Читать книгу "Сопряжение. Чернильный маг. Книга 5"

Последние двадцать минут с этим человеком раскрыли его даже больше последних двух недель. Если сначала я считал его как минимум профессионально непригодным лизоблюдом, этаким другом детства, которому посчастливилось сидеть за одной партой с будущим героем Сербии, то сейчас отчетливо наблюдал за умным дипломатом.

Вряд ли прямой, как правда, и горячий, как сердце Че Гевары, Лука Драганович стал бы князем без помощи этого «серого кардинала».

– Вы не передали Виктории наш с Кариной разговор.

– Пустое, – отмахнулся он – Виктория – потрясающая девочка! Упертая, как тата, и умная, как ее мама. Не обманите ее и ее надежды, граф.

– Обещаю, – произнес, будто поклялся, я.

– Ну что? Мы наконец сможем подойти к кхм… князьям? – деловито поинтересовался он. – Может быть, ваш свежий взгляд поможет определить самозванца.

Я промолчал, прикидывая возможные способы проверки. Если честно, меня даже накрыла легкая паника.

Попытаться поймать джараксуса на вопросах, ответ на который знает только князь – глупо. Джараксус тем и опасен, что копирует не только облик, но и память жертвы. Уверен, присутствующие из свиты князя, равно как и Вика и ее матушка, попробовали этот вариант. И раз мы все еще здесь – безрезультатно.

Но что тогда они хотят от меня? Почему в попытке определить настоящего Луку Драгановича граф Войнович и сам князь надеются на меня? Да вашу эльфийскую бабушку, я граф без году неделя! Посол так вообще меньше часа! Не говоря уже про мои оценки в академии, которую я, кстати, бросил. Как, по их мнению, я должен вычислить джараксуса?

– Пару минут, – пряча за улыбкой растерянность, произнес я. – Мне нужно подготовиться. А вы, пожалуйста, проследите, чтобы они не убили друг друга еще чуть-чуть. И еще, – я сунул в руки графа торбу контрабандиста. – Подержите.

До конца не понимая, что я от него хочу, Никола принял раскрытую сумку, ну а я, не долго думая, просто сиганул внутрь.

Глава 8

– Признаться, я был бы не против, если бы вы меня предупредили, – произнес граф Войнович, едва моя голова показалась из торбы.

– Прошу прощения, чувак. Прошу прощения.

Вылезать из торбы на глазах трех десятков мужчин и десятка женщин было неловко. Однако к черту стеснение. Если я хотел предстать перед высокородными господами Европы в благочинном свете, то уже поздно. Опоздал на пару месяцев. История о наших с дубликатом злоключениях уже давно стала достоянием желтой прессы. И в этом противостоянии Карина уже побывала во всех возможных амплуа. Впрочем, как и я. С одной лишь только разницей, что после убийства дубликата для любителей нюхать чужое грязное белье я стал стопроцентным злом.

Ну да и растереть. Умный подобный спам читать не будет, а с дураками я предпочитаю дел не иметь.

– И еще раз здравствуйте, – выскочив из торба как и черт из табакерки, как ни в чем ни бывало произнес я. – Князь.

Никому конкретно и сразу обоим обозначил я поклон. И на этом с расшаркиваниями было покончено.

– Вот, – произнес я протянув каждому клинок. – У меня нет ответа, как выяснить кто из вас кто, поэтому предлагаю выставить это на суд поединком.

Похожие, как однояйцевые близнецы, князья Луки Баранковичи озадаченно посмотрели на оружие и переглянулись. А мне было весело. Весело как тогда, на питерской набережной, Ведь именно тогда я впервые попробовал зелье ЗИЛа.

К моему мрачному неудивлению, никто из них не бросился зарубить другого. Жаль. Так было бы гораздо проще. Необязательно конечно чтобы выжил именно настоящий князь, но проще. Да.

– Чего, бл*дь?! В сумке клей нюхал? – опешила за спиной Пуговка. А через секунду ее пальцы здорово сдавили плечо. – Ты бы еще предложил им разбить на «камень-ножницы-бумага»!

– А это идея, – улыбнулся я, заправляя большие пальцы за ремень. – Ну или в русскую рулетку сыграть. Вот вы, князь, что предпочитаете?

– Охрана! – с ледяной серьезностью щелкнула пальцами Виктория. – Это не граф Ермолов Самозванец! Под стражу его!

– Вика, ты чего? – в жесте примирения я поднял руки.

Делая вид, что не хочу драки, я как бы невзначай показал девушке пузырек из-под зелья. И будь это настоящая Вика, она бы узнала этикетку. Ведь именно с ней и Пуговкой чуть меньше полугода назад мы едва не разнесли набережную Петрограда.

Однако Вика пузырек не узнала. А значит, это была не Вика.

Ну что ж, на подобный поворот событий у меня тоже был план. Хотя «план» – это громко сказано. Так, испачканные о чернильницу пальцы, на которых зависло несколько капель чернил.

– Это же я! Зуб даю! – окончательно доигрывая роль, я изобразил недоумение и затаенный страх.

И это сработало. Лиловым вихрем с вкраплениями зеленых молний Пуговка истаяла в воздухе, чтобы через мгновение воплотиться у меня за спиной.

Одномоментно с этим на шее ощутил холод ее катаны. И укол. Не серьезный, но распоровший парадный мундир, укол короткого танто. В сантиметре от моей печени.

– Шутишь, пупсик? – бархатным голосом прошелестела Эмма. – Ты не Mагнус. Ты мимик и быдло, что сопли о занавески вытирает! Покажи истинное лицо!

Не попросила, потребовала бывшая вампирша.

– Ослабь хватку, шальная, – процедил я сквозь зубы.

И делая вид, что пытаюсь ослабить стальную хватку девушки, продемонстрировал ладонь с зажатым в ней фиалом зелья ЗИЛа. Пуговка все поняла. Ослабила нажим меча и едва слышно прошептала:

– Какой план?

Удивительно, но происходящая меня почти вдвое Пуговка даже не усомнилась в том, что план у меня был. Хех, мне бы ее уверенность.

Изобразив вялую попытку вырваться, я еще раз продемонстрировал ей пузырек и спросил.

– Есть еще?

– С ума сошел? Это же биологическое оружие!

– Так есть или нет?

Эмма на секунду заколебалась, будто решая, стоит признаваться или лучше промолчать.

– Есть. В бокале этой выскочки, – прошипела она и прижимая к себе мечом слегка довернула мое тело.

И я увидел Лилит, а в ее руке – бокал с неестественно красным, почти фиолетовым, вином.

Внутри все оборвалось. На мгновение я представил, что зелье ЗИЛа может сделать с еще не рожденным ребенком, и внутри все похолодело.

– Да я тебя… – источая праведный гнев, зашипел я.

Но замолчал, бросив взгляд на Карину.

Девушка или, вернее сказать, полусуккуба даже ухом не повела. Никакого удивления от происходящего. Для нее происходящее было чем-то не занимательнее театральной сценки. Причем не самой выдающиеся. Будто Карина с самого начала знала, чем закончится второй акт.

А кульминация была уже близка.

– Но сначала… – решительным шагом подошла Виктория и, запустив руку под полы моего мундира, вынула заткнутый за пояс клинок.

Он отличался от тех, что весели на поясах офицеров. Никакого золота, драгоценных камней или магических плетений. Признаться, даже металла в нем и было-то – одно маленькое кольцо темной метеоритной стали. На одну швейную иглу, не больше.

Однако если не все, то многие узнали этот клинок. Описание этого легендарного оружия не оставляло сомнений – в руках великой княжны сербской и титулованной графини черногорской находился тот самый Первый клинок.

Девушка подхватила его двумя пальцами, подняла так, чтобы было видно каждому из присутствующих.

– Первый клинок – Оружие Каина! Милостивые господа, это оружие несомненной мощи. Посему, до окончания расследования, как хозяйка и единственная наследница Дома Бранковичей я прошу присутствующих глав других домов сопроводить меня в сокровищницу и при свидетелях охранять его до конца изоляции.

Ох-хо-хо! А вот это не входило в мои планы. Даже вышибающее логику и рациональное мышление зелье не подсказало подобного варианта развития событий.

С самого появления я вел себя, как быдло. Не, не так. Вел себя, как пьяный пастух со «свистящей флягой». Не то чтобы я такой хороший актер – девяносто процентов проделало со мной зелье ЗИЛа. Однако факт остается фактом. Я панибратски обращался к великим Домам Европы, выдавал полную ересь за стопроцентный план. Черт, даже руки о штаны вытер. И все это представление было только ради того, чтобы как бы невзначай, в гопнической манере продемонстрировать заткнутый под мундиром за пояс Первый Клинок. И дать самозванцу, кто бы он ни был, повод усомниться в том, что я действительно граф Ермолов, а не прикинувшийся Магнусом допплер.

И до последнего момента все шло хорошо. Увидев клинок, Джараксус повелся. Шестерка Каина выдала себя и под благовидным предлогом затребовала оружие. И мне бы радоваться, ведь выявление Джараксуса идет по плану и до развязки рукой подать. Вот только на проверку Джараксусом оказался не один из князей Бранковичей, а Вика. Моя Вика!

А это значит, что… Захотелось сорваться, достать настоящий Первый Клинок и раскроить башку бывшего старосты. Недавно, но кажется совсем давно, когда джараксус носил личность Адама, я считал его другом. Черт, я даже пошел против логики, отпустив его вместе с его любовью. И вот, как в притче и сказано, за наше добро и великодушие к врагам – мы расплачиваемся смертями невинных. И стала сегодня этой невинной жертвой Виктория. Моя Виктория.

Внутри, в подсознании, я кипел, мысленно представляя, как при помощи гремлинского ножа шнурок за шнурком снимаю с Адама его чешуйчатую кожу. Хмель и яд белладонны подливали масла в огонь моей фантазии. А сознание продолжало бесстрастно обрабатывать новые вводные.

Из положительного: Джараксус, он же теперь Виктория, думает, что вернул себе абсолютное оружие. Из отрицательных моментов: он нашел веский повод окружить себя самыми влиятельными людьми Европы. И не только людьми. Даже Карина, как представитель клана Лейнингейн, была обязана сопровождать джараксуса.

Нехитрый расчет возможных сценариев выводил на не совсем радужные перспективы. Когда двери в сокровищницу захлопнутся, шестерка Каина, прикрываясь обликом Вики, захочет воспользоваться первым клинком и окончательно уничтожить глав присутствующих кланов.

Тут, кстати и перекаченная магическим оружием Сербская оппозиция. Протесты перерастут в столкновения, а затем и гражданскую войну, которая за пару суток охватит всю Сербию. И через пару недель разгорится уже по всей Европе.

А это – основание для первой Мировой Магической войны. Междоусобной и беспощадной. На полное уничтожение.

От осознания масштаба и возможных последствий меня будто ударила молния.

Да, в руках Джараксуса лишь реплика. Почти все главы кланов – одаренные и смерть не уничтожит их окончательно. Но от этого не сильно легче. Адам прикинулся моей Викой, и, пусть даже не окончательная, смерть от руки дочери сербского князя – это хороший повод назначить виноватым Луку Драгановича. А вместе с ним и всю Черноруссию.

И Российской империи придется сделать выбор: вступиться за западного брата и ввязаться в заведомо проигрышную войну против всего мира или смалодушничать, промычать что-то нечленораздельное и спрятать глазки, бросив Черноруссию на растерзание.

– Я пошумлю, а ты – спрячь князя. Можешь спрятать в мою сумку, – кивком головы я напомнил про торбу на полу.

– Какого из них? – тут же напряглась Пуговка.

– Любого. Сначала разделим их, а уж потом будем решать «ху из ху», – несмотря на опьянение зельем, логично решил я.

– А почему бы тебе просто не применить способности Искажающего реальность? Как тогда, на Чемпионате!

– Я не умею. Не знаю, как это контролировать. В общем, на счет «три». Раз… три!

Заломленная за спиной рука нащупала тесьму корсета Пуговки. Капля чернил подчинилась магия и, превратившись в острое лезвие, рассекла завязки. Эмма. «Надеюсь, подруга, ты простишь меня раньше, чем выпрямится моя кардиограмма», – подумал я, чувствуя, как сползает предмет ее гардероба.

Явно не ожидала подобного, а потому, пискнув, она бросила оба оружия. Теперь для всемогущей Пуговки главной задачей было не удерживать меня, а не дать развязанному корсету обнажить ее прелести.

Освободив руки, я выбросил их вперед, в сторону псевдо Вики. И подлог тут же раскрылся. Моя неодренная невеста, о помолвке с которой мы заявили меньше часа назад, сложила глифы на пальцах и закрылась магическим щитом.

Еще раз, для лучшего понимания: неодаренная девушка вдруг осознанно применила защитное плетение! Но почему-то всем на это было насрать! А вот на мое освобождение – нет.

Почти полсотни одаренных из высших домов Европы ощетинились магией. Люди, эльфы, гномы и даже пара тифлингов вдруг встали на защиту псевдо Вики. Джараксус, примеривший шкурку моей девушки, подмигнул, крутанув Первый Клинок. Да я и сам понимал, что дай им только повод, и моя творческая шкурка отправился на сувениры. А когда вы во всем разберетесь, я и Первый Клинок будем уже далеко!

И тем не менее все продолжал идти по плану. Чернила, от которых джараксус укрылся при помощи магического щита, никуда не делись. Да и, признаться, выбрасывая их в в сторону джараксуса, я не намеревался ему навредить. Даже наоборот, моей целью было то, что висело на стене за его спиной.

Прекрасная картина, написанная моим коллегой пару сотен лет назад, уже пропиталась моими чернилами. Картина начинала оживать. Вот порыв нарисованного ветра всколыхнул крону дерева. Вот породистый конь вороной масти ударил копытом по нарисованной земле. Вот рыцарь в сияющих доспехах – главный персонаж картины – поднял ватную руку и, прикрыв забрало шлема, соскочил со своего вороного жеребца.

Надо было действовать. Приковать внимание гостей, чтобы даже самый скучающий из лордов, герцогов и прочих пэров не подумал обернуться и посмотреть на псевдо Вику, спрятавшуюся за спинами толпы.

Поэтому без резких движений я опустил руку во внутренний карман и достал карманный блокнот с набросками рисунков.

– В какой уже раз повторяю – я граф Магнус Ермолов! Я Чернильный маг!

С этими словами я раскрыл первую страницу, и с листов плотного пергамента сорвалось облако бабочек. И это подействовало! Дамы охнули от красоты и неожиданности. Такой демонстрации оказалось достаточно, чтобы многие аристократы поверили в то, что я тот, за кого себя выдаю. Практически все убрали руки с оружия и погасили заряженные магией заклинания. Однако я не собирался останавливаться. Мне нужно было еще немного их внимания.

Я перевернул страницу, и следом из слегка потрепанного блокнота выглянула любопытная мордочка огромного хомяка в кольчуге и шлеме.

– Что вылупились? – на вполне понятном русском вопрошал боевой грызун. – Магнус, чавой-то это они?

– Все нормально, Балтимор, – ответил я грызуну и представил аристократам своего нарисованного друга.

– Дамы и господа, знакомьтесь, это воинствующий хомяк и мой хороший друг – Балтимор Красивый. Для непонятливых повторю еще раз: Балтимор не крыса, не джунгарик. Он – воинствующий хомяк из древнего и почитаемого рода.

Я продолжал разглагольствовать, привлекая к себе и другу внимание, а нарисованный рыцарь уже приступил к своему черному делу. Вот голова рыцаря выглянула из рамы, точно из окна. Вот массивные руки обняли неВику за плечи. Подручный Каина даже не понял, что произошло.

Джараксус аляповато взмахнул клинком, но костяное лезвие не могло убить нарисованного и давно умершего рыцаря. Видать, живший столетия назад рыцарь был былинным богатырем, потому как ему потребовалось всего мгновенье, чтобы утащить джараксуса в не мою картину.

Я продолжал разглагольствовать, развлекая толпу дешевыми фокусами, а сам наблюдал, как всего за пару тактов сердца опаснейший реликтовый монстр превратился в еще одного персонажа не моей картины.

А когда все закончилось, я улыбнулся мыслям о том, что не ошибся. Масло на холсте развеяло подменную магию джараксуса. Он сбросил облик Виктории. Перекочевав в образец средневекового искусства, джараксус перевоплотился, вернув животный облик, и теперь перед обнажившим меч рыцарем стояла антропоморфная рептилия или человекоподобный дракон.