Читать книгу "Прикоснуться губами к рассвету"

Глава 3

Добравшись до Бруклина, Дора повела меня какими-то закоулками, переходя с одной улицы на другую, но мне было все равно. Важно было то, что в этот вечер мне не придется слушать занудство Дастина, я буду избавлена от лицезрения его рыбьей физиономии и он не дотронется до меня своими потными руками.

– Слушай, а может, ну их, эти курсы?

– Нет, Тони, ты что? Нет. Я так не могу.

– Как же ты легко повелась на болтовню Оливии. Я представляю, как они потом будут ржать, рассказывая кому ни попадя о твоем походе на Бруклин в поисках Ника. А если эта дура на Луну с ним соберется? Ты тоже рванешь за ними?

– Если понадобится, рвану. И прекрати меня отговаривать. Я не отступлю. И вообще, тебя никто не заставлял тащиться со мной. Не хочешь – не иди.

– Давай просто посидим где-нибудь, – предложила я, совершенно не желая тащиться черт знает куда.

– Нет, потому что мы уже пришли, – ответила Дора, указывая на противоположное здание.

– Ладно, черт с тобой, идем.

Оказавшись на 86-й улице, Дора быстро нашла нужный дом. Это было трехэтажное офисное здание из желтого кирпича, увитого реденьким плющом, и ни единого намека на дешевый отель или ночной клуб. Поднявшись на третий этаж, мы очутились в длинном пустынном сером коридоре.

– Нам сюда, – скомандовала моя неутомимая подруга, открывая белую дверь, где действительно собрались люди на какие-то курсы. Помещение оказалось довольно просторным и светлым, без излишеств. Параллельно трем высоким окнам стояли парты в два ряда. Напротив них на белой крашеной стене висела длинная зеленая доска. Чуть левее, практически напротив входа, стоял коричневый преподавательский стол.

– Ха, да здесь действительно люди собрались что-то изучать. Один – ноль, и пока не в твою пользу, – шепнула я на ухо подруге.

– Сейчас посмотрим, – тоже шепотом ответила Дора и, вцепившись в мою руку, пристально стала изучать толпу незнакомых парней и девчонок. Но Ника – белобрысого балбеса с прилизанными волосами, ямочкой на подбородке, на которую так часто западают девчонки, и с прищуром соблазнителя «а-ля Ди Каприо» – здесь не было. Что меня действительно удивило, так это то, что парней в этой тусе было явно подавляющее меньшинство. Как будто это был клуб для любительниц бульварного чтива – топлесс или нет, лучше закрытый леди-клуб «Грейс Белгравия». Я уже искренне сожалела, что увязалась за Дорой, потому что, оказавшись среди этой пестро разодетой массы, я чувствовала себя серой мышкой. Я не смогла переодеться и выглядела, как среднестатистическая студентка в своей темно-синей юбке, синем пиджаке с эмблемой нашего университета и белой блузке в мелкий синий цветочек. Нарядно одетые девушки и парни что-то весело обсуждали, шутили, флиртовали друг с другом. Я была чужой на этом празднике жизни.

– Ну, убедилась, что Ника здесь нет? Теперь ты можешь спать спокойно – он тебе верен. Пойдем, – я потянула Дору к выходу, но тут в дверях столкнулась с кем бы думали? Ну, ну, проявите фантазию. Ну? Не поверите – с Метином! Вот уж точно мир тесен. Остолбенев от неожиданности, я вытаращила на него глаза и, глупо открывая рот, как рыба, которой не хватает воздуха, не могла вымолвить ни слова. Мои ресницы тоже хлопали не переставая, как у куклы, которую вертели туда-сюда.

– Ты? – наконец вырвалось у меня. От волнения мои очки, которые я иногда одеваю, слетели с носа, сумочка выпала из рук, и я чуть не подвернула ногу.

– Ты? Как ты тут оказалась?

– То же самое хотела спросить у тебя.

– Я? Вообще-то я преподаю здесь курсы турецкого языка. А ты что здесь забыла? Меня выслеживала?

– Очень надо, – обиделась я. – Меня подруга сюда притащила, – не знаю, почему я соврала, но так получилось. – Ладно, приятно было тебя увидеть, – я чувствовала себя растерянной и жутко неуклюжей. Чтобы избежать неловкого момента, я быстро подняла сумочку, запихнула кое-как в нее очки и выскочила в коридор, надеясь, что Дора последует за мной, но та и не думала выходить.

– Может, присоединишься к нам? – выглянув через пару минут в коридор, спросил Метин.

– Чего?

– Хочешь познакомиться с моим родным языком? Это не так скучно, как может показаться, – улыбнувшись, он распахнул шире дверь, приглашая меня в аудиторию.

– Не знаю, мне языки всегда давались с трудом, но чувствую, что подруга здесь надолго застряла, – мне пришлось принять приглашение Мета.

– А вчера ты была без очков, – заметил он. Его видимо очень позабавил мой вид.

– Я в линзах обычно хожу, но иногда пользуюсь очками. А что?

– Смешная ты в очках. Ладно, проходи, – ответил он, оставаясь стоять в дверном проходе. Когда, втиснувшись в оставшееся пространство, я на какое-то мгновение застряла в нем, мы с Метом так и остались стоять, глядя друг на друга. Наступившая вдруг тишина подсказывала мне, что все смотрят на нас. Кряхтя и кашляя, я протиснулась в аудиторию и заняла место около Доры, озираясь, не продолжают ли на меня пялиться присутствующие.

– Дора, какого черта ты тут уставилась? Чего мы тут забыли? – шепнула я, но она как будто и не слышала меня. Она смотрела вперед широко вытаращенными глазами, как голодная кошка смотрит на сочный, хорошо прожаренный стейк. Да, я, конечно, тоже могла уставиться на Мета и истекать слюной, но мне было неудобно за свой внешний вид и за то, как глупо я себя повела, смутившись перед ним.

– Теперь я поняла, почему Лиза с Оливией сюда приперлись. Ты погляди только, какой мачо!

– Да? И тебя уже не волнует, что сейчас делает Ник?

– Да пошел он, – ответила Дора, кокетливо улыбаясь Метину.

Я, конечно, могла поведать ей, о том, что только вчера танцевала для этого мачо в клубе, позабыв все приличия, но решила, что меньше знает – крепче спит. Началось занятие, и в наступившей тишине зазвучал лишь мелодичный голос обожаемого всеми преподавателя. Нарастающее волнение и неловкость побуждали меня сбежать и забыть все, что с ним было связано. Хотя кого я пыталась обмануть? От Мета действительно нельзя было оторвать глаз. Он был идеален: высокий, статный, с утонченными чертами лица. Он так уверенно держался перед этой толпой, что я позавидовала его хладнокровию и уверенности в своей неотразимости. Светло-горчичный джемпер из тонкой шерстяной пряжи плотно облегал его мускулистые плечи, черные джинсы выгодно подчеркивали накачанные ягодицы. Шикарная густая копна волос была зачесана назад. Они отливали таким иссиня-черным цветом, что, скажи мне об этом кто-нибудь другой, я не поверила бы. Я снова сходила с ума от всей этой красоты. Постукивая пальцами по столу, я витала в облаках и не сразу расслышала, что Метин обратился ко мне.

– Что, простите?

– Я сказал, что новеньким у нас принято представляться. Как вас зовут?

– А, ну да. Меня зовут Антония Фостер, можно просто Тони, а это моя подруга Дора Прайс, – ответила я, стараясь не подавать виду, что смутилась.

– Я уже сказала, как меня зовут, – незаметно тыкая меня в бедро, прошипела Дора, стараясь как можно любезнее улыбаться Мету. Опускаясь на пластиковый стул, я заметила, что Метина снова повеселило мое замешательство. Вот зараза!

– Всем добрый вечер. Позвольте представиться еще раз для тех, кто пришел сегодня впервые. Меня зовут Метин Шенай. Я веду курсы изучения турецкого языка для всех желающих. Курсы будут проводиться по нечетным числам в 18:00. Думаю, что это время будет удобно для всех. Что необходимо иметь при себе, – он посмотрел на меня и, улыбнувшись своей потрясающей улыбкой, снова смог меня смутить. Я не могу сказать, что я из робкого десятка или не имела опыта с парнями. Но этот мужчина абсолютно перевернул мое сознание. Уже который раз в его присутствии я чувствовала себя круглой дурой и полнейшей уродиной. – При себе надо иметь блокнот и пару ручек синего и красного цвета. У кого возникнет желание, приносите диктофон, чтобы была возможность правильно повторять произношение на досуге.

– Мистер Шенай, а сегодня вы расскажете нам еще что-нибудь о традициях и истории вашего народа? – прогнусавила белокурая девица, выставив из-под парты голые коленки. Закинув ногу на ногу, она обозначила еще больший участок голых ляжек, чем была очень довольна. Остановившись около нее, Метин улыбнулся своей манящей улыбкой и сказал:

– Конечно расскажу, Линда. Если останется время, – продолжал кокетничать с девицей Метин. Улыбнувшись ему в ответ, она покраснела вплоть до своих костлявых коленок.

– По-моему, она сейчас ноги раздвинет перед ним, – предположила я шепотом Доре на ухо.

– Ага, так бы и вцепилась в ее жидкие волосенки, – поддержала меня Дора.

Поскольку записывать было нечем и не на чем, я сидела и откровенно скучала. Единственное, что меня волновало, это – Метин. Я не слушала, что он говорит, поскольку совсем не понимала этого языка, да и изучать его не было ни малейшего интереса. Я просто смотрела на него и улыбалась тогда, когда улыбался он, пусть даже не мне. Я следила взглядом за его рукой, когда он выводил странные закорючки на доске. Он улыбался и заигрывал со всеми девушками, с удовольствием отвечая на их вопросы, а меня как будто не существовало в поле его зрения. Отвернувшись на мгновение в сторону окна, я заметила, что уже стемнело и шел достаточно сильный дождь. На стекло падали мелкие капельки, отливающие светом уличных фонарей, которые превращали этот вечер в некую сказочную картину.

– Мисс Фостер, а почему вы не записываете? У вас, видимо, феноменальная память? – неожиданно остановившись около меня, спросил Метин.

– Нет, мистер Шенай, – быстро нашлась я. – Я не ожидала, что здесь проводят курсы изучения турецкого языка. Я предполагала, что здесь собираются анонимные алкоголики.

– А вы себя относите к анонимным алкоголикам? – в ответ спросил он.

– Нет, не отношу. Просто я сейчас изучаю поведение людей, которым на себя насрать, – я решила не отводить взгляда, начиная злиться на вопросы Метина.

– Дать вам листок с ручкой?

– Была бы крайне признательна, – раздраженно ответила я. Метин вырвал из своего блокнота чистый листок, дал ручку и, вернувшись на свое место, продолжил занятие, больше не обращая на меня внимания.

Конечно, я пожалела, что грубо ответила ему. Не знаю, зачем я так поступила? Может, меня злило, что он успевал флиртовать со всеми блондинками и брюнетками, сидящими в зале? Особенно с блондинками. А может, это моя капризная натура проснулась?

Два часа, проведенные на курсах, пролетели, как одно мгновение. Столпившиеся после занятий вокруг Метина девицы продолжали задавать вопросы, а я, понимая, что буду выглядеть глупо, если тоже подойду, вышла в коридор и стала ждать Дору, когда ей все-таки надоест там торчать и она решит ехать домой.

– Сколько можно? – выдохнула я, когда она вышла из аудитории. – Тебе все равно ничего не светит. Видела, сколько около него голодных девок вьется? И ты со своими рыжими лохмами и веснушками можешь даже не рассчитывать на его внимание.

– Кто бы говорил, – обиженно ответила Дора.

– А я и не лезу, – ответила я. Меня так и распирало похвастаться, как я танцевала для него вчера в клубе, но вовремя смогла прикусить язык.

Вырвавшись из душного помещения на воздух, мы поспешили к метро. Очень не хотелось намокнуть под усилившимся дождем.

Глава 4

– Наконец-то! – воскликнула Джесс, когда мы вошли в комнату. – Где вы, черт подери, были столько времени? Я задолбалась развлекать твоего парня, Тони.

– Это не мой парень. Я не виновата, что этот индюк преследует меня, – устало ответила я, падая на кровать.

Уже лежа в теплых мягких кроватях, мы с Джесс еще добрых два часа слушали Дорины пылкие стоны, восклицания и признания в любви. Меня начинало злить, что даже Джессика подпала под очарование Метина, хотя его даже не видела. Ей уже не терпелось составить компанию Доре на следующем занятии. А я решила нарочно не ходить. Он снова дал понять, что я не в его вкусе. Зачем же изводить себя понапрасну?

Ночь тянулась мучительно долго. Неприятно было это признавать, но Мет все-таки умудрился за короткое время нашего знакомства стать занозой в моей душе. Девочки уже давно сладко посапывали. А я все лежала и глазела в потолок, снова и снова вспоминая его улыбку, его прикосновения, как он меня провожал. И вдруг у меня родилась идея. А что если мне сменить имидж? Может, тогда я смогу ему понравиться? Это был последний и, к сожалению, единственный шанс произвести неизгладимое впечатление на Метина.

Утро встретило нас пасмурной погодой, но радовало, что не было дождя. Так и не сомкнув глаз, я поднялась раньше всех. Приведя себя в порядок, я в считанные секунды слопала баночку малинового йогурта, выпила чашечку бодрящего кофе и, попрощавшись с подругами, которые не торопились сегодня на лекции, отправилась грызть гранит науки. Проторчав в университете по неотложным делам до позднего вечера, я совсем позабыла, что собиралась забежать к мистеру «ловкие пальчики» – к моему любимому Лукасу в салон красоты. Поэтому смену имиджа пришлось перенести на следующий день.

На следующий день, когда закончились лекции, я, вдохновленная отличной идеей, уже спешила на Мотт-стрит, к Лу. И вот, когда я была уже в двух шагах от салона, я вспомнила, что лимит денег на карточке, выделенный отцом, закончен, и поступления денег не будет до понедельника, а Лукас, как потом выяснилось, со своей командой улетел в Париж. Просто чудесно! Что же делать? «Что, вот так просто сдаться? – запаниковала я. – Ну уж нет, я так просто не отступлю. Я покрашу себя сама!»

Купив по дороге краску, я торопилась ею воспользоваться. Я была уверена, что все получится. «Самое главное – чтобы тюбика хватило», – размышляла я, поэтому, на всякий случай, вернулась и купила еще одну коробку с краской.

Прибежав домой, я закрылась в ванной, быстро выдавила сразу оба тюбика, размешала краску с фиксатором и тщательно намазала волосы. Я впервые красилась самостоятельно. Добросовестно просидев полчаса, я терпеливо ждала, пока краска сделает свое дело, но тут, нарушив мое уединение, в ванную заглянула Джесс.

– Чем это ты тут занимаешься?

– Не видишь? Перекрашиваюсь. Хочу сменить имидж.

– Да? С чего бы это вдруг? – захихикала она.

– Да так – надоел темный цвет, хочется освежить образ.

Тут в ванную заглянула Дора и, подхватив веселое чириканье Джессики, игриво подмигнула мне.

– Может, нам тоже перекраситься? Как ты вчера сказала? Он уделяет больше внимания блондинкам?

– Я не из-за этого перекрашиваюсь. Просто стало скучно, – я не собиралась поддаваться на уколы и насмешки подруг.

– Да? А почему в салон к Лукасу не пошла?

– Потому что он умотал в Париж. И деньги на карточке закончились, – мне хотелось швырнуть чем-нибудь в них, но я понимала, что если буду реагировать, то эти сучки не успокоятся.

Тщательно смыв краску, я так же тщательно три раза промыла волосы специальным шампунем, пропитала кондиционером для окрашенных волос и решила воспользоваться феном, чтобы поскорее увидеть результат. Я ожидала чего угодно, но только не этого. Волосы стали похожи на соломенный ком противного желтого оттенка. Мне хотелось реветь навзрыд. Что же я наделала? Как я сегодня покажусь в таком виде перед Метом? Черт, ну почему такая невезуха?! Спасибо девочкам – они больше надо мной не подтрунивали. Джесс даже сбегала в ближайший магазинчик, купила еще тюбик с краской, но это не помогло – волосы стали еще жестче, а цвет практически не изменился.

– Я не поеду с вами, – пробубнила я, лежа на кровати.

– Ну и зря, – ответила Дора. – Не переживай ты так. Ну подумаешь – волосы испортила. Можно одеть шапочку, чтобы их не было видно, – предложила она, не зная, как еще меня утешить.

– Точно, – подхватила Джесс. – У тебя вон их сколько.

– Точно, – согласилась я, вытаскивая всю коллекцию головных уборов. Самой подходящей оказалась обыкновенная черная трикотажная шапочка. Я, конечно же, нелепо выглядела в джинсах, черном топе и шапке. – Нет, так не пойдет. Я не поеду, – сказала я, всхлипывая от безысходности, но все решилось само собой. К нам снова заявился Дастин, тем самым вынуждая меня присоединиться к подругам. Прицепившись к нам, он до самого метро доставал расспросами, зачем я испортила свои шикарные волосы. Так и хотелось плюнуть ему в морду, но мои подружки, спасибо им, взяли инициативу на себя, отвлекая его пустой болтовней. Конечно, я могла зайти в какой-нибудь бар или клуб и просидеть там до полуночи, но одной торчать там не хотелось. Или поехать домой, но мне ужасно не хотелось выслушивать мамины нотации по поводу испорченных волос и отчитываться, почему на моем счету так быстро закончились деньги. Да, теперь я понимала, что поспешила с покупкой лилового шелкового комбинезона от Гуччи за тысячу баксов, но он был такой красивый, так подходил к моей сумочке. Впредь буду осмотрительнее. Я ругала себя самыми последними словами. А лиловый комбинезон как висел, так и висит, – одеть его пока не представилось даже случая. Распрощавшись ко всеобщей радости с Дастином, мы отправились в Бруклин.

Мои дурынды так спешили увидеть Метина Шеная, что даже не заметили, как я от них отстала. Не переставая, они щебетали по поводу его неописуемой красоты, учтивости и образованности. Я же с каждым приближением к цели чувствовала себя все более уродливой и неуклюжей. И какого черта я надела эти черные ботинки на толстой подошве? И почему я не перешнуровала сиреневые шнурки на другие, более подходящего цвета? Нет! Я не могу идти в этом! Fuck! Fuck! Fuck! Что же делать?

От стыда я не знала, куда себя деть. В аудитории, специально заняв самое дальнее место у окна, отдельно от Джесс и Доры, я старалась держаться незаметно. Метин не заставил себя долго ждать. Он выглядел, как и в прошлый раз, безукоризненно, и было видно, что он очень доволен собой. До начала занятий оставалось еще минут пять. Бегло осмотрев присутствующих, а их сегодня было больше, чем в прошлый раз, его взгляд задержался на мне дольше, чем на других. Это было странно, но я усмотрела в этом просто иронию. Улыбнувшись своей сводящей с ума улыбкой, он кивнул мне в знак приветствия и, ловко бросив портфель на стол, повернулся к доске. Заметив, что она не вытерта, он обратился к нам за помощью:

– Всем добрый вечер. Кому я могу доверить драгоценную тряпку, чтобы стереть с доски? – не дожидаясь согласия, он тут же обратился ко мне: – мисс Фостер, не будете ли вы столь любезны помочь мне? – Я молча кивнула, стараясь не смотреть на него.

Намочив губку в маленьком угловом умывальнике около входной двери, я подошла к доске и стала стирать математические уравнения, наблюдая краем глаза, как Мет молча смотрел на меня и улыбался. Его, видимо, очень веселил мой идиотский вид. Я стояла красная от стыда и никак не могла унять дрожь в руках, отчего чувствовала себя еще глупее. Хоть сквозь землю провалиться.

– Мисс Фостер, с вами все в порядке? – Мет подошел ко мне и встал так, чтобы нас никто не слышал. – Вы сегодня оригинально одеты.

«Это была неудачная шутка, Мет», – хотела крикнуть я, но вместо этого сказала:

– Неудачно покрасила волосы.

– Ах, вот почему вы нацепили этот чулок. Хорошо хоть ваши милые бровки не пострадали, – заметил он, не переставая мило улыбаться.

– Ага, брови остались на месте, – мне было так стыдно, что я готова была все бросить и бежать прочь.

– Вы, я смотрю, снова без блокнота и ручки, – заметил Мет, кивая на пустой стол.

– Забыла, – буркнула я себе под нос.

– Держите карандаш и листок, – Мет снова выдернул листок из своего блокнота и протянул мне автоматический карандаш.

– Спасибо, – снова буркнула я, возвращаясь на свое место.

Занятия начались. Мет виртуозно выписывал странные буквы на доске, объяснял, слушал, как мы повторяем за ним слова, поправлял и отвечал на вопросы. Задумавшись на мгновение над непонятными закорючками, аккуратно выведенными на доске, я случайно взяла его карандаш в рот и тут же уловила запах его парфюма. Даже его карандаш был пропитан ароматом, который так меня возбуждал. Что я писала дальше, я совершенно не понимала. Мет еще с полчаса повторял с нами весь пройденный за полтора часа материал, и на этом наша встреча, к моему облегчению, закончилась. Запихав хаотично листок с карандашом в сумочку, не прощаясь, я выскочила из класса и решила не дожидаться подруг, а вернуться домой самостоятельно. Все! С меня достаточно! Это был первый раз в жизни, когда я чувствовала себя полностью опустошенной. Что я делаю? Почему я каждый раз должна сбегать из собственной комнаты от какого-то там Дастина? Почему я веду себя как полная дура? Испортила волосы дешевой краской, чтобы в итоге выставить себя посмешищем перед мужчиной, которому я абсолютно не интересна! Дура! Настоящая дура!

Когда я вернулась домой, под дверью меня ждал преданный Дастин. Конечно, он был мне неприятен до тошнотиков, но я хотела, мне просто необходимо было сбросить стресс. Я его и сбросила в компании Дастина. Было очень кстати, что он захватил бутылочку красного вина «Пино-Нуар» 2010 года.

– Располагайся, – пригласила я Дастина в нашу комнату. Приглашение он воспринял буквально, тут же скинув с себя джемпер «отличника» в полоску и клетчатую рубашку, оставшись в облегающей белой майке и обтягивающих джинсах. Он, наверное, думал, что сможет привлечь меня? Идиот. Но деваться было некуда. Я вынуждена была разделить с ним этот вечер. На минутку заглянув в ванную, я переоделась в черный домашний костюм с принтом Барта Симпсона, скрутила волосы в тугой хвост и вышла в таком виде к Дасти. Пока я была в ванной, он по-хозяйски залез в общий шкафчик, достал пластиковые стаканчики и, расположившись на полу около моей кровати, ждал с уже наполовину наполненными вином стаканчиками, зажженными свечами, которые, видимо, принес с собой, даже умудрился принести маленький букетик из плетистых роз абрикосово-розового цвета.

Вкратце поведав Дастину историю с перевоплощением, мы долго смеялись над цветом моих волос, над моим экспериментом и, как ни странно, в этот вечер нам нашлось, о чем поболтать. И вино сделало свое дело. Дастин уже не казался мне откровенным уродом. Меня не раздражали его зализанные темные тонкие волосы, выпученные глаза не казались такими уж и выпученными, оттопыренные уши мило торчали в стороны, а пухлые губы, как у кокетливой девчонки, целовали меня вполне сносно. Я даже не обращала внимания на его потные руки. Я хотела забыться, хотела перестать думать о Мете. Осмелев, Дастин полез ко мне с ласками. Сил сопротивляться не было, да и не хотелось. Да. Я переспала с ним. Никакого восторга я, конечно, не испытала. Утром, когда девочки еще спали, он тихо вылез из моей постели и, наспех одевшись, ушел.