Читать книгу "Не/На ногах. Те самые походы, где ходить пешком не обязательно"

Небольшой экскурс по выставке провел Сергей, художник и местный работник. Работал в Сочи татуировщиком, но потянуло на Родину, на Сахалин…

Солнце зависло на западе бросая длинные тени, мы сидели на кухне и непринужденно болтали с Леной и Сергеем. «Корова мало стала давать молока» – сокрушалась она переливая только что полученный надой в банку. «Вам налить молока?». Мы почему то не отказались. «А давайте я лучше вам ухи из симы налью, чем вы будете свою тушенку есть? Только в обед приготовила». Мы почему то не отказались. «Ребята, я вам крабов принес» – сказал зашедший на кухню человек с рыбацкого стана с охапкой волосатков в руке. Мы почему то не отказались. Мы благодарили от души, нам было немного и неловко и тепло. Ничем мы не могли отблагодарить этих приветливых и гостеприимных людей, только словами чистой благодарности.

Бани не дождались, отошли ко сну скоропостижно и рано, лишь солнце скрылось из глаз. В этот день мы спали на постельном белье, запомнилось как-то. Спали очень долго, некоторые 12 часов. Только втягивались мы в это дело, организм впитывал отдых после перенесенных трудностей, как шальной, как будто догадывался бедолага, что это еще только флора, фауна еще впереди.

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ. ПЕРВАЯ ГРЯЗЬ

План был прост. Встать тогда, когда хотелось и выйти к мысу Конабеева, чтобы попробовать его пройти по старой японской конской дорожке вырубленной в скале. Тем более вчера Сергей говорил, что по слухам этот вариант возможен. Но все пошло не так, к нам подошел парень из стана рыбаков и сказал, что у них не получилось пройти через мыс на ту сторону, море разрушило то, что японцы вытесали в скале в 20-е годы 20-го века. Пришлось задуматься. Идти 2 км до Конабеева, потом обнаружить что он не проходится, значит по ручью залезать через бамбук на сопочку, через которую и можно обрулить данный мыс. Это легко без велосипедов, даже мозг напрягать не стоит, но наши верные «кони», с ними это будет через большой пот и напряжение в мышечных волокнах. Возможно ли будет все это? Мы не собирались устраивать подвиги ценой в травмы и разочарования. А есть ли другой путь? Да, имеется. В обход всего этого каменистого нагромождения идет древняя японская дорога, ныне заброшенная, но периодически вспахиваемая квадроциклистами и отдельными командами джипов. Порядка 13 км, уходя сначала далеко вглубь полуострова, она по длинной дуге обходит Конабеева и оказывается сразу в Атласово, на мысе Анастасии. И мы выбираем длинный путь.

Через 7 с половиной часов после восхода солнца переходим речку и находим начало тернистого, но главное грязно-липкого пути. Первые же метры ее показали кто будет выполнять роль буксира. Через условно называемую дорогу перебегал ручей с крутыми бережками, перейти через него не замочив пока ног можно было по переброшенному бревну и стало понятно, что Инга с велосипедом этого сделать не сможет. Не трудно было сделать это раз, но подступили неясные ощущения, что сие будет не первый раз. И то был тот случай, когда молитвой внутри стучало «Дай бог последний».

Дорогоподобное понеслось вглубь, дальше от моря. То по тайге, то вдруг мы оказывались в нечто болотистом. Местами неплохо просматривалось, что это действительно было когда то дорогой. Даже остатки дренажной системы по бокам можно было различить, но на сегодня это уже почти мираж, легкий, неуловимый, только тень от прошлого.

Лишь море скрылось за ближайшими деревьями оживился комариный клан, и чем глубже, тем настойчивей звучал до крови знакомый писк. У Инги начало пухнуть лицо от укусов, пришлось отдать ей свой накомарник. При переходе речки я даже снимать обувь не стал, я уже видел, что это бесполезные телодвижения, скоро все будет… ну в общем вам по пояс будет. Тем не менее после речки пошли приличные такие кусочки, где мы ехали на велосипеде. Выглянуло солнце, мы повеселели вконец, к тому же собака со стана, что увязалась с нами, демонстрировала полную решимость проводить нас как можно дальше, а глядя на многочисленные, порой колоссально огромные следы медведей – это ну очень сильно вдохновляло, а собачка еще и охотничьи навыки демонстрировала, одиночно лая, когда загоняла очередную белку (соболя) на дерево.

Вот так и двигались. То метров 300 в седле, то облезая какую-нибудь топь. Когда выскочили из глухой тайги, наконец-то разродился ДжиПиэС и показал, что за полтора часа мы продвинулись на 3 км, а ведь еще даже не закончили удаление от моря, до загиба нашей дороги было порядка километра и только тогда типа пойдем параллельно морскому побережью. Но мы были полны сил благодаря прекрасному отдыху на Могуче, за что мысленно раз за разом благодарили его хозяев.

Но то все было затравкой. Начались мои кошмары. Мощные водные пути перерубали дорогу как мечом. Дорога ухала вниз под углом 70 градусов, я не шучу, затем вылезала под тем же углом. И все это по мокрой жиже. Стало понятно, что мне нужно будет сначала перенести свой велосипед с грузом на багажнике, затем вернутся за Ингиным. Скажу кратко, задолбался, итого таких приключений с переноской набралось больше 20. Только моя природная ловкость и сила не позволили хряпнуться на скользкой дорожке в 70 градусов.

Мы подтягивались все ближе к перевалу, водные потоки, в следствии близости мест их зачинаний, иссякали и поэтому дорога стала сухой и без размывов. С нами бежала собака, а мы ехали на велосипедах, что и обуславливало то, что мы были хоть и грязными, но довольными.

Поразило, как много мусора от упаковок, банок, бутылок из под водки было разбросано по дороге в отдельных местах. Видимо «любители природы» на мотосредствах сильно не утруждали себя сбором мусора после перекусов. Ребята со стана рассказывали, что господа на квадроциклах постоянно пьяными к ним подъезжали, а пьяный природе не товарищ.

Мы же тем временем добрались до невысокого, но желанного перевала и на скорости преодолели почти полный километр, после чего закономерно пошли промывы и ямы полные воды и грязи. Когда выбрались в долину реки Анастасия провалы сменились болотами. «Вот были бы мы без велосипедов, было бы легко и незамысловато» – думалось очередной раз вытаскивая вел из жижи в жижу.

Велосипед как будто обижался и норовил поглубже нырнуть вместе с хозяином. Выбравшись на сухой пригорок заросший бамбуком, мы переводили дух с тем, чтобы ухнуть опять в комариное болото. Из веселого – заметили поникший и брошенный квадроцикл в зарослях (фото мелкое получилось, лень было идти до него). Но все ближе и ближе было море. Все чаще и чаще мы ехали, а не топали. И километра за два до побережья уже только и ехали, лишь пару раз прервавшись для форсирования Анастасии, что пересекала наш путь. Собака все продолжала бег рядом с нами и за свою верность получила пару овсяных печенек, все чем были богаты.

И вот, почти через шесть часов пути, без обеда, практически без перекуров, мы вкатились в б.у цивилизацию – деревню Атласово. Несколько домов без крыши, свалка техники в виде ГТТ, тракторов, большие цистерны из под топлива, свалка железных кроватей.

А в 500 метрах плескалось море, мы быстро доехали до него через заросли гречихи сахалинской и лабазника камчатского. На берегу моря мы почувствовали себя несколько заново родившимися.

Ветер с моря выдул всех комаров обратно в их таежную берлогу, вокруг было открытое пространство где не было нужды орать на каждый куст с целью изгнать оттуда потенциального медведя. Трудности таежного периода остались позади, перед нами был ковш мыса Анастасии. Вокруг во множестве преобладали антропогенные следы, по всему когда-то человек здесь деятельно развернулся. Особенно преуспели японцы. Используя эти две скалы в качестве волноотбойников, они за их широкими спинами соорудили ковш для маломерок, настроили бетонных ванн для заготовки рыбы.

Потом пришли мы и продолжили дело начатое японцами, только в придачу поставили рядом пограничную заставу и средства РЛС. В итоге пришла демократия и всех победила.

Рядом с ковшиком, разбросанные друг от друга стояли добротные сарайчики, в лице трех-четырех штук, но для проживания годился лишь один. Размерами он был солидный, на 8 персон. Мы выбрали дальнюю койку и стали обустраиваться. Это заключалось в вываливании вещей куда только можно, локальной уборке нашего угла и заготовки дров к печке. Еду на костре готовить было лениво, всем известно что я лодырь. Использовали мы MSR Reactor, продвинутая газовая печка для таких как я. Жутко экономная, с высоченным КПД, но требующая особенных кастрюлек, с выемкой в дне.

Гречневая кашка с тушенкой классика жанра. Когда доедались последние гречинки послышался звук нарастающего мотора со стороны моря. Инга выскочила на улицу и похвасталась, что помахала «морякам» рукой. Через пять минут раздались голоса, скрипнула дверь и в хоромы зашли трое мужчин. Ох уж этот футбол. Причем здесь футбол? Да потому что знакомые игроки-футболисты просто везде! Олег удивленно вскинул рукой «О, Андрей, привет!». Пять МЧСовцев приехали в этот дальний край на тренировку. Тарас, Евгений, Слава, Дима и Олег. Как раз места всем и хватило. В домико-сарайчике стало шумно, но весело. Они расспрашивали нас, знакомо удивляясь, мы выуживали информацию у них. Все это происходило между делами, мужики развешивали вымокшую одежду, намокли в лодке под градом волн, заряжали печку собранными нами дровами, в общем вели правильный образ жизни.

«Заранее хотел бы вас предупредить, что возражения, отказы не принимаются» – уже через полчаса поставил вопрос ребром Тарас – «вы приглашаетесь на шашлыки». Мы пытались сослаться на то что у нас нет фраков и вечерних платьев, но оказалось, что в этот вечер можно и без них.

В качестве кухни и сушилки избралось другое строение, оно было с приличными пробоинами в теле, зато имело поистине богатырскую печь, что и предопределило. Наша общая квартира получилась олигархической по площади, но сельской по сути. Спальня располагалась в ста метрах от кухни-столовой, но коридор предполагался открытого типа, под небом, а пол все больше песчаный с травяными вставками.

Все заметались туда-сюда. То одно нужно поднести, то другое забыли. Улеглось все только с темнотой. Пылал костер перед входом в сушилку-кухню, большой стол заставленный немудреной едой как будто блуждал сам собой в меняющемся свете костра. А вот с шашлыками в тот вечер не задалось, вместо них на костре пыхтела картошка, не одна, совместно с тушенкой. «Шашлыки будут завтра, так что приглашение в силе» – заметил Тарас, который был главным в команде. Мы задумчиво покачали головами…

Было много разговоров у костра. О системе образования, о качестве преподавания, о знаниях. Смутно можно предположить – «Причем здесь МЧС и образование?». А ребята между прочим изливали душу сугубо в профессиональном ключе. Одна за другой летели истории, как человек не мог понять, что за циферки у него на GPS экранчике? И что это даст, если он продиктует их по телефону спасателям? Понятия долгота и широта уже неизвестны широкому кругу населения, по большей части молодому. «Вот так и просим, чтобы сказали цифры под кружочком, потом под запятой – первую строчку, потом вторую. А скажешь ему про широту и долготу, надолго подвисает не понимая о чем речь».

Вспоминали трагические случаи замолкая надолго, пытались анализировать рабочие ситуации. Немного спорили, потом наливали чаю и выслушивали что без средств связи вдвоем это плохо и не соответствует строгим правилам безопасности. Много было переговорено в тот вечер, есть о чем поведаться с этими ребятами.

ДЕНЬ ПЯТЫЙ. ПЕРВАЯ ДНЕВКА

Плотный туман зацепился за скалы мыса Анастасии. Хмурое утро не обещало разнести облака в клочья ни к обеду, ни к ужину. Слегка подавленные сырыми атаками накатывающимися с моря волнами тумана, мы собирали вещи. Ничто не должно остановить нас на пути к цели. Я смазал цепи на велосипедах, подтянул кое-где кое-что, Инга собирала разбросанные по всему сарайчику вещи.

«Вы куда? Оставайтесь!» – заволновались ребята с МЧС. «У нас же еще шашлыки, да и вообще, а поговорить?»

Средней степени колебания посетили наши души. «Все таки уже четыре дня подряд, мы, наверное, устали. Кажется, нужно дать отдых мышцам, а то еще усталость накопится» – копошились во всю взбодрившиеся мысли.

По итогу всего мы решили устроить первую нашу дневку. А почему бы и нет? Разве мы ее не заслужили, рефреном прозвучали оправдательные мыслишки где-то глубоко в колодце сознания и на этом мы закопали последние сомнения и отдались полноправному отдыху на растерзание.

Мы оперативно затащили вещи в нашу берложку и отправились на разведки по окружающей действительности. И первым делом посетили сам ковш. Вальяжно его обошли, подивились столь удачному выбору места. Остатки небольших рыболовных судов еще громоздятся в этом пристанище, но море быстро подметает за человеком, еще лет десять-двадцать..

Кстати, через море белеет наша кухня-сушилка, а еще дальше долинка из которой мы и проявились на это побережье.

В двух исполинских скалах, что прикрывали своими телесами гавань, в которой разместился ковш, были заметны вбитые железные крюки, что впились в эту плоть еще со времен японцев. Так и представились многочисленные японские кунгасы набитые сельдью, лососем шныряющие туда-сюда.

Потом я в одиночку посетил большой рассыпающийся дом на высоком берегу. Путь к нему лежал через мощнейшие заросли бамбука избалованного здешним теплым климатом и обилием влаги. Здание оказалось бывшим военным объектом, судя по всему связанного с ПВО. В некоторым комнатах еще оставались вполне целые полы, на стенах как будто забытые выключатели, как будто только недавно ушли отсюда люди…

А ближе к вечеру мы все собрались у костра, у нашей кухни, где поспевал шашлык. К нам присоединились лисы и енотовидная собака, они деловито расхаживали рядом, мало обращая на нас внимания, их больше занимала еда, неудачно свесившаяся с чьей то руки. Мы светили на них в упор фонарями, фукали и ругались, а они смотрели на нас своими большими печальными глазами, это пронзало нас до глубины души и в итоге мы как то все же мирились с их присутствием. А уже не поздно все разошлись по койкам, дневка заканчивалась, завтра начинался труд, приключения и новые впечатления.

ДЕНЬ ШЕСТОЙ

Рассвело, а мы еще лежали. Но не долго. Поднялись. Собираться почти не пришлось, вчера мы это уже проделали. Радушно попрощались с мужиками и каждый отправился в противоположную сторону на разных видах транспорта.

Но, в отличии от предыдущих участков, где мы могли много и часто пользоваться велосипедом по прямому его, в этом краю рыхлых песков, прибрежных скал и валунов, основу передвижения составляли ноги.

Перейдя речку Анастасия, мы еще некоторое время прошли по пляжу, полюбовались речкой Водопадной и ее, соответственно, водопадом. Сложная система труб, это, как можно понять, водопроводная часть местной, почившей уже цивилизации. Нечто подобное проделывали еще древние римляне, и сегодня еще в древнем городе сохранилась часть аквидуков доставлявших воду с синеющих вдалеке гор…

Начало дня подарило первый километр пляжа, только позже мы поняли, как это важно, когда пляж. Сразу за этим коротким песчано-гравийным началась небольшая, тестовая гряда скал. Тестировались наши силы и нервы, если кто не понял. Сразу за короткой скалистой местностью побежала удобная для катания велосипедов местность, относительно, конечно удобная, вы же понимаете, велосипедных дорожек там нет. Наволокло тумана, солнце этим летом ставилось в большой дефицит, хорошо что мы об этом не догадывались, а всегда надеялись что вот вот начнется и засветит.

Из туманной мглы неясными очертаниями выползло чудовище, оно было огромным и страшным, как полагается.

Мы застыли в страхе и робости, уж не знаю что было бы, куда б бежали, если б не дуновение ветра обнажившего истину чудовища. Древняя гусеничная машина, как будто выползла на последнем издыхании из глубин моря пугать одиноких путников, таких как мы. Шутка, конечно, эта груда железа нас и не испугала совсем, некоторую тревогу вызывали совсем другие обстоятельства… медвежьи. Началось все со звуков. Известно, что медведи настоящие асы во всех аспектах таежной жизни. Вот и ходят они так, что не услышишь ни звука, но только тогда, когда это им нужно, в раслабоне медведь трещит всем подряд не хуже нас с вами. И вот такой расслабляющийся медведь решил идти с нами в унисон по берегу моря. Только он по кромке террасы, а мы по пляжику (но видеть мы его не видели). Треск бамбука до небес сопровождал нас некоторое время, но вскоре, по всей видимости, медведю эта игра надоела и он куда-то то свернул в чащобу. И вновь в наш мир ворвался лишь гул прибоя и крики чаек!

Немного каменьев и околохудожественных природных скульптур не сильно сбили наш темп. А этот странный своей дырявой конфигурацией камень все же заставил потратить около него ряд драгоценных минут. Не помню я таких, в виде трубы камней. Эта дыра на самом деле в длину несколько метров. Не вулканических ли это сил дело?

Живопись на время отодвинулась за наши спины и пошли более обыденные пейзажи. Просто рыхлый пляж, небольшие, вытекающие из кудлатого бамбука ручьи. И это было хорошо, такого рода пейзаж позволял идти со скоростью хорошего пешехода.

Визуальная информация выдавала велосипедное решение дистанционной проблемы. Казалось, что плотность песка стала дозволять ехать на нем, а не наоборот. Здесь это и случилось. Цепь новая, проблема старая – порвалась, а не прошло ведь и 100 км. Да и обращение было безгранично ласковым с ней и бережливое, приучился на прошлой своей цепочке, которая тоже как-то расстыковалась в дали от дома одним своим звеном. Так что еще километров 500 пришлось не дыша ездить на ней. Цепь поменял, а привычка осталась..впрочем не оберегла она меня от этой страшной аварии. Не была б она катастрофичной при наличии копеечного запасного звена и специального ключика. (Ну цепи же новые!)

Я сложил остатки в пакетик и откомандировал его в рюкзак, до лучших времен, здесь все равно ехать негде, песок слишком рыхлый. И пошли мы туманом гонимые. В какой-то особенно густой момент его в дали показался ходячий черный шар, а рядом маленькие шарики. Ближе к ним они определились как мама-медведица и три крохотных медвежонка. Мы встали и они встали. Медведица смотрела в нашу сторону без признаков какой-то обеспокоенности и тем более агрессии. Семья покопалась в песке, еще раз покосилась в нашу сторону и покатилась в растительность, как раз перпендикулярно нашему пути. Все заняло не больше десяти минут. Фотографии я делать не стал, фотоаппарат был далеко, а гоу про на таком расстоянии бы ничего толкового не показала (метров 70—80). Так что мы просто полюбовались ими. Как только мамаша со своими мальками скрылись, мы продолжили путь. Вскоре туман разошелся и видно стало так далеко, как полагается при ясной погоде. Крильон видно еще не было, он прятался за мысами, а вот мыс Анастасии изгибом виднелся за нашими спинами уже довольно далеко.

Примерно 6 км были без трудностей и препятствий. Удобный пляж и неплохой по плотности песок. Было не жарко, мы не устали, не испытывали голода. Это я все к тому, что условия пока перед нами лежали близкие к идеальным. Далеко вперед прослеживалась эта прекрасная полоска. Раскаталась она до последней крупной реки на этой стороне полуострова – Ирша. От нее до самого мыса оставалось где-то 8 км, казалось совсем крохотное расстояние, как раз от обеда до полдника, но отнюдь… об этом потом.

На реке Ирша пляжный песок или песочный пляж, закончился. С этого места пошли камни. Они не представляют трудностей, если без велосипеда, но с ним же… Или нести на себе, или тащить за холку его. И то и другое требует другого рода усилий нежели вести его рядом по песку, а значит замедление трафика неминуемо.

На Ирше мы немного задержались, я решил проверить, может чуть выше есть выход какой-нибудь древней дороги от Крильона. Восхождение представило трудность. Чуть-чуть выше устья река была забита просто плавником, который выкинуло море. Он на плаву лежал на реке, кряхтел и расползался под ногами, так что требовалось насторожить внимание, чтобы не нырнуть не запланировано в многочисленные ходы сообщений этой баррикады. Выбравшись на тот берег нужно было проявить альпинистские качества – «Ого, да здесь столько клоповки» – удалось между делом приметить. Забравшись за скалу я с глубоким неудовольствием понял, что никакой дороги не будет, придется полировать прибрежные камни.

А еще даже до обеда было далеко, а мы потихоньку тащились по камням, которым, казалось, не будет логического конца. Сто метров прохождения мы считали достижением.

На одном из участков мы приметили похожий на янтарь камень. Сходство заключалось в цвете, на этом и заканчивалось. Инга была долго убеждена что он это он и набрала килограмма два по карманам и в рюкзак. Некоторые экземпляры, если бы они были янтарем, произвели бы фурор на мировом рынке. Красивые, желто-медовые, желто-красные, но тяжелые. Участок, где были раскиданы эти камни отличался особенной красотой, только бесили эти камни, которые тормозили весь процесс.

Дело чуть-чуть перевалило за обед, а мы еще его не использовали. Все чащи по пути попадались лисы, и чем дальше, тем более бесстрашными они являлись. Вот из травы выскочил лисенок, ну чисто игрушка. Он открыл свой зубастый ротик и уставился на нас своими детскими, ясными глазенками. Такая чистота была в них! Он крутнулся на месте и загребая песок со всех ног кинулся обратно, к мамке в норку.

Вскоре подтянулось более взрослое поколение. Оно отметилось стальными нервами и непреодолимой тягой к знаниям. Лис шествовал параллельно нам по кромке пляжа, на всякий случай поближе к кустам и любопытным глазом старательно фиксировал нас. Места эти человекоудаленные и, видимо, для местных животных люди были в диковинку. Наконец, лисной удовольствовался странными тварями не похожими ни на одного из обитателей прибрежной тайги и скользнул за темнохвойный забор махнув нам полинявшим хвостом.

Медленно-медленно мы тащились по круглобоким камням. Как я не старался идти не быстро, Инга все равно отставала, так что приходилось все чаще любоваться окружающими пространствами. Позади топорщился мыс Анастасии, впереди неизвестность, вожделенный Крильон все еще прятался за поворотами.

Становилось все голодней и мы ждали лишь первого ручья, чтобы отобедать. И он явил нам свой лик. Сбегая с крутой скалы вода, найдя себе путь между камней, убегала в море.

Со вздохом облегчения мы сбросили поклажу. Но, глядя на выдающийся в море кусок каменной стены прямо перед нами, осталось ощущение недосброшенности груза, ведь впереди трудности похлеще тех, что остались позади. Думать об этом не мечталось и мы отдались обустройству обеда, а пока отдавались, начали накатывать предательские мысли – «А может остаться?». Толпа доводов собралась в кучку и намитинговала оставаться так оставаться, вплоть до ночевки. Осталось лишь согласиться, но с определенными условиями. Пока Инга готовила, я понес велосипеды через скалы туда, вперед. Сначала свой, потом ее. Далеко не получилось, по прямой несколько сот метров, около полукилометра, но каких… Стенка, скалы, камни, скалы, стенка еще раз камни. И попрыгать и поскакать. И все равно всю полосу препятствий я не одолел. Впереди, от точки где я оставил в одиноком состоянии велосипеды на всю ночь, высилась еще одна стена, самая самая. Без велосипедов все они не представляют особых трудностей, ну разве если рюкзак будет весить килограмм 30. Велосипеды же, негабаритами своими, немного тормозили процесс прохождения. Приходилось применять челночный способ движения. Сначала одно, потом велосипеды. Это уже потом, через пару месяцев я бегал по другим участкам побережий и с тем и другим одновременно со скоростью равной скорости обычного гражданина на бульварах нашей страны, но то совсем другая история и другие исторические реалии, а в этих пространствах приходилось жить именно так, как я описываю.

Какую бы лютую злобу я не испытывал к этим скалам, по объективным на то причинам, конечно же, я все же не мог не любоваться отдельными их проявлениями, не мог не упиваться взрывным волнам взлетающим в небо после встреч их со скалами. Есть место и лирике в нашей многотрудной походной жизни.

Спрыгивая с крайней скалы, что преграждала путь к отдохновению, вижу дымящийся в недальности костер и ощущаю сквозь соль брызг, запах ужинообеда. Инга уже дофиналила пищу, я к самому столу. Но пока суть к делу, я решил сползать наверх, глянуть что может представлять из себя тамошняя местность. Очень крутой склон, к счастью медведи набили целые ступеньки. В верхней части не оказалось ничего достойного осмотра. Обычный темнохвой. Но что это за красное пятно у тощей пихты? Хм, не думал, что из Японии возможна доставка по небу обычных детских воздушных шариков. Иероглифы по всему телу указывали на явную принадлежность к соседу через пролив. Отсюда до ближайшей японской суши немногим больше 50 км по прямой, долетел же бродяга…

Долго обедали, между делом непринужденно общаясь на незаданные темы обо всем на свете, потом постановка палатки, мойка посуды. В походе все быстро входит в определенную колею и бытовые работы делаются почти на автоматизме, быстро и споро. Здесь лишь бы погода была, тогда и в бытовой рутине находится время смотреть на бескрайность моря, остроту скал и глубину распадков.

Как видно по картинке, с погодой все было в порядке, мы взаимно радовали друг дружку. А дальше было отдохновение, ведь мы уже сегодня никуда не торопились, а до ночи было очень далеко. Читали с телефонов, потом смотрели два сериала, что радовали нас всю дорогу, особенно «Плебеи». Удивительная Большая Батарейка гарантировала нам бесперебойную работу всех наших гаджетов – будь они включены хоть круглые сутки.

Синее небо медленно темнело, на небе звезды, которых ваши покорные слуги уже не видели, спали…