Текст книги "Король северного ветра"
![](/books_files/covers/thumbs_240/korol-severnogo-vetra-173486.jpg)
Автор книги: Анатолий Бочаров
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Прекрасные слова, дядя. Уверена, герцог Эрдер говорил отцу нечто подобное, когда подбивал его на бунт. Объясните, для чего вы говорите это мне.
– Объясню. Только и ты, Айна, объясни мне. Если Ретвальд не наследник иберленского трона, кто тогда наследник?
К счастью, мэтр Гренхерн немало рассуждал на эту тему.
– Ближайшими родственниками и наследниками Карданов были герцоги Райгерны, однако их ветвь пресеклась за тридцать лет до вторжения в Иберлен тарагонцев. После этого преемственность переходила к дому Айтвернов, ввиду большого количества родственных браков между нашей семьей и королевской ветвью. Когда пал король Эларт, многие предлагали отдать корону Радлеру Айтверну, но он отказался ее принять и добился объявления регентом своего ближайшего друга, Камбера Эрдера. Таким образом, получается, Серебряный Престол принадлежит Артуру, если полагать права Ретвальдов ничтожными. Странно тогда, лорд Роальд, что вы ведете свои изменнические речи со мной, а не с моим братом.
– Твой брат меня слушать не стал бы. С ним говорил и Гледерик до меня, и, полагаю, говорил убедительнее. Он предпочел Ретвальда и доказал это железом и кровью. Ты – другое дело. Я знаю, что вы в ссоре, и догадываюсь почему. Мы смотрим на вещи одинаковым образом. Почему бы, в таком случае, нам не действовать сообща?
Айна не могла отрицать правоту Рейсворта. Многое из того, что он говорил сейчас, казалось ей отражением собственных мыслей. Точно так же она сама раньше подбивала брата к мятежу против Ретвальда. Тем не менее она не хотела идти на сговор с Рейсвортом. Она мало знала дядю и совсем ему не доверяла.
– Мне все еще непонятно, для чего вам я. – Айна посмотрела на Лейвиса. – Может, ты, кузен, объяснишь прямо, что пытается донести твой отец? Ты хотя бы не любишь уверток.
– Я бы объяснил, да папа мне молчать велел. Он и так не хотел, чтобы я присутствовал. Насилу уговорил его.
– Потому что рано тебе рассуждать о подобных вещах, – сказал Роальд тяжело. – Мал еще. Я скажу сам, Айна. Мы на войне, а на войне положено драться. Твой брат против нас, и я думаю, драться он с нами будет. И я не поручусь, останется ли он в живых после этой драки. Я принадлежу к младшей линии крови, ты – к старшей. Если Артур выступит против нас, а он выступит, ты – наследник дома Карданов и законная королева Иберлена. Людям, с которыми нам предстоит заключить союз, не хватает предводителя. Знамени, которое объединит их всех. У них много вожаков, но ни одного такого, которому без сомнений подчинились бы все. За Драконьими Владыками армия пошла бы. Твой брат Драконий Владыка, но он запятнан славой невежды и пьяницы и шашнями с колдуном. Я – от крови Драконьих Владык, но для всех я – лишь тень, следовавшая за Раймондом Айтверном по пятам. А ты – дитя Раймонда и, я надеюсь, подлинный его наследник. Твоей руки будут добиваться все лорды Иберлена. Ты можешь предпочесть самого влиятельного – или никого, и пока ты будешь мучить их ожиданием, их соберется вокруг нашего знамени куда больше, чем могло бы, не окажись тебя вместе с нами.
– Вы предлагаете мне предать Артура, дядя.
– Предлагаю. Он уже сам предал тебя и всех нас, приведя на трон чудовище, которое скоро погубит страну. Уверен, ты пыталась его вразумить, потому и попала в немилость. Я не желаю ему смерти. После победы я бы настаивал на его изгнании. Не в моих правилах проливать родную кровь. Когда мы свергнем Гайвена, Артур будет уже не опасен. Сторонников у него немного, верных людей нет. Мы отправим его за границу и больше не вспомним о нем. Я знаю, он всегда мечтал о геройствах на ратном поле – на востоке и юге найдется немало королевств, где его меч пригодится.
– Если только он не сложит голову в бою с вами, как отец.
– Это война, я уже сказал. Всякое возможно. И я тебе скажу, война неизбежна. Лорды все равно восстанут, они уже готовы к этому – со мной или без меня. Но если я буду с ними, я хотя бы смогу направить их гнев. Иначе они все равно одержат верх, и тогда Артуру точно не жить. Заговор уже составлен, не я задумал его. Однако мы, ты и я, можем сделать так, чтобы этот заговор обернулся победой нашей семьи, а не ее поражением. В противном случае победители убьют и меня, и моего сына, и Артура, а тебя против воли выдадут замуж за одного из своих главарей.
Лорд Рейсворт говорил разумно – и все же Айна не хотела с ним соглашаться. Для нее самой на первом месте всегда стояла семья – не королевство. Тогда, в Стеренхорде, она предлагала Артуру выступить против Гайвена Ретвальда, когда тот еще был слаб, – однако одно дело уговаривать брата поменять сторону, и совсем другое – пытаться нанести этому же брату удар в спину. Дядя уверял, что постарается сохранить Артуру жизнь, но и последний глупец не поверил бы таким обещаниям.
По-хорошему, Айне следовало вежливо закончить разговор, откланяться и уйти. А затем ехать во дворец и рассказать брату и Гайвену все, что услышала. С другой стороны, что она скажет? Лорд Рейсворт присоединился к каким-то вельможам, замыслившим мятеж? Но к каким? К Гальсу, Эрдеру и Коллинсу? А если виновны не они или виновны не все из них? А может, после поражения они отреклись от прежних амбиций, и заговор возглавляют совсем другие люди?
В Тимлейне ныне собрались десятки влиятельных аристократов. Предателем может оказаться любой. Гайвен начнет рубить головы одним лордам, и возможно даже невиновным, – а виноватые в это время нанесут ему удар в спину. Айне нечего было сообщить королю, кроме того что главнокомандующий его армии замыслил выступить против него, сговорившись с половиной государства, только непонятно, с какой именно половиной.
– Я догадываюсь, о чем ты думаешь, – подал голос Рейсворт. – Пойми, что тебе не стоит на нас доносить. Разумеется, из этих стен ты выберешься беспрепятственно, я не так глуп, чтобы подвергать тебя риску здесь. Но рядом с Ретвальдом повсюду мои люди. Среди солдат и слуг – вы не узнаете кто, а своих соглядатаев у Гайвена нет. Отравленная игла в толпе – и ты упадешь на дворцовый паркет прежде, чем успеешь вымолвить хотя бы слово о моем предательстве, а я донесу королю, что тебя убили уцелевшие сторонники Кардана. Ретвальд мне верит. Он знает, что я недолюбливаю его, – и считает, что будь я изменником – напротив, лебезил бы перед ним.
Айна понимала, что Рейсворт запугивает ее. Как и все, он видит в ней всего лишь наивную девчонку, которую легко сломать угрозами и страхом смерти. Она сомневалась, что его убийцы так уж искусны и вездесущи. Рейсворт всего лишь пытается загнать ее в угол, заставив поверить, что союз с ним – единственный оставшийся выход.
– Я возражал против этого всего, – внезапно нарушил молчание Лейвис. – Я любил лорда Раймонда, ты знаешь. Когда отец сказал, что мы объединимся с его врагами, – я кричал и грозился его выдать. Уверен, ты сейчас думаешь то же самое, что я тогда кричал. Отец мне все объяснил, сестра. Они правда не остановятся. Они эту войну начали – они ее закончат. Мы одни. Ретвальд с каждым днем теряет сторонников. Если они победят, дом Айтвернов окажется уничтожен, а мы ведь тоже Айтверны. Когда Ретвальда не станет, править будем мы. Тогда мы покажем этим псам их место и все им припомним. Но пока мы не можем.
Все последние месяцы Айне тоже казалось, что она бессильна помешать тому безумию, что опустилось на королевство могильным саваном и приготовилось взорваться фонтанами огня и крови. Теперь, по крайней мере, у нее появлялся шанс сделать хоть что-то. Согласившись на предложение Роальда Рейсворта, она приблизится к мятежникам вплотную, а потом можно решить, как поступать дальше. Это разумней и осмотрительней, нежели бежать к Гайвену с непонятными доносами, когда нечего сказать по сути.
Для начала следует разобраться в происходящем. Узнать досконально все имена и намерения. Заговор составили ночные тени – и сперва стоит посмотреть этим теням в лицо. Кто знает, где и когда они решат нанести свой удар? У Гайвена в самом деле нет ни единого соглядатая, а так появится хотя бы один.
Айна Айтверн допила вино – а потом с размаху разбила бокал об пол, как поступали варварские вожди древности, принимая решение идти на войну. Ни Роальд, ни Лейвис Рейсворты не шелохнулись при этом. Они молчали, ожидая ее слов.
– Я не верю вам, дорогие родственники, и мы не друзья, – сказала Айна, помня о том, что когда хочешь обмануть – следует говорить правду. – Но и действовать наобум не стану. Не потому что боюсь стилетов ваших убийц. Не в обычаях нашего рода поддаваться страху. Я не стремлюсь на трон, но и оставаться узницей, помещенной под домашний арест собственным братом, не желаю тоже. Вы начали со мной говорить – что ж, продолжайте.
Глава 3
Ожидая беду
3 сентября 4948 года
Гайвен все никак не появлялся – не иначе, запропастился по каким-то своим делам. Сейчас это было Артуру скорее на руку – едва ли сюзерен одобрил бы его поединок с иностранным офицером. Отдав дворцовому управляющему все распоряжения насчет гостей, молодой Айтверн заверил Эдварда Фэринтайна, что готов к бою.
– Я же сказал, займемся этим после обеда и раньше ужина, – нахмурился Фэринтайн недовольно. – Давайте сперва пообедаем, в желудке степные ветры поют.
– Я, сударь, нетерпелив, так что обед подождет. Пойдемте к вашему капитану, и побыстрее. Уж не знаю, за что он на меня взъелся. За кого, точнее.
Королева Кэран тронула супруга за локоть:
– Молодой человек волнуется. Ты излишне ошарашил его своим напором. Не стоит вести себя так нахально, мы все же не дома. Простите поведение моего супруга, сэр Артур. Корона портит манеры. Эдвард привык быть королем и отвык быть гостем. Помнится, расхаживая в принцах, он таким наглым не был… – Эринландка задумчиво улыбнулась, будто припоминая нечто. – Пойдемте, герцог, капитан Кэбри уже ждет вас. Перед вашим появлением я попросила его покинуть приемную. Во избежание неловкости.
– Вы очень любезны, ваше величество, – поклонился Артур. – Что все-таки с этим вашим капитаном не так? Я не припоминаю, чтобы убивал эринландцев. Ни единого не убивал, как мне кажется.
– Я полагаю, герцог, Гленан объяснит все сам. Прошу лишь проявить к нему уважение. Граф Кэбри много лет верой и правдой служит нашей семье. Не будьте с ним слишком строги.
– Кэран подразумевает следующее, – вмешался в разговор Эдвард. – Мой капитан на вас сердит и жаждет дуэли. Дайте ему эту дуэль, раз он так этого хочет. Если вы сын своего отца, Гленану вас все равно не одолеть. Разоружите моего человека. Можете поцарапать ему руку, чтобы он не чувствовал себя уязвленным, – только желательно левую. Скажем, зацепите локоть. Не мне вас учить. Оружие у вас при себе, я смотрю?
Артур молча выдвинул меч из ножен до середины лезвия.
– Хорошо. Этим мечом вы убили Гледерика Кардана?
– Я убил Гледерика Кардана мечом, который носит мой друг и лейтенант, сэр Блейр Джайлс, – ответил Артур ровно. – После чего вернул этот меч моему другу. Это так важно, от какого меча кто был убит?
– Абсолютно не принципиально. Пойдемте.
– Ну пойдемте. Блейр, оставайся здесь, присмотри, что тут да как.
– Секундант, значит, вам не потребуется? – спросил Джайлс хмуро. Вся эта затея явно не пришлась ему по душе.
– Секундант? Нет, зачем? У меня целый эринландский король в секундантах – этого, я думаю, вполне хватит.
В боковой галерее, куда привели Артура Эдвард и Кэран Фэринтайны, их ожидали двое. Молодой мужчина, носивший короткую черную бородку и усы, и статная черноволосая женщина, худощавая и прямая. Родственниками они, судя по виду, не были. Мужчина чертами лица смахивал на Эдварда – он вполне мог приходиться ему отдаленным кузеном или кем-то вроде того, хотя и был на полголовы ниже ростом. Широкоплечий и крепко сбитый, он производил впечатление сильного бойца.
Артур с трудом мог бы определить возраст стоявшей рядом с бородатым крепышом женщины. Ей легко можно было дать и двадцать и тридцать лет. Ее взгляд был по-взрослому серьезен, но белая кожа лица оставалась почти по-девичьи гладкой. Гордая осанка незнакомки и ястребиный хищный профиль невольно приковывали к себе взгляд.
При виде Артура женщина громко сказала:
– Это и есть ваш драконий герцог, убивающий королей? Совсем еще мальчишка. Но на вид ничего, хотя малость недокормлен. Он почти столь же смазлив, как и ты, Эдвард.
Артур приподнял брови:
– Кажется, я начинаю разбираться в эринландском этикете – вернее, в его отсутствии. Я в самом деле герцог Айтверн, это верно. А как, сударыня, величать вас? Немного неправильно выходит – вы узнаете меня в лицо, а я вас признать не могу.
– Кэмерон Грейдан, – ответила женщина сухо. – Титулы можно опустить.
Кэмерон Грейдан. Лет шесть-семь назад это имя гремело на весь белый свет. Сын лорда Раймонда был тогда безусым юнцом, грезившим подвигами и дальними странами. История леди Кэмерон изрядно впечатлила его воображение.
Урожденная девица Белл, шестнадцати лет от роду она была выдана замуж за принца Хендрика из дома Грейданов, ставшего позже королем Эринланда. Импульсивный и воинственный, Хендрик желал разгромить гарландцев, с которыми его королевство враждовало уже больше столетия. На поле боя Хендрик и пал, сражаясь при этом, как говорили впоследствии, весьма доблестно. В двадцать один год Кэмерон сделалась вдовой, а доставшееся ей государство оказалось на краю гибели.
Армия короля Клиффа осадила Таэрверн, эринландскую столицу, и готовилась к штурму. Город не пал во многом благодаря отваге и мужеству королевы. Кэмерон лично возглавила защитников своей столицы – облачившись в доспехи, препоясавшись мечом, она вышла на городские стены и повела солдат отражать вражий приступ. С того дня о ней даже сложили несколько баллад. Кэмерон сражалась получше многих титулованных рыцарей, не раз и не два обагряла клинок неприятельской кровью, и пример королевы вдохновил народ. Горожане взялись за оружие. Таэрверн смог продержаться невзятым до подхода с дальних рубежей Эринланда союзных сил, разгромивших и отогнавших противника. Война закончилась прочным миром, а Кэмерон уступила трон Эдварду Фэринтайну, двоюродному брату своего покойного супруга, бок о бок с которым она до того защищала город. Перестав быть правящей королевой, вдова Хендрика Грейдана сделалась живой легендой, известной всем Срединным Землям от Малериона на западе и до Светограда на востоке.
А теперь эта легенда стоит напротив герцога Западных Берегов и говорит ему, что он, видите ли, недокормлен и порядком смазлив.
– Рад знакомству, – сказал Артур тоже сухо. – А этот достойный сэр рядом с вами? Это ради встречи с ним меня сюда привели?
Чернобородый мужчина выступил вперед:
– Гленан, из дома Кэбри. Да, встретиться вы должны именно со мной, герцог Айтверн. Доставайте оружие, и начнем.
– Не раньше, чем вы объясните, почему мы деремся. Я не стану просто так обнажать клинок против гостей моего государя.
– Боитесь драки, Айтверн? – сощурился капитан Кэбри.
– Будь я труслив, не убил бы минувшей весной так много народу. Я пришел сюда, потому что мне сказали: от моей руки пал кто-то из ваших друзей. Вот я стою и думаю, кто же это мог быть. Я убивал врагов моего короля, но все они были иберленцами, ни одного уроженца ваших краев. Поэтому драться мы начнем не раньше, чем вы объяснитесь.
– Несколько месяцев назад, – сказала Кэран, глядя на Артура почти с сочувствием, – от вашей руки пал один человек, который не был уроженцем этих краев. Он явился в Иберлен издалека и проделал для этого долгий путь.
– Вот, значит, как… – Артур вновь перевел взгляд на Гленана Кэбри, чья ладонь лежала на эфесе длинного меча. – Я хорошо помню всех, с кем сходился в бою. Такой человек среди них нашелся бы только один. Получается, другом графу Кэбри приходился наш покойный узурпатор?
Гленан не ответил – лишь крепче сжал рукоятку меча. Вместо него вновь вмешалась Кэран:
– Все верно, герцог. Мы знали Гледерика почти восемь лет назад, и Гленан дружил с ним. Гледерик был тогда очень молод, даже моложе, чем вы сейчас. Приехал в Таэрверн с юга – в поисках своего пути, как он это называл. Тот, кого вы называете узурпатором, некоторое время состоял на службе у моего супруга и выполнил для него одну деликатную миссию.
– И хорошо выполнил, – подтвердил Эдвард. – Я даже посвятил юнца в благородные сэры, своею собственной рукой. – Король усмехнулся. – Он так пристал ко мне, все канючил, что желает сделаться рыцарем. Помню этого оборванца как сейчас. Ни кола ни двора, но гонору до небес. Когда он впервые заявил о своем происхождении – я думал, юнец шутит или рехнулся. Но Дэрри, так мы его звали, все твердил об этом, как заведенный, а потом оседлал коня и умчался на закат – не иначе, искать свой потерянный трон. Теперь вот нашел. Мы все слышали, как это получилось.
Артур посмотрел на спокойное лицо Эдварда. Потом на королеву Кэран, потом на королеву Кэмерон – обе королевы Эринланда внимательно наблюдали за ним, будто пытались что-то в его сердце прочесть. В памяти встала ночь на границе весны и лета, уже больше трех месяцев назад. Не по погоде жарко растопленный камин, клубившаяся в углах зала темнота, ясные звезды в окне. Сидящий у камина человек, насмешливый голос и внимательный взгляд. «Идем со мной – и ты построишь мир, которому сам захочешь служить».
– Каким он был? – спросил Артур тихо.
– Таким же, как и все мальчишки, – ответил Эдвард. – Дерзким. И глупым. Гордым до невозможности. Непочтительным и несносным. Вцепившимся всеми пальцами в мечту о троне в стране, которой даже никогда не видел. Я его терпеть не мог, говоря по правде. Однако когда мне была нужна помощь – он эту помощь предоставил, хотя четырежды мог сбежать. Вместе с Гленаном они отправились на восток, а вернулись с армией, которая отогнала Клиффа от моих ворот, – в час, когда мы с Кэмерон уже почитали себя мертвецами. Сделал он также кое-что еще, и благодаря этому у меня есть моя королева Кэран, а я есть у нее. Я не любил Гледерика Кардана. Но вспоминаю его с благодарностью.
– Простите, – сказал Артур. Он не нашелся, что еще добавить.
– Не извиняйтесь, герцог. Не в чем тут извиняться. Междоусобная война – худшая из всех войн, а вы свою прошли с честью, насколько я знаю. Мне вас винить не за что.
Артур развернулся лицом к Гленану Кэбри. Медленно достал меч из ножен, опустил клинок острием к полу.
– Граф Кэбри. Суть ваших претензий мне теперь ясна. Лорд Фэринтайн правильно заметил, извиняться мне не за что. Я сразил вашего товарища, но сразил на войне, которую вел ради чести моего государя. Вы, однако, вправе спросить с меня за это – ну так спрашивайте. Я принимаю ваш вызов.
Эринландский капитан коротко поклонился.
– Благодарю вас, сударь. Я рад, что по крайней мере Дэрри встретил смерть от руки благородного человека. С его нравом могло выйти и хуже. Но спросить с вас я все равно должен – иначе был бы ему плохим другом. А потому защищайтесь! – И с этими словами Кэбри внезапно шагнул вперед, делая длинный колющий выпад.
Артур едва успел вскинуть свое оружие, чтобы закрыться. Отступил на два шага от врага, пятясь. Фэринтайны и вдовствующая королева Кэмерон разошлись по дальним углам зала, давая дуэлянтам пространство для маневра.
– Я, – сказал Артур, переводя дух, – два месяца уже не тренировался с мечом. За государственными советами и чтением бумаг сложно было найти подходящее время.
– Таким манером вы пытаетесь меня разжалобить?
– Таким манером я говорю вам спасибо. – Айтверн сделал шаг с левой ноги и попробовал уколоть эринландца в бедро. Тот проворно отскочил в сторону, уходя от удара. Гленан оказался быстрым и ловким противником – куда более быстрым и ловким, нежели можно было предположить, глядя на его крепкую, почти кряжистую фигуру.
Артур попробовал перейти в наступление – и наткнулся на мгновенную, жесткую оборону. Капитан Кэбри фехтовал уверенно, было видно, что он опытный боец. Себя Артур таковым назвать пока не мог. Конечно, молодой Айтверн учился бою на мечах у хороших инструкторов, дома и в Стеренхорде, но многих навыков ему пока не хватало. Александра Гальса он победил благодаря хитрости, Гледерика – благодаря удаче, а от руки Джейкоба Эрдера сложил бы голову, не вмешайся в дело Гайвен. Вот и сейчас Артур понял, что противник ему достался нешуточный.
Гленан быстро перешел в контратаку. Едва отбив несколько выпадов, Айтверн вновь начал отступать. Эринландец дрался хорошо, и пока Артур даже не представлял, как можно его поддеть. Видя замешательство юноши, капитан Кэбри усилил свой напор. Чередуя колющие выпады с неожиданными хлесткими ударами наотмашь, эринландец принялся теснить Артура к стене. Айтверн бешено работал мечом, сожалея, что не взял с собой на этот раз никакого кинжала. Левую руку юноша держал за спиной, и она была пуста.
Гленан присел, делая быстрый выпад в живот, и Айтверн едва успел этот выпад отбить. Атаки такого рода шли вразрез с иберленским дуэльным кодексом – но либо на востоке правила были иные, либо капитану Кэбри на них было просто плевать. Впрочем, за это Артур осудить его не мог. Он и сам в бою редко придерживался правил.
Фэринтайны и Кэмерон наблюдали за поединком молча, не делая попыток вмешаться. Артур кожей чувствовал на себе их оценивающие взгляды. «Забавно, – подумалось юноше, – это ведь только я дерусь, чтобы разоружить капитана. Он, возможно, вполне серьезно собирается меня прирезать».
Артур сам не смог отследить, когда все изменилось. Только что он сосредоточенно вел поединок. Берег дыхание, держал дистанцию, применял все умения и силы, дабы не пропустить способного оказаться смертельным удара. Юноша был напряжен до предела, весь превратился в один звенящий нерв – и вдруг в его сосредоточенности пропал всякий смысл. Мир сделался ясен и прост, как никогда раньше.
Впрочем, однажды так уже было. На Горелых холмах, когда нужно было спасти Гайвена прежде, чем меч Джейкоба Эрдера его поразит. Тогда молодому Айтверну неким образом удалось стать быстрее, чем само время.
Магия, что спала в его крови, уже просыпалась однажды – и теперь пробудилась вновь.
Цвета сделались яркими, а линии – четкими. Зрение обострилось до невозможных прежде пределов. Артуру показалось, что он видит каждую преждевременную морщину на лице своего противника. Замечает каждую пылинку, летящую в воздухе между ним и Гленаном Кэбри. Различает каждый прихотливый оттенок бьющего из стрельчатых окон солнечного света.
Артур шагнул вперед, ясно слыша при этом неровное дыхание Кэран и спокойное Эдварда, слыша заинтересованный вздох Кэмерон, слыша отдаленный звук чьих-то шагов в коридоре. Гленан изворачивал кисть, чтобы нанести новый, режущий, наискось удар, – но Артур теперь двигался гораздо быстрее своего противника.
Он без труда парировал вражескую атаку – а потом столь же легко выбил меч у графа Кэбри из рук. Вбросил свой клинок в ножны, с разворота ударил кулаком эринландского капитана один раз по лицу и дважды – в живот. Сбил с ног, поставил сапог эринландцу на грудь.
– Мстить за погибших друзей – дело, безусловно, достойное, – сказал Артур, глядя сверху вниз в побелевшее лицо капитана. – Только будьте в следующий раз аккуратней, граф, назначая кому-то дуэль. Я вас убивать не стану, а другой на моем месте – мог бы. Не деритесь из гонора.
Артур сам не заметил, как Эдвард Фэринтайн оказался столь быстр, – но вот эринландский король уже стоял рядом с ним, направив острие обнаженного клинка Айтверну в горло. Юноша растерянно выдохнул. В ушах бешено шумела кровь, а обостренное восприятие вещей, внезапно до того явившееся, вновь ушло без остатка.
– Убери свою ногу с моего офицера, я тебя прошу, – сказал Эдвард Фэринтайн мягко. – Если не хочешь, чтоб я затолкал твои красивые жесты тебе в глотку. – Король улыбнулся.
Больше Фэринтайн не сделал ни единого движения, но Артур вдруг ощутил мощный толчок в грудь, будто его ударили невидимым бревном. Молодой Айтверн отлетел назад на несколько шагов, голову раскололо болью. Эдвард Фэринтайн спрятал клинок в ножны и протянул руку, помогая графу Кэбри подняться.
– Я объявляю поединок законченным, – сообщил король Эринланда.
– Что это было? – Артур потряс головой. Та порядком кружилась.
– Не вы одни, герцог Айтверн, умеете пользоваться силой своих предков, – сказала Кэран, подходя к нему. – Бывало с вами подобное раньше?
– Что именно? – Артур сделал вид, что не понимает, о чем речь.
– Не притворяйтесь. Гленан почти одолел вас – и тогда вы использовали дар. Я допускала, что вы так поступите, потому и позволила эту глупую дуэль. Мне хотелось посмотреть. Вы работали с временем – не внешним, своим внутренним, и немного с пространством. Вы делали это впервые?
– Такое один раз уже случилось в бою, – сказал Артур осторожно. – Но случалось не только это.
– На такие темы я и хотела побеседовать с вашим сюзереном. Мы с Эдвардом хотели. Вы отдаете себе отчет, что вы – чародей, как и ваш король?
– Я отдаю себе отчет, – Артур смотрел на Кэран в упор, – что слухи не лгут, и вы с вашим мужем – тоже.
– Слухи? Клифф уже успел с вами поговорить?
– Немного. Он красноречив и словоохотлив. Я видел пятерых королей, считая Гледерика и покойного Брайана, и этот понравился мне больше других.
– Вот так из застольных разговоров, – покачал головой Эдвард, – рождаются политические альянсы, что живут потом века. Стиль правления нашей эпохи давно кажется мне немного варварским, молодой человек. Но не будем разводить демагогию попусту. Найдите мне вашего короля, и мы обсудим все это без лишней спешки, а я даже проглочу ваш намек, что вы им недовольны. Мы явились в Тимлейн не ради коронации Гайвена Ретвальда. Вернее, не только ради нее. Мы решили приехать сюда, узнав, что мы больше не одни.
Двери за спиной Артура отворились.
– Я слышал достаточно, – сказал Гайвен Ретвальд, входя в зал.
Артур обернулся – король Иберлена в белом камзоле и черном плаще стоял на пороге. За его спиной маячил Блейр Джайлс, напряженно осматривающий собравшихся в зале. Гайвен переступил порог и, демонстративно игнорируя Артура, подошел к Фэринтайнам.
– Лорд Эдвард и леди Кэран… – Тон Короля Чародея оказался поистине ледяным. – После этого дня мне придется опубликовать указ о запрете поединков в этом городе. Я ценю ваш исследовательский интерес, но вы могли задать прямой вопрос, а не подвергать риску жизнь моего первого министра.
– Лорд Гайвен… – Если невозмутимость Эдварда Фэринтайна и можно было поколебать, то не подобным образом. – Мой офицер, – Гленан как раз подобрал оружие и хмуро глядел на Ретвальда, – был вправе уладить дело чести. Я не счел нужным препятствовать.
– Вы первый день в моем замке, Фэринтайн, но ведете себя здесь так, будто он ваш. Не делайте так больше.
– Мой муж, – выступила вперед Кэран, – понимает ваше предостережение, милорд. Простите нас. Мы поступили опрометчиво.
– Это я вижу. Я пришлю сюда слуг, они покажут вам ваши покои. Надеюсь, вы не опоздаете к ужину. Что касается аудиенции, о которой вы просили, – завтра я выберу, на какой день ее назначить. Сэр Блейр, пойдемте, вы мне понадобитесь. – Гайвен развернулся на каблуках, все так же не глядя в сторону Артура, и направился к выходу.
– Лорд Гайвен, – теперь спокойный голос Кэран стал настойчивым, – разговор, ради которого мы приехали сюда, действительно важен.
Король Иберлена остановился, не поворачивая головы. Постоял так с полминуты, будто о чем-то размышляя. Затем произнес:
– Госпожа Кэйвен, я правлю королевством, которое готово обрушиться в Бездну. Вот это – действительно важно для меня. Каждый день люди обсуждают со мной проблемы торговли, политики или снабжения армии. Моего внимания ждут лорды, магистраты и купцы, я решаю дела городов, аристократов и крестьян. И не решай я их – это государство уже к середине лета сгорело бы дотла. Я верю, что дело, с которым вы сюда приехали, имеет значение. Как имеет значение и сотня других дел. Я пришлю человека, когда буду готов вас выслушать. – Сопровождаемый Блейром, Гайвен скрылся, и двухстворчатые двери захлопнулись за ним.
– Последний раз меня так отчитывал Хендрик, – пробормотал Фэринтайн недовольно.
– Мы в самом деле поступили неосмотрительно, – взяла его за ладонь Кэран. – Это его замок, и он ведет войну. Словами сейчас, не сталью, но суть для него не меняется. Нам важно не стать врагами в этой войне.
– Это я понимаю. Гленан, ты как? Хорошо тебя отделал этот юнец?
– Я в порядке, – проворчал капитан. – Свой долг я выполнил, остальное не так важно.
– Твой долг едва не заставил нас сегодня же возвращаться домой. Так что не совершай больше подобных глупостей, дорогой наследник.
Пока эринландцы переговаривались, Артур тихонько отошел от них и сел на подоконник. Думать о происшедшем не хотелось, но все равно думалось. За последние месяцы молодой Айтверн старался не вспоминать о магии, а теперь она вспомнила о нем сама. Он не знал доподлинно точно, о чем иностранные гости вознамерились беседовать с Гайвеном, но видел, что тот к разговору не готов. Последнее время от Гайвена сложно было чего-то добиться, обсуждая даже обычные, земные материи, – что уж тут о магии говорить. Еще весной наследник Ретвальдов таким не был. Артур запомнил Гайвена порывистым, немного даже горячным юношей – никак не этим ледяным правителем, в которого Ретвальд теперь с каждым днем обращался. Что-то случилось на Горелых холмах, нечто большее, чем просто пробуждение древних сил: это что-то изменило Гайвена.
– Смакуешь победу? – спросила Кэмерон, присаживаясь рядом с Артуром.
– Тоже мне победа, – проворчал юноша. – По-хорошему, я бы проиграл, если бы этот, как говорит ваша Кэран, колдовской дар мне не помог. Меня учили драться на мечах. Не чарам. В таких вещах я мало что понимаю. Вы хоть не волшебница, я надеюсь?
Вдовствующая королева Эринланда улыбнулась неожиданно беспечно:
– Во мне нет ни грана волшебства. Кэран отдельно проверяла это. С тех пор как Эдвард ее подобрал, она одержима мыслью найти еще одаренных. Эдварда она обучила всему, что знала, – а потом он начал делать такие вещи, каких Кэран и сама прежде не видела. Гленаном они пытались заниматься сообща, он Эдварду троюродный брат, – но толку вышло немного. Древней крови в нем слишком мало, сказала Кэран. Ну а со мной их корабль и вовсе сел на мель. Колдовать я не умею. А вот драться на мечах – вполне. Показать тебе пару приемов, которые здешним бойцам не знакомы?
– Мне не доводилось получать прежде таких предложений от дамы.
Королева легкомысленно ткнула его кулаком в плечо:
– И не такие получишь, если не станешь бузить. Гленан вовсе не так уж силен. Просто у нас своя школа боя, у вас своя. Он вашу знает, ты нашу – видимо, нет. Выучишь несколько фокусов – и будешь хорош.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?