Электронная библиотека » Дж. Редмирски » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "По дороге в вечность"


  • Текст добавлен: 24 декабря 2014, 16:33


Автор книги: Дж. Редмирски


Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Дж. А. Редмирски
По дороге в вечность

Всем, в чьей жизни хотя бы раз был момент слабости. Ваша боль не будет вечной, поэтому не позволяйте ей погубить лучшее в вас


J.A. Redmerski

THE EDGE OF ALWAYS

Copyright © 2013 by Jessica Redmerski

This edition published by arrangement with Grand Central Publishing, New York, New York, USA

All rights reserved

© И. Иванов, перевод, 2014

© ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2014

Издательство АЗБУКА®

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru), 2014

Эндрю

Глава 1

Если бы несколько месяцев назад, когда я валялся на больничной койке, мне сказали, что я не только останусь жив, но и обручусь с девушкой-ангелом, обладающей ядовитым язычком… я бы не поверил. Еще меньше я поверил бы, что стану отцом. Но именно так и случилось. Не только для меня. Для нас обоих. Мы с Кэмрин принимаем вызов мира, повернувшегося к нам… неожиданной стороной. События пошли вразрез с нашими планами. Вообще-то, события разворачиваются так, как мы их планируем. Но ни я, ни Кэмрин не стали бы ничего менять, даже если бы могли.

Я люблю это кресло. Оно было любимым креслом моего отца, и только эту вещь из его наследства мне действительно хотелось получить. Конечно, помимо кресла, отец оставил приличную сумму денег. На какое-то время нам с Кэмрин хватит. Мне достался и отцовский «шевроле шевель», но кресло не только удобная мебель, но и хранитель сентиментальных воспоминаний. Кэмрин терпеть его не может, однако никогда не скажет, поскольку вещь перешла ко мне от отца. Я не упрекаю ее. Кресло старое, запашок от него не самый приятный. В обивке дыра – отец прожег сигаретой, еще пока не бросил курить. Я обещал Кэмрин купить какое-нибудь средство и почистить обивку. Это самое меньшее, что я могу сделать, но это я непременно сделаю. Куплю что-нибудь и почищу. Только сначала надо решить, где мы будем жить. Вариантов два: остаться в Галвестоне или переехать в Северную Каролину. Мне без разницы, но что-то подсказывает: о своем истинном желании Кэмрин помалкивает. Из-за меня.

В ванной стихает шум воды, и через несколько секунд оттуда доносится громкое «баммм!». Стена усиливает звук. Я вскакиваю с кресла, телевизионный пульт летит на пол, я мчусь в ванную. По дороге больно ударяюсь лодыжкой о кофейный столик. Растяпа!

– Что случилось? – ору я, распахивая дверь ванной.

Кэмрин качает головой и улыбается, нагибаясь за феном. Это он приземлился на пол рядом с унитазом.

Я облегченно перевожу дух.

– Ты еще больше параноик, чем я, – смеется она.

Кэмрин смотрит на мою лодыжку, которую я усиленно растираю. Кладет фен на стол, подходит ко мне и целует в уголок рта.

– Похоже, не мне одной нужно проявлять осторожность в повседневной жизни, – улыбается она.

Я обнимаю ее за плечи, притягиваю к себе, потом глажу по животу. Округлость едва заметна. Я думал, что к концу четвертого месяца Кэмрин будет похожа на детеныша бегемота. Впрочем, откуда мне знать, как выглядят беременные женщины?

– Возможно, – отвечаю я и пытаюсь что-то сделать с покрасневшим лицом. – Наверное, ты это нарочно. Хотела проверить, быстро ли я прибегу на шум.

Кэмрин целует мне второй уголок рта, а затем разворачивается во всю мощь, обрушивая на меня крепкий, убийственный поцелуй. Она прижимается ко мне своим мокрым обнаженным телом. Мне не сдержать стона. Снова обнимаю ее.

Она подстроила ловушку, но мне хватает сил удержаться на самом краю.

– Женщина, черт бы тебя побрал! Сними свои чары. Кэмрин улыбается.

– А ты действительно хочешь, чтобы я их сняла? – спрашивает она, и ее улыбка превращается в издевку.

Я жутко боюсь, когда Кэмрин вот так улыбается. Правильнее назвать ее улыбку гримасой. Как-то после разговора, во время которого она вот так улыбалась, у нас не было секса целых три дня. Самых жутких в моей жизни.

– В общем-то, нет, – нервозным тоном отвечаю я. – Сейчас момент не очень подходящий. Нам через тридцать минут ехать к твоему врачу.

Я надеюсь, что желание сохранится у Кэмрин на протяжении всего срока беременности. Наслушался жутких историй про беременных женщин. Поначалу они ненасытны в сексе, зато потом, когда живот уже выпирает, к ним не подступиться. От одного прикосновения они превращаются в огнедышащих драконш.

Целых тридцать минут. Черт, я бы успел быстренько разложить ее на столе…

Кэмрин мило улыбается, сдергивает полотенце, наброшенное на карниз душевой занавески, и начинает вытираться.

– Буду готова через десять минут, – говорит она, выпроваживая меня из ванной. – Не забудь полить Джорджию. Кстати, ты нашел свой телефон?

– Нет еще.

Я выхожу из ванной, но на самом пороге оборачиваюсь и с сексуально-обворожительной улыбкой добавляю:

– Слушай, а мы могли бы…

Она захлопывает дверь перед самым моим носом. Посмеиваюсь, иду собираться.

Я ношусь по квартире, разыскивая ключи. Заглядываю под подушки, ищу в других, не менее странных местах и наконец обнаруживаю их на кухонном столе, под кипой рекламных газет и буклетов. Останавливаюсь, потом вижу клочок бумажки и зажимаю его в пальцах. Кэмрин не позволит мне выкинуть эту бумажку. На ней написан мой адрес. С этого клочка она диктовала его оператору службы 911 тем злополучным утром, когда у нее на глазах со мной случился припадок. Ей кажется, что бумажка помогла спасти мне жизнь. На самом деле бумажка помогла Кэмрин понять, что же со мной происходит. А в том припадке не было ничего пугающего. Они случались у меня несколько раз. Самое паршивое, что тот произошел в новоорлеанском отеле, перед тем, как мы стали жить вместе. Когда потом я все рассказал ей, сами понимаете, она не обрадовалась.

Кэмрин постоянно боится, что опухоль может возникнуть снова. Мне кажется, такая перспектива пугает ее больше, чем меня самого.

Если такое случится, значит так тому и быть. Мы вместе пройдем через все трудности. Мы всегда и через все будем проходить вместе.

– Детка, нам пора! – кричу я ей из гостиной.

Кэмрин выходит из спальни, нарядившись в облегающие джинсы и такую же футболку. Боже, она опять надела туфли на высоком каблуке. Ну зачем беременной женщине высокий каблук?

– Ты собираешься сдавливать ее крошечную черепушку, запихивая живот в эти джинсы, – качаю я головой.

– Нет, я вовсе не собираюсь сдавливать ни ее, ни его черепушку, – парирует Кэмрин. Хватает с дивана свою сумку и вешает на плечо. – Очень уж ты уверен в себе. Поживем – увидим.

Она берет меня за руку. Мы выходим из квартиры, и я со всей силой захлопываю входную дверь, щелкая замком.

– Я знаю: у нас родится девочка, – убежденно заявляю я.

– Хочешь, заключим пари? – Кэмрин смотрит на меня и улыбается.

На улице ноябрь, но довольно теплый. Мы доходим до машины. Открываю заднюю дверцу, помогаю Кэмрин забраться внутрь и спрашиваю:

– Какое именно? Ты знаешь, я обожаю заключать пари.

Кэмрин устраивается на сиденье. Я обегаю вокруг машины, открываю другую дверь и тоже забираюсь внутрь. Мои руки лежат на рулевом колесе. Я не тороплюсь заводить двигатель. Поворачиваюсь и жду ответа Кэмрин.

Она улыбается, слегка закусывает нижнюю губу и погружается в недолгие раздумья. Ее длинные светлые волосы разметаны по плечам, а синие глаза азартно сверкают.

– Поскольку ты у нас непрошибаемо уверенный, – наконец изрекает она, – вот ты и придумывай пари. А я либо соглашусь, либо нет. – Она вдруг умолкает, потом сердито грозит мне пальцем. – Но ничего сексуального. По-моему, эту сферу ты и так успешно освоил. Я кое-что придумала… – Кэмрин энергично крутит ладонью перед собственным носом. – Не знаю… что-нибудь смелое или значительное.

Хммм. Я в тупике. Вставляю ключ зажигания и, прежде чем его повернуть, говорю:

– Хорошо. Если родится девочка, я выберу ей имя.

На моем лице сдержанная, но гордая улыбка.

– Такое пари мне не нравится. – Кэмрин слегка морщит лоб и задирает подбородок. – Тебе не кажется, что имя ребенку должны выбирать оба родителя?

– Конечно. Но разве ты не доверяешь мне?

– Что ты… – помедлив, отвечает она. – Я тебе доверяю, но…

– Но не настолько, чтобы предоставить мне выбор имени для ребенка? – Я вопросительно изгибаю бровь, хотя на самом деле собираюсь запудрить ей мозги. От моего взгляда Кэмрин становится неуютно. – Ты не договорила, – продолжаю давить я.

– И как ты собрался назвать нашу дочку? – Кэмрин скрещивает руки на груди.

– А почему ты думаешь, что я уже его придумал?

Я поворачиваю ключ зажигания, и «шевель» оживает.

– Только не отнекивайся. – Кэмрин хмыкает и искоса смотрит на меня. – Ты наверняка уже выбрал имя, иначе не говорил бы с такой уверенностью, что родится девочка, и не подбивал бы меня на пари. Особенно накануне УЗИ.

Я, пряча улыбку, разворачиваю машину.

– Лили, – изрекаю я и краешком глаза ловлю выражение лица Кэмрин. Мы выезжаем со стоянки. – Лили Мэрибет Пэрриш.

Улыбка трогает уголки ее губ.

– А ты знаешь, мне нравится, – говорит Кэмрин, и ее улыбка становится все шире и шире. – Признаюсь, меня слегка удивляет твой выбор. Почему Лили?

– Просто так. Приятно звучит.

Мой ответ не убедил Кэмрин. Она смотрит на меня с игривым прищуром.

– Я правду тебе сказал, – добавляю я с легким смешком. – Я озадачился выбором имени с тех самых пор, как ты сказала, что беременна.

– И ты все это время думал об именах?

Кэмрин удивлена, но мои слова явно пришлись ей по вкусу.

– Да. – Тем не менее я краснею. – Но я думал только о женских именах. Хорошего мужского имени не выбрал. Ничего страшного, у нас в запасе еще несколько месяцев.

Кэмрин смотрит на меня с сияющим видом. Уж не знаю, какие мысли теснятся в ее голове, однако чем дольше она на меня взирает, тем сильнее краснеет моя физиономия.

– Что еще? – нервно рассмеявшись, спрашиваю я.

Кэмрин наклоняется вперед, потом обхватывает мой подбородок пальцами и поворачивает мою голову.

– Боже, до чего я тебя люблю, – шепчет она.

Через мгновение я улыбаюсь до ушей:

– Я тоже тебя люблю. А теперь пристегнись.

Кэмрин щелкает пряжкой ремня.

По пути в клинику мы безотрывно смотрим на автомобильные часы. Остается восемь минут. Пять. Три. Думаю, что нас обоих берет некоторая оторопь. Выворачиваю на стоянку. Совсем скоро мы точно узнаем, кого нам ждать – сына или дочь. Первый сеанс ультразвуковой диагностики.

* * *

– Это ожидание меня доконает, – прислонившись к моему плечу, шепчет Кэмрин.

Ощущение странное. Мы сидим в приемной, окруженные беременными женщинами. Я немного напуган и стараюсь не смотреть на этих цыпочек. У некоторых из них сердитые лица. Здесь есть журналы, чтобы скоротать время. В том числе и мужские. Кажется, номер один и тот же, поскольку на обложках – снимок удалого парня, поймавшего здоровенную рыбину. Свою добычу он держит на весу, запихнув большой палец в рыбью пасть. Делаю вид, что читаю статью.

– Мы тут сидим меньше десяти минут, – шепотом отвечаю я Кэмрин и ободряюще провожу по ее ляжке.

Журнал сползает мне на колени.

– Знаю, – говорит она. – Это нервное.

Беру ее за руку, и тут из боковой двери выходит медсестра в форменной одежде розового цвета и называет фамилию Кэмрин. Мы оба встаем и идем в кабинет.

Сажусь у стены. Кэмрин раздевается, затем надевает больничный халат. Я поддразниваю ее, говоря, что халат очень эротичен и позволяет любоваться ее задницей. Кэмрин делает вид, что оскорбилась, но ее выдают покрасневшие щеки. Мы сидим и ждем, теперь в кабинете. Медсестра уходит. Через какое-то время появляется другая. Наверное, она и будет проводить УЗИ. Начинает мыть руки.

– Вы перед приездом сюда выпили достаточно воды? – поздоровавшись, спрашивает медсестра.

– Да, мэм, – отвечает Кэмрин.

Чувствую: она боится. Я знаю, чего именно: вдруг диагностика выявит у нашего малыша какие-то нарушения? Пытаюсь ободрить Кэмрин, говорю, что все будет замечательно, но это не уменьшает ее тревог.

Теперь мы находимся в разных концах кабинета. Кэмрин поглядывает на меня. Я не могу сидеть спокойно. Встаю и подхожу к ней. Медсестра не требует от меня вернуться на место. Она задает Кэмрин вопрос за вопросом, неторопливо надевая медицинские перчатки. Помогаю отвечать, поскольку волнение Кэмрин нарастает с каждой секундой. Она говорит односложно, с паузами. Стискиваю ее руку, пытаясь хоть как-то успокоить.

Медсестра покрывает живот Кэмрин гелем. Моя подруга делает глубокий вдох.

– Надо же, какая забавная у вас татуировка, – говорит медсестра. – Прямо на ребрах. Представляю, чего она вам стоила. Наверное, изображение имеет для вас особый смысл.

– Да, вы правы, – отвечает Кэмрин и с улыбкой смотрит на меня. – Исключительный смысл. Здесь изображен Орфей, но это лишь половина композиции. Вторая половина, Эвридика, – на теле Эндрю. Это долгая история.

Я с гордостью поднимаю рубашку и показываю медсестре Эвридику.

– Обворожительно, – бормочет та, поочередно глядя на наши татуировки. – Не каждый день такое увидишь.

Она возвращается к своим обязанностям. Водя датчиком по липкому от геля животу Кэмрин, показывает на мониторе головку плода, локоток и другие части тела. Чувствую, как хватка Кэмрин постепенно ослабевает. Медсестра без умолку болтает и смеется, говоря, что «все выглядит очень даже хорошо». С лица Кэмрин исчезает нервозность. Теперь она спокойна и счастлива. Я тоже улыбаюсь.

– Значит, вы говорите, беспокоиться не о чем? – спрашивает Кэмрин. – Вы полностью уверены?

– Да. – Медсестра кивает и бросает взгляд на меня. – Пока что я не вижу никаких оснований для беспокойства. Развитие плода идет так, как и должно быть. Движения в норме. Сердечные сокращения тоже. Думаю, вы можете расслабиться.

Кэмрин смотрит на меня. Я чувствую: мы думаем об одном и том же.

Убеждаюсь в этом, когда медсестра спрашивает:

– Насколько я понимаю, вам не терпится узнать пол ребенка?

Мы с Кэмрин переглядываемся. Какая же она красивая! Мне до сих пор не верится, что она – моя женщина и носит моего ребенка.

– Я соглашаюсь на твое пари, – вдруг говорит Кэмрин, застигнув меня врасплох.

Она весело улыбается, стискивает мою руку. Мы оба смотрим на медсестру.

– Да, – отвечает медсестре Кэмрин. – Если сейчас это возможно.

Медсестра передвигает датчик в нужное положение, еще раз вглядывается в экран монитора:

– Вообще-то, говорить об этом пока еще рано, но… я вижу девочку. Следующий сеанс у вас будет недель через двадцать. Тогда мы официально объявим пол ребенка.

Кэмрин

Глава 2

Сомневаюсь, что я когда-нибудь видела у Эндрю такую улыбку. Честное слово, сомневаюсь. Ну, может, тогда, в Новом Орлеане, в тот вечер, когда мы вместе пели и он так гордился мной. Только вряд ли его тогдашние улыбки сравнятся с той, что я вижу сейчас. У меня сердце готово выпрыгнуть наружу, особенно от реакции Эндрю. Теперь я понимаю, до чего же ему хотелось, чтобы у нас родилась девочка. Могу поклясться: он сейчас изо всех сил сдерживается, стараясь не показывать медсестре своих бурных чувств. И мне тоже.

Меня никогда особо не волновало, будет у нас девочка или мальчик. Я рассуждаю как любая будущая мать, которая хочет, чтобы ее ребенок родился здоровым. Только не думайте, что для Эндрю пол ребенка важнее здоровья. Ему важно то и другое.

Он склоняется ко мне и слегка целует в губы. Его светло-зеленые глаза лучатся добротой.

– Значит, Лили, – соглашаюсь я и награждаю его ответным поцелуем, проводя пальцем по коротким каштановым волосам.

– Прекрасное имя, – замечает медсестра, убирая датчик. – Но советую вам на всякий случай выбрать вариант и для мальчика.

– Если ваш сканер не обнаружил у нашей малютки крошечной штучки между ног, значит у нас точно родится девочка, – вдруг говорит Эндрю, обращаясь к медсестре.

Меня душит смех. Я креплюсь и поглядываю на медсестру. Что еще забавнее – Эндрю произносит эти слова вполне серьезно. Заметив мое удивление, он выгибает шею и наслаждается произведенным эффектом.

После клиники мы несколько часов болтаемся по магазинам. Нам обоим было не преодолеть это искушение. Мы и прежде покупали кое-что из детских вещей, но не много. Не было уверенности, какой цвет предпочесть: голубой или розовый. Компромиссный вариант – желтый, но не хотелось «желтить» всю детскую. И хотя вероятность рождения мальчика по-прежнему сохраняется, убежденность Эндрю в грядущем появлении дочки стала еще крепче. Я иду у него на поводу и убеждаю себя: да, у нас родится девочка. Однако Эндрю сдерживает мою шопинговую активность.

– Не торопись, – говорит он, когда я собираюсь схватить очередную девчоночью штучку. – Кстати, мама хотела устроить «Детский душ»[1]1
  «Детский душ» (Baby shower англ.) – американский обычай устраивать вечеринку для будущей матери и праздновать рождение будущего ребенка. Ничего общего с купанием реальных младенцев он не имеет: торжество устраивается для того, чтобы засыпать будущую маму горой подарков для ее малыша. – Здесь и далее прим. перев.


[Закрыть]
. Я тебе говорил?

– Да. Но кое-что мы можем купить и сейчас, – говорю я, бросая в тележку новую добычу.

Эндрю смотрит на тележку, потом на меня и задумчиво покусывает губы:

– Детка, по-моему, ты исчерпала лимит.

Он прав. Я и так набрала почти на девяносто долларов. Впрочем, волноваться не о чем: если родится мальчик, их можно будет обменять.

После магазинов мы заезжаем к матери Эндрю, чтобы сообщить ей новости.

– Я так рада за тебя! – восклицает Марна, обнимая меня. – Правда, я была уверена, что родится мальчик!

Не возражаю и осторожно выпутываюсь из ее объятий. Вместе с Эндрю усаживаемся за кухонный стол. Марна идет к холодильнику, достает кувшин с холодным чаем и наливает нам.

– «Детский душ» мы устроим в феврале, – сообщает Марна, склонившись над разделочным столом. – Я уже все распланировала. Тебе всего лишь нужно появиться, – добавляет она, улыбаясь.

– Спасибо, – говорю я.

Марна подвигает нам стаканы с чаем, затем усаживается напротив.

Я сильно скучаю по дому, хотя и здесь не чувствую себя чужой. Марна мне как вторая мать. У меня до сих пор не хватает духу признаться Эндрю, как я скучаю по своей маме и по Натали. Мне нужно женское общество. Можно любить самого потрясающего парня на планете (мой случай) и все равно тосковать по подругам. Там, где мы сейчас живем, единственная моя сверстница – это Алана. Они с мужем занимают квартиру наверху. Но общения с ней у меня не получается. Несколько раз она звонила, предлагала куда-нибудь сходить. Я врала ей, придумывая отговорки. Больше она не звонит. Думаю, вряд ли мы подружимся.

На самом деле эта скрытая грусть, тоска по дому и все остальное – следствия моей беременности. Гормональный фон взбаламучен. И еще, как мне кажется, это связано с моим диким беспокойством. Я беспокоюсь из-за всего. Нет, я и раньше беспокоилась, еще до встречи с Эндрю. Мне это свойственно. Но когда я забеременела, все мои тревоги и страхи умножились. Будет ли здоров ребенок? Стану ли я хорошей матерью? Не испортила ли я себе жизнь тем, что… Ну вот, опять по тому же кругу. Черт, какая же я ужасная особа. Стоит только этой мысли залезть ко мне в голову, следом меня начинает грызть совесть. Я люблю нашего ребенка. Даже если бы я и могла, то ничего не стала бы менять, и все же… И все же мне не отделаться от этой проклятой мысли: а не поторопилась ли я… не поторопились ли мы оба становиться родителями?

– Кэмрин! – Голос Эндрю извлекает меня из потока мыслей. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да. – Я натягиваю убедительную улыбку. – Со мной все нормально. Просто задумалась… Знаешь, я бы предпочла не розовый, а сиреневый.

– Главное, у нас уже есть имя, – говорит Эндрю. – А цвета можешь выбирать любые.

– Вы что, уже выбрали малютке имя? – Услышав это, явно заинтригованная Марна отставляет стакан.

– Лили Мэрибет. – Эндрю кивает. – Второе имя Кэмрин – Мэрибет. Пусть наша дочь носит имя своей матери.

Боже мой. У меня сейчас сердце растает. Я не заслуживаю такого парня.

Марна сияет от счастья. На ее лице целая гамма всех мыслимых эмоций. Ее сын не только победил смертельно опасную болезнь и выздоровел; он сделал ее бабушкой.

– Какое чудесное имя! – восклицает Марна. – Я думала, первых внуков мне подарят Эйдан и Мишель, однако жизнь полна сюрпризов.

Эндрю улавливает в словах матери скрытые интонации, недоступные мне.

– Как у них дела? – спрашивает он, отхлебывая чай.

– Строят семейную жизнь. Не помню пары, у кого бы все было гладко, без трудностей и борьбы. А они уже давно вместе.

– Сколько лет? – спрашиваю я.

– Они поженились пять лет назад, – отвечает Марна. – А вместе живут, кажется, лет девять. – Она кивает, довольная состоянием своей памяти.

– Наверное, это все из-за Эйдана, – замечает Эндрю. – На месте женщины я бы за такого не вышел, – со смехом добавляет он.

– Пожалуй, это было бы странно, – говорю я, состроив ему рожу.

– Мишель не сможет организовать этот праздник, – продолжает Марна. – В декабре у нее несколько конференций, которые никак нельзя пропустить. И потом, невозможно согласовать время проведения праздника с ее графиком. Особенно теперь, когда она так далеко отсюда. Надеюсь, она компенсирует это подарками. – Марна снова улыбается мне.

Я тоже улыбаюсь, но мои мысли опять разбредаются, и мне ничего не сделать с ними. Сейчас меня занимают недавние слова Марны. Получается, все знакомые ей семейные пары непременно проходили через трудности и «борьбу сторон». Мои притихшие волнения оживают.

– Кэмрин, если не ошибаюсь, твой день рождения – восьмого декабря? – спрашивает Марна.

Мне надо включиться. Это занимает несколько секунд.

– А-а, да. Великая дата. Двадцать один год.

– В таком случае нужно подумать и о праздновании твоего дня рождения.

– Зачем? Не надо ничего устраивать.

Она отмахивается от моей просьбы, как от детской глупости. Эндрю не вмешивается, а просто сидит и улыбается как идиот.

Я сдаюсь. Марну не переспоришь.

Через час мы уезжаем домой. Уже стемнело. Я ужасно устала: от магазинов и от клиники. Радостные волнения тоже утомляют.

Лили. До сих пор не верю, что я стану матерью. Улыбаясь, я вхожу в гостиную. Моя сумка летит на кофейный столик, а сама я плюхаюсь на диван и сбрасываю туфли. Через пару минут Эндрю садится рядом и понимающе смотрит на меня. Я любуюсь его лицом.

Я бы еще смогла одурачить Марну, но нечего и пытаться одурачить Эндрю.


Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 4.8 Оценок: 18
Популярные книги за неделю


Рекомендации