Книга: Гарвардская площадь - Андре Асиман

В «Гарвардской площади» мне не раз чудилось что-то ремарковское - печальное, безнадежное, случайное, преходящее. Пара героев - аспирант Гарварда и таксист, - волею судеб повстречавшиеся в трудный для обоих момент жизни, внезапно сближаются и, как ни странно, оказываются самыми необходимыми друг другу людьми: диковатый таксист Калаж помогает замкнутому аспиранту выйти из кризиса идентичности, а аспирант оказывается для него тем, кто поддерживает в нем иллюзию, что он не одинок и не всеми воспринимается как еще один ненужный Америке люмпен-иммигрант. Их странная дружба длится полгода, проходя закономерную эволюцию, сначала заставляющую их по разным причинам держаться вместе, а потом, достигнув для каждого определенной точки, разойтись.

Проблема в том, что оба они - друзья по несчастью, а не по духу, по внутренней близости и тяготению друг к другу, между ними так мало общего, что их отношения изначально бесперспективны и исчерпываютсся по мере того, как ситуация для каждого становится более определенной (позитивно для аспиранта и негативно для Калажа). По сути, в обычной ситуации они и не были бы нужны друг другу ни в 70-х, когда повстречались, ни позже, даже если бы отношения поддерживались и дальше.

«Я был уклончив, он прямолинеен. Я никогда не повышал голоса, он орал громче всех... Я был скован, опаслив, застенчив; он – бесшабашен и безжалостен… Он все мысли высказывал вслух. Я свои хранил, точно в сейфе. Он всем смотрел в лицо; я дожидался, пока ко мне повернутся спиной. Он ни во что не верил… Я всех терпел и при этом никого не любил. <…> Расстроившись или заскучав, он… взрывался; я же был сама сдержанность. Он во всем впадал в крайности, а мне имя было компромисс, а прозвище – сдержанность. Если он что-то начал, его уже было не остановить, я же от малейшего дуновения вставал как вкопанный. Он мог бросить любого не задумавшись, я же спешил мириться, а потом дулся про себя. Он умел проявлять жестокость. Я редко проявлял доброту. Ни у него, ни у меня не было денег, но случались дни, когда я был его намного, намного беднее. <…> Он гордился знакомством со мной, а мне было неприятно, если нас видели вместе за пределами узкого круга посетителей кафе. Он был таксистом, я учился в престижном университете. Он был арабом, я евреем. <…>Несмотря на… неприкаянную кочевую жизнь, он оставался человеком с этой планеты; я же постоянно сомневался в том, что мне здесь место. Он любил землю, понимал людей. <…> я же… вечно был… в глубинах себя. <…> Я ему завидовал. Хотел у него учиться. Он был мужчиной. Я плохо понимал, кто я такой. Он был… человеком, в которого я мог бы вырасти, обернись жизнь по-иному. Он остался дикарем, меня укротили… Но если взять меня и опустить в мощный растворитель, так, чтобы с кожи сошли все привычки, приобретенные в школе, и все уступки, которые я сделал Америке, может, там бы обнаружился не я, а он <…> В другой стране, другом городе, в иные времена я никогда бы к нему не повернулся, а он мне даже не ответил бы на вопрос, который час…»

Тем не менее, именно для аспиранта эта короткая дружба оказалась спасительной, выведя его из лабиринтов собственных проблем, поэтому вся книга построена на его смутно осознаваемом и не изжитом чувстве вины. Да, конечно, вряд ли он мог решить проблемы Калажа, но он ничего и не хотел делать для него и устранился из отношений, когда они стали ненужными и начали его тяготить, а вот Калаж оставался верен этой случайной дружбе до конца. Поэтому для него предательство того, кого он хотел бы считать другом, и отчуждение от мечты получить гринкард и остаться в Америке стало двойной драмой.

А, может, это все и правильно, и так и должно быть в жизни: сошлись и разошлись, «извини, старик, ничего личного», ты ведь не против, что в мире есть только я, я и еще раз я?

Прочитав аннотацию, я подумала, что как-то суховато, наверно, сюжет впоследствии разовьётся (что логично), но нет. Важный момент, что мы не знаем имени главного героя, на протяжении всей книги он умудрился оставаться "анонимным". Повествовпние идёт в очень интересной форме: "Схожу ли я ним вместо неё? Да, сказал я. Хорошо. Беда в том, что ему нужно отрепетировать, что он будет говорить. Смогу ли я натаскать его перед интервью... " - с одной стороны главный персонаж рассуждает, но в то же время передаёт разговор с другом с своих мыслях.

Персонажи все запоминающиеся, что странно, ведь многие из них не сильно влияют на сюжет. А также, французский хорошо вписывается в текст, запоминающиеся места действия, с упоминаниям которых, в голове сразу всплывает карта.

Экспозиция и эпилог совпадают главный герой приводит своего сына в место своего юношества, но все-таки мне много не хватило, финал без сюжета не несёт большого смысла.

Таким образом, почти 300 страниц показались мне слишком длинными, а сюжет, который состоит толком из рассуждений слишком затянутым. Ещё раз я бы точно читать не стала.

Людей якобы нектаризируют: сладость без доброты, все чувства правильные, но не от сердца: их выводят искусственным путём, сшивают из лоскутьев…

Объединяющей героев силой стало ощущение, что в Америке они совсем «чужие». Единственным местом силы, куда они всегда возвращались -кафе «Алжир», ставшим меленьким домом. 

Мы изгои. Неприкасаемые…

… кафе «Алжир»... Здесь мы сильнее, чем где бы то ни было, чувствовали себя дома, этот дом стал нам домом сильнее, чем сам дом, потому что ни у кого, по сути, не осталось дома, в который можно вернуться.

Главный герой, напротив, мечтая об образе американской жизни с запахом бекона и французского тоста по утрам, в попытках влиться с эту современность, отсекает свои чувства. Способность скреститься с Оксфордом и этим миром для него имела цену: он утратил лучшего друга, упустил момент прощания.

Я не совсем поняла некоторые моменты. Одни события были лишком запутанны, другие слишком нелогичны(да, знаю, где есть место чувствам-логика напрочь отсутствует). Что смутило. Для меня слова по типу: известные названия стран(Франция, Испания, Англия, Италия и т.д), Гарвард,Кембридж, персидский ковер, неаполитанская кофеварка, звучат слишком пафосно. Опять же , возможно, это авторский способ, чтобы обозначить читателю Важность и Значимость событий.Одним словом, как-то пафос этот немного режет. Опять же, это лично мое мнение. Кому-то нравится такой парад.

Друзья, знаете с одной стороны, во время чтения ждала кульминацию, подъема,всплеска эмоций: "Ах!", " Да не может быть!..", " В это просто невозможно-невозможно поверить!", "Такое однозначно было непредсказуемо". К сожалению, этого не произошло. Но! С другой стороны, если брать во внимание историю двух людей, которые встретились, нашли общий язык, завели общих знакомых, сдружились, перешли на "Ты". Тогда в этом случае здесь имеет место быть ровная, непрерывающаяся, без взлетов и падений-история. Однозначного ответа,к сожалению сейчас нет. Непонятное чувство...Неопределенное. Не могу понять конкретно.Но хотелось,чтобы на протяжении повествования что-либо произошло.

Сказать,что книга Зацепила...Да!Однозначно. Ведь она о ценности отношений, времени. Та самая химия между главными героями была благодаря тому,что они в корне разные. Тихая, спокойная морская гладь и уносящий, поднимающий, крутящий все вокруг себя ураган. Они изменили друг друга. Каждый что-то привнес, перенял или потерял.

Не буду сильно разглагольствовать. Скажу, что книга интересна. Хотя, таких эмоций как "Энигма" и "ЗМСИ" не вызвала, но к Прочтению Однозначно! Каждый найдет для себя здесь что-то свое.

Тонкие моменты, погружение в обстановку, действительно умные мысли. Вот за это я люблю Асимана.