Книга: Дорога на Уиган-Пирс - Джордж Оруэлл

«Большой брат следит за тобой» Фраза «Большой брат следит за тобой» стала практически мемом, а «Оруэлл» — модным брендом. И все же для многих Джордж Оруэлл остается великой загадкой. После успеха его политической притчи «Скотный двор» и тем более романа «1984» писатель вошел в общественное сознание как критик тоталитаризма и как антикоммунист. Его сила заключалась в дифференцированном, бескомпромиссном мышлении, направленном против любых форм угнетения.

«Скотный двор» — притча о предательстве властьимущих в ходе революции, а вовсе не о революциях в целом. Оруэлл написал ее в 1943 году, в то время, когда критика сталинизма в Англии была совсем не своевременна, ведь Советский Союз на тот момент был основным союзником в борьбе против нацистской Германии. Такая дружба возмущала Оруэлла, как и ее последствия. К примеру, он с трудом нашел издателя для своей притчи «Скотный двор». Писатель негодовал от того, что британские СМИ принимали и использовали в своих сообщениях советскую пропаганду, в которой, по его мнению, было много дезинформации.

Одна из важных тем в романе «1984» — идеологическое господство над прошлым. В романе в государстве террора, в специальном министерстве, которое называется Министерством правды, история постоянно подгоняется под текущие нужды. Переписываются целые архивы. Оруэлл писал, что на эту идею его натолкнуло стирание упоминаний Троцкого и других нежелательных персон в информационном поле Советского Союза.

Однако в восприятии этой всемирно известной антиутопии большую роль играет государство, которое постоянно следит за своими гражданами. В ужасном сценарии Оруэлла за людьми наблюдают всегда и везде с помощью так называемых телекранов, которые одновременно радиоприемники и камеры наблюдения. На каждой стене висит плакат с надписью «Большой брат следит за тобой», которая не дает забыть о слежке.

Следили не только в СССР Кстати, Джордж Оруэлл никогда не посещал Советский Союз, он испытал на себе давление в другой стране. Это произошло во время Гражданской войны в Испании, в которой участвовал писатель. Сначала он приехал в Испанию как репортер, а потом сражался на стороне республиканцев против мятежников Франко и фашизма. Случайно он попал в милицию, политически близкую левым социалистам. И по этой причине Оруэлл чуть не стал жертвой чисток, проводимых коммунистами после внутренних властных схваток в Испании. Не в «1984», а в репортаже «Памяти Каталонии», который был его личным отчетом о Гражданской войне в Испании, Оруэлл пишет:

В последние недели, проведенные мною в Барселоне, в городе установилась неприятная атмосфера подозрительности, страха, неуверенности и плохо скрытой ненависти. Майские бои оставили после себя неизгладимый след. С падением правительства Кабальеро к власти пришли коммунисты, наведением внутреннего порядка стали заниматься министры из их числа, и никто не сомневался: прежде всего они разделаются с политическими противниками. Пока все было спокойно, и все же меня не покидало чувство неопределенной опасности, сознание надвигающейся беды. Даже если у вас не было никаких заговорщицких планов, в самом воздухе витало нечто, отчего вы непроизвольно ощущали себя заговорщиком. Все опасливо перешептывались в уголках кафе: ведь за соседним столом мог сидеть доносчик.

Но даже этот опыт не был первым в отношении государственной слежки. Из еще более раннего времени Джордж Оруэлл передал запоминающийся опыт:

Помню, однажды ночью мне случилось ехать в поезде с человеком из департамента образования (имени незнакомца я так и не узнал). Жара не давала уснуть, и мы всю ночь проговорили. Полчаса осторожных расспросов убедили каждого из нас, что собеседник «безопасен», после чего мы до утра, пока поезд медленно тянулся сквозь непроглядный мрак, пили пиво и проклинали Британскую империю — проклинали от души, всем сердцем и разумом. Нам было замечательно. Но болтали мы о вещах запрещенных, и под утренним ярким солнцем, когда поезд вполз в Мандалай, распрощались виновато, как согрешившие любовники.

Это воспоминание содержится в книге «Дорога на Уиган-Пирс». Оно о времени, когда Оруэлл служил колониальным полицейским в Бирме. Эти пять лет стали для писателя временем, которые сформировали его. Потому что он развивался из совершенно другого фона, из противоположной ментальности и в противоречии с ней. Именно тогда он не только взял себе псевдоним Джордж Оруэлл, но и в целом создал свою личность.

Угнетенные, безработные и бездомные Оруэлл родился 25 июня 1903 года как Эрик Артур Блэр в Британской Индии. Его отец был колониальным чиновником в опиумном департаменте, тогда Британская империя активно торговала опиумом. Эрик Блэр вырос в Англии, провел довольно унизительные годы в частной школе, затем в престижном Итонском колледже. Однако его оценки не позволили получить стипендию для университета, и это, возможно, стало причиной, по которой он записался на полицейскую службу в Бирме. В 19 лет Оруэлл приехал в Индию, в 1927 году во время первого отпуска подал прошение об увольнении. С тех пор 24-летний Эрик Блэр хотел быть только писателем, хотя долго не мог прожить на гонорары от писательства.

Именно в это время Оруэлл обратил внимание на рабочий класс и бедноту. Причем не только в качестве наблюдателя. Писатель работал посудомойщиком в Париже, был бродягой в Англии. Он жил — и временами голодал — с эксплуатируемыми и безработными, с сезонными рабочими и бездомными. Что привело его к этому? Он рассказал в «Дороге на Уиган-Пирс»:

Созрела мысль бежать не только от империализма — от любой формы превосходства человека над человеком. Я хотел опуститься, оказаться на самом дне, среди жертв и вместе с ними против тиранов. Думы мои вынашивались в глухом одиночестве, благодаря чему ненависть к угнетению достигла степени невероятной. Единственно достойным мной был признан отказ от жизненных успехов. Любой намек на стремление «преуспеть», иметь хотя бы несколько сот годовых — казался духовным уродством, видом подлости.

Но именно из этой позиции появился первый успех писателя, а именно автобиографическая повесть «Фунты лиха в Париже и Лондоне». В 1933 году Джордж Оруэлл появился на публике с отчетом о пережитом опыте бедности и эксплуатации, который, по сути, стал большим репортажем. Если говорить откровенно, Эрик Блэр мог в любой момент вернуться к родителям, принять ванну и поесть досыта. Он часто чувствовал себя актером, когда просил своих знакомых о старой одежде, специально пачкал ее и отправлялся в Ист-Энд к приютам. «Фунты лиха в Париже и Лондоне» — не только увлекательный документ времени о теневых сторонах двух больших городов 1930-х годов, но и чрезвычайно актуальные размышления о социальном статусе труда и предрассудках в отношении бездомных и безработных.

Внутренняя борьба В это время Джордж Оруэлл также начал писать газетные статьи и эссе. Однако сначала ему приходилось зарабатывать на жизнь учительством, позже — работой в книжном магазине. Все это время он писал еще два романа. Один из них, «Дочь священника», сегодня почти забыт, но другой стал классикой критики империализма. «Дни в Бирме» — это жестокая, проницательная, но также ироничная расправа с колониализмом британско-индийского образца.

Амбивалентность — одна из характеристик писателя. У Оруэлла было много убеждений — против гомосексуалов, феминисток и вегетарианцев. Писатель боролся за свои политические убеждения, но одновременно и с классовыми предрассудками внутри себя. В нем таился британский аристократ. Не случайно он выбрал для своего псевдонима имя национального святого британцев — Джордж, к которому добавил имя речки из милой сельской местности Восточной Англии — Оруэлл.

Для понимания личности писателя важно, что он должен был все испытать на себе, прежде чем прийти к какому-либо выводу. Кстати, так и появилась книга «Дорога на Уиган-Пирс». В ее первой части — замечательный репортаж о положении английских шахтеров, а затем идут долгие размышления о пути самого Оруэлла к социализму. Его издатель тогда был в ужасе, и Оруэллу с трудом удалось настоять на том, чтобы текст опубликовали в неизменном виде. Сегодня же мы читаем «Дорогу на Уиган-Пирс» как увлекательный документ человека, который не жалел усилий, чтобы дойти до своей правды.