Читать книгу "Просто – semplicemente. Трилогия. Часть II. «Игры»"

– Вот об этом я даже не догадывался! – Сантино был действительно удивлён.

– Прости, а ты думал я только пистолетом махать умею? – поинтересовался Алессандро.

– Нет, я так не думал, но я действительно удивлен, dottore! – сказал Сони.

– В целом, я занимался делами казино. Мне казалось, неплохо. Потом я женился на Сильвии… Так было надо, прадед был плох, совсем плох.

– Сильвия в курсе того чем ты занимаешься? – спросил Сантино.

– Это имеет значение? – Алессандро не понравился вопрос.

– Нет, просто интересно.

– Раньше она не догадывалась… Но после той истории её отец ей рассказал что-то. Сони, ты не думай, что она из таких, которые… которые поддерживают. Она нежная, она очень аристократичная, у нее хорошее образование, она очень умная женщина. К сожалению, я сразу не увидел этого и не ценил её. Считал нашу совместную жизнь долгом, но это был подарок судьбы. И то, что она в меня выстрелила… она не виновата в этом. Я виноват. Моя глупость. Я пытался построить отношения с другой женщиной потом, с графиней Аннэлисой Ногарола… Возможно Димитро упоминал о ней. Знаешь… такая резкая разница, я не смог.

– Димитро говорил, что это была больше её идея… – заметил Сантино.

– Так и есть, но я решил попробовать и не смог. Она безнадежно, прости, тупа. – сказал Алессандро.

– Мы отвлеклись. Скажи мне, как же так получается, Сальваторе передал тебе в руки всю «Сosa Nostra»? Это немыслимо, на мой взгляд! – сказал Сантино.

– Конечно нет. После его смерти я стал владельцем большей части состояния и принял обязанности главы cosca, а также семьи, именно семьи в общечеловеческом понятии. Это была его воля. Никто не противоречил, в нашей семье я всегда был лидером. Возможно у нас установлен своеобразный диктат старшего, но это правило ввёл Сальваторе в тяжелые времена. – сказал Алессандро.

– И как ты добился за столь короткое время своего положения? Как?

– Несколько лет упорного труда… Я самый образованный из всех… – сказал Алессандро.

– Говорят и самый жестокий. – заметил Сантино.

– Пусть говорят. У меня самая развитая сеть, моя cosca самая преуспевающая во всех сферах, благодаря мне существует железная дисциплина и нет никакого лишнего кровопролития, у нас нет разборок внутри семьи. Уже через год к моему мнению стали прислушиваться подавляющее число боссов, затем ещё через год за решеткой оказался бывший босс боссов и через какое-то время он потерял авторитет, несколько его людей стали pentiti.

– Не ты ли помог такому течению дел? – поинтересовался Сантино.

– Я, – Алессандро ответил легко и просто, при этом его лицо тронула едва заметная улыбка.

Сони даже засомневался, выйдет ли он из дома босса боссов живым.

– Ты слишком легко и просто говоришь о торговле человеческими душами. Те отправились в тюрьму, эти потеряли авторитет в угоду тебе. В твоем ведении наркотики, оружие, продвижение удобных для твоей, как ты говоришь, Империи, законов, сведение счётов! Ты хоть раз задумывался об этом?

у Сантино не укладывалось в голове, как человек вообще может спокойно рассуждать о некоторых вещах.

– Сони, Сони! Спокойнее! Это бизнес, понимаешь? Такой же, как и любой другой, ничем не отличается. Отличие, возможно лишь в том, что я имею дело с более жесткими конкурентами и могу поплатиться за свои ошибки не состоянием, а жизнью.

– Неужели ты действительно так думаешь? Наркотики продают в школах! У тебя самого сын растет… – сказал Сантино.

– Ты прав! Но у моего сына есть я и есть семья, которые смогут объяснить, что есть хорошо, а что есть плохо в масштабах его жизни. Думаю, ему будет достаточно увидеть какого-нибудь парня с передозом. О других детях пусть заботятся их родители! – довольно резко ответил Алессандро.

– В твоей семье никто не страдал пристрастием к наркотикам? – поинтересовался Сантино.

– Марко баловался кокаином… Я слишком поздно узнал об этом. – сказал Алессандро.

– Марко… А где, кстати, Марко? – спросил Сони.

– Там, где ему должно быть! – Алессандро совершенно не хотел отвечать на этот вопрос.

– Алекс, скажи мне. Мы договорились.

– Это очень больная тема для меня, – Алессандро наполнил свой бокал и выпил его залпом.

– Его нет в живых… – Сони давно догадывался об этом.

– Он пытался убить Лучано. Он пытался убить члена нашей семьи, члена cosca… Спланировал всё самым жестоким образом. Он был осужден по закону и понес справедливое наказание. – сказал Алессандро.

– По какому закону? – Сони внимательно смотрел на Алессандро, тот стал бледнее мрамора.

– По нашему закону. Хватит об этом!

Сантино услышал достаточно на сегодня. У него оставались вопросы, но он решил оставить их на потом. Вопросом про Марко он явно задел за живое.

– Хорошо, конечно хватит…

Они помолчали некоторое время.

– Послушай, Сони, – начал Алессандро, – я хотел тебе кое-что предложить.

– Интересно…

– Ты талантливый полицейский… – начал Алессандро.

– И?

– Надеюсь, ты не собираешься всю жизнь провести на должности комиссара?

– К чему ты клонишь? – спросил Сони.

– В антимафиозном департаменте есть хорошая должность, как раз для тебя. Vice direttore… будешь важной персоной на Via Torre di Mezzavia… Однажды станешь direttore…

– Что? – Сони обомлел. – Как такое возможно?

– Возможно и не такое. Подумай… Не завтра, конечно. Всё должно выглядеть правдоподобно…

– Алессандро! Что ты такое говоришь? – у Сантино перехватило дыхание.

– Подумай… Просто подумай о том, что я тебе сказал. Ты достоин большего. – спокойно сказал Алессандро.

– Чёрт …, наверное, мне пора! – Сантино взял свой мобильный и набрал номер Маттео.

– Да, синьор комиссар, – раздался бодрый голос в трубке.

– Маттео, заедь за мной. Надеюсь, ты не далеко. – сказал Сантино.

– Нет, я в районе Испанской лестницы. – Маттео заметно сник.

– Опять ты во время дежурства болтаешься у своей милашки? Мы, кажется, говорили об этом! – сказал Сони.

– Синьор комиссар, я буквально кофе заехал выпить, меня сменил Эннио!

– Ладно, жду тебя!

Алессандро с улыбкой посмотрел на Сантино.

– Ты слишком лоялен! – заметил он.

– Я должен отстрелить ему голову за проступок? – спросил Сони.

– Конечно нет! Разве оно того стоит? Не заморачивайся, Сони, подумай о том, что я тебе предложил. – сказал Алессандро.

– Конечно, подумаю. Проводи меня, я подожду его на улице, хочу подышать свежим воздухом. – сказал Сони, он и минуты не хотел оставаться в доме Алессандро.

– Без вопросов!

Алессандро проводил Сантино до калитки и на прощание крепко пожал ему руку.

«Accidenti…», – подумал Сантино.

Спустя полчаса он был уже дома. Его встретила Моника, при взгляде на Сантино она сразу насторожилась.

– Что случилось? Ты бледный, как полотно! – сказала она.

– Милая, нам надо поговорить… – Сантино начал беспокойно ходить по комнате.

– Сони, ты меня пугаешь!

– Ты знаешь, что я люблю тебя. Очень. Ты мой ангел, мой свет в жизни… – начал Сантино.

– Сони, я тоже люблю тебя! – сказала Моника.

– Ты мне доверяешь? – спросил Сони.

– Конечно… А в чем дело?

– Мы должны отложить свадьбу, – Сантино остановился напротив Моники и буквально вцепился ей в руки. Он очень боялся всплеска эмоций с её стороны, – Даже не то, чтобы отложить… перенести, примерно на полгода.

– Как? – Моника оторопела. – Всё организовано, все приглашены, родственники с билетами… Сони, что случилось?

– Я со всеми поговорю, милая, только, пожалуйста, постарайся не расстраиваться… Я всё улажу, я сам поговорю с твоими родителями, конечно, я всем поменяю билеты. – сказал Сантино.

– Сони, это сто пятьдесят человек! Ты соображаешь? – спросила Моника.

– Моника, милая… я всё организую.

– В чем причина? Скажи мне!

– Это связано с работой, пожалуйста, постарайся понять… Но, в любом случае, если ты не поймёшь меня, я пойму тебя… Можешь даже меня бросить… Я конечно, сойду с ума, но я тебя пойму… – сказал Сантино.

– Сони, послушай, не говори ерунды! Я люблю тебя, ты отлично это знаешь… Думаю, что произошло что-то очень серьезное, раз ты принял такое решение. Мы потратили слишком много сил на подготовку… – Моника старалась не заплакать, ей было обидно и ничего не понятно. Но Сантино никогда прежде не давал повода усомниться в его честности. – Но я отлично понимаю также и то, что, если один желает чего-то, а второй нет, в результате счастья не будет.

– Моника, я тоже желаю. Но сегодня возникли некоторые обстоятельства, которые мешают спокойному течению дел. Пожалуйста, милая, дай мне немного времени… – сказал Сантино.

– Надеюсь, что наша жизнь не превратиться в бесконечные переносы событий и их ожидание… – Моника наконец освободила свои руки. – Всё действительно настолько серьезно?

– Да, любовь моя… серьезно… – сказал Сантино.

– И опасно? – спросила Моника.

Сантино ничего не ответил, он притянул Монику к себе и крепко обнял, она всё же не выдержала и расплакалась. Он что-то долго говорил ей про любовь и то, что всё несомненно будет хорошо, но она его уже не слушала.

На следующее утро Сантино первым делом набрал номер Алессандро.

– И как? – без приветствия спросил Алекс.

– Я согласен. – сказал Сантино.

Алессандро помолчал какое-то время.

– Ты удивлен? – спросил Сантино.

– Ничуть! Ты принял верное решение.

– Добровольное согласие стать марионеткой в твоих руках ты называешь верным решением? – спросил Сантино.

– Ты недооцениваешь себя, Сантино. Взгляни на всё под другим углом. Пешка, которая однажды может стать ферзём! – заметил Алессандро.

– Проблема в том, что на этой доске фигуры двигаешь ты. – сказал Сантино.

– Ах, перестань! Ты включаешься в игру заведомо зная, что победа будет на твоей стороне. Не каждая пешка способна дойти до конца поля! – Алессандро рассмеялся.

– Ты несомненно прав! Я включаюсь в игру заведомо зная, что победа будет на моей стороне! – Сантино постарался сказать это наиболее доброжелательным тоном, не выражающим ни грамма сомнения.

Когда разговор был окончен, Алессандро с улыбкой посмотрел на свой мобильный и подумал: «Да ты карьерист, Сантино! Кто бы мог подумать!».

Глава 17

Противоположности в этом мире нераздельно соединены между собой. Они не столько борются, сколько дополняют друг друга. Это инь и ян. Извечное равновесие, хитросплетение, образующее явления, та самая дуальность, на которой построен мир.

На удивление, шума заявление о переносе свадьбы не создало. Все восприняли эту новость с пониманием. Только Паола удивлялась, как Моника может оставаться спокойной. Сантино обо всём со всеми поговорил, потратив на это уйму времени, зато получил в награду мир и спокойствие. Новая дата была назначена, и все спокойно занялись текущими делами. К глубокому сожалению Моники, Сантино с утра и до глубокой ночи проводил на работе. Однако, вскоре все увидели плоды такой усердной работы – совершенно безумный карьерный рост. Не проходило и недели, чтобы Сантино не мелькал в каком-нибудь очередном громком разоблачении, на какой-нибудь очередной пресс-конференции. Журналисты выстраивались в очередь, лишь бы получить возможность взять интервью у самого Сантино Бельтраффио. Никто не удивился, когда он оказался в Центральном директорате противодействия преступности. Никто не удивился, когда второго июня Президент Италии, с согласия Председателя Совета Министров Италии наградил Сантино Бельтраффио Ordine al merito della Repubblica Italiana66
  Ordine al merito della Repubblica Italiana – Орден за заслуги перед Итальянской Республикой.


[Закрыть], с этого дня он стал кавалером ордена. Алессандро не присутствовал на церемонии, зато вечером не забыл поздравить Сантино, при этом заметил, что спустя каких-то пятнадцать лет тот станет кавалером Большого креста. К слову сказать, Сантино, казалось, вся эта кутерьма вокруг него абсолютно не беспокоит. Он продолжал работать, как проклятый. Димитро успокоился немного, он решил, что его брат окончательно отстал от Алессандро и просто решил сделать карьеру.

– Здравствуй, Сони! Как дела? – Алессандро стоял на пороге своего дома, протягивая Сантино руку.

– Добрый вечер, Алекс! Устал!

Сантино пожал руку Алессандро.

– Каждый раз, как я тебя вижу, слышу, что ты устал! И наверняка голоден! Проходи, буду тебя кормить. – сказал Алессандро.

Сантино стал частым гостем в доме Алессандро Маретти. Но, похоже и к счастью, никто этого не знал. В доме, как обычно, никого не было, кроме Кьяры.

– Как Лучано? – спросил Сони, уплетая спагетти.

– Ничего, оправился… – сказал Алессандро.

– Так что с ним было? – поинтересовался Сони.

– Нервный срыв, он переживал из-за смерти Луки. – Алекс спокойно потягивал вино и смотрел, как Сантино поглощает еду в неимоверных количествах. – Ты сегодня ел?

– Не пришлось, кофе пил. – сказал Сантино.

– Ясно… Кьяра! Принеси синьору Бельтраффио еще бифштекс, а то он съест тарелку!

– Так что Лука? Мы не говорили о нём. – спросил Сони.

– Что ты хочешь знать?

– Он помешал тебе?

– Вопросом ты ответил…

– Кто его убил? Явно не ты этим занимался. – заметил Сантино.

– Сони, ну я надеялся, что после некоторого количества наших бесед мой образ маньяка-убийцы перестал быть для тебя актуальным. – сказал Алессандро.

– Ты уходишь от ответа, – пробубнил Сони, принимаясь за бифштекс.

– Спасибо, Кьяра! Ступай к себе, дальше я сам справлюсь… – Алессандро помолчал немного, пока Кьяра удалилась. – Сони, мы договорились, что я ничего тебе не расскажу относительно поступков других людей. Только мои поступки и действия. Кому я дал указания, тебя не касается. Что касается Лучано… Лука был его другом…

– Да, я знаю. Лука тоже всегда называл его своим другом… – сказал Сантино.

– Нет повести печальнее на свете! – хохотнул Алессандро, казалось его не трогал трагизм ситуации.

– Жестоко ехидничать. Так Лучано не при чем? Я было, пришел к выводу, что он должен был выполнить…

– Привести приговор в исполнение! – рассмеялся Алессандро. – Сони! Мы договорились. Ни слова ни об одном из моих людей.

– Так Лучано? – спросил Сантино.

– Лучано особенный! Для него убийство – это вещь из ряда вон выходящая, он очень, как бы сказать поточнее, он очень нежный в этом отношении! Всё, что угодно, но убийство – не к нему.

– Как же так вышло? – Сони удивился.

– Так вышло. Его тоже проверяли в свое время, но все сделал я, потом сказал, что был свидетелем. Я переживаю за него, лучше держать его рядом с собой, чтобы он постоянно был под присмотром. – сказал Алессандро.

– У тебя есть слабость, Алекс. – заметил Сантино.

– Интересно…

– Твоя семья, ты помешан на своей семье. Ты взял на себя ответственность за них за всех и сходишь с ума, если что-то вдруг идёт не так! – Сантино наконец расправился с ужином и с удовольствием принялся за остатки вина.

– Возможно ты прав. – сказал Алессандро.

– Это видно невооруженным взглядом, однажды это может сыграть против тебя!

– Приму к сведению!

Алекс задумался. Да, Сантино был прав. Алессандро всё чаще становился абсолютно невменяемым, когда дело касалось проблем в семье. Он готов был перевернуть весь мир ради одного из её членов. Совсем недавно, когда заболела его мама, он среди ночи поставил на уши всю клинику «Джемелли» и не дал спокойно поспать Димитро, из-за простого насморка. Мысль о том, что с Лучано что-то может случиться в очередной раз, не давала ему покоя. Когда кто-либо из братьев не отвечал на его звонок длительное время он начинал предполагать худшее и медленно сходить с ума. Эмилио снился ему довольно часто, он не мог принять его смерть. Что уж говорить об Аугусто? Любой малейший намек на слезы со стороны его сына приводил его в состояние, граничащее с истерикой. «Пора мне самому отправляться в Мерано, я так сойду с ума, Сони прав, я помешан», – подумал Алессандро.

– Послушай, я хотел бы быть честным с тобой… Давно хотел сказать, поставить тебя в известность. Это касается Эмилио… – сказал Сантино.

– Говори, – на лице Алессандро не осталось и тени улыбки.

– Тогда в порту он застрелился при мне… Я был в Палермо и участвовал в той операции. Он прятался у стены… – сказал Сони.

– Как это произошло?

– Я нашел его на земле, с пистолетом у виска. Я пытался его остановить, Алекс, его смерть не нужна была никому. Он сказал мне: «привет» и застрелился… – сказал Сони.

– Господи, Воробушек! – Алекс закрыл глаза, его руки заметно задрожали. – Это я виноват, я давил на него, слишком сильно давил. Он просто предпочёл смерть… Только бы не оправдываться передо мной… Перед семьей… Откуда взялась информация о грузе? Лука?

Сони промолчал. Некоторое время никто не задавал вопросов, наконец Алекс вздохнул.

– Мне надо научиться скрывать некоторые чувства… Что-нибудь ещё?

– Да, хотел спросить… Как поживают твои заокеанские коллеги? Насколько я понимаю на той неделе ты гостил в Нью-Йорке? – спросил Сантино.

– Я недооценил тебя, Сони… – Алессандро внимательно посмотрел на Сантино, пытаясь понять насколько тот может блефовать.

– И всё же? – Сони не отрываясь смотрел на Алессандро.

Когда дело не касалось родственных связей лицо Алессандро не выражало ровно никаких эмоций. Что-либо прочитать по нему было невозможно.

– И всё же я считаю, ты далеко забрался. – сказал Алессандро.

– Так связи есть и довольно устойчивые? – спросил Сантино.

Алессандро рассмеялся в ответ, он совершенно не хотел вдаваться в подробности своих заокеанских дел. На удачу, зазвонил мобильный, это был Димитро.

– Привет, Алекс! Киснешь в одиночестве? – настроение у Димитро, судя по всему, было на высоте.

– Примерно так! – сказал Алессандро.

– У меня есть два билета на концерт! Паола не пойдет, что-то прошипела мне на предложение, я не понял! Да и бог с ней! – сказал Димитро.

– Не понял, ты мне предлагаешь сходить на концерт? Ты знаешь, я не хожу в клубы и на концерты! – заметил Алессандро.

– Да перестань, не так всё и плохо будет, как может тебе показаться! Сделаешь исключение! И будь другом одень джинсы… Я заеду за тобой через полчаса! – Димитро отключил связь.

– Твой брат… Приедет через полчаса. – сказал Алессандро.

– Что за… Ладно, не страшно, водитель ждет меня за углом. А по поводу Нью-Йорка мы еще поговорим. – сказал Сантино.

– Я подумаю об этом, – сказал Алессандро и еле заметно улыбнулся.

Как Сантино не старался, ведущая роль в их игре доставалась именно Алессандро, он решал, что говорить, а что нет, где соврать, а где сказать правду, он действовал исключительно в своих интересах. И исключительно в своих интересах он приблизил к себе Сантино Бельтраффио.

Когда Сантино ушёл, Алессандро поднялся наверх, чтобы переодеться. Отвязаться от Димитро, особенно когда у того появлялась какая-либо идея было невозможно. Пришлось натянуть джинсы, свитшот и достать кроссовки. Оценив себя в зеркале, Алессандро немного разлохматил волосы на голове и пробубнил: «Ну и видон!». Минут через десять позвонил Димитро.

– Алекс! Я на площади Испании, жду тебя в такси, давай, пошевеливайся! – сказал он.

– В такси? – Алекс даже поперхнулся.

– Да, в такси! Я хочу расслабится, а ты со своими заморочками на тему того, что ты по клубам и концертам не ходишь… Да и явно не захочешь, чтобы не дай Боже твоя охрана тебя в джинсах увидела! Побудешь вечерок простым человеком, не развалишься от этого! Да, кстати… А как ты мимо них планируешь из дома выйти? – Димитро рассмеялся и повесил трубку, Алессандро ничего не успел ответить.

«Ну почему, почему я всегда иду у него на поводу? Чёрт его знает что!», – Алессандро не переставал ругать себя за слабость по отношению к Димитро. Он заключил, что в целом Димитро прав, чтобы Маурицио и остальные не видели, как их босс выходит из дома в непонятном прикиде, да и лучше им не знать куда он собственно направляется, это уж из ряда вон. Вряд ли будут болтать, но всё же лучше и повода не давать. Алессандро вздохнул и направился к задней калитке. В саду он встретил Кьяру, которая решила унести из беседки светильники, чтобы почистить.

– Святая Дева Мария, – только и сказала она, глядя на Алессандро.

– Так всё плохо? – удивленно спросил Алессандро.

– Вы похожи на тех молодых болванов, которые бездельничают на траве в парках! – сказала Кьяра.

– Значит, всё отлично! – вздохнул Алекс и вышел.

Конечно, он носил джинсы и кроссовки, довольно часто, особенно когда ходил гулять с сыном. Но поход на концерт и взъерошенные волосы, это было слишком.

– О! На человека похож! Неужели? – Димитро был крайне доволен.

– Не дай бог меня увидят! – пробубнил Алекс.

– Брось, поехали! И расслабься, не потащу я тебя на рок-концерт, сегодня в «Shary Vary» аiron bee вечеринка.

– Где это «Shary Vary»? – поинтересовался Алессандро.

– На Via De Nari…

– А, недалеко от Пантеона… Ясно.

Они добрались относительно быстро. Алессандро чувствовал себя немного не в своей тарелке, но потом расслабился. Подходили какие-то друзья-знакомые Димитро, плюс весьма привлекательные его же подруги, атмосфера была более-менее спокойная, да и музыка ничего. В какой-то момент Алекс поймал себя на мысли, что ему нравится. К его удовольствию Димитро заранее озаботился заказом столика, в результате все друзья-знакомые и весьма симпатичные подруги Димитро предпочитали к ним время от времени подсаживаться, но Алессандро это не напрягало. Он уже успел привыкнуть к подобным вещам, находясь в обществе Димитро.

– Курить будешь? – спросил Димитро.

– Я бросил, ты же знаешь! – сказал Алессандро.

– Да я не про табак, собственно, – подмигнул Димитро.

– Ты что, охренел? – Алекс даже поперхнулся. Ну на это он точно не подписывался.

– Алекс, ты что травы никогда не курил? – Димитро был удивлен.

– Нет! И не планирую! Господи, Димитро, ты же врач! – сказал Алессандро.

– Ах, прости… Ты прав… Кто не курит, не пьет и не выражается дурными словами будет лежать в гробике со здоровым румянцем на щеках, – Димитро расхохотался.

– Иди ты к чёрту! – только и сказал Алессандро.

– Алекс, Алекс, что за слова… О! Смотри! Это не твоя ли стюардессочка там? Точно она! – сказал Димитро.

– Ах ты… Чёрт! – выругался Алессандро.

– Да брось! Смотри, какая она аппетитная! – подзуживал Димитро.

– Димитро! У меня стало складываться ощущение, что ты за одно с самим Дьяволом! Или ты он и есть! Чёрт тебя дери, я вечно вляпываюсь по твоей вине в неприглядные истории! Ты даже не представляешь, что будет, если хоть одна скотина узнает, что Синьор Маретти шастает по сомнительным заведениям! – возмутился Алессандро.

Лучано терялся в догадках какого чёрта Алексу понадобилось в три часа ночи на Via de Nari. Еле протиснувшись на узкую улочку на своей «BMW» он заглушил двигатель и вышел. Алессандро он узнал не сразу. Тот буквально висел на какой-то красотке, которая при ближайшем рассмотрении оказалась Робертой и безостановочно что-то говорил. Рядом был Димитро в обнимку с двумя весьма привлекательными блондинками. «Оп-па-па-а-а…», – пробормотал Лучано.

– Але! Алекс! – позвал он брата.

– О! Лучаано! Ты уже здесь! Быстро! – сказал Алессандро.

– Девочки! Мы уезжаем! – заявил Димитро, вызвав в женской компании бурю расстроенных чувств.

Он буквально оторвал Алессандро от Роберты и запихнул его в машину. Немного помучившись с выездом Лучано наконец вырулил. Некоторое время он молчал, затем спросил:

– Алекс, ты что курил?

– Из-за чего такой вывод? – рассмеялся Алессандро.

– Знакомый запах… – сказал Лучано.

– Димитро домой отвези, потом меня, если хочешь, можешь переночевать у меня дома…

– О’кей! – Лучано был в шоке.

На следующий день Алессандро проснулся ближе к полудню и обнаружил в своем мобильном море сообщений от Роберты со смайликами и поцелуйчиками. «Чёрти что…», – пробубнил Алессандро и удалил всё. Лучано бродил по дому с кружкой кофе, который ему любезно заварила Кьяра.

– Доброе утро, – лениво протянул Алекс.

– Скорее день… Але, всё в порядке? – спросил он.

– Конечно… Я вчера немного…

– Расслабился? – закончил фразу Лучано.

– Да.

– Понятно! Будешь завтракать? – Лучано понимал, что вопросы бессмысленны, особенно если во вчерашнем мероприятии замешан Димитро. Главное, чтобы никто не узнал.

– Да, я голодный. Почему ты, кстати, не работаешь? – поинтересовался Алессандро.

– За тебя переживал… – сказал Лучано.

– Ясно… Не стоило.

Спустя час Алессандро наконец набрал номер мобильного Димитро. Тот довольно долго не отвечал.

– Да, что? – сонным голосом ответил он.

– Спишь? Хорошо тебе? Молодец, дружок! Какого хрена ты меня втянул в эту грёбаную историю? – Алекс кипел, он получил от Роберты еще кучу сообщений.

– Что не так? – спросил Димитро.

– Роберта, мать её! И трава твоя долбаная! Где ты взял её вообще? – кипел Алессандро.

– Кого? Роберту или траву? – спросил Димитро.

– Не ёрничай!

– Ah! Basta77
  Basta – хватит.


[Закрыть]! Что ты нервный такой? Отлично отдохнули! – хохотнул Димитро.

– Отлично отдохнули? – Алекс чуть не задохнулся. Затем быстро-быстро проговорил, – Димитро, я ни черта не помню. Помню Роберта очень мило меня поглаживала в разных местах… Чёрт тебя дери! Вот измены мне не хватало!

– Алекс! – Димитро рассмеялся от души. – Какой ты забавный, вроде такой серьёзный, а с женщинами хуже ребёнка, пацан! Не было у вас ничего, если ты об этом, по поводу поглаживаний ты тоже не отставал, хочу заметить, но я вовремя пресек вашу идиллию. Я же знаю, как ты ко всему относишься! Ну пообжимались, Господи Боже мой, что такого?

– Ах, ну конечно, ты совсем просто ко всему относишься, ты у нас, чёрт тебя дери, герой, мачо! – Алессандро не переставал упражняться в скорости речи. – Точно не было ничего?

– Вот тебе крест! – сказал Димитро.

– Ладно… Чёрт, она мне сообщения пачками пишет… – сказал Алессандро.

– Слушай, а ты реально никогда так не отдыхал? В клубе, с девчонками? – поинтересовался Димитро.

– Нет.

– А-а-а… Понимаю… Опера и все дела. А с твоей стюардессой, успокойся. Решила она тебя снять, я с подругами её поговорил. Говорит миллионер, бизнесмен, да такой привлекательный. Вот и всё. Не отвечай, она всё поймет. Не поймет, значит уволишь её. И вообще, почему я должен тебе объяснять элементарные вещи? – Димитро смеялся через слово.

– Смешно ему. – буркнул Алессандро.

– Перестань, всё отлично прошло. – сказал Димитро.

– Да, – Алекс расслабился. – Ты прав. С тобой у меня какая-то другая жизнь. Параллельное пространство.

– Добро пожаловать в мир простых людей!

– Ну конечно, dottore! Вы как раз самая, что ни на есть святая простота! – парировал Алекс.

– Отдыхай, герой – любовник! – хохотнул Димитро и отключил связь.

Сантино удобно устроился в кресле в отцовском кабинете. Отец сидел напротив.

– Как настроение? – спросил он.

– Ничего, пап…

– Давно хотел сказать, меня поражает твой карьерный рост. Но, пожалуй, не стоит забывать, что работа – не главное. – Антонио был одним из немногих, кто не радовался слепо успехам Сантино. Они его, скорее, настораживали.

– Пап, послушай, всё не так просто. Я очень хочу попасть в антимафиозный департамент. Для этого надо много работать и многое понять. – сказал Сантино.

– Алессандро Маретти…

– Да, он самый.

– Я так и думал. – Антонио помолчал немного. – Как успехи?

– У него странная система ценностей. Но исходя из нее, мне кажется, я начал его понимать. Его образ мышления меня убивает, но я более-менее понял, с чем и с кем имею дело. Надо отталкиваться от этого. Его сложно подловить на чем либо, практически невозможно найти какие-либо доказательства. За счёт этого система жива. И это вывернутое сознание… Во многом я его оправдываю, многим восхищаюсь, в какой-то момент я, как Лука, начал видеть в нем некоего Робин Гуда наших дней. Но нет. Грязь, кровь, рэкет, насилие, наркотики… И знаешь, что? Зачастую, я вижу, он сомневается в правильности того, что он делает, хоть и пытается убедить меня в обратном.

– Ты успокоился насчет Димитро? – поинтересовался Антонио.

– Абсолютно. Парадокс, но они друзья. И я сейчас вижу, насколько они разные. – сказал Сантино.

– Тогда, остановись, пока не поздно. Когда ты перестанешь каким-либо образом привлекать его и ему станет скучно и он, не дай Бог, усомниться в твоей способности к молчанию, он убьёт тебя. Не сомневайся. Заодно и Димитро, чтобы тот не мучился от твоей потери, а дальше по обстоятельствам. – сказал Антонио.

– Ты сгущаешь краски… – Сантино задумался, отец был прав. – Что мешало ему раньше это сделать? Я ему порядком досадил.

– Всё тот же Димитро… Да и думаю, ты давно принял тот факт, что он не безумец с топором, который рубит всех налево и направо. Он человек и ничто человеческое ему не чуждо.

– Так и есть, так и есть… Кстати, па… Я у Димитро в кармане нашел марихуану… Думал сначала, что это Маретти, но нет… – сказал Сантино.

– Марихуану? Вот засранец! Уважаемый врач, как пацан иногда себя ведёт! И с мотоциклом регулярно попадает на камеры. Гоняет, паразит! И Маретти тут не при чем, ты прав! – сказал Антонио.

– Знаю…

– И Сони, есть одно правило, во всём нужна мера. Не забывай. Лука, в свое время, зашёл слишком далеко, его нет больше среди нас.

– Я понимаю. Я всё понимаю, но я и не стремлюсь вступать в мафию, это бесполезно. Вообще, я считаю, что наличие подобных организаций указывает на слабость государства, в первую очередь. Соответственно проще заплатить кому-нибудь за спокойствие, нежели обратиться в полицию, рэкет у нас, благодаря этому, процветает. Плюс полная безнаказанность. Даже попадая в тюрьму эти ребята неплохо устраиваются, их система социального обеспечения стоит на порядок выше государственной. Их семьи больше получают за погибших, у них тесные связи, всё организовано лучше… Просто недостаточно их сажать в тюрьму, толку от этого – ноль. На данный момент не существует действенной системы, которая бы реально работала. По крайней мере, если кто-либо из боссов попадает в тюрьму, я полагаю, его необходимо максимально изолировать. Они же, сидя за решеткой умудряются руководить своими ребятами и получается у них это отлично. А нужно, чтобы, попадая в тюрьму он терял все связи и выходя на свободу уже был бы никем, также, как и все его подручные, шестерки и иже с ними. Может тогда бы изменилось хоть что-то. – сказал Сантино.

– Хоть это радует, что ты понимаешь. – вздохнул Антонио.

Сони улыбнулся. Конечно он и не собирался кидаться в омут с головой, как это сделал в свое время Лука. Не собирался, у него были свои цели, свои планы.

На прощание отец обнял Сони и сказал фразу, от которой у него сжалось сердце.

– Я надеюсь, что мы вложили с мамой достаточно в твою голову, чтобы ты мог отличать чёрное от белого. – сказал он.

– Я не хочу, чтобы ты во мне сомневался, – ответил Сантино.

У него пересохло в горле. Выйдя на улицу Сони достал мобильный и набрал номер Димитро.

– Какого чёрта у тебя трава по карманам болтается? – без приветствия спросил он брата, как только тот ответил на звонок.

Ему захотелось немного отвлечься от разговора с отцом.

– Ах, ну для начала, здравствуйте, многоуважаемый Цербер… – заявил Димитро.

– Не паясничай! – сказал Сантино.