Текст книги "Именем волчьего закона"
![](/books_files/covers/thumbs_240/imenem-volchego-zakona-87188.jpg)
Автор книги: Андрей Бадин
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Он почти каждый день оставался на службе допоздна. Естественно, не высыпался и сильно уставал. Теперь решил восполнить упущенное, совместить приятное с полезным и вздремнуть между холодным и горячим. Он распустил галстук, скрестил руки на груди, опустил подбородок на грудь и смежил веки. Со стороны казалось, что он спит, но полковник не спал, а дремал и разговор слушал.
– Представьте себе следующую ситуацию, – сказал Сергей. – Вы едете в своей иномарке по ночной Москве и вдруг на обочине голосует здоровенный мужик. Вы остановитесь? Нет. А перед кем вы остановитесь?
– Перед женщиной, – усмехнулся Алексей.
– Да, но не перед каждой женщиной, а перед красоткой. Такой стоит только руку поднять, и любая тачка встанет у ее ножек.
– Согласен, – проговорил полковник, не открывая глаз.
– Мы этот вариант продумывали, мы вообще все варианты продумывали, – с сожалением добавил Леша, – но…
– Не стыкуется сила ударов ножом с обликом хрупкой красотки, – пояснил Максимов. – Мы даже разрабатывали версию, что красотка голосует и завозит водителя в лесок, а там его поджидает другой маньяк – тот самый здоровенный мужик. Так делают разбойники, но не маньяки.
– Значит, под личиной дамочки либо скрывается мужик, либо убивает трансвестит. Внешняя форма женская, а внутри мужик. – Сергей налил водки в рюмку Фомина, потом в максимовскую и затем в свою.
– Ну, давай хлопнем, а то кайф проходить начал от ваших историй. – Он поднял рюмку и взглянул на друзей. Николай Иванович сразу открыл глаза, приподнялся и взялся за стопку, Алексей последовал его примеру.
– Чтобы нам раскрыть это дело, – все чокнулись и выпили.
– Ну, что ты думаешь по поводу этого? – спросил Максимов после того, как закусил.
– Я ничего не думаю. Дело дрянь. Кто-то зверски сильный в дамском обличье мочит мужиков. Его надо отыскать во что бы то ни стало, а то он нас всех перемочит. Может, это орудует обколовшаяся анаболиками штангистка или культуристка? От них ее сила и агрессивность возросли и она стала маньяком. – Сергей произнес эту фразу походя, но она возымела колоссальный эффект. Оперативники уставились на него и смотрели во все глаза.
– Вы что, этот вариант не продумывали? – спросил сыщик.
– Нет, – медленно ответил Максимов. – Это новая версия, и ее надо проверять.
– Я хожу в спортзал и там есть такие дамы… У них мышцы на руках толще, чем у меня на ногах, и силы тоже больше. Если она ударит, то с ног сшибет. Это последствия тяжелых тренировок и анаболических стероидов – аналогов гормона тестостерона. Они при тренировке растят как мышцы, так и их силу.
– Это мы знаем, а могут они менять психику и делать из нормального человека маньяка?
– Не знаю. Агрессивность они повышают, это точно, я их сам немного принимал после прошлогоднего пьяного загула, и силу восстановил очень быстро. Но я за собой маниакальных проявлений что-то не заметил. Сексуальное влечение ох как возросло – одной женщины было мало. Это факт.
– Проконсультируемся у наших психотерапевтов, – пообещал полковник. – Ну, какие еще будут соображения?
– Чтобы его поймать, надо вывести на одновременное дежурство двести сотрудников на иномарках и пусть они снимают баб и мужиков по всем дорогам Москвы. Может, маньяк и клюнет, сядет в машину, попросит подвезти до куста, набросится и попытается убить. Но чтобы потом его опознать, надо каждую машину напичкать видеокамерами, чтобы они сняли происшедшее. Тогда у вас будет кино о нем и вещдок. – Краснов замолчал.
– Мы этот вариант продумывали, но у нас двухсот человек нет, хотя десяток найдется. Мы их один раз отправляли в ночь, но толку никакого. Только проститутки попались. – Фомин разочарованно хмыкнул, сунул в рот кусочек булочки и стал понуро жевать.
– Нет, на удачу не получится, – мотнул головой полковник. – Если бы одна жертва нападения чудом осталась жива, дала показания и описала убийцу, тогда можно составить фоторобот и по нему начинать искать. Тогда есть шанс изловить. И все равно: даже если их задерживают, уговорами склоняют к сотрудничеству, и они сами начинают давать показания. Только сами, так как улик на них никаких нет. Так было со всеми маньяками как у нас в стране, так и за рубежом. Во все времена. – Максимов опять налил себе рюмочку водки и один выпил.
– Но все-таки свидетельница у нас есть, – пояснил он. – Бабка у светофора – продавщица вечерних газет видела, как какая-то девица с красной мушкой на щеке голосовала у обочины. И вот к ней подкатил джип, та туда села и уехала. Но перед этим водитель джипа купил у бабки свежую газету. Потом увез красотку. Мы эту газету в машине убитого нашли, в бардачке, и отыскали ту самую продавщицу. Она нам про мушку и рассказала, но описать девицу не смогла. Только мушку запомнила.
– Значит, надо искать девку с красной мушкой на щеке, – усмехнулся Краснов, – хотя эти мушки носит каждая вторая школьница.
– А если убийца женщина? – Алексей сел на стуле поудобней. – Вы же помните, Чикатило рассказывал следователю про дьявольскую силу, ведущую его к жертве. Он сам рассказывал, как она давала ему чудовищную мощь и силу, так что он с легкостью срывал тряпки с жертвы и разбрасывал их на большое расстояние, ломал стволы молодых деревьев в радиусе нескольких метров от трупа. Может, этот фантастический бес вселился и в хрупкую дамочку и помогает ей творить зло? По словам Чикатило, он накрывал его и жертву черным саваном и помогал уйти от возмездия. Но в последний раз этот колпак вдруг исчез, и маньяк понял, что дьявол предал его. После этого маньяка арестовали.
– Природа маниакального поведения до конца не изучена, – продолжил Николай Иванович. – Почему вдруг тихий, скромный, добропорядочный гражданин – учитель средней школы, берет в руки нож, идет в лес, поджидает там жертву, зверски убивает ее, а еще неостывший труп насилует? Потом откусывает соски и съедает их. – Полковник развел руками.
– Ну, вы и тему за столом затронули, – возмутился Фомин. – Вы еще про испражнения начните и будет ажур.
– Извини, извини, – спохватился шеф. – Я забыл, что ты этого терпеть не можешь.
Алексей действительно не мог смотреть на расчлененные трупы, даже на их фотографии и при вскрытиях никогда не присутствовал. Ему от вида крови, мертвых тел становилось плохо, тошнило и могло вывернуть наизнанку. Начальство знало его слабость и освобождало от этих мерзких процедур. На них посылали других сотрудников. И в морге Фомин никогда не был в анатомичке.
Максимов же с Красновым спокойно реагировали на кровь, тела, запах разлагающейся плоти и ее вид. Единственное – после посещения места преступления не могли некоторое время есть. Воротило.
Тем не менее Фомина держали в отделе на хорошем счету и он приносил ощутимую пользу в расследованиях. Участвовал в задержаниях преступников и проявил себя как бесстрашный оперативник. Пуль и ножей не боялся.
– Извини, Леша, – по-отечески произнес Максимов, Фомин махнул рукой – мол, проехали.
– Ладно, давай завязывать с маньяками, – тихо сказал он Краснову и тот кивнул.
– Лучше о женщинах поговорите, – заворчал Алексей.
– Так мы о них и лялякаем… – усмехнулся Сергей, и все сразу заулыбались.
У Краснова была одна удивительная черта – он умел меткой шуткой разряжать напряженную обстановку. За это его любили женщины, уважали друзья, товарищи и сослуживцы. Он был душой коллектива, его заводилой и лидером. И сейчас он мигом повысил настроение Алексея и возвратил течение вечера в привычное беззаботное русло.
– Да, – хихикнул Максимов, – надо на отдыхе от работы дистанцироваться, а то чокнешься и станешь как те, с кем мы боремся.
Все засмеялись и еще больше повеселели. Не один ведь Краснов мог шуткой поднять настроение. Шеф это тоже делать умел и любил. Хотя иногда у него получались злые начальственные шутки-подковырки, и от них подчиненные смеялись до упаду, а те, на кого они были направлены, – плакали.
Зал ресторана незаметно для друзей заполнился, и свободных мест уже не было. За едой и разговорами они провели уже пять часов. Было двадцать три ноль-ноль, но настроение у всех держалось прекрасное и уходить не хотелось.
– Мы еще посидим? – тихо спросил у Сергея полковник.
– Посидим, сколько хотите, хоть до утра. Кабак до шести работает.
– Я это к чему, если мы по деньгам лишнего выпили и съели, то давай все на троих делить, и баста. – Максимов начал неприятный для Краснова разговор. – Мы же не враги, мы друзья, понимаем, что этот ужин денег стоит. Так что…
– Николай Иванович, – перебил сыщик, – я вас пригласил, и я плачу, вот это будет баста. Сколько бы это ни стоило. Сидим до утра, значит, до утра. Гулять так гулять.
– Нет, Сергей, – спьяну уперся полковник. – Я не люблю быть никому обязан, понял?
– Понял. Вы мне не обязаны, это я вам обязан. – Сергей улыбнулся.
– А, раз так, тогда закажи еще икорки и водки, а то все кончилось, – усмехнулся шеф.
Краснов подозвал официантку и вдруг поймал себя на мысли, что с каждой выпитой рюмкой девушка становилась все привлекательнее и краше. Это всегда случается, когда в ресторан ходят мужской компанией.
Через час друзья отошли от выпитого и съеденного, повеселели, допили водку, доели деликатесы, мороженое, фрукты, немного потанцевали медленные танцы с чужими дамами, посмотрели варьете, стриптиз, послушали певицу с неплохим голосом и отправились по домам.
Перед этим Сергей сходил к Петровичу и расплатился. Ужин обошелся в кругленькую сумму, но сыщик об этом не жалел.
«Чего деньги на веселье не потратить, если они не последние и еще будут, – решил он. – Раз мои друзья остались довольны, то и я тоже».
Из кабака вышли, когда уже светало. Было четыре утра, спать совсем не хотелось, хотя чувствовалась некоторая усталость. Свежий ветерок взбодрил друзей, обдул их лоснящиеся, раскрасневшиеся после выпитого и съеденного лица, потрепал волосы и продул потные рубашки. Они прошли дворами к автостоянке возле «Макдоналдса» и решили постоять немного, полюбоваться начинающим светлеть небом.
– Ну как, едем на такси или нарушим закон, сядем за руль в нетрезвом виде и помчимся с ветерком на моем «мерине»? – спросил Краснов.
– Вези на своей, отмажу, если что, – успокоил Николай Иванович. – Только никого не сшиби.
Пока опера усаживались в «Мерседес», Сергей расплатился с сонным охранником. Потом сел сам, завел мотор и медленно выехал на пустую и полутемную Тверскую. Медленно поехал от центра в сторону Сокола, где располагался дом Максимова. Сыщик решил доставить его первым.
Улица была абсолютно пустой – это самое безлюдное время в городе. Те, кто гуляет заполночь, уже спали, а те, кто рано встает, – еще не проснулись. Машин не было, и это создавало необычную для столицы атмосферу.
– Никогда такого не видел, – удивился Алексей. – Город тих и пуст, будто вымер.
Над асфальтом клубился легкий туман, в воздухе было сыро и полутемно, но небо за домами светлело, розовело, чувствовалось приближение восхода и наступление нового дня.
На тихой и чистой Тверской друзья не заметили ни одного человека. Только на углу дома рядом с Белорусским вокзалом одиноко стояла молодая девушка в коротенькой кожаной юбке, с бутылкой пива в руке – видимо, загулявшая проститутка. Она покачивалась из стороны в сторону и голосовала пустому шоссе. Увидев приближающийся «Мерседес», она подняла руку и замахала активней.
– Во, может, побалуемся? – предложил Краснов. – Одну втроем.
– Фу, – фыркнул на переднем сиденье Максимов. – Вы при мне эти разговоры не ведите. Отвезите домой, бай-бай, тогда балуйтесь сколько хотите и с кем хотите. Но я считаю это безнравственным. Этой девочке учиться надо, работать, семью создавать, детей рожать, а она стоит здесь… мужиков смущает. И виноваты в этом не только красотки, точнее, не столько красотки, сколько те, кто их снимает. Общество безнравственно, если его члены пользуются услугами проституток, – Максимов закончил речь и насупился.
Сергей вздохнул и не спеша поехал к одиноко стоящей жрице любви. Ей было на вид лет двадцать, одета в короткую кожаную юбку, в черные туфли на высоких каблуках и розовую, обтягивающую высокую пышную грудь блузку. В волосах пестрел красно-голубой бант, а на лице выделялись обильно намазанные ярко-красной помадой губы. Глазки были подведены, щечки напудрены, а подмышки надушены недорогой польской подделкой французских духов «Шанель № 5». Девица виднелась за версту и в ней нетрудно было узнать представительницу древнейшей профессии. Вблизи она была похожа на ярко-раскрашенную детскую куклу, и на правой щеке у нее красовалась красная мушка. То ли наколка, то ли наклейка. Бутылка пива в руке и покачивающаяся походка говорили о том, что путана изрядно пьяна. Видимо, в этот ранний час она снимала последнего на сегодня клиента, а может, ловила тачку, чтобы доехать до дома.
Краснов подъехал ближе, немного притормозил и посмотрел в лицо ночной бабочке. Та сделала шаг к машине, нагнулась, выставляя на обозрение красивые груди, заглянула в салон и улыбнулась ему очаровательной белозубой улыбкой. Приглашала остановиться, взять ее с собой, отвезти на квартиру и заняться жаркой развратной любовью. Но Сергей не нажал на тормоз, проехал мимо и… Остался жив и спас жизни своих друзей.
Откуда им было знать, что в этот ранний час на Тверской улице голосовала в поисках новой жертвы та самая женщина-маньяк, чьи зверские убийства будоражили город уже третий месяц? Так случилось, что пути ее и сыщика с друзьями на мгновение пересеклись, но эта мимолетная встреча не окончилась новой кровавой бойней…
Краснов подвез полковника к дому, проводил до квартиры, они тепло попрощались и тот поблагодарил Сергея за ужин.
– Ты мне завтра… точнее, сегодня позвони, я тебя сведу с этим… Максимов не мог вспомнить фамилии начальника отдела угонов. Он был изрядно пьян, хотел спать и язык у него во рту не ворочался.
Они расстались, сыщик вернулся в машину и нашел Алексея спящим на заднем сиденье. Но тормошить его не стал, знал, что через четыре часа тому на службу, и повез друга домой в Измайлово. Проезжая по Тверской, он взглянул на тот самый перекресток, где полчаса назад одиноко торчала путана. Но ее уже не было.
«Или ушла, или ее кто-то снял и сейчас приходует в разных позах в разные места в машине или в квартире, а может быть, в подворотне или в кустах…»
Фантазия Сергея рисовала в его воображении разные изощренные варианты удовлетворения той самой красотки, и от этого он стал постепенно возбуждаться. Больно уж понравилась ему девица. Он точно знал, что она ему доступна. Но вдруг сыщик подумал: а вдруг на углу голосовала та самая маньячка, убивающая мужчин, и сейчас она кромсает кого-то своим ужасным тесаком? От этих мыслей Сергей мгновенно остыл и погнал машину быстрее…
Он привез Фомина к его дому и деликатно разбудил. Тот открыл глаза, поднялся с сиденья, осмотрелся.
– Приехали, – сказал сыщик.
– Слава богу, – буркнул капитан.
Они поднялись на пятый этаж и там попрощались.
– Спасибо за вечер, за участие, за помощь, за все. Друг, – Алексей обнял Сергея и поцеловал в щеку. – Пока. Утром служить, а надо еще выспаться.
– Спи быстро, – пошутил Краснов.
Алексей захлопнул за собой дверь, а Сергей спустился на лифте на первый этаж, сел в машину и поехал домой. Утром ему предстояла встреча с архитектором.
А в этот ранний предрассветный час маньячка отрубила половые органы своему очередному зверски изуродованному клиенту, запихнула их ему в искривленный предсмертной гримасой рот, захлопнула дверцу его «Вольво» и пошла по глухой аллее парка в Сокольниках. Она успокаивалась после взрыва чудовищной агрессии и вспоминала того самого водителя «Мерседеса», проехавшего мимо и не «снявшего» ее на Тверской. Он ей чем-то понравился. Жаль, что не остановился. Ей было бы интересно заглянуть ему в глаза перед смертью…
Приехав к дому, Сергей поставил машину в гараж, поднялся по лестнице на свой этаж, вошел в квартиру и принял душ. Освежился и стал себя чувствовать бодрее. Настроение у него было отменное, и он решил посмотреть телевизор. Включил его и выбрал один из каналов спутникового Евровидения. Там показывали фрагменты боев Майкла Тайсона и рассказывали о его спортивной биографии. Комментатор упомянул, что в последнее время этот выдающийся спортсмен проявляет на ринге и в жизни неконтролируемую агрессию. Его выходка с Эвандером Холефилдом, которому Майкл откусил часть уха во время их боя за звание чемпиона мира по боксу, – тому подтверждение. Тоже маньяк…
И тут сыщика осенило:
«Может, путана на Тверской и есть та самая маньячка? Ведь у нее на щеке блестела красная мушка. Надо было ее на камеру заснять, да жаль при себе не оказалось», – подумал Сергей, не подозревая, как близко он был от гибели.
Он вдруг встал, включил компьютер и запустил программу, называемую фоторобот. Стал ради любопытства подбирать лбы, глаза, носы и прически, чтобы составить портрет той самой проститутки с Тверской.
– Создам фоторобот и пошлю его Максимову с сопроводительной запиской, что это возможная подозреваемая в убийствах маньячка. Путану найдут, задержат, посидит немного в КПЗ, выяснят, что она не убийца, и отпустят. А я буду знать ее адрес, фамилию, имя и отчество, найду ее и оттрахаю как надо».
Через час Краснов полностью собрал фоторобот и, как ему показалось, тот был очень похож на оригинал. Сыщик даже подобрал ей ноги, руки, груди и торс. Облачил в одежду и сохранил фото в памяти компьютера.
– Пошлю Лехе по почте, пусть ищет. – Он набрал электронный адрес Фомина в МУРе и отправил сообщение. Письмо ушло, Сергей выключил компьютер и лег спать.
Глава 5
Но полноценно отдохнуть сыщику не дали. В десять часов его разбудил настойчивый телефонный звонок. Уставший и сонный, Сергей потянулся к возмутившему его спокойствие сотовому:
– Да.
– Сергей Сергеевич, здравствуйте, это Марк Абрамович Гольдштейн. Мы с вами договаривались сегодня встретиться и заняться поисками Михаила Ферсмана, как вы помните. – Клиент был настойчив и убедителен. Он ведь не виноват, что детектив вчера нажрался в кабаке как свинья и не выспался.
– Доброе утро, – устало ответил Краснов и взглянул на красивые механические часы на тумбочке. – Я помню. Когда и где встречаемся?
– Давайте через час у станции метро «Речной вокзал». У дальнего от центра выхода, на автомобильной стоянке. Знаете, там есть стояночка?
– Да, – ответил Сергей, хотя ни малейшего представления не имел, где она находится. Он давно не был в тех краях, да и на метро не ездил и возле него никому встреч не назначал.
Автомобилисты понятия не имеют, как изменилось метро: чего там нового и что за народ им путешествует. У них жизнь на поверхности, и в подземку они нос не суют. Они смотрят на мир через стекла своих машин, и проблемы у них автомобильные. Пробки, например.
– Я найду, – пообещал сыщик, – но мне нужно время – я за час не успею.
– Тогда через полтора, – торопил Гольдштейн.
– Через полтора в самый раз. – Сергей положил трубку и пошел в душ.
Есть он не хотел, а вот пить… Он почистил зубы, побрился, умылся, отправился на кухню и залпом осушил литровый хрустальный графин с водой. После выпитого алкоголя его мучил сушняк, и целительная влага пришлась очень кстати.
– Не дай себе засохнуть, – хихикнул сыщик и пошел одеваться.
Через десять минут он вышел на улицу, открыл гараж, сел в «Мерседес», завел мотор и выехал на дело. Из машины позвонил Алексею Фомину и, к своему удивлению, застал его на службе. А вот шефа пока не было. Сергей спросил о здоровье друга, о его настроении и получил утвердительный ответ:
– Отлично! Даже есть не хочется, а вот спать – очень сильно. Прекрасно вчера погуляли, расслабились, спасибо тебе, Серега.
– Не за что. Передавай привет шефу, он небось решил выспаться, – хихикнул Краснов.
– Звонил, сказал, что едет, но, видимо, не спешит, – доложил Алексей.
– Ты в своем компьютере рылся?
– Собираюсь, а что?
– Загляни в файл писем, я тебе прислал кое-что.
– Что?
– Фоторобот леди, подозреваемой в твоих маниакальных убийствах.
– О! – удивился Алексей. – Откуда?
– Секрет. Ищите ее.
Краснов поинтересовался, как идут дела со всероссийским розыском архитектора и получил ответ, что информация на Михаила Робертовича Ферсмана уже запущена по всем нужным каналам.
– Но ты же знаешь, что это долгий труд, – скептически буркнул Фомин.
– И неблагодарный, – добавил Сергей. – Ладно, бывай здоров, позвоню.
Они попрощались, и каждый продолжил заниматься своими делами.
Ровно в половине одиннадцатого Краснов подкатил к дальнему от центра выходу станции метро «Речной вокзал». Остановился и стал осматриваться – искал ту самую стоянку и легко нашел ее. Она располагалась перед площадью, была небольшая и полностью заполненная машинами. Сыщик оставил «Мерседес» на дороге, вышел и пешком направился к ней. Как только подошел, то сразу увидел стоящего у табачной палатки архитектора. Вид у него был бодрый, одет он был по-летнему – в светлые брюки, светлую рубаху и светлые ботинки, а в руке сжимал небольшую визитку.
Сергей на задание оделся как всегда – в светлые джинсы, светлую футболку и легкие кроссовки. На глазах у него были солнцезащитные очки, а в руке визитка с вмонтированной в нее видеокамерой.
Краснов не изменял своим профессиональным да и житейским привычкам и всегда снимал на камеру все свои задания.
Он подошел к архитектору сзади и встал возле него:
– Доброе утро.
Тот быстро обернулся, увидел сыщика и заулыбался:
– Здравствуйте, дорогой Сергей Сергеевич.
Мужчины пожали друг другу руки.
– У меня машина барахлит, – признался архитектор, – что-то с электроникой… – Он замолчал – ждал, когда Сергей сам предложит ехать на своей.
– Поедем на моей, – сообразил сыщик.
– Вот и прекрасно, – Марк Абрамович посмотрел по сторонам, пытаясь определить, куда идти.
«Не хочет джип по бездорожью гонять», – подумал Краснов. – Нам туда, – сказал он и двинулся к своему «мерину».
Они сели в машину и устремились в автомобильный поток. К полудню он заполонил все автострады столицы и не оставил никакой возможности ехать быстро.
– Доезжаем до двенадцатого километра Рублевского шоссе, а потом сворачиваем на отводную дорогу к нашим поселкам, – пояснил архитектор. – Ехать недолго, может, десять минут, а может, и того меньше.
– Если в пробку не попадем, – парировал сыщик.
Они ехали молча и каждый думал о своем. Сергей вспоминал прекрасный сытный ужин и думал, что после него можно целый день не есть. Такой питательный он был.
– Вот здесь, – указал архитектор, и детектив перестроился и свернул на неширокую асфальтированную дорогу, ведущую в сторону от трассы. Она была пуста и грязна. Создалось такое впечатление, что ее давно никто не использовал. Проехав еще километр, Марк попросил притормозить, достал сотовый телефон и набрал номер.
– Мы подъезжаем, – сказал он в трубку, выключил ее, положил в карман рубахи, открыл визитку, вынул пистолет «макарова», передернул затвор и направил ствол на Краснова. Тот рот открыл от удивления.
– Тормози, Серега, приехали, – агрессивно выпалил архитектор. Сыщик надавил на педаль, и «Мерседес» остановился. Из кустов напротив вышел мужчина невысокого роста, коренастый, в черном джинсовом костюме и с пистолетом в руке. Подошел к машине и открыл дверцу.
– Выходи, – грозно проговорил он.
Сергей опешил, он не ожидал такого поворота событий. Посмотрел сначала на архитектора, потом на коренастого и… подчинился. Вышел и встал возле капота. Вслед за ним вылез и Марк Абрамович, обошел автомобиль и приблизился к Краснову.
– Повернись, – приказал он.
Сергей развернулся, а агрессор завел ему руки за спину и накинул наручники на запястья.
– Садись назад, – последовал приказ, и сыщик уселся на заднее сиденье. Коренастый устроился рядом, а архитектор за рулем. Завел двигатель и поехал по дороге.
Через сто метров «мерин» свернул с шоссе и затрясся по узенькой колдобистой земляной дороге через довольно-таки густой лес.
– Куда мы едем? – не выдержал сыщик.
– Узнаешь, – недовольно ответил коренастый.
Проехав пару километров, они вырулили на ровную проселочную дорогу, ведущую в какую-то деревню. Какую – Сергей не знал, так как указателя нигде не было.
«Мерседес» подъехал к крайнему в поселке дому и остановился. Из него вышла девица в короткой кожаной черной юбке, белой блузке и туфлях на высоких каблуках, отворила массивные немного покосившиеся ворота и впустила машину на небольшой, заросший высокой сорной травой, участок. Хозяйка закрыла воротины, подошла и заглянула в окно иномарки.
– Привезли, – весело сказал Гольдштейн.
– Вижу, ведите в дом, – приказала она.
Сыщика вывели из машины и отконвоировали в небольшую деревенскую рубленую пятистенку из черных бревен, с прогнившим, опасным для прохода крыльцом.
Дом, ворота и утварь в саду были старыми и давно не использовались. Это Сергей заметил сразу. Даже крыша в некоторых местах была проломана.
«Может, дом они снимают, или заняли незаконно, он явно брошен хозяевами», – подумал Краснов.
Попав со света в темное помещение, Сергей на некоторое время ослеп, поэтому остановился, а когда аккомодация восстановилась – увидел старую прихожую. На стене висели вилы, в пыльном, с паутиной, углу стояли лопата и тяпка, в другом – кадушка с протухшей жижей, рядом были навалены сено и замшелые дрова.
Коренастый отворил дверь, и они вошли в светлую, небольшую и такую же запущенную комнату с почерневшей печкой, старыми лавками и столом. Другой мебели и какой-либо утвари нигде не было. Дом был запущен, хозяева из него давно выехали.
У печки стояло небольшое оцинкованное ведро с чистой колодезной водой. Коренастый подошел к нему, вынул кружку, зачерпнул немного и выпил. Сергей остановился посреди комнатки и осмотрелся.
На четырех небольших окнах с запыленными стеклами висели некогда светленькие, а теперь почерневшие, давно не стиранные занавески, а на подоконниках доживали свой век кактусы. Света было предостаточно, так как окна выходили на солнечную сторону, но чувствовалась затхлость и сырость, как в подземелье. Печь давно не топили, окна не открывали и воздух в избе стоял спертый, душный.
В комнату вошли красотка и архитектор, прошли к столу и уселись на лавку.
– Садись, нечего копыта парить, – с блатной издевкой произнес архитектор.
Краснов посмотрел вокруг и уселся на табурет у печки.
– Ты его обыскал? – спросил коренастый у Марка.
– Нет, у него и было только вот это, – он положил на стол визитку Краснова.
Девушка взяла ее, открыла, вынула видеокамеру и удивленно посмотрела на Сергея.
– Он кино про нас снимал, – хихикнула она. Все трое дружно рассмеялись, а сыщик не на шутку забеспокоился.
– Ты поверил, что я архитектор, – Гольдштейн поднялся, подошел к Краснову и быстро похлопал его по бокам, бедрам и ногам – поискал оружие. – Поверил, что я голубоватый и ищу своего дружка – Ферсмана. – Он расплылся в уродливой улыбке, замахнулся и отвесил Сергею подлый, болезненный щелчок по темечку. – Олух, падла навозная, быдло. На «мерине», а быдло, мент поганый. Отправил в розыск фото Мишки Ферсмана? А это индийский актер Хандж…, как его там, черт, звали, забыл. – Марк обернулся к парочке, ища поддержки.
– Хватит юродствовать, Архип, – спокойно произнесла девица, и тот, кто раньше был Марком Абрамовичем Гольдштейном, а ныне стал Архипом, заткнулся и покорно отошел в сторону.
Красотка встала, подошла к Сергею и замерла напротив. Она была высокого роста, белокурая и на лицо симпатичная. Шикарные груди при ходьбе вздрагивали, крутые бедра качались на осиной талии, а длинные стройные ноги поражали взор сыщика.
«Таких в народе называют секс-бомбами», – подумал он.
На боковой части шеи, под ухом, у нее красовалась небольшая наколка – змейка, оплетающая красавицу. В ровненьких, прижатых к черепу ушах сверкали бриллиантами серьги, а на пальцах – стильные золотые перстни с изумрудами.
Сергей смотрел на дамочку и думал:
«Если бы знакомство происходило в иной ситуации, то я любовался бы ею. Но сейчас – лучше изучить ее повнимательнее».
– Я Лола, он Архип, а это Ботик, – она указала на коренастого.
Тот сидел не шелохнувшись, положив сильные руки на темный заплесневевший, давно не скобленный деревянный стол. Перед этим он разместил на нем свой пистолет. Его кулаки с расплющенными костяшками указательного и среднего пальцев говорили о том, что он долго и упорно занимался боксом.
Нос его был немного сдвинут в сторону, скулы и подбородок выпячивались буграми, и он немного походил на неандертальца. Взгляд у него был тупой, тяжелый, исподлобья, сверлил сыщика, и тому стало не по себе. Широкие плечи, мощные шея и руки выдавали в нем сильного человека и создавали облик непримиримого, идущего напролом бойца.
– Ты нам не нужен, но ты богат, и нам нужны только твои деньги, – Лола наконец сформулировала цель захвата.
– А, – усмехнулся тот. – Так вы простые рэкетиры?
– Да, но не простые, а сложные, – поправила девица. – Если отдашь все по-хорошему, то останешься жив, а если нет, то грохнем тебя и делу конец.
– Так у меня с собой ничего нет, только машина. – Сергей хотел развести руками, но остался сидеть как сидел.
– Нет, ошибаешься. Нам не только твоя тачка нужна, а все. У тебя есть второй «мерин» и он дорогой, большая квартира, особняк, счет в банке, кубышка… Нам нужны все твои деньги, вся недвижимость и движимость в обмен на твою жизнь и здоровье. Я ясно выражаюсь? – Красотка повернулась и, грациозно виляя бедрами, пошла по комнате. Ее узкая, затянутая в черную лайку талия находилась прямо перед носом сидящего Краснова, и он наблюдал крупным планом ее аппетитную попку и стройные красивые ноги.
Захватчице на вид было лет двадцать, выглядела она прекрасно и, что называется, в самом соку.
Сергей смотрел на нее и думал:
«Много они обо мне знают, очень много. Наверно, все. Надо проверить, что именно?»
– Вы ошибаетесь, у меня ничего этого нет. Только этот «Мерседес» и небольшая однокомнатная квартира в Бутове, – с напускной наивностью произнес он.
– Ха! – Красотка усмехнулась и посмотрела на Сергея леденящим душу взглядом. – Мы за тобой два месяца следили, выясняли размеры твоего состояния. Проверяли твои счета в банках, твои стоянки и автомашины на них, твою недвижимость. Мы не простые, как ты сказал, рэкетиры, а сложные. Мы не наезжаем на кого не надо. Мы валим тех, кого можем одолеть. Тебя сможем.
– Уже смогли, – поправил угрюмый Ботик.
– Уже смогли, – повторила Лола. – Так что мы знаем про тебя и твое состояние все. Или почти все. Поэтому кончай упираться, передавай все мне и делу конец.
– Ха, – усмехнулся Сергей, хотя на самом деле ему было не смешно. Он упустил тот факт, что может кого-то заинтересовать не как высококлассный сыщик, а как жертва. Он жил на широкую ногу, денег не жалел, разъезжал с девочками на шикарных авто, отдыхал на курортах и, естественно, привлекал к себе внимание окружающих. Может быть, в какой-то момент его и заметили эти рэкетиры.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?