Текст книги "Маятник Судьбы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mayatnik-sudby-44558.jpg)
Автор книги: Денис Чекалов
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
6
Автомобиль остановился так резко, словно мир кончился, и некуда было дальше ехать.
– Что-нибудь случилось, конфетка? – осведомился я. – Мы забыли дома пудреницу?
Мы находились в Аспонике; вернее сказать, она поглотила нас, со всех сторон окружив желтовато-серой пустыней.
Дорога простиралась впереди нас, такая длинная и пустынная, что выглядела неестественной. Подобное встретишь только в кино; и казалось, стоит мне выйти из машины, сделать пару шагов и протянуть руку – как мои пальцы коснутся раскрашенной декорации.
Ветер исчез; словно он решил, что уже достаточно разравнивал своими ударами эти безжизненные просторы. Рядом с дорогой застыло перекати-поле. Оно едва заметно покачивалось, готовое отправиться в свой бесконечный путь по пустыне, и только ждало чего-то – знака ли? Чьего-то разрешения?
Черная птица замерла на горизонте; и хотя я и знал, что это всего лишь пустынный орел – мне казалось, будто само провидение делает мне знак остановиться.
Франсуаз замерла, и ее красивое, сильное тело все напряглось, улавливая малейшие вибрации астральной энергии.
– Оно пришло, – чуть слышно прошептала демонесса.
– Оно? – спросил я. – Надеюсь, не налоговая проверка.
Шутку мою никто не оценил; только черная птица нырнула вниз и исчезла. Чья бы судьба не решилась в этот момент – моя или какого-то несчастного зверька, погибшего в орлиных когтях – я почти явственно различил, как вдалеке прозвенели мрачные колокола.
– Ты слышишь? – спросила девушка.
– Нет, – быстро солгал я. – А что я должен услышать?
Взгляд девушки был устремлен вперед, туда, где небо гнулось под тяжестью человеческих грехов и низвергалось к земле линией горизонта.
– Маятник Судьбы, – едва слышно ответила Франсуаз.
Серая нить поднималась над горизонтом, похожая на дым погребального костра. Она рождалась там, где мгновением раньше исчез, ринувшись к земле, пустынный орел.
Тонкой сизой строкой взбиралась она на небо, словно червь, ползущий по краю скалы.
Франсуаз вышла из машины. Ее рука протянулась вперед, роскошные волосы разметались по обнаженным плечам.
– Ты видел орла, который спикировал здесь? – спросила красавица.
– Да, – ответил я. – С детства люблю животных. Поэтому мне с тобой не скучно.
– То была душа праведника, – молвила демонесса, – что устремлялась к Великим Небесам. Но одного греховного помысла оказалось довольно, чтобы она камнем рухнула вниз.
– За что не люблю Верховных Богов, – заметил я. – Слишком уж у них завышенные требования.
Девушка сделала шаг вперед, и пространство вокруг нее начало двигаться. Волны астрала окружили нас – сперва слабые, небольшие, они с каждой долей мгновения становились все сильнее и яростней.
– Крики падшей души разрывают ткань мироздания, – произнесла демонесса. – Грешник хочет снова воспарить ввысь, к вечному блаженству, от которого был так близок.
Нить, пронзившая далекое небо, темнела и ширилась. И была то не струйка дыма, а трещина в грани макрокосма.
Глаза Франсуаз вспыхнули алым огнем, и разрыв стал стремительно шириться.
– Но душа уже вкусила сладость греха, и больше никогда не сможет отказаться от него. Это и есть проклятие.
Хрустальная сфера мироздания разламывалась на две неравные части, чтобы зло стало еще более мерзким, а добро еще более беспомощным.
Небо растворялось перед нами двумя тяжелыми створками. То, что находилось за их пределами, уже не имело названия.
Лишенное цвета и формы, оно выглядело то как студенистая масса, то как туман, а бывали мгновения, когда мне казалось, будто за разверзнувшимися небесами ничего вообще нет.
– Смотри, Майкл, – прошептала Франсуаз. – Это она. Злейший враг демонов. Великая Дрема.
– Я вижу только кисель, – возразил я.
– Ты и не можешь увидеть ее. Только демонам дан этот дар, и это проклятие. Дрема – Великое Ничто, Пустота, абсолютное бездействие. Здесь находят свой конец гибнущие миры. Это конец всему – и горе той душе, что откажется от боли Колеса Превращений и возжелает навеки упокоиться в Великой Дреме. Пути назад уже нет.
– Что она делает здесь?
– Смотрит. Дрема чувствует – нечто злое должно свершиться под Великими Небесами. И она жаждет поглотить все и вся, кто станет жертвой в предстоящей резне. Это огромный вселенский стервятник, Майкл. И теперь она кружит над будущей добычей.
Створки раздвинулись полностью; студенистая масса поднималась все выше, и ее мягкие щупальца начинали стекать в наше мироздание.
– Что становится с падшими душами, которые воспарили к небу, но так и не смогли закончить свой путь? – спросил я. – Они попадают в Дрему?
– Нет… Дрема сама выбирает свои жертвы. Она забирает всех, кто подошел к ней слишком близко. А надломленные праведники исчезают из Мироздания навечно – и никто не знает, куда.
– Даже демоны?
– Да, – ответила Франсуаз. – Нам это неведомо. Думаю, и богам тоже.
– Пожалуй, никто не знает этого наверняка, – произнес я. – Но эльфы верят, что где-то и нигде находится мир, в котором время встречается с пространством. Именно туда попадают надломленные праведники; и им суждено оставаться там вечно.
– Где он находится?
– Между везде и нигде.
– И каков он?
– Он пуст; только разорванные души мечутся по его просторам. Эльфийские легенды гласят, что люди там испытывают неимоверные муки – по сравнению с которыми даже Ад покажется райским садом.
– Что же их держит там?
– Они сами. Им предстоит выбор, который они никогда не сделают. Их душа жаждет окунуться в горячую лаву греха, но они боятся потерять человеческую сущность. Падшие не в силах отказаться ни от первого, ни от второго, и в результате не получают ничего.
– И какая судьба их ждет?
– Никакая. Вернее, судьба уже настигла их и заточила в темницу. Вовеки веков будут они испытывать нестерпимые муки. И хотя каждый из них может покинуть Нигде в любую минуту – падшие души выбирают вечную боль, лишь бы не принимать решение.
– Все это правда?
– Не знаю; возможно, всего лишь сказка, которую придумал мой народ. Но эльфы в нее верят; мы думаем, что крики страдающих душ просачиваются сквозь стены Великого Нигде и проникают в наш мир. Именно они становятся причиной зла и страданий, которые окружают нас.
Небесные створки начали затворяться; только Великая Дрема продолжала пульсировать, втягивая и пряча свои студенистые щупальца.
Я ощутил, как вокруг нестерпимо холодно.
– Другие же верят, что стоны мучимых праведников – и есть та сила, которая движет Мироздание.
Черная птица поднялась над горизонтом и скрылась из глаз.
7
Пока сэр Томас и другие мудрецы чесали затылки в Столице Церкви, маги в Аспонике не теряли времени даром. Точнее говоря, они обращали время вспять.
Холм, с которого я обозревал ряды фруктовых деревьев, долгие годы был погружен в объятия Ледяной Сферы. И люди, которых нам предстояло встретить, еще не подозревали, сколь много событий успело произойти, пока они были погружены в магический сон.
Впрочем, мир с тех пор изменился мало; в нем по-прежнему жили злодеи и идеалисты, неудачники и безразличные. В нем по-прежнему правило Зло, притворяясь Необходимостью.
Я положил руку на плечо своей партнерши.
– Не скажу, Френки, что это путешествие сделало меня более нервным, чем обычно, – произнес я, указывая на дорогу. – Но рабочие с фермы не ездят на джипах. И бандитских рож к голове тоже не приклеивают.
– Ты у меня такой чувствительный, игрушка, – протянула девушка. – Но я рада, что ты находишь любой повод, чтобы прикоснуться ко мне.
– Кто это? – спросил я, обращаясь к священнику.
Седые брови моего собеседника нахмурились, сойдясь над прозрачными глазами простертыми крыльями орла.
– Это Лэндор, – вполголоса ответил он. – И его люди. Они работают на хозяина фермы.
– И занимаются явно не тем, что подстригают газоны, – пробормотал я.
– Вы так и не сказали, кому принадлежит ферма, – напомнила девушка.
– Местному консорциуму, – сказал священник.
– Добрый вечер, святой отец, – произнес человек, шедший впереди остальных.
Он наклонился и развел в сторону руки, балансируя на грани между уважением и издевательством.
– Вы сами видите – мы не заставляем крестьян работать больше, чем положено по контракту.
– Вся работа на сегодня и так выполнена, – ответил священник.
Ни у одного из тех, кто подошел к нам, не было оружия, если не считать короткоствольного револьвера, заткнутого за пояс Лэндора. Но я знал – для того, чтобы держать в страхе мирных людей, лишенных прав и полностью зависящих от работодателя, не всегда нужно оружие.
Остальные бандиты стояли немного поодаль, сложив руки на груди; одни из них прищуривались, глядя в небо, другие жевали табак и сплевывали на дорожку.
Они чего-то ждали.
Когда перед тобой лежит пачка лотерейных билетов, мало одного предчувствия, чтобы сказать, какой из них выиграет. Но когда шестеро человек, всю жизнь тренировавшие мускулы вместо мозгов, останавливаются рядом в уединенном месте, где на тысячи акров вокруг нет никого, кроме брюквы и апельсинов, да еще начинают при этом смотреть в небо – тогда никакое предчувствие уже не нужно.
– Любимая, – пробормотал я. – Когда будешь их убивать, постарайся не сломать слишком много деревьев.
Лэндор между тем подходил ближе.
Он двигался с осторожностью, с какой мангуст приближается к ядовитой змее; неподвижной, но от того еще более опасной.
– Разве в этот час вы не предаетесь отдыху, – спросил священник. – В городе?
Слова «бордель» и «пьянство» не были им произнесены, но присутствовали в его словах незримо, как смысл в евангельских притчах.
– У нас много работы, святой отец, – сказал Лэндор.
Он не смотрел на священника; и ответил только для того, чтобы отмахнуться от чего-то постороннего.
Глаза человека были прикованы к моей партнерше; Френки, в свою очередь, тоже, не отрываясь, смотрела на него.
В лице Лэндора имелось что-то благородное, как иногда случается у плебеев. Он был высокого роста, хотя немного сутулился; природа резко очертила его лицо с гордой посадкой носа и острыми, но в то же время задумчивыми глазами. Кто-то мог бы сказать, что Лэндора портила некоторая полнота, скрадывавшая лепку черепа и выдававшая его простое происхождение; однако каждый из людей выглядит так, как ему должно, и никому не дано изменить себя, не исковеркав своей души.
Мне-то это хорошо известно.
Я не мог с уверенностью сказать, что привело сюда Лэндора и его людей; тех, кто должен был следить, чтобы рабочие фермы исправно выполняли свои обязанности, и те, кто явился в апельсиновую рощу, когда там находились только мы и священник.
Я сомневался, что эти молодцы хотели причинить вред святому отцу; хотя было вполне возможно, что это именно один из них, или даже все вместе, пытались устроить пожар в его церкви.
Однако я мог быть уверен в двух вещах: Лэндор приехал сюда со своими людьми, чтобы испортить прекрасный вечер; но теперь его планы изменились.
– Этот сад – не лучшее место для прогулок, – произнес Лэндор.
Такая фраза могла содержать угрозу; но угрозы в ней не было.
В серых стальных глазах Френки что-то вспыхнуло, нечто, неподвластное ей самой.
– Вы хотите сказать, – произнесла она, – что здесь есть более красивые места?
Глаза Лэндора открылись; с людьми такое случается чрезвычайно редко. Названные окнами в душу, глаза обычно бывают закрытыми даже при распахнутых веках. Люди боятся впустить кого-нибудь внутрь себя, и причин тому много.
Лицо Лэндора тоже изменилось, и изменилось более разительно, чем он захотел бы поверить. Его черты расслабились, взгляд прояснился; он более не пытался выглядеть сильным и властным лидером, и шайка, что стояла сейчас позади него, была теперь так же далеко, как небесные звезды; обернись он сейчас, то с омерзением отрекся бы от нее.
В душе каждого человека живет несколько масок; и горе тому, кто не расставит их правильно.
Кончик чувственных губ Френки изогнулся; это делает ее лицо еще более сексуальным, и выглядит, как неприкрытое приглашение.
Так бывает, когда девушка собирается распотрошить человека, как беспомощного цыпленка.
– Я Френки, – сказала она, протягивая Лэндору руку. – А это… – она небрежно махнула головой в мою сторону, окатив плечи роскошными волосами.
– Это мой брат Майкл.
Я ощутил прилив нежности к новоявленной сестренке.
Будь мы одни, он выразился бы гораздо активнее.
Френки наступила мне на ногу каблуком и, загадочно улыбаясь Лэндору, сильно надавила, приказывая мне заткнуться.
– Меня зовут Генри, – сказал Лэндор.
Он пожал моей партнерше руку, и девушка томно улыбнулась.
– Ты очень занят сейчас, Генри? – спросила она.
Он поперхнулся.
– У меня нет дел, – сказал он. – Никаких.
Френки засмеялась, негромко.
– Тогда нам надо кое о чем поболтать, Генри, – сказала она. – Только нам двоим.
Лэндору не хватало дыхания.
Он вобрал в себя воздух, но не смог сделать этого быстро; ему пришлось втягивать его потихоньку, словно он питался из капельницы.
– Конечно, – прошептал он.
Я хотел понять, что происходит.
Френки, без сомнения, эффектная девушка, и умеет произвести впечатление. Но то, что испытывал в эти мгновения Лэндор, было гораздо более мощным и разрушительным, чем томление вставшего члена.
Не будь я циником, то решил бы, что это любовь.
Пятеро бандитов, почесывавших брюхо под кожаными поясами, тоже были немного удивлены. Их крохотные мозги, разумеется, не могли осознать и доли происходящего, но они явно испытывали разочарование от того, что им не дали начистить кому-нибудь морду.
Наконец Лэндор отнял свою руку; он все еще не мог оторвать глаз от лица моей партнерши, а его губы начали улыбаться.
От этого он стал выглядеть глупо.
Френки раскрыла ладонь и провела ею перед грудью Лэндора, на расстоянии нескольких дюймов.
Ее губы томно улыбнулись, она прошептала:
– Поспеши, Генри.
– Да, – сказал Лэндор.
Он выдохнул эти слова громко, приходя в себя от сладкого сна. Но он хотел как можно скорее вернуться в этот сон; повернувшись к своим громилам, он хлопнул в ладони и произнес:
– Все едут в город. Я беру один джип.
– Но мистер Лэндор, – запротестовали они.
– Все, все, – нетерпеливо говорил он.
В его голосе уже не слышалось властных и жестких ноток, какие были свойственны ему обычно.
Он не хотел просыпаться.
Люди все еще недовольно ворчали, но неохотно подчинялись ему. Понурив плечи и переговариваясь, они направились к дороге. Лэндор шел сзади, направляя их.
Френки повернулась ко мне с веселой самодовольной улыбкой.
– Не делай такое лицо, братишка, – проворковала она, лаская меня там, где вряд ли стоит это делать на глазах у священнослужителя. – Падре, позаботьтесь о моем красивом мальчике. Не давайте ему скучать.
– Френки, – произнес я. – Не сочти меня любопытным.
– Возьми микрофон, бейби, – шепнула она. – Сможешь подслушивать.
С этими словами она крепко сжала правую руку, заставив меня охнуть, и вновь повернулась к Генри Лэндору.
Человек шел между апельсиновых деревьев, и никого не видел, кроме моей партнерши.
– Пошли, – сказала она.
8
Френки и Генри Лэндор направились к дороге, где по-прежнему стоял один из джипов.
Во время происходящего разговора святой отец сделал самое лучшее, что мог подсказать ему архангел – притворился деревом.
Сейчас же он тронул меня за рукав и спросил:
– Сын мой. Возможно, я не все понял в ваших отношениях.
– Их сложно понять, – бросил я, пытаясь изобразить для Генри глупую улыбку. – Куда они могли направиться?
– Для того, чтобы поговорить наедине – наверно, к лесистому холму. Там почти никого не бывает.
Френки и Генри Лэндор подошли к джипу, стоявшему у обочины дороги. Несколько раз Лэндор пытался дотронуться до моей партнерши, но всякий раз нерешительность мешала ему.
На губах девушки появилась легкая насмешливая улыбка. Генри Лэндор был не из тех, кто робок с женщинами, и ему уже не раз доводилось убеждаться, что он пользуется популярностью среди местных красоток.
Но то, что он испытывал сейчас, было иным.
Совершенно иным.
– Вы хотите последовать за ними? – спросил священник с некоторой опаской.
По всей видимости, он сильно опасался, что я собираюсь отвернуть Генри Лэндору голову.
Честно говоря, так было бы лучше для всех.
– Разумеется, – ответил я.
– Для чего?
– Можете думать, что я вуайерист.
Человек сидел за рулем автомобиля, надвинув на глаза потемневшую от пота широкополую шляпу. Он щурился, как привык делать это всегда, и хмуро жевал травинку.
– Я же сказал, чтобы нас оставили одних, – сказал Лэндор.
В его голосе была резкость; но он постарался скрыть ее, не желая показывать девушке, какие чувства испытывает.
Ярость и унижение.
Человек за рулем прикусил травинку, отчего она встала в его зубах почти вертикально.
– Вы знаете, что я не могу этого сделать, сеньор, – флегматично произнес он.
В голове Лэндора что-то взорвалось.
Кровь прилила к его мозгу так сильно, что в глазах помутилось. На мгновение он потерял контроль над собой, и едва не упал.
Френки уперлась правой ногой в подножку джипа, и скрестила пальцы на обнаженном колене.
– Не разочаровывай меня, Генри, – бросила она.
– Что за тип, этот Генри Лэндор? – произнес я.
Священник ответил:
– Его родители были бедны. Он ходил в приходскую школу, и проявил большое усердие.
– Чтобы стать вышибалой?
– Он не вышибала, – сказал священник.
– Кто же? – спросил я.
– Он пленник.
– Извини, Френки, – сказал Генри Лэндор.
На этот раз он все же дотронулся до ее горячего плеча; страх потерять ее заставил его преодолеть нерешительность.
– Я скажу пару слов моему шоферу.
На лице девушки появилась жестокая усмешка.
– Поторопись, Генри, – сказала она.
Человек с травинкой в зубах вылез из джипа.
– Ну же, – поторопил его Лэндор.
Они отошли на несколько шагов; спутник Лэндора оставался невозмутимым.
– Ты должен оставить меня наедине с ней, – зло прошептал Лэндор. – Я приказываю тебе.
– Только комендант Илора отдает мне приказы, – негромко отвечал человек. – Те приказы, которым я подчиняюсь.
Лэндор быстро обернулся; Френки стояла, сложив руки на груди, и скучала.
– Мне нужно поговорить с ней, – произнес он. – Я должен это сделать.
– Отец Лэндора был вампиром, – произнес священник. – Он убил троих человек прежде, чем излечился от пристрастия к крови. Его мать была обычной.
– И что? – спросил я.
– Лэндор получил дар, – сказал мой собеседник. – Он встречается очень редко, и только у полукровок.
– Лэндор чувствует других вампиров? – спросил я.
– Он чувствует всех, – отвечал священник. – Вампиров, демонов, оборотней, на расстоянии тысяч миль. Только очень сильные демоны имеют такую власть. Вот почему он незаменим для коменданта Ортеги.
– Идеальный глаз большого брата?
– Да; они появились здесь, потому что Лэндор почувствовал вашу спутницу.
– А она почувствовала его… Лэндору позволяют играть роль лидера, но на самом деле эти люди стерегут его?
Священник кивнул.
– Лэндор всегда добровольно помогал коменданту. Взамен он получал богатую, беззаботную жизнь, но это для него не главное.
– Что же главное?
– То, что Лэндор может считать уважением.
– Но однажды он поймет, что это не то уважение, которого он хочет?
– И в этот же день он осознает себя пленником.
Человек с травинкой в зубах надвинул шляпу еще глубже на лоб.
– Вы – слишком важный человек, мистер Лэндор, чтобы оставлять вас, – сказал он. – Это и есть моя работа.
Генри Лэндор прикусил нижнюю губу. Он тяжело дышал; по всей видимости, он хотел сказать еще что-то, но не решился.
Лэндор развернулся и подошел к машине.
– Этот человек отвезет нас, – сказал он. – На лесистый холм.
Френки странно посмотрела на Лэндора; после этого она уселась за заднее сиденье и на протяжении всего пути не проронила ни слова.
– Это и есть твой холм? – спросила Френки с легкой насмешкой.
Генри Лэндор вышел из джипа и сделал широкий жест рукой.
– Это он, – сказал он, почти смущенно.
– Неплох, – девушка усмехнулась и выпрыгнула на дорогу.
Френки приподняла руку.
– И я предупреждаю тебя сразу, Генри. Я могу кое-что для тебя сделать, но я не стану с тобой трахаться. Ты понял?
– Я понял, – сказал он.
– Вот и хорошо.
Френки бросила взгляд на человека, все еще сидящего за рулем.
– Иди-ка на свой холм, Генри, – приказала она. – А я пока побеседую с твоим молчаливым приятелем.
Генри Лэндор сделал несколько шагов, все еще глядя на мою партнершу; потом нерешительно махнул ей рукой, повернулся и зашагал на склон.
Френки сверху вниз посмотрела на человека, сидящего за рулем джипа.
– Вижу, ты крепко пустил здесь корни, – сказала она. – Мне нужна машина. И, знаешь что – она нужна мне без тебя.
Человек за рулем прикусил травинку.
– Жаль, леди, – сказал он. – Я должен следить за мистером Лэндором.
– Мне тоже жаль, – согласилась девушка.
Она наклонилась над человеком и заглянула ему в глаза.
– Ты уже помолился? – спросила она.
– Да, – ответил он.
– Вот и умница. Будет немного больно, – сказала она. – Но совсем недолго.
Френки вынула из волос длинную заколку и разогнула ее. Человек взглянул на нее с удивлением.
Она вонзила острый конец заколки в левое ухо мужчины.
Острая спица вошла в его голову, пробив мозг.
– Ангелы ждут тебя, – сказала девушка. – Постарайся им не дерзить.
Френки распахнула дверцу, позволив безжизненному телу вывалиться на дорогу. Потом легко толкнула его носком сапожка, и человек покатился вниз по склону.
– Он мог бы стать хорошим клоуном в цирке, – пробормотала она.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?