Текст книги "Единожды солгав"
![](/books_files/covers/thumbs_240/edinozhdy-solgav-257936.jpg)
Автор книги: Екатерина Риз
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Руку не подала, потому что, во-первых, было противно от его речей, а, во-вторых, если уж совсем честно, то не совсем верилось, что Валера сам до конца понимает, точнее, представляет, как собирается претворять всё это в жизнь. Потому что для Алёны эти речи и его задумки ничего конкретного не представляли. Богатый муж, большие деньги, афёры и авантюры. Но ответить Валере отказом, означало остаться в большом городе одной. Она не умела заводить друзей, так и не смогла этому научиться, и единственный друг, подруга, её исчезновение из жизни Алёны, лишний раз доказывало сей факт. Как ни горько это было осознавать. Ей повезло встретить на своём жизненном пути Дашку, которая взяла и поддержала её, возможно в самый опасный, самый катастрофичный момент её жизни, когда она могла пошатнуться так, что можно было и не подняться после. И они вместе столько всего прошли, а теперь Дашка ушла в свою, новую жизнь без неё, и Алёна вдруг осознала, что отвыкла быть одиночкой. О чём-то размышлять, фантазировать, спрятавшись ото всех в углу. И потерять ещё и Валеру, пусть непонятного, пусть с его пугающими планами и идеями, она не осмелилась.
Но, надо сказать, и, наверное, отдать Валере должное, или наоборот испугаться, он превзошёл все ожидания Алёны. Если они, вообще, были. Так глобально, как мыслил Валера, у неё никогда не получалось. А он взял и поменял всю её жизнь. Не в один момент, далеко не в один, но перво-наперво он забрал Алёну из коммуналки и переселил в двухкомнатную квартиру в Измайлово. Не центр, но это была отдельная квартира в приличном доме, и первое время Алёна никак не могла свыкнуться с мыслью, что она одна. Как оказалось, она никогда не была одна, не жила одна, не была себе хозяйкой. И первую неделю жизни в новом жилище, не могла спать. Долго-долго лежала в темноте и слушала тишину. К этому невозможно было привыкнуть.
– Не жди быстрых перемен, – сказал ей Валера в какой-то момент. – Меняй себя для начала, учись.
– Чему? – усмехнулась тогда Алёна, и глянула на него с вызовом.
А Валера подошёл и приложил палец к её губам. Надавил, чтобы она не могла ничего сказать.
– Всему, – ответил он. – В первую очередь молчать. Всегда думай, прежде чем говорить. Особенно, если врёшь. – Валера отошёл от неё, сделал несколько шагов по комнате, осматриваясь. – Смотри телевизор, читай книги, журналы, даже если они тебе не нравятся. Учись правильно говорить. Всё зависит от тебя. На данный момент, это твоя работа. Не будешь справляться, вернёшься в свою харчевню, подносы таскать. Я не стану тратить время впустую, Алёна.
– А чем занимаешься ты? – спросила его тогда Алёна. Наблюдала за ним, не скрываясь, наверное, смотрела, как волчонок, но в тот момент её это не беспокоило. – Почему бы тебе самому не жениться на какой-нибудь богатой тётке?
Задавала этот вопрос, считая себя умной и циничной, а Валера вдруг рассмеялся. По всей видимости, над её наивностью.
– А с чего ты взяла, что я не женат?
Она разглядывала его в замешательстве, обдумывала его слова, а Валера смеяться прекратил, но взгляд его был полон снисходительности.
– Ладно, успокойся. Я не женат. – И тут же добавил: – В данный момент.
Алёна нахмурилась, в первый раз задумавшись о том, что все речи, что она от него слышала, могут оказаться куда более серьёзными и реалистичными, чем она себе представляя. Просто наслаждаясь до этого момента жизнью в отдельной квартире, неожиданно свободная от тяжёлой каждодневной работы и размышлений о том, где ещё заработать денег.
– Это что, твой бизнес? – спросила она.
А он плечами пожал.
– Можешь, считать так. И бизнес весьма неплохой, заметь.
– Понятно, – пробормотала она. – И ты решил его расширить. Мною.
– Я никого не держу. Я тебе это уже говорил. – И взглянул со значением. Алёна не нашла в себе решительности продолжать разговор.
Но с того момента всерьёз призадумалась, вечером взяла в руки одну из книг, что Валера принёс. Что-то об истории искусства, Алёна никак не могла вникнуть в суть, наверное, потому, что думала о другом. Продолжала читать, злилась на себя, задавала себе вопрос: зачем ей всё это надо, но приходил новый день, и в старую жизнь возвращаться никак не хотелось. У неё появились новые вещи, наряды, о которых она и мечтать не смела, красивые платья и туфли. Валера, правда, оказался учителем требовательным, порой тираном, и все свои вложения старался оправдывать, Алёна временами даже не выдерживала, и говорила ему, что она всё-таки не игрушка и не вещь. Не надо обращаться с ней, как с бездушной, строптивой девкой. А потом задумывалась о том, в каком свете Валера её видит? Может, именно в таком? И, может быть, это справедливо. Ведь она продала ему себя, за возможную выгоду в будущем. И жаловаться не должна.
Валера покупал ей одежду, учил вести себя правильно, разговаривать сдержанно, а после отправлялся с ней в ресторан или на выставку, показывал, как куклу, в новых нарядах, с лучезарной улыбкой, знакомил с людьми, а, на самом деле, каждый раз устраивал ей экзамен, а после дотошно проговаривал все ошибки. Не ругал, но его нудные речи в такие моменты Алёна ненавидела больше всего, потому что чувствовала себя неполноценной деревенщиной под его недовольным взглядом. Обучение, если его можно так назвать, продолжалось долго. Месяц за месяцем придирок, обвинений, исправлений, ссор и криков Алёны. Она злилась и переживала, потому что понимала, что начинает принимать эту жизнь такой, какой её показывает ей Валера. И ей нравится комфортное, обеспеченное существование, ей нравятся магазины и рестораны, а в её голове поселились совсем другие мысли, не только о том, как выжить в большом городе. Хотелось большего, хотелось удовольствий и развлечений, которых у неё никогда не было. И Алёна прекрасно понимала, насколько это опасная дорога. И что свернуть с неё будет очень трудно.
Когда она освоилась настолько, чтобы начать общаться с людьми, не пугая тех своей необразованностью и непосредственностью, Валера начал знакомить её со своими друзьями и приятелями. Знакомых у него было много, и всех он называл близкими, всем он улыбался и радовался при встрече, казалось бы, совершенно искренне. Правда, всё это было спектаклем, но своей обворожительной улыбкой Валера окружающих подкупал. Алёна наблюдала за ним, поначалу стараясь оставаться в стороне, улыбалась и вступала в разговор, когда её просили, но со временем, Валера принялся её подталкивать к более решительному поведению, и это было очередной ступенью обучения.
– Это Алёна, – представлял он её всем, кого видел, – моя двоюродная сестра из Новосибирска.
– Какого Новосибирска? – удивилась она шёпотом, в первый раз услышав от него эту байку. – А вдруг меня спросят о Новосибирске, а я ничего не знаю.
– Значит, тебе есть, чем заняться на досуге, – отрезал Валера, тоже шёпотом. Отодвинул для неё стул за столиком ресторана, одновременно улыбнулся очередному знакомому, и шикнул на свою подопечную. – Улыбайся.
Улыбаться надо было всегда. Скромно, задумчиво, порой смущённо. А когда перед ней стоял мужчина, то улыбнуться, стеснительно отвести глаза и вновь посмотреть. А если её ловили на этом манёвре, Валера принимался хохотать, обнимал Алёну за плечи и громогласно заявлял друзьям:
– Девочку не трогать и не смущать. А то её родители мне по шее надают. Она приехала посмотреть на Москву.
– И что вам особенно понравилось, красавица? – спрашивали её, обычно сладко улыбаясь и разглядывая, разглядывая.
А Алёна невинно распахивала глаза и решительно заявляла:
– Всё.
И мужчины смеялись и умилялись.
А вот оказываясь вдали от знакомых, Валера переставал улыбаться, и вёл себя, как заправский шпион, придумывающий очередную легенду. Такой «сам себе сценарист». Однажды появился у Алёны дома, а вёл он себя в её квартире, как хозяин, хотя, так и было, появлялся, когда хотел, открывал дверь своими ключами, и положил на кухонный стол перед ней дипломные корочки. Алёна к ним потянулась.
– Что это?
– Это твоя новая жизнь, – сказал он ей. – Школьный диплом, ты окончила школу в Новосибирске, причём, заметь, без троек. И поступила в торгово-экономический колледж. – Он взмахнул рукой, в порыве задумчивости, по всей видимости, сочиняя на ходу. – Но что-то у тебя не задалось, ты забрала документы и уговорила родителей отпустить тебя посмотреть Москву. Возможно, продолжить обучение здесь.
– И на кого я училась? – хмыкнула Алёна.
– Прочитай сама и запомни, – нетерпеливо проговорил Валера, кинув на неё миллионный недовольный взгляд. – По всей видимости, торговать и экономить. В нашей стране торговля самый выгодный способ заработать на жизнь. Торговать можно всем и со всеми. С такой профессией не пропадёшь.
Алёна потёрла кончик носа.
– И за сколько ты это купил?
– Какая разница? К тому же, дорого было бы купить диплом, а я купил зачётную книжку и справку об отчислении после второго курса. Проверять никто не станет. Но легенда у тебя есть. Только рассказывай её поправдоподобнее, побольше женской блажи во взгляде в этот момент. И ни один мужик слушать и задавать вопросы не станет.
– Мне так и играть роль дурочки?
– Пока тебе не стукнет двадцать пять, придётся. Потом начнёшь умнеть. – Валера ухмыльнулся. – На глазах.
– А ты?
– Я поумнел в тот момент, когда мне исполнилось тридцать.
Признаться, сведения о его возрасте Алёну удивили.
– Я думала, тебе ещё нет тридцати.
– Что ты, деточка. – Алёне достался снисходительный, насмешливый взгляд. – Я скоро буду совсем старенький.
– И что?
– Что?
– Что было в твоей жизни до тридцати?
Валера задержал на ней задумчивый взгляд, но затем лишь усмехнулся.
– Когда-нибудь я тебе расскажу. Когда немножко повзрослеешь.
Кажется, Валере тоже было проще смотреть на неё, как на глупую малолетку, которая улыбается всем встречным мужчинам, но при этом никакого умысла в её улыбках и взглядах быть не должно, Валера всегда от неё этого требовал. А он своё дело знал, и не прошло и пары месяцев, как все его знакомые были от Алёны в восторге. Правда, это относилось, в основном, к мужчинам, а то, что с девушками отношения не складывались, Алёну не слишком заботило. Дружить с девочками у неё не получалось, она в этом убедилась уже не единожды, к тому же, Валера женскую дружбу не приветствовал, только в пределах задуманного, не выходя за рамки оговоренного заранее плана действий.
– Бабы – это болтовня, слухи, сплетни, а в нашем случае, лучше этого избегать, – говорил он. – Сосредоточься на деле. Потом себе подружку найдёшь, если захочешь.
Для всех она стала младшей сестрёнкой Валеры Зиновьева. Он водил её по ресторанам, театрам, клубам. Одевал и баловал напоказ. А задачей Алёны было наслаждаться жизнью, звонко смеяться и болтать милые глупости. Быть очаровательной и лёгкой в общении, научиться влюблять в себя мужчин. Правда, Алёна не задумывалась о том, влюблялись ли они в неё на самом деле. Если честно, не замечала и не чувствовала, не считала, что это любовь, но прошло совсем немного времени, и её начали приглашать на свидания, дарить цветы и подарки, даже по магазинам сопровождать, частенько оплачивая милые безделушки и новые платья. Каждый раз, как она появлялась дома с фирменными пакетами из дорогих магазинов, Валера начинал улыбаться и потирал руки, наверное, в ожидании той самой сказочной прибыли. Но ей радоваться и наслаждаться успехами запрещал, постоянно напоминал о том, что к главной цели они ещё не подступали, они её ещё даже не выбрали, и расслабляться рано.
– Просто пользуйся тем, что эти глупцы тебе дают. – Он время от времени подходил к Алёне, придвигался близко-близко, приподнимал пальцем её подбородок, и смотрел в глаза. Очень проникновенно и вдумчиво. – Ты это заслужила, ты много работала над собой. Ты очень красивая девочка.
И Алёна каждый раз от его слов, голоса, глубокого, долгого взгляда начинала трястись мелкой дрожью, а со временем в такие моменты в ней начало просыпаться желание. Ей хотелось, чтобы Валера её поцеловал. Он был таким красивым, холёным, умным и смелым. Он так много знал об этой жизни, с такой уверенностью её направлял, что она невольно поддавалась на его обаяние. На то самое, которое он называл наигранным и притворным. Но, наверное, всё же знал, как оно действует на женщин, раз пользовался им вовсю. Но Валера ни разу её не поцеловал. Кажется, ему это даже в голову не приходило. Они были знакомы год, он практически жил в её квартире, разве что не ночевал, чувствовал себя хозяином положения, решал все проблемы Алёны, а смотрел на неё только как на подопечную, на статуэтку, которую предстояло пристроить в надёжные руки. И Алёне всё сильнее хотелось ему что-то доказать. Она сама понимала, что за последний год сильно изменилась, кажется, даже поверила в ту историю, в ту легенду, что сочинил для неё Валера, в свою притворную, удачливую жизнь в большом городе Новосибирск. И, если честно, впервые в жизни вздохнула полной грудью, избавившись от детдомовского прошлого и голодного детства дома, от образа матери-алкоголички, так и маячившего у неё за спиной до самого совершеннолетия, да и позже. А тут она превратилась в милую, добрую девочку из порядочной семьи, которая хлопает ресницами, что-то шепчет на ухо успешным молодым людям и мужчинам, а те смеются и треплют её по коленке. С ними даже спать было не обязательно. Это даже было противопоказано, тем же Валерой, со стороны Алёна должна была казаться воздушной и неземной, неосквернённой.
– Именно на такой захотят жениться, – говорил он Алёне, посмеиваясь над чужой наивностью. – Это сейчас самый дорогой и недоступный товар. Невинность. Но, – в этом месте Валера всегда разводил руками и тяжело, наигранно вздыхал, – в наших реалиях ждать встречи с девственницей слишком глупо. Так что, постараемся сохранить девственно чистую совесть и репутацию.
Алёна закусила губу, чтобы не рассмеяться.
– Сплю только с тем, кого люблю?
Валера кивал и нравоучительно тыкал пальцем в потолок.
– Причём, любишь всей душой, не забывай об этом.
– Как скажешь, братик, – отзывалась Алёна, а Валера начинал улыбаться. Всякий раз, как она называла его братом, он начинал улыбаться, чему-то несказанно радуясь. А Алёну это злило. И запрещала себе думать о том, насколько она может быть глупа, чтобы влюбиться в Валеру.
Она не была ему нужна. Да и он не был ей нужен, просто он внезапно оказался в центре её мира, стержнем его. Алёна на него смотрела, слушала, равнялась на него. И у неё снова никого больше не было. Как-то так получалось в её жизни, что, встретив кого-то для себя важного, она внутренне отгораживалась от всего остального мира. Видела только этого человека, привязывалась к нему, и терять его было тяжело. Так было с Сашкой, с Дашей, теперь вот Валера, который, как паук, плёл вокруг неё свою паутину, но ему не нужна была она, он ждал миллионного бонуса. Это было горько и обидно осознавать. Потому что все вокруг были от неё в восторге, стоило ей улыбнуться, и один Валера не таял и не умилялся её ямочкам на щеках и тёплому взгляду зелёных глаз. Наверное, потому что знал, что всё это притворство. И поэтому у Алёны не было никаких шансов пробиться к нему, не в голову, а к сердцу.
К тому же, он давно ей во всём признался, ещё в самом начале. Она была не в его вкусе, потому что любовь была его работой. Валера крутил романы с богатыми, частенько взрослыми женщинами, которые дарили ему подарки, покупали машины и давали деньги на его бизнес-затеи, не обращая внимания на то, что эти затеи никогда в жизнь не воплощались. От его улыбок, ласковых рук и, наверное, горячих поцелуев, они забывали обо всём на свете. По сути, Валера был альфонсом. Но, несмотря на этот свой «маленький» недостаток, он был идеальным мужчиной, он не обманывал, не воровал, не обводил своих возлюбленных вокруг пальца и не сбегал. Он был настолько обворожителен, что они сами готовы были ему всё отдать, и заплатить ещё больше, лишь бы он их не покидал. И со всеми своими бывшими пассиями Валера оставался в дружеских отношениях, всех целовал при встрече, как родных, и делал комплименты. И делал их так, что их новым кавалерам становилось неудобно за собственную ограниченную фантазию, а женщины вновь вспоминали прошедшую, казалось бы, любовь, и мечтали Валеру вернуть в свои горячие, щедрые объятия.
– Это самое важное, – твердил он Алёне, – никогда не переступать черту, не делать людям зла. Пусть воспоминания о тебе будут одними из самых светлых в их жизни. И они сами, если возникнет необходимость, предложат тебе свою помощь. Поэтому слушай, присматривайся, и будь такой, как они хотят. А как только ты перестанешь соответствовать их идеалу, они сами тебя отпустят, но будут вспоминать и не забудут поблагодарить.
– Ты не считаешь это ложью?
– Нет. Это небольшое притворство. Наша с тобой работа – делать людей счастливыми. По-моему, о такой работе мечтает любой. – Валера улыбнулся. – А то, что эти люди ещё и богаты, не так важно. У каждого свой финансовый лимит на счастье.
Первый серьёзный кандидат в мужья встретился Алёне только через год. Молодой бизнесмен, сын дипломата, он увидел Алёну в театре, в шикарном белом платье в пол, подошёл и представился. Даже спустя много месяцев светской жизни, Алёна была несколько обескуражена. Была уверена, что, в конце концов, будущего супруга или хотя бы претендента в женихи, для неё выберет Валера. Совсем не ожидала встретить харизматичного брюнета, точнее, поймать на себе его долгий взгляд на расстоянии, а спустя несколько минут увидеть его перед собой, с бокалом шампанского, что он ей преподнёс. Подобное знакомство всё же произвело впечатление. Борис Качалин. Тридцать три года. Женат не был, детей не имел, алиментов никому не платил. Родители постоянно проживают в Европе. Руководит семейным бизнесом, производством медицинского оборудования. Вроде бы идеальный кандидат. Молод, богат, хорош собой. Он красиво ухаживал, дарил цветы, драгоценности, а на день рождения преподнёс Алёне и вовсе роскошный подарок, автомобиль. Они встречались полгода, Валера наблюдал за развитием их отношений со стороны, и не вмешивался до поры, до времени. Так долго не вмешивался, что Алёна успела увериться в том, что Валеру кандидатура Бориса вполне устраивает. Валера стал гораздо реже появляться у неё в квартире, сразу после того, как однажды утром столкнулся там с Борисом. Ничего не сказал, правда, вслух посетовал, что сестрёнка совсем взрослая становится, чем Бориса посмешил. А когда спустя некоторое время разговор зашёл о том, чтобы Алёна переехала из Измайлово в более престижный район, Борис брался сам всё устроить, снять для Алёны другую квартиру, больше и шикарнее, вот тогда Валера и задал ей тот самый вопрос:
– Ты хочешь за него замуж?
Признаться, она растерялась. Задумалась, после чего пожала плечами. Но уже через минуту попробовала возмутиться.
– Он подходит по всем параметрам!
Валера спокойно развёл руками.
– Я и не спорю. Ты отлично сыграла свою роль, ты просто умница. И поймала большую рыбу.
– Золотую, – озвучила своё мнение Алёна.
Валера ухмыльнулся.
– Что ж, может быть. Тебе виднее. Здесь есть одно «но». С Качалиным, детка, придётся жить. Ты к этому готова?
Алёна смотрела на него, не до конца понимая, к чему он ведёт. А Валера к ней подошёл, положил руки Алёне на плечи, и наклонился к ней, заглядывая в глаза.
– Чтобы жить с ним, надо либо любить его, и тогда я тебя от души поздравлю. Либо очень сильно любить его деньги, чтобы им просто радоваться. Ты что любишь из этого?
Алёна осторожно перевела дыхание.
– Ничего.
Валера отодвинулся, отступил на шаг и спокойно сообщил:
– Тогда это не наш вариант. Конечно, можно попробовать поиграть с Качалиным в развод, но я уверен, что ничего не выйдет. Он не из той породы. Он не слабак, не дурак, у него характер есть. Если он поймёт, что ты вышла за него из-за денег, то сделает всё, чтобы испортить тебе жизнь. И мне заодно. Не получим ни копейки, но приобретём массу проблем. Говори ему «до свидания». Всё это слишком затянулось.
Алёна расстроено вздохнула, откинулась на диванные подушки, а Валере напомнила:
– Он только что подарил мне «корвет».
Валера отмахнулся.
– Ты всё равно водить не умеешь.
– Я научусь! Я на курсы записалась!
– Учись, – согласился он. – А машину верни.
Алёна покорно кивнула.
– Хорошо.
Расставание с Борисом прошло для Алёны довольно легко. Даже не помнила, чтобы грустила, скучала или всплакнула по нему. Постаралась сделать всё так, как учил Валера. Начала проявлять характер, принялась капризничать, чего-то требовать в те моменты, когда Борису было откровенно не до неё, и спустя несколько недель Качалин сам намекнул на разрыв. Вот тут пришлось видимо опечалиться, посетовать на то, что взрослой быть не так уж просто и весело, а в знак своего хорошего отношения к бывшему любовнику, Алёна предложила вернуть ему подаренный ей автомобиль. Чем, по всей видимости, произвела впечатление. Правда, не стала приписывать сию внезапную мудрость себе.
– Валера сказал, что это очень дорогой подарок, – списала она это решение на названного брата. – Сказал, что я должна его вернуть.
Борис выглядел обескураженным. Даже уговаривать её принялся.
– Это совершенно ни к чему. Я подарил его тебе.
– Знаю. Но я всё равно не умею водить. Так что, возьми его обратно. И не отказывайся, – Алёна положила ладонь на колено Бориса и заглянула в глаза. Без всякого намёка, тепло улыбнулась. – Я знаю, что ты хотел меня порадовать, и порадовал. Но это слишком.
– Ты умница, – похвалил он её, так, как хвалят пятилетнего ребёнка. – Надеюсь, что мы с тобой останемся друзьями.
Алёна улыбнулась широко и открыто. Поспешила кивнуть.
– И я на это надеюсь.
И в знак их продолжающейся дружбы, вместо автомобиля у неё появилось жемчужное колье. С заверениями искренней дружбы и всяческой дальнейшей поддержки от Бориса Качалина. Кстати, колье Алёне приглянулось куда больше, чем автомобиль. Почему-то.
– Вот видишь, – похвалил её Валера, – ты всё схватываешь налету.
– Что совсем неудивительно, – пропела Алёна, продолжая крутиться перед зеркалом, – в конце концов, мы одна семья.
Валера хмыкнул, после чего засмеялся.
– Совершенно верно.
С будущим мужем, Фёдором Вагнером, всё-таки её познакомил Валера. Одним из вечеров, когда они ужинали в ресторане вдвоём, он кивком указал Алёне за крайний у окна столик. Она поначалу даже не поняла, что именно он ей показывает. Была в тот вечер расслаблена, настроена романтично, ей нравились ароматные свечи, расставленные на столах в преддверии Дня всех Влюблённых, надо полагать, который в столице праздновать не забывали. И Алёне нравилось то, что она проводила этот вечер в компании Валеры, и никого из знакомых на горизонте заметно не было. После расставания с Борисом прошло несколько месяцев, и, признаться, Алёна начала успокаиваться, считала, что жизнь её сложилась, или, по крайней мере, складывалась в том направлении, которое её вполне устраивало, и о необходимости замужества она стала задумываться всё реже и реже. Даже названному братцу в новогоднюю ночь она призналась, что, оказывается, мужиков вокруг так много, а она об этом раньше и не задумывалась. Не замечала, занятая мелкими повседневными трудностями. И все они, как один, готовы восхищаться, помогать, поддерживать, в том числе, и финансово, а ей для этого нужно лишь улыбаться и с невинными, медовыми интонациями говорить им «спасибо».
– Тебе просто повезло, – отмахнулся от неё тогда Валера. – Что родилась с ангельской мордашкой. Но это не навсегда, детка, придёт момент, когда твоё место на пьедестале захотят занять другие. И, поверь, ждать не так уж и долго. Тебе сколько, двадцать три? Часики тикают. Надо успеть найти тихую гавань до того момента, как тебе на пятки начнут наступать молодые и наглые.
Алёна тогда ещё фыркнула, не особо поверив в его запугивания. К тому же, пятый бокал шампанского в новогоднюю ночь придавал сил и смелости. Но большая доля истины в словах Валеры была, этого у него не отнять. Он всегда говорил ей то, над чем стоило всерьёз поразмышлять.
– Кто это? – спросила она, оглянувшись на людей за столиком. Две пары: молодые и постарше. В полумраке романтичного освещения зала разглядеть лица было невозможно, но зато и на них с Валерой, на их интерес к другим гостям, внимания не обращали.
Валера больше не смотрел в ту сторону, ел с аппетитом и пил вино. А Алёне негромко сказал:
– Те, что постарше – это Рудольф и Елена Вагнеры. Она ничего из себя не представляет, разве что характер железный, домохозяйка, а вот он директор банка. «Мосфинансбанк», слышала?
Алёна лишь равнодушно пожала плечами.
– Банков полно.
– Полно, – согласился Валера. – Но у Вагнера хорошие знакомые, которые предпочитают выводить деньги из страны через него.
Алёна кинула на Валеру взгляд поверх бокала с вином. Нахмурилась.
– Что-то незаконное?
– Понятия не имею. И мне не интересно. Так говорят. Куда важнее, сколько он с этого имеет.
– И мне всё это для чего-то надо знать? – полюбопытствовала Алёна, намекая на то, что полученная информация её не слишком интересует.
– Тебе это нужно знать потому, что у них есть сын. Он, кстати, сидит напротив матери. – Алёна автоматически повернула голову, и кинула ещё один взгляд через зал. Но снова рассмотреть ничего толком не смогла. – Его зовут Фёдор. Ему тридцать лет. Единственный наследник всех миллионов отца, притом, что совершеннейший олух.
– А что за девушка рядом с ним?
– Поговаривают, что он собирается на ней жениться. Девочка не москвичка, учится в институте, но дочь обеспеченных родителей откуда-то с Урала.
– Вот видишь, он собирается жениться. Значит, мы опоздали.
– А наша мама недовольна, – понизив голос до таинственного шёпота и не забыв усмехнуться, проговорил Валера.
– И ты хочешь, чтобы я очаровала маму?
– Если тебе не трудно, то обоих. Так будет куда удобнее.
Алёна молчала, цедила вино и думала. После чего задала очень важный для себя вопрос:
– Ты считаешь, что он подходит?
– Думаю, что да. Если он в тебя влюбится, ты сможешь им крутить, как хочешь. Я говорю, он олух. Пельмень. Но пельмень самовлюблённый. Вот и сегодня, именно сейчас, возможно, в эту минуту, он доказывает родителям, что лучше них разбирается в жизни, и хочет жениться вот на той девочке, молоденьком специалисте по маркетингу. Докажи ему, что он не фига ни в чём не разбирается.
– Я не могу его разглядеть, темно, – пожаловалась Алёна.
– Зачем тебе его разглядывать?
– А вдруг он мне не понравится?
– Понравится, – перебил её Валера. – Он единственный наследник.
– Как это пошло прозвучало, – пожаловалась Алёна, вдруг почувствовав себя задетой.
– Алёна, перестань, – нетерпеливо проговорил Валера, кинув на неё раздосадованный взгляд. – Знаешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы найти для тебя достойного кандидата? Первый раз, знаешь ли, он трудный самый.
– Полагаешь, будет и второй?
– Зависит от тебя. Так что, ты принимаешь вызов? – Валера чуть склонился над столом, чтобы быть к ней ближе. – От силы год, и ты будешь свободна и при деньгах.
Как и когда-то Алёна молчала, отвернувшись от него, переживая внутри себя неприятный момент. Нужно было быстренько смириться с тем, что Валера всё же собрался ею поторговать. Её лицом, её телом, даже её чувствами. Рано она позволила себе расслабиться, решив, что они так и будут жить ещё долго, играя с людьми, и этого будет достаточно. Но Валера всё ещё ждал своего бонуса. Она допила вино, поставила пустой бокал, после чего молча кивнула. Взяла сумку с соседнего стула и поднялась.
– Я в дамскую комнату, – сообщила она сухо. Незаметным, уже заученным движением одёрнула подол узкого платья, и направилась через зал к выходу. Как раз мимо столика семьи Вагнер. Разглядывала их, пока представилась возможность. Родители сидели к ней спиной, да они и не были Алёне столь интересны, она смотрела на Фёдора. Кстати, он и был похож на большой пельмень. По всей видимости, высокий, но тучный, даже пухлый. Светловолосый, коротко стриженный, лицо с лихорадочным румянцем, по всей видимости, вечер и разговор были всё ж волнительны для него, для тридцатилетнего мужика. Не каждый день он девушку с родителями знакомит, ох, не каждый. Нос картошкой, губы пухлые, а вот взгляд мягкий и немного растерянный. И когда этот самый взгляд неожиданно перехватил взгляд Алёны, что шла мимо и смотрела на него в упор, Фёдор замер, сбился на полуслове и моргнул. Алёна была уверена, что тут же позабыл, о чём только что говорил. А ещё заметила, что он всё это время держал за руку девушку, что сидела рядом с ним. Симпатичная, одетая с намёком на стиль, и взгляд у неё куда более уверенный и цепкий, чем у её возлюбленного. И девушка-то сразу уловила перемену, посмотрела на Фёдора ожидающе, поняла, что он на неё не смотрит, что его внимание отвлекло нечто постороннее, и вот тогда она тоже посмотрела на Алёну. А та про себя усмехнулась. Девочка с Урала была не так проста, наверняка наедине с собой прыгала от радости до потолка, от того, что удалось влюбить в себя сына миллионера, и предстоящая жизнь виделась ей сладкой и играла всеми цветами радуги. На гранях обручального кольца с огромным бриллиантом. А бедный Федя и не догадывался, что дело далеко не в любви.
Что ж, её знакомство с наследником финансового бизнеса можно считать сродни спасительной миссии. Это несколько сглаживает углы и успокаивает совесть. Фёдор Вагнер обречён, и разница состоит лишь в том, кому первой он достанется. Алёна считала, что она достойна.
Их «случайное» знакомство произошло в тот же день, в холле. Они просто столкнулись, Алёна напустила в глаза тумана, на губах мелькнула смущённая улыбка, она даже постаралась покраснеть. А потом кинулась под крыло заботливого «братца», что уже вовсю пожимал руку Вагнеру-старшему, неожиданно припомнив, что они встречались на одном из благотворительных мероприятий. Алёна была уверена, что нигде они до этого не встречались, но Москва на то и Москва, вспомнить всех знакомых и все светские места и события, на которых тебе удалось побывать, невозможно. Особенно, таким занятым личностям, как Рудольф Вагнер.
– Это моя младшая сестра, – представил её Валера, словно, сам с семейством Вагнер был знаком близко и очень давно. – Алёнушка. Люблю и защищаю от внешнего мира, как могу, – засмеялся тем временем сопровождающий Алёны. А она сделала глубокий вдох, словно перед прыжком, причём сделала его так, чтобы все заметили, и протянула Фёдору руку для рукопожатия. Выпалила:
– Очень приятно познакомиться.
Он смотрел на неё обалдевший, будто видел перед собой нереальное, небесное создание, очень осторожно пожал её руку, обескуражено улыбнулся. И проговорил:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?