Текст книги "Эльминстер. Рождение мага"
![](/books_files/covers/thumbs_240/elminster-rozhdenie-maga-3720.jpg)
Автор книги: Эд Гринвуд
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– На Делимбире всякое бывает, чего ты, Беллард, может, и не видел. А что другое ты можешь предложить? Чародей? Ну, может… но чтобы у колдуна хватило сил спалить всю деревню, и стога, и землю, да так, чтобы от домов даже камня на камне не осталось? – После небольшой паузы голос продолжил: – Ну, чего молчишь-то? Коли можешь придумать другое, так скажи. Так вот, ежели ты хоть чуток кумекаешь, лучше пойдем-ка с рассветом и оберем голубчиков, пока нас с неба не видать, а там рванем в лес, от греха подальше.
– Вот еще! С рассветом… Я тут буду сидеть и ждать, как немощная старуха, а тем временем другие соберут все монеты и добро, а мне только и останется, что с волками за трупы воевать?
– Ну иди, иди, Беллард. А я лучше здесь посижу.
– Ага, с овцами.
– А почему бы и нет? Овцу хоть можно забить. Поджаришь да съешь! А так что есть-то будешь? Мертвичинку, что ли? Или ты собираешься всю жизнь любоваться на этих овец и бегать за ними по горам? Делать больше нечего, что ли?
Кто-то фыркнул и грубо захохотал.
– Хелм, как всегда, прав, Беллард. Пошли в деревню. А он нам чего-нибудь к ночи сварганит. Разумеется, если ты будешь с ним чуток полюбезнее, а то у тебя язык что бритва: уж как резанешь, так резанешь.
Угрюмый голос ответил:
– Обещать не обещаю. Но, по-моему, если какую животину на костре жарить, мяса-то получается не так уж и много. Так вы там посмотрите: если котел попадется, но чтоб большой и годный, так сюда его давайте, слышите? Тогда сразу можно столько еды готовить – на всех хватит.
– Да и тебе забот будет поменьше, а?
– И это тоже. Так помните про котел.
– Вот еще, была охота тащить на себе такую махину, – проворчал Беллард, – особливо если разживемся монетой или хорошим клинком.
– Эх ты, голова в шлеме… тащи добычу в котле, неужто самому не догадаться? Да и нести удобнее, а что?
Вокруг одобрительно засмеялись.
– Как он тебя, Беллард.
– В который раз.
– Кто со мной, пошли.
Под ногами уходящих зашуршали мелкие камешки у входа в пещеру, затем все стихло.
Эльминстер немного подождал, прислушиваясь, но только ветер шумел в деревьях. Наверное, все ушли. Он медленно поднялся и, потянувшись, чтобы размять затекшие руки и ноги, стал осторожно пробираться в темноте к выходу. Еще один каменный выступ… и его груди легко коснулось острие меча, преградившего путь.
– А ты, парень, кто такой? Наверное, убежал из той деревни внизу?
На человеке, державшем меч, были порядком потрепанные кожаные доспехи с порыжевшими от времени рыцарскими перчатками и поцарапанный, с вмятинами, шлем, из-под которого виднелась густая, похожая на обрубок борода. Оказавшись так близко от него, Эльминстер почувствовал запах давно немытого тела, перемешанный с дымом костра, вонью кожаных доспехов и прогорклого масла.
– Это мои овцы, Хелм, – спокойно сказал Эльминстер, – не трогай их.
– Твои? А для кого теперь тебе пасти их? В деревне же никого не осталось.
Эльминстер встретил спокойный взгляд человека с мечом и почувствовал себя неловко, когда слезы снова навернулись на глаза. Вытирая их, он отпрыгнул назад и выхватил из-за пазухи Меч Льва.
Поглядев на него с какой-то жалостью, человек сказал:
– Ладно, парень, оставь. Я не собираюсь драться с тобой, даже если бы у тебя был настоящий меч. Ты наверняка оттуда, – он мотнул головой в сторону деревни, но взгляда от Эльминстера не отвел, – из этого, как его, Хелдона?
– Оттуда. – Голос Эльминстера предательски не слушался.
– И куда ты теперь? Эльминстер пожал плечами.
– Хотел остаться здесь, – с горечью ответил он, – а ел бы мясо овец.
Глаза Хелма невозмутимо встретили молодой дерзкий взгляд.
– Ну, не всегда все получается так, как хочется. Оставить тебе овцу, чтобы было с чего начать?
При этих словах негодование захлестнуло Эльминстера.
– Вор! – огрызнулся он, отступая назад. – Вор! Человек пожал плечами:
– Ничего, меня называли и похуже.
Эльминстер почувствовал, что у него дрожат руки. Стараясь унять эту дрожь, он убрал обломок меча обратно под куртку. Хелм загораживал ему единственный выход из пещеры. Был бы под рукой какой-нибудь камень, да побольше…
– Ты бы не вел себя так спокойно, если бы поблизости были рыцари Аталантара! Потому как знаешь не хуже меня – они убивают разбойников! – Эльминстер отчеканил каждое слово: так делал отец, когда сердился, и тогда в его голосе появлялась властность.
Но ответ ошеломил его. Камешки зашуршали под сапогами, и человек с мечом вплотную подошел к нему. Рука в поношенной перчатке взяла Эльминстера за грудки.
– Это я – рыцарь Аталантара, мальчик. Я клялся в верности Оленьему Королю, да хранят его боги и богини. Если бы в Хастарле не было сейчас столько проклятых чародеев, которые приказывают нам, словно они – короли, и их подручных головорезов, которых они называют «верная армия», то сейчас бы я объезжал дозором наше мирное королевство, а ты, без всякого сомнения, жил дома, и семья твоя, и соседи были бы живы!
Усталые серые глаза горели ненавистью, не меньшей, чем та, что поселилась в сердце Эльминстера. Эл проглотил подкативший к горлу ком, но продолжал все также смотреть на Хелма.
– Если ты настоящий рыцарь, тогда дай мне пройти. Человек с мечом медленно отпустил куртку мальчика и чуть посторонился.
– Ладно, парень… но зачем тебе уходить? Эльминстер снова вытащил обломок меча и поднял его вверх.
– Узнаешь? – дрогнувшим голосом спросил он. Скользнув взглядом по обломку клинка, Хелм мотнул головой… и вдруг замер.
– Меч Льва! – вырвалось у него. – Он должен лежать в могиле Утграела. Как он попал к тебе, парень? – Он протянул руку к обломку меча.
Эльминстер покачал головой и быстро спрятал свое сокровище обратно под куртку.
– Это мое, он принадлежал моему отцу, и… – он всеми силами старался не расплакаться, – и, наверное, вчера вечером отец умер, держа его в руках.
Бесконечно долгое мгновение смотрели друг другу в глаза Эльминстер и Хелм, затем любопытство взяло верх, и Эльминстер спросил:
– А кто этот Утграел? Почему отцовский меч должен лежать в его могиле?
Хелм смотрел на Эльминстера, словно у того вдруг выросло три головы и на каждой из них – по короне.
– Ладно, парень, я отвечу на твой вопрос, но сперва скажи, как звали твоего отца. – Он подался вперед. Темные глаза пристально вглядывались в мальчика.
Горделиво выпрямившись, Эльминстер произнес:
– Моего отца зовут… звали… Элтрин Омар. Люди называли его некоронованным повелителем Хелдона.
Хелм чуть не онемел от изумления.
– Слышишь, парень, никому не рассказывай того, что сейчас сказал мне, – быстро произнес он. – Никому, понял?
– Почему это? – спросил Эльминстер, прищурив глаза. – Я знаю, что отец был не простым человеком и его… – Голос его дрогнул, но мальчик тут же справился со своей слабостью и продолжил с потускневшим взглядом: – Его убил чародей с двумя жезлами, прилетевший на темно-красном драконе. Я никогда в жизни не забуду, как они выглядят. – Он снова вытащил обломок Меча Льва, взмахнул им и горячо прибавил: – Придет день…
Улыбка грязного рыцаря – не насмешливая, но восхищенная – поразила Эльминстера.
– Что такое? – потребовал ответа сбитый с толку подросток. Он снова бережно спрятал свой меч. – Ты чего так веселишься?
– Эх, парень, парень, – тихо произнес человек с мечом, – садись-ка сюда. – Убрав свой меч в ножны, он указал на большой камень неподалеку. Эл настороженно взглянул на него, и человек, вздохнув, уселся сам и, отцепив от ремня закупоренную граненую флягу, протянул ее Эльминстеру: – Хочешь?
Эльминстер взглянул на флягу и вдруг ясно понял, что очень хочет пить. Он сделал шаг вперед.
– Если ты ответишь на несколько вопросов, – сказал он, – и пообещаешь не убивать меня.
Хелм взглянул на него почти с уважением и ответил:
– Вот тебе мое слово – слово Хелма Стоунблейда, рыцаря Оленьего Трона. – Он прокашлялся и добавил: – И на вопросы твои я тоже отвечу, обязательно, но прежде сделай мне еще одно одолжение, будь так любезен. – Он подался вперед. – Как твое имя?
– Эльминстер Омар, сын Элтрина.
– Единственный сын?
– Хватит, – оборвал его Эльминстер и взял протянутую флягу, – я ответил на твой вопрос, теперь моя очередь спрашивать и получать ответы.
Человек снова улыбнулся:
– Как тебе будет угодно, принц, но прошу… можно только один вопрос?
Эльминстер пристально посмотрел на него:
– Ты что, издеваешься? Какой я принц? Хелм покачал головой:
– Да тут уж не до шуток, парень… то есть принц Эльминстер. Но я умоляю тебя, я должен знать. У тебя есть братья? сестры?
Эльминстер замотал головой:
– Никого. Ни живых, ни мертвых.
– А твоя мать? Эльминстер развел руками.
– А ты видел, чтобы там кто-нибудь остался в живых? – спросил он, вдруг снова теряя самообладание. – Все, хватит, теперь я хочу получить мои ответы, сэр рыцарь. – Он сделал нарочито долгий глоток из фляги.
Нос и горло обожгло огнем. Эльминстер закашлялся, судорожно хватая ртом воздух. Ноги его подкосились, на глазах выступили слезы, и он тяжело осел на камень. Хелм поддержал его и помог сесть. Сильные руки тихонько встряхнули мальчика.
– Что, парень, не привык к такой водичке? Ну как ты, в порядке?
Не поднимая головы, Эльминстер слабо кивнул. Хелм небрежно похлопал его по плечу:
– Вот и ладно. Похоже, твои родители решили, что тебе лучше ничего не знать – дольше проживешь. И я их вполне понимаю.
Со слезами на глазах Эльминстер снова сердито вскинул голову, но увидел, что Хелм поднял руку в порыжевшей перчатке, чтобы остановить его протест:
– Но я обещал… и ты – принц Аталантара. Рыцарь держит свое слово, каким бы поспешным оно ни было.
– Так давай же рассказывай, – сказал Эльминстер.
– Что ты знаешь о своих родителях? О своем происхождении?
Эльминстер пожал плечами.
– Ничего, – с горечью в голосе ответил он, – только имена родителей. Мать звали Амритейл Голдшиф, ее отец был лесником. А мой отец гордился этим мечом – он волшебный – и радовался, что из Хелдона иногда виден Аталгард. Это все.
Хелм отвел глаза и, вздохнув, сказал:
– Ну что ж. Садись и слушай. Если останешься в живых, хорошенько сохрани в памяти все, что услышишь сейчас. Сегодня в Аталантаре чародеи охотятся за людьми твоей крови.
– Да, теперь я знаю, – поддержал его Эльминстер. Хелм вздохнул:
– Я… прости, принц, мою забывчивость. Совсем вылетело из головы… – Он развел руками в рыцарских перчатках так, словно раздвигал перед собой кусты, и сказал: – Это королевство – Аталантар – называется Королевством Оленя в честь одного человека: Утграела Омара, Оленьего Короля, непревзойденного воина и твоего венценосного дедушки.
Эльминстер кивнул:
– Я уже понял по твоим разговорам о «принце». Но почему тогда сейчас я не богато одет и не нахожусь под высокими сводами Аталгарда?
Хелм восхищенно взглянул на него и усмехнулся:
– Быстро соображаешь, и нервы железные… Он был таким же, парень. – Протянув руку, он нащупал позади себя видавший виды холщовый мешок и стал в нем рыться, продолжая рассказывать. – Наверное, лучше всего рассказать тебе все по порядку. Утграел был моим повелителем, парень, и лучшего мечника я в жизни не видывал. – Его голос перешел на шепот, на лице не осталось и следа улыбки. – Он погиб в Год Морозов, в битве с орками у Джандера. Многие из наших – лучшие рыцари Аталантара – умерли в ту суровую зиму.
Наконец Хелм нашел то, что искал: половинку зачерствелого грубого хлеба. Он молча протянул ее Эльминстеру. Тот взял хлеб, кивком поблагодарил его и жестом показал рыцарю, что ждет продолжения рассказа. Тень улыбки коснулась губ Хелма.
– Утграел был стар и не боялся смерти. После того как королева Синдрел отошла в мир иной, он не раз с мрачной решимостью искал в бою смерть. Я сам видел этот огонь в его глазах. Он пал от меча предводителя орков. Королевство осталось в наследство семи сыновьям Утграела – дочерей у него не было. – Хелм отрешенно смотрел вглубь пещеры: перед его глазами проплывали другие места, и другие времена, и лица, незнакомые Эльминстеру. – Пятеро принцев были честолюбивы, и все как один не знали, что такое жалость. Один из них – Фелодар – больше всего любил золото, и по этой причине, парень, он много разъезжал по дальним странам – бывал в жаркой пустыне Калимшан и еще дальше, где он, насколько мне известно, и до сих пор пребывает, но другие братья остались в Аталантаре.
Взгляд рыцаря все еще блуждал где-то далеко. Он потер лоб и прибавил:
– Но были еще два сына. Один из них был слишком молод и робок, чтобы быть реальной угрозой в борьбе за власть. Другой – твой отец Элтрин – был миролюбивым и справедливым. Интригам придворной жизни он предпочел жизнь крестьянина: удалился в эту деревню – Хелдон – и женился на местной девушке. При дворе этот его поступок сочли отказом от дальнейших притязаний на трон. Думаю, так оно и было на самом деле.
Вздохнув, Хелм продолжил свой рассказ. Эльминстер слушал его с большим вниманием.
– Остальные принцы продолжали бороться за власть в королевстве. Люди из других земель, например из Элем-бара, что на побережье, называли их не иначе как «воюющие принцы Аталантара». О них даже песни слагали. До сих пор победителем оставался самый старший сын – Белор. – Рыцарь вдруг наклонился вперед и крепко сжал плечи Эльминстера. – Запоминай хорошенько все, что слышишь, – быстро проговорил он. – Белор обошел своих братьев, но эта победа стоила ему – и всем нам – королевства. Он нанял чародеев, пригласив их из самых разных уголков Фэйруна, чтобы они помогли ему захватить Олений Трон. И сегодня он сидит на этом троне одурманенный пьянством и чарами. Он даже не понимает, что открывает рот только тогда, когда ему позволяют Верховные Чародеи – истинные правители Аталантара. В Хастарле об этом знают даже последние бродяги.
– А сколько их, этих чародеев? Как их зовут? – тихо спросил Эльминстер.
Покачав головой, Хелм снова сел рядом:
– Не знаю. Вряд ли это кому известно в Аталантаре. Ну разве что начальнику охраны Аталгарда. Может быть, еще прислуге замка. – Он пристально посмотрел на Эльминстера. – Ты что, принц, поклялся отомстить за родителей?
Эльминстер кивнул.
– Подожди, – остановил его рыцарь. – Подожди, пока станешь постарше и подкопишь деньжат, чтобы купить собственных магов. А они тебе понадобятся, если ты не хочешь провести остаток жизни в виде фиолетовой лягушки, плавающей в дворцовом бассейне для развлечения самого младшего из учеников этих чародеев-правителей. Хотя поодиночке-то они не так уж и сильны. Чтобы разметать Вирмскую башню, да так что от нее камня на камне не осталось, потребовалось сложить вместе все их силы. Они убили старого Шандрата – самого искусного и могущественного мага, который когда-либо жил среди людей. Это случилось два лета назад. – Он опять вздохнул. – А тех, кого нельзя было сокрушить заклинаниями, они убивали мечом или ядом. Так был убит Тескин, придворный чародей, старейший и самый преданный друг Утграела.
– Я отомщу за них всех, – тихо сказал Эльминстер. – Прежде чем я умру, Аталантар будет свободен от всех Верховных Чародеев – от всех до последнего, даже если мне придется убивать их голыми руками. Я клянусь.
Хелм покачал головой:
– Нет, принц, не надо клятв. Клятвы обрекают на гибель во имя их исполнения. Они требуют посвятить им жизнь без остатка. И человек тратит всю жизнь, чтобы исполнить клятву.
Эльминстер с мрачным видом взглянул на своего собеседника:
– Чародей отнял жизни моих родителей. И всех моих друзей, и вообще всех тех, кого я знал. Это моя жизнь, и я буду распоряжаться ею так, как считаю нужным.
Слова Эльминстера пришлись Хелму по душе, на его лице снова появилась улыбка, но в ответ он только покачал головой:
– Ты еще совсем мальчишка, принц. На твоем месте более опытный человек ушел бы из Аталантара куда глаза глядят, и даже ни разу не оглянулся бы, не проронил бы ни звука о своем прошлом, о своей семье или о Мече Льва… никому. И наверное, прожил бы долгую и счастливую жизнь где-нибудь в другой земле. – Хелм снова обнял мальчика за плечи. – Но ты не можешь поступить так и при этом оставаться Омаром, принцем Аталантара.
Вот поэтому-то ты и выбираешь смерть во исполнение клятвы. – Он снова покачал головой. – Так хотя бы прислушайся к моим словам и подожди, пока есть такая возможность и пока никто в Фэйруне не знает, что ты жив… иначе ты просто подаришь одному из Верховных Чародеев несколько минут жестокой забавы.
– А они знают обо мне?
Во взгляде Хелма читалась жалость.
– Ты совсем еще невинный ягненок и ничего не смыслишь в подводных течениях двора. Я даже не сомневаюсь, что чародей, что сжег Хелдон, прилетел сюда с приказом уничтожить принца Элтрина и весь его род, чтобы его сын – а похоже, они знают о тебе – не заявил свои права на королевский трон, когда вырастет и выучится.
Рыцарь замолчал, когда заметил, что юноша побледнел. Однако, когда парень заговорил, Хелм в который раз почувствовал удивление.
– Сэр Хелм, – невозмутимо обратился к нему Эльминстер, – назови мне имена Верховных Чародеев и можешь забрать моих овец.
Хелм расхохотался:
– Сказать по правде, парень, я их и не знаю толком, а бродяги, что ушли в твою бывшую деревню, заберут овец в любом случае, хочешь ты того или нет. Но я могу назвать тебе имена твоих дядюшек, возможно, в будущем они пригодятся тебе.
В глазах Эльминстера загорелся огонек.
– Так назови.
– Самый старший – твой главный враг – Белор. Крупный, грузный, крикливый человек, но вряд ли он видел больше двадцати девяти зим. Он не знает жалости ни на охоте, ни в битве и лучше всех остальных братьев владеет оружием. Он считает себя умным, но на самом деле это не так. Одно время он даже был любимцем Утграела, но потом слишком часто стал выказывать свой жестокий нрав. К тому же он весьма вспыльчив. Минуло уже не одно, а целых шесть лет с тех пор, как он провозгласил себя королем, но многие народы вверх и вниз по течению Делимбира не признают за ним этот титул. Они знают, что случилось. Эльминстер кивнул:
– Второй сын?
– Говорят, что его уже нет в живых. Элтон был сладкоречивым и женоподобным. Каждое сказанное им слово было ложью. Все королевство знало его как непревзойденного мастера по части интриг. Ему удалось сбежать из Хастарла, чуть опередив охрану Белора. Люди рассказывали, что через год кто-то из Верховных Чародеев нашел его в одном из городов Калимшана в каком-то погребе, где он прятался. Чародей воспользовался магией, и смерть Элтона была долгой и мучительной.
– Кто третий?
Увидев, как Эльминстер считает их, загибая пальцы, Хелм усмехнулся:
– Третьего брата звали Коли. Трусливый и подозрительный человек. Его убили еще до того, как Белор захватил трон. Коли всегда любил смотреть, как чародеи бросаются огнем и все такое. Он и себя считал чародеем, и один маг, говорят специально нанятый для этого Элтоном, обманом вызвал его на дуэль заклинаний. Он превратил Колна в змею, что вполне подходило к его характеру, а потом взорвал его такой магией, о которой никто и не слыхивал в этих краях. Затем первые же Верховные Чародеи, из тех, что пригласил Белор, в свою очередь уничтожили его – «ради безопасности королевства». Помню, как глашатаи кричали на улицах Хастарла: «Смерть за измену!»
Хелм покачал головой:
– Следующий принц – твой отец. Он всегда был тихим. Его честность привлекала как знатных людей, так и простой народ, который любил его, но при дворе он не имел большого веса. Вскоре он удалился в Хелдон, и в Хастарле многие забыли о нем. Никогда бы не подумал, что Утграел был о нем высокого мнения, но твой меч доказывает, что именно так оно и было.
– Итак, четыре принца, – кивнув, подытожил Эльминстер с таким видом, словно хотел сбросить их со счетов своей памяти. – Кто другие?
Теперь уже Хелм считал, загибая грязные пальцы.
– Затем идет Отглас – жизнерадостный толстяк, который каждый вечер объедался на пирушках, не отказывая себе ни в чем. Тучный, как бочонок пива, он страдал одышкой, поэтому пешие прогулки были не для него. Он любил подсыпать яду тем, кто его не устраивал. Так он довольно энергично чистил ряды неугодных ему придворных, причем убирал не только своих настоящих врагов, а любого, кто хоть слово сказал против него, и на их место выдвигал своих людей.
Эльминстер хмуро взглянул на рыцаря:
– Тебя послушать, так все мои дядюшки – злодеи сплошь и рядом.
Хелм спокойно выдержал его взгляд.
– Да любой по всему Делимбиру скажет тебе то же самое. Я ведь только перечисляю их дела, и не более того. И когда ты придешь к тому же мнению, что и большинство народа, то боги обязательно согласятся с тобой. – Он снова потер лоб и, отхлебнув из фляги, добавил: – Когда Белор захватил трон, его любимцы чародеи сделали вид, что им известно о заговоре, который якобы готовит Отглас, и стали требовать его смерти, ссылаясь на интересы королевства. Отглас быстренько сбежал в Далниир, где поселился среди народа Охотников, поклоняющегося Малару. Вряд ли у Повелителя Зверей был такой жирный жрец до того… или с тех пор.
– А сейчас он жив? Хелм покачал головой:
– В Аталантаре многие знают, какая участь постигла его: об этом позаботились сами Верховные Чародеи. Когда он охотился, они превратили его в вепря, и его убила его же собственная свита.
Эльминстер невольно вздрогнул.
– Следующий принц? – все, что спросил он.
– Фелодар – тот, что уехал в Калимшан. Его страсть – золото и драгоценные камни. В поисках сокровищ он и покинул королевство еще при Утграеле, Куда бы он ни приезжал, Фелодар везде старался завязать торговлю между той землей и нашей страной. Королю это очень нравилось, а Аталантару создавало имя: именно таким наше королевство знают в Фэйруне, по ту сторону Делимбира, и по сей день. Наверное, король не был бы так доволен, если бы знал, откуда у Фелодара золото. Ведь он греб его к себе при первом удобном случае, ни с кем и ни с чем не считаясь… торговал рабами, одурманивающими зельями, черной магией. Насколько мне известно, он и сейчас не отошел от этих дел. Во всяком случае, в придворных интригах в Калимшане Фелодар увяз по самые уши. – Хелм вдруг рассмеялся. – Одно время он даже нанимал колдунов и посылал их сюда, чтобы они сражались против Верховных Чародеев Белора.
– И нет никого, к кому ты хотел бы примкнуть, хотя бы на время? – спросил Эльминстер. В ответ Хелм только усмехнулся и утвердительно кивнул.
– Последний и самый младший наследник престола – Нримт. Мне он запомнился робким, хилым, замкнутым ребенком. После смерти королевы его воспитывали придворные дамы, и все, что он видел в жизни, – это Аталгард. Ему было запрещено покидать замок. Четыре лета назад он исчез.
– Умер?
Хелм пожал плечами:
– Может быть, и нет. Скорее всего Верховные Чародеи держат его где-нибудь в заточении, чтобы у них под рукой всегда был законный наследник Утграела, если с Белором что-то случится.
Эльминстер протянул руку к фляге, Хелм передал ее. Юноша осторожно сделал глоток, чихнул разок и вернул флягу рыцарю. Облизнув губы, он сказал:
– Послушать тебя, так получается, что быть принцем Аталантара – дело не очень благородное.
Хелм пожал плечами:
– Это только от самого принца зависит, сделать это дело благородным или нет. Похоже, что в наши дни большинство принцев забыло о своей обязанности хранить честь королевского дома.
Эльминстер взглянул на Меч Льва, который каким-то образом снова оказался у него в руках.
– И что я теперь должен делать? Хелм в который раз пожал плечами:
– Отправляйся на запад в Отрожье, поживи там среди разбойников. Узнаешь, почем фунт лиха, а заодно научишься владеть клинком… и убивать. Если ты, парень, и вправду решил отомстить, то это не такая простая задачка. Конечно, можно подстеречь одного чародея где-нибудь в отхожем месте и всадить ему в спину кинжал. Но против тебя боги выставили слишком много принцев, чародеев и лизоблюдов-наемников. Даже если бы они все встали в ряд и подставили тебе свои спины, все равно твоя рука устала бы колоть раньше, чем ты расправился бы с ними. – Вздохнув, он прибавил: – Ты говорил правду, когда сказал, что эта месть станет делом твоей жизни. Но прежде тебе придется повзрослеть и стать настоящим рыцарем. А тем временем каким-то образом надо держаться подальше о г глаз Верховных Чародеев, пока не научишься оставаться в живых, сражаясь с наемниками, которых пошлют убить тебя. Большинство из них не ахти какие воины, но и ты сейчас тоже ничего не умеешь. Отправляйся в горы и предложи свой меч разбойникам хотя бы на две зимы. В городах всем заправляют чародеи. Зло правит, и честные люди просто вынуждены становиться разбойниками – или трупами, если они хотят оставаться честными. Поэтому отправляйся к разбойникам и учись. – Улыбка почти исчезла с его лица, когда он прибавил: – Если останешься жив, поброди по Фэйруну, а когда найдешь оружие, достаточно острое, чтобы убить им Неддрина, возвращайся и убей его.
– Кого?
– Нелдрина Хоклина. Он, пожалуй, самый могущественный из всех Верховных Чародеев.
Серо-голубые глаза Эльминстера вспыхнули негодованием.
– Ты же сказал, что не знаешь их имен. И это рыцарь Аталантара называет «правдой»?
Хелм сплюнул в сторону, в темноту.
– Правдой? – Он подался вперед. – А что, по-твоему, парень, «правда»?
Эльминстер нахмурился.
– Правда – это то, что есть, – произнес он ледяным тоном. – Мне не известны никакие тайные смыслы.
– Правда, – ответил ему Хелм, – это оружие. Запомни это.
Тяжелое молчание повисло между ними. Наконец Эльминстер сказал:
– Ладно, я усвоил твой урок. Тогда скажи мне, о мудрый рыцарь, чему еще можно верить из того, что я услышал об отце и дядях?
Хелм едва сдержал улыбку. Когда этот парень говорил тихо, в его голосе звучала угроза. И это были не пустые слова. Пожалуй, он заслужил честный ответ. И рыцарь просто сказал:
– Всему. Это все, что я знаю. Если ты все еще жаждешь имен, добавь к ним еще Верховных Чародеев Сел-динора Стормклоука и Кадельна Олотстара. Но я их никогда не видел и вряд ли узнаю, даже если столкнусь с ними нос к носу.
Эльминстер окинул своего небритого грязного собеседника серьезным взглядом:
– Ты не такой, каким я представлял себе рыцаря Аталантара.
Хелм прямо посмотрел ему в глаза:
– А ты, принц, думал, что если рыцарь, так сверкающие доспехи? Верхом на белом коне и чтобы обязательно выше всех? Обходительное поведение? Благородные жертвы? Это не тот мир, парень, не тот… во всяком случае с тех пор как умерла королева.
– Кто?
Хелм вздохнул и отвел взгляд:
– Я забыл, что ты ничего не знаешь о своем королевстве. Королева Синдрел Хорнуэтер, твоя бабушка, жена Утграела и хозяйка всего его двора. – Задумчиво глядя в темноту, он тихо прибавил: – Я в жизни не видел более красивой женщины.
Эльминстер поднялся:
– Благодарю, Хелм Стоунблейд. Мне пора уходить, пока твои спутники, эти бродяги, не вернулись с набега на Хелдон, вернее, на то, что от него осталось. Если богам будет угодно, мы еще обязательно встретимся с тобой.
Хелм взглянул на него снизу вверх:
– Надеюсь, что так, парень, очень надеюсь… И пусть бы это случилось, когда Аталантар вновь станет свободным от Верховных Чародеев, а мои спутники – рыцари Аталантара, которых ты презрительно назвал бродягами, – смогут объезжать дозором нашу мирную страну, охраняя ее покой.
Он протянул Эльминстеру флягу и хлеб.
– Отправляйся на запад, в Отрожье, – хрипло сказал он, – и постарайся, чтобы тебя никто не увидел. Иди в сумерках – вечером и на рассвете – и держись леса и полей. Опасайся дозорных отрядов: они сначала убьют, а потом спросят твой труп, по какому ты делу. И всегда помни: те, кто сегодня продался Верховным Чародеям, не рыцари. У сегодняшних так называемых рыцарей Аталантара нет чести. – Он снова в раздумье сплюнул и прибавил: – И еще… если встретишься с разбойниками, скажи, что тебя послал Хелм, и тебе будут доверять.
Эльминстер взял хлеб и флягу. Их взгляды встретились, и он благодарно кивнул.
– Запомни, – сказал Хелм, – никому не называй свое настоящее имя, и еще – не задавай никаких дурацких вопросов о принцах или Верховных Чародеях. Побудь кем-нибудь другим, пока не придет твое время.
Эльминстер кивнул:
– Я верю тебе, сэр рыцарь, и спасибо за все. – Он повернулся со всей важностью, на какую был способен в свои двенадцать зим, и пошел к выходу из пещеры.
Усмехнувшись, рыцарь догнал его:
– Подожди, парень, возьми мой меч. Он понадобится тебе. А обломок того – твоего – лучше держи подальше от чужих глаз.
Эльминстер остановился и обернулся, стараясь не выдать своей радости: теперь у него собственный меч!
– А как же ты? – спросил он, принимая из грязных рук рыцаря тяжелый простой меч. Звякнули пряжки, зашуршала кожа, и за мечом последовали ножны.
Хелм пожал плечами:
– Я добуду себе другой. А мой титул рыцаря предполагает, что мой меч должен служить любому из принцев этого королевства, поэтому…
Эльминстер вдруг улыбнулся и, сжав меч обеими руками, взмахнул им, рассекая воздух. Вот это сила! С таким оружием он чувствовал себя защищенным. Удар, еще удар! Воображаемый враг повержен, и острие клинка чуть приподнялось.
Хелм широко улыбнулся:
– Так его, так! Бери меч и отправляйся в дорогу! Эльминстер прошел несколько шагов по траве… и вдруг обернулся, возвращая рыцарю такую же теплую улыбку. А затем, уже больше не оглядываясь, побежал по залитому солнечным светом лугу, бережно прижимая к груди убранный в ножны меч.
Достав кинжал, Хелм нашел подходящий камень и, покачивая головой, отправился забивать овцу. Скоро ли долетит до него весточка о смерти этого паренька? Но как бы там ни было, все-таки долг каждого рыцаря – сделать все возможное и невозможное, чтобы в мечтах маленьких мальчиков Аталантар сиял самым ярким и чистым светом, а может, и не только в мечтах, а везде, где возрастают его завтрашние рыцари… А иначе какое будущее у этого королевства?
При этой мысли его улыбка угасла. А и в самом деле, каково будущее Аталантара?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?