Текст книги "Полевой цветок"
![](/books_files/covers/thumbs_240/polevoy-cvetok-3947.jpg)
Автор книги: Джил Лэндис
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Она бросила в его сторону уничтожающий взгляд, он поднес кружку к губам и сам выпил виски.
– Послушай, Дэни…
– Где Грейди? Почему ты не взял его, чтобы с ним вместе надоедать мне посреди ночи?
Она наклонилась и снова накинула на себя одеяло.
– Он спит. – Трой указал на костер, горевший в нескольких ярдах от ее костра.
– Передай ему привет от меня.
– Куда ты поедешь отсюда?
Она пожала плечами, но затем поняла, что он не мог видеть этого жеста под шкурой.
– Я не знаю. Куда-нибудь. Куда угодно.
– Мне очень жаль.
– Не надо!
Она подняла руку, чтобы он не продолжал. Ей невыносимо было слышать, что он сожалеет о том, что для нее было самым чудным мгновением в жизни.
– После этого все изменилось, – сказал он.
– Как?
Она посмотрела на него с надеждой. В темноте он казался тенью.
– Для тебя изменилось. Ты стала другой. – Трой вздохнул. – Разве ты сможешь снова быть такой, какой была?
– Какой же я была?
– Невинной. Свободной.
– А сейчас?
Он не ответил, но она сама знала ответ. Она подтянула к себе колени под одеялом и обхватила их руками.
– Я не знаю, какая я. Но ты здесь ни при чем. – Она покачала головой. – Еще до смерти Джейка со мной начало происходить что-то непонятное. Я… я чувствовала себя как-то необычно. Не знаю, что это было, но когда Джейк умер, у меня уже не было времени много думать об этом. Потом появились вы и узнали, кто я на самом деле. Потом – эти мужчины в доме Моуза, которого они убили. И теперь… эта ночь… ты…
Трой пододвинулся к ней и обнял одной рукой. Только теперь Дэни почувствовала, что по щекам ее текут слезы. Застеснявшись своей слабости, она быстро вытерла их рукавом. Ей не нужна была его жалость.
– Дэни, неужели нет никого, кто мог бы позаботиться о тебе? Совсем никого? Я мог бы помочь тебе разыскать такого человека…
Трой потер затылок свободной рукой. Ну и вляпался же он! До сих пор он имел дело только с опытными женщинами, которые рассчитывали каждый свой шаг на пути обольщения, за которых ему не нужно было нести ответственность. Он чувствовал себя последним болваном оттого, что сидит у черта на куличках и обнимает эту тоненькую девчушку, которая ровным счетом ничего для него не значит. И все-таки он не мог оставить ее в таком положении. Он пообещал себе, что как только уладит это дело, сразу отправится в Луизиану, а Дэни займет надлежащее место в его жизни – станет еще одним воспоминанием, как и все остальные женщины, которые у него были.
– Мне не нужна твоя помощь, – сказала она, – и я не хочу, чтобы ты меня жалел.
– Я знаю.
– На тот случай, если мне станет по-настоящему плохо, у меня есть еще это чертово письмо.
– Тебе совсем не идет чертыхаться, Дэни. – Еще через мгновение он спросил: – Какое письмо?
– Письмо, адресованное партнеру Джейка. Он сказал, что письмо лежит в библии и что я должна отвезти его в Сент-Луис.
– Пожалуйста, объясни более подробно.
– Каждый сезон мы посылали нашу долю шкур партнеру Джейка в Сент-Луис. Он кредитовал наш счет и посылал нам продукты и снаряжение с торговцем, который приезжает сюда каждый сезон. Так было всегда. Джейк предпочитал не работать на большие компании и оставаться свободным траппером. Он всегда говорил, что доверяет Солу.
– Ты читала письмо?
Она покачала головой.
– Нет. И библию тоже не читала. Джейк всегда говорил, чтобы я заглядывала в библию, если у меня возникнет какой-нибудь вопрос, но эти маленькие слова кажутся мне муравьями, ползущими по странице.
– Это письмо по-прежнему у тебя?
– Да, конечно. Оно в библии.
В душе Троя засветился луч надежды.
– Можно мне взглянуть на него?
– Зачем?
– Я начинаю думать, что тебе следует воспользоваться советом Джейка.
– Мне совсем не хотелось ехать в Сент-Луис, – сказала она не очень уверенно.
– А сейчас?
– Я еще не знаю, что буду делать дальше. В одном я уверена: мне нужно уехать отсюда на время.
Подальше от тебя! – добавила она про себя.
Наступило неловкое молчание. Не слышно было больше голосов гуляющих трапперов и музыки. Близился рассвет. Дэни напряглась и отбросила с глаз волосы. Трой убрал руку с ее плеч и кашлянул.
– Можно мне посмотреть на это письмо, Дэни?
– Зачем? Ты хочешь мне помочь только для того, чтобы облегчить себе душу. Это же понятно.
– Пусть для того, чтобы облегчить себе душу, – согласился он.
Если мне удастся.
– Оно в сумке у тебя за спиной. Библия лежит где-то справа.
Трой начал шарить в большой сумке, натыкаясь на узлы и жестянки, и в конце концов руки его нащупали книгу. Он осторожно достал ее и поднес к глазам. Библия была старая; ее некогда красивый сафьяновый переплет истрепался и облез.
Трой встал и посмотрел на сжавшуюся фигуру Дэни, кажущуюся совсем крошечной под ворсистым одеялом. Он легко мог бы залезть к ней под одеяло, заключить в объятия, утешить и заодно успокоить свою взбудораженную душу. Он легко мог бы сделать этот эгоистический шаг. Но приближалось утро, и велика была вероятность, что кто-нибудь из пьяных охотников наткнется на них и узнает тайну Дэни.
Нет, лучше ему уйти и почитать ее библию. Может быть, она подскажет ему выход из того трудного положения, в которое он сам себя поставил.
– Спокойной ночи, Дэни. Постарайся поспать немного.
– Спокойной ночи, Фонтейн.
Он не назвал ее голубкой…
Она все еще сидела, обхватив руками колени, и проводила его взглядом, слегка покачиваясь взад и вперед. Неожиданно она почувствовала усталость. Страшную усталость. Она посмотрела на восток и поняла, что до рассвета осталось всего несколько часов. Она снова растянулась на апишаморе и сразу заснула.
ГЛАВА 7
Холодный осенний ветер трепал верхушки осин, стряхивая с них желтые листья и оголяя кривые ветви. По небу низко над землей летели серые тучи, скрывающие гребни гор вдалеке. На земле обитатели долины Хамп Боун Холлоу встречали новый день.
Выбравшись из-под своих одеял, Грейди Маддокс в длинной белой ночной рубашке и шерстяных носках покачал головой и рассмеялся, увидев своего друга.
– У тебя заезженный вид, словно ты не спал всю ночь.
– Благодарю. – Трой не смог сдержать улыбку: он действительно не спал всю ночь.
Бросив взгляд в сторону опустевшей стоянки Дэни, Грейди вылил в оловянную кружку оставшийся в кофейнике кофе и покачал ее, чтобы остудить горячую жидкость.
– Похоже, Дэни уже готова к отъезду.
Ее лошади и мул, привязанные к дереву неподалеку, были уже навьючены. Дэни нигде не было видно. Трой сидел, устремив взгляд на костер, и не замечал ни серого утра, ни того, что происходит вокруг него. Дэни встала рано утром и собрала свои вещи. Он безмолвно наблюдал за ней, но притворился, что не видит, когда она прошла мимо него по направлению к центру лагеря – видимо, для того, чтобы попрощаться с друзьями. В руках она держала винтовку и, проходя мимо него, даже не взглянула в его сторону.
Трой решил, что причиной его плохого настроения была бессонная ночь.
Грейди наложил в оловянную тарелку порцию бобов, сел на постель и начал завтракать. Время от времени он поглядывал на Троя.
– Вчера у нас с тобой даже не было времени поговорить, – начал он, позвякивая ложкой. – Ночью я пытался вас найти, но не смог и лег спать. С Дэни все в порядке?
– Конечно.
Трою стало не по себе. На что это Грейди намекает? Неужели ему известно о том, что произошло на речке?
– Ты вчера придумал отличную уловку. Если бы ты не сказал ей, что мы заблудились, она не позволила бы нам ехать с ней.
– Это не уловка, а правда. Мы действительно заблудились.
– Ты шутишь. Как мы могли заблудиться?
– Она же сказала. Эта карта никуда не годится, поэтому мы и заблудились.
– Она по-прежнему хочет ехать одна или собирается взять кого-то из охотников с собой?
Трой пожал плечами.
– Я не знаю ее планов, но ни с кем из этих мужчин она не собирается охотиться.
– Знаешь, а ведь она без ума от тебя! – Наклонившись, Грейди добавил себе бобов. – Я это сразу заметил.
Трой посмотрел на него с изумлением.
– Откуда ты знаешь?
Грейди улыбнулся, посмотрел на Троя глубокомысленным взглядом и пожал плечами.
– Все очень просто. Я художник. В силу своей профессии я привык замечать каждый оттенок в выражении лица и глаз. – Он чуть подался вперед и продолжал: – Она смотрит на тебя, когда ты не подозреваешь об этом, и напрягается, словно ждет чего-то, когда ты рядом. Есть много других маленьких признаков того, что она неравнодушна к тебе, но больше всего о ее чувствах мне говорят ее глаза.
Изумленный открытием друга, Трой встал, покачал головой и потянулся. Потом наклонился и поднял библию, которая лежала на земле возле одеял.
– А как насчет тебя, Грейди? – Листая книгу, он взглянул на продолжающего завтракать друга. – Разве тебе она совсем не нравится?
– Грязная кожаная одежда не может скрыть ее красоту, и, кроме того, я восхищен ее смелостью, – признался Грейди. – Но ты меня знаешь, Трой. По части женщин я тебе не соперник, тем более, когда речь идет о такой женщине, как Дэни. Я вряд ли смог бы удержать ее возле себя. – Без тени зависти он добавил; – Зато ты как раз тот мужчина, который ей нужен.
Трой мрачно покачал головой.
– Ни одна женщина не захочет связывать со мной свою жизнь. И ты, Грейди, это прекрасно знаешь.
– Почему? Ты красивый мужчина. В тебе живет дух приключений и отваги, который ты, без сомнения, унаследовал от своего деда-пирата.
– Это единственное, что я от него унаследовал…
– Через несколько лет дело твое будет процветать.
– Ты знаешь, что я не хочу и не буду строить планы на будущее, пока не покончу с прошлым. Возможно, Деверо уже разыскал Рейнольдса. – Трой устремил взгляд на восток. «Интересно, какие новости ждут меня там?» – подумал он, пожал плечами, и рот его скривился в печальной улыбке. – Наверное, я слишком черствый человек для того, чтобы связать себя обязательствами по отношению к женщине.
Грейди раздраженно швырнул тарелку на землю, что с ним случалось нечасто.
– Это ты считаешь себя таким, Трой! По-моему, ты совсем другой.
– Я считаю себя таким, какой я есть на самом деле. Это не иллюзия, Грейди.
– Тогда почему ты не уехал домой и не оставил меня здесь? Я знаю, ты хотел вернуться в Луизиану два месяца назад.
– Не напоминай мне об этом.
У Грейди достало благоразумия сменить тему разговора.
– Конечно, Дэни не в моем вкусе, но меня беспокоит ее дальнейшая судьба, – Он встал и начал собирать посуду. – Не думаю, что она захочет поехать с нами, но я готов предложить ей отправиться со мной в Бостон. Мои сестры с радостью возьмут ее под покровительство.
Трою совсем не трудно было представить четырех сестер Грейди – все эти ленточки, кружева, косички – суетящимися вокруг Дэни. Но гораздо труднее ему было представить, что Дэни согласится на это.
– Мне кажется, я нашел выход, – начал Трой, – если, конечно, он устроит ее.
– О! – Грейди понимающе улыбнулся. – Злодей без сердца не спит всю ночь, чтобы решить проблему, которая не имеет к нему никакого отношения. – Он сел рядом с Троем. – Я смотрю, ты и библию начал читать!
– Ты будешь слушать меня или нет?
– Пожалуйста, – Грейди махнул рукой и поклонился, словно придворный, – продолжай.
Трой бросил на него мрачный взгляд, но Грейди лишь улыбнулся ему в ответ. Трой поднял библию.
– Похоже, настоящее имя нашей маленькой спутницы – Даника Хоуп Уиттикер. Последняя запись в этой библии говорит о том, что родилась она второго апреля 1812 года.
– Значит, сейчас ей… восемнадцать лет, – сосчитал Грейди. – Я бы не дал ей больше шестнадцати.
– Она происходит из большого рода Уиттикеров, и все они родом из Нью-Йорка или Филадельфии. Ее отца звали Хенри Уиттикер. Ее мать, насколько я понял, родом из Норвегии или из Швеции. Ее звали Инга Йергусен.
– Вероятно, она и назвала ее Даникой. – Трой подал Грейди библию, и тот прочитал запись, сделанную на последней странице книги.
Трой продолжал разбирать биографию Дэни.
– Там не упоминается о человеке по имени Джейк Фишер, который, как сказала мне Дэни, был ей как отец.
– Ты думаешь, мы сможем отвезти ее в Нью-Йорк или в Филадельфию, чтобы найти ее родственников?
– Нет, я думаю, нам не нужно ехать так далеко. Мы можем отвезти ее в Сент-Луис, где живет партнер этого Джейка.
Перелистав страницы, Трой нашел в книге лист пергамента, вытащил и развернул его. Бумага была хрупкой и пожелтевшей от времени.
Страница была исписана аккуратным тонким почерком – безмолвная исповедь человека, написавшего эти строки. Грейди начал читать письмо вслух.
«Соломону Вестбургу, Сент-Луис. Да будет тебе известно, Соломон, когда ты будешь читать это послание, что я перехожу к заключительной главе своей истории. Дружище, ты служил мне верой и правдой все эти годы, и я знаю, что ты выполнишь мою последнюю просьбу. Письмо это передаст тебе девушка, которая называет себя Дэни. Отдай ей все деньги, что я накопил за эти годы. Я знаю, ты позаботишься о том, чтобы она получила то, что ей причитается.
Она – тот ребенок, которого я нашел в 1816 или в 1817 году, о чем я уже писал тебе. Я считаю ее своим родным ребенком и прошу тебя отнестись к ней так же хорошо, как ты относился ко мне. Желаю тебе крепкого здоровья и всяческих успехов. Твой друг Джейк Фишер».
Грейди откинулся назад, продолжая смотреть на письмо.
– Что ты об этом думаешь?
– Там все написано. В Сент-Луисе находятся деньги, принадлежащие Дэни. Возможно, их немного, но этот Вестбург – друг Джейка Фишера, и я уверен, он захочет помочь Дэни разыскать близких. Если сопоставить информацию, содержащуюся в библии, с тем, что написано в этом письме, то вывод напрашивается сам собой.
Заинтригованный этой историей, Грейди продолжил мысль Троя:
– Должно быть, этот Джейк нашел ее или забрал у родителей, когда ей было около четырех лет, и затем вырастил ее сам. Но чего я не могу понять, – он покачал головой, – так это что она делала здесь в 1816 году. Это кажется невероятным.
– Вероятно это или нет, – возразил Трой, – на нашей ответственности восемнадцатилетняя белая девушка, у которой, возможно, где-то есть близкие, желающие знать, что с ней стало. Я думаю, она заслуживает лучшей жизни, чем эта.
Грейди молча оглядел разноцветную долину – красные и желтые осины на зеленеющих холмах, вдали – синевато-серая горная цепь – и вдохнул чистый сухой воздух.
– Разве эта жизнь так плоха?
– Может быть, не плоха для мужчины или для женщины, у которой есть мужчина. – Трой пожал плечами. – Но для Дэни она слишком тяжела. Жизнь здесь – это прежде всего тяжелый изнурительный труд. Либо она не выдержит и уедет с одним из этих дикарей, либо найдет свою гибель в этих горах.
– Значит, нам ничего не остается как уговорить ее поехать с нами. – На лице Грейди появилось скептическое выражение.
– Черт возьми, Грейди, мне совсем не хочется этого делать! Но, боюсь, я чувствую, что несу за нее ответственность. – Он намеренно не добавил слово «теперь».
– Не больше, чем это чувствую я, Трой.
Гораздо больше, чем ты, Грейди!
Трой свернул листок и сунул его обратно в библию.
– Кажется, Дэни уже готова к отъезду, поэтому давай собирать вещи, а не то она уедет без нас. – Трой направился к лошадям.
– Трой… – Голос друга заставил его остановиться и оглянуться. Лицо Грейди, как всегда, было открытым. – Я знаю, ты уже две недели, как готов ехать обратно. И ты меня знаешь: я могу вечно бродить по этим горам, не обращая внимания на непогоду. Но после того как я вчера сделал эти эскизы, я тоже хочу вернуться домой, чтобы, объединив их с прежними набросками, создать замечательные картины. Сюжетов у меня больше, чем достаточно.
Зная друга, Трой спокойно ждал, когда тот дойдет до сути дела.
Я только хотел поблагодарить тебя, Трой, за то, что ты терпел меня все это время. Только благодаря тебе мы благополучно завершаем это путешествие.
Смущенный откровенностью друга, Трой повернулся и начал собирать одеяла.
– До его завершения еще далеко, Грейди. Впереди у нас еще много трудных миль пути до Сент-Луиса.
И много длинных ночей, если Дэни поедет с нами…
– Все у нас будет хорошо. Я совершенно в этом уверен.
– Я тоже надеюсь на это.
Я искренне надеюсь на это!
Сбор трапперов закончился. Вигвамы снесли, и длинная вереница повозок потянулась из долины на юг вдоль реки Снейк. Под серым пасмурным небом Дэни бродила по лагерю, предлагала окончательную цену за товары, что хотела приобрести, и заодно прощалась с друзьями.
В это утро она ощущала потребность покупать разные вещи, в которых она, по сути дела, не нуждалась. Ей не нужны были новые низкие мокасины с бисерным узором в виде острия стрелы, но она выменяла их на две горностаевые шкурки: не нужен был ей и второй мешок сахара, но она купила его по два доллара за фунт. Просто ей захотелось их купить, как захотелось купить новое белое платье из мягкой оленьей кожи, которое она сейчас, тщательно свернутое, несла под мышкой.
Дэни подошла к стоянке Энрике Домингеза. Он тоже собирал вещи, готовясь к отъезду. Она остановилась и стала наблюдать за смуглым траппером, в то время как тот затягивал один из своих многочисленных объемистых узлов с товаром, которыми он навьючивал длинную вереницу мулов.
Ходили слухи, что Энрике привез на сбор двадцать два тюка бобровых шкур. Несложный расчет показывал, что за весну он добыл более 1800 шкур, что делало его богатым человеком, хотя в Скалистых горах это богатство мало что значило.
– Уезжаешь, Рике?
Он одарил ее добродушной улыбкой и продолжил работу.
– Уезжаю, Дэни, и тебе советую сделать то же самое. Через час здесь не останется никого, кроме этих пьяных выродков. Они допились до того, что уже и передвигаться не могут. Лучше не иметь с ними дела, Дэни. Они да эти индейцы вечно ищут неприятностей.
Трехдневная попойка закончилась; спиртное уже не лилось рекой, но некоторые, самые бесшабашные трапперы еще продолжали гулять. Дэни прошла мимо одной такой компании, где охотники в обмен на спиртное заставляли нескольких молодых шошонов[9]9
Представитель одного из племен североамериканских индейцев.
[Закрыть] исполнять племенные танцы. Крики и возгласы усилились, в то время как танцоры ускорили свое вращение, и Дэни, когда разыскивала Энрике, решила обойти их стороной.
– Мне нужно несколько пружин для капканов и кремней для винтовки. У тебя, случайно, нет лишних? За них я могу дать тебе только вот эти мокасины или золотую монету. – Дэни показала ему вышитую бисером обувь и похлопала по мешочку, висящему на ее поясе, где лежала золотая монета.
– Эти мокасины мне нужны не больше, чем твоя монета, парень, так что я просто дам их тебе в долг до следующей весны, ладно? – Энрике отправился к одному из мулов, чтобы достать из вьюка нужные Дэни вещи.
Она последовала за ним.
– Это очень благородно с твоей стороны, Энрике. Но, может, ты захочешь сыграть на них в «угадку»? – Дэни посмотрела на него с вызовом из-под полей шляпы.
– Нет. – Энрике прищурился и сплюнул в сторону. – Лучше уж сейчас ты забирай их так, а следующей весной мы с тобой сыграем на них.
Пока он отсчитывал для нее пружины и кремни, Дэни наблюдала за его узловатыми руками. Его неровные ногти были покрыты многолетней коркой из грязи, внутренностей животных и песка. Она вспомнила длинные, сужающиеся к концам пальцы Троя. На его руках тоже лежал отпечаток трудной жизни, но ногти его были аккуратно подстриженные и чистые: в основании каждого было пятнышко в форме полумесяца. Дэни, словно загипнотизированная, смотрела на руки Энрике, но вспоминала другие руки – те, что ласкали ее ночью, заставляли отвечать на ласки…
Дэни отогнала нахлынувшие воспоминания, подняла глаза и увидела, что Энрике внимательно смотрит на нее.
– Ты тоскуешь по Джейку, не так ли, парень?
– Да, – призналась она, отведя взгляд.
– Дэни, если ты хочешь поехать со мной, то я найду тебе применение.
Она знала, что своим предложением Энрике совершает самый великодушный поступок, на который способен обитатель гор. Траппер мог соизволить взять с собой скво, но мало кто из охотников согласился бы жить и работать с другим мужчиной. Зима заставляла охотников ютиться в тесном жилище; даже с женщиной провести зиму было довольно трудно, не говоря уже о том, чтобы терпеть общество другого мужчины. В большинстве своем обитатели Скалистых гор приходили на запад, чтобы избавиться от бремени цивилизации. Нужно было очень любить одиночество, чтобы жить многие месяцы, не видя людей, и Дэни знала, на какую жертву идет Энрике, предлагая ей ехать с ним. Предложение это было проявлением его дружеских чувств к ней, но она им не воспользовалась.
– Спасибо, Рике, но лучше я попробую охотиться сам.
Он заметно расслабился, услышав ее слова, и Дэни поняла, что приняла правильное решение.
– Ну, тогда береги себя, Дэн. Встретимся в следующем году, если на то будет воля божья.
– Ты тоже береги себя, Рике. – Она отправилась было обратно, но, спохватившись, остановилась и спросила: – Билли уже уехал?
– Ирландец, как я слышал, вскочил и умотал еще до рассвета. Тебе, как я уже сказал, тоже лучше уехать, Дэни, потому что здесь сейчас осталось одно отребье.
– Всего хорошего, Рике! Весело помахав на прощанье рукой, хотя ей совсем не было весело, Дэни пошла к своей стоянке. Оказалось, что Трой и Грейди все еще находятся там, где провели ночь, совсем рядом с ее стоянкой. Они собрали вещи и приготовились к отъезду, но сидели с таким видом, словно ждали, что она поедет с ними. Дэни сразу пожалела, что не уехала раньше.
Она замедлила шаг и сделала вид, что не замечает, что они сидят там, словно две надутые жабы на бревне.
Черт побери! Иди прямо и не смотри на них! – приказала она себе.
Руки ее дрожали, когда она развязывала вьюк на лошади Джейка. Она положила в него свои покупки и завязала снова. Затем быстро надела через голову рог для пороха и патронную сумку. Убедившись, что пистолет надежно держится у нее за поясом, она отвязала животных. Ладони ее вспотели, рот высох, в глазах появился неприятный зуд – предвестник слез. Она сунула винтовку в футляр и подняла поводья.
Позади нее раздался стук копыт, но она не могла заставить себя обернуться, чтобы попрощаться с ними, особенно с Троем. Это был конец. Конец того, что только успело начаться. Она больше никогда его не увидит.
– Дэни, нам нужно с вами поговорить.
Как и следовало ожидать, это был голос Грейди, а не Фонтейна. Дэни взяла себя в руки и почувствовала себя винтовкой, готовой к выстрелу.
– Что такое? – Она села на лошадь, потом повернулась и посмотрела на них.
Грейди на этот раз сидел на лошади прямо, и Дэни ответила кивком на его дружелюбную улыбку. На нем, как всегда, был один из его шерстяных костюмов – на этот раз коричневый – поверх которого он надел плащ с меховым воротником. На голове его была серая шляпа идеальной формы; позади плелся вьючный мул, нагруженный рисовальными принадлежностями.
Гораздо труднее было ей смотреть на Троя. Дэни не видела его с тех пор, как он оставил ее ночью одну в темноте. Нижняя часть его лица потемнела за ночь от щетины, губы кривились в полуулыбке. Его глаза под слегка изогнутыми, черными, как смоль, бровями не дрогнули, когда их взгляды встретились. Казалось, складки вокруг его глаз стали глубже. Трой выглядел усталым. Он вновь был в кожаном костюме, но на этот раз под курткой на нем была белая домотканая рубашка.
Когда предательские слезы все же навернулись ей на глаза, Дэни наклонилась и, сделав вид, что поправляет стремя, быстро вытерла их под прикрытием лошадиного бока.
– Я пришел, чтобы вернуть тебе библию, Дэни.
Голос Троя, произнесшего ее имя, вошел ей в сердце. Фонтейн верхом приблизился к ней настолько, чтобы отдать библию. Она положила книгу в свою сумку со всякой всячиной и тихо сказала:
– Спасибо.
– Я прочитал письмо и то, что написано в библии, – сказал он.
Дэни, смотревшая на него растерянным взглядом, видела, что губы его шевелятся, но не слышала слов.
– Нам кажется, вам нужно поехать с нами до Сент-Луиса, Дэни, – добавил Грейди. – Это в ваших интересах.
– В моих интересах?
– Да. – Он кивнул. – Возможно, на востоке у вас есть семья, которая разыскивает вас. Вы должны хотя бы попытаться узнать, где проживают ваши родные.
– Я должна?
– Мне кажется, да. – Грейди кивнул.
– Но я даже не знаю, кто они. И я никому ничего не должна! – Она снова повернулась к Трою и медленно, четко выговаривая слова, сказала: – Мне уже до смерти надоело то, что вы двое бесцеремонно вторгаетесь в мою жизнь и действуете мне на нервы!
– Дэни…
Трой хотел было возразить, но едва он произнес ее имя, как по долине эхом прокатились звуки выстрелов. Вслед за ними раздались боевые кличи и страшные крики. Друзья и Дэни посмотрели туда, откуда они доносились, и увидели, что прямо на них несутся верхом около дюжины подвыпивших шошонов.
– Гони! – закричал Трой.
Он выхватил поводья у Дэни и дернул, заставив ее лошадь скакать за ним. Радуясь тому, что она успела привязать лошадь Джейка и вьючного мула к своей лошади, Дэни инстинктивно наклонилась и ухватилась одной рукой за луку седла, а другой – за гриву лошади. Земля содрогалась под копытами их лошадей, в то время как они стремительно неслись по долине на юг. Когда они удалились от индейцев на добрых полмили, Дэни повернулась, чтобы убедиться, что Грейди не отстал от них. Оказалось, что вьючный мул, которого Грейди тащил за собой, каким-то образом сумел вырваться на свободу, и Грейди, свернув вправо, начал преследовать его.
– Стой! – крикнула она Фонтейну, но он продолжал мчаться вперед. – Трой! Остановись!
Дэни смогла вырвать свои поводья из руки Троя. Ее пони мгновенно среагировал на властное давление колен, свернул в сторону и устремился за лошадью Грейди. Она вытащила из голенища сапога нож и, отклонившись всем телом назад, перерезала веревку, соединяющую ее лошадь с вьючными животными. Их можно будет потом вернуть, а вот жизнь Грейди – навряд ли.
Настигнув Грейди, она позвала его, и в это время один из индейских воинов приблизился к ним, оказавшись в пределах досягаемости выстрела. Когда художник повернул голову на ее крик, она подняла заряженный пистолет и прицелилась. Грейди, увидев направленное на него оружие, инстинктивно пригнулся, пуля просвистела над его головой и попала в индейца, находящегося в нескольких ярдах от них.
Грейди вытащил из футляра свою винтовку, но тут же сорвался с лошади и тяжело упал на землю. Дэни резко остановила свою лошадь и соскочила на землю возле распластавшегося Грейди. Потянув поводья, она приказала своей лошади лечь и, используя ее как укрытие, вытащила винтовку и выстрелила в одного из четверых приближающихся всадников.
Еще один индеец упал.
Грейди выстрелил и уложил третьего.
Увидев, что уже трое из их числа раненые лежат на земле, остальные, хотя и были пьяны, благоразумно решили отказаться от погони и поскакали обратно, демонстрируя свою удаль и гикая за пределами досягаемости выстрела. Через несколько минут они исчезли.
– Спасибо, Дэни.
Она повернулась и посмотрела на Грейди, растянувшегося на животе рядом с ней.
– А ты умеешь стрелять! – сказала она с удивлением.
– Это единственное, что я могу делать… наряду со стиркой и рисованием.
Лицо его озарила веселая улыбка, как будто ничего не произошло. Дэни почувствовала, что сердце ее наполнилось нежностью к этому открытому доброму человеку. Пытаясь отдышаться, они не торопились вставать и продолжали лежать друг подле друга и вести дружескую беседу.
– Должен сказать, твои способности меня тоже удивили, – признался он. – Мне следует еще раз поблагодарить тебя.
Дэни села и стряхнула листья и грязь с куртки. Потом хлопнула свою лошадь по крестцу, и та поднялась.
– И все же почему ты погнался за этим чертовым мулом?
– Потому что во вьюках, которые на нем, лежат мои эскизы, краски, мой мольберт…
– Ты считаешь, они стоят того, чтобы рисковать из-за них жизнью?
Он на мгновение задумался.
– Думаю, что да.
– Если вы, ребята, уже закончили беседу, то, я думаю, вам пора вставать.
Они посмотрели на Фонтейна с видом нашкодивших детей. Он сидел на своем жеребце и смотрел на них сверху вниз строгими глазами. Грейди и Дэни обменялись взглядами и попытались скрыть улыбки.
– Извини, Трой, – сказал Грейди. – Я слишком увлекся и забыл об опасности.
– Увлекся?! Да тебя же чуть не убили и ее вместе с тобой! – Трой с потемневшим от гнева лицом соскочил с лошади и подошел к ним большими шагами. – Черт возьми, Грейди, какой номер ты выкинешь в следующий раз? Посмотри на это седло!
Трой ткнул пальцем в сторону лошади Грейди. Седло болталось чуть ли не между ее ног, даже лошадь выглядела несколько смущенной. Грейди только осклабился.
Дэни, наблюдавшая эту сцену, сочла необходимым вмешаться. Вся ее затаенная злость и смешанные чувства к Трою вылились наружу, когда она, выступив вперед и сверля его сердитым взглядом, сказала:
– Кто ты такой, черт возьми, чтобы кричать на него так?!
– Я, – Трой ткнул себя большим пальцем в грудь, – руковожу этой экспедицией, а это значит, что я несу ответственность за его пустую жизнь! – Они стояли почти вплотную друг к другу, в то время как он продолжал громко орать: – А поскольку я отвечаю за него, это я должен рисковать головой, чтобы его спасти, а не ты! Пока мы не доберемся до Сент-Луиса, ты должна делать то, что тебе говорят!
– А кто сказал, что я еду в Сент-Луис? – завопила она в ответ.
– Я сказал! – выпалил Трой.
– И я, – вставил Грейди, продолжающий улыбаться, глядя на разгневанного Троя.
– Но почему, интересно, вы так решительно настроены взять меня в Сент-Луис?
Она загнала Троя в угол и не хотела выпускать его оттуда.
– Потому что… – заорал он. – Потому что…
– Потому что мы не знаем дорогу, – закончил за него Грейди.
Дэни мигнула.
– Что?
– Он прав, – ответил наконец Трой своим хрипловатым голосом. – Мы же заблудились! Ты забыла?
– Я исправлю вашу карту. Вы прекрасно сможете обойтись без меня и вернуться домой.
– О да, конечно, – заметил Грейди, – если только по дороге не свернем куда-нибудь не туда, а это мы можем.
– Я никогда не была за перевалом, но все знают, что оттуда нужно идти по реке Платт до Миссури, а затем уже вниз по Миссури можно легко добраться до Сент-Луиса.
Трой решил пустить в ход последнее средство.
– А тебе не кажется, что ради Джейка ты должна встретиться с его партнером Солом, рассказать ему, как умер Джейк, и взять деньги, которые он копил для тебя?
– Кстати, а какие еще у тебя есть дела этой зимой? – поинтересовался Грейди.
– Черт побери! – тихо произнесла она. – С этими двумя бесполезно спорить.
Услышав ее слова, Грейди побледнел, а Трой понял, что добился своего.
– Что с тобой? – спросила Дэни Маддокса.
– Ничего… просто, мне кажется, я раньше никогда не слышал, чтобы женщина так выражалась.
– Неужели там, откуда ты приехал, женщины совсем не чертыхаются?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?