![](/books_files/covers/thumbs_240/russkiy-rulet-ili-kniga-malyh-form-igry-v-paradigmy-sbornik-63255.jpg)
Автор книги: Дмитрий Губин
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
5 ВОПРОСОВ К ПРЕЕМНИКУ У ПРИЕМНИКА
Недавно, включив радио, я был потрясен. Выступал – нет сомнений – Владимир Путин. Но что-то у него случилось с голосом, как будто президента подменили пародистом Галкиным.
На самом деле, по радио выступал Дмитрий Медведев, – просто он копировал один к одному все интонации Владимира Путина. Не верите – послушайте как-нибудь к Медведеву сами.
Когда преемственность власти обеспечивается на таком нано-уровне, персональных вопросов к власти – типа, сколько я буду получать на пенсии, если сейчас зарабатываю до фига – не возникает. Так же глупо спрашивать Медведева, допустим, про то, когда в России появятся хорошие автодороги. Ясно, что при тотальной преемственности все останется как прежде – что с пенсиями, что с дорогами.
Но глупые детские вопросы у меня остаются. Скажем, позволит ли Медведев новому ректору СПбГУ Кропачеву делать то, что делала прежняя ректор Вербицкая, ради дочерей Путина разрешая им заочное образование на факультетах, где заочного образования нет, – когда станет студентом сын Медведева Илья? Будет ли он, как Путин, отмечать День семьи в кругу чужой семьи? И будет ли предупреждать заранее о своем намерении покататься на лыжах в Красной поляне, чтобы другие знали, что в этот день им там кататься будет запрещено?
Или вот еще важный вопрос. В «Аэрофлоте», как мне шепнули на ухо, вместо обычного первого класса собрались было ввести два новых – «президент» и «премьер-министр», и сегодня бедные ребята не знают, какой из них должен быть главнее. Так какой?
И последнее – если Путин решит вернуться в президенты, то будет ли Медведев представлять его в качестве своего преемника?
А других вопросов у меня к Медведеву нет.
2008
ПУТИН КАК НАШЕ ВСЕГДА
В избрании Владимира Путина председателем «Единой России» (не смотрел телевизор – но, полагаю, избрали единогласно) есть два аспекта – тактический и стратегический.
Тактический объясняет, почему человеку, невероятно – если верить просачивающейся «из-за стенки» информации – уставшему от власти, понадобилась еще одна властная площадка?
А стратегический касается судьбы каждого, интересующегося историей страны, а потому знающего, что последние 500 лет в России существовавший строй был неизменен: это самодержавие. И конструкция, при которой самодержец уходит в визири, а на троне формально утверждается преемник, может быть лишь византийским политическим трюком.
Вот трюк и разъяснился. Главная функция странной на взгляд европейца партии (то есть вовсе не партии) «Единая Россия» – это контроль парламента. Вплоть до устройства импичмента преемнику, если тот вдруг и впрямь возомнит себя самодержцем. А чтобы народ, если вдруг случится такое, отнесся к Медведеву как к Лжедмитрию, авторитета унылого Грызлова будет мало. Тут будет нужен Путин.
В общем, с момента превращения Путина в председателя партии Медведев превратился в зиц-председателя России.
То есть похоже, что Путин теперь не просто наше все, но и наше всегда.
2008
ЛЕГКИЙ ЗАВТРАК В ОЖИДАНИИ ОБЕДА
Самарская областная дума предложила изменить закон в отношении некоммерческих и общественных организаций.
Изменения таковы: все госструктуры (вплоть до МИДа) обязаны в 5-дневный срок сообщать всю информацию о деятельности известных им НКО в Федеральную Регистрационную Службу, а нерадивых ударят рублем. Ну, а сами НКО обязаны стучать на себя вообще со скоростью механического зайца, бьющего лапами в барабан.
Возможно, из Самары-городка федеральные проблемы лучше видны, – а крики из Европы, что общественники в России в очередной раз получили по мордам, там не слышны.
Я лично кричать не буду, по банальной причине: я в этих НКО работал. И в Internews, возглавлявшихся ставшей впоследствии невозвращенкой Мананой Асламазян, и в «Русско-немецким обмене», и в «Фонде независимого радио». Опускаю идеологическую часть (сводящуюся неизменно к учебе региональных коллег), но остановлюсь на организационной. Нигде я не подписывал столько бумажек и не платил так честно налоги, как там. НКО дико боялись обвинений в мошенничестве, а потому стремились быть прозрачнее стекла – и таковыми были уже тогда, когда в Смольном мне еще платили в конверте (когда платили в конверте? В 1996-м, во время предвыборной кампании Анатолия Собчака. Кто? Люди из штаба Анатолия Собчака. Напомнить, кто этот штаб возглавлял?).
То есть наехать самарским манером на НКО – это как наехать танком на море.
На самом деле, проблема не в НКО, а в росте чиновничьих инициатив. Лужков после взрыва газа в доме в Останкино тут же потребовал создать комиссии по слежке за перепланировками. А Россвязьохранкультура на днях потребовала от обладателей wi-fi согласовывать частоты с ФСБ. И ведь ясно, что в море волны не зарегистрируешь – так, спрашивается, на кой черт?
А на тот, что государственный Молох достиг размера, когда пища нужна постоянно.
Пока что он закусывает маленькими.
Потом начнет пожирать сам себя.
2008
ПРОЩАНИЕ С ВВП
Когда-то поэт Давид Самойлов заметил, что строй в России сильнее власти, отчего власть нередко бодается со строем. Именно такое бодание заметно сейчас, когда Владимир Путин оставляет президентский пост.
Как российское сознание колеблется от оголтелого славянофильства до бескомпромиссного западничества, так и происходящее в стране объясняется то исключительно действиями героев, то чаяниями народных масс. Последние 8 лет российской истории были временем героев. Точнее, героя: вот окончилась зима, наступило лето, лично Путина В.В. поблагодарим за это.
Стилистика времени Владимира Путина копирует стилистику застоя не по чьему-то злому (или доброму) умыслу. Стилистика в России – это форма, обложка, упаковка общественного строя, то есть договора между управляемыми массами и управляющей властью. Вот уже сотни лет российский строй неизменен: народ отказывается от ответственности за судьбу страны, полностью делегируя ее власти – а власть, в свою очередь, обещает народ либо кормить, либо давать кормиться. Правитель, неукоснительно соблюдающий договор, и становится героем. С этой точки зрения, Владимир Путин – безусловный герой. Ведь это при нем окормление народа автомобилями, сотовыми телефонами и пивом ста сортов стало повсеместным и раблезианским. С точки зрения договора власти и народа, это важнее, что провал пенсионной реформы, развал здравоохранения, сокращение протяженности автодорог на 7 % (данные экономиста Владимира Милова) или тотальная коррупция. Коррупция – то же окормление, она договору не противоречит. До Путина (при Горбачеве и Ельцине) люди были голодны, при Путине они стали наедаться до отрыжки: следовательно, Путин герой. Народ (по договору) приписывает власти свои заслуги (так Сталину народом-победителем была приписана победа в войне).
Другое дело – переход Владимира Путина в статус первого, но все же министра (ни один из министров последнего времени не был героем, кроме Шойгу, но нет наводнения или пожара – нет и Шойгу). Политологи говорят: вот, смотрите, Путин стал председателем партии и теперь будет контролировать парламент вплоть до объявления импичмента; а вот он переподчинил себе губернаторов; значит, центром власти теперь будет премьер. Эээ, полноте. Это бодания власти. А народ хочет продолжать потреблять. Начиная с Горбачева он усваивал, что падение (или рост) потребления – вина (или заслуга) исключительно президента, который ныне молод, энергичен и знает языки. А премьер-министр – это технический человек, его можно рекрутировать из торговцев мебелью или разжаловать в послы. Будем мы еще разбираться! Наш президент молод и энергичен, его зовут Медведев, премьер не должен ему мешать, а если рыпнется – пошлем послом в Германию. Говорите, он объявит импичмент? А в «Единой России» – что, не русские люди?
Но конструкция «президент наш герой» устойчива, пока можно брать иномарки в кредит и кредит отдавать. Как только окажется, все иномарки стоят в пробке, или что мидл-класс достиг возраста болезней и пенсий, или как нефти найдется замена, – вот тут-то и обнаружится, что герои лишь выполняют желания масс, а в противном случае летят с пьедесталов.
Так что прощайте, Владимир Владимирович. Или попробуйте стать опять президентом.
2008
ОН РУССКИЙ. ЭТО МНОГОЕ ОБЪЯСНЯЕТ
Глава комитета Госдумы по делам СНГ г-н Островский предлагает руководству бывших республик СССР придать русскому языку статус официального. Прекрасная идея!
Собственно, и Горбачеву в президентстве можно было инкриминировать одно: что вместо официального двуязычия, в качестве условия независимости Прибалтики, он ввел в Ригу и Вильнюс танки. Ничего не добился, кроме последовавшего кошмара, включая лингвистический. Чего стоил один запрет в, если не ошибаюсь, Латвии, торговать на рынке тем, кто не знает латышского – в то время как латыши торговали в Польше, не умея сказать даже «дзенкую».
Знаменитое официальное двуязычие Финляндии, при менее чем 5 % сограждан-шведов – тоже дальнее эхо выхода из-под шведской опеки, и остается сожалеть, что Ленин условием независимости финнов не оговорил госстатус русского языка. Вообще, чем больше языков параллельно звучит в стране – тем лучше. Те же финны поголовно говорят на английском, что немало способствует подъему страны. Швейцарцы (четыре государственных языка, включая ретороманский) прекрасно себя чувствуют и в Германии, и во Франции, и в Италии, – и хороши у них и часы, и сыры, и магазины.
Другое дело, что слова депутата Островского являются пустым, хоть и русским, звуком. Мы вновь, как и при Горби, грозим и грезим танками (у нас, между прочим, предвоенное состояние с Грузией) – какой тут, к черту, языковой госстатус? А на бытовом уровне русский тоже загибается: Россия так и не создала за границей ничего подобного Французского институту, или институту Гете, или институту Сервантеса, или Британскому Совету (и даже если мы создадим за границей институт Толстого, у, например, англичан есть моральное право поступить с ним, как мы с British Council: то есть обвинить в шпионаже и закрыть).
И прекрасные идеи бывают бессмысленными. Чуть было не написал: «достаточно взглянуть на Госдуму».
2008
«ЯБЛОКО» ОТ ЯБЛОНЬКИ
Прошу прощения за рассказ про свои самовары, но я в начале недели прохлаждался в тени дачной яблони. И тут позвонили знакомые и трагически сообщили, что «либерализм в России кончился, Явлинский ушел».
Яблоня, доложу вам, в наших широтах – дело серьезное. Корни в бедных суглинках подмываются высоко стоящими грунтовыми водами, обильное цветение не гарантирует завязи, а завязь – плода. И, кстати, хозяину на заметку: отключайте вы на даче по-диоклетиановски этот чертов сотовый телефон!
И тогда известие об уходе Явлинского с поста главы «Яблока» покажется не трагедией, а положительным знаком (приход Митрохина на его место, правда – не столь замечательным. Что Митрохин сделал, кто он и откуда? А, говорите, он тень Явлинского? Но сам Явлинский – не отец Гамлета, да и Гамлетом был лишь в эпоху экономической программы «500 дней». А за последние годы этот достойнейший джентльмен обогатил политическую жизнь единственным ярким моментом – прозвищем «Непорочная Гриша»).
То, что называется в России «кризисом либерализма», на самом деле есть кризис мужественности, если мужчиной считать того, кто ради идей и убеждений готов пожертвовать карьерой и свободой. Ведь что такое Явлинский как политик? Он проводник схемы: «То, что делает власть – бесчестно и плохо (тут Явлинский прав); вот вам, граждане, план, как сделать все хорошо (звучит красиво), голосуйте за меня, и, когда я буду у власти, я этот план претворю».
Но граждане голосовать за Явлинского никогда не спешили (в 1996-м, например, они в большинстве своем хотели голосовать за Зюганова), а как быть гражданам в той ситуации, когда власть вмешивается в выборы, не допуская кандидатов или фальсифицируя результаты, или когда губернаторские выборы попросту отменяются, – тут Явлинский вообще помалкивал. Как, скажем, и Зюганов. В итоге разница между этими двумя джентльменами исчезла: оба так уютно устроились в вечных оппозиционерах, что иногда казалось – по договоренности с той самой властью.
И если это либерализм, то пускай исчезает. Тем более, что на Явлинском есть личный грех – уничтожения (или попущения уничтожению) всего живого, что среди «яблочников» было. Арестованный «яблочник» Максим Резник был объявлен Явлинским чуть не провокатором. Алексей Навальный исключен из «Яблока» «за национализм» (ха! Я вел на пару с Навальным в клубе «Билингва» теледебаты националиста Крылова с писателем Минаевым, запрещенные в итоге к показу по ТВЦ – националистического в Навальном не больше, чем во мне девичьего). Даниил Коцюбинский (гигантская умница!) из «Яблока» ушел. В итоге остались тени теней, и не случайно недавно на моих глазах в дискуссии комиссар «нашистов» Никита Боровиков разделал под орех главу молодежного московского «Яблока» Ивана Большакова (он бы и Явлинского разделал, когда бы тот подобных дебатов старательно не избегал).
Так что уход Явлинского – это не кошмар. Кошмар, если остатки явлинцев будут цепляться за прежнюю схему, подразумевающую монополию на либерализм.
2008
КОМПЬЮТЕРНЫЕ ИГРЫ ДМИТРИЯ МЕДВЕДЕВА
Президент Медведев предложил увольнять чиновников, не владеющих компьютером. Бурные аплодисменты!
А то вот мне рассказывали, что мэр Тольятти Уткин, не умея работать на компьютере, умудрялся вести в интернете ЖЖ. Его, правда, не просто уволили, а арестовали. И правильно: логически развивая инициативу президента Медведева, чиновников следует сразу сажать в тюрьму. Причем владеют они компьютером или нет – неважно: эффективность их управления заведомо равна нулю.
Ведь что такое в России чиновник? Не слуга государства, а слуга государев. А сегодня решительно не понятно, кто в России является государем. Медведев? Не уверен. Путин? Не уверен тоже. И чиновники не уверены. А пока они не уверены, никакие их умения (включая компьютерные) востребованы не будут. Кроме умения, понятно, тянуть резину в ожидании, кто же там победит и что им прикажут делать. Вон хоть родину Медведева с Путиным возьмите, город Петербург – как им быть, какие решения принимать? А вдруг как Медведев будет против небоскреба Газпрома? Вдруг как Матвиенко переведут в Москву?
Нет, решительно нельзя работать в этих условиях!
А условия будут оставаться неизменными, пока в России будет существовать византийская, централизованная, управляемая из Кремля модель. И уж если Медведев требует от чиновников эффективности, то лучше бы он боролся не за компьютеризацию, а за децентрализацию. Вернул бы выборность губернаторов. Дал бы областям – по примеру американских или английских графств и советов – право законотворчества и самоуправляемости. Ликвидировал бы чиновничьи «мигалки» (включая собственную). И тогда бы, глядишь, граждане стали требовать со своих слуг эффективной работы.
И прощали бы им компьютерную неграмотность, когда их работа и без нее эффективна.
2008
ДЕНЬ СУРКА, ИЛИ ОККУПАНТЫ И ОККУПИРУЕМЫЕ
Сидя летом на даче, забавно высунуть нос из норы в это, как его… – а! информационное пространство. Что там у вас? Президент Медведев назначил начальником милиционеров по центральному округу своего однокурсника Кожокаря? Повысив с должности замначальника РУВД сразу до генеральской? Нормальный ход! Если бы вы командовали папуасами – тоже назначали бы в гауляйтеры белых людей, с которыми приплыли на одном пароходе.
Словами «папуас», «гауляйтер» я стремлюсь не обидеть, а объяснить тот тип отношений населения и власти, что сложился в России. Впрочем, еще до меня его объяснил Михаил Ходорковский. Полгода назад он заметил, что «ментальность россиян, взаимоотношения народа и элиты, место спецслужб в общественной жизни характерны даже не для воюющей, а для оккупированной страны».
Трудно не согласиться. Власть в России действительно ужасно напоминает оккупационный режим, даже в деталях. Вон едет с «мигалкой» присланный Римом наместник (назначенный Рейхом гауляйтер). Абориген обязан свидетельствовать почтение Риму, уступая дорогу. Путь следования наместника называется у полицаев «спецтрассой», а называю я полицаев полицаями, потому что кто ж они еще? Не милиционеры же и не полицейские – потому что те служат народу, а эти только Рейху и Риму. Вон, аусвайсы проверяют: выслуживаются, ищут партизан.
Правда, Россию от Рейха и Рима отличает отсутствия деления на метрополию и колонии, фатерлянд и зону оккупации. У нас оккупанты, оккупируемые – все вперемежку. А перемешиваться они никак не должны. И поскольку Риму нужна свежая (в империи пока сохранена формальная ротация императоров), сепарация идет по принципу личного знакомства. Не аборигенов же, пусть и толковых, во власть пускать? Потому что если аборигены сами выбирают себе шерифа или мэра, то императору там места нет.
Владимир Путин, как известно, предпочитал своих из КГБ. Дмитрий Медведев, похоже, предпочитает своих из ЛГУ. Хотя возможно, дело не в личном знакомстве: я вот с любопытством смотрю, как гауляйтеры, схваченные за руку на взятках, тут же определяются Римом в сенаторы.
Но по-настоящему интересно не это, а поведение аборигенов, обменявших свободу и ответственность на нефть и благополучие. Оккупируемые ведь властью Рима довольны и не хотят иной: наверное, верят, что деньги от нефти не кончатся никогда, а потому Рим может рулить, как хочет.
Помните, было поколение советских людей, всецело преданных власти: когда СССР рухнул, они оказались беспомощны и ни на что не способны, – кроме крестного хода с пустыми кастрюлями и хоругвями с Ильичем. И ведь не представляли, что крушение империи случиться. Ведь и сейчас ведь трудно представить марш пустых нефтепроводов – под хоругвями с Путиным…
2008
СЛОВО ПРАВДЫ ВЕСЬ МИР ПЕРЕВЕСИТ
Про экономические причины, вынудившие правительство России в августе 1998-г девальвировать рубль и объявить дефолт, сказано много. Про роль морали в экономической политике не сказано вообще ни слова.
Грубо говоря, кризис в 98-м случился потому, что правительство было обременено социальными обязательствами и жило не по средствам; реформы же социальной сферы оно не проводило, считая, что это вызовет бунт и вернет к власти коммунистов.
Правительство полагало, что каждый народ заслуживает своих правителей, а также полагало, что развращенный социальной халявой народ не поймет таких материй, как убийственно низкая цена нефти в $10 за баррель, займы МВФ и выпуск ГКО. Это вранье имело красивую форму: курс рубля искусственно удерживался на уровне 6 рублей за доллар. Ведь в долларизированной экономике народ понимал, что такое 6 рублей за доллар, а что такое котировка российских евробондов по 10 % от номинала, – этого он понимать не хотел.
Народ хотел жрать, потреблять, народ хотел халявы и возврата в СССР, это вообще это был на редкость безответственный народ, – но другого народа в России не было. Потому что другой народ образуется, когда сам начнет принимать решения, расхлебывать последствия и признавать собственную вину. Такое случилось, например, в прошлом веке с немецким народом.
Если бы либералы относились к своему народу с уважением, то есть признали право народа выгнать их поганой метлой и вернуться в прошлое с коммунистами во главе, они бы не устроили бесчестных президентских выборов 1996 года, когда победить должен был Зюганов, но вместо Зюганова в президенты продавили Ельцина. А если бы в 96-м Зюганов стал президентом, это ему бы спустя 2 года пришлось бы объявлять дефолт и девальвацию. А жителям России в 98-м пришлось бы пересматривать взгляды на госэкономику и социальную халяву.
Но, повторяю, в 96-м либералы считали, что возможна ложь во имя спасения. В том числе и во имя спасения личного благополучия. И эта ложь потянула за собой прочее вранье.
Когда в 98-м грянул кризис, я вел прямые эфиры на «Радио России». День на третий кризиса Зюганов пришел ко мне в студию, а вместе с ним пришли министр информации Лесин, глава ВГТРК Швыдкой и ведущий программы «Зеркало» Сванидзе. «Да, не думали мы с тобой, Николай Карлович, что будем снова под коммунистами жить», – сказал Швыдкой, когда Зюганов на минуту отлучился. И Сванидзе ему кротко кивнул.
То есть все были готовы под Зюганова лечь.
А Зюганов испугался власть взять: ему было хорошо в оппозиции. Там он мог ни за что не отвечать.
Всем – Зюганову, либералам, Швыдкому – в их тогдашнем положении было проще народу врать, что у нас замечательный народ, и что такой замечательный народ не может ни в чем ошибаться.
И, думаю, это вранье и есть причина того, что сейчас, когда нефть стоит $130 за тонну, а бюджет профицитен, все чувствуют общую тревогу, как будто завтра все это снова рухнет.
2008
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?