Текст книги "Привет из ЗАГСа. Милый, ты не потерял кольцо?"

Глава 6

Я сидела, прижавшись к дверце, и боялась взглянуть на Максима. Мысли метались в голове, словно испуганные птицы в клетке.

Вот кто тянул меня за язык? Зачем выдумала нелепую историю с женихом? Что теперь будет?

– Итак, принцесса, – нарушил молчание Воронцов. В уголках его губ притаилась едва заметная усмешка. – Какой у нас план? Или мы просто будем кататься по городу, изображая счастливую парочку?

Его низкий, бархатистый голос заставил меня вздрогнуть.

В нём слышались ироничные нотки, но не было злости, что немного успокаивало.

– Прости, я не знаю, как быть дальше, – честно призналась я ему, решив не усугублять ситуацию недомолвками. – Может, стоит поехать в какое-нибудь спокойное место и там всё обсудить?

Максим бросил на меня быстрый взгляд.

– Неплохое предложение, Василёк. Знаешь, ты сегодня сильно удивила меня. Кто бы мог подумать, что послушная дочь Олега Степановича способна на подобные выкрутасы?

Я почувствовала, как краска заливает мои щёки.

Макс прав. Я всегда старалась быть отцовской гордостью. Из кожи вон лезла, чтобы порадовать родителей, не перечила им, не давала повода расстраиваться или краснеть за меня. Но что-то изменилось.

Быть может, сказывалось влияние Максима. Или мне банально надоел отцовский контроль.

– Я знаю уютное кафе недалеко отсюда, – тем временем продолжил он. – Там подают отличный кофе и потрясающе кормят. Как насчёт того, чтобы обсудить наш несуществующий роман за обедом?

– Звучит заманчиво. – Я с благодарностью улыбнулась ему. – Я настолько проголодалась, что слона готова съесть.

– Очень рад это слышать. – Воронцов рассмеялся, и этот звук, искренний и заразительный, заставил меня расслабиться. – Приятно знать, что истерика отменяется.

Несмотря на всю абсурдность ситуации, в его компании я чувствовала себя непринуждённо и свободно. С ним я могла быть самой собой.

Может быть, не всё настолько уж и плохо?

Воронцов поддал газу, и уже вскоре мы сидели на уютной веранде небольшого кафе. Вокруг цвели яркие петунии, а лёгкий ветерок доносил аромат свежей выпечки.

Я достала телефон и, глубоко вздохнув, набрала номер отца.

Гудки… Гудки… И снова гудки.

Отец не отвечал.

– Зараза, – пробормотала я и оставила ему голосовое сообщение: «Папа, пожалуйста, не злись. Давай поговорим? Перезвони мне».

Отложив телефон, я подняла голову и встретилась взглядом с Максимом.

В его глазах читалось сочувствие.

– Не переживай, – мягко сказал он. – Уверен, твой отец остынет и обязательно тебе перезвонит. Пока предлагаю сделать заказ и немного отвлечься.

Я нервно рассмеялась, чувствуя, как напряжение слегка отпускает.

Полистав пухлое меню, мы заказали комплексный обед. В него входили: тарелка наваристых щей, порция картофельного пюре с котлетой, салат и компот.

После того как официантка ушла, Воронцов неожиданно спросил…

Впрочем, почему неожиданно?

Мы затем и приехали в кафешку, чтобы всё обсудить.

– Почему ты назвала меня своим парнем? О чём ты думала?

– Признаться, и сама не знаю. Там, в конторе, я поддалась злости. Ты с первого дня своего приезда постоянно подтруниваешь надо мной. Отец навязывает свою волю. Женька проходу не даёт. Мне показалось забавным вас проучить.

– Позабавилась? – с насмешкой посмотрел на меня Воронцов.

Я промолчала, и он продолжил:

– Не того ты выбрала на роль жениха, Василёк. Для твоего отца я чужак. Он не позволит тебе даже на словах быть моей невестой. Я неподходящий кандидат для его любимой дочурки.

– Именно поэтому ты идеально мне подходишь! – горячо заверила я его. – Папа всегда пытался контролировать мою жизнь. Пришло время покончить с его опекой и показать, что я могу принимать собственные решения.

Воронцов пристально посмотрел на меня.

Спину пробил холодный пот.

От его пронизывающего взгляда волосы под мышками чуть дыбом не встали. К счастью, я регулярно делаю депиляцию.

Он так проникновенно смотрел на меня, что захотелось признаться во всех своих грехах, а заодно и в его тоже.

– Ты чего? – с опаской покосилась я на него.

– Вот думаю, сколько ты планируешь изображать влюблённую пару, – протянул он. – Мне через несколько дней уезжать, если твои родители раньше меня не выставят.

– Скажем, что расстались, – нашла я очевидное решение.

– Надеюсь, жениться на тебе мне после этого не предложат?

– Ты за кого нас принимаешь? Мы не в Средневековье живём.

В этот момент к нашему столику подошла официантка, и Воронцов ничего не ответил. Девушка выставила на стол наш заказ и удалилась.

– Тогда какой у тебя план? – спросил Макс, берясь за ложку.

Я отломила кусочек хлеба, размышляя над его словами.

Честно говоря, настолько далеко я не планировала ничего.

Чего уж там. Я ничего не планировала.

– Может быть, для начала просто поедим? – неуверенно предложила я.

Максим откинулся на спинку стула, с лёгкой улыбкой изучая меня.

– Давай поедим. Но имей в виду, от разговора тебе не отвертеться.

Сделав честные глаза, я зачерпнула ложкой обалденно пахнущие щи.

– М-м-м, как вкусно. Кормят здесь и правда потрясающе, – похвалила я еду.

Макс улыбнулся, и я вдруг поймала себя на мысли, что мне комфортно сидеть и есть с ним вдвоём.

Интересно, почему, глядя на него, у меня перехватило дыхание?

Похоже, перегрелась на солнце.

Тут не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять: я не во вкусе Воронцова. У нас нет будущего.

На этом жизнеутверждающем заключении я вернулась к щам.

Наш обед прервал громкий возглас:

– Максим! Василиса! Какая неожиданная встреча!

Я обернулась и увидела Светку, направляющуюся к нашему столику. Её кудрявые волосы подпрыгивали в такт шагам, а на лице сияла широкая улыбка.

Однако я слишком хорошо знала эту улыбку. За ней скрывалась жажда сплетен. И, судя по горящему взгляду Светы, подруга знала то, чего не знали мы.

– Снова здравствуй, – натянуто улыбнулась я. – Какими судьбами?

– Мы с ребятами зашли выпить по кофейку. – Света махнула рукой в сторону группы наших общих знакомых, усаживающихся за соседний столик неподалёку. – Вы чего здесь делаете?

Её взгляд метнулся к Максиму, и я заметила, как алчно блеснули её глаза.

– Мы зашли перекусить, – неуверенно начала я, а Максим закончил за меня.

– У нас свидание, – сказал он, чем вверг меня в шок.

Он придерживался выбранной мною легенды, но от этого легче не стало. Как будто этого было мало, он взял меня за руку.

Как выброшенная на берег рыба, я открывала и закрывала рот, не зная, что сказать.

Зато у Светки подобных проблем не возникло.

Она вытаращилась на нас и взвизгнула:

– Вы правда вместе?

Я сжала пальцы Воронцова, стараясь выглядеть непринуждённо.

– Подтверждаю, мы пара.

Светка выглядела ошеломлённой.

– Ого! Когда ты успела с Женьком поговорить?

– О чём нам с ним разговаривать? – Я сделала вид, что не понимаю, куда клонит подруга.

– Он ведь твой… – Светка запнулась, явно вспомнив, что он не мой парень. Мало ли что он себе напридумывал. – В любом случае это очень неожиданно.

Отодвинув мою кофту, она плюхнулась в свободное кресло возле меня и подозвала к себе официантку.

– Я, пожалуй, присоединюсь к вам. Не возражаете? – с запозданием вспомнила она о манерах.

Я хотела возразить, но Максим опередил меня:

– Присаживайся, конечно, Света. – В его голосе слышалась лёгкая ирония, которую подруга не заметила.

Ему совсем не понравилось её хамоватое поведение.

– Отлично, – схватилась она за папку с меню и углубилась в его изучение.

Официантка стояла, ожидая, когда она сделает заказ.

– Кстати, Вась, ты знаешь, что твой отец тебя разыскивает? – не поднимая глаз, проговорила Светлана. – Он приезжал ко мне. Злющий был, ужас!

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Папа уже начал поиски?

Это очень плохо.

– Мы с ним немного поспорили, – пробормотала я.

Водя пальчиком по списку блюд, Светка издала смешок.

– Ничего себе «немного»… Он был в бешенстве! Да и не только он.

Пока я пыталась понять, кого отец привёз с собой, мне на помощь пришёл Максим.

– С кем пожаловал к тебе Олег Степанович? – спросил он, слегка наклонившись к ней.

Светка моргнула, явно обескураженная его интересом к ней.

– С неким Андреем Ивановичем, – пробормотала она, не сводя с него глаз, и кокетливо заправила прядку волос за ухо.

Из всего происходящего я уловила главное:

– Приехал твой отец?

– Похоже на то, – равнодушно отозвался Воронцов.

До столицы путь неблизкий. Если это действительно был его отец, то его поездка не могла занять всего несколько часов.

Естественно, я усомнилась в приезде его родственника.

– Наверное, это был кто-то другой. Разве что твой отец на вертолёте прилетел.

– На корпоративном, – подтвердил Макс.

Его взгляд встретился с моим, и я почувствовала, что обед просится обратно.

Настолько сильно я разнервничалась.

Воронцов посмотрел на часы и театрально вздохнул.

– Прости, Светик, нам пора. Не стоит заставлять родителей ждать.

Я с благодарностью кивнула ему.

– Макс прав. Нам пора. Была рада тебя снова увидеть.

– И я тебя.

Её тон говорил об обратном, но я решила не обращать на это внимания.

– Спасибо, Света, – предостерегающе взглянула я на неё на прощание. – Ты настоящая подруга.

Дав ей понять, чтобы держала свои загребущие ручонки подальше от Воронцова, с чувством выполненного долга я покинула кафе.

Мой спутник предложил оплатить счёт, и я согласилась.

Надоело с ним постоянно спорить.

Когда я уходила, Света выглядела расстроенной. Но после всего, что Макс сделал для меня, я должна была оградить его от её поползновений.

Оказавшись на улице, я глубоко вздохнула, ощущая, как прохлада наполняет лёгкие. Это помогло немного успокоиться после неожиданной встречи со Светой.

Я не могла не восхититься находчивостью Максима и тем, как он ловко выкрутился, не выдавая меня.

Вспомнила, как он держал мою руку, и невольно посмотрела на свою ладонь. Мне показалось, что на ней остался отпечаток от его прикосновения.

«Хватит, – мысленно одёрнула я себя и напомнила: – Ты не можешь позволить себе грезить о Воронцове. Вы из разных миров».

Но сердце предательски ёкнуло, когда я увидела, как он выходит из кафе.

Его тёмные волосы слегка растрепались, а в глазах светилась непоколебимая уверенность. Он не сомневался в своих возможностях и выглядел…

Нет, о том, как он выглядел, я отказывалась думать.

Он подошёл ко мне, и в животе разлилось знакомое приятное тепло, похожее на порхание бабочек.

Как бы я ни старалась, в его присутствии меня охватывало трепетное волнение.

– Что мы теперь будем делать? – спросила я первое, что пришло в голову, только бы не молчать.

– Что-нибудь придумаем. Итак, принцесса, готова к встрече с родителями? – спросил Воронцов, и в его глазах мелькнула лукавая искорка.

Я фыркнула, пытаясь скрыть, как меня задело это обращение.

Оно невольно подчёркивало пропасть между нами.

Где я и где принцесса?

– Хватит давать мне прозвища, Воронцов. И да, я готова.

– Тогда поехали, красавица, – без намёка на романтику приобнял он меня за плечи.

Почувствовав некую слабость в ногах, я сбросила с себя его руку.

– Хватит меня лапать, – буркнула я и с независимым видом направилась к его машине.

Максим догнал меня в два шага и неожиданно снова обнял за плечи.

По-настоящему.

Без пафоса.

Я вздрогнула и попробовала отстраниться, но он лишь сильнее прижал меня к себе.

– Эй, хватит меня отталкивать. Я вообще-то твой жених, – возмутился он вполголоса. Он сказал это настолько убедительно, что я невольно поверила ему.

Правда, ненадолго.

– Можешь не стараться. Здесь зрителей нет.

– Не мешай. Я практикуюсь.

Он подошёл к машине и с непринуждённой элегантностью открыл передо мной дверь.

Глава 7

Я забралась в машину, стараясь не обращать внимания на то, как ловко Максим захлопнул за мной дверь. Его галантность раздражала.

Или, может быть, меня раздражало то, как сильно мне это нравилось?

Я мысленно приказала себе собраться.

Напомнила себе, что не какая-нибудь деревенская простушка, чтобы таять от каждого его жеста.

Воронцов сел за руль, и салон наполнился его запахом – смесью дорогого парфюма и чего-то неуловимо мужского. Я демонстративно отвернулась к окну, делая вид, что любуюсь деревенскими красотами.

Максим повернул руль и выехал на дорогу.

Оказалось сложно не обращать на него внимания, когда он так приятно пахнет. Я невольно залюбовалась его точёными чертами.

Он повернул голову и поймал меня за подглядыванием. Пришлось в спешке отводить взгляд к окну, делая вид, что ему показалось.

– В чём дело, принцесса? Неужели нравлюсь? – В его голосе слышались игривые нотки.

– Размечтался, – буркнула я. – Прекрати, в конце концов, называть меня принцессой! Не смешно уже.

– Как скажешь, моя королева, – протянул он с видимым удовольствием.

Машина плавно двигалась по дороге, и я сосредоточилась на проплывающем за окном пейзаже. Ничего нового я не увидела, но, по крайней мере, отвлеклась.

– О чём задумалась? – видимо устав сидеть в тишине, спросил Максим.

– Ни о чём существенном. Почему интересуешься?

– Ты поссорилась с отцом, узнала от подруги, что он тебя разыскивает, мы возвращаемся к тому, от чего уехали. Любая другая девушка на твоём месте нервничала бы.

– Хватит меня сравнивать с другими, – отрезала я. – Ссорой с отцом меня не испугать.

Он бросил на меня быстрый взгляд, в котором мелькнуло нечто похожее на удивление.

– Вы не впервые расходитесь во мнениях?

Я пожала плечами, стараясь казаться равнодушной:

– Обычно я стараюсь до подобного не доводить.

– Тебе необязательно притворяться со мной неуязвимой, – вдруг серьёзным тоном произнёс Максим. – Ты можешь на меня рассчитывать.

Сердце пропустило удар, а потом заколотилось как сумасшедшее.

«Не верь ему», – твердил разум, а душа, сверкая пятками от счастья, помчалась выбирать свадебное платье.

– Ты это говоришь, потому что пожалел меня, бедную деревенщину? – с горечью спросила я.

– Ты последняя, кого мне хочется жалеть, Василиса.

– Почему?

Максим промолчал, сосредоточившись на дороге, и я почувствовала укол разочарования.

Похоже, он и сам не знал ответа на мой вопрос или не захотел его озвучить.

– Давай заканчивай со своей опекой, – с чувством собственного достоинства произнесла я. – Найди себе другой объект для благотворительности.

Максим посмотрел на меня, но снова ничего не сказал.

Уставившись в окно, я старательно игнорировала его присутствие, но каждой клеточкой тела ощущала его близость.

Что очень бесило.

– Знаешь, Василёк, – на подъезде к деревне вновь заговорил Воронцов. – Ты забавная, когда злишься.

– Это ещё что значит?! – резко повернулась я к нему.

– То и значит. – Он усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги. – Ты настолько отчаянно пытаешься держать дистанцию, что это выглядит очень мило.

Я почувствовала, как краска заливает мои щёки.

От злости, конечно же. Только от злости.

– Не говори ерунду, – запальчиво ответила я ему.

– Чего ты злишься? – невинно поинтересовался Максим. – Я, между прочим, сделал тебе комплимент.

– Засунь свои комплименты куда-нибудь подальше. Мне они не нужны.

– Как скажешь, принцесса, – одарил он меня очаровательной улыбкой, и я едва сдержалась, чтобы не стукнуть его.

На его счастье, мы приблизились к деревне.

Когда мы подъехали к дому, я впала в ступор.

На асфальтированной площадке перед домом красовался вертолёт.

Эта громадина выглядела настолько нелепо на фоне простеньких деревенских построек, что я не смогла сдержать смешок.

– Ничего себе! Теперь понятно, почему папа захотел территорию перед домом закатать в асфальт. Я-то думала, он решил навести порядок.

– Похоже, наши отцы основательно наладили логистику между собой, – не пришёл в восторг Максим.

Он вышел из машины, и я последовала за ним, чувствуя, как подгибаются колени.

Одно дело успокаивать родненького отца. Совершенно другое – незнакомого дядю.

У калитки стоял крепкого телосложения мужчина в чёрном костюме, который не вписывался в деревенские виды.

– Андрей, – кивнул ему Максим. – Как обстановка?

– Напряжённая, – отрапортовал тот. – Ваш отец не в духе.

– Он вообще бывает в духе? – бросил ему Макс, а затем повернулся ко мне. – Готова?

– Надеюсь.

Расправив плечи, взяла его за руку, изображая счастливую пассию. Не успел Максим открыть калитку, как на крыльцо вышли наши отцы.

Лица у обоих были мрачнее тучи.

– Наконец-то пожаловали, голубки! – на всю округу громыхнул голос моего папы.

– Здравствуй, сын. Василиса, – сухо поприветствовал нас Воронцов-старший. – Не хотите объясниться?

Я почувствовала, как Максим напрягся рядом со мной, и невольно шагнула ещё ближе к нему, ища защиты.

Однако голос его прозвучал спокойно и уверенно:

– Не понимаю, что здесь объяснять? Мы с Василисой встречаемся.

Формулировка наших отношений вышла очень обтекаемой.

– Да неужели? – рявкнул мой отец.

Воронцов-старший отреагировал гораздо спокойнее:

– Интересно, и когда вы успели влюбиться? Сын, ты здесь находишься всего два дня.

– О любви пока речи не идёт. Нам хорошо вместе, и этого достаточно для начала, – спокойно произнёс мой названый жених.

К моему изумлению, он наклонился и поцеловал меня в висок.

Я едва не поперхнулась от его импровизации, но сумела сохранить невозмутимое выражение лица.

– Максим – замечательный парень. Мы сразу нашли общий язык, – подхватила я.

– Ты это серьёзно, дочка? – прищурился мой отец.

– Абсолютно, – твёрдо ответила я.

– Ты его совсем не знаешь.

– В этом вся прелесть. Мы будем узнавать друг друга постепенно.

Неожиданно даже для самой себя я обняла Воронцова и прильнула к нему.

Тот не возражал.

Наоборот, подыграл мне:

– Ваша дочь, Олег Степанович, понравилась мне с первого взгляда.

Его горячая ладонь поползла вверх по моей спине, и я почувствовала, как по телу разливается приятное тепло.

Мысленно приказала себе не заострять внимание на его прикосновениях.

Вроде помогло. В голове прояснилось.

Наши отцы с сомнением переглянулись.

– Вместо того чтобы поговорить со Степанычем, вы решили сбежать? – спросил у нас Воронцов-старший.

– Мы… Точнее, я испугалась, – призналась я, опустив глаза. – Думала, папа разозлится и прогонит Максима.

В принципе, я озвучила вполне реалистичные вещи.

Отец обладал крутым нравом и мог выкинуть что угодно.

– Ладно, чего уж теперь, – вздохнул Воронцов-старший, признавая мою правоту. Он не хуже меня знал своего друга. – Встречайтесь на здоровье.

Получив его одобрение, я не нашла что сказать. Оказалась попросту не готова к подобному повороту событий.

Слишком быстро он согласился.

Зато мой отец сообразил, что добавить:

– Но имейте в виду: свою симпатию выражайте за пределами деревни. Здесь ведите себя прилично. Не давайте новых поводов для сплетен.

С последним выходила промашка.

Нам с Максом предстояло разыграть расставание.

– Может, там и до свадьбы у вас дело дойдёт, – выдал нам авансом своё одобрение Воронцов-старший.

Я заметно погрустнела.

Наш розыгрыш с его сыном выходил из-под контроля.

– Не торопи нас, отец, – осадил своего родителя Максим.

Дверь в дом с шумом распахнулась, и на крыльцо вышла мама.

Отцы повернулись к ней.

– Идите обедать, еда на столе остынет! – немного натянуто улыбнулась мамуля и вытерла руки о фартук.

– Тоня, давай позже, – начал было отец, но мама его перебила:

– Олег, я полдня провела в духоте у плиты. Бегом за стол.

Спорить с ней никто не решился. Гуськом потянулись в дом.

Мы с Максимом шли в обнимку. Его близость придавала мне сил перед предстоящим допросом, который, без всяких сомнений, нам предстояло пережить.

За столом воцарилась странная тягостная атмосфера.

Мама суетилась, раскладывая по тарелкам еду, отцы хмуро молчали. Мы с Максимом старались соответствовать образу влюблённой парочки.

Не переходя границ дозволенного.

– Принцесса, передай, пожалуйста, соль, – попросил он с невообразимо притягательной улыбкой, от которой меня чудом не стошнило.

Он слишком сильно переигрывал.

Настолько, что я сама едва не поверила ему.

– Держи, дорогой, – процедила я сквозь зубы, с громким хлопком ставя солонку перед ним.

– Осторожнее, милая, – накрыл он мои пальцы своими. – Не разбей.

Каким влюблённым взглядом он при этом смотрел на меня – закачаешься.

Признаюсь, мои нервы сдали, и я пнула его под столом, надеясь привести в чувство.

А он и не поморщился!

– Чего молчите, голубки? – заговорил Воронцов-старший, привлекая к себе наше внимание. – Расскажите нам, как вы за столь короткое время успели прикипеть друг к другу.

Проглоченный мной кусочек котлеты встал поперёк горла, и я закашляла.

Караул!

Мы не обсуждали детали!

– Пап, давай потом об этом поговорим, – сказал ему Максим и протянул мне стакан прозрачной родниковой воды.

– Правильно, кушайте и не отвлекайтесь, – вмешалась мама и грозно зыркнула на мужчин, включая Макса. – Вася, солнышко, тебе положить салатика?

– Нет, спасибо, мама. – Я отодвинула тарелку. – Не обижайся, но я не голодна. Мы в райцентре поели. Да, Максим?

Я встала из-за стола и бросила на него выразительный взгляд.

Он понял намёк и тоже поднялся.

– Спасибо за обед, Антонина Петровна. Мы и правда не голодны.

Пожелав родителям приятного аппетита, мы вышли с ним на крыльцо.

Стоило двери, ведущей на терраску, за нами закрыться – и я резко повернулась к нему:

– О чём ты собрался говорить со своим отцом? Что ты ему скажешь? Каким образом объяснишь нашу спешку?

Максим подошёл ближе и положил мне руки на плечи.

– Эй, ты чего? Не стоит впадать в панику. Я, как обычно, что-нибудь придумаю.

– Не в этот раз, – с беспокойством посмотрела я на него.

– Послушай меня, принцесса. – Его пальцы мягко скользнули мне на талию, и он притянул меня к себе. Я замерла, ошеломлённая его неожиданной близостью. – Скажи, я когда-нибудь тебя подводил?

От его тихого вкрадчивого голоса в груди сладко заныло.

В его глазах появился какой-то новый, незнакомый мне блеск.

– Никогда, – пролепетала пересохшими губами.

– Вот и сейчас не подведу. Ты мне веришь?

Максим убрал прядь волос с моего лица. Его пальцы на мгновение задержались на моей щеке в еле ощутимом прикосновении.