка, выправка, приглаженные манжеты, колючий умный взгляд – всё говорило в пользу того, что этот человек был из военных или бывший гэбэшник. Только одет он был в штатское, а значит, уже вышел в отставку. Он стоял у стенда с кольтами и закрывал бокс на замок с отпечатком пальца.
– Винтовка, – уточнил он.
– Да, красивая, – согласилась Айла.
– Я Мортен, эксперт по баллистике, ещё учу здесь стрельбе.
– Айла.
Они пожали друг другу руки.
– Знаю-знаю. Помогал ГБР во время расследования убийства вашего отца. Уж простите, что ничего не нашли. Сами знаете, дело было непростое.
– Знаю.
Мортен с таким восхищением посмотрел на оружие под стеклом, будто ничего прекраснее в жизни не видел.
– Знаете, чья? – Он кивнул на винтовку.
– Зверёныши Кайны. Откуда она тут?
– Ваш отец, когда отбил Альгарду у эвдонцев, нашёл их базу близ Заречья, а там – тот самый Сезар Наис, который оставил нашему Щеглу автограф на щеке. Сидел среди руин у костра с останками своего командира, курил. Бежать и прятаться не стал. Затушил окурок о пень и поднял руки. После суда и казни его винтовка и попала сюда.
– Так это его? Бранд о нём говорил. Хорошо, что теперь ничего от него и ему подобных не осталось, кроме музейного экспоната.
Антрацитовые глаза Мортена лукаво сверкнули:
– Скажите-ка, милая ньети, а вы знаете, почему эвдонцев во все времена звали мятежниками?
– Потому что самые страшные бунты в истории человечества случались на Эвдоне.
– С тех пор как первые Даимахи, Катанеи и Саласкары прибрали к рукам Источник и поделили всё население острова на касты, мятежи по всему острову начали вспыхивать постоянно. Особенно ярко полыхали они, когда во главе бунта становился даарим. Так случилось и с Наисом. Мятеж, который он поднял всего за год до начала войны, гвардия постулов не могла подавить целую неделю. Эвдон восстал весь, от севера до юга, даже Даимахам пришлось покинуть дворец и спрятаться в укрытии. Но в один прекрасный момент что-то пошло не так. Бунт, поднятый Наисом, вышел из-под контроля – дааримы начали убивать всех, и бой за свободу превратился в кровавую баню. Когда гвардии всё же удалось подавить восстание и обезвредить подстрекателей, Наиса, в обмен на помилование, предали его же люди. Так он и оказался в Кайне, где прожил целый год в бетонной яме, где его и остальных заключённых выворачивали наизнанку ради идеальной формулы REX-9, а после, как началась война, его, уже конченого наркомана с прочищенными мозгами, высадили в Заречье. Ну а дальше вы знаете.
– У меня такое чувство, что вы его защищаете.
– Просто не люблю, когда переписывают историю. Если бы Серого Лиса не предали, он бы стал первым человеком в истории, который сверг Даимахов и тем самым бы предотвратил войну и уничтожение целого острова. А вместо этого его казнили как военного преступника, а тело без гроба и памятника закопали где-то в лесу.
– А её можно достать? – спросила Айла, указав подбородком на винтовку.
– Хотите пострелять из «Чарны»?
– А можно?
– Нет, конечно. Но даже если бы я и разрешил, видите? – Он ткнул пальцем на красную пластинку на курке. – Это сенсор, который считывает отпечаток пальца. Из этой винтовки может стрелять только её хозяин. То есть в нашем случае это Сезар Наис, если бы был жив.
– Но хотя бы подержать?
– А вы настойчивы, как ваш отец. Не разрешено.
– Но вы же только что открывали и закрывали бокс с оружием. Я никому не скажу.
– Глядите, – Мортен указал пальцем на чёрное пятнышко под потолком, у которого горела красная лампочка. – Камера наблюдения. Кто без санкции начальства откроет бокс, о том сразу доложат кому положено. Зачем это надо? Вот ежели вам наш подполковник разрешит, тогда другое дело.
– Так я спрошу вашего этого подполковника.
– О, сразу видно, что вы ещё не знакомы с Рошером. Тогда у вас всё впереди.
С этими словами он откланялся, взял какие-то бумажки со стенда и удалился.
У лифта на двадцать втором этаже Айла заметила на противоположной стороне двух молодых людей, одетых в такую же больничную форму, как и она. Это были молодой мужчина и девушка не старше Айлы, смуглая, с копной волнистых волос цвета чёрного шоколада. Мужчина, не скрывая своей заинтересованности, откровенно заигрывал с ней, следуя за предметом своего интереса, как привязанный, а она, краснея и смущаясь, пыталась отделаться от него – впрочем, не очень удачно.
Заглядевшись на безымянную парочку, Айла сделала шаг в сторону и тут же налетела на проходящего мимо мужчину. От неожиданности она охнула и выронила из рук планшет. Но мужчина успел схватить его в воздухе. Это был тот лохматый южанин, которого Айла видела накануне.
– Я что, невидимка? – буркнул он и не отдал, а сунул ей в руки выроненный предмет.
– Простите, я вас не заметила.
– Не удивлён, – ответил он и прошёл к лифту. Айле сразу не понравился его тон, но она промолчала. Двери лифта раскрылись, и мужчина вошёл внутрь.
– Вы вниз? Можно мне с вами? – спросила Айла и шагнула в его сторону.
– Только для персонала, красавица, – ответил мужчина и нажал кнопку.
Двери лифта закрылись, и он поехал вниз.
Ночью ей снова не спалось, как и накануне, но Айла не стала докладывать об этом врачам. Она лежала в кромешной темноте и вслушивалась в едва различимые звуки за дверью. Её бокс был лишён окон, воздух поступал через вытяжку, и потому она не могла даже высунуться в форточку и посмотреть на спящий город, как часто делала дома. За прошедшие сутки у неё раз десять брали на анализы кровь, снимали кардиограмму, проверяли рефлексы, не забывая при этом отметить её худобу и торчащие рёбра, снимали энцефалограмму и, ничего не говоря, вносили данные в толстую медицинскую карту, которую закрывали на кодовый ключ. Больше всего её вымотал тест на беговой дорожке, когда её под надзором мониторов заставили пробежать километр.
– Да, бегунья вы не ахти, – вытянул губы трубочкой врач. – Но Доминик это быстро исправит.
Она чувствовала себя подопытной крысой, с которой после эксперимента снимали показатели. Врачам будто было велено говорить с ней сквозь зубы, только кухарка, которая приносила еду, перекидывалась с ней парой слов, из которых Айла узнала, что такое поведение обычное дело для «Мэссив Генетик», никто не делал для Айлы исключения – просто врачи привыкли задирать нос и видеть в новичках носителей образцов, а не людей.
Поскольку ей не спалось, она открыла толстый талмуд правил, по которым ей предстояло жить дальше. Они касались всего, начиная с правил внутреннего управления корпорацией и общения администрации с персоналом и заканчивая бытом подопечных и этого персонала. Там говорилось, что никому нельзя находиться в коридорах в ночное время, запрещался алкоголь и сигареты, запрещалось покидать Пирамиду и территорию Ринга, накладывалось вето и на романтические отношения между руководством и подчинёнными во избежание нарушения субординации, и Айле отчего-то сразу вспомнился тот носатый у лифта – уж кто-кто, а он наверняка блюдёт этот свод правил от точки до точки и люто карает каждого, кто посмеет даже подумать нарушить малейшее его положение. Хотя ей отчего-то показалось, когда они столкнулись, что от него пахло сигаретами и спиртным, но ей, возможно, просто почудилось. Чтение правил у неё отняло два с половиной часа, и Айла надеялась, что всё это не вынесут на экзамен.
«Странно, что в конце не требуется подписаться кровью», – с этими мыслями она отбросила книгу в сторону и уснула.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?