Читать книгу "Половинки одной судьбы. По праву победителя. О чем молчат легенды"

Лили с интересом принюхалась. Надо же, чего тут только нет! Если понадобится сбор для одурманивания обычного человека, можно будет наведаться. Впрочем, Лили давно не прибегала к магии запахов, для того, чтобы повлиять на человеческое сознание, есть средства и понадёжнее.

Надо будет рассказать о поляне Гербу: романтическое местечко, Викусе наверняка понравится.

Тот, кого называли Вадимом, бесшумно подошёл к поляне с другой стороны. Красивая рыжеволосая девушка стояла к нему спиной среди деревьев и что-то шептала. Земля перед ней разъехалась в стороны, ножка в туфле со сломанным каблуком сделала шаг вниз. Девушка быстро исчезала в тёмной яме, спускаясь по невидимым ступенькам. Эх, если бы не договор… Впрочем, по договору городу Марску, да и им с отцом, обеспечена почти спокойная неделя.

Земля над головой Лили сомкнулась. Тот, кого называли Вадимом, побрёл назад. Предстояло объяснение с отцом и Мартином: он не должен был везти с собой на кладбище Таню Синицу – девочку из обычного мира

Глава 10. Вика Караваева

Говорят, понедельник – день тяжёлый, но для меня тяжким оказалось вчерашнее воскресенье.

Я с таким нетерпением ждала вечера, когда Герберт должен был приехать знакомиться с моими родителями. Но за обедом мама сказала, что плохо себя чувствует и лучше перенести встречу. Вместо свидания с Гербертом пришлось учить наизусть унылую фугу Баха.

– Мне звонила педагог по фортепиано, сказала, что ты не занимаешься, – заявил отец. – Придется взять под контроль ещё и этот процесс. Пока удовлетворительно не сыграешь наизусть хотя бы первую страницу – будешь сидеть дома.

Только спустя два бесконечных часа мне удалось выбраться к Синичке под предлогом просмотра фильма про какого-то пианиста.

Спасибо Танюше, лишь благодаря ей я вырвалась на свободу. Относительную свободу, надо сказать, потому что отец пару раз звонил Синичке и проверял, там ли я.

Конечно, там, я ведь себе не враг. И Герберт тоже там был. Мы вместе посмотрели фильм, мне он даже понравился, особенно нравилось сидеть при этом в обнимку с Гербертом.

При нас Танюшке позвонил Чернов. Похоже, они всё-таки общаются не только по учебе. Синичка сказала, что проводит нас и перезвонит. Вадик ответил, что если мы ещё соберемся вместе, он тоже подъедет.

Чернов к Танюшке неравнодушен, и ему, конечно, пора бы проявить активность. Только при чём тут мы с Гербертом? Мне-то не жалко, могу и посидеть с ними, раз Вадиму нужна компания, но Герберт еле терпит Чернова. Не выносят они друг друга, а почему – непонятно. Вроде и делить им нечего.

Пока мы в темноте шли к подъезду, я попробовала в очередной раз спросить, чем Герберту не угодил Чернов. Любимый со смешком ответил:

– Это наши мужские дела, Викуля. Я в состоянии мирно общаться с Вадимом, раз уж Танюшка на него так запала.

Когда я вернулась, родители уже спали. Во всяком случае, в квартире было темно, и в коридор никто не вышел. Заснула я около часа ночи, а в шесть в квартире начались активные движения.

Я выползла из комнаты в расстёгнутом халате поверх ночнушки. Мама выходила из квартиры с врачом "скорой помощи". Отец шёл последним с двумя набитыми пакетами. Я тут же полностью проснулась.

– Что случилось?

Отец остановился.

– Я догоню на машине, – пообещал он.

Дверь закрылась, отец повернулся ко мне.

– Мама беременная, у нее возникли проблемы, будем пытаться сохранить ребенка.

– Как беременная? – опешила я.

Мамуле уже тридцать семь! Какая может быть беременность? Некоторые в этом возрасте внуков нянчат!

– Вика, мама хотела сделать сюрприз, ждала, пока срок будет побольше, – голос отца смягчился. – Она сейчас на третьем месяце. В общем, я в больницу, как устрою ее – позвоню.

Закрыв дверь, я плюхнулась на тумбочку в коридоре и подсчитала неприятности последних суток. Родители так и не познакомились с Гербертом, я битых два часа учила никому не нужную фугу, до колледжа придётся добираться на маршрутке, мамуля попала в больницу и неизвестно, когда её оттуда выпустят. Зато – радость-то какая! – есть реальная перспектива, что в доме появится маленький ребенок, который сначала будет днем и ночью орать диким голосом, а потом – всё расшвыривать, разрисовывать, ломать да ещё и требовать постоянного внимания. Горшки, пелёнки, соски, бутылки… И, конечно, от меня потребуется помощь.

В колледже я, злая как ведьма, сквозь зубы рассказала Синичке последние новости.

– Тетя Вера беременна? – чему-то обрадовалась Танюша. – Вот здорово! Так у тебя будет братик или сестричка?

– Угу, – буркнула я. – И меня припашут по полной, как только он родится.

– Люблю маленьких! Я тоже могу вам помогать.

Ну конечно! Кто бы сомневался? Помнится, Танечка с первого класса бегала после уроков к матери посидеть с младшей сестрой. И что она в итоге получила? Никому она в той семье не нужна, включая и эту самую сестру Катю. А теперь Танюшка рвётся посидеть с ещё одним чужим крикуном. Что у неё за потребность быть бесплатной нянькой? Я и своих-то детей пока не хочу, а у подруги материнский инстинкт просто зашкаливает. Вот ненормальная мамаша из неё когда-нибудь получится!

Я представила Синичку с парочкой детишек. Один в одной руке, второй – в другой. Можно ещё положить в кроватку третьего, пусть поорёт, чтобы Танюша сильно с теми двумя не расслаблялась. Или папе его на ручки! А кто у нас будет папой? Как это я упустила такую важную деталь? Может, Чернов? Я добавила в картинку серьёзного Вадима с пачкой памперсов в руке. Прикольно!

– Ты чего хихикаешь? – спросила Синичка.

– Да так, фантазирую.

Мы вошли в класс МХК. Чернова пока не было.

– А где твой Ромео? – весело поинтересовалась я.

– Он не мой. Не знаю, Вадима, может, и всю неделю не будет.

– Привет. – Страшненькая Ната Ежова помахала нам и подошла ближе. Она выглядела расстроенной и встревоженной. – Слышали, что с Сашей?

– Нет, – буркнула я.

Трофимов за неполный месяц надоел мне, как никто из мальчиков. Этот нытик раздражает одним своим видом. Хоть бы подошел, я бы его вежливо отшила – и всё. А то держится в сторонке, таращится, вздыхает. Ещё и уговаривает Синичку, чтобы помогла ему со мной встретиться. Что за парень, которому в таком деле нужны помощники?

– Он в полицию попал за драку, – с расширенными глазами выпалила Ежова. – Вчера вечером. Шёл по улице, привязался к какой-то парочке, начал приставать к девушке, её парень вступился…

– Естественно, – фыркнула я. – Что это было с Трофимовым? Не похоже на него!

– Так вот, – продолжала Ежова, – он парню руку сломал, а мимо как раз машина патрульная ехала. Сашу забрали, он ещё и отбивался. Теперь у него будут проблемы – Саша не только с тем парнем, но и с полицейскими подрался, вроде, нос кому-то из них сломал, а это уже серьезно… Таня, ты что?

Я повернулась к подруге. Синичка стояла, опираясь на парту, бледная, с тревожно блестящими глазами.

– Ничего, – еле выдавила она. – Саша ещё на той неделе странный был… Не похожий на себя…

– Садитесь, пожалуйста, – раздался за спиной голос Ларисы Сергеевны. – Урок уже начался.

– Извините, можно выйти? – нервно спросила Синичка.

– Да, Таня, – кивнула учительница.

Через пару минут подруга вернулась взволнованная, с трясущимися руками.

– Что с тобой? – шепнула я.

– Надо было позвонить.

– Быстро ты созвонилась!

– Не дозвонилась.

Таня заглянула в мою тетрадку.

– Ты из-за Саши так расстроилась, что ли? – спросила я. – На тебе лица нет.

Она нехотя кивнула. Ну дает Синичка! Нашла из-за кого волноваться! Они почти не общались, если не считать глупых просьб Трофимова помочь пригласить меня на свидание.

Полдня мобильник молчал. На большой перемене Таня настояла, чтобы я связалась с отцом.

– Он сказал, что позвонит сам, – отмахивалась я.

– Викуся, надо узнать, как твоя мама, – укоризненно настаивала Синичка. – Это самый дорогой для тебя человек. Неужели не хочешь хотя бы спросить, как она себя чувствует?

– Самый дорогой человек для меня – Герберт, – огрызнулась я. – Ладно, позвоню. Зря ты переживаешь, Танюш. Что там может случиться?

– Как что? – возмущенно зашипела Таня. – Выкидыш, например. После него, между прочим, долго восстанавливаются.

Я с досадой отогнала мелькнувшую мысль: "Хорошо бы…"

Отец ответил сразу, как будто держал мобильник в руке.

– Всё нормально, Вика. Мама под капельницей, ребенка будут сохранять. Я за рулём, созвонимся попозже.

Ну вот, кто бы сомневался, что там всё в порядке!

Когда я вышла из колледжа, Герберт уже ждал в машине. В салоне чувствовался лёгкий аромат мужского парфюма. Он сливался с необычным горьковатым запахом дорогущих Лилиных духов.

– Чем занималась сегодня? – спросил Герберт, положив одну руку мне на колено, а другой удерживая руль.

Как же меня возбуждает одно его присутствие! Как будто воздух вокруг нас электризуется, и вот-вот произойдёт взрыв. А любимый упорно отказывается переходить к более близким отношениям. Не могу понять, в чем проблема. Насколько лучше я должна его узнать, чтобы Герберт наконец решился? Мы и так проводим вместе столько времени, что успели сродниться, не понимаю, как я вообще жила без него. И как можно было раньше встречаться с кем-то другим, не с Гербертом?

Я, как обычно, рассказывала любимому о прошедшем дне. Он слушал внимательно, будто переживал все события вместе со мной. Услышав о маме, Герберт спросил:

– Как ты к этому относишься? Хочешь, чтобы в доме появился маленький ребенок?

– Нет, – выпалила я. Какое облегчение ответить откровенно! – Знаю, что это плохо, но ничего не могу с собой поделать. Ребенок сильно испортит мне жизнь.

Герберт не осудит, с ним можно быть собой и не притворяться этакой мисс совершенство.

– Ты и не должна с собой ничего делать, звёздочка, – мягко сказал любимый. – То, что ты чувствуешь – нормально. Из тебя сделают няньку, в доме появится орущее существо, которое действительно может усложнить твою жизнь…

– Ты читаешь мысли, – я благодарно улыбнулась.

– Не только мысли, я понимаю и чувствую твои эмоции, желания, мы предназначены друг для друга.

– Если чувствуешь мои желания, почему?.. – начала я.

Герберт со смешком, не отрывая взгляда от дороги, закрыл мне рот ладонью.

– Викуля, я уже говорил. Всё будет, нужно только подождать. Даже не представляешь, как в редких случаях вознаграждается терпение. Когда придёт время, получишь гораздо больше, чем ожидаешь.

Герберт снова убрал руку мне на колено.

– Хвастаешься? – хихикнула я.

– Я говорил не только о постели, – рассмеялся он. – Чем займёмся?

– Поехали к тебе. Отец наверняка у мамы в больнице и вернётся поздно.

– Поехали. Что ещё у тебя произошло, пока мы не виделись?

По дороге я рассказала про Сашу, который влез в драку.

– Не думала, что Трофимов может к кому-то пристать на улице, да ещё и подраться. С виду такой тихоня, между прочим, мой тайный поклонник. Представляешь, не знал, как ко мне подойти, и уговаривал Синичку, чтобы она устроила свидание…

– Знала б ты, какие мысли иногда появляются у таких вот тихонь… – проворчал Герберт. – Его счастье, что не подошёл!

– Ревнивец ты мой!

Я чмокнула его в щеку.

– Как там Синичка? Вадим так её и не разглядел?

– По-моему, разглядел с самого начала, только стесняется, как Трофимов. Телефончик взял и никак не решится сделать следующий шаг.

– Думаешь, дело в стеснении? – хмыкнул Герберт. – Мне он не показался особо застенчивым…

– А в чем ещё? Видел бы ты, как Чернов смотрит на Синичку…

– Он-то смотрит, но вы каждый раз выходите вдвоём, а Вадима не видно.

– Чернов редко появляется в колледже. А почему тебе это интересно?

– Хочу помочь Синичке. Мне показалось, она влюблена в Вадима. Всё, приехали.

Дверь в квартиру не заперта. Внутри тихо, из комнаты доносится мирное посапывание Лили.

Всё как обычно, но Герберт заметно помрачнел.

– Иди ко мне в комнату, – бросил он. – Я сейчас.

Любимый шагнул в комнату сестры, дверь плотно закрылась. Почти тут же донёсся раздраженный голос:

– Лили, просыпайся сейчас же. Вернись, тебе говорят! – шипел Герберт. – Давай-давай, глазки открываются, нашла время…

– М-м-м, – сонно проворчала Лиля. – Отстань, Герб! Ещё бы пару минут…

– Потом будешь спать, я Вику привёз. Мы же договаривались…

– Я могла бы и молча… Ну ладно, ладно, встаю, – с досадой сказала Лиля.

С чего Герберт вредничает? Дал бы сестре спокойно поспать. Зачем было её будить?

Лиля появилась на пороге весёлая, с сияющими глазами, хотя и немного сонная.

– Привет! – она крепко обняла меня. – Ну что, опять вы без Тани?

– Таня занята, – сухо произнёс Герберт.

– С тем парнем, с которым ты чуть не подрался? Ну, так позвали бы и его!

На лице Герберта на секунду появилась раздражённая гримаса.

– Тот парень, как выяснилось, не каждый день бывает в колледже.

Лиля недовольно поморщилась.

– Ты чего? – спросила я.

– Да так… Не проснулась ещё.

Она достала из кармана халата пачку крепких сигарет. Щёлкнула зажигалка. Тонкие пальчики с идеальным маникюром приоткрыли окно, и дым потянулся на улицу. Герберт кинул неприязненный взгляд на курящую сестру.

– Поставь кофе, быстрее проснёшься, – недовольно произнёс он. – Нечего дымить в квартире!

– Герб, не наглей, – прищурилась Лиля. – Тебе не по статусу тут глазами сверкать. И вообще, я не в твоей комнате курю. Дым не нравится – идите к тебе, я потом позову. Викусь, не обращай внимания, – с улыбкой добавила она. – У нас это давняя тема.

– И какой у тебя статус? – хмыкнула я.

– Сказать?

Лиля насмешливо посмотрела на Герберта.

– Могу и я, – прищурился он. – Викуля, мы с ней постоянно делим власть. Я командую как мужчина и старший, а Лиля по документам имеет больше прав: так получилось, что общие денежные счета открыты на её имя. Пошли, и правда, ко мне, а то мы неизвестно до чего договоримся.

– Наглец, – со смешком сказала вслед Лиля. – Содержания лишу.

Я перевела дыхание. Ну и шутки у них! Я была уверена, что брат с сестрой всерьёз ссорятся.

– Зачем ты её разбудил? – шепотом спросила я. – Говорил же, что Лиля злится, если не дают выспаться.

– Лили сама просила будить, когда я тебя привожу. Еще успеет выспаться, если не собёрется в какой-нибудь ночной клуб.

– А ты с ней ходишь? – я ощутила укол ревности.

Противное чувство, оказывается. Представляю, сколько девушек пытаются его там подцепить, наверняка попадаются и красивые.

– Иногда хожу, чтобы её охранять. Лиля бесшабашная, мало ли что придёт ей в голову, – ответил Герберт, внимательно глядя на меня. – Мне всегда не хватает там тебя. Как только будет возможность, постараюсь заслужить доверие твоего отца, чтобы спокойно отпускал тебя со мной. Постепенно я сделаю твою жизнь лучше и ярче.

Я прижалась к любимому покрепче.

– У тебя это уже получается.

Глава 11. Таня Синица

Вадим не появлялся и не звонил уже две недели. Иногда я пыталась сама дозвониться до парня, но каждый раз слышала равнодушный женский голос: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

А мне так нужно с ним поговорить, рассказать про Сашу! Чем больше думаю обо всём, что видела, тем страшнее становится.

Человек въехал в витрину кафе и спустя несколько секунд ничего не помнил. Допустим, заснул за рулём, такое случается. Но через несколько дней его нашли убитым.

Саша Трофимов устроил скандал, держался агрессивно, потом за какую-то секунду напрочь об этом забыл, не мог понять, откуда взялся Вадим и что происходит. Через неделю он спровоцировал драку и сломал руку незнакомому парню. И это тот самый Саша, который панически боялся сам подойти к Викусе и казался таким тихим и безобидным!

Мы с Вадимом оба раза оказывались в центре событий, будто притягивали неприятности.

Может, Вадим смог бы что-то объяснить, но парень исчез. В колледже не появляется, телефон отключил, сам не звонит. Уже конец сентября, а от Вадима нет известий.

Может, хоть завтра позвонит? Он собирался решить свои таинственные проблемы за неделю, а прошло уже целых две. Честно говоря, последние дни я провела в борьбе с собой. Очень уж хотелось воспользоваться приглашением Игоря и заглянуть в гости.

Мои мысли прервал звонок мобильника.

– Синичка, ты легенды не искала?

Я не сразу сообразила, о чем речь. Ах да, Лариса Сергеевна задала каждому прочитать любую средневековую легенду, и завтра нужно будет пересказать какое-нибудь старинное предание.

– Нет ещё.

– Так неохота эту скучищу читать! Давай к тебе зайду, вместе просмотрим. Может, найдётся что-нибудь не сильно нудное. Только я ненадолго, скоро Герберт подъедет. Мы в кино собрались.

Сегодня похолодало, весь день накрапывает дождь, а сейчас ещё и сгущаются сумерки. Неужели у Вики есть желание гулять?

Хотя если бы Вадим захотел встретиться, я с радостью согласилась бы пойти куда угодно пешком и без зонтика. Именно в такую погоду он появился ночью в моей квартире. Жаль, что больше Вадим не приходит. Его одежду я погладила, сложила в пакет и жду, когда парень объявится.

Легенда для Викуси нашлась почти сразу. Стоило открыть на компьютере первую же ссылку на средневековые сказания, как подруга с радостью увидела историю о Дон-Жуане.

Прочитав с Викой за компанию известную легенду, я стала выбирать сюжет для себя. Беовульф, Калевала, король Артур, доктор Фауст… Наверняка кто-то ещё будет о них говорить. Мне бы найти что-нибудь менее известное. Взгляд зацепился за непонятное слово: "Лоэнгрин". Кажется, есть такая опера. Ну-ка, может, выбрать это сказание?

– Что интересного? – поморщилась Викуся.

– Большинство легенд отсюда я знаю, а эту нет.

– Ух ты ж, вроде и ничего, – пробормотала подруга, глядя на монитор.

Я улыбнулась. Надо же, выбрала романтическую историю в Викином вкусе!

Рыцарь Фридрих хочет жениться на прекрасной Эльзе, утверждает, что герцог, её покойный отец, обещал ему руку красавицы. Эльза говорит, что этого не было, и вот в ответ на молитвы красавицы появляется рыцарь в сияющих доспехах. Он приплывает в золотой лодке, а направляет лодку белый лебедь. Дальше, как водится, рыцарь сражается с обидчиком Эльзы, защищает девушку и женится на ней. Всё бы хорошо, только своего имени неизвестный заступник не называет, даже клятву с невесты берёт, что девушка никогда не задаст вопроса о том, как его зовут и откуда он прибыл.

Прошло время, и Эльза не выдержала, спросила: "Кто ты?" Муж оказался рыцарем Грааля Лоэнгрином. Вопрос об имени для него – знак недоверия. Лоэнгрин обязан навсегда покинуть Эльзу и вернуться в братство святого Грааля. Снова приплывает лебедь с золотой ладьей, и рыцарь уплывает навсегда. Эльза умирает, как только ладья скрывается из виду.

– Печальная история, – сказала Викуся. – И почему он не мог придумать какое-нибудь имя? Сказал бы, называй меня вот так, или хоть предупредил бы, что уйдёт, если Эльза не сдержит слово.

– Угу, – пробормотала я.

В голове мелькали обрывочные воспоминания. Вадим ни разу не произнёс своего имени… Игорь тоже не представился сам… Что там сказал Вадим? "Моего отца можно называть Игорь"! И запреты, запреты почти на все личные темы в разговорах… Не говорит, откуда приехал, чем занимался… Просит доверять ему и ни о чем не спрашивать…

Кажется, я схожу с ума! То, о чём я думаю, – полный бред, чушь, ерунда.

– Понятно, что для хорошей сказки нужны запреты, которые кто-нибудь нарушит… Только не могу представить девушку, которая не спросит имени даже у простого знакомого, не то что у мужа, – хмыкнула Викуся. – Синичка, а ты бы так смогла?

А я что делаю? Вопросов не задаю, доверие показываю…

Я пробормотала что-то неразборчивое.

Нет, хватит! "Лоэнгрин" – всего лишь легенда о доблестном рыцаре. Вадим – современный парень, хотя и с некоторыми странностями. Его отец – переводчик с нескольких языков, хирург и психотерапевт, самые обычные профессии. Правда, их слишком много для одного человека.

Вика уже уехала с Гербертом, а я всё пыталась избавиться от бредовых навязчивых мыслей.

Они преследовали и на кухне, пока я варила кофе. Овсяное печенье и несколько кусочков шоколадки уложены в тарелочку, над чашкой кофе вьётся ароматный пар. Я отнесла всё это на компьютерный стол.

Снова и снова вспоминались странности Вадима. Он говорил, что крещён в немецком княжестве. Парень хочет доверия и почти ничего о себе не рассказывает. Его отец ведёт себя, как человек из другой эпохи. В старинную легенду вписываются и молитвы на латинском языке, и сверхъестественная скорость реакции Вадима в кафе, и невероятная сила, с которой он перевернул автомобиль.

Понятно, когда именно Игорь успел освоить медицину и иностранные языки. Кажется, по старинным легендам, рыцари Грааля бессмертны и не стареют. Им может быть и по нескольку веков отроду. У Игоря в этом случае была уйма времени. Да и самому Вадиму хватило бы лет для обучения и вождению, и боевым искусствам, и иностранным языкам, и музыке…

Нет, всё-таки это полный бред!

Я кинулась к книжному шкафу. Вот он – потрёпанный мифологический словарь! Мои дрожащие руки поспешно перелистывали страницы.

Слишком мало информации. Грааль – священная чаша или кубок с кровью распятого Христа, которую собрал Иосиф Аримафейский, снимавший с креста Его тело. По легендам, эта же чаша была в руках Христа во время тайной вечери. Грааль допускает к себе только безупречных праведников, приблизившиеся к нему недостойные могут получить рану или болезнь, но после покаяния исцеляются той же святыней. В некоторых легендах Граалем называют блюдо или камень.

Слишком мало информации. Я подошла к компьютеру. Словарь оставался в руке, и я машинально куда-то его положила. В поиске слова "Грааль" компьютер выдал около двух миллионов ссылок. Я торопливо просматривала материалы о священной Чаше на различных сайтах. Везде одно и то же – рыцарь, служивший святому Граалю, получал бессмертие, прощение грехов, вечную молодость и неземную мудрость.

Меня бил озноб. Рыцари Грааля не могли дожить до нашего времени, это полный бред. Священную Чашу искали веками, никто никогда её не видел и не может описать в подробностях. Но если допустить, что Грааль и Его рыцари существуют, – все странности Вадима и Игоря сразу получают объяснение.

Имена у обоих наверняка не настоящие – истинное имя рыцаря должно храниться в тайне. Интересно, как они решают вопросы с документами?

Я открываю страницу за страницей. "Грааль любит девство и ненавидит блуд". Значит, Вадим и Игорь должны жить как монахи, что, похоже, соответствует действительности. Им нельзя ни с кем сближаться, если, конечно, легенды о рыцарях – правда.

Я снова открыла легенду о Лоэнгрине. Что рассказывал рыцарь перед отплытием?

"Если спасёт он прекрасную девушку, и они полюбят друг друга, может остаться с ней рыцарь Монсальвата, и будут они счастливы до конца своих дней. Но та, которую он спас, должна дать клятву, что никогда не спросит о его имени. Она должна довериться ему без тени сомнения и страха. Если же она нарушит клятву и спросит: "Кто ты?" – тогда рыцарь должен вернуться в свой далекий замок Монсальват".

Я постоянно задаю Вадиму вопросы, правда, не слишком настаиваю на ответах. Он спас меня, только, увы, никаких чувств ко мне не испытывает. Долго ли пробудет здесь Вадим? Рыцари не живут постоянно на одном месте, совершают подвиги и отправляются дальше. Нет, об этом не стоит думать, слишком больно от одной мысли, что я не смогу видеть Вадима Чернова.

Лучше подумаю о рыцарских подвигах. Если представить, что Вадим и Игорь – рыцари Грааля, то зачем они прибыли в наш тихий Марск? Почему Вадим так интересуется Гербертом и красоткой Лилей? Зачем Вадиму я – как раз понятно, через меня и Вику он может получать информацию. Только к чему ему эта информация?

Легенда о Граале слишком похожа на правду. Два рыцаря, отец и сын, совершают подвиги, а в свободное время занимаются тем, что им интересно, музыкой, например. Педагоги говорят, что у Вадима большой талант, и таких студентов в колледже никогда не было. Может ли быть, что он учился не одно десятилетие в престижных учебных заведениях?

Я или сошла с ума, или случайно дорылась до правды о любимом человеке. Он не шизофреник, он – рыцарь, ожившая легенда. Только что с этой правдой делать? Нужна ли она?

Я вновь пошла на кухню. Руки на автопилоте сделали пару бутербродов с колбасным сыром и вторую за вечер чашку кофе. За это время решение было принято. Я перестану задавать Вадиму запретные вопросы и оставлю при себе догадки. Все домыслы – это моё дело. Я ему доверяю – и точка.

Единственное, что никак не укладывается в легенду, – зачем в Марск могли явиться рыцари Грааля? Вспомнилось, как Вадим, глядя Саше в глаза, произнёс непонятное слово. Трофимов стал таким, как всегда, только забыл последние минуты. Как будто в Саше жило другое существо, которое рыцарь Грааля прогнал одним словом. Водитель тоже не помнил, как влетел в витрину "Избушки".

Мне стало не по себе. Всегда считала мистические истории о вселении души в чужое тело глупостями, но что-то же было с Сашей. Потом, когда рядом не оказалось Вадима, это вернулось. Вот почему тишайший парень ни с того ни с сего пристал на улице к незнакомой девушке и устроил драку. Это был не Саша, а кто-то другой, управляющий его телом, как марионеткой.

Когда Вадим подошел к нам с Сашей, Трофимов сказал: "Не лезь, рыцарь". Ещё одно доказательство бредовой теории. Если Сашей кто-то управлял, то знал, кто такой на самом деле Вадим Чернов.

Какая жуткая картина! Я бы хотела ошибиться, свалить всё на игру воображения, но не получается. Всё совпадает, части паззла оказываются на своих местах.

Неожиданно зазвонил мобильник. Полтретьего ночи. Ничего себе! Я думала, ещё часов одиннадцать.

– Таня, я вижу, что ты не спишь. Открой дверь, пожалуйста, – прозвучал из трубки любимый баритон.

До нитки мокрый Вадим вошёл в квартиру.

– П-привет.

– Привет. Ты что такая перепуганная?

– Не ожидала твоего звонка…

– Я увидел, что ты не спишь, вот и решил зайти.

– Я тебе рада.

Надеюсь, улыбка получилась не слишком нервная.

– Я включил телефон и увидел, что ты пыталась со мной связаться.

– Да, хотела кое-что рассказать.

Я попыталась вспомнить, сколько раз за эти дни набирала его номер. Двенадцать, как минимум, а то и больше. Как я не подумала, что Вадиму придет сообщение о количестве моих звонков! Получается, я ему навязываюсь и мешаю.

– Помнишь, в прошлую субботу ты видел меня с Трофимовым? Через неделю Саша попал в полицию, и я заволновалась, хотела поговорить с тобой…

– А сейчас не хочешь?

– Хочу. И он, и тот водитель в "Избушке" были как будто не в себе, не помнили, что делали. В итоге водителя кто-то убил, а Саша устроил драку и теперь под следствием.

– Откуда знаешь про водителя? – рассеянно спросил Вадим.

– Читала в интернет-новостях по Марску.

– Хочешь о чём-нибудь спросить?

– Нет.

Вадим немного помолчал.

– По-моему, я в прошлый раз не забрал одежду. Можно переоденусь?

– Ой! К-конечно! Извини, что не предложила тебе этого сразу.

На полу в коридоре уже образовалась лужица: с одежды и темных волос Вадима капала вода. Гость закрыл на замок входную дверь. Я и это забыла сделать! Надо собраться с мыслями, так я могу себя выдать.

– В комнате около дивана стоит черный пакет, в нем твоя одежда, – выпалила я. – Можешь погреться под душем, я пока поставлю чай.

– Спасибо.

Вот уже разогрелись в микроволновке тушеная капуста с грибами и баклажаны с орехами, заварен чай, а Вадим всё не выходит из комнаты. Я вышла в коридор.

– К тебе можно?

– Да.

Я замерла на пороге комнаты. Сердце бешено заколотилось, дыхание перехватило от ужаса. Было от чего запаниковать! Вадим уже переоделся и теперь просматривает открытые на компе страницы с информацией о рыцарях святого Грааля. На столе остались пустая чашка и тарелка из-под печенья, в которой почему-то лежит мифологический словарь.

Вадим резко встал и подошёл ко мне.

– Таня, тебе плохо? – в его голосе звучала тревога. – Ты какая-то бледная.

– В-всё нормально, – я глубоко вздохнула.

Вадима, конечно же, заинтересовала масса открытых вкладок с рассказами о Граале. Надо поскорее это объяснить, а как – пока непонятно.

– Непохоже. Голова не кружится? Что-нибудь болит? Может, сбегать в аптеку?

– Не надо. Лучше согрейся под душем, а то лечиться придётся тебе.

– Не придётся, – криво усмехнулся Вадим.

Внимательно вглядевшись в мое лицо, парень удовлетворенно кивнул сам себе и отправился в ванную. Надо же было забыть о компе! Ну почему я сама не сходила за вещами Вадима? Успела бы закрыть все вкладки! Что теперь будет? Что делать?

Стоп! Прежде всего надо взять себя в руки. Вадим не должен застать меня в том же состоянии. Я буду выглядеть спокойной, нам вообще необязательно говорить о том, что он увидел. Если Вадим спросит об открытых в интернете страницах, скажу, что делала задание по мировой культуре. Это не будет ложью, так, просто не вся правда.

Шум воды стих. Я поплелась на кухню. Вскоре туда пришел и растрепанный Вадим в сухой одежде. Он сел напротив меня и сходу спросил:

– Таня, что произошло? Чего ты боишься?

– Ничего.

Внимательный взгляд синих глаз мешал сосредоточиться.

– Почему не спала? – в голосе Вадима прозвучали требовательные нотки.

– Легенды на завтра читала.

Надо же было ему прийти именно сегодня, когда я только-только сделала потрясающее открытие. Завтра я уже смогла бы вести себя, как обычно.

– Ты настолько заинтересовалась преданиями о святом Граале, что читала их до глубокой ночи? – спросил Вадим.

– Да.

– А потом испугалась, когда я появился?

Из взгляда парня исчезла постоянная настороженность, черты лица смягчились, даже улыбка на губах заиграла. Как будто до этого между нами была невидимая черта, и сейчас Вадим переступил её.

– Да. Я вообще пугаюсь, когда кто-то приходит ночью.

– Таня, ты звонила мне пятнадцать раз. И вот, когда я пришел, ты нехотя выжимаешь из себя скупую информацию о том, что тебя должно волновать больше всего. О чём это говорит?

– О чём?

Я разглядывала жёлтые цветочки на лежащей на столе клеёнке. Жёлтый – цвет разлуки… В голове вертелось: "Что бы ни было, не признаваться, что я догадалась о Граале". Не станет же Вадим сам рассказывать мне о рыцарях.

– Ты додумалась до чего-то, что тебя сильно взволновало, и теперь не знаешь, как себя повести. И ты почему-то боишься мне об этом сказать.

Моей руки неожиданно коснулись тёплые пальцы. Я подняла взгляд, Вадим ободряюще улыбнулся.

– А зря, – продолжил он, глядя мне в глаза. – Может, всё-таки расскажешь?

У меня мурашки побежали по коже от его улыбки. Кажется, этот парень – самый родной мне человек. Не важно, как его зовут – Вадим или как-то иначе. Всё равно, откуда он появился и чем на самом деле занимается. Главное – он для меня близкий, любимый.

– Молчишь? – Вадим добродушно усмехнулся.

Может, рыцарь не понял, до чего именно я додумалась? Тогда тем более не следует об этом рассказывать. Я снова начала сверлить взглядом жёлтенький цветочек на клеёнке.