Читать книгу "Половинки одной судьбы. По праву победителя. О чем молчат легенды"

– Я случайно ехал мимо. А насчет совпадений… Ответа не будет. Есть вещи, о которых нельзя говорить. Тебе лучше не знать о них, поверь на слово.

– Ты владеешь гипнозом?

– С чего ты взяла? – явно удивился парень.

– Почему они оба ничего не помнили? Около нас с Сашей никого, кроме тебя, не было. Во всяком случае, никто не останавливался. Ты посмотрел Саше в глаза, и он всё забыл. Как это возможно?

– Хватит вопросов. Я же просил, просто верь мне.

Легко сказать, верь. Ну почему Вадим ничего мне не объясняет? Почему не опровергает мои наблюдения, соглашается с ними, словно поощряет думать дальше?

Ладно, за сегодня у меня накопится масса информации. Времени для размышлений впереди много, а пока буду наслаждаться тем, что я рядом с Вадимом. Неизвестно, когда ещё выпадет такой шанс.

– Посидишь тут или пойдёшь со мной? – спросил Вадим.

– Может, лучше доехать до места? Кладбище большое, идти придется долго…

– Нет, всего метров сто пятьдесят. Можно было бы и проехать, но Герберт уже знает мою машину и обратит на неё внимание. Он наверняка ждет моего появления на кладбище. Так вот, Герберт не должен увидеть нас вместе. Так что или мы идём окольными путями, или я оставляю тебя здесь, но тогда блокирую дверцы, а ты обещаешь не опускать стёкла…

– Я с тобой, – поспешно перебила я.

Вадим помог мне выйти. Я опиралась на его протянутую руку и старалась двигаться помедленнее. Ну вот, из "форда" выбралась, пора разнять руки. Тут же стало не по себе, будто, убрав ладонь с его руки, я лишилась надёжной опоры.

Мы прошли через кованые ворота старого кладбища и зашагали по одной из отходящих от главной широкой дороги тропинок. Я еле успевала за Вадимом, и парень взял меня под руку. Я сдержала неуместную радостную улыбку. Да, чтобы идти с ним так близко, да ещё и соприкасаясь, стоило сюда поехать! Сердце бешено колотилось от близости Вадима, дыхание сбивалось.

– Устала? – спросил он и замедлил шаг.

Конечно же, не устала, но если сказать об этом, парень опять пойдёт быстрее, и мы скоро прибудем на место. А мне очень хочется продлить эту прогулку под ручку.

– Не боишься кладбища?

– Нет. Здесь хорошо – тихо и спокойно.

Наверное, не стоит так говорить, большинству людей среди могил становится не по себе. Надеюсь, я не оттолкну Вадима тем, что так отношусь к кладбищам. Да он и сам чувствует себя здесь уверенно.

– Это среди старых захоронений, – сказал парень. – Сейчас спокойствие нарушится. Нам туда. – Вадим указал на свежевырытые могильные ямы ближе к широкой дороге.

К одной из них от остановившегося неподалёку катафалка движется траурная процессия. Я пригляделась. В основном проститься пришли молодые. В толпе выделялись несколько черноволосых девушек с жутким макияжем.

Вадим быстро повёл меня в сторону старых надгробий.

Здесь разрослись дикие кусты с какими-то цветами, за ними мы и устроились. Не понимаю, зачем нужно прятаться, но рядом с Вадимом так хорошо…

Четверо парней ещё несут гроб по пыльной дороге, множество людей, и среди них Вика с Гербертом, идут сзади. Мужчина с отрешённым взглядом обнимает рыдающую высокую женщину в чёрном. Солнце заливает ярким светом кладбище, свежевырытую могилу, процессию с гробом, бьет в глаза матери Юли. Какой контраст – солнечные зайчики пляшут около могильной ямы…

– Бедные родители, – шёпотом выдохнула я.

Вика и Герберт стояли, взявшись за руки. Вадим не спускал с них пристального взгляда. Что он хочет здесь увидеть? Горе, слёзы?

Вика не плачет, просто грустно смотрит на гроб. Герберт наконец-то выглядит посвежевшим, отдохнувшим, до этого я часто видела его немного вялым и сонным. Какое странное у него выражение лица! Красавец-блондин смотрит так, будто пришёл на увлекательный спектакль. Парень разглядывает родственников Юли, её друзей, с особым интересом смотрит на готов. Может, он наблюдает за церемонией прощания с точки зрения психолога?

Конечно, любопытство к проявлениям чужого горя цинично, но интерес Герберта как раз-таки понятен. Возможно, наблюдения пригодятся психологу в работе, и ему проще будет помочь тем, кто пережил страшную потерю.

Я услышала неразборчивый шёпот Вадима. Парень крестился по-католически, а в глазах застыла такая боль, словно он хоронит близкого человека.

– Я слышала, что за самоубийц не молятся, – тихо сказала я.

– В церкви не молятся, а так можно, – рассеянно ответил Вадим.

Теперь он смотрел на Герберта. Какой это был выразительный, наполненный гневом взгляд! Как будто Герберт был как-то причастен к несчастью.

– А если самоубийца не виноват в своем самоубийстве, то молятся и в церкви, – добавил Вадим.

– Как это – не виноват?

– Если это было помрачение рассудка, например. Если человек не понимал, что он делает.

– Как тот шофер? – вздрогнула я. – Как Саша?

– Да. Юлю тоже можно было остановить, – с горечью прошептал парень.

Рука Вадима сжалась в кулак. Пристальный взгляд устремился на кого-то в стороне от толпы. Я посмотрела туда же. Ничего особенного. К прощающимся подходила красивая рыжеволосая девушка в чёрных джинсах и коричневой ветровке. Вика её заметила и кивнула красавице почти радостно, будто неожиданно встретила близкого человека.

– Пригнись сейчас же, – прошипел Вадим, его рука слегка нажала на мою голову. – Смотри только через кусты и траву.

Я послушно пригнулась, всей душой желая, чтобы Вадим не убирал руку с моих волос.

– Кто это?

Вадим резко отдёрнул от меня руку, палец парня прижался к губам.

– Потом, – еле слышно прошелестел Вадим.

Гроб ещё открыт, все подходят и целуют самоубийцу в лоб.

Я незаметно перекрестилась. Может, Юля и правда, не понимала, что делает? Ведь она потащила за собой с моста ещё и Нину.

Викуся старалась держаться подальше. Она слишком боится всего, связанного со смертью, чтобы подойти попрощаться с Юлей. Рыжеволосая красавица наклонилась над гробом. Вадим скрипнул зубами. Похоже, девушка его нервирует гораздо больше, чем Герберт. Красотка отступила в сторону. Окружающим не было видно выражение её лица, а я отчетливо увидела, как она… улыбается. И улыбка у неё была такая радостная, словно это один из самых счастливых дней в жизни рыжеволосой красавицы.

Незнакомка казалась излучателем энергии – глаза горят так, что даже отсюда видно, движения плавные, неторопливые, но складывается впечатление, что девушка едва сдерживает их. В голову полезли определения – полная сил, жизнелюбивая, стремительная, опасная. С чего бы это? Я пригляделась к незнакомке повнимательнее. Внешность у неё яркая: большие глаза, нос с горбинкой, скулы точёные, волосы огненные, вьющиеся, собраны в хвост почти до пояса.

"Рыжий да красный – человек опасный", – почему-то всплыла в памяти пословица. Ерунда какая-то лезет в голову. Предрассудки это всё!

Я вопросительно взглянула на Вадима. Он опять был напряжён: пальцы сплетены, губы сжаты в нитку, зубы стиснуты. Взгляд Вадима не отрывался от странной девушки.

Прощание завершилось. Гроб закрыт, и его опускают в приготовленную яму. У отца Юли трясутся руки, мать оседает на землю в рыданиях, её кто-то поддерживает. В могилу летят комья земли. Вскоре молодёжь движется по дороге к выходу с кладбища.

Рыжая красотка подошла к Викусе и Герберту. Они с Викой поцеловались, Герберт обнял их обеих, и все трое нога за ногу поплелись вслед за остальными.

– Это Лиля? – прошептала я.

– Да, – сквозь зубы выдавил Вадим. – Держись от неё как можно дальше.

По дороге назад он попросил:

– Таня, позвони Вике.

– Зачем? Она наверняка на поминках, ей будет неудобно… – попыталась сопротивляться я.

– Просто спроси, как она, – настаивал парень.

– Мы только что её видели. С ней всё в порядке. Зачем ей звонить?

Вадим помедлил.

– То, что мы видели, мне сильно не понравилось, – нехотя объяснил он. – Ради её же блага позвони. Мне надо знать, в каком Вика состоянии и где находится. Сомневаюсь, что они на поминках: Герберт и Лилия не были знакомы с Юлей. Вернее сказать, Лилия как раз знала её очень хорошо, но совсем недолго. – Вадим почему-то болезненно поморщился. – Только не спрашивай ни о чем, ладно? Когда говорю с тобой, меня постоянно заносит к темам, которые нельзя обсуждать.

Я остановилась и неохотно достала мобильник из сумки. Парень вьёт из меня веревки. Никогда бы не подумала, что могу настолько потерять голову. Да, он красивый, умный, сильный, добрый, но слишком уж таинственный. Чем больше с ним общаюсь, тем больше возникает вопросов, а ответов нет и не предвидится.

– Привет, Синичка. – Голос подруги был совершенно спокоен. – Мы едем к Герберту вместе с Лилей. Встретили её на кладбище, она, оказывается, немного знала Юлю.

Вика говорила так безмятежно, будто рассказывала, как она ходила в магазин. Я искоса взглянула на Вадима. По его хмурому лицу можно подумать, что парень слышит каждое слово. Только стоит Вадим не так близко, чтобы услышать Вику, и, к сожалению, не настолько близко, как хотелось бы.

– Герберт и Лиля передают тебе привет и предлагают к нам присоединиться, – продолжала подруга.

– Спасибо, я не могу, – ответила я. – Заниматься надо.

Как Викуся может так беззаботно щебетать, только что похоронив приятельницу? Мне и то не по себе, жаль и Юлю, и родителей, потерявших единственную дочь. Так я посторонняя, а Вика хорошо знала погибшую девушку.

– Ладно, вечером позвоню, – почти весело сказала Викуся. – Пока.

Я засунула телефон в специальный кармашек в сумке. Вадим не задавал вопросов, будто действительно всё слышал.

– В чём ты увидел повод для беспокойства? – не выдержала я через несколько метров. – С Викусей всё в порядке.

– С твоей Викусей слишком уж всё в порядке. Ну что, поехали?

– Может, заедем ко мне, угощу чаем? – нерешительно предложила я.

– Тогда лучше ко мне, – сказал Вадим. – Заодно увидишь моего отца, я же обещал вас познакомить.

Я сразу почувствовала себя счастливой. Ликование в секунду переполнило меня и готово было выплеснуться наружу! Хотелось визжать от восторга, петь, прыгать, и всё это одновременно. Но я чинно шла рядом с парнем. Надо же! Мы проведём вместе ещё час-полтора. Вадим сам сделал большой шаг к сближению. Парень покажет, как живёт, я пообщаюсь с его отцом, может, тогда хоть что-то пойму в постоянных недомолвках и загадочных запретах.

Вскоре мы вошли в грязный подъезд старой панельной пятиэтажки без лифта. На третьем этаже Вадим остановился перед обшарпанной дверью. Звонок оказался на редкость противным.

Дверь открыл мужчина лет сорока-сорока пяти в потёртых джинсах и серой футболке. При взгляде на него можно было представить, как будет выглядеть в этом возрасте Вадим. Стройный, высокий, мускулистый, тоже похожий то ли на былинных богатырей, то ли на средневековых рыцарей, какими их обычно описывают в романах. Отец Вадима отпустил аккуратные усы и бородку. На переносице и вокруг глаз видны морщины, а в ниспадающих на плечи густых тёмных волосах пробивается седина. Взгляд такой же задумчивый, уходящий в себя, как у Вадима.

– Это Таня, я тебе о ней рассказывал, – после приветствий произнёс Вадим. – Таня, моего отца можно называть Игорь.

– Проходите, пожалуйста. Прошу прощения за мой вид, сын не предупредил о вашем визите.

Мужчина безукоризненно вежлив, пожалуй, даже чересчур. В его синих глазах появился неподдельный интерес, взгляд стал внимательным, оценивающим.

– Просто Игорь? – переспросила я. – А как по отчеству?

– Отец не привык к отчеству, – быстро ответил Вадим.

– Рад познакомиться, – сказал Игорь. – Проходите в комнату, я сейчас разогрею обед. Таня, смею надеяться, вы будете с нами обедать?

– Будет, – бросил Вадим с лёгкой досадой в голосе.

Игорь скрылся в кухне, наградив меня напоследок открытым приветливым взглядом.

Мы прошли в единственную комнату. Я с интересом рассматривала обстановку. Отец с сыном не шикуют: вся мебель старая, ещё древнее, чем у меня, только комп современный, с большим монитором и видеокамерой для звонков. В квартире держался слабый специфический запах клея, краски, шпаклевки. Стены неровные, но обои, похоже, новые, деревянный пол покрашен, потолок побелен.

Вадим жестом предложил мне сесть на диван. Сам он устроился в кресле напротив. Диван оказался очень жёстким.

Интересно, почему они не сняли квартиру поприличнее? Наверняка имеют такую возможность, все профессии Игоря – хорошо оплачиваемые.

– У вас был ремонт?

– Да, мы только вчера его доделали. Можно было бы поработать и лучше, но квартира всё равно съемная. Мы чуть подновили её, чтобы приятнее было здесь жить.

– Вы хотите потом купить квартиру в Марске?

Сердце бешено заколотилось. Что мне делать, если люди с глазами мудрых старцев приехали ненадолго? Наверное, я уже никогда не смогу забыть синеглазого парня с мягкой улыбкой.

– Не знаю, это зависит от многих вещей, – как обычно, непонятно ответил парень.

Не стану думать о грустном, повода для печали пока нет. Даже наоборот, меня позвали в гости, приоткрыли тайну, а я глупо теряю время.

Интересно, какие книги читает Вадим, какие фильмы смотрит, какую музыку слушает? На виду ничего нет.

– А где же книги, диски? – прямо спросила я.

– Кое-что на съемных дисках, что-то в компьютере. Это удобно: занимает мало места.

– Да, действительно удобно, – еле скрывая разочарование, согласилась я. – А что у тебя есть? Можно посмотреть?

– Это может занять много времени, – улыбнулся парень. – Пообщайся лучше с моим отцом, это тебе будет интереснее. В следующий раз, если захочешь, покажу все коллекции.

Сердце колотилось всё быстрее и сильнее, кажется, ещё немного – и станет слышен его стук. В следующий раз? Значит, это не случайность! Вадим собирается общаться со мной и дальше!

Из кухни донесся вкусный запах жареной картошки с луком.

– Отец уже скоро нас позовёт, – принюхался Вадим.

– Он готовит сам?

Интересно, сколько времени он один и почему не женился во второй раз? Игорь – привлекательный мужчина. У такого не возникнет проблем, пожелай он найти жену. Разве что проблема выбора из многих кандидаток в невесты.

– Мы готовим по очереди, – ответил Вадим. – Сегодня – он.

– Прошу к столу, – церемонно пригласил Игорь, бесшумно появляясь на пороге. – Руки можно помыть тут.

Я вошла в совмещённый идеально чистый санузел и не успела включить воду, как из кухни донёсся тихий голос Вадима:

– Поведение в миру давно стало проще. Когда мужчина в возрасте раскланивается перед молоденькой девушкой, это, в большинстве случаев, выглядит странно. Ты и с пациентами общаешься так же?

– Почему бы и нет? Согласен, выгляжу несколько старомодно, но ничего странного…

Я поборола желание послушать их разговор. Из блестящего крана полилась вода, и голоса слились с её журчанием. Хозяева, похоже, не знают, какая слышимость между кухней и ванной в этой квартире.

Чем дальше – тем чуднее выглядит эта семья. По обрывку разговора можно подумать, что они явились в наш век из прошлого, как в фантастических фильмах.

Я выключила воду, руки машинально взялись за махровое полотенце.

Отец Вадима успел надеть серую рубашку в тонкую белую полоску. На столе были расставлены тарелки с жареной картошкой, овощным салатом и крупно, по-мужски нарезанным хлебом. Приятно пахло какими-то травами. Мужчины перекрестились слева направо. Игорь прочитал молитву на латинском, и мы сели за круглый деревянный стол.

Неужели это не сон, и я здесь? Даже не верится. Интересно, а Игорь так же опасается личных вопросов, как Вадим? Сейчас проверю.

– Вадим говорил, что вы освоили несколько специальностей, – начала я.

– Да, я считаюсь неплохим специалистом в области психотерапии и психоанализа, имею диплом хирурга, иногда работаю как переводчик. Ещё люблю музыку, но в этой сфере я любитель-самоучка, – перечислил он.

– Неплохим специалистом – скромно сказано, – дополнил Вадим. – Отец знает о психотерапии всё, что возможно знать.

– Когда же вы всё это успели? Да ещё и с ребенком на руках.

Вадим сдавленно хрюкнул, безуспешно пытаясь скрыть смешок. Я с недоумением взглянула на него. Что такого весёлого услышал парень? Игорь кинул на сына строгий взгляд, затем ответил:

– Я умею распоряжаться временем.

– И вы знаете несколько иностранных языков?

– Да, это у нас семейное. Сын тоже знает несколько десятков языков. Он не говорил об этом?

Несколько десятков?! Я чуть не подавилась картошкой. Вадим послал отцу укоризненный взгляд.

– О десятках, разумеется, не говорил. Татьяна и так заметила мои, как она выразилась, "сверхвозможности". К чему лишний раз распалять её любопытство?

– Но ведь Таня уже их заметила, – улыбнулся мне Игорь. – И, как я понял, не требует нарушения запрета. Зачем же скрывать то, что запретной темой не является? Да, мы оба знаем много языков и свободно на них говорим.

– Кажется, у вас стоит поучиться планировать время, – ответила нервной улыбкой я. – Как вам это удаётся? Вы очень многое успеваете. Или это тоже запретный вопрос?

– Что именно успеваем? – Игорь вежливо склонил голову и поднёс руку к груди.

Да, Вадим прав, в наше время так себя не ведут. А когда вели? В девятнадцатом веке? Нет, для человека с подобными манерами я была бы простолюдинкой, так что передо мной ему расшаркиваться не положено. В восемнадцатом? Семнадцатом? Вроде дело обстояло так же. Не знаю, как в Возрождении и Средневековье… Может быть, древние рыцари и могли повести себя так, как сейчас Игорь…

– Таня, ты где? – шутливо позвал Вадим. – О чём думаешь?

– Вам обоим пошли бы рыцарские доспехи.

Брови Игоря поползли вверх, а глаза расширились. Ну кто меня за язык тянул?!

– Я предупреждал, что у неё необычное мышление, – сказал Вадим. – Так что мы успеваем, Таня?

– Ну, вы очень много знаете для своего возраста… – попыталась объяснить я.

Телефон Вадима заиграл стандартную мелодию. Парень молча прижал трубку к уху.

– Если правильно использовать время, можно многого достичь, – неубедительно произнёс Игорь. – Может, ещё чаю?

– Спасибо, мне хватит. А как вы планируете время?

– О планировании времени поговорите в другой раз, – вмешался Вадим, он отложил телефон. – Извини, Таня, у нас появилось срочное дело. Давай я тебя отвезу.

Мы встали из-за стола, и Игорь снова прочитал молитву на латинском языке.

Что же это за семья такая? Я думала, знакомство с отцом Вадима даст ответы хоть на какие-то из накопившихся вопросов. Но вместо этого количество вопросов всё растет, как ствол многолетнего дерева – расширяющийся, стремящийся ввысь и выпускающий всё новые ветви и листья.

Игорь галантно попрощался со мной у дверей. Разумеется, прозвучала обычная в таких случаях фраза: "Было приятно познакомиться", – и меня пригласили заходить в гости.

– Позвони Мартину, – сказал Вадим Игорю. – Я к вам подъеду.

В машине я наслаждалась каждой минутой, понимая, что скоро мы попрощаемся до послезавтра и неизвестно, когда ещё удастся вот так вдвоём оказаться вне колледжа.

– Мне понравился твой папа, – наконец, сказала я.

– Ты ему тоже. Отец очень редко приглашает кого-то заходить в гости. Передай, пожалуйста, в колледже, что меня на следующей неделе не будет.

– Опять? И что мне на этот раз говорить?

Ну вот, а я-то жалела, что не увижу Вадима до послезавтра… Снова исчезает! Сфоткать бы его потихоньку, чтобы хоть на фотографию смотреть. Только не получится, всё равно заметит.

– Скажи, по семейным обстоятельствам.

– Опять тайны? – спросила я.

– Да. Таня, будь осторожна, пожалуйста.

– Послушай, Вадим, – твердо сказала я. – Если считаешь, что мне нужно быть осторожной, то объясни хотя бы, в чём именно.

– Не могу.

– Это связано с Гербертом? – уточнила я.

– Да. Не бойся, просто будь с ним осторожнее и доверяй мне.

– Хорошо. Но объясни хотя бы, в чём должна проявляться осторожность.

– Не ходи к Герберту в гости, старайся лишний раз не общаться с ним. И самое главное – избегай встреч с Лилией.

Я смотрела на Вадима и думала, что не увижу его целую неделю. Как же хочется быть рядом с этим парнем всегда, чтобы можно было говорить с ним, прикасаться к нему…

Ладно, пора возвращаться к реальности и радоваться тому, что есть. Сегодня Вадим сделал шаг к сближению. Понять бы только, что это означает. Парень не подавал виду, что хотел бы со мной встречаться, уверена, что такого желания у него нет.

Тогда зачем же Вадим провёл со мной эти полдня? И почему для парня так важно, чтобы я ему верила?

Глава 9. На дороге

Ночной Марск затихал. Редкие окна светились в тёмных домах, иногда нарушали тишину машины, да спешили домой припозднившиеся прохожие. Стало по-осеннему холодно, и тихий город погружался в спячку.

По дороге красным пятном почти бесшумно скользила иномарка. Рыжеволосая девушка за рулём напряжённо поглядывала в зеркало заднего вида. Наверняка враги попытаются взять реванш, нападения можно ждать в любой момент. А вдруг да получится проскочить? Выезд из города недалеко, а там – к Анорму. Давнего друга потянуло на романтику: ужин в дорогом ресторане, ночная прогулка по Парижу, а потом – вилла на берегу океана в другой точке света, ночное купание, наверняка её уже ждут там множество цветов, свечи…

Лили улыбнулась. Кто бы подумал, что Анорм может красиво ухаживать?

Пожалуй, машину лучше оставить где-нибудь в зарослях, без неё будет проще и быстрее. Дальше – на привычную дорогу, и через несколько минут рыжеволосая девушка в длинном платье выйдет в тихом уголке города влюблённых.

Мобильник на соседнем сидении огласил салон звуками старой романтической баллады. Не любит Лили наушники и всякие новомодные штучки, особенно за рулём. Она, не глядя, провела пальцем по экрану и включила громкую связь.

– Что ты, чёрт возьми, творишь?! – наполнил салон раздражённый голос Герберта. – Зачем явилась на кладбище? Ты что, не видела машину врага прямо у ворот? Или тебе нужны лишние проблемы?

– В первый раз, что ли? – фыркнула девушка. – Ты, кстати, тоже был на похоронах и почему-то не боишься.

– Я, в отличие от тебя, к этим похоронам никакого отношения не имею!

Лили в очередной раз покосилась на зеркало. Темноту сзади рассеивал свет фар. Её догоняли два здоровенных джипа, один из которых был уже хорошо знаком девушке. Лили и сама бы купила такой, не привлекай он лишнего внимания к слишком юной на вид владелице.

– Вот накаркал! – с досадой бормотнула она. – Выследили всё-таки!

Уйти от погони невозможно, машины там гораздо лучше, а те, кто за рулём, сделают всё, чтобы её не упустить. Что будет дальше – додумать легко. Выход один: немного потянуть время.

– Герб, позвони Анорму, срочно! Скажи, за мной едут твой любимый коллега и Мартин.

– Совсем спятила?! Ты что, катаешься по городу?

– Мораль прочитаешь потом, звони Анорму!

– Где ты?

– Он разберётся. Герб, давай скорее.

Лили уставилась в темноту. Гонщик из неё никакой. Нет, водит Лили вполне прилично, за всю жизнь ни разу не попадала в аварию, но по сравнению с двумя преследователями смотрится на дороге новичком.

Мелькнула трусливая мысль: вписаться в кого-нибудь, что ли? Слегка помять машину и потом долго сидеть в компании обычного незнакомого человека до появления ещё нескольких ненужных свидетелей в форме. Если сделать это – сегодня её не тронут, а потом всё забудется.

С чего вообще сюда примчался сам Мартин? Не так уж и отличилась Лили для её-то уровня. Это вам не революцию устроить, товарищи! Ничего, скоро замутит кто-нибудь чего похлеще, и станет врагам не до обманчиво хрупкой девушки.

Эх, как велико искушение! Только репутация окажется подмочена: завтра же все узнают, что бесстрашная Лилиана испугалась преследователей. Да и нет рядом других машин, иначе два внедорожника не подошли бы настолько близко к приметной красной "мазде". Вот один пошел на обгон, второй держится сзади. А нет, не обгон! Железная махина попыталась подрезать "мазду". С первой попытки не удалось, но долго Лили не продержаться. Сколько времени потребуется Анорму? Три минуты? Пять? Может, и десять – смотря насколько быстро старый друг найдёт тихое место и какой путь перед ним откроется.

А машины-то уже на выезде из города! Минут через семь Лили была бы на пути в Париж, а может, и встретилась бы уже с Анормом. Она, конечно, не влюблённая, старый друг – тем более, но какой женщине не понравится игра в романтику?

Совсем рядом возникло что-то огромное, чёрное. Лили инстинктивно затормозила. Хорошо, реакция сработала, иначе машина была бы всмятку: Мартин завернул внедорожник поперек пути, тесня её на обочину. Ну вот, теперь деться точно некуда. Хорошо хоть прошло минуты полторы, Герб уже должен был дозвониться.

Вот в мощном свете фар появились две знакомые фигуры. Теперь пора. Лили расстегнула лежащую рядом длинную сумку-клатч. Тусклый свет заиграл на драгоценных камнях, украшающих ножны. Сверкнуло узкое лезвие. Шансов выбраться совсем без боли нет, не отправиться бы хоть к повелителю. В этом можно надеяться только на Анорма, у Герберта точно нет запасной жизни.

Лили выскользнула на дорогу. С обеих сторон голые поля. Это хорошо: любой, кто будет проезжать мимо, издалека увидит три стоящих у обочины автомобиля. Другой вопрос, что здесь и днем мало кто проезжает: Лили специально выбирала тихую дорогу.

– Лилия, ты знаешь, почему мы здесь?

– Несложно догадаться, – вызывающе улыбнулась она.

Огромного роста альбинос Мартин остановился почти рядом, всего в паре шагов.

– Ты давно не была у своего проклятого повелителя, – произнёс он. – Придется напомнить, что бывает за некоторые из ваших служений.

– И кто будет напоминать? – прищурилась Лили.

– Оба, Лилия, – с сожалением произнёс второй, гораздо более привлекательный.

Два лезвия сверкнули совсем рядом. Рыжеволосая девушка легко увернулась от удара одного клинка, рука поднялась, кинжалы альбиноса и Лили столкнулись с отвратительным скрежетом. Скрестились два взгляда – зелёных глаз и голубых, словно выцветших.

"А красные кроличьи глазки пошли бы ему больше", – с отвращением подумала Лили.

Противники превратились в волчки: трое стремительно кружили между машинами. Раздавался лязг и скрежет, пару раз прозвучали звонкие ругательства Лили, отлетел и закатился под один из внедорожников сломанный тонкий каблук. Дорогие мужские часы соскользнули на асфальт, и второй каблучок с мстительным удовольствием вонзился в циферблат. Лили поскользнулась, её швырнуло в сторону, локоть вписался в капот внедорожника.

Лили моментально подалась вправо, уходя от очередного смертоносного удара. Краем глаза она со злорадством заметила вмятину от локтя на капоте. Мелочь, но на какое-то время усложнит альбиносу жизнь. Долбануть бы ещё вторую машинку как-нибудь позаметнее, чтобы симпатичный психолог тоже походил немного пешком. Его клинок как раз мелькнул рядом, чуть не задев плечо.

Лили мысленно отсчитывала секунды. Анорм может появиться только минуты через две, да и то если очень повезёт. Столько она вряд ли продержится.

Не успела Лили додумать, как психолог отступил и ринулся к своей машине. Через две секунды остановился альбинос.

– Подожди, не успеешь! – быстро произнес он.

– И что? – Обычно спокойный голос привлекательного врага прозвучал резко. – Дать ему утопить город в крови?

Лили нахмурилась. Не любит она загадок. Что происходит? Похоже, что кто-то задумал серьёзное дело, но о таких вещах элита обычно знает заранее, хотя бы за несколько суток.

– Разумеется, нет, – устало ответил альбинос. – Придётся договариваться. Несложно догадаться, чего он хочет.

В этот миг Мартин выглядел как самый обычный, сильно переутомившийся человек.

– Эй, вы обо мне не забыли?

Она помахала почти перед его носом.

– И хотели бы, Лилия, но ты постоянно о себе напоминаешь, – хмуро ответил психолог. – Будь так любезна, позвонить сэру Герберту. Нам нужно как можно быстрее поговорить с ним.

Лили с облегчением перевела дух, на её губах заиграла нежная улыбка. Ну конечно, Герб, как всегда, решил по-своему. Скорее всего, он даже не звонил Анорму, а сразу кинулся искать подходящий объект.

Рыжеволосая девушка протянула телефон тому, кто стоял дальше. Этот враг, в отличие от альбиноса, всегда вызывал у неё симпатию. Вытащить бы его как-нибудь на свидание… Вот это была бы победа: не свои и не обычные люди, а такой вот полумонах с множеством свято соблюдаемых правил и запретов!

– Герберт, остановись, – быстро заговорил он в трубку. – Не нужна ей жизнь, Лилия и так жива. Чего ты хочешь? – он немного послушал и коротко бросил: – Да будет так.

– Да будет так! – повторил за ним альбинос.

Их слуха у Лили нет, зато она, как никто, знает Герберта. Наверняка Герб придумал нечто масштабное и сделал так, чтобы его мысли услышали враги. Теперь он может и поторговаться.

Психолог протянул Лили телефон:

– Лилия, будьте столь любезны пообщаться.

Лили не успела ответить, Герб из трубки разразился гневной тирадой о нарушении правил безопасности.

– Я поняла, – перебила она. – Давай всё остальное выскажешь завтра дома.

– Ведьма рыжая! – хмыкнул Герберт. – На тебя и разозлиться как следует нельзя. Короче, сейчас пообещаешь им неделю тишины и уматывай, куда собиралась. Только позвони, когда окажешься в полной безопасности.

Это можно, Лили и так хотела передохнуть несколько дней.

– Обещаю, – сухо произнесла она, с удовольствием представляя альбиноса с красными кроличьими глазками.

– Вот и умница! – продолжил Герб. – Не клади трубочку, будешь рассказывать, что происходит. Я чту законы чести, и если враги уедут, ничего не сделаю.

Двое молча направились к машинам.

– Эй, а где же ваш Вадик? – не удержала смешок Лили. – Забыл о своём долге рядом с той девицей?

– Нет, он был на пути сюда. Кстати, надо позвонить…

– Я позвоню, – сказал альбинос. – А что за девушка?

– Обычная девочка из колледжа, потом расскажу, – ответил психолог.

Хлопнули дверцы внедорожников. Две бронированных махины одновременно сорвались с места.

– Уехали, – сказала Лили. – Ты что там задумал?

– Считай, что уже ничего. Сижу на пригородном автовокзале. Если бы не удалось с ними договориться, сел бы в один из автобусов и за пять минут устроил бы несколько серьёзных аварий, чтобы заработать жизнь для одной наглой рыжей родственницы.

– Ого! Собрался получить лишнюю жизнь в маленьком городке в мирных условиях? – присвистнула Лили.

– Сомневаешься, что получил бы? – хмыкнул Герберт.

– Не сомневаюсь. Благодарю, дорогой. Ты Анорму не звонил?

– Не увидел в этом смысла. Скоро сама ему всё расскажешь. Проведи время повеселее, Лили.

Красная иномарка снова помчалась по дороге к ближайшей роще. Свет фар поймал широкую изъезженную дорожку между деревьями. Ухабистый путь вёл на залитую лунным светом поляну. Лили пристроила машину у деревьев. Они окружили поляну полукругом, с другой стороны плескались волны небольшой речки. Благоухали цветы и травы.