Текст книги "Он первый начал! Что делать, если дети ссорятся"
![](/books_files/covers/thumbs_240/on-pervyy-nachal-chto-delat-esli-deti-ssoryatsya-247413.jpg)
Автор книги: Даниэле Новара
Жанр: Воспитание детей, Дом и Семья
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Ссоры детей пробуждают наши детские обиды
![](i_023.png)
Мальчики и девочки очень мелочны в своих разногласиях. Именно когда кто-то из них в дýше, когда пора в школу, когда нужно идти спать, когда стоит поторопиться или когда самое время доделать домашнее задание, вспыхивает ссора. «Он мне сказал…», «А он заставил меня…», «Хватит, я сейчас пойду к маме!» И хотя у мамы есть дела поважнее, она не может вырваться из этого круга: ей приходится сделать что-то, вмешаться и все исправить, утешить и помочь. Но цена, которую ей приходится заплатить, очень высока – это чувство опустошенности, в том числе энергетической: «Я так больше не могу, прекратите, я устала».
Эмоциональная устойчивость родителей к детским ссорам зависит от их собственного опыта.
Иногда поступки детей вызывают определенные поведенческие реакции, особенно когда они связаны с впечатлениями из детства.
Изабель Фильоза, эксперт в области эмоционального и реляционного интеллекта, хорошо описывает это явление:
«Мы должны признать, что потребности детей и родителей часто противоречат друг другу. Многие родители любят порядок, тишину и сдержанность – они жаждут спокойствия. Подавляющее большинство детей чувствуют себя комфортно в обстановке максимального беспорядка, любят шум и встают с рассветом, особенно по воскресеньям и праздничным дням. Хотя в другие дни им это дается тяжелее!»[8]8
Isabelle Filliozat. Le emozioni dei bambini. Piemme pocket, Casale Monferrato, 2004. P. 51.
[Закрыть]
Изабель Фильоза напоминает нам, что взрослый и детский миры отличаются друг от друга: они не только говорят на разных языках, но и подчиняются разным законам. У каждого родителя есть предел терпения, и, если ссорящиеся дети превысят его, родитель потеряет контроль и переступит свой эмоциональный порог. В итоге его вмешательство не удовлетворит потребности детей, не поможет разобраться в ситуации и не принесет никакой пользы. Если вы вторгнетесь подобным образом в детский конфликт, то, скорее всего, пожалеете об этом и ваша реакция будет больше связана с проблемами вашего детства, чем с происходящим.
Я называю этот предел терпения больной темой и неоднократно писал об этом явлении[9]9
Daniele Novara. La grammatica dei conflitti. L'arte maieutica di trasformare le contrarietà in risorse. Sonda, Casale Monferrato, 2011. P. 71 ss.
[Закрыть]. Больные темы – это внутренние установки, тесно связанные с детским опытом, своего рода эмоциональное и психологическое содержание человека, состоящее из печальных событий его детства и хранящееся глубоко в памяти. Это болезненное переживание, этот отпечаток страдания может сохранять силу и яркость на протяжении всей жизни и неосознанно возникать в различных ситуациях, например во время наблюдения за детской ссорой, искажая наше восприятие.
Я говорю не о травмах: они связаны с насильственным опытом и обычно стерты из памяти. Больная тема относится к осознанным воспоминаниям и вызывает конкретные эмоции. Она находится в области переживаний, о которых можно говорить, память о них не табуирована, но от них остаются следы; эти переживания похожи на оголенный нерв. Чувство покинутости и изолированности, различные страхи, ревность, отсутствие признания или недостаток общения, пережитые в детстве, до сих пор отзываются в нас в некоторых ситуациях.
Вот пример больной темы, связанной с опытом отверженности в детстве и вызванной спором между детьми.
ЛУЧАНА
Я мать троих детей. У меня есть два брата, которые в детстве никогда не разрешали мне играть с ними. Я всегда просилась, но они говорили, что я слишком маленькая и что они играют во взрослые игры, до которых я еще не доросла. Я упрашивала маму повлиять на братьев, но она была равнодушна и советовала мне не обращать внимания и играть со своими куклами.
Чувство, испытанное в детстве, – чувство отверженности – не исчезло с течением времени и перетекло в жизнь ее детей. Поэтому, когда старший сын выгоняет кого-то из игры, в Лучане срабатывает своего рода сигнал тревоги, который заставляет ее вмешаться: она пытается исцелить свои душевные раны путем прямого воздействия на ссоры детей.
ЭЛЕОНАРА, МАМА МАЛЬЧИКА 8 ЛЕТ И ДЕВОЧКИ 6 ЛЕТ
Я младшая из семи детей в семье. Когда вечерами все смотрели телевизор, сидя на диване, мне некуда было приткнуться. Я прикладывала много усилий, пытаясь найти себе место, но мне никогда не удавалось этого сделать. А братья пинали меня ногами, чтобы прогнать.
Я была самой маленькой и поэтому всегда проигрывала, а потом плакала от обиды и боли. Неужели для меня никогда не было места? Мои родители не вмешивались. Может, мне только кажется, но я смутно помню объятия матери, когда я, рыдая, приходила к ней.
Теперь каждый раз, когда ее дети затевают драку, Элеонора вспоминает тот диван и пинки. Поэтому она следит за тем, чтобы они не толкались и не дрались. Детство наложило отпечаток, который порой напоминает о себе и причиняет боль. Чтобы отогнать эти воспоминания, Элеонора вынуждена предотвращать ссоры между детьми.
Давние переживания активируются поведением наших детей и в стрессовых ситуациях вызывают вспышки гнева, агрессию, тревогу, различные эмоциональные реакции, которые связаны с нашим прошлым[10]10
См.: Sybil Evans, Sherry Suib Cohen, Non t'arrabbiare. Tea, Milano, 2001.
[Закрыть].
Больные темы объясняют субъективный характер наших реакций, когда мы сталкиваемся со ссорой детей или любой конфликтной ситуацией в целом. Эта субъективность проявляется по-разному: оскорбления, которыми обмениваются дети, могут быть пустяковыми для одной матери и при этом вызвать чрезмерную реакцию у другой. Больные темы выявляют еще одну важную особенность человека – эмоциональную устойчивость к конфликтам. У каждого из нас есть свой порог восприятия и эмоциональный порог, которые могут сильно различаться даже внутри родительской пары. То, что мать воспринимает как ссору между детьми, отец может считать вариантом нормы.
Возможно, именно такая ситуация сложилась у Сары и ее мужа, с которыми мы познакомились выше. Он говорит, что под его присмотром дети никогда не ссорятся. Видимо, отношения между детьми, которые у Сары вызывают болезненные воспоминания, ее муж считает естественными, потому что имел позитивный опыт в детстве.
Однако, вне всяких сомнений, при превышении допустимого порога восприятия ситуация может стать проблематичной. В ход идут крики, ругань, иногда даже порка, в отчаянной попытке заткнуть рот, остановить замахнувшуюся руку, и все это – в самый неподходящий момент.
Дети не могут быть всегда счастливы
![](i_024.png)
Современные родители хорошо проинформированы, немного разбираются в психологии (у них часто есть друзья-психологи, к которым можно обратиться за советом), они смотрят телевизионные программы и читают книги на эту тему, обсуждают ее с другими. Однако складывается ощущение, что все эти старания не приносят никакой пользы. Давайте посмотрим правде в глаза: поставторитарная семья столкнулась с еще большими трудностями. Она окончательно избавилась от фигуры властного отца, от одного взгляда которого нас охватывал страх, она избегает родительского равнодушия, которое порой было даже эффективным. Но, сбросив это бремя, она как будто осталась в полном одиночестве с пустотой внутри. Оказалось, что властный отец и доминирующая мать прошлого имели больше власти над ситуацией. Пронизывающего и красноречивого взгляда было достаточно, чтобы остановить ссору, заставить детей замолчать и остудить их пыл. Иногда обычной фразы «Если вы не прекратите, я скажу вашему отцу, когда он вернется» хватало, чтобы свести на нет любое противостояние.
В современной семье, которая сосредоточена на счастье детей, а не на контроле за ними, все гораздо сложнее.
Сегодня отцы и матери хотят, чтобы их дети были счастливы, могли реализоваться и чувствовали себя в безопасности в стенах дома. Поэтому детские ссоры воспринимаются как ДТП – в их существовании нет смысла и поэтому они не должны происходить. «Разве возможно, чтобы дети так часто ссорились?» «Мы же так любим их… почему они желают друг другу зла?» «Иногда мои дети говорят ужасные вещи: „Лучше бы ты не рождался!“ – крикнула моя дочь своему младшему брату!» Резкие высказывания приводят в ужас современных родителей, которые укрылись в собственном мире эмоциональной безопасности и пребывают в наивной уверенности, что их доверительные отношения с детьми помогут раз и навсегда решить любые проблемы в семье.
Такое восприятие подкреплено убеждением, что раньше дети ссорились только из-за того, что родители даже не пытались их понять и плохо относились к своему потомству. К сожалению, реальность более прозаична. Имея дело с назойливыми, слишком эмоциональными и чрезмерно заботливыми родителями, дети, можно сказать, чувствуют необходимость испытать их на прочность. Поэтому они постоянно пытаются привлечь внимание взрослых, зная, что те не смогут остаться равнодушными: наоборот, современные родители хотят чувствовать себя важными, а не казаться отстраненными и холодными, как это делали их предшественники, ведь прошлое – это уже пройденная глава. Жаль, что дети не прочувствовали этого должным образом и невозмутимо продолжают вести себя как дети: досаждают друг другу, язвят и затевают драки.
И даже если они никогда не попадали в отделение скорой помощи, всегда существует страх, что они могут серьезно пострадать и что детство, которое должно было быть тихим, счастливым и мирным, наложит глубокий отпечаток на всю их жизнь. Благополучное детство – вот что хотят дать современные любящие родители детям, в отличие от наших предков, которые с трудом терпели собственных отпрысков.
Подобные убеждения приводят к разочарованиям и обидам: как может любимый и окруженный заботой ребенок не поладить с младшим братом, со школьными друзьями, с приятелями, которых мама пригласила домой, чтобы его порадовать?
![](i_025.png)
Упражнение
К КАКОМУ ВИДУ КОНФЛИКТОВ ВЫ НАИБОЛЕЕ ВОСПРИИМЧИВЫ?
Каждый родитель к одним видам разногласий восприимчив больше, чем к другим. Осознание этого помогает лучше контролировать гнев при виде того, как дети повторяют одни и те же сценарии, и, как назло, именно те, которые ранят вас сильнее прочих. Это упражнение позволит вам исследовать вашу личную устойчивость к детским ссорам и поделиться наблюдениями с вашим партнером.
Понаблюдайте за ссорой между детьми. Из-за чего они спорят?
Из-за игрушки или любого другого предмета.
Кто будет рядом с мамой, а кто с папой.
Чья очередь использовать что-то.
Кто должен выполнить какое-либо задание.
Кто будет первым.
Из-за места.
Из-за возможности поиграть с кем-то.
Какой из этих конфликтов заставил вас больше всего нервничать?
Почему?
Обсудите это с вашим партнером. Что он об этом думает?
![](i_033.png)
Дети не разделяют этой любви к гармонии и выверенному благополучию и показывают себя с худшей стороны. В результате атмосфера в семье больше напоминает спортивный бар, чем союз дорогих друг другу людей.
Крики и разнимание детей не помогают
![](i_034.png)
У каждого родителя есть свой стиль, свои методы воздействия, но обычно при попытке разрешить спор между детьми преобладают эмоции.
Есть те, кто пытается найти виноватого: «Кто это сделал?», «Кто это начал?» – чтобы определить правого и неправого и решить, кого накажут, а кого поощрят. Но в целом от такого подхода постепенно отказываются. А вот эмоциональное приобщение встречается часто, и прибегают к этому обычно матери. Под влиянием эмоций способы вмешательства в конфликт детей бывают самые разные, некоторые из них – весьма экстравагантные.
У Марии два мальчика, шести и восьми лет. Отца подолгу не бывает дома из-за работы. Дети постоянно поднимают друг на друга руку. Периодически один из них перегибает палку, и второй начинает жаловаться и плакать. Бывает, младший не может посмотреть любимую телепередачу и в слезах прибегает к матери, моля о справедливости. Мария вымотана. Она устала выслушивать их жалобы и ругань. Она набрасывается на ребенка с криками: «Хватит! Мне плевать на твой мультфильм! Прекрати! У меня сейчас барабанные перепонки лопнут… поиграй один».
В любых человеческих отношениях крик является признаком слабости и эмоциональной неустойчивости: он свидетельствует о потере контроля, вызывает у оппонента страх и ощущение угрозы. Когда кричит мама или папа, у детей возникает чувство тревоги, они понимают, что взрослый потерял контроль над ситуацией. Более того, они чувствуют, что он слаб и не может сохранять спокойствие. Дети чувствуют подавленность и лишаются возможности увидеть другие точки зрения, понять что-то для себя, вынести жизненный урок.
Единичный «крик» может стать исключением, подтверждающим правило, и привлечь особое внимание детей. Систематические крики и угрозы только подорвут авторитет родителя в глазах детей и испортят отношения, которые прежде всего строятся на взаимном доверии.
ЛЮЧИЯ, МАМА МАЛЬЧИКОВ 8 И 5 ЛЕТ
В основном я воздействую тремя различными способами, которые зависят от ситуации и от моего настроения.
1. Я нервничаю или тороплюсь (утром в лифте или вечером, когда я уже устала): я раздражаюсь и решительно вмешиваюсь с криками. 25 % случаев.
2. Я спокойна: я позволяю им ссориться, а если они зовут меня к себе, держусь отстраненно; это их дело, и я не хочу вмешиваться в их разборки. Если младший сын начинает плакать, я подхожу, чтобы утешить его. 45 % случаев.
3. Я вполне спокойна: я позволяю им ссориться, но стараюсь усмирить их, если вижу, что ситуация накаляется. 30 % случаев.
Обычно ссора начинается так: младший крутится вокруг старшего, дразнит его и донимает. В итоге у старшего сына заканчивается терпение, и он дает волю рукам. Поэтому я ругаю его, а не младшего, который все это начинает. Я разнимаю их, но через некоторое время младший подходит к брату и снова начинает его изводить. Нужно сказать, с годами старший сын стал менее терпелив: он больше не может выносить своего брата. Он старается держаться на расстоянии, но он не может игнорировать его нападки.
Лючия старается держать детей подальше друг от друга. Родители часто используют эту стратегию: я знаю семьи, которые переехали в другой дом, чтобы выделить каждому ребенку по комнате, в надежде сократить количество ссор. Это довольно энергозатратная и дорогостоящая тактика, и при этом, как показывает история Лючии, она не очень хорошо работает: братская связь не поддается влиянию со стороны родителей.
Разумеется, братья и сестры, сколько бы лет им ни было, постоянно стремятся друг к другу. То же самое относится к двум друзьям, которые видятся в парке. Это естественная реакция, тенденция к сближению и подражанию. Этологи, говоря о щенках, называют этот феномен «зовом предков»; он заставляет детенышей взаимодействовать и учиться друг у друга.
Щенки, играя друг с другом, будут настойчиво толкаться, потому что знают, что благодаря этому взаимодействию можно многому научиться.
Прочие неэффективные стратегии
![](i_035.png)
Настаивать, расстраиваться, долго что-то объяснять, брать тайм-аут, делать карточки с правилами – все это распространенные методы воспитания и урегулирования детских ссор, но они не эффективны.
Первый способ характерен для требовательных родителей: «Ты должен понимать, что…» Мой ребенок в состоянии что-то осознать, значит, он должен понять и это.
Такой тип воздействия подразумевает беседы с ребенком, даже если он еще слишком мал и ему всего два года; также этот метод используют на детях постарше. Он основан на убеждении, что ребенку достаточно объяснить, что такое хорошо, а что такое плохо, чтобы он понял. А дальше родителю остается только повторять: «Я уже говорил с тобой об этом вчера, а может, еще и позавчера… Почему ты постоянно забираешь игрушку у младшего брата?» «Почему ты не можешь оставить сестру в покое, пока она учится?! Дай-ка я тебе еще раз объясню… Ты должен понимать, что учеба – это очень важно…» И начинается пространное объяснение, которое ребенок, может, и способен воспринять, но не способен усвоить на эмоциональном уровне. Разумеется, младший брат, которому около трех лет, попытается всеми возможными способами вовлечь семилетнюю сестру в игру, несмотря на то что ей нужно делать домашнее задание. В детстве, лет до девяти, желание играть будет сильнее любых этических, морально-нравственных и рациональных доводов.
Настойчивость неэффективна и вызвана желанием родителей иметь смышленых детей, которые все понимают, вопреки уровню своего психического и когнитивного развития.
Еще один метод воздействия, тоже довольно распространенный, – это режим (влияние) «огорченной матери»: «Мама будет очень расстроена!» Все внимание концентрируется на страданиях, которые приносит ссора. «Посмотри, из-за тебя твой брат плачет…», «Маме грустно, когда вы ссоритесь и не любите друг друга», «Давайте, будьте умницами, поцелуйтесь, пожмите друг другу руки, крепко обнимите друг друга» и, наконец: «Вы же братья! Вы должны любить друг друга».
Хотя, с одной стороны, эти фразы являются частью традиции (обычно это типичные бабушкины фразы), их современные аналоги имеют много общего с новой моделью семьи. Той самой, которая стремится не управлять детьми, а дать им возможность строить отношения на основе взаимного эмоционального обмена.
Стремление к гармонии в отношениях братьев и сестер исходит из ошибочного убеждения, что прочные связи возникают только в отсутствие конфликта.
При этом не учитывается тот факт, что там, где возникает эмоциональная привязанность и крепкая взаимосвязь, существует возможность расхождения во мнениях. Благополучные отношения между братьями и сестрами, если за ними не кроется какая-то проблема, чаще являются исключением, чем правилом.
Третий тип воздействия – метод «педантичного отца». Если он дома, его подход очень специфический, можно сказать, управленческий. Он берет на себя обязанность объяснять детям, обстоятельно и подробно, каким правилам нужно следовать в любой ссоре: «Если она схватила тебя за волосы, нужно сказать ей, что твои волосы трогать нельзя. Итак, установим такое правило: ссориться можно, но нельзя дергать друг друга за волосы», «Если ты взял игрушку у старшего брата, можно держать ее у себя только одну минуту. Потом ты должен ее вернуть. Если не вернешь, брат имеет право отнять ее силой». В конце концов его решения станут парадоксальными: «Он младше и поэтому имеет право сидеть за столом рядом с мамой. Но необязательно, чтобы так было всегда: вы можете меняться каждые пять минут, чтобы у всех была возможность посидеть с мамой. Тогда все будут счастливы». Или же слишком очевидными, но озвученными лишь под конец длинной речи: «Когда кто-то в туалете, нужно терпеливо ждать за дверью».
Составление подробного свода законов приводит к тому, что дети забывают причину ссоры, а вместе с ней и правило, которое помогло бы ее избежать.
Еще один популярный способ – «ребенок в тайм-ауте».
По стандартной технике нужно посадить детей рядом друг с другом на определенное количество времени, обычно соответствующее их возрасту: три года – около трех минут, пять лет – пять минут и так далее. Этот метод зародился в Соединенных Штатах и постепенно распространился по всему миру; он основывается на убеждении, что для пресечения ссоры достаточно увести ребенка и посадить его в угол, в другой комнате или просто на стул. Цель – заставить его задуматься: «Сейчас ты побудешь здесь и немного подумаешь о том, что ты сделал, а потом сможешь вернуться к игре», «Через 10 минут я вернусь, а ты пока успокоишься и расскажешь мне, что ты понял». Такое предложение, обращенное к детям младше семи-восьми лет, бессмысленно. Опять же, оно основано на эволюционировавшем предрассудке, на той идее, что если дать ребенку время на размышления, то он сможет постичь суть вещей. Но он не может последовать вашему совету: вы приписываете ребенку способность к интроспекции, умение беспристрастно проанализировать свое поведение.
Такое изгнание будет восприниматься как наказание и не послужит стимулом для реальных перемен.
Последняя стратегия, которую я считаю самой оригинальной, – это карточки с правилами. Сам по себе способ неплохой и в целом довольно безобидный, но он в очередной раз демонстрирует, как трудно подстроиться под возраст детей.
Этот метод подразумевает расклеивание в стратегически важных местах дома записок с описанием того, что дети должны и чего не должны делать, включая ссоры. В ванной висит инструкция, как пользоваться водой, чтобы не превратить помещение в бассейн, а в детской комнате – таблички или рисунки с целью предотвращения конфликтов: «Не драться», «Не кричать», «Не отнимать игрушку, пока с ней играют брат или сестра». Эта стратегия может работать только первые несколько дней, но она также приписывает детям способность к интроспекции, не беря во внимание тот факт, что некоторые поступки ребенка являются результатом сильнейших внутренних побуждений, которые он не способен контролировать, даже если обещал придерживаться правил.
Очень маловероятно, что правило, написанное на карточке, будет иметь реальную силу и оказывать длительный сдерживающий эффект на конфликтное поведение ребенка.
Помочь вам выбраться из клетки, из этого «беличьего колеса», в котором постоянно разыгрываются одни и те же сценарии и используются одни и те же стратегии в решении споров между детьми, – одна из целей этой книги.
Условие № 2: столкнувшись со ссорой между детьми, задавайте вопросы, а не отвечайте на них.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?