![](/books_files/covers/thumbs_240/russkiy-rulet-ili-kniga-malyh-form-igry-v-paradigmy-sbornik-63255.jpg)
Автор книги: Дмитрий Губин
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
ВЫСТРЕЛЫ ПО ЭРЦГЕРЦОГУ В ЦХИНВАЛИ
Про военные действия в Южной Осетии я узнавал по телевизору на даче, где нет доступа к интернету и спутнику. «Война началась, грузины на нас напали», – сказала теща. Ей так по телику разъяснили, и она верит ему, а не мне. «Полно врать-то! – кричит в запале она. – Хин… Цхинвали – это Россия!!»
Понять, что происходит в Цхинвали, по российскому ТВ сложно. Понять, из-за чего происходит – невозможно: слово грузинской стороне не дают. Это же не Би-Би-Си, где всегда на все две точки зрения. А у нас – слова врагу не давать, а кто враг – ясно и без всякого трибунала в Гааге.
Правда, в эфире накладка на накладке. По телеканалу «Вести» какой-то замминистра утверждает, что в Тбилиси запретили российское телевидение («Перекрывает доступ к информации тот, кому есть что скрывать!»). А на «5 канале» принимают звонок из Тбилиси: да что вы, у нас все российские телеканалы идут. По «Первому» говорят, что грузинские «бандформирования» блокируют машины «Скорой», а по РТР показывают репортаж о доставке «Скорыми» раненых в больницы. То, что 58-я армия (она к миротворцам отношения не имеет) вошла на территорию Грузии без разрешения Грузии, или что наши ракетами били по Гори и объектам под Тбилиси – я вообще сразу не понял. Но моя теща поняла главное: там наших бьют. Ведь ей сказала, что у большинства в Южной Осетии – русские паспорта. И, разумеется, не сказали, что российские паспорта там с неожиданной легкостью стали раздавать налево и направо 2 года назад.
Я сейчас не о том, кто агрессор, кто жертва: вот вышлю с дачи этот текст в редакцию, дорвусь до интернета, тогда и решу.
Я о том, что пропаганда сначала формирует виртуальных врагов, потом начинает верить в созданное сама, а затем в силу веры начинает реальную войну.
В 1914-м в Сараево, кстати, тоже все развивалось именно так.
2008
ВЕЛОСИПЕД И ВЫСШИЙ СУД
Подобно многим взрослым, приобретшим, наконец, велосипед, я купил его, чтобы компенсировать отсутствие велосипеда в детстве. И – отсутствие средства передвижения в юности, когда я открыл для себя петербургские Острова.
Трудно поверить, но лет 15 назад Крестовский остров представлял собой смесь пролетарских бараков и заведений полупрофессионального спорта, в котором нет места ни высшим достижениям, ни дезодорантам в раздевалках. Там стучал мяч и ждали трамвая. На Каменном острове царила печаль: сквозь фундаменты разрушенных вилл прорастали дерева. Дачи совбонз отгораживались от плебса напяленными на ажурные заборы бетонными щитами, и дачу К-9 я ненавидел особо за перекрытый выход к Малой Невке.
Я объезжал это добро, мечтая о времени, когда заборы тяжкие падут, виллу Половцева отреставрируют, виллу Мельцера восстановят. И радовался, когда стройки и реставрации начались. Правда, новое выглядело грубым, железобетонным. А когда однажды я заехал на стрелку Крестовского справа от Гребного канала, меня не пустили: частная собственность, понял, нет? «Набережные по закону приватизировать нельзя», – сказал я. «В рыло дать?» – скучно поинтересовалась охрана.
Последним ударом стала стройка на набережной Крестовки. Там трехэтажные кирпичные домики пару лет назад подвели под крышу и бросили. Арестовали? Разорился? – гадал я о судьбе хозяина. И снова мечтал: забор уберут, я объеду все острова по периметру по кромке воды!
В этом году дома достроили. Целый прекрасный поселок. Я попытался подъехать к воде, но тщетно: набережная утыкалась забор. На входе маячили «стаканы» охраны, какими метит землю в самых лакомых местах ФСО. Персональный выход к воде оттяпал себе Конституционный суд.
Я вот думаю: если недавно министр МВД предложил регистрировать велосипеды – может, правильно, предложил? Чтобы всяких любопытствующих отслеживать и пресекать?
Хотя это недостаточно радикально.
Людей на велосипедах надо вообще запрещать.
2008
ОСЕНЬ ПАТРИАРХА, ИЛИ СТО ЛЕТ ОДИНОЧЕСТВА
Если бы в России существовал тотализатор, то, поставив на дипломатическое признание Южной Осетии и Абхазии со стороны Никарагуа, можно было бы сорвать крупный куш – кто мог ожидать! Но ларчик наверняка открывался просто.
Вряд ли президент Никарагуа, экс-террорист, сандинист и коменданте Даниэль Ортега, в 1990-м потерявший власть, в 2006-м в нее вернувший (ценой отречения от социализма), вдруг воспылал старой любовью к новой России, а также к наиновейшим Абхазии и Осетии.
Любовь и поддержку новым республикам высказал, например, и Лукашенко – но только когда от разговора о плате за нефть и газ было не отвертеться. Поддержала (на словах) и Сирия – но опять же перед переговорами о закупках российского вооружения. Искренне, не ища материальных выгод (как мне кажется), Абхазию и Осетию поддерживают лишь Кастро и Чавес – эти Бим и Бом мирового цирка.
Если отвлечься от поиска правых и виноватых, то мировая картина поддержки Москвы, Цхинвали и Сухуми – это картина одиночества России с вкраплениями зависимостей. Зависимостей немного. Одиночества – как у вдовы.
Те немногие либералы, что сегодня восклицают: «Они что, не понимают, к чему это ведет?!» (под «ними» понимая российскую власть) – восклицают зря. Понимают. По крайней мере, понимает тот человек, про которого сегодня в Москве говорят «он больше не номер один, хотя и не номер два», и который, судя по всему, лично руководил операцией в Грузии – Владимир Путин. На недавней встрече в узком кругу он говорил примерно следующее: понимаем, что Олимпиады в Сочи может и не быть, но мы готовы, и строить все равно будем, только уже не два стадиона, а один.
Хорошо бы и всем остальным понять, что именно жизнь в одиночестве нам предстоит. Абхазия и Южная Осетия, чтобы выйти из изоляции, наверняка де-факто войдут в состав РФ: политическая двухходовка, Ортега мог не торопиться. Но Россию, приобретшую по случаю два депрессивных региона, все равно ждет одиночество.
Я готовить поставить на это по крайней мере тысячу лари.
Как и на то, что Ортеге от нас снова чего-нибудь нужно. От СССР в свое время этот достойнейший джентльмен получил 50 танков Т-52, 250 военных советников и 125 миллионов долларов на революционную борьбу. Сейчас сумму придется мультиплицировать.
Одинокому жить дороже, чем семейному, но расплачиваться Владимиру Путину помогут все.
2008
И СНОВА ЗДРАВСТВУЙТЕ, ЛЕОНИД ИЛЬИЧ!
Товарищ! Собираясь в Москву, приготовь паспорт и билет, подтверждающий не более чем трехдневное пребывание в столице без прописки. То же касается товарищей, прибывающих в Ленинград. Я вас, товарищи, серьезно предупреждаю.
Моя родная сестра Анна сказала, что ей срочно нужно питерская прописка, то есть регистрация. Пусть временная, пусть хоть в Ленобласти, – иначе ее уволят. Я посмеялся: она работает в госструктуре, наверняка там отдел кадров чудит. Я сам во времена СССР прописывался временно во Всеволожске, а жил в Ленинграде подпольно прямо в редакции журнала «Аврора», на работу в который меня без прописки не брали.
Но месяц спустя после разговора с сестрой в московской телекомпании «Мир», где я веду ток-шоу (то есть являюсь, как ныне говорят, резидентом), мне отказались выдать пропуск – опять же по причине отсутствия московской прописки, и я снова посмеялся: это ж спутниковый, а те центральный канал.
Но на днях меня не пустили в Останкино уже на Первый: я туда был зван экспертом на ток-шоу. Милиционер на входе, повертев паспортину, потребовал билет, подтверждающий, что в первопрестольной я нахожусь менее трех дней. Сказанные мной по глупости слова про гарантированную Конституцией свободу передвижения, про саму Конституцию как закон прямого действия и про наличие у меня автомобиля, на котором в любую секунду могу уехать-приехать, сотрясли пустоту.
То есть, хотя никаких формальных законов нет – я потом узнавал, в Москве действуют положения о регистрации 2006 года, в них про «три дня» нет ни слова – какая-то негласная «указивка» по советскому образцу всем людям в погонах была спущена. И вы, товарищи, собираясь в поездку, это имейте в виду.
Что же с моим конкретным случаем? В СССР вопрос с пропиской в столицах решался посредством либо женитьбы, либо постановления обкома. В сегодняшней России милиционер меня пропустил, узнав, что я иду на ток-шоу Андрея Малахова – ну нельзя же было шоу «самого Малахова» сорвать.
А поскольку жениться на Малахове я не собираюсь точно, следует признать, что Первый канал в России занял место обкома. А Малахов – место секретаря по идеологии.
2008
ЭКОНОМИЯ И БЕРЕЖЛИВОСТЬ
На Октябрьской железной дороге – зима. Пассажир, отправляющийся в поездку, понимает это уже при входе в вагон.
Вагоны протоплены минимум до +26: это новые вагоны, «наглядное подтверждение возрождения российского железнодорожного машиностроения» (цитирую «Промышленный еженедельник»), и в них на электронном табло всегда можно видеть температуру. В мою прошлую поездку было +30.
Можно посочувствовать тем, кому жаркий железнодорожный климат не по нутру, но опытный пассажир всегда берет с собой пляжные шорты и тапки. Однако если кто-то пляжную одежду забыл, повода для паники нет: окна в вагонах тверского производства не законопачиваются на зиму наглухо (как в прежних, производства ГДР), а потому предусмотрительно открываются проводником еще на перроне. Кроме того, когда поезд наберет ход, включат кондиционеры. Кондиционеры и зимние сквозняки сделают свое дело: к утру станет прохладнее градуса на четыре.
Разумеется, всякие мелочные, склонные к склочности граждане могут напомнить, что стоимость отопления с одновременным кондиционированием влияет на цену поездки; что руководство РЖД сто раз заявляло, что пассажирские перевозки убыточны и дотируются за счет грузовых; что цены на билеты то же руководство и по той же причине намерено повышать; что страна вступила в полосу полномасштабного экономического кризиса.
Но занудствовать глупо. Разумеется, руководство РЖД про экономию и про кризис все знает. Вице-президент РЖД Вадим Морозов, например, только что сообщил о предстоящем сокращении 39 тысяч сотрудников своего ведомства и уменьшении премий, что «позволит сократить издержки не менее чем на 6 %».
Нет сомнений, что г-н Морозов свое обещание сдержит.
Надеюсь, ему подарят на Новый год пляжные шлепки и плавки.
2008
ИДЕТ ОХОТА НА ВОЛКОВ
Генпрокурор Юрий Чайка, а вслед за ним телеканал «Вести» заявили о новой криминальной тенденции: чиновников убивают все чаще.
Если раньше жертвами преступлений «были… лидеры и члены преступных группировок, коммерсанты и бизнесмены… то сейчас мы видим, что потерпевшими или жертвами становится все большее количество государственных служащих», – сказал генпрокурор.
То, что громко называлось «российской криминальной революцией», на поверку оказалось эволюцией: преступность не исчезла, просто сменился социальный слой и класс, на который ведется охота.
Идеальный объект охоты – вовсе не тот, у кого есть деньги, а тот, у кого есть деньги, нажитые в обход закона. На излете советской власти – если говорить не о бытовой, а об организованной преступности – мишенью криминала были валютчики и фарцовщики, подпольные коллекционеры и антиквары (впрочем, легальных не существовало). При российской власти деньги перекатились в бизнес (тогда довольно «серый» по своему устройству) – и тут же последовала смена объекта. И вот обеление бизнеса, к которому так долго призывали чиновники, свершилось: трудно взять бандитскую долю с предпринимателя, осуществляющего платежи по безналу, работающего «вбелую» и имеющего милицейскую «крышу», то есть, прощу прощения, охранную структуру. Но к этому времени «в тени» оказались чиновники.
Очень может быть, что попавшие недавно под пули владикавказский мэр Караев или самарская судья Дроздова пылись эту тенденцию преломить. Но сама тенденция очевидна: успешная чиновничья карьера в России неизбежно приводит в сумрак. Российский бизнес обелялся по причине контроля со стороны государства и усталости от «черного нала». Кто, спрашивается, в России проконтролирует государство, если выборы губернаторов отменены, прочие трудно признать свободными, а критику госустройства, как показывают суды над блогерами, легко можно признать призывами к насилию?
2008
РЫНКА НЕ БЫЛО И НЕТ
Мой приятель, инвестбанкир, в ответ на «как дела?» к привычному «рынка нет» неожиданно добавляет «да, собственно, никогда и не было».
– Понимаешь, – учит меня основам ремесла человек, заработавший свой первый миллион в 25 лет, – смысл игры на фондовом рынке не в том, чтобы предугадать колебания курса. А в том, чтобы вложиться в хороший бизнес, который недооценен. То есть не выиграть, а заработать.
– Что значит «хороший бизнес»? – спрашиваю я.
– Во, начинаешь врубаться! – радуется он. – Хороший бизнес – это бизнес, который производит востребованный продукт. И это бизнес, который технологически хорошо отлажен. Как говаривал Уоррен Баффет, следует покупать акции тех компаний, которыми сможет управлять идиот, потому что рано или поздно это случится. А Баффет заработал сорок миллиардов! Для этого и открывается информация о компании перед IPO, чтобы инвестор мог ее оценить…
– Ну? – говорю я, еще не понимая, куда он клонит. – У нас то же самое. Но те, кто вложились в акции Сбера, потеряли 80 %…
– Если бы Сбер был в Европе или США, с ним было бы все ясно: низкотехнологичный рилейловый банк, ориентированный на беднейший, к тому же исчезающий слой. Но мы в России. А в России я в 2003-м вложился в самую лучшую, технологически безупречную компанию, производящую сверхнужный продукт. Знаешь, как компания называлась? «ЮКОС»…
– У нас сильны политические риски, – вздыхаю я.
– Опять не догоняешь, – вздыхает приятель. – Политика – это выражение экономики. У нас нет рынка. И не было. Наша политика означает, что экономика в России устроена так: своим можно все, а чужим ничего. Царь, опричнина, крепостное право. Поищи рынок при Екатерине! Что, был?! Там фавориты вместо рынка были. А делать ставки на фаворитов – это казино, а не рынок.
– Ну, так и? – говорю ошарашенно я, потому что возразить мне нечего.
– Ну, и… – мрачнеет приятель. – Либо менять профессию, либо наниматься на работу к фавориту, либо уезжать туда, где рынок есть. Это и называется кризис. Вот ты, умник, догадайся, что я выберу?
2008
ПЧЕЛЫ СНОВА ПРОТИВ МЕДА
На Дальнем Востоке люди выходят на улицы, протестуя против повышения пошлин на иномарки. В Тольятти и Набережных Челнах людей выводят на улицы, чтобы они приветствовали повышение этих пошлин.
Те, кто следит за конфликтом интересов, понимают, что российская вертикаль должна определиться: либо поддерживать Приморье, где доход сотен тысяч людей зависит от импорта японских машин, – либо Поволжье, где доход сотен тысяч людей зависит от выпуска отечественных авто. И понимают, что подходов к вопросу два: либо количественный (производителей «Жигулей» больше, чем перегонщиков «Тойот»), либо качественный (даже старая «Тойота» лучше новых «Жигулей»).
Вариант в теории возможен и такой, и такой, однако дело в другом: в ответственности за принятое решение.
В тот момент, когда я пишу этот текст, уже ясно, что государство поддержит «АвтоВАЗ»: пошлины повысит, а покупку недорогих «Жигулей» поддержит субсидиями на небольшие (до 350000 рублей) автокредиты. И точно так же ясно, что за это решение никто не будет отвечать. Хотя бы потому, что в «Жигули» не пересядет даже руководство «АвтоВАЗа»: переход завода под контроль «Рособоронэкспорта» в 2005-м начинался с того, что для новых начальников были закуплены Toyota Land Cruiser (как мило, что против их ввоза в Россию борются их пассажиры!)
Во всем мире руководители автоконцернов ездят только на собственном автопродукте, подобно тому как любой повар ест собственную стряпню. Единственное исключение – «АвтоВАЗ». Во всем мире главы автопроизводящих стран ездят на только на отечественных автомобилях. Исключений два – премьер-министр Италии (Audi) и президент России (Mercedes).
Может, потому, Берлускони и Путин так нравятся друг другу, и им так нравится кошмарить политических оппонентов – вместо того, чтобы разбираться с отвратительным качеством «Фиата» и «Жигулей»?
2008
ОСТОРОЖНО, ДВЕРИ ЗАКРЫВАЮТСЯ!
Когда-то в Петербурге я не любил губернатора Яковлева. Был такой, если помните, сразу после Собчака, городской руководитель, с имиджем твердого хозяйственника. При этом грязь в Питере была непролазная даже не Невском.
Я, наивно разоблачая этого ныне поглощенного историей персонажа, даже написал как-то в ярости, после очередной протечки в питерской квартире, статью под названием «Газообразный Яковлев», где много какие претензии предъявил. Я там написал, что все эти якобы твердые хозяйственники только и умеют, что начальствовать, сидя в своих кабинетах. Что надо развивать инициативы снизу – жилтоварищества, частные управляющие компании, потому что люди, объединившись снизу, лучше знают, как убирать снег зимой, как бороться с пылью летом и как содержать в чистоте ухоженные и не унижающие достоинства парадные.
О, как же наивен я был! Жилтоварищества, ТСЖ, в Питере организовались в неимоверном количестве. Вот, например, я и мои соседи – это теперь ТСЖ. Нам передали в общую собственность дом, построенный в 1958-м году и с тех пор ни разу не ремонтировавшийся, и мы сами скидывались и меняли входную дверь, за свой счет ремонтировали подъезд и так далее.
И вот этой зимой, когда Петербург завалило снегом, а потом вышло солнце и снег потек – у нас в доме протекли все квартиры верхних этажей. Включая и мою, свежеотремонтированную. А еще протекла квартира моей тещи. А еще квартиры моих знакомых. И они протекли мощно и хорошо – заливая компьютеры, книги и паркет.
И вот тут выяснилось, что мы делимся на две неравные партии. Та партия, которая не организовала ТСЖ, может требовать от городских властей делать ремонт, называть нынешнюю губернаторшу Матвиенко жидкой хозяйственницей и вообще качать те права, которые в Питере есть у униженных и оскорбленных.
А мы, создавшие ТСЖ, не можем предъявлять претензии никому, ведь Валентина Матвиенко публично сказала – в неубранном снеге виновата не она, а дурные управляющие компании, и дурные ТСЖ, которые эти дурные компании себе на крышу выбрали.
Так что делюсь с вами опытом: если только у вас не совсем новый дом – не спешите создавать ТСЖ. Иначе окажетесь со мной в одной компании.
То есть в дураках.
2010
РОБИН ГУД ПРОТИВ ПУТИНА
Меня пригласили на телешоу по теме «богач-бедняк». Повод: премьера голливудского «Робин Гуда» с Расселом Кроу и Кейт Бланшетт.
Когда телесъемку планировали, фильм на экраны еще не вышел, и редакторы программы не знали, что «Робин Гуд» ограничивается историей знаменитого разбойника в той части, когда он еще был не разбойником, а наоборот, честным воякой и слугой королю.
Это старый прием: показать становление героя, чтобы зритель понял, какие несправедливости мира принудили его идти на бой.
В нашем английском случае несправедливостью были непомерные налоги на войны, ведшиеся Ричардом Львиное Сердце, а затем и его братом, – плюс практика внесудебной расправы с несогласными. То есть, в сумме, беспредел вертикали королевской власти. В реальной истории этот беспредел привел к маршу несогласных, то есть войне баронов против своего короля. Король проиграл: в 1215 году он вынужден был подписать Великую Хартию Вольности – главный закон, гарантирующей запрет на новые налоги без согласования с вассалами, равенство прав, суд присяжных и вообще, контроль за властью короля. А пока равенства не наблюдалось, Робин Гуд восстанавливал справедливость доступными ему средствами. Робин Гуд бился не за бедных. Он бился за справедливость. А потому и стал кумиром – причем не только своего народа.
И как только эта мысль становится ясна, вполне себе высокобюджетный, но предсказуемо средний по качеству блокбастер начинает стремительно превращаться в антипутинское кино.
Ведь что такое Россия при Ельцине до Путина? Это, условно, страна, принявшая Хартию Вольности. Король, то есть Ельцин, не мог ввести закон без одобрения в нижней палате парламента, куда входили как политические партии, так и прямые представители народа – одномандатные депутаты. Затем закон проходил верхнюю палату, состоящую из губернаторов, то есть баронов, – но баронов, избираемых населением. А что сделал Путин? Он уничтожил одномандатников как класс, заменил партии единственной «Единой Россией», отменил выборы губернаторов, да и самих губернаторов из Думы убрал, оставив марионеток. То есть Путин уподобил себя королю Иоанну Безземельному – самому неприятному в фильме «Робин Гуд» персонажу.
Политическая система современной России и Англии XII–XIII веков совпадают настолько, что любой современный российский разбойник, ведущий борьбу с властью под лозунгами равенства и справедливости, пусть он трижды осужден Басманным судом, – в наших сердцах все равно герой. А в планах продюсеров Голливуда – я так понимаю, герой на экранизацию.
Не знаю, дождемся ли мы когда в России свободы, равенства и братства, без которых справедливости не существует, – но, полагаю, голливудского блокбастера про Ходорковского мы дождемся непременно.
2010
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?