Читать книгу "Контракт на невинность. Чужая невеста Императора Драконов"

9

Хватка пальцев графа на моих волосах ослабла. Я дернулась, и оставив в его руке большой клок, отскочила в сторону. Вжалась спиной в стену и замерла, с тревогой глядя на стоящего в дверях мужчину – откуда он здесь, как нашел меня?!

Сегодня на нем был строгий из черного бархата камзол и белоснежная рубашка с дорогими кружевами на манжетах и вороте. Черные брюки заправлены в высокие блестящие сапоги. Темные волосы зачесаны назад, открывая высокий лоб, весь в мелких шрамах. Кто же и когда его так изранил? Глаза у него словно стали еще чернее, чем запомнились мне с той встречи на дороге, а потом в лесу.

Взгляд мужчины неспешно прошелся по моему вспыхнувшему лицу. Губы, которые так бесстыже целовали меня, едва заметно дрогнули в улыбке и снова сурово сжались.

– Я спрашиваю, что тут происходит? – повторил он, переводя потяжелевший взгляд на графа.

– А ты кто такой?! – презрительно протянул тот.

– Я здесь, чтобы забрать несси Марианну Дархил и доставить ее в императорский дворец, – сообщил мужчина в наступившей напряженной тишине. В руке у него появился плотный лист пергамента с расправившим крылья алым драконом в нижнем углу, личной печатью императора Дамиана. – Приказ его величества.

Незнакомец перевел взгляд на застывшую возле кресла матушку:

– Графиня, к рассвету ваша дочь должна быть готова уехать со мной.

– Никто не заберет мою невесту! – вдруг зарычал граф. Оскалил свои крупные белоснежные зубы, втянул голову в плечи, ссутулился и на присогнутых ногах, медленно пошел на стоявшего в дверях мужчину.

“Словно зверь хищный, крадется”, – мелькнула у меня мысль. В памяти возникла обросшая бурой шерстью фигура красноглазого чудища, что напало на меня в Зеркальном лесу. Ходит, точно как та тварь в лесу!

Не дойдя до незнакомца нескольких шагов, граф остановился и повторил с угрозой:

– Убирайся отсюда, драконий служака!

Вместо ответа мужчина протянул графу лист, который держал в руке, и насмешливо спросил:

– Хотите оспорить приказ правителя?

– Плевать я хотел на чьи-то приказы! – визгливым фальцетом заорал граф. Выхватил из руки мужчины пергамент и принялся в ярости раздирать на куски. Разорвав, подбросил вверх и, глядя, как клочки летят на пол, захохотал:

– Вот и нет никакого приказа. Пошел вон отсюда!

Незнакомец спокойно дождался пока последний обрывок ляжет на пол, после чего щелкнул пальцами. Куски пергамента вспыхнули яростным высоким пламенем, заставившим моего жениха в испуге отпрыгнуть в сторону. Раздался громкий треск, и всполохи огня собрались в плотный сгусток, снова превратившийся в лист с печатью в виде алого дракона. Мужчина еще раз щелкнул пальцами, и бумага полетела по воздуху прямо в руки батюшке.

– Ознакомьтесь, граф Дархил, и предлагаю не препятствовать исполнению приказа правителя, – произнёс императорский посланник равнодушным голосом и перевел взгляд на меня. Несколько секунд смотрел и снова чуть заметно улыбнулся, заставив мои щеки вспыхнуть еще жарче.

– Нам сообщили, что за Марианной приедут только завтра. Но, конечно, мы исполним волю императора... – произнес батюшка, рассеянно изучая пергамент в своих руках. Он так и не сумел подняться с пола. Сидел, откинувшись спиной на угол камина и держался рукой за сердце. Лицо у него было еще бледнее, чем у матушки. Почему же никто не помог ему подняться?

Я сделала было шаг к нему, но тут граф Ферсей взревел: “Марианна моя! Дракон не заберет ее!” и с перекошенным от ярости лицом бросился ко мне. Я вскрикнула, попятилась и замерла в ужасе, уперевшись в стену.

В то же мгновение передо мной, загораживая, выросла мужская фигура, а графа неведомой силой отбросило в сторону. С грохотом сшибая по дороге стулья, он долетел до низкого столика у стены. Рухнул на него спиной, снес любимые матушкины статуэтки из китарского стекла, и затих с некрасиво задранными ногами.

– Графиня Дархил, вам и вашим дочерям лучше пойти в свои комнаты. Начните готовить несси Марианну к поездке, – в наступившей звенящей тишине прозвучал спокойный голос незнакомца.

– Д-да, вы абсолютно правы, – проговорила матушка. Велела: – Лаура, Марианна, следуйте за мной, – и первая пошла к выходу из комнаты.

Сестра, все время оглядываясь на лежащего в обломках дерева и стекла графа, посеменила за ней. Когда за ними закрылась дверь, я кинулась к отцу. Опустилась перед ним на колени, с тревогой вглядываясь в бледное лицо.

– Батюшка, как вы? – спросила, чувствуя, как к глазам подкатывают слезы жалости, такой у него был несчастный и слабый вид.

– Я в порядке, дочка, сейчас встану, – он криво улыбнулся. – Иди с матушкой и сестрой, начинай собирать вещи. Лучше тебе уехать поскорее, пока беды какой не приключилось.

– Ваш отец прав, несси, вам лучше уйти, до момента, когда ваш… жених очнется и снова начнет буянить, – прозвучал сверху низкий рокочущий голос. Передо мной появилась крепкая мужская ладонь. – Позвольте помочь вам подняться.

Я подняла голову на подошедшего мужчину. С трудом заставила себя смотреть ему в глаза, покачала головой:

– Батюшке плохо, вы же видите. Ему нужна помощь. Как я могу его оставить?

– Не беспокойтесь, в прибывшим со мной отряде есть лекарь – он осмотрит вашего отца и поможет ему прийти в себя.

– Иди, дочка, иди, – батюшка погладил меня по руке. – Со мной все будет хорошо. Утром я зайду попрощаться с тобой.

Не глядя на протянутую мне мужскую руку, я поднялась с пола. Нашла глазами забившуюся в угол модистку, о которой все забыли:

– Госпожа Вейска, думаю, вы можете продать сшитые для меня платья другому… другой девушке. Мне они уже не понадобятся, – и под пристальным взглядом жгучих черных глаз незнакомца пошла к двери.

10

Я стояла у окна своей комнаты и смотрела во двор. Там одетые в дорожные костюмы, с хмурыми лицами на коней садились люди графа Ферсея.

По периметру двора в напряженных позах расположились мужчины в военной форме с императорским гербом на рукавах. Надо же, сколько чести для дочки простого графа, что для сопровождения властитель прислал свою личную стражу! Все статные, в кожаных доспехах, хорошо вооруженные, наверняка еще и маги.

Императорские гвардейцы внимательно наблюдали за людьми графа. Тут же на крыльце стояли матушка и незнакомец из леса. Прижавшись лбом к стеклу, я смотрела, как граф поднял руку и махнул в сторону ворот, давая команду трогаться. Не глядя по сторонам, поехал первым, за ним гуськом потянулся его отряд.

– Что, сестричка, плачешь, что граф уезжает, а твоя жизнь скоро станет такой, что даже мне тебя жаль? – прозвучал за спиной голос Лауры. Сестра подошла и встала рядом, тоже глядя в окно.

– За что ты меня так ненавидишь, Лаура? – спросила я тихо.

– Ненавижу? Нет, сестричка, просто презираю, – ответила она, – за твою никчемность, за простолюдинские замашки…

– За мои белые волосы, – закончила я за нее.

– Угу, они просто отвратительны, – согласилась Лаура и подалась лицом к стеклу, разглядывая происходящее во дворе.

– Почему граф сказал, что я пустышка и не нужна ему? – вдруг спросила она обиженно. – Можно подумать, у тебя есть магия, Марианна! Ты ведь тоже пустая, а он вцепился в тебя, словно ты великая ценность! Почему?!

– Не знаю, – ответила я, продолжая смотреть в спину уезжающему графу. Скорее всего, я больше никогда его не увижу, своего несостоявшегося мужа. Не выйду за него замуж, не стану графиней и хозяйкой в его поместье на севере, не рожу детей… Ничего у меня не будет из того, о чем мечтала совсем недавно, думая, что впереди меня ждет счастье.

Кавалькада уже добралась до ворот, и в этот момент граф придержал коня. Обернулся, обвел взглядом двор, королевских гвардейцев и поднял глаза к моему окну. На несколько мгновений наши взгляды встретились, и на его красивом лице появилась злая усмешка, а губы шевельнулись, произнося что-то.

«Мы еще встретимся, Марианна», – прочитала я, чувствуя неприятный холодок в груди. После этого граф отвернулся и, пришпорив лошадь, послал ее вперед. Еще несколько мгновений, и последний всадник его отряда скрылся за воротами.

– Уехал… – тихонько всхлипнула Лаура. – Глупый, я была бы ему отличной женой.

– Не плачь, может быть, он передумает и приедет свататься к тебе. Ты ведь действительно красива, хорошо воспитана и невинна, – пробормотала я, чувствуя, как на плечи каменной тяжестью давит неизвестность и тревога.

– Лаура, – вдруг решилась я на вопрос, – ты не знаешь, что будет со мной делать император? Почему матушка уверена, что я могу не выжить после поездки к нему?

– Да ты еще глупее, чем я думала, Марианна, раз не знаешь таких вещей! – сестра презрительно взглянула на меня. – Естественно, то же самое, что обычные мужчины делают в спальне с женщинами. Только император – это дракон и жуткое чудовище. Он будет делать это так, что ты просто не выдержишь боли.

Лааура повернулась, чтобы уйти, но я вцепилась в ее рукав.

– Не уходи, расскажи, что знаешь. Что такого мужчины делают, Лаура? – от страха у меня пересохло во рту. Вспомнилась гостевая спальня, жалобные стоны горничной и ритмичные движения графа. – Нянюшка говорила, что мужья с женами спят в одной постели, и после этого у них рождаются дети, а больше я ничего не знаю.

Глядя в мое перепуганное лицо, Лаура рассмеялась:

– Ох сестричка, иногда смотрю на тебя и не могу понять, почему ты такая? То ли дурочка, то ли юродивая, то ли просто наивная до дурости… Ты что, не знаешь, чем мужчины и женщины занимаются, когда остаются наедине?

– Чем?

– Ты никогда не видела, как одна собачка взбирается на другую или как жеребец лезет на кобылу?

– Видела, конечно, но думала они так играют, – растерялась я.

Помнится, я была совсем маленькой, когда увидела двух собак на дорожке парка. Прибежала к матушке с вопросом, что это они делают, но вместо ответа получила по губам унизанными кольцами пальцами и приказ уйти в свою комнату. Было больно и до ужаса обидно.

Позже нянюшка мне объяснила, что это игры такие у животных и посоветовала к матушке с подобными вопросами не обращаться. И вообще, ни у кого, кроме нее, не спрашивать, чтобы снова по губам не получить. Когда я подросла и начала интересоваться, откуда берутся дети, нянюшка ответила, что муж и жена спят вместе, от этого и детишки у них появляются. Пообещала, что подробно все расскажет, когда придет мое время замуж выходить.

Теперь вот ни мужа, ни нянюшки, только сестра с ее презрением и страшный император в скором будущем.

– Лаура, раз ты все знаешь, расскажи что меня ждет, пожалуйста! Что за «контракт на невинность»? – взмолилась я.

На миг на лице сестры мелькнула растерянность, но тут же пропала.

– Сама все узнаешь, дурочка, когда дракон тебя в спальню затащит, или где там они над девственницами издеваются. Когда начнет разрывать твое тело, а ты визжать от боли! – проговорила зловещим голосом, от которого у меня по спине потекли струйки пота. Оттолкнула мою вцепившуюся в ее платье руку и, хохоча во все горло, выскочила из комнаты.

Я постояла, глядя на захлопнувшуюся дверь, судорожно хватая ртом воздух и пытаясь справиться с накатившим ужасом. Он будет надо мной издеваться? Мучить меня так, что я буду кричать от боли?! Или врет сестра, чтобы напугать меня еще больше? Или правду говорит, ведь не зря про императора Дамиана ходят ужасные слухи?

Отдышавшись, я вышла в коридор и решительным шагом пошла в сторону крыла, где жили горничные – я знаю того, кто мне все расскажет!

Горничную Стершу я нашла в прачечной, где она укладывала в корзину чистое постельное белье. Девушка небрежно присела в книксене и уставилась на меня с жадным любопытством. Видимо, известие, что моей свадьбы не будет, уже разлетелось по замку, вот и глазеет на меня каждая служанка то ли с жалостью, то ли с насмешкой.

– Стерша, расскажи, чем ты занималась в той спальне с графом? – спросила я напрямик. – Со всеми подробностями.

Девушка сначала изумленно вытаращила глаза, потом замотала головой:

– Меня ваша матушка из замка выгонит, если узнает, что я с вами об этом говорю, – подняла корзину и пошла к выходу.

– Матушка тебя выгонит гораздо быстрее, если расскажу ей, что видела. Или ты отвечаешь на мои вопросы, или я иду к графине, – предупредила я холодным тоном. Заниматься этим на моих глазах она может, а говорить нет!

– Вы не станете так делать! – испуганно ахнула Стерша и выронила корзину из рук, рассыпая белье, которое только что старательно укладывала.

– И белье тебе придется самой перестирывать, если я сообщу главной прачке, что ты чистое по полу валяешь, – добавила я, поражаясь своей резкости.

– Вот вы какая, госпожа Марианна! А я думала, вы добрая, – обиженно протянула Стерша, присев и торопливо собирая с каменных плит простыни и наволочки. На меня она не смотрела, громко сопела и недовольно поджимала губы.

– Так мне идти к графине? – поинтересовалась я вместо ответа.

– Спрашивайте, что хотели, – девушка выпрямилась и метнула взгляд на дверь. – Только лучше не здесь говорить, уши любопытные кругом.

– Оставь корзину и пошли, – велела я. Пусть думает обо мне что хочет, мне сейчас нет дела до ее обид. Нужно думать, как выжить, когда в императорский дворец попаду.

– Так что там было? Ты сказала, что тебе понравилось, но сама стонала, когда граф пытался тебя… придавить к кровати, – начала я расспросы, устроившись на скамейке в беседке возле пруда. Подступы к ней хорошо просматривались со всех сторон, так что можно было не бояться, что нас подслушают.

– А вы точно матушке своей ничего не скажете, госпожа Марианна? – уточнила Стерша, нервно облизывая губы.

– Не скажу. Садись сюда и говори, – велела я, показывая на скамейку напротив. Девушка села, сложила руки на коленях и, потупив глаза, хихикнула:

– Ох, госпожа Марианна, вы такая… наивная, уж простите меня. Не то, что ваша сестрица младшая. Вот та давным-давно все знает про мужчин и женщин, чем они по ночам занимаются, хоть и младше вас. Вечно подглядывает то за слугами, то за господами, гостями вашими.

– Не забывайся, ты о моей сестре говоришь! – оборвала я ее. – Рассказывай про себя и графа. Что такое вы делали в спальне?

– Ну-у-у, – задумчиво протянула горничная. – Вот когда граф встал с постели голый, вы на его теле что увидели такого, чего на вашем нет, несси Марианна?

– Шерсть на груди у него была, – начала я припоминать. Честно говоря, не много я и видела – так перепугалась, увидев искаженное бешенством лицо и красноту в глазах графа, что остальное особо не разглядывала.

– А еще что? Пониже груди? – хихикнула в кулачок Стерша. – В том месте, где живот заканчивается и ноги начинаются?

Через час я отпустила горничную. Напоследок, глянув на меня с плохо скрываемой жалостью, девушка протянула:

– Ну-у, вы сильно не переживайте, госпожа Марианна. Император, конечно, дракон, и страшный, говорят, до ужаса – неспроста ведь маску на лице носит, жуткую морду прикрывает. Да и слухи про него всякие страшные ходят, не зря его называют «Дамиан Беспощадный». Но все равно, он мужчина, а они, знаете, все одинаково устроены и все одно и то же любят.

Стерша давно ушла, а я все сидела в беседке, перебирая в уме полученную информацию. Ноги отказывались меня держать. В груди скребло от страха перед будущим, жалости к себе и обиды, что никто даже не подумал предупредить, рассказать, что меня ждет в замужестве, а теперь вот с императором.

Хотя кто мог это сделать? Не матушка же… Няня, может, и рассказала бы, но где она теперь? Подруг у меня нет – соседи аристократы, с дочерями которых я могла бы дружить, живут очень далеко от нас. Да и не факт, что их дочки знают больше меня.

С деревенскими и дворовыми детьми мне матушка не разрешала общаться, хотя они могли бы меня… просветить, как только что сделала Стерша. А ходить и подглядывать по спальням, как Лаура, я бы и сама не стала. Даже если бы догадывалась, что там происходит что-то необычное, все равно не стала бы…