Читать книгу "Триединое Королевство"

Глава 10

Моё подсознание терзается бредовым сном. Оранжевый закат поджёг собой пушистые кучевые облака, я в них горю и срываюсь с них в холодную синеву… Борей с Кайей бегают по чёрному дну, совсем как по земле… И вот я уже на пляже с тёпло-жёлтым песком… Воды всё равно слишком много: и на мне, и во мне… Меня прибило к берегу? Борея и Кайю точно нет… Что-то страшное в воде… Огромный человек… Со мной… Он вытащил меня, заставил дышать… Теперь я почти различаю черты его громадной фигуры… Он весь в чёрном, и даже борода у него чёрная… Бритоголовый… Голос громоподобный, он командует… Он кого-то послал в воду против их желания? Чтобы вытащить “остальных”? Далеко в джунглях стоит серая женщина в средневековом платье и рядом с ней смуглокожая пышная девушка… Они обеспокоены… Чем?.. Тем, что меня взяли на руки? Меня взяли на руки?!..

Я резко распахиваю глаза и сразу же сажусь… Где я?!

…Я в постели… Комната каменная, украшена искусными гобеленами, на каменном полу ковры, резные столы с большими изысканными вазами… Всё залито оранжевым светом, сочащимся из высокого арочного окна слева, открытого нараспашку – снова закат!

Моё дыхание начинает заходиться, грудь высоко вздымается… Я слаба… Я так слаба, как может быть слаб только простуженный человек… Но мне уже знакомо это состояние, я его уже однажды переживала: в тот самый первый раз, когда Кайя так поступила… Но сейчас будто ещё хуже… Значит ли это, что мы переместились очень далеко? Или… Или что это значит? Что это на мне надето?.. Шёлковое платье – нет, не платье, а пеньюар на тонких бретельках, – шоколадного цвета… Да где же я?..

Я начала поспешно осматриваться по сторонам и вдруг… Настолько испугалась – не помню, когда в последний раз в своей металлической жизни я испытывала настоящий испуг, – что даже ахнула и чуть отпрянула назад: справа от меня, у стены рядом с выходом из незнакомой мне комнаты, на массивном резном стуле сидит огромный человек… Мужчина… Тот самый, который только что смутно снился мне в бреде, однако теперь я могу отчётливо различить черты его фигуры и лица: очень высокий – совсем как Борей! – одет в чёрные штаны и чёрную безрукавку с широким и высоким воротом, отчего его скрещённые на груди руки выглядят… Они выглядят устрашающе громадными! Неужели мускулатура массивнее, чем у Борея?!

Я встречаюсь с незнакомцем взглядом, и у меня сразу же перехватывает дыхание: глаза необычные! Таких у людей не бывает, а в последние полвека я не видела, чтобы люди носили цветные линзы… Его глаза серебристые с алым отблеском… Как… Как если бы в жидкий металл капнули пару капель крови… Он весь ощущается “острым”: густая чёрная борода подстрижена остро, брови выдают суровость своего носителя и даже уши кверху как будто чуть заострены…

– Где я?.. – мой голос совершенно неожиданно, предательски сипит, словно горло по-человечески простужено.

– Ты в башне…

Мне уже всё равно, где я, поэтому я перебиваю:

– Ты кто?..

– Я хозяин этого места. Меня зовут Багтасар Райхенвальд.

Багтасар…Райхенвальд…

Впервые слышу такое имя… В принципе… Таких имён и фамилий в Канаде не носят…

Пока он представлялся, я вдруг приметила ещё одну “острую” деталь его внешности: его зубы, то есть, конкретно клыки… Они… Как будто чуть длиннее, чем у обычных людей, и даже заострены…

– А как тебя зовут? – он будто бы старается говорить дружелюбно, но для моего слуха его голос звучит громоподобно. Точно рокочущий вдали гром…

– Диандра…

– Какое необычное, красивое имя.

Он точно старается выглядеть дружелюбным, но с его внешностью это даётся ему откровенно трудно. Мой взгляд цепляется за массивный кулон, висящий на его шее на широкой цепи – проломленный в области “третьего глаза” череп… Красноречивый… Кхм… Выбор ювелирного изделия… Впрочем, его одежда также нестандартна… Отдаёт каким-то… Средневековьем…

Вспомнив об одежде, я снова смотрю на себя и отчего-то поспешно прикрываюсь одеялом, хотя шёлковый пеньюар на мне и выглядит вполне прилично, но всё же, это ведь пеньюар…

– Где… Где моя одежда?

– К сожалению, твоя одежда была в крайне плачевном состоянии: она порвалась и в буквальном смысле пришла в негодность, так что тебя пришлось переодеть…

Мои мысли всё ещё настолько затуманены, что больше походят на кашу, отчего я пропускаю мимо ушей и этот момент… Да и всё равно, наверняка ведь переодевал меня не он, а кто-нибудь из тех, кто тут с ним живёт – его жена, например, или дочь…

– Это ты вытащил меня из воды?

– Верно. И сейчас тебе не о чем переживать: пока ты в моём доме, ты находишься в полной безопасности.

Безопасность!

– Кайя! И Борей… Где они? Они были со мной…

– Значит, твоих спутников зовут Кайя и Борей.

– Что с ними?!

– Они в полном порядке, насколько это возможно… Девушка всё ещё не пришла в себя, а мужчина всё ещё крушит наши леса.

Совсем как в прошлый раз!..

– Сколько часов прошло с тех пор, как мы оказались здесь? – я оглядываюсь, пытаясь понять, что же это за место, но из-за странной обстановки в мою голову вдруг приходит только слово “замок”.

– Ровно двадцать четыре часа.

– Сколько?! – я не верю своим ушам.

– Ты провела без сознания одни сутки… – его взгляд вдруг врезается в меня с остротой меча, знающего вкус кровавых боёв. – Скажи, люди, прибывшие с тобой… Борей и Кайя – они твои враги? Если так, мы уничтожим их…

– Нет! – я едва не подпрыгнула на кровати, будто поверила в то, что некие они, о ком бы то речь ни шла, способны уничтожить Металлов. Какая чушь… Нужно взять себя в руки. – Они вовсе не враги, они со мной…

– Что ж… Хорошо. Тебе необходимо отдохнуть. Ты всё ещё слишком слаба, – с этими словами мужчина вдруг поднимается со стула, и я снова удивляюсь масштабу его габаритов… Надо же… Машинально натягиваю на себя одеяло едва ли не до самого подбородка. Что за… Да я ведь Металл! Он же, увидев это телодвижение, неожиданно будто слегка поклонился и произнёс совсем уж добродушным тоном: – Великолепная Диандра, ещё раз прошу тебя не переживать о своей безопасности в моём доме. Никто тебя здесь и пальцем не тронет. Пожалуйста, не спеши покидать постель, пока не отдохнёшь достаточно, чтобы найти в себе силы не бояться меня и мою семью. Надеюсь встретиться с тобой завтра, в более комфортной для тебя обстановке. До тех же пор я откланиваюсь.

Выйдя за порог комнаты, он закрыл за собой массивную деревянную дверь. Естественно, я сразу же попыталась подскочить на ноги, но стоило мне это сделать, как я сию же секунду пошатнулась всем телом – ничего себе слабость! Словно и вправду человек, а не Металл…

На дрожащих ногах, раскачиваясь из стороны в сторону, словно на беспокойной палубе во время шторма, я приблизилась к распахнутому окну и, выглянув в него, едва не обомлела: это что же… И вправду настоящий замок?! Каменный, высокий… Вид с такой высоты открывается потрясающий: за густой лесополосой распростирается кажущееся бескрайним водное пространство – или море, или же океан, – окрашенное в ярко-оранжевый свет спешащего зайти за горизонт солнца… Ни-че-го себе красо́ты!.. Однако… Лес какой-то другой… Заметно отличается от привычных канадских видов…

Я снова неожиданно для себя пошатываюсь чуть вправо и только в этот момент замечаю, что мне не на шутку холодно… Посмотрев под ноги и поняв, что стою босыми ступнями на каменном полу – и когда я в последний раз по-настоящему мёрзла?! – я поспешно закрываю окно и спешу вернуться в постель, чтобы только лишь чуть-чуть погреться под одеялом, после чего сразу же отправиться на поиски подходящей одежды и…

…Я заснула. Сначала просто накрылась тяжёлым одеялом, затем лишь прилегла на невероятно мягкие шёлковые подушки, чтобы только одну минуту полежать для согревания, после чего уж наверняка проверить запертость двери, да-да… Однако стоило мне прикрыть веки, и я не заметила, как провалилась в глубокий, целительный сон.

Глава 11

Я проснулась в девять часов утра: так говорили настольные механические часы с беззвучным маятником. Вспоминать, где я нахожусь, мне не пришлось: пугающе детализировано помню все пережитые события.

Сев в постели, с удовольствием потягиваюсь и прислушиваюсь к своему организму. На удивление, ощущаю в себе металлические силы: после первого “прыжка Кайи” я ощущала себя простуженным смертным человеком с неделю, не меньше, и даже боялась, не лишилась ли случайно своей металлической сути… Но сейчас всё будто бы иначе. То ли я выспалась здорово, то ли место здесь какое-то целительное, однако чувствую я себя определённо точно крепкой, хотя и немного голодной.

Покинув постель, приближаюсь к окну и распахиваю его настежь, чтобы убедиться в том, что мне не приснилось: я действительно ночевала в каком-то сказочном замке. Вид из окна головокружительный – интересно, за лесом распростирается море или всё же океан? Постояв немного перед открытым окном и насладившись не по-осеннему приветливым и только чуть прохладным ветерком, наполненным тонкими цветочными ароматами, я разворачиваюсь и начинаю осматривать комнату с пристальным вниманием. Ясно, что она расположена высоко, но что тут у нас ещё?.. Антикварная, массивная, резная мебель – письменный стол, стул более походящий на трон, ещё один такой же стул возле выхода, огромная кровать с балдахином из бархата… И главное: всё ухоженное, без намёка на старость и даже грамм пыли невозможно отыскать металлическим зрением. Интересный декор: винтажные вазы с искусной росписью; женский столик с зеркалом в резной деревянной раме; ещё одно зеркальце, только ручное и выполненное в металлическом обрамлении с завитушками; сюжетный витраж и сюжетные гобелены; часы-ходунки с римскими цифрами на циферблате; каменный пол устлан коврами, похожими на персидские: ходить по ним босыми ногами – сплошное удовольствие… Я прошла дальше и обнаружила ещё две комнаты за массивными деревянными дверями. Справа от кровати, рядом с выходом, располагалась необычная ванная комната, какая может быть только в замке: огромное пространство из камня, в котором, кажется, есть всё – открытый душ, унитаз за декоративной ширмой, винтажная ванна на передвижной платформе и, самое невероятное, купель, похожая на каменный мини-бассейн. В комнате есть окно с красивым сюжетным витражом… Справа от входа – широкое пространство, отведённое под каменную раковину, длинное зеркало в посеребрённом обрамлении и множество полок, заставленных разнообразными ароматическими средствами и стопками махровых полотенец… Я взяла в руки большой прозрачный флакон, наполненный золотистой жидкостью, и, вдохнув медовый аромат содержимого, непроизвольно прикрыла глаза… Должно быть, хозяйка этого волшебного замка пахнет цветами, и кожа её сияет на солнечном свету. Надо же… Роскошью, вроде ароматических масел и гелей для умывания в последний раз я наслаждалась до Падения Старого Мира, думала, что больше никогда не получу удовольствие от подобного великолепия. Удивительно, что до сих пор у кого-то подобных благ в избытке…

Выйдя из ванной, я заглядываю в ещё одну комнату, примыкающую к спальне – деревянная дверь в стене напротив выхода из ванной. Здесь находится просторная гардеробная – размером немногим меньше спальни, – обставленная массивными деревянными шкафами и стеллажами из тёмного дерева, а в центре огромный стол с застеклёнными полками, заставленными обувью… Одежда никогда не была для меня центром вселенной, так что в этой комнате я не задерживаюсь: осмотрев себя и понюхав руки, прихожу к выводу, что мне стоит смыть со своего тела не самый приятный для моего обоняния аромат соли и водорослей, так что отправляюсь в душ…

Честно говоря, я даже не предполагала, что вода в душе может оказаться горячей. В Павшем Мире не только с электричеством неполадки… Я привыкла мыться в проточных водах рек, прорубях, в водопадах, в снегах и на крайний случай в старых душевых, давно забытых о существовании тёплой температуры воды. Для Металла подобные нюансы даже и проблемой не ощущаются – достаточно правильно выстроить температуру собственного тела, – но как же я, оказывается, всё это время недооценивала роскошь принятия горячего душа! Воды сколько угодно: лей не хочу! Поразительно, но я улыбалась до ушей, натирая себя новенькой мочалкой, ароматным мылом, ромашковым шампунем, ещё каким-то лосьоном… Я простояла под потоками тёплой воды почти час! Едва не пищала от кайфа – ничего себе! Вот это да!.. Просто… Чтобы понять состояние моего глубинного счастья в эти сладостные минуты, примите душ с водой теплее тридцати шести градусов… Вы обалдеете от счастья!

Наконец найдя в себе силы выйти из-под тёплого водопада, я с удовольствием вытираюсь огромным махровым полотенцем цвета топлёного молока, обматываюсь им же и, высушив волосы при помощи автоматической площадки для сушки тела – с ума сойти, она работает! волосы высыхают буквально за две минуты и послушно укладываются моим природным шёлком крупного локона! – перехожу в следующую комнату.

В гардеробной возникают непредвиденные проблемы. Честно говоря, такого подвоха я никак не ожидала… Я перерыла все полки всех шкафов и стеллажей, но кроме как бальных платьев на средневековый манер, таких же “средневековых” аксессуаров, обуви и прочих элементов гардероба ничего не нашла… Я как будто попала в шкаф какой-то принцессы, честное слово! Что же это такое?.. Однако голой оставаться не вариант, как и влезать в менее вычурные пеньюары, которые и могли бы походить на обыкновенные платья, но нет… В пеньюаре я точно не выйду.

Пришлось выбрать платье. Они все оказались “слишком” – габаритными, расшитыми, ве-ли-ко-леп-ны-ми… Да, они, безусловно, великолепны. Тонкая работа мастеров, я такой даже в Старом Мире не видывала. В конце концов, я остановила своё внимание на атласном тёмно-сером платье с белой основой: юбка-купол до самого пола, вышивка серебристо-чёрным кружевом, приличное декольте… В этой комнате было широкое зеркало в полный рост, но я даже не взглянула в него, чтобы лишний раз не убеждаться в том, как бредово выгляжу… Как одна из тех кукол, о которых я мечтала в детстве и которые были не по карману моим слегка безразличным и оттого по-особенному хорошим родителям…

На ноги я надела серебристые балетки, локоны поправила руками – волосы снова слишком быстро отрасли, нужно бы подстричься… И всё-таки в зеркало я так и не взглянула. Отчасти сыграла самоуверенность: я Металл – как волосы ни укладу, так и прекрасно, каким боком ни повернусь, тем и идеально, а строить из себя нечто лучшее, чем может представлять из себя Металл, – это уже как-то слишком…

Я спешила прочь из комнаты, потому что и так достаточно “раскачивалась”: необходимо найти Кайю и Борея. Да, этот Багтасар уверил меня, что с ними всё в порядке, и да, я почему-то поверила его словам, но на этом моё легкомыслие исчерпывает себя – мне нужна моя семья, немедленно.

Не знаю, что именно я рассчитывала увидеть, выйдя за порог комнаты – быть может, какой-нибудь зал или коридор, – но я оказалась на квадратной площадке, соединяющей отрезки винтовой лестницы. На металлической скорости я сначала проверила, куда именно уводит её верхняя часть, и практически сразу уперлась в тупик: по курлыканью голубей за закрытой деревянной дверью я сделала вывод, что дальше идёт чердачное помещение. Значит, моя комната и вправду расположена на верхотуре какой-то башни…

На металлической скорости я спустилась назад к площадке со своей дверью, подёргала её, но она уже оказалась закрытой. Я тяжело вздохнула, решив, что промахнулась с поспешным выходом, но вдруг заметила углубление в каменной кладке стены, гипотетически предназначенной для светильников или свечей: кто-то оставил ключ с запиской? Поспешно взяв их, я прочла выведенное витиеватым почерком послание:

“Когда покинешь свои покои, дверь автоматически закроется – защита от нежелательных гостей. Твой выход из покоев открыл сейф с ключом. Возьми его и никому не передавай. Он только твой.

Багтасар Р.”.

Хм… Как интересно.

***

По каменной лестнице я спускалась с человеческой скоростью: в башне имеются окна, ступени хотя и винтовые, однако достаточно широкие и совершенно не скользкие, так что получилась прогулка налегке – пугать людей своей металлической сутью лучше не стоит. По крайней мере до тех пор, пока не воссоединюсь со своей семьёй.

Откровенно говоря, мне даже слегка понравилось тащиться по мраморной лестнице, освещённой естественным дневным светом, бьющим из высоких узких окон, чуть романтично приподнимать подол платья средневекового пошива – почти почувствовала себя королевой, чему даже мысленно улыбнулась. Ладно, один день можно и понаслаждаться столь редкой аутентичной атмосферой, а там уж снова впрыгну в привычные штаны, бейсболки, футболки…

Лестницу я миновала с детской – то есть с металлической – лёгкостью. И сразу же выпорхнула в просторный зал с высокими и широкими окнами, огромным камином и столами, за которыми сидели люди, моментально обратившие всё своё внимание на меня. Я не из стеснительных – мне без малого семьдесят девять лет, в конце концов, стеснительность в себе я уж давно растеряла, – однако под взглядами этих людей мне отчего-то стало не по себе… И я вдруг поняла, что дело не в людях… Точнее, на меня смотрят вовсе не люди! Я поняла это по самому странному из них: огромный мужчина, размером с Багтасара, сидит у самого ближнего стола – его рельефный торс не прикрыт одеждой, так что я сразу же поразилась его “особенности”... Он синий! То есть весь этот человек… У него совсем синяя кожа! Чёрные волосы, серебристые с красным отливом глаза – почти как у Багтасара, только меньше алого оттенка! – и, главное, выпирающие изо рта, массивные нижние клыки… Я могла бы подумать, что передо мной манекен, но… У него стучит сердце! Однако… Стучит не по-человечески… Совсем как у Борея или Кайи, или у меня… То есть… Как у Металла!..

Я с металлической скоростью и остротой зрения оцениваю остальных присутствующих. Первыми в глаза бросились необычные парни: один с длинными белоснежными, а второй с длинными красными дредами – должно быть, братья. Оба сильно татуированы, но… Татуировки ведь не держатся на Металлах, я знаю…

За соседним от “дредов” столиком сидят ещё двое: черноволосая тучная женщина с узким разрезом глаз и зеленоволосая девочка-подросток, выглядящая лет на тринадцать-четырнадцать от силы… В стороне, в сером платье, чуть похожем на моё, только с мятым эффектом юбки и белой вышивкой, стоит худая девушка с острыми чертами лица и такой же острой линией оголённых плеч, волосы длинные и цвета “серой белизны” – то есть, у сидящего парня дреды выглядят белоснежными, в то время как её волосы отливают лёгким налётом серости…

Все одеты похлеще моего – на женщинах пышные платья, на мужчинах средневековые костюмы… Только “синий” до штанов раздет… У всех без исключения нечеловеческая скорость сердцебиения…

Замешательство продлилось не дольше тридцати секунд. Первым заговорил “синий”. Встав со своего места, он с учтивой интонацией обратился ко мне тяжеловесным баритоном:

– Наконец Вы пришли в себя после долгого и утомительного путешествия… – он остановился, явно не зная, как обращаться ко мне.

– Диандра, – подсказала я, поняв, что их друг Багтасар не просвятил их о моём имени.

– Диандра, – аккуратно повторил моё имя тот, кто на первый взгляд казался слишком неотёсанным, как для проявления аккуратности. – Меня зовут Проктор Рокбриджер, а это наше скромное сообщество, – он начал по очереди указывать на остальных присутствующих, и первым указал на уже приближающегося к нам парня с белыми дредами: – Джодок…

– Formidable! – парень неожиданно произнёс с французским акцентом. – Вы воистину великолепны, Диандра! – он взял мою правую ладонь и неожиданно поцеловал её… Стараясь не выдавать ошарашенности, я едва контролировала свою мимику.

– А это у нас Рагнхильд, сестра Джодока, – продолжал представление Проктор.

– Салют! – громко хмыкнула та, которую я сначала приняла за парня… Но на ней же не платье, а значит, женщины тут всё-таки ходят в штанах… Впрочем, стиль у всех одинаковый – “осовремененное средневековье”. Не уверена, что лучше: всё же красивое платье или вот такие вот штаны…

– Отталия, – Проктор указал рукой в сторону тучной женщины, смотрящей на меня неприятно-тяжёлым взглядом, – и Сольвейг, – девочка с тёмно-зелёным “рваным” каре и беспокойным взглядом-угольком… – А это…

– Моё имя Марен, – женщина не дала Проктору представить её, подав свой высокий голос, в тоне которого я распознала налёт неприязни… Странно, я ведь даже ничего не успела сделать… Вроде как…

– Я была не одна.

– Ты про своих спутников? – голос зеленоволосой девчонки зазвучал на высоких нотах. – Чокнутого здоровяка и сладенькой девчушки? Так мы их скушали…

– Прости Сольвейг, – моментально попросил прощение за поведение подростка Проктор, прежде чем я успела хоть как-то воспринять такое послание. – Сольвейг у нас “немного не в себе”.

– Да в себе я! – громко крикнув, девчонка задрала голову и выгнулась в кресле всем телом… Понятно, значит, и вправду у неё “не все дома”.

– Ты скоро увидишь своих друзей, не переживай, – Проктор будто старается то ли сгладить острые углы, то ли успокоить меня, а это не может не наталкивать на нервную мысль о том, что мне всё же есть из-за чего переживать, пусть я даже пока не уверена точно…

– А ты и вправду очень-очень красивенькая, – Сольвейг продолжает заливаться нервными нотками ломкого подросткового голоса. – У-у-ух, какая… Шоколадные волосы, покатые бёдра, пышная грудь, белоликая, курносая, пухлые алые губки и улыбка, должно быть, с ямочками… Марен, слышишь? Она определённо красивее тебя! Так-то она привлекательнее и Флорентины – ха-ха! Вот ведь наша мисс Гордыня обзавидуется!

– Сольвейг, держи себя в руках, – голос той, которую Проктор назвал Отталией, прозвучал тяжело, словно ей в горло свинца налили…

– Как тебе наша мода? – очевидно, Сольвейг никак не в силах сдержать себя от соблазна пообщаться с незнакомой личностью…

– Интересный дресс-код…

– Слышали? Она сказала “интересный”! Значит, всё не так уж и плохо, а то я думала, что мы тут совсем одичали…

– Да заткнись же ты, – процедила та, что представилась именем Марен, и в этой фразе отлично расслышалось не столько её раздражение, сколько сама суть её натуры – склонность к злобе.

Я продолжала внимательно оценивать видимое и слышимое. У них у всех ярко выражены клыки… Но я не успеваю сосредоточиться на этой мысли, потому как замечаю тянущуюся в моём направлении руку Джодока – нахал хотел коснуться моего локона:

– Скажи, Диандра, ты ведь Металл?

Я перехватила его руку на подлёте с такой силой, что она хрустнула бы в запястье, если бы только была человеческой, но… Она не хрустнула.

Джодок довольно заулыбался, когда я отбросила его чудом не оторванную конечность в сторону, словно обглоданную кость.

– Не советую даже думать прикасаться ко мне без спроса, – мой тон звучит не враждебно, но предупреждающе-леденяще.

– Ха! – Сольвейг вдруг взрывается откровенным восторгом. – А Диандра-то с клыками! Она кусается!

– Прошу меня простить, прекрасная гостья… – Джодок заинтригованно улыбается.

Меня так и подмывает отвесить грубость наподобие: “Прекрасен тут у нас ты, ко мне же обращайся по имени”, – но я продолжаю сдерживать себя. По природе своей я совсем не раздражительна, так что здесь дело точно не во мне. Это они… С ними что-то не то. Вернее, с ними всё понятно: животный интерес, отсутствие манер и дружеского расположения, хотя… Мой взгляд снова возвращается к Проктору – энергетика этого заметно отличается. С ним и буду говорить:

– Прежде я не встречала подобных себе.

– Она и вправду Металл! – восторженно и так громко хлопает в ладони Джодок, что эхо поднимается к сводчатому потолку. – Но, прекрасная гостья, боюсь, мы не такие, как ты…

– Такие, – резко рычит Проктор, и в эту же секунду не только Джодок мгновенно затыкается, но и остальные замирают. Ясно… Значит, у них здесь иерархия, и Проктор на вершине пищевой цепи. Это хорошо… Наверное. Тем временем Проктор продолжает говорить: – Мы тоже Металлы.

– Только с клыками, – вторит едва слышным хихиканьем Сольвейг, и её смешок ещё одним легкокрылым эхом поднимается к высоким сводам потолка.

Проктор, глядя на меня спокойным взглядом, невозмутимо пожимает широкими плечами, поясняя замечание Сольвейг о клыках:

– Такой тут климат.

– Тут это где?

– Понятно где, – вместо Проктора отзывается Отталия, с грохотом поставившая свою чашку на блюдце (и как не разбила?) – В Австралии.

В Австралии?! Она сказала… В Австралии?!

Кажется, мои глаза всё же выдали глубину моего удивления, потому что в следующую секунду Отталия с подозрением в тоне произносит:

– А ты не местная… Верно? Откуда тебя такую красивую прибило к нашим берегам? – и снова чашку громко на блюдце, чтоб то аж треснуло…

– Я… – я замираю, потому что… Не хочу рассказывать им о себе.

– Всё в порядке, – на помощь неожиданно приходит всё тот же единственный обладатель доброжелательной энергетики Проктор. – Тебе не обязательно отвечать на наши вопросы.

– Я бы предпочла, чтобы она ответила, – жёстко встревает Отталия.

– А я бы предпочёл, чтобы ты с вниманием отнеслась к словам Багтасара, а значит, с великим уважением отнеслась к его гостье, – в ответ многозначительно рычит синекожий, и Отталия сразу же отступает, капитулирующе отпрянув на спинку своего огромного стула.

Значит… Я тут считаюсь гостьей Багтасара, к которой он попросил отнестись с “великим уважением”?..

– Багтасар он… Главный среди вас?

Я заметила: мой вопрос заставил Джодока отчётливо сжать зубы. Проктор же ответил спокойно:

– Всё верно.

Значит, я с первого раза всё правильно поняла: у них здесь действительно иерархия…

– Мне приятно с вами познакомиться, но я хочу поговорить с Багтасаром.

Стоит мне произнести эти слова, как все сразу же меняются в лицах, словно… Нашкодившие котята, благоговейно опасающиеся тяжёлого тапка хозяина… Или мне только показалось?..

И лишь Проктор остался спокоен:

– Хорошо… Если желаешь, можешь пока прогуляться по саду. Мы передадим Багтасару твою просьбу об аудиенции – о чём?.. – и, думаю, он скоро присоединится к тебе.

– Хорошо, – я стараюсь дышать ровно, чтобы не выдавать своё беспокойство.

– В сад можно попасть, пройдя по коридору прямо, – Проктор указывает в сторону коридора, начинающегося в противоположном конце зала.

В ответ сделав лишь едва уловимый кивок головой, я с металлической уверенностью прохожу мимо тех, кому определённо точно не понравилась и кто не понравился мне также. Ладно уж, не срослось так не срослось: не жить же мне с ними под одной крышей… Вот воссоединюсь с Бореем и Кайей, и, поблагодарив за аренду красивого наряда, уйду куда подальше… И всё же: Австралия! Металлы! Мне это не снится?!..

Коридор оказался сквозным: с одной стороны – справа – стена замка, с другой – слева – за широкими арочными рамами без стёкол – огромный, головокружительно цветущий и волшебно благоухающий сад, красоту которого мне удаётся оценить далеко не сразу: необходимость контроля сердцебиения в условиях общения с себе подобными, то есть с Металлами – стратегия, которую нельзя недооценивать. Я невозмутима. Не: “Ого, Австралия, Металлы!”. А: “Пф, всего лишь Австралия, всего лишь Металлы…”.

Их много, я же всё ещё одна, но даже когда – не если! – я снова объединю наше металлическое трио – я-Борей-Кайя, – всё равно нас будет меньше… Да ведь эти люди – то есть, Металлы, – спасли нас! Чего же я тогда… Всё хорошо. Просто конкретно это знакомство не задалось…