Текст книги "О чем говорят. По ту сторону экрана"
![](/books_files/covers/thumbs_240/o-chem-govoryat-po-tu-storonu-ekrana-98765.jpg)
Автор книги: Андрей Малахов
Жанр: Кинематограф и театр, Искусство
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Ой, не могу, – Наде очень стыдно, – мой бывший приходил, ему на резину не хватало, на зимнюю.
– А еще на какую резину ему не хватало? – настоящую мужскую шутку сопровождает еще одна настоящая хватка за ягодицы.
– Ну ладно, Кирюш, не сердись, – сгущается туман в глазах Нади. – Я у Ленки для тебя займу.
Кирилл тут же ее отпускает и собирается уходить.
– Постой, – шепотом «кричит» ему вслед ответственный редактор. – У меня мама с Викой на дачу уехали, а?
– Не могу, – и Кирилл разводит руками с бицепсами, трицепсами и всем остальным полагающимся ему по штату героя-любовника богатством, – я завтра сестре обещал мебель перевезти.
Конечно, Кирилл морочил ей голову. Он наверняка договорился идти в пивбар с друзьями. Конечно, Надежду, одну воспитывающую дочь, было жалко. Но из восьмидесяти пяти процентов женщин в нашей редакции половина были и за маму, и за папу. Кирилл же был достаточно независим, хорош собой, а главное – холост…
Огромное сияющее пространство спортклуба встречает меня непривычной тишиной. Здесь редко кто бывает в такое время. Неужели? Легкое дуновение ветерка от захлопнувшейся двери и – «Агент-провокатор»?! Уже две недели прихожу в клуб, но Марины нигде нет. Только этот запах как будто преследует меня, как будто шепчет тихо и сладко: «Я здесь…» Удивительный запах – терпкий, свежий, необъяснимый!
Похоже, у меня начинаются проблемы…
Все! Срочно на беговую дорожку, только пульт от телевизора возьму. У Гомера сирены заманивали проплывающих моряков песнями, а тут… Как она узнала, что аромат для меня почти колдовство? Все, хватит грезить наяву – я уже бегу. Что там сегодня в родном эфирном болоте? Нет, плохо сказал про болото, родину-то не выбирают!
МТV. Чернокожие перцы в бейсболках и широких штанах, блестя от пота, механически извиваются под псевдорегги. Чего это они так взмокли? Наверно, перед съемкой для пущей сексуальности маслом намазались…
Переключаем на НТВ… Тюремная романтика. Вышка, серый барак, не вынимая сигареты изо рта, уголовники «опускают» молодого сокамерника.
Что дальше?.. «Культура» – кадры военной хроники: нацисты, чеканя шаг, проходят по Мюнхену…
Вытираем полотенцем пот, сбавляем скорость и переходим на «Россию». Участники какого-то шоу с упорством, достойным лучшего применения, окунают друг друга в густую навозную жижу…
Щелкаем пультом – Муз-ТВ… Очередные, но уже белые перцы в широких штанах и бейсболках облизывают микрофоны: «Сладкая конфетка – малолетка!.. Не грузи меня, детка». Да-а-а… На глазах миллионов рождается хит сезона! Еще можно добавить: «Я твоя блудливая нимфетка и ночую дома крайне редко!» Хорошо, что Набоков со своей поистине девственной «Лолитой» до этого не дожил!
Непреходящие ценности, канал «Дикая природа». Крупным планом пульсирующая вагина антилопы…
Может, утренний ноктюрн от Кати Стриженовой поднимет настроение? Нет, не поднимет – на нашем канале профилактика.
Ладно – как там дела у сладострастной антилопы?
Пять лет назад дочка упросила подарить ей собаку, клятвенно уверяя, что только она будет ее выгуливать, мыть и кормить. И все эти пять лет по утрам Лесси, отчаявшаяся разбудить свою главную хозяйку, приходила поднимать Наташу. Вот и сегодня Наташа Бойко проснулась от поскуливания собаки, встала, поставила чайник и, выпустив во двор бедное животное (умница овчарка утренний моцион совершала сама), пошла будить припозднившегося вчера мужа.
– Петь, вставай, – она села на край кровати, чуть подождала и снова начала тормошить супруга, – вставай! У меня поясница разламывается, может, подбросишь до работы?
С хрустом потянувшись и зевнув, муж сел в кровати и тут же сцапал Наташу в объятия.
– Не бережешь ты себя, мать, не бережешь, – с удовольствием похлопывал он Наташу по спине. – Но ты у меня еще в порядке, вон какая взбитая, – со спины похлопывания перекочевали пониже, и Петя стал аккуратно заваливать Наташу в кровать. – Пончик ты мой сахарный!
– Перестань, – Наташа старательно отбрыкивалась, – там Ленка уже проснулась. – Супружеский секс в Наташины утренние планы не входил.
– Да ладно, – пыхтел Петя, не оставляя попыток заявить свои права на жену, – вечно ты Ленкой прикрываешься…
– Все, не могу, – Наташе наконец удалось вырваться, – я побежала! Лена, поднимайся! – закричала она уже от входной двери. – Опоздаешь в школу! И не забудь – у тебя сегодня танцы! Пока!
Длинноногая девица, которая пришла на остановку позже Наташи, первой впорхнула в маршрутку.
«Земля – крестьянам! Фабрики – рабочим! Деньги – водителю!»
В другой раз самодельный плакат над дверью заставил бы Наташу улыбнуться и, может, пригласить веселого водителя на программу, но сегодня ее все раздражало.
Заняв последнее, самое неудобное боковое место, Бойко оглядела пассажирский состав: салон на 80 процентов был заполнен 30-летними бодрыми девушками с открытыми плечами и загорелыми коленками. Двадцать процентов составляли она, две бабушки и неизвестно чей ребенок. На ухабе «Газель» подбросило, и яркая брюнетка с ноутбуком весело взвизгнула.
Наташа задержала взгляд на ее стройных ногах, обтянутых джинсами с сильно заниженной талией, и на пупке с пирсингом, и у нее вдруг слезы подступили к глазам. Больная поясница была тут совершенно ни при чем. Впервые за шестнадцать лет супружеской жизни ласковое прозвище Пончик, придуманное мужем в дни их студенческой юности, открылось ей во всей красе. Глядя на полную маршрутку рыбок, заек, кисок и как там еще их называют любовники, Наташа подумала, что пончик, как ни сдабривай его сахарной пудрой, всегда останется пончиком…
Если в начале создания «Большой стирки» в редакции еще встречались люди, способные ежедневно читать серьезную аналитическую периодику, то через год весь наш коллектив, быстренько пробежав скандальные заголовки «Жизни», «Комсомольской правды», «Экспресс-газеты» и «МК», принимался подробно исследовать последние страницы толстых глянцевых журналов, где обычно публиковались фотографии светской хроники. «Известия» и «Коммерсант» чаще всего оставались нераскрытыми. В результате среди тем, предлагаемых на летучках, неизменно присутствовали: «18 абортов и выше», «Мой купальник самый-самый», «Я потеряла девственность в 12» и т. д. Генриетта называла это «профессиональной деградацией», хотя сама редко читала какую-либо прессу.
Сегодняшнее заседание редакторской группы знаменовало собой кардинальный творческий прорыв.
– Как вам тема «Размер имеет значение»? – шеф-редактор Михаил довольно улыбается.
Наши дамы смотрят на него, как на полного идиота, и молчат. Генриетта, опоздавшая к началу обсуждения, решает сыграть роль продюсера продвинутого.
– Ничего, Майкл, – она окидывает редакторов надменным взглядом, – звучит вкусно.
Все молчат. «Вкусно – невкусно! – практически не шевеля губами, шепчет Бойко на ухо Пятницкой. – Словарный запас в два раза меньше, чем у Эллочки Людоедки». «Точно, – шепчет в ответ Лена, прикрыв рот ладонью. – Нет, чтобы прямо сказать – г…но». И тут наконец не выдерживает Лариса Камышева. Слегка откашлявшись, она делает официальное заявление:
– Мы на эту историю уж точно никого не отыщем, – она чуть краснеет. – Мы же не можем выслушивать представителей только одной стороны?
На лице Миши ясно прочитывается недоумение:
– Ларис, ты это о чем?
Дамы начинают гнусно хихикать.
– Она, Миш, про то, что больших не бывает, – бабахает Бойко, и все начинают ржать.
– Я имел в виду совсем не это! – Миша не намерен выглядеть клоуном и поэтому очень, очень строг. – Я про размер зарплаты, например, глаз, машины, ВВП, носа…
– Бриллиантов! – стучит карандашиком по столу Генриетта, недовольная общим весельем.
– Да, конечно! Или бюста, например! – одобренный поддержкой продюсера, искрит шеф-редактор. – Это очень актуально, многие девушки по этому поводу комплексуют.
Девицы опять начинают хихикать.
– Про грудь у нас уже было, – Генриетта бросает карандаш и начинает постукивать перламутровыми ноготками по столу – злится.
– Хорошо, – Миша не намерен сдавать позиций. – А как вам тема… – тут он делает небольшую паузу и, победно глянув почему-то в мою сторону, произносит: – «Мой муж не ночует дома».
– Слишком линейно, нет развития темы, – чеканит Генриетта.
(«Ну все, – шепчет Бойко, – «невкусно» и «линейно» уже было. Сейчас «вижу – не вижу» начнется». Все еле сдерживаются от смеха.)
– Как нет развития?! – Миша даже засмеялся такому непониманию темы. – У нас эксклюзив с женой Сергея Авдеева. Он в космосе уже 800 дней!!!
Генриетта недовольно поджимает тонкие губы:
– Но я же ничего про это не знаю… Кто с ней договаривался?
Я слишком хорошо знаю этот тон, чтобы не понять, что вопрос «Кто с ней договаривался?» на самом деле означает: «Кто посмел, не сказав мне?!»
– Да Андрей вроде звонил вчера, – «сдает» меня Юля, – упрашивал, она вроде согласилась.
Похоже, не замечает зарождающегося продюсерского гнева только Миша. Он вскакивает со стула и начинает чуть ли не в лицах разыгрывать какую-то школьную самодеятельность:
– Гетта, представьте, Авдееву в лицо никто не знает, – он изображает некое удивление. – Она заходит в студию, – шеф-редактор делает два шага к сканеру, – называет свое имя, а потом рассказывает, что ее благоверный уже два года как не ночует дома. Все в шоке, – Миша разводит руками. – Как?! Не может быть?! Да гнать такого мужика надо!
Глаза Миши сияют.
– Потом – а-ап! – шеф-редактор хлопает в ладоши. – И Андрей говорит: у нас прямо сейчас есть уникальная возможность связаться с вашим «неверным» мужем и спросить, что это он себе позволяет?! И дальше, – все уже поняли, что дальше, но все равно с интересом смотрят на Мишу, – дальше телемост с космическим кораблем! На лицах Авдеевых – счастье, у миллионов зрителей – катарсис!
Всем нравится.
– Гениально! – восхищается Лариса, которой слово «катарсис», в отличие от продюсера, хорошо знакомо. – Мишка! Ты – супер! – и она поднимает вверх большой палец.
Но Генриетта, не прощавшая в своем присутствии восхищения кем-нибудь другим, опять поджимает губы:
– Может, эта… идея и ничего, но надо все тщательно проработать. Пока я программы не вижу.
Мы все очень устали, и нам все равно. Только Лариса продолжает активно видеть программу:
– Еще можно с Ярославского вокзала бомжей позвать, – радуется она. – Они же тоже не ночуют дома! И там такие мощные житейские истории! Все обрыдаются!
– Гетта Николаевна! Скажите! Только бомжей нам не хватало! – вставляет свои пять копеек Юля. – Неужели нет симпатичных мужчин?
– Юль, я что-то не помню, тебя повысили в должности? – Миша выразительно смотрит на секретаршу. – Когда у нас будет тема «Лучшие женихи России», получишь отдельное приглашение – и вперед со своими комментариями, – Миша серьезно раздосадован упрямством продюсера, – а сейчас, когда тебя не просят, очень прошу: не встревай!
– Какие еще предложения? – лицо нашего продюсера уже начинает покрываться красными пятнами.
И тут в бой вступает тяжелая артиллерия.
– У меня есть отличная тема! – Пятницкая победно смотрит на притихших коллег. – «Мой самый необычный поступок».
– Ничего, – тут же соглашается продюсер. – У меня даже есть хорошая кандидатура на этот эфир.
Генриетта имеет в виду свою подругу Леру, которая, приехав в мусульманскую страну, умудрилась отправиться в мужской день (!) в городской хамам. Самое удивительное, что эксцентричная Лерка, отлично там помывшись, ничего необычного в своем поступке не увидела: «Я же не знала расписания, а по-английски они не понимали», – спокойно объяснила она шокированной подруге.
– У меня тоже, – многозначительно говорит Пятницкая и округляет свои красивые глаза, – есть кандидатура.
Вся редакция издает громкий стон.
– Ты опять?! – озвучивает общее негодование Бойко. – Сколько же можно?!
– Но я звонила сегодня в Германию! – на одухотворенное лицо Пятницкой любо-дорого смотреть. – Я разговаривала с ее подругой!
С периодичностью раз в неделю Лена предлагала пригласить в студию эмигрантку из России Анжелу Ермакову. Она была одержима, больна идеей пообщаться с ней лично. Потому что именно эта Анжелика, а не ее тезка из старого фильма про французских королей, являлась для Лены предметом страстного поклонения.
Анжела и Король тенниса /Любимая история Пятницкой
Прошагав по подиуму пару километров и здраво оценив свои возможности, «маркиза ангелов» Анжела Ермакова поняла, что карьеры в модельном бизнесе ей не сделать. И подалась в официантки. Как-то на новом месте работы она увидела короля ракетки Бориса Беккера, тихо выпивающего за барной стойкой. И тогда предприимчивая Анжелика осуществила лучший показ в своей жизни.
Начав с долгих недвусмысленных взглядов, неудавшаяся модель довела немецкого чемпиона до нужной кондиции, потом эффектно встала и чеканной походкой от бедра увлекла жертву в ресторанную кладовку. Где в тесноте хоть и не получила от спортсмена желаемого удовольствия, но добыла от него желаемый репродуктивный материал.
Затем, экспроприально забеременев, Ермакова родила дочь, установила в суде отцовство Беккера, развела его с женой, а в финале еще и выбила из очумевшего теннисиста целое состояние.
Понятно, что после этой истории многотрудный и тернистый путь охотниц за богатыми и знаменитыми осветила новая яркая звезда.
Успев после летучки в церковь к отцу Филиппу, я решил, что сегодня удачный день и надо навестить еще один храм – физического здоровья. Тем более что в спортклубе появился новый вид тренировок, которому библия современных мужчин (журнал GQ) посвятила целый разворот: «Невероятный подъем внутренней энергии ждет тех, кто займется тай-чи», – обещали глянцевые страницы. Этого долгожданного подъема мне как раз и не хватало. Кивнув двум миленьким блондинкам за стойкой ресепшн (до чего же эта парочка похожа на волнистых попугайчиков-неразлучников!), я повернул в сторону мужской раздевалки.
– Андрей Николаевич! Извините! – меня догонял охранник. – Вот, для вас, просили передать.
Запечатанный конверт из кремовой шелковистой бумаги. Без обратного адреса, да он и не нужен. Поставив спортивную сумку на скамейку перед шкафчиком, я вскрываю плотную бумагу и вдыхаю такой знакомый аромат. Внутри – авиабилет до Сардинии с открытой датой и визитная карточка отеля Саla di Volpe с указанием номера люкс. И больше ничего.
Очень эффектно! В такой форме приглашение провести вместе выходные, как, впрочем, и будни, мне еще никто не делал. Феноменальная женщина. Точнее, феромональная. Тогда, после вечеринки, она обещала позвонить, как освободится, и – пропала. Я уже шею вывернул, высматривая ее в спорт-клубе, а теперь она абсолютно уверена, что в субботу я непременно появлюсь в отеле на этом итальянском острове… А может, полететь? Так хочется ее увидеть! Нет, завтра я согласился вести презентацию нового Mercedes-центра. Черт бы побрал все эти машины и их производителей!
– Si, sinory. Cala di Volpe. – Соединение с приятным итальянским баритоном произошло почти мгновенно.
– Могу ли я попросить передать букет в сорок пятый номер?
– Разумеется, синьор, какие цветы желаете? – администратор гостиницы легко переходит на английский.
– Тринадцать красных роз!
– Очень хорошо. Карточка – Visa?
– Да. Сколько с меня?
– 740 евро, синьор.
– Сколько? – я решил, что ослышался.
Итальянец с готовностью повторил трехзначную сумму.
– У вашего садовника розы с бриллиантовой росой?
Он рассмеялся:
– Синьор, хоть Cala di Volpe и переводится как «лисья нора», но никаких уловок. Мы входим в число самых известных гостиниц мира. Всегда к вашим услугам…
– Пятая камера! – свирепствует режиссер из аппаратной. – Возьми Андрея в полный рост! Хорошо! Держим 15 секунд! Наезд на брюки, держим еще 10 секунд! 9, 8, 7… Что значит «зачем»? Никаких дискуссий! Для тех, кто понимает, очень хорошие штаны! И это уже осенняя коллекция Ermenegildo Zegna, на минуточку…
Так хорошо… Ты же понимаешь, – режиссер сменяет гнев на милость и начинает заниматься ликбезом, – половина людей днем смотрит телевизор без звука. Поэтому картинка и действо в студии должны заставить их если не сделать погромче, то хотя бы не переключать!
Эти переговоры в аппаратной я не слышал. Поэтому бойко продолжал:
– Если вы хотите стать участником ток-шоу «Большая стирка», – теперь, разумеется, мониторы демонстрируют крупным планом мое лицо, – посмотрите на ближайшие темы программ:
1. Хочу провести ночь с Максимом Галкиным.
2. Мои соседи меня достали.
3. Я не ношу нижнего белья.
– Если у вас есть интересные истории, звоните нам по телефону 217-7628. И помните: у вас всегда есть шанс стать знаменитым!..
Аплодисменты!
Вчера, после нескончаемого фейерверка, которым завершилась вечеринка для представителей немецкого автомобильного концерна, я, борясь со сном, включил компьютер. Именно компьютер в XXI веке научил всех смиренно ждать.
На мониторе появилась гостиница, напоминающая старинную итальянскую деревушку. Терракотовые башенки домов и террас утопают в зарослях олеандра, можжевельника и розмарина.
– В наш отель едут за атмосферой и стилем, – гласил пресс-релиз.
«Удобный причал для ваших яхт… Мебель, расписанная вручную, и предметы антиквариата… Цветовая гамма постельного белья меняется в номерах каждый день…»
«Да-а, хороший отельчик выбрала Марина, – подумал я. – Сколько же стоит переночевать на этом белье?»
Хотя я забыл, что комплект французских простыней, подаренный мне одной подружкой на новоселье, на котором я сейчас так привольно раскинулся, тянул на полугодовую зарплату моей мамы…
Поход по модным бутикам был для гримера Станислава Щукина тем крылатым Пегасом, который вдохновлял поэтические натуры всех времен и народов.
Обычно Пегас прилетал к нему дважды в год, когда в Третьяковском проезде появлялись новые коллекции известных модельеров. Еще два раза Стасик появлялся в этой Мекке марок и брендов, выбирая одежду для меня, еще пару раз там устраивались распродажи, потом он водил туда племянницу, приезжавшую из Елабуги, еще… Пегас Щукина был очень выносливой лошадью.
Вот и сегодня, воодушевленный скидкой на очередную процедуру ботокса (весь арсенал современной косметологии Стасик, увы, себе позволить не мог), он решил, что заслужил тот джемпер от Roberto Cavalli, который высмотрел накануне в Третьяковском проезде. Он решительно распахнул двери бутика, где одиноко бродила какая-то миниатюрная блондинка.
– Тоже мне звезда подиума, с таким ростом и ботфорты напялила! – отметил про себя Стасик и направился к вожделенной модели. Но только он попытался снять джемпер, как блондинка с другой стороны стойки тоже вцепилась в вешалку.
– Женщина, что вы делаете? – от изумления Стасик чуть не выпустил джемпер из рук.
– Нет, это что вы делаете! – в глазах конкурентки зажглись воинственные огоньки. – Я специально пришла сюда именно за этой кофтой! – и она как следует потянула на себя добычу.
– Она пришла, ха! – ему, Стасику, не привыкать общаться с дурами. – А я что, по-вашему, ошибся дверью?
– Но это женский джемпер! – в голосе конкурентки уже угадывались истеричные нотки, звучание которых можно услышать и в модном бутике, и на Даниловском рынке в субботу.
– Да что вы говорите! – Стасик пока сохранял спокойствие. – Ну, если вы не имеете понятия об унисексе… – он решил добить соперницу тяжелой артиллерией, – то тогда конечно!
– Кто, я? – негодует блондинка, и ее хватка ослабевает.
Довольный Стасик выдергивает из рук врага джемпер и со словами «Упакуйте это!» протягивает его подоспевшей продавщице. На блондинку страшно смотреть.
В нескольких сантиметрах от кассы Стасик вдруг почувствовал, как священный восторг победителя куда-то исчез. Вместо этого его пронзила очень простая, но почти забытая им мысль: «Настоящий мужчина никогда не добивает слабых и немощных». Это как доблестный Айвенго, про которого он читал в детстве. Стасик всегда шел на поводу у своего настроения.
– Я передумал, – милостиво кивнул он испепеляющей его взглядом блондинке, – можете купить кофту!
И пошел к выходу. Но у самых дверей остановился, посмотрел через плечо и бросил:
– Герленовский блеск для губ «Терракота» – не ваш формат! Если любите эту фирму, лучше попробуйте новую помаду «Кис-кис»…
– Вы смотрите «Большую стирку»! Напоминаю, что тема сегодняшнего эфира – «Трудно быть молодым»!
Аплодисменты!
– И сейчас мы узнаем, что же думают о своем будущем сами дети!
Я иду по рядам и только успеваю протягивать микрофон – со всех сторон вверх тянутся маленькие ручки, как будто я попал в класс со сплошными отличниками.
– Я буду ветеринаром! – картавит худенький мальчик лет пяти.
– Молодец! А ты? – я протягиваю микрофон девочке в очках.
– А я хочу стать воспитателем!
– Так, хорошо, кто следующий?
– Я хочу быть звездой! – смеется девочка Наташа, которую притащил на эфир Борис Грачевский.
– Конечно, будешь, – обнадеживаю я ее и иду дальше.
Аплодисменты!
Не знаю, как с остальными детьми, но девочку Наташу я не обманул – через два года на эстрадном небосклоне появилась новая яркая звезда по имени Глюкоза.
– Предлагаю тему! – кричит из дальнего угла комнаты Юля. – «Я – фанат Эдиты Пьехи. Спасите меня от одиночества!»
Попробовала бы она так сострить при Генриетте. Но Гетты на сегодняшней летучке нет – уехала на неделю в теплые страны со своим высокопоставленным воздыхателем. «Вот было бы неплохо, – шушукаются Бойко с Ларисой, – найти законную жену этого воздыхателя и устроить им встречу на эфире! Пусть жена посмотрит, чем он занимается вместо того, чтобы решать дела столичного хозяйства!» Мужа Генриетты они, посовещавшись, решают пощадить – жалко. «Наверное, – говорит Лариса, которая однажды его видела, – она его бьет».
Вместо Гетты сегодня командую парадом я:
– Ну, а кроме ретрофанатов что мы можем предложить?
– Давайте попробуем «Секс с экс»… – Миша хотя и не в духе сегодня, все равно старается креативить.
– Это уже давно невкусно! – Юля пытается изобразить продюсера: подносит руки к вискам и говорит с несвойственным Генриетте надрывом: – Я не вижу, не вижу программы!
– Нет! Нет! – в голос орет с места Бойко. – Вы что, забыли? Мы же еще в прошлый раз решили-таки добраться до того письма от мэра. Ну помните, глушь какая-то? Который изменяет своей жене со своим заместителем!
– Точно! – радуюсь я. – Тем более что у Опры Уинфри на этой неделе похожее интервью с губернатором Нью-Джерси!!!
Пикантность этой измены заключалась в том, что зам. мэра тоже был мужиком. И, судя по всему, страсти в подведомственном им захолустье кипели нешуточные: глава города каялся что было сил, писал, что не может так дальше жить и обманывать своих избирателей и что они хотят приехать в Москву и рассказать всю правду про это в эфире.
Всем очень весело:
– Может, лучше их отправить в «Криминальную хронику»?
– Ага, или в «Дорожный патруль».
– Нет – к Анфисе Чеховой!
– Господи, чего людям не живется спокойно – кругом природа, любовь, а они на эфир рвутся….
– Слушайте, слушайте! Зачем нам эти грязные разборки, давайте вызовем того милиционера, который сделал операцию по изменению пола и баллотируется в мэры города Березняки.
– Это который… – или которая? – хочет со своей предвыборной программой выступить?
Именно так, в клубке безумных фантазий и не всегда тонких шуток рождались наши самые «вкусные» темы. К сожалению, большая часть этой вкуснятины никогда не доходила до потребителя. Мечты редакторов о некоем наборе гостей, идеально подходящих для раскрытия темы, чаще всего оставались мечтами – что делать, слишком специфичны «ингредиенты» для приготовления такого сложного блюда, как ток-шоу.
Очередной сумасшедший съемочный день, когда после окончания программы еще несколько часов шум в ушах стоит такой, будто ты провел сутки на огромной ткацкой фабрике, закончился. Главная героиня сегодняшней передачи «Таланты и поклонники» Люся – фанатка творчества Бориса Моисеева – еще за день до эфира попила крови у всех.
Она наотрез отказывалась появляться в студии без плаката в руках «Боря, ты лучший!» и требовала показать любимого певца, встречу с которым ей обещали. Лариса успокаивала взвинченную поклонницу, а Лена прятала от Люси родственников, которые не разделяли ее музыкальных пристрастий.
Пока за кулисами лились невидимые миру слезы редакторов, студия, которая уже не вмещала всех желающих (многие зрители сидели на полу), благодаря энтузиазму Наташи уже скандировала: «Боря! Боря! Боря!» Это помогло убедить недоверчивую поклонницу Моисеева в том, что сегодня она обнимет своего кумира и они вместе споют припев его песни про «целование холодных рук». Ужас ситуации заключался в том, что накануне Моисеев уже уехал в Петербург, и ночью на заказ делали его куклу в полный рост. Конечно, кукла Бориса Моисеева вряд ли обрадует Люсю, как и появление из секретной комнаты ее родственников, но все-таки…
Жалко, что редактор Лена не могла поделиться с Люсей мудростью, которая и к ней пришла не сразу. Вот она, эта мудрость: со многими кумирами лучше не знакомиться. Лет пять назад, до того, как Лена начала работать на телевидении, в ее туалете висело несколько фотографий певцов и артистов, с кем ей мечталось провести вечер. Но, пообщавшись с ними по телефону или лично, она теряла это желание, и тогда фото кумира в сердцах срывалось и… употреблялось не по назначению. Душа и плоть редактора по гостям «Большой стирки» Елены Пятницкой страдали: душа – из-за очередного жестокого разочарования, плоть – из-за жесткости полиграфии. В результате после ремонта в ее сортире остался всего один плакат с американским актером Брэдом Питтом. Лена трезво осознавала, что вряд ли сможет составить конкуренцию Анжелине Джоли, но ведь и Брэд в свою очередь не подведет! Он не скажет ей по телефону за час до эфира, что напился накануне и не может приехать в студию, как это было с одним из ее туалетных фаворитов.
Пятницкая открыла дверь своей съемной квартиры и дала себе слово, что постарается забыть о «Большой стирке» хотя бы на ближайшие 8 часов. Ночник в комнате дочки еще горел. Лена подошла, получше укрыла дочурку одеялом, поцеловала и вдруг увидела на столе записку, нацарапанную детским почерком: «Мама! Пастирай мне трусы!»
Слезы хлынули из ее глаз. Ей вдруг стало невыносимо жаль себя и свою Иришку, которую из-за этой проклятой постоянной работы она совсем не видит. И еще печальнее становилось от того, что, закончив сегодня рабочий день в телевизионной прачечной и отдав ей все свои силы, ей предстоит еще и ручная стирка… В съемной квартире Пятницкой не было стиральной машины.
Это потом, когда мы переносили студию на улицы Петербурга, Тель-Авива и Киева, когда лучшие концертные площадки стремились трансформировать наше телешоу в действо сценическое, когда на разных каналах расплодились клоны и жалкие последователи «Большой стирки», – это потом все разом начали морщить нос и вещать о желтизне и вырождении еще недавно культового телепроекта.
Все это было потом. А пока наш продюсер торжественно объявила, что пробила у руководства надбавку к зарплате за самые рейтинговые эфиры. Надбавку эту так никто и не увидел. Поэтому стимуляция редакции осуществлялась в основном силами ведущего.
Проще всего было с Мишей, поскольку мы с ним одного размера. Присланные из магазина модные вещи, в которых я с удовольствием щеголяю во время эфира, а затем на вечеринках, через полгода передаются шеф-редактору («Благодарим Miuccia Prada за стиль ведущего!»). Наш голод по модным вещам утолен на годы вперед. Теперь подарки. Их все время – и особенно перед праздниками – шлют караванами. Зонтики, сумки, наборы для ванн, миксеры и даже эпиляторы… Все это тут же разбирается коллективом, разбирающимся в эпиляторах лучше меня. Если среди присланного оказываются мужские вещи, рубашки или галстуки, все это достанется будущим именинникам мужского пола. Что еще? Ах да – спиртное! Бутылки вина не добирались ни до одного дома – опустошались теми, кто успел тут же, в редакции, отметить окончание очередного эфира.
Но больше всего я радовался, когда мне удавалось протащить моих девушек в какое-то модное место. Москва, как дворовая кошка, плодит такие места в избытке. Жаль, прихватить всю редакцию я не мог: приглашения хотя и присылались пачками, но только «г-ну Малахову А. Н. на 2 лица».
Сегодня в новое кафе на Тверской «вторым лицом» я взял Ларису. С редактором шоу явно что-то происходит, а выяснить причину в рабочей обстановке невозможно. Нет, она по-прежнему легко выступает в роли человека-оркестра и прекрасно справляется с океаном обязанностей, но оптимизм в бирюзовых Ларискиных глазах сменился тоской.
Mon Cafe забито. Официантка смущенно просит, пока не освободятся достойные места, пройти по лестнице наверх.
– Андрей! Иди к нам! – знакомая ведущая с музыкального канала машет мне рукой.
Лариса чувствует себя неуютно:
– Может, в другой раз? У тебя здесь друзья…
– Расслабься, – и я начинаю листать меню, – это Лера… – Я пытаюсь вспомнить фамилию этой ведущей, но, похоже, я ее никогда и не знал.
– Это Лера Кудрявцева. 35 лет. Главная соперница телеведущей Маши Малиновской. – Лариса уже освоилась и частит дальше довольно бодрым голосом: – В 17 лет приехала в Москву из Казахстана. Через год, сразу после рождения сына, была вынуждена прекратить отношения с музыкантом группы «Ласковый май». Участвовала в проектах «Партийная зона», «Музобоз». Второй муж Кудрявцевой, – редактор по гостям на минуту задумывается, – занимается автомобильным бизнесом. Совсем недавно в районе Варшавского шоссе Лера была ограблена. Помимо машины «Mercedes С220», которую Кудрявцева оценила в 90 тысяч долларов, неизвестные похитили у нее кольца с белыми и черными бриллиантами.
Лариса смотрит на мои округлившиеся глаза и добавляет:
– И еще, я забыла, Лера имеет карликового мопса по кличке Гамлет.
Вообще-то, и без карликового мопса выданное Ларисой досье заслуживало «отлично» даже у самых строгих экзаменаторов.
– Как ты все это помнишь, Ларис?! Научи!
Лариса благодарно улыбается и обращает мое внимание на девушку, которая сидит через столик от нас:
– Посмотри, какая девушка потрясающая!
Девушка и правда феерическая. Русалочьи глаза, пухлые губы, длинные волосы. Ее подружка, загорелая шатенка, активно жестикулируя, что-то ей разъясняет.
Нам принесли набор пирожных. Но не успели мы обменяться недоеденными половинками (согласно американской моде, чтобы больше попробовать), как началось шоу. Заинтересовавшая нас русалка вдруг отмахивается от своей приятельницы, встает и изо всех сил бьет по щеке сидящего у окна черноволосого парня. Тот вскакивает, хватает ее за руку, но унять красавицу невозможно. Она брыкается и пытается дотянуться своими длинными ногтями до его лица, выдавливая сквозь зубы:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?