Текст книги "Точка-джи-эл"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tochka-dzhi-el-80967.jpg)
Автор книги: Борис Долинго
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Известие о возможном повышении означало существенный рост зарплаты, и поэтому Быков никак не проявлял неудовольствия по поводу приёма фур. Однако чуть позже дело с филиалом застопорилось, а босс всё нагружал и нагружал Быкова – то ли по инерции, то ли из-за присущей большинству хозяев беспардонности и хамского отношения к людям: улица же длинная! Но разговоры об открытии филиала упорно витали, а потому стоило потерпеть, и даже об отпуске, который он не брал уже два года, Быков не заикался.
Александр налил полстакана фанты и щедро плеснул туда водки.
В общем-то, мать твою, из-за какой-то лишней тройки сотен баксов приходится терпеть такую дрянь! Есть ещё пять человек, кому можно по очереди поручать встречать неурочные фуры, но нет же – только Быкову! А если не нравится – ищи другую работу! Улица длинная, и свобода выбора ходить по ней полная, хоть вдоль, хоть поперёк…
Спать от злости расхотелось, и Быков сел к компьютеру. Пробежался по нескольким чатам, но там торчали одни малолетки, которые, видимо, кончали в трусы, перекидываясь скабрёзными разговорчикам на тему, кто и как любит это делать.
В общем, можно было заглянуть на порносайт, но сперва Александр решил посмотреть новости на местном портале. Здесь его взгляд задержался на картинке с веб-камеры – в городе недавно смонтировали такую прямо на здании мэрии, расположенном напротив центральной площади, где обычно возводился праздничный ледяной городок и главная ёлка.
Щёлкнув по иконке, Александр зашёл на страницу с видами города, показываемыми веб-камерой.
«А красиво», подумал он, всматриваясь в чёткое изображение на мониторе. Вот, вроде бы знаешь эти виды в реальности – обычная срань большого загазованного города. Но, глядя на картинку, расцвеченную новогодними огнями и прожекторами, казалось, что видишь волшебный городок. И даже паршивая погода не портила впечатление – хотелось туда, в праздничные огни и переливы света. Симпатичный городок получался на картинке, и жизнь там казалась лёгкая, радостная…
Впрочем, присмотревшись, Быков понял, что камера, похоже, гонит вчерашний вид: тогда ещё ничего не таяло, и, тем более, не шёл дождь. И здесь обман, чёрт побери!
Неожиданно в правом верхнем углу экрана что-то моргнуло. Саша вскинул глаза и успел заметить тающие на фоне тёмного куска ночного неба латинские буквы. Он никогда не учил иностранные языки, но благодаря хорошей памяти чётко схватывал подобные надписи.
Быков подождал, подёргал «мышью», но надпись больше не появилась. Он взял ручку и записал по памяти в блокноте, лежащем у компьютера: «http://www.recruit.gl».
«Стоп, – подумал Александр, разглядывая запись, – я ошибся, что ли? Что за домен такой – «gl»? Гватемала какая-нибудь?»
Хмыкнув, он ввёл указанный адрес. Окно браузера мигнуло пару раз, сделалось серым, потом по нему побежала разводами цветная рябь, словно бензиновые пятна переливались в луже, а потом экран вернулся к нормальному окну «интернет-эксплорера».
Сам сайт загрузился очень быстро. По структуре он выглядел несколько необычно, словно открылась какая-то программа просмотра графических изображений: картинка занимала почти весь экран и только слева шла узкая полоска кнопок навигации.
Первое время Быков не смотрел на ссылки, а только на картинку – она его очаровала. Синее южное небо, переходящее в неожиданно голубые горы, кое-где подёрнутые мазками снегов у вершин. Ниже по склонам темнел густо-зелёный лес, неровными волнами спускавшийся к блестящей зеркально-голубой глади. Правый край водной поверхности терялся за кромкой кадра, но Быкову почему-то показалось, что это скорее озеро, чем часть морского залива. Слева на плоском участке берега, дугой изогнувшегося у воды, раскинулся небольшой посёлок.
Ровные ряды двухэтажных домиков с красно-кирпичными крышами, окружённые зарослями деревьев, прилепились вдоль серой ленты дороги, повторявшей по самому краю изгиб берега и исчезавшей чуть дальше за отрогом возвышенности. Между изгибом дороги и посёлком располагалась круглая площадка неясного назначения диаметром метров сто. Чуть в стороне за домами просматривались сооружения вроде крытого стадиона и невысоких длинных светлых корпусов. Весь пейзаж, если бы не ощущение южного тепла, нисходящего с неба, сильно смахивал на виды швейцарских городков в живописных альпийских долинах.
Почти сразу Быков понял, что это не просто картинка, а трансляция или видеозапись: ветерок заметно шевелил кроны деревьев. Колыхался и флаг с каким-то гербом, вывешенный на мачте у первых домиков.
В картинке присутствовало нечто очаровывающее и манящее. Казалось, там, в синеве гор и зелени деревьев, мягко обнимавших сапфир озера, нет забот и проблем унылой повседневности, где надо «крутиться» и лизать задницы боссам, подстраиваясь под стереотип поведения, ненавистный самой твоей сущности. А правила игры под названием «жизнь» неумолимо заставляют встраиваться в шаблон, который, как корсет, с каждым годом всё сильнее и сильнее сжимает тебя, пока не выжмет целиком и не выбросит в прямоугольную яму или в печку крематория, чтобы в очередной раз доказать бренность и бессмысленность существования.
А в этой горной долине хотелось просто жить, зная, что ты достоин чего-то большего…
Быков хлебнул тёплой фанты с водкой, и подумал, что стоило бы бросить в стакан кусочек льда, но к холодильнику не пошёл, а продолжал сидеть, как заворожённый, уставясь в монитор.
Наконец он потряс головой, освобождаясь от наваждения.
– Симпатичное местечко, однако, – усмехнулся Саша и отпил из стакана. – Впрочем, наш новогодний городок на камере тоже сказкой выглядит…
Он начал изучать кнопки слева от картинки. Их имелось всего четыре: «Ещё виды», «Условия найма», «Регистрация» и «Окончательный выход».
Пока Быков оттопыривал губу, примериваясь нажать первую кнопку, в верхней части экрана у самого обреза картинки начал всплывать динамичный баннер, с медленно проявляющейся надписью: «Хотите изменить судьбу?». Буквы переливались мягкими разноцветными тонами секунд пять, потом исчезли, чтобы чуть позже появиться вновь – и так далее.
Саша пробормотал «Ну, допустим, хочу…», пожал плечами и ткнул курсором в «Условия». Вместо картинки удивительно быстро появился текст на мягком голубоватом фоне. В общем, писулька была выдержана в духе, близком к тому, как зазывают в сетевые «пирамиды», где за предоплату в пятьдесят баксов и рассылку дурацких писем обещают заработок в сотни тысяч. Постоянно шли рассуждения о том, что если Вы устали от серых будней и если хотите круто поменять судьбу, то попали именно туда, куда нужно. Правда, здесь не просили прислать денег вперёд и не обещали астрономических заработков взамен вложенной «скромной суммы». Лишь поэтому Александр дочитал до конца.
Самое удивительное, что денег здесь вообще не обещали: Быков прочитал дважды – в «зазывалке» не было ни слова о деньгах! Здесь обещали жизнь на «полном обеспечении» и работу с возможным обучением, «если квалификация окажется недостаточной». Единственным упоминанием о вознаграждении являлась фраза, что если нанимаемый решит прервать контракт, ему будет выплачена «сумма, адекватная вкладу в общее дело». Правда, о сроке контракта тоже не говорилось ни слова.
По-настоящему Быков понял только две вещи. Первое: если он заполнит регистрационную карточку и пройдёт отбор, то его пригласят жить в некое волшебное место для какого-то «Великого Общего Дела». Второе: он не будет ни в чём нуждаться, пока там работает.
– Хрень какая-то! – проворчал, Быков и уже хотел нажать на «Окончательный выход», но мобильник запел мелодию из «Крёстного отца».
Александр прищурился на телефон – снова звонил шеф. Со злобной неторопливостью Быков допил остатки водки с фантой и нажал кнопку ответа.
– Не спишь? – поинтересовался Сергей Игоревич, и Саша, отвечая утвердительно, покосился на часы: пять минут второго.
– Это хорошо, – констатировал шеф. – Тогда слушай внимательно. Машина придёт, скорее всего, без звонка, но тебе надо быть на месте к восьми.
– А грузчики?! – возмутился Быков. – Я же их до восьми вряд ли соберу, сами понимаете…
– Не надо никаких грузчиков! – оборвал шеф. – Шоферюги выгрузят, там не так много. Потом ты меня дожидаешься, я приеду и кое-что заберу, понял?
«В общем, целый день сидеть в магазине», мрачно констатировал про себя Александр.
– Ты всё понял? – чуть повысил голос шеф.
– Само собой, – выдавил Быков, стараясь, однако, говорить непринуждённо.
Ему вдруг пришло в голову, что, хрен его знает, что там возит шеф, на какие деньги строит роскошный коттедж, на какие – летает отдыхать по два-три раза в год то на Карибы, то на Мальдивы. Почему-то Александр раньше не задумывался, что в коробках может лежать наркота или нечто столь же уголовно-наказуемое. И если его в момент выгрузки заметут ОБНОНовцы, он будет капитально замазан вместе с шефом…
– И на хрена мне это сдалось? – сказал Быков вслух, наливая ещё водки с фантой.
Потом он посмотрел на картинку на мониторе, криво ухмыльнулся и кликнул по «Регистрации».
Пунктов оказалось очень много, часто – стандартные вопросы о личных данных и состоянии здоровья, но попадались и довольно странные, например «Что означает для Вас понятие «серые будни?», на что Быков ответил собственной вариацией на строки, знакомые из школьной литературы: «Работа, улица, фонарь, аптека: вот так и сдохнешь, невзначай».
Или вопрос: «Требуется ли резервирование Вашей собственности (указать, какой именно) по нынешнему месту проживания?» Присутствовали вопросы и об отношении к религии, и о сексуальной ориентации.
Фактически это была не анкета, а некое подобие контракта, но выглядела крайне несерьёзно, несмотря на то, что золотые горы не обещались. В конце анкеты имелись пункты пояснений о некоторых обязательствах перед рекрутом, но странным было то, что нигде не звучало название компании или фирмы, в которой проводится регистрация. Везде фигурировало безликое «наниматель», в обязательствах которого входило сохранять «статус кво» рекрута на родине, удовлетворение всех его потребностей, связанных с жизнедеятельностью, и максимальные меры по сохранению этой жизнедеятельности.
Последняя фраза не слишком понравилась Быкову, потому как за ней могло скрываться чёрт-те что. Правда, слова о том, что «…рекрут имеет право прервать контракт в любой момент, но не ранее 24 часов с момента прибытия на место дислокации», немного успокаивали. При этом рекруту, как оказалось, выплачивалось вознаграждение в любой валюте эквивалентное 10 унциям золота по ценам Лондонской биржи драгоценных металлов на момент разрыва контракта. Это были первые цифры, встретившиеся в тексте контракта и регистрационной формы.
Александр скептически скривился. Получалось, что он может просто съездить до «места дислокации», потом отказаться от окончательного подписания контракта – и получить десять унций золота, точнее – эквивалентную стоимость. Недавно он лазил ради интереса по каким-то банковско-финансовым сайтам, и припоминал, что цена унции золота ныне ползёт вверх и составляет уже чуть ли не 1300 долларов. Получается, что за один день пребывания в некоем очаровательном месте ему заплатят порядка тринадцати штук баксов!
Всё-таки тут попахивало бредом многоуровневого маркетинга, если не чем-то худшим.
«Где же подвох?» – подумал Саша и снова перечитал текст, просмотрев внимательно все пункты, однако никаких «ям» не нашёл.
Завершающий вопрос анкеты звучал так: «Когда Вы готовы приступить к сотрудничеству?»
– Ладно, посмотрим, что они мне ответят, и как скоро, – ухмыльнулся Быков и нажал кнопки подтверждения регистрации, ответив на последний вопрос «Хоть когда! И чем скорее, тем лучше».
Как только он кликнул подтверждение регистрации, окно сайта не закрылось, а просто пропало, и браузер моментально вернулся к домашней странице.
Саша пожал плечами, и, решив ещё раз посмотреть на симпатичную картинку, на которой не всё разглядел, снова ввёл адрес http://www.recruit.gl.
Однако увидеть чудный городок не удалось: сколько Саша ни пытался, на мониторе постоянно возникали слова «Сервер не найден – невозможно отобразить страницу», словно сайта, где он только что побывал, не существовало в природе.
Быков разочарованно выругался и лёг спать, чтобы урвать хоть немного сна.
* * *
Показалось, что будильник зазвенел почти сразу, едва он закрыл глаза.
Александр сел на кровати, с привычной ненавистью покосился мутными глазами на электронную коробку, но тут же сообразил, что надрывается вовсе не будильник, а дверной звонок, и часы показывают лишь четыре минуты шестого.
Быков выругался, и, покачиваясь спросонья, потопал к двери, на ходу натягивая халат.
– Кто там? – Он облизал губы и попытался рассмотреть через глазок какого-то мужчину.
Благо лампочка на площадке светила ярко, а глазок широкого охвата позволял видеть, что мужчина стоит один. Роста он был повыше среднего, в короткой дублёнке, светлой вязаной шапочке и с чёрной папкой в руке.
– Александр Иванович, я по регистрации у нас на сайте! – Мужчина, чтобы говорить потише на гулкой лестничной клетке, наклонился к самой двери.
– Какой регистрации?… – начал Александр, и тут вспомнил про анкетирование.
Но в пять утра открывать дверь незнакомцу не хотелось, и он медлил. Неожиданный визитёр, словно понимая его сомнения, достал из кармана кусок картона, поднёс к глазку, и Быков чётко рассмотрел адрес сайта.
Ситуация складывалась идиотская. Саша ещё немного помедлил, и отпер дверь.
Несколько секунд он неловко стоял перед гостем, который первым нарушил молчание:
– Вы позволите? – поинтересовался мужчина, стягивая с головы шапочку и открывая короткую, но совсем не «братковскую» стрижку.
– Да-да, – поспешно сказал Быков, подавая гостю тапочки. – Может быть…э-э… чаю?
– Благодарю, боюсь, на чай нет времени, – отказался мужчина. – Вы заполнили регистрационную анкету и указали, что готовы приступать «немедленно, причём чем быстрее, тем лучше». Вот потому я здесь и сейчас! Разрешите представиться, меня зовут Виктор Францевич, я координатор проекта…
«Боже, как банально, – подумал Быков, – «координатор проекта»!
В ответ он кивнул, жестом приглашая гостя к столу. Виктор Францевич сел, раскрыл папку и быстрым уверенно-спокойным движением протянул Александру пару скреплённых листков.
– Стандартный договор. Можете внимательно ознакомиться, хотя сразу скажу, что ничего нового по сравнению с тем, что вы читали на сайте, здесь нет. От вас требуется подписать…
Быков машинально взял бумаги.
– …или не подписать. В последнем случае я удаляюсь, и вы более никогда о нашей организации не услышите.
– Как и о вашем сайте? – вырвалось у Александра, который проснулся окончательно.
– Совершенно верно, – подтвердил Виктор Францевич, и, предупреждая готовое возникнуть возражение, продолжал: – Безусловно, вы можете войти на него с другого компьютера, и так далее, но никогда не сможете зарегистрироваться повторно именно как Александр Иванович Быков.
– Почему? – не слишком остроумно спросил Саша.
Виктор Францевич сделал неопределённое движение рукой:
– В данный момент это неважно. Вы написали – «немедленно». И я здесь. По анкете вы нам подходите. Читайте ещё раз договор, подписывайте, и поедем.
– Прямо сейчас и поедем?! – вытаращился Быков. – Но мне же надо собрать вещи! Да, и самое главное: мне же к восьми на работу!
Гость посмотрел на него с лёгким удивлением, чуть подобрав губы и наклонив голову на бок.
– Александр Иванович, даже поверхностный анализ вашей анкеты свидетельствует, что нынешняя работа вам осточертела. Поэтому плюньте на неё. Вам хочется её бросить – так и бросайте!
– Вы правы, осточертела. Но если я надумаю вернуться? Куда – на пустое место?
– Извините, для того и даётся компенсационный эквивалент в десять унций золотом, и это за один день! У вас будет возможность безбедно жить, пока не найдёте новую работу.
Быков моргнул пару раз и ухмыльнулся:
– Кстати, а если я пробуду у вас два дня, то получу двадцать унций, и так далее?
Виктор Францевич покачал головой, улыбаясь уголками губ:
– Нет, там будет иная пропорция, пониже. Но суммы получаются значительные. Мы не говорим об этом на сайте, чтобы не возникало соблазна попользоваться на дармовщину. Кроме того, через пять дней подготовки и обследования некоторых мы бракуем – тогда им выдаётся отдельная компенсация, много выше. Никто не остаётся обиженным, поверьте!
– Что-то больно складно выходит. Где же подвох? Сыр, мышеловка, топор, верёвка!
Гость хохотнул – искренне, от души:
– Подвоха нет, мышеловки, топоров – тоже. А вот сыр есть, и есть, разумеется, некоторая тайна…
– Ага, – прищурился Саша, – используете людей как доноров, на органы? Тайно увозите, режете…
Визитёр поморщился:
– Ерунда, сами посудите: зачем эта бодяга с сайтом, моим приходом к вам, и тому подобным?! Вычислить здорового, без патологий парня или девчонку через поликлинику по месту жительства, выкрасть, вырезать почки, печень и роговицу, а останки – уничтожить без следа! Так, кстати, и делают некоторые ублюдки.
– А вы?
– У нас – наём на работу. Правда, на довольно сложную, иногда – тяжёлую и опасную, но очень важную и уникальную. Такую вам больше нигде не предложат! От серых будней точно сбежите.
– Но работа – опасная, верно?
Гость кивнул:
– Тут вы правы, – и, видя, что Быков открывает рот, добавил: – Да, на наших работах можно и погибнуть, но вероятность этого не выше, чем, допустим, у нефтяника на нефтяной платформе в Северном море или у строителя на крупной стройке, где всегда может сверху упасть поддон с кирпичами.
– Значит, та картинка…
– Нет, жить вы будете именно там, а если захотите, то есть и другие места. Содержание отличное, ни в чём нужды нет. Всем, кто решит прервать контракт в любой момент, выдаётся хорошее денежное вознаграждение в нужной вам валюте.
– Что значит «решит прервать контракт»? А те, кто просто отработает свой срок?
Виктор Францевич улыбнулся:
– Так ведь договор бессрочный – вы что, не обратили внимания? Прерывается он либо при непрохождении второго этапа отбора – это первые пять дней на месте дислокации, – либо по вашему желанию в любой день и час. Во всех остальных случаях вы можете работать и жить там до конца дней своих.
– Где это – там? – спросил Саша.
– Вам всё объяснят, – мягко кивнул визитёр.
Быков замолчал, всматриваясь в лицо таинственного нанимателя. Вполне обычное, приятное и открытое лицо, светло-серые глаза не бегают, смотрят прямо – в общем, вызывает доверие. Может, специально подбирали, чтобы легко людей охмурять?..
Казалось диким взять и бросить насиженную квартиру, относительно нормальную работу – и рвануть чёрт знает куда. И, тем не менее, Быков вдруг ясно представил, что его ждёт по жизни, если он сейчас откажется: самое большее, возможно, повышение до управляющего мебельным салоном в Кировском районе. Ну, или занятия поиском другой, более «интересной» работы. Это право у него есть, вот только чего он хочет конкретно от жизни, он и сам не знает точно. Поэтому что искать – непонятно.
Хочет зарабатывать «хорошие деньги» (опять же, что значит – хорошие?) Хочет… Да чёрт его знает, чего он хочет. Одно можно сказать определённо: дело не в размерах заработков. Не хочется прожить жизнь по схеме «работа, улица, фонарь, аптека…», но как прожить её иначе, неясно. Наверное, банально хотел бы быть полезным стране – вот только, опять же, как это сделать? Ну не в депутаты же идти, если действительно хочешь быть полезным!
Ладно, отрешимся от высоких материй и демагогии (хотя и жаль, что приходится признавать «демагогией» рассуждение о желании принести пользу Родине) – он хочет иметь некую высокооплачиваемую работу. Так, чтобы не заботиться о быте в виде подтекающего унитаза, отклеивающихся обоев и тому подобном. При этом хотелось бы заниматься чем-то интересным и уникальным. Но ведь, если верить Виктору Францевичу, ему именно такую работу и предлагают. А если обещаемая компенсация не обман, то он вообще ничего не теряет. Нечто подобное нынешнему мебельному салону он за пару месяцев легко найдёт.
Понимая, что предложение пахнет авантюрой со всех углов зрения здравого смысла, Александру вдруг ужасно захотелось не идти через пару часов в магазин и не встречать подозрительный груз. Захотелось послать босса подальше и оказаться на берегу замечательного озера рядом с зелёными деревьями и изогнувшейся, словно потягивающаяся кошка, дорогой.
Правда, похоже, что работа где-то заграницей, а насчёт работ за границей ходит много тёмных слухов. Но, опять же, вроде не выглядит это как предложение ехать на стройку в Португалии. Тем более что не видел он, чтобы у контор, которые засылают дешёвых российских и украинских рабов в загранку, были такие сайты, и методика там явно не та – там ещё и деньги вперёд сдирают с доверчивых безработных каменщиков и штукатуров…
– Судя по картинке, место работы за границей? – деловито спросил он Виктора Францевича, кивая зачем-то на выключенный компьютер.
– Да, далеко, – охотно согласился гость.
– Значит, потребуется загранпаспорт?
– Нет, не потребуется.
– Нелегальное пересечение границы?!
– Пересечение – возможно, но это смотря какая граница. Пока для вас нет законов, запрещающего эту границу пересекать. А где нет закона, нет и преступления – ещё Святой Лука сказал, – улыбнулся Виктор Францевич.
Быков потряс головой:
– Вы мне голову святыми не морочьте, пожалуйста. Хорошо, допустим, всё так, хотя я ни фига не понимаю. Но как мне уволиться с нынешнего места работы? Сегодня никак не выйдет…
– Я же говорю: наплюйте вы на нынешнюю работу вообще, – посоветовал наниматель. – На это и даётся компенсация даже за первый день, если вы откажетесь. Но почему-то мне кажется, что вы не откажетесь! Да и, поверьте: мало кто отказывается.
Быков пожал плечами, состроив задумчивую гримасу. Взглянув на часы, подумал, что ему скоро следовало бы собираться в мебельный салон. Если, конечно, он не примет таинственное авантюрное предложение.
«В конце концов, – прикинул Саша, – трудовая, к счастью, у меня на руках, печать там стоит, надо будет – сам сделаю запись об увольнении. Да гори он синим пламенем, Сергей Игоревич, с его коробками!»
– Скажите мне вот что: с компенсацией более или менее понятно, но зарплата там у вас вообще есть?
– Конечно, есть. Она разная, смотря кем конкретно вы станете работать. Будет проведено определение квалификации, и в зависимости от этого вам предложат разные виды работ… – Он сделал понимающее движение рукой, видя, что Быков хочет уточнить: – Примерный разброс зарплат – от трёх до тридцати тысяч евро, для России мы сейчас в них считаем. В отдельных случаях может быть и много выше.
– В месяц? – изогнул бровь Александр.
Гость кивнул.
– А отпуск есть? – поинтересовался Быков, забыв опустить бровь.
Виктор Францевич засмеялся:
– Есть, но по этому вопросу существуют определённые ограничения. Давайте не сейчас, у нас не слишком много времени. Поверьте, никакого ущемления ваших прав или насилия над личностью! Ну, что решаете?
Срываться с места не хотелось, хотелось подумать денёк-другой, но ещё больше не хотелось отправляться в магазин и ждать подозрительную узбекскую фуру.
– Всё-таки у вас сомнения по поводу вашей нынешней работы, – утвердительно заметил Виктор Францевич, постукивая пальцами по столешнице. – Кстати, ваш директор действительно возит наркотики.
– Мысли читаете?
– Нет, прекрасно понимаю ваши сомнения, опыт есть, знаете ли. А по поводу вашего директора я успел навести справки в нашей базе данных.
Быков пробормотал «Так-так…», встал, и, подойдя к стенному шкафу, вынул объёмистую сумку, с которой обычно ездил в командировки.
– Возьмите только самые дорогие вашему сердцу мелкие вещи, – участливо посоветовал гость-наниматель. – Всё остальное, от трусов до вечернего костюма, получите на месте.
Быков с сомнением посмотрел на гостя, прикидывая, что взять.
– Кроме того, Александр Иванович, коли уж вы решились, одна небольшая техническая формальность… – Виктор Францевич встал, вынимая из кармана коробочку размером с пачку сигарет. – Будьте любезны, вашу левую ладонь.
Быков подозрительно посмотрел на коробочку, но там не виднелось никаких колющих или режущих выступов, и ладонь протянул. Виктор Францевич коснулся торцом непонятного устройства запястья Быкова, подержал пару секунд.
– На первом этапе за глаза хватает интернетовского теста, но проверять иногда стоит. Всё нормально, я не сомневался.
Быков вздохнул: он по-прежнему ничего не понимал.
– Вы мне можете сказать, как называется фирма, где мне предлагают работать? – спросил он, возвращаясь к складыванию вещей.
Виктор Францевич благожелательно следил за его сборами.
– Название вам ничего не скажет. В принципе, называется она «Комитет…».
– Комитет Государственной Безопасности? – нервно хохотнул Александр, аккуратно укладывая смену белья и кое-какие любимые мелочи.
Наниматель улыбнулся:
– Не совсем. В данном случае, «Комитет Благоустройства».
– Хорошо, а что у вас за обозначение домена верхнего уровня? Не Гватемала случайно?
Виктор Францевич хитро покосился на Быкова.
– Вы про «точку джи-эл»? Скажете тоже, Гватемала? Конечно, нет!
* * *
Внизу стояла машина – как в полумраке смог рассмотреть Быков, совсем новая «Волга». Виктор Францевич сам сел за руль, а Саша, бросив сумку назад, устроился рядом.
– И куда мы сейчас? – деловито поинтересовался он, когда машина тронулась.
– На аэродром, разумеется. Нам лететь. – Оторвав руку от руля, Сашин наниматель изобразил ладонью взлетающий самолёт.
– То есть, в Кольцово? – уточнил Быков, подразумевая главный городской аэропорт, откуда летали все международные рейсы.
– Нет, поскромнее, в Арамиль.
Александр удивлённо повернулся к Виктору Францевичу:
– А долго лететь?
Наниматель состроил неопределённую гримасу в полумраке салона:
– Прилично: часов семь.
– Но в Арамили не садятся большие самолёты!
– А кто сказал, что вы полетите на аэробусе? – хмыкнул Виктор Францевич, срезая поворот на перекрёстке, где равномерно мигал жёлтый светофор.
Быков пожал плечами, вспоминая картинку посёлка и озера:
– Не понимаю, куда можно улететь на небольшом самолёте?
Ранний гость засмеялся и дружески потрепал пассажира по колену.
– Дорогой Александр Иванович, не волнуйтесь! Вам, именно вам, всё понравится.
Саша ещё раз пожал плечами. В душе боролись противоречивые чувства: было очень интересно, но одновременно он по-прежнему чувствовал себя идиотом. Разве не глупо, что он так легко согласился на подобную авантюру?
Машина выбралась на обводную дорогу, и, светя мощными галогенками, покатила в сторону развязки на аэропорт.
Чтобы немного унять беспокойство, и отчасти из злорадства, Александр набрал номер шефа, и, окончательно сжигая мосты, сообщил заспанному Сергею Игоревичу, что не сможет выйти на работу.
– Ты пьяный, что ли?! – взревел владелец мебельного салона, и Быков отстранил трубку от уха. – Охренел! Смотри у меня, Александр, вылететь с работы хочешь?!
– А вы сами приезжайте, Сергей Игоревич, – стараясь как можно чётче и ровнее выговаривать слова, посоветовал Быков. – Сами свои коробки и заберёте.
Шеф, точнее, теперь безусловно бывший, аж поперхнулся:
– Ты что, полный урод, что ли?!
– Без оскорблений, Сергей Игоревич! – попросил Быков, и отключился.
Виктор Францевич одобрительно кивнул, не отрывая глаз от дороги:
– Правильно, правильно. Так с ними и надо, с вашими строителями рыночной экономики.
Быков молча бросил на него взгляд и стал смотреть на грязно-мокрый асфальт впереди, отлакированный светом фар.
Через пару минут телефон зазвонил снова. Александр посмотрел на дисплей: ничего не понимающий коммерсант-наркоторговец пытался договорить с бывшим подчинённым. Быков дёрнул щекой и отключил мобильник.
– Кстати, Виктор Францевич, объясните мне, как производится резервирование моей собственности и тому подобное, если вдруг я уезжаю неизвестно куда, и отсутствую чёрт знает сколько?
Он только сейчас подумал, что, вполне вероятно, это делается для того, чтобы завладеть квартирой. Его увозят, убивают, а хату оформляют на подставную фирму.
Александр осторожно пощупал револьвер, который украдкой сунул себе в карман. Оружие газовое, но сейчас барабан заполняли дробовые патроны.
– Вам не о чем беспокоиться, – улыбнулся Виктор Францевич, заметив движение Быкова. – Если вы вернётесь, допустим, через двадцать лет, квартира и тому подобная собственность сохранится за вами. Разумеется, если не будет форс-мажорных обстоятельств. А если дом сгорит, или его, к примеру, снесут, вам выплатят адекватную компенсацию.
– Но как?! – удивился Быков. – Вы настолько влиятельны в соответствующих инстанциях? Что-то я сомневаюсь! Кроме того, я же не писал никаких заявлений, а это потребует…
– Дорогой Александр Иванович! Ну, какая вам разница, как это будет технически реализовано? Это практикуется многие годы, и ни разу, подчёркиваю, ни разу у нас не возникало проблем. Все, кто находил работу через нас, остались довольны, все документы оформлялись легально. Не все работают с нами до конца дней своих, но ни один рекрут не пожалел, что связал жизнь с нашей компанией. Мы отбираем тех, кто точно не пожалеет!
– А вы что, уже много лет работаете? – немного ошарашенно спросил Александр. – С самого начала перестройки? Это какое-то совместное предприятие?
Виктор Францевич хохотнул:
– При чём тут перестройка?! Но, можно сказать, что предприятие совместное. В общем, давно работаем.
– До перестройки в России не могло быть никаких СП, – с вызовом возразил Быков.
– Формально, да, как бы и не могло, а практически очень даже могло, – заверил Виктор Францевич. – Всё зависит от того, что считать СП и с кем его учреждать. Понимаете?
– Нет! – честно признался Александр. – Ни черта не понимаю!
– Ничего, скоро поймёте!
– И, тем не менее, как давно ваша компания работает?
– Долго, уже долго, поверьте мне.
– Хорошо, а что за форс-мажор, о котором в контракте написано?
Виктор Францевич хмыкнул:
– Ну, форс-мажор, как говорится, и в Африке, или где подальше, форс-мажор. Скажем, землетрясения, наводнения, войны, и тому подобное. Хотя, должен сказать, даже во время войн, не говоря о наводнениях, нам удавалось решать многие проблемы. Разумеется, там, где города сровняли с землёй, имелись определённые трудности, но это решаемо, не так, так иначе. Я понимаю, жалко потерять дом или квартиру, но когда вам выплачивают, допустим, её десятикратную реальную стоимость, это утешает, не правда ли?
С этим спорить не стоило, но Быков ухмыльнулся, вспоминая небезызвестные фильмы-катастрофы:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?