Текст книги "Хроники оборотней"
![](/books_files/covers/thumbs_240/hroniki-oborotney-68133.jpg)
Автор книги: Андрей Белянин
Жанр: Юмористическое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Куда он клонит?
– Значит, рабыня. Может, продашь?
Но тут Алекс не выдержал и… разоткровенничался:
– Я бы вам не советовал. Одно мучение с ней, я купил ее не так давно, но за это время успел потерять покой и сон. Более избалованной, вздорной и скандальной женщины просто не сыскать. Верите ли, но даже когда мы просто гуляем с ней по набережной, меня всякий раз мучает неодолимое желание бросить ее в воду. «Кинь ее, – думаю, – и конец самой большой проблеме в твоей жизни».
Я надулась и чуть не заплакала от негодования. Вот сволочь! И я еще его любила, но сейчас надо держать себя в руках, не подтверждать же его слова топаньем и возмущенными выкриками. Хотя, с другой стороны, зачем себя сдерживать? Но я не успела и рта раскрыть, как эти двое принялись оживленно торговаться.
– Даю тебе за нее десять сестерциев.
– Что? Да я сам платил двадцать, к тому же она не продается.
– Но ты же сам только сейчас говорил, как много горя она тебе доставляет. Зачем же тогда она тебе, о благородный воин? Бери тридцать сестерциев.
– О! Хорошая сделка. Да ты делец, Антоний. Вообще-то красная ей цена два-три сестерция, повезло тебе, брат.
Алекса радостно похлопывали по плечам вдруг возникшие откуда-то рядом сослуживцы.
– Сегодня с тебя пирушка, легионер! – быстро объяснилась их радость.
– Ммм… нет. Она не продается, пошли, Алина, то есть Клео. Это ее второе имя, не обращайте внимания.
Но за это время мы оказались окружены довольно плотной стеной любопытствующего народа, который сейчас удивленно ахнул. Все как один подозрительно уставились на нас.
– Сто сестерциев! Вай, ты очень искусен в торговых делах, воин. Твоя взяла.
– Ммм… За эти деньги можно купить сто верблюдов! Или корабль, нагруженный товаром! Или огромный дом с садом! – послышались возгласы из толпы.
Алекс окинул взглядом народ.
– Дом с садом – моя давняя мечта, – медленно произнес он и спокойно добавил: – Что ж, согласен.
Я до того обалдела, что молчала еще секунд десять, меня прорвало только после того, как один из охранников шейха начал меня легонько подталкивать в спину. Тот уже успел расплатиться и теперь величаво шествовал сквозь быстро расступавшуюся перед ним толпу зевак.
– Проклятый предатель! Стойте, не трогайте меня, на самом деле я свободная женщина. А ты, иуда, после такого можешь больше не рассчитывать на мою руку и сердце! И забери свое поганое колечко!
«Встав в позу», я картинно сорвала с пальца подаренное им колечко и, замахнувшись, хотела уже бросить его вслед удаляющемуся Алексу, но, подумав, быстро надела обратно. Потеряется еще, тут же какой-нибудь халявщик подберет.
– Ха-ха, свободная женщина, а то как же. А татуировка откуда? Может, это знак власти? Сама царица его тебе пожаловала, поставив руководить мартышками в своем дворцовом зверинце, – «остроумно» высказался один из охранников вдруг ни с того ни с сего ставшего моим хозяином (вот счастье-то мужику привалило) арабского богатея.
Звали его Ахмед али Махмуд Шахреяр Гарун аль-Рашид (ну или примерно так, честно, я слышала его имена лишь раз и запоминать не пыталась). Хоромы у него оказались ничего себе. Белоснежный особняк вместе с садом соток на двенадцать, не меньше, окруженный высоким каменным забором. В саду фонтанчики, здесь же разгуливали леопарды в ошейниках – их появление предсказало поначалу показавшееся мне очень странным поведение моих конвоиров. Ребята вдруг затихли и, пригнувшись, постарались идти на цыпочках, их лица напряженно вытянулись и посерели.
– Эй, что, пищевое отравление? Странно, что вас всех так… одновременно скрутило.
– Тише ты!.. – испуганно зашипел ближайший ко мне охранник, парень, по виду явно страдающий ожирением и, похоже, еще и бронхиальной астмой в придачу. Он так шумно дышал рядом, что я чуть не оглохла.
Но опасную зону мы пройти, вернее, пробежать на мысочках (эх, где мои пуанты!) не успели. Два леопарда вдруг выпрыгнули из кустов, мягко приземлились рядом и, ехидно щурясь и ловко подхватывая языком стекающую слюну, направились к нам. Дико взвизгнув, я кинулась сквозь колючие заросли акации в рощу из смоковниц, затем в орешник, охранники от меня не отставали. Попав в павлиний вольер, я схватила одну особь помоложе и, как мне показалось, поаппетитней с точки зрения хищника и бросила возмущенно кричащую птицу в сторону неотстающих леопардов. «Прости меня, птичка, инстинкт самосохранения заставляет совершать страшные поступки», – покаянно думала я, торопливо перелезая через решетчатую оградку, пока меня вконец не заклевали рассерженные собратья зеленохвостой жертвы.
Выбежав к дому, я влетела в открытую дверь и оказалась на кухне. Охранники влетели следом. Толстый трясущимися руками закрывал задвижку.
– Да-а, гостеприимный дом. Надеюсь, хоть крокодилов в бассейне здесь не разводят, хи-хи, – как мне показалось, удачно пошутила я.
– Крокодилы в пруду, как раз с той стороны дома, где живут наложницы господина, – без тени насмешки ответил толстый астматик, глядя на меня при этом с глубоким сочувствием. Я сглотнула.
Но, несмотря на первое неблагоприятное впечатление, жизнь здесь мне была уготована довольно сносная. Во-первых, очень комфортные условия для «до нашей эры». Ванные, туалеты со сливом, мозаичные полы с красивым орнаментом, стены расписаны, по всему видать, почти профессиональными художниками. Мебель из дорогих пород дерева. Это даже я разглядела, хотя красное дерево от многослойной фанеры любой отличит. Везде диванчики, кушеточки, светильнички, хоть и масляные. Кое-где на стенах драпировки, тоже, видно, ручной работы, а не фабричные.
– Жить можно! – констатировала я, оказавшись, наконец, там, где мне суждено было обрести свой уголок и проводить безрадостные дни, но это мы еще посмотрим.
Этот тип очень скоро увидит, как мне хорошо без него, вот прибежит меня спасать, станет прощение вымаливать, ссылаясь на то, что вынужден был так поступить, потому что в ту ночь в лагере, которую он провел без меня, успел наделать огромные карточные долги, и теперь ему угрожают смертью. А я не пойду, удивленно так его встречу: дескать, что тебе от меня нужно, мужчина? Прости, но наши пути разошлись, а здешняя жизнь уже стала моей, и я никуда уходить не хочу, тем более возвращаться к прежнему образу жизни. Куда лучше целыми днями полеживать в бассейне, наполненном молоком молодой черной ослицы, вскормленной одними персиками, сорванными в полнолуние, а потом наслаждаться массажем с ароматическими маслами и есть одни устрицы, запивая их белым вином. Одна беда – Алекс на деньги не играет. А это значит, что объяснений его предательству нет. И придет ли он когда-нибудь за мной?
Отношения в коллективе не заладились с самого начала.
– О Исида, еще одна?! Вот сволочь ненасытная, ему что, тридцати двух наложниц мало, тридцать третью взял?
– Кстати, ты там планы на сегодняшнюю ночь не строй. Думаешь, раз новенькая, значит, вне очереди, – сердито воскликнула тощая карга, потрясая каким-то свитком.
– Да больно надо, – миролюбиво ответила я. – Быть в конце списка – то, что мне нужно.
– Хорошо, запишем тебя на прием к аль-Рашиду в марте следующего года. Устроит? – довольным голосом поинтересовалась эта озабоченная тетка.
– Конечно, конечно, – елейным голосом ответила я, глядя, как она делает запись, и в сторону добавила: – Сомневаюсь только, что этот ваш шейх сможет забыть мою ослепительную красоту.
Но услышавшая меня девица, укладывавшая себе волосы, даже не оборачиваясь, посоветовала мне не зарываться. Вообще, тут каждая была занята собой: одна брила ноги, другая выщипывала волосы на груди, кто-то клеил ресницы, две девушки в бассейне судачили о гробнице, которую строил себе аль-Рашид. Не будучи по происхождению египтянином, он уже несколько лет жил в этой стране и был поклонником египетской культуры. Поэтому, располагая деньгами, даже купил участок земли в той части Александрии, где строили себе гробницы разные Береники и Арсинои, ну и просто знатные люди, включая и почетных горожан. Например, гробница Александра Македонского, где тот покоился в золотом гробу, была всего в паре кварталов от него. Уже был готов макет будущей гробницы аль-Рашида, и на стенах ее должны были быть нарисованы разные сценки полезных знакомств. В одной аль-Рашид стоял в обнимку с крокодилоголовым Себеком, в другой здоровался за руку с самим Осирисом. С Анубисом играл в шахматы, дарил какой-то сувенир зардевшейся от радости Исиде, удивленного Тота – писца богов, одобрительно похлопывал по спине, через плечо заглядывая в его записи.
Что это – мания величия или дань традиции, меня совершенно не интересовало.
После обеда все вышли в сад – там был огромный бассейн. Судя по тому, как резво попрыгали туда девушки, крокодилы обитали в другом месте. Со скуки я уже собиралась нырнуть пару раз, как заметила очень знакомую фигуру в кустах (нет, это был не он, – вы слишком хорошего мнения об Алексе, если сразу подумали о нем, и не кот, кстати, надо потом постараться уединиться и попытаться выйти с ним на связь). Это был Бэс, кривоногий карлик, со счастливой физиономией подглядывавший за купающимися девушками, правда, не у всех из них вид мог вызвать приятные фантазии, но Бэс явно не был эстетом.
– Эй, чем это ты там занимаешься, маленький извращенец? – незаметно подкравшись, крикнула я ему в ухо.
Понимаю, с богами так разговаривать нельзя, даже с самыми мелкими, но характер у меня неуправляемый.
– Что тебе нужно, девчонка? Сами меня прогнали, а теперь пристают, неблагодарные создания Хнума, – обиженно поджал губы карлик, отворачиваясь от меня и принимаясь вновь лицезреть купальщиц.
– Что ты несешь, никто тебя не прогонял! – возмутилась я.
– Ладно, это твой возлюбленный меня прогнал, у него сейчас убитое настроение, а я, едва он оставил тебя, кинулся к нему, с возмущением вопрошая, когда, наконец, будет подан обед великому богу. Тогда он и велел мне проваливать. Знаю, сейчас раскаивается в содеянном, но только поздно, – сердито добавил он, не сводя взгляда с очень пухлой наложницы, собирающейся с разбега прыгнуть в бассейн, несмотря на вопли протеста товарок.
– Тогда пока, – зевая, я повернулась, чтобы идти в дом.
– Стой, смертная, ты в дом, принеси-ка мне чего-нибудь поесть. Чем калорийнее, тем лучше: поев, я подумаю, благословенная моя, как помочь тебе сбежать. Ведь забор высокий, а калиток здесь две, одну леопарды охраняют, а другую…
– Крокодилы, знаю.
– Уже разведала.
– Догадалась, – уточнила я.
Кстати, глянув на фигурку божка, я сразу отметила, что он сильно поправился и даже подрос чуток, и это за один-то день. Хотя, сколько он ест, просто умилительно. Он нам (точнее, теперь только мне) этим кота напоминает, пока с последним я в вынужденной разлуке.
Я притащила карлику баранью ногу с кукурузной кашей на гарнир (для меня экзотика) и кувшин кислого молока. Подивилась, почему он не хочет идти в дом и пообедать в цивилизованных условиях, ведь его все равно никто не видит, но бэс возразил, что боги никогда не станут принимать пищу в человеческом жилище, когда имеется возможность сделать это на природе, ведь многие из них и есть воплощение сил природы. И поэтому он не любит консервированного и еще слишком разваренную картошку, хотя не знаю, как это связано с единением с природой.
Поев, карлик поблагодарил и мгновенно куда-то исчез, я ждала в надежде, что он вернется выполнить обещание, ждала до темноты, но полубог так и не появился. Мои товарки удивленно поинтересовались, почему это я сижу в кустах, когда уже пора спать и через полчаса закроются все двери в доме. Стражники, охранявшие наружный вход в покои наложниц, неотрывно следили за мной, так что пришлось оставить свой пост и идти укладываться спать.
Без сна ворочаясь на довольно узкой кровати (когда вас тридцать три, не напасешься места для просторных кроватей с балдахинами на каждую), я вдруг подумала, что этот аль-Рашид действительно даже не вспомнил обо мне, даже не поинтересовался, как устроилась и все ли меня здесь устраивает. Хам. Все это было очень грустно, и, поплакав на сон грядущий, я и не заметила, как уснула.
Во сне мы с Алексом целовались на чердаке одной из башен старинного кремля в моем городе. На мне было чайно-розовое платье на бретельках, на Алексе почти того же цвета рубашка…
– Любимая, просыпайся, нужно выбираться поскорей.
– Хрюм, ммм… Мне тоже очень хорошо. Как ты это делаешь? – мурлыкая, отвечала я, думая, что это еще сон.
– Что делаю? Вставай, пора линять!
От такой встряски проснулся бы даже мертвый. Рядом на корточках сидел Алекс, с него ручьями стекала вода.
– А? Че?! Как ты сюда проник, предатель? Позову-ка я стражу.
– Некогда разговаривать, – возразил Алекс. – Кое-кто подержал крокодилов, вернее, уболтал, пока я к тебе переплывал. Твое окно довольно высоко, хорошо, взял специальный трос с крючьями. Закинул на подоконник – странно, что никто не слышал.
– Ошибаешься! Слышал. Эй, стража! Спасите ради Сераписа! К нам проник мужчина, одна Исида знает, что у него на уме! – визгливо крикнула дама в бигуди, та, что вела список очередности. Слова крикуньи подхватил целый визжащий хор ее быстро попросыпавшихся «подруг».
В комнату вбежали стражники.
– Вот дура, если бы я ушла, у тебя же конкуренток было бы меньше, – с горечью отозвалась я, пытаясь выпихнуть упирающегося Алекса в окно.
– Там же голодные аллигаторы! – кричал он. – Я не уверен, что бэс еще в саду, ты же знаешь его переменчивый характер!
– Ничего, их вечером кормили…
Но тут командор отбросил меня в сторону, и вовремя: стражники не зевали, и Алекс едва-едва успел отразить удар кривого меча, уже занесенного над ним. Хорошо, что их было всего двое, одного Алекс в конце концов с горем пополам одолел, во второго я швыряла табуретками из эбенового дерева. Это подействовало – он пошатнулся, схватившись за ушибленный затылок, и в этот момент Алекс, схватив меня за руку, бросился к выходу. Мне поначалу показалось странным, что девушки даже не попытались нам помешать, но, увидев прочувствованные лица, я поняла, как же сильно их тронула самоотверженная любовь Алекса. Они, конечно, сразу догадались, что этот красивый мужчина в одежде римского легионера, рискуя жизнью, выручает отнюдь не партнера, даже самого дорогого – по игре в египетские шахматы.
– Э-э, вообще-то, как выйдете, так направо, там аллея из смоковниц, – начала торопливо рассказывать тощая тетка, – после десятого дерева сразу ныряйте в кусты налево. Леопарды обычно дальше дежурят, там самая короткая дорога к калитке. Главное, павлинов не разбудите, они крик поднимут. Но у калитки два стражника-нубийца, по-нашему ни слова не понимают и, что хуже, денег не берут. Так что придется драться. Коротко поблагодарив девчат – на большее времени не было, – мы оставили их рыдающими от умиления и бросились бежать в нужном направлении. И минут через пять уже были недалеко от ворот, успев, правда, разбудить павлинов. Вскоре птичьи крики подхватили люди, и, как мне показалось, сюда же присоединился торжествующий рык взявших след хищников. У ворот стояли встревоженные шумом стражники, а мы затаились в орешнике, понимая, что ситуация практически безвыходная.
– Обними меня на прощание! – полушутя-полусерьезно произнесла я, чувствуя, что начинаю впадать в панику.
Алекс хмуро молчал, вперив сосредоточенный взгляд в пока еще не видящих нас нубийцев. И, похоже, собирался броситься отбивать ворота. Но тут к воротам выскочила первая кучка вооруженных людей. Среди них был и встревоженный аль-Рашид – очухался наконец.
– Ты бы все равно не успел. Они бы подоспели, пока ты сражался с нубийцами, и окружили бы вас.
Обзор нам заслонила вполне плотная (не из тумана) молодая женщина, взявшаяся неизвестно откуда.
– Я Хатор, покровительница влюбленных, и поэтому помогу вам. К тому же о вас хлопочет Бэс, он и поторопил меня. Когда-то нас связывали нежные отношения.
Мы с Алексом заворожено молчали, ожидая продолжения, от нее теперь зависело многое. Но как, интересно, она собиралась вывести нас из такого мощного окружения вооруженных людей. Телепортация?
– Это слишком сильно. Я этим почти не занималась даже в юности, расходовать себя неохота, я ведь женщина и не хочу утратить свежесть и красоту преждевременно.
Она взмахнула руками. Темное, почти черное в ночи лицо ее озарилось, когда она подняла большие глаза к небу, кстати, густо и красиво подведенные синим, и, выдержав, как мне показалось, эффектную паузу, произнесла:
– Можете спокойно идти. Я сделала вас невидимыми… и для животных тоже. Надеюсь, дополнительная морщинка на лице после этого у меня не появилась? – кокетливо обратилась она к Алексу, приблизив к нему лицо, то есть туда, где он должен был находиться (я уже его не видела).
– Нет, вроде нет, – поспешно пробормотал Алекс, ответить ему не помешало то, что он видел ее впервые. – И спасибо за помощь.
Пока народ искал нас повсюду, активно прочесывая парк, мы уже были далеко. Пройдя мимо не видящих нас стражников, мы подошли к воротам, которые сами собой открылись прямо у нас на глазах. Спасибо богине еще раз.
– В храм к обряду успеем? Кстати, эта невидимость нам очень кстати.
Мы торопливо шли через пустую базарную площадь, держась за руки, чтобы не потерять друг друга.
– Да, интересно только, сколько она продержится. А к ритуалу, конечно, успеем. Я ведь все рассчитал, кот связался со мной и уточнил, что дело будет происходить на рассвете, а то я уже собирался отложить твое спасение на завтра.
– Ну, спасибо! Кстати, не думай, что все уже образовалось само собой, ты ведь даже не попросил у меня прощения! – праведно возмутилась я. – Не говоря уже о том, что не объяснил своего гнусного поступка.
Но, к моему удивлению, вместо того чтобы с искренним раскаянием на челе начать просить прощения, Алекс только насупил брови.
– А-а, тебе не понравилось?! Вспомни, как ты сама предала меня тогда во Франции. Отдала меня этой старушке, ты не знала, как я страдал! И тогда, и потом я не мог забыть такого предательства с твоей стороны.
– О, я же не знала! Прости, – искренне покаялась я, вот уж не думала, что он еще это вспоминает.
– Ладно, я просто вдруг вспомнил, не знаю даже с чего. А на самом деле ты же знаешь: у меня не было выхода. Он предложил немалую сумму! Еще мои сослуживцы подошли не вовремя, и вообще это выглядело бы крайне подозрительно, никто бы не поверил, что солдат отказывается от таких денег ради обычной рабыни. Ой, прости.
– Что?! Значит, по-твоему, какие-то жалкие сестерции дороже, чем я?!
– Конечно нет, хватит говорить глупости, – ответил Алекс тоном, прекращающим все дальнейшие споры.
А жаль, я хотела вытянуть из него побольше уверений в своей бесценности. И какая же я была дура! Причина, по которой я на время попала к богачу-арабу была столь очевидной, но все становится простым и ясным, только когда разум не затмевают эмоции.
Тут на связь с нами вышел кот и дал пару рекомендаций.
Снаружи небольшой храм действительно выглядел заброшенным, мы сразу отыскали потайную дверь (как водится, она была покрыта паутиной). Алекс достал ключ, ржавый замок заскрипел и подался. Мы проникли внутрь, прошли каким-то коридором, в конце которого сиял свет, оттуда же доносились голоса, похоже, это и было святилище. Подкравшись поближе, мы увидели странные фигуры. Оказалось, это жрецы в костюмах богов. Поначалу мне даже подумалось: вдруг это сами боги? Кстати, интересно, в каком составе и виде они сегодня представлены?
– Святилище, здесь и будет происходить таинство, – шепнул Алекс.
– Эти глупые кошки уже порядком надоели, – недовольно проворчал один из жрецов и раскашлялся от дыма, безуспешно пытаясь разжечь курильницу.
– И не говори… «мы самые великие, неотразимые, просто совершенства». Тьфу! Хвостатые твари. Надеюсь, сегодня все наши хлопоты окупятся. – Главное, не подхватить блох во время совершения ритуала, – откликнулся второй жрец без маски. Он стоял над тазиком с водой и брился, поглядывая в зеркальце, которое держал свободной рукой. – Главное, эта кошка, нам она нужна, – судя по звездам, другой избранницы в ближайшие десять тысяч лет не предвидится.
– Ага, и тогда мы придем к власти. Пора вернуть те времена, когда цари во всем слушались жрецов. Кошки и так уже слушают нас как руководителей. После совершения обряда они нам будут не нужны. Без нашей помощи богиня не только не сможет войти в тело кошки, но и жить в нем безмятежно. Что ни говори, а о котах-жрецах еще никто не слышал. А кто кроме жрецов будет ежедневно обращаться к ней с молитвами, проводить процессии и приносить жертвоприношения, ну и по мелочи: палочки благовонные курить, религиозные песнопения устраивать…
– Одним словом, делать все то, без чего ни один бог или богиня еще не смогли обойтись, – самоуверенно подхватил жрец в костюме Анубиса. – Кстати, у тебя осталась еще жевательная соль? Дай-ка сюда. Порядок есть порядок – очистим уста.
– Неожиданный поворот. Так это уже получается заговор жрецов, а не заговор кошек! – прошептал Алекс, напряженно сжав мои пальцы.
А я в этот момент, глядя в пустое пространство на месте Алекса, думала не о новой проблеме, меня почему-то заинтересовали ощущения, какие испытываешь, когда тебя целует невидимка. И я уже собиралась обратиться к Алексу с просьбой утолить мое любопытство, как в святилище раздалось пронзительное многоголосое мяуканье. Это начали стекаться пушистики. Мне не терпелось их увидеть. Всегда любила кошек, а тут еще они предстают как маленькие бунтари, борцы за свои права. Нет, конечно, я не хочу, чтобы они стали командовать людьми (хотя именно этим они обычно и занимаются в домашних условиях), такие коротышки, как правило, и становятся тиранами. Но они такие обаяшки – грациозные, красивые, пушистые, – что им всегда будет все сходить с лап.
С того места, где мы до времени прятались (на всякий случай, ведь неизвестно, когда невидимость пройдет, – не удосужились уточнить у Хатор), просматривался только частокол из хвостов всех мастей и степени пушистости. Святилище ярко осветилось, к закопченному потолку поднимался дым из курильниц и прикрепленных к стенам факелов. Вдруг полилась довольно приятная музыка, хотя музыкантов видно не было.
– Где же она? Может, пора уже выходить и поискать, хотя она ведь в любом случае должна быть на виду. По-моему, даже полагается одеть ее в парадные одежды, – заметила я.
– Да вон она. Ну, пошли, ты права, чем скорее, тем лучше. Назад тем же ходом.
Алекс начал медленно приоткрывать дверь, на случай, если начнет скрипеть, но мы не успели – сзади нас раздался зычный голос:
– Куда это вы, смертные? Неужели вам, презренные, мало просто присутствовать при действе, которое ни одному непосвященному лицезреть не можно, тьфу ты, не должно.
– Хватит манерничать, Себек, говори нормальным божественным языком, но я думаю, и так здесь все всё поняли. Правда ведь, мои милые?
Перед нами стояли два странных существа.
– Странных существа?! Мы боги!!!
Э-э, да, кажется, и впрямь боги, только вот какие-то маленькие. Ростом не больше обычного кота, недаром кошки вели с ними диалог на равных.
– Интересно, как они собираются нам помешать? – нервно произнесла я, обращаясь к Алексу. – Этот Себек и…
Голубого цвета юноша с подведенными глазами сейчас подмигивал Алексу (для них мы были видимы), и его довольно жеманные манеры наводили на определенные мысли.
– Нефертум, дорогая, бог благовоний. Можешь звать меня просто Неф, если, конечно, это не вызывает у тебя исключительно архитектурных ассоциаций. Я здесь вместо Хнума – создатель людей не смог прийти.
– Пошли, Алина, простите, но нет времени тратиться на разговоры.
Алекс резко распахнул дверь, там уже вовсю шел ритуал, несколько кошек оглянулись в нашу сторону. Я подумала о Профессоре, и тут очень сильный порыв ветра подхватил нас и, подняв в воздух, швырнул назад. Пребольно ударившись сначала спиной о заднюю стену, а потом попой о каменный пол, я поняла, что снова вижу Алекса. Нашей в какой-то степени защитной невидимости как не бывало.
– Поняли, мои милые? Сет сейчас, конечно, не в такой силе, как мы с Себеком (ведь у него кафе, а у меня постоянные поклонники), и вынужден обходиться без плоти, но явить себя (что у него всегда неплохо получалось) он еще может, – со спокойной улыбкой на накрашенных губах заметил Нефертум. – Сначала оживим Баст, воспользовавшись возможностью, а уж она напомнит людям о позабытых богах.
– Угу, – значительно добавил Себек, хмуря зеленый лоб.
– Ты не сильно ушибся? – кинулась я к Алексу, тот уже был у дверей, и мой вопрос повис в воздухе.
Следующий порыв был не таким сильным, и, приземляясь на пол, я поняла, что еще пять-шесть пробежек до дверей, и мы сможем наконец войти в святилище, если, конечно, все эти шесть падений будут удачными.
В этот раз к дверям уже пришлось ковылять под чистый смех Нефертума (такой чистый смех может быть только у бога или ребенка, отпилившего ножки у обеденного стола).
Это только в фильмах герои со всей силы ударяются о стены, причем бесчисленное количество раз, и всякий раз вскакивают на ноги и бросаются в бой как ни в чем не бывало. Я ошиблась немного в расчетах – уже третий порыв был настолько слабым, что мы только взлетели до потолка и тут же опустились вниз (хорошо, что падать было всего сантиметров десять, спасибо строителям). Не дав богу непогоды передышки, мы ломанулись к выходу, не обращая внимания на несущиеся вслед раздосадованные окрики Нефертума и грозное мычание Себека.
– Держи, пригодится. – Алекс что-то быстро вложил мне в руку, это был «переходник». Вопросительно смотреть на Алекса не было времени.
Действо, происходящее в зале, производило впечатление. Помимо множества кошачьих теней посреди святилища на стене перед алтарем возвышалась огромная тень женщины с головой кошки, как и полагается, традиционно в профиль. На алтаре важно восседала белая кошка, действительно одетая в какое-то золотистое платьице. Выглядело это очень умилительно и уморительно, тем более что у всех кошек были такие серьезные лица. Рядом стоял, подняв факел, главный жрец, другие стояли в сторонке.
Жрецы, сообразив, что к чему, быстро вышли из религиозного экстаза и поспешно бросились нам наперерез. Кошки, подняв дикий ор, тоже кинулись к нам отстаивать свободу своей предводительницы.
– Алина, хватай кошку и дуй на Базу, я их задержу! – крикнул Алекс, выхватывая меч.
– Я тебя не брошу! – в отчаянии крикнула я.
Но командор уже обернулся в сторону кучки напавших на него жрецов, вооруженных горящими факелами, но и без того производивших жуткое впечатление своими звериными головами. Жрец Гор с головой ибиса, похоже, настолько вошел в образ, что, отбросив факел, стал подпрыгивать рядом, пытаясь «клевать» Алекса куда попало. Главный жрец не прекращал ритуала (неужели не интересно поучаствовать в потасовке? Или он в трансе?). До алтаря оставалась пара шагов, когда ко мне кинулось сразу с десяток котов и кошек.
– Постойте, я пришла, чтобы сделать важное сообщение: жрецы вас обманывали, они сами хотят владеть миром, обратите же свой гнев против них, пушистые хвостатики. Ой, не могу на вас без умиления смотреть, так и хочется погладить, а если удастся, то и потискать.
– Собратья, вы слышали?! – раздался совсем рядом такой родной голос агента 013. И тут же он сам явил себя миру, быстро взбежав по ступенькам к алтарю. – Жрецы хотели нас обмануть!
– Почему мы должны ей верить, Великий Техутиэмхеб?! – послышалось недовольное мяуканье – «переводчик» с кошачьего работал бесперебойно.
– Не почему! Алиночка, быстро включай «переходник», а я позабочусь об Анхесенпаатон.
– Анхесенпа… кто? – не сразу поняла я, думая о том, что Пусик, похоже, впервые отказался от возможности в очередной раз продемонстрировать свое красноречие.
Кот кинулся к по-прежнему спокойно восседающей на алтаре белой кошке, но не успел – вокруг кошки вдруг разлилось сияние, из глаз ее брызнул свет.
– ЭТО СЛУЧИЛОСЬ. У МЕНЯ ТЕПЕРЬ ЕСТЬ ТЕЛО. ВНЕМЛИТЕ МНЕ, ВЕЛИКОЙ ЦАРСТВЕННОЙ БАСТ, ОТНЫНЕ НА ЗЕМЛЕ ВСЕ БУДЕТ ПО-МОЕМУ. КАЖДОЙ ПОДДЕРЖИВАЮЩЕЙ МЕНЯ КОШКЕ ПО МЫШКЕ, А ДАЛЬШЕ, КРОМЕ ТОГО, МНЕ ПОНАДОБИТСЯ АРМИЯ. НЕ ПОЙМУ, ЧТО ЭТО? ЧТО-ТО НЕ ТАК. О НЕТ! ТОЛЬКО НЕ… ЭТО. ОСКВЕРНЕННЫЙ СОСУД!!! Я НЕ МОГУ БОЛЬШЕ В НЕМ НАХОДИТЬСЯ…
Кошку начало в прямом смысле плющить и колбасить, шерсть ее встала дыбом, и вид у нее был такой, будто ее били электрические разряды. Пушистик тут же бросился к ней. И в его глазах было столько живого участия, когда он притянул кошачью голову к себе, мягко обхватив ее лапками, что я даже не сочла себя вправе немножко поревновать. Кошка еще несколько раз дернулась, из пасти у нее вылетело маленькое темное облачко, и она затихла.
– Оскверненный сосуд? Но как? Ее же охраняли! – пробормотал главный жрец, начиная рвать на себе волосы, только что осознав, что все его планы рухнули в тартарары.
Кошки тоже сидели огорошенные. От Алекса жрецы отстали, едва белоснежная избранница заговорила не своим голосом. Воспользовавшись этим, он встал рядом со мной. А жрецов на было видно.
– Интересно, а где меджаи? – Я вспомнила, что кот обещал непременное присутствие легендарных воинов.
– О-о, вы и не поверите, как мне было трудно удержать отряд этих мускулистых парней! – раздался знакомый нудный голос, и черный карлик, выпятив пузо, шагнул из-за алтаря. – Они так хотели исполнить свой долг, говорили о кодексе чести, рвались на помощь жрецам… Я растратил почти всю мою новообретенную силу и опять жутко голоден. Вздорная девушка, у тебя случайно нет с собой куриной ножки? От изумления я даже забыла на него обидеться.
– Бэс?! Противный шут! Такты посмел пойти против воли богов? – гневно и тоскливо взвыл расталкивающий кошек маленький Нефертум.
– А почему, собственно, нет? Вы вечно мной помыкали, и, вернись прежний порядок, мне снова пришлось бы состоять при вас шутом.
– Но ты и есть шут! – подоспел немногословный Себек. – Таким тебя создали!
– А если мне надоело? Вот эти славные ребята предложили хороший контракт, – с чувством вытирая выступившие слезы (или кривляясь?!), Бэс кивнул на нас с Алексом. – Они первые увидели во мне целостную личность! Я – артист, а не смешной уродец, обязанный обеспечивать низкопробное веселье на очередной вечеринке у Осириса. Теперь у меня будет другой дом, достойная работа, приличная зарплата и питание, поэтому я без сожаления покидаю благодатный Египет! Тем более что уровень жизни для богов здесь сильно упал…
– Хм, ну… тогда, спасибо, – при всеобщем молчании сдержанно поблагодарил командор. Черный карлик поклонился.
– Вообще-то я всего лишь выполнял свою работу, – проникновенно сказал он. – Одна из прямых обязанностей бога – охранять человека от бедствий. Просто кое-кто предпочел об этом намеренно забыть… Бэс важно пристроился поближе к нам. Командор, забрав у меня «переходник», настраивал машину на увеличенное количество пассажиров.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?