Читать книгу "Аладдин"

Глава 12

Жасмин на секунду остановилась в дверях в кабинет отца. Не зная, что за ним наблюдают, султан сидел за столом с листком бумаги, истрепавшимся от частых прикосновений. В глазах его блестели слёзы, а пальцы скользили по написанным строкам. Это было одно из последних писем его любимой жены.

Жасмин почувствовала знакомый укол в сердце. Её мать была той скалой, на которой покоились и её жизнь, и жизнь её отца. Безвременная кончина султанши разбила им сердца, лишила опоры. Никто из них не решался искать утешения в другом и грустил в одиночку. Только Жасмин горевала открыто и пыталась забыться, изучая своё королевство, а султан носил страдания в себе, отгородившись от остальных и предоставив Джафару заниматься государственными делами.

По мнению принцессы, это была чудовищная ошибка.

Ошибка, которую ей бы очень хотелось исправить.

– Папа, – мягко произнесла она, чтобы не испугать отца, и вошла в комнату. За ней последовал Раджа. В кабинете тигр чувствовал себя спокойно и непринуждённо. – Я тут подумала, – продолжила девушка, – может, в этом году перенесём Праздник урожая из дворца на городскую площадь, как прежде?

Правитель вздохнул и протянул руку почесать Раджу. Движение было привычным, и тигр заурчал, прижавшись к ногам султана, как домашний котик.

– Хорошая мысль, но в городе слишком опасно.

Жасмин покачала головой. Руки сжались в кулаки.

– Тебе нужно там побывать, – принялась убеждать она. – Посмотреть, что Джафар сделал с… – Закончить ей не дали.

– Мой султан, – проговорил визирь, входя в комнату и обрывая едва начавшуюся речь принцессы. За ним следовал Хаким, а на плече сидел Яго. – Я задержался в городе по важному делу.

– Что за важное дело? – с подозрением спросила Жасмин. В голове мелькнула невероятная мысль. Уж не Джафар ли послал стражников преследовать их с Аладдином? Неужели узнал, что она выбралась из дворца? Девушка покачала головой. Ей не хотелось ставить это в заслугу визирю.

– Вам не понять, какие опасности таит город, ведь вы редко выходите из дворца, принцесса, – ответил Джафар, всем своим видом источая снисхождение. Потом его глаза потемнели. – Правда, я тут как раз прослышал о вашей недавней прогулке…

У Жасмин упало сердце.

– Что? – воскликнул султан, резко обернувшись к дочери.

Визирь кивнул:

– Хаким видел её одну на рынке.

– Я же запретил тебе выходить из дворца! – разъярился султан, и от его мягкости не осталось и следа.

Подавив стон, Жасмин переводила взгляд с отца на визиря и обратно. Ну как может правитель быть настолько слеп? И откуда узнал о её тайне Джафар? Как может он быть настолько отвратительным человеком? Он поймал принцессу в ловушку, сделав её ещё одной своей пешкой в игре против султана.

– Ты даже не представляешь, что там творится! – Она в отчаянии посмотрела на главного стражника. Когда-то именно ему, а не Джафару, доверялся султан. – Хаким, объясни хоть ты! Расскажи, какой стала Аграба. Скажи, что это уже не тот город, в котором ты вырос.

Но Хаким хранил молчание, мольбы девушки не достигали цели.

Султан тоже не услышал ни единого слова. Он всё ещё был возмущён тем, что дочь ускользнула из дворца вопреки его воле.

– Я поощрял твой интерес в таких делах, пока всё это не угрожало твоей безопасности. Но теперь довольно. – Он сдвинул тюрбан назад и выпятил грудь. С таким видом он обычно раздавал приказы. – Ты должна оставаться в стенах дворца, ясно?

– Я немедленно поставлю стражу перед покоями принцессы, – сообщил Джафар, не потрудившись скрыть свою радость.

Выходя из комнаты, Жасмин через плечо бросила на советника полный ненависти взгляд. Но тот его не заметил, будучи слишком поглощённым разговором.

– Может быть, она права, – донеслись до её ушей слова отца, и надежда всколыхнулась в душе девушки. – Мы проявляем недостаточно внимания. Жасмин умна, как её мать. Возможно, стоит приглашать её на наши советы.

К несчастью, ответа визиря Жасмин так и не услышала. Зато прекрасно могла его представить. Обычные отговорки, рассуждения о том, что женщины не годятся в правители, и в заключение вечная присказка, от которой её уже тошнит: принцессе просто надо подыскать супруга.

«Пусть пытаются, сколько хотят, – думала девушка, следуя за Хакимом по коридорам. – Ещё не родился тот принц, за которого я захотела бы выйти замуж».

* * *

Аладдина уже начали одолевать сомнения, что, возможно, Джинн не столько могущественный, сколько хвастливый. Желание стать принцем было высказано уже несколько минут назад, а маг так и занимался непонятно чем. Никаких клубов голубого дыма. Никаких заклинаний. Никакого волшебства. Они так и оставались на том же месте, где и были: среди пустыни под палящим солнцем.

Щёлкнув пальцами, Джинн заставил появиться изящно украшенное зеркало. Он поднял его и показал Аладдину его отражение. Молодой человек пригляделся. Похоже, волшебник что-то всё же сделал: попытался придать бродяге внешнее сходство с принцем. Конечно, в понимании Джинна. Исчезло старое тряпьё – простая светло-коричневая рубашка, брюки с зелёным поясом и красная жилетка, которые он носил чуть ли не всю жизнь. Теперь он был облачён в другую одежду, но сказать с уверенностью, что это было такое, оказалось непросто. Бросались в глаза кричащие цвета, невероятный головной убор и гора драгоценностей.

Увидев, что на Аладдина его усилия впечатления не произвели, Джинн вздохнул.

– С модой не угадал?

Он принялся ходить вокруг молодого человека, потирая подбородок, подобно художнику, разглядывающему натурщика.

– Меня тянет на фиолетово-голубой. Нет, зеленовато-жёлтый. Или светло-вишнёвый?

Ещё один щелчок пальцами, и наряд снова изменился. Теперь это было необъятное пёстрое одеяние с огромной шляпой.

– Что это за кошмар у меня на голове! – безо всякого восторга воскликнул Аладдин. Джинн неохотно кивнул. Парень был прав. Он принялся щёлкать пальцами, перепробовав дюжину разных вариантов, пока юноша играл роль живого манекена.

– Линии кривые, цвета не сочетаются с оттенком кожи, силуэт нечёткий. Это не ты!

По мере того как Джинн всё больше злился от собственного бессилия, костюмы становились всё безумнее, пока, наконец, он не вскинул руку, словно на него снизошло озарение.

– Понял! Это должен быть строгий классический костюм с чёткими линиями. Для гостя из пустыни подойдут натуральные цвета: слоновая кость, бежевый, кремовый… – Он ахнул, когда нашёл решение. – Точно, белый! Все сойдут с ума! Джинн в ударе, ребята!

Ещё один щелчок пальцами, и одежда изменилась в последний раз. Когда всё было готово, вместо цветастой хламиды появился элегантный белый костюм, дополненный идеального размера тюрбаном. Пару секунд волшебник пританцовывал вокруг, сам себя нахваливая. Наконец остановился и взглянул на новоявленного принца, изучавшего своё отражение в зеркале:

– Ну как?

– Мне нравится, – одобрил Аладдин, проведя руками по гладкой ткани. Костюм был удобный, не стеснял движений. – Похоже, это я.

– Ещё бы тебе не понравилось, – хвастливо усмехнулся Джинн. – Это же я сделал.

– Но разве меня не узнают? – засомневался «принц». Он, конечно, преобразился, но всё же не полностью. Лишь наряд стал другим. Если он встретит кого-нибудь из старых знакомых, сразу станет ясно, кто он на самом деле.

Джинна всё это не волновало.

– Никто тебя не узнает, – уверенно заявил волшебник. – Это магия. – Он щёлкнул пальцами, и украшенное драгоценностями зеркало увеличилось.

Бывший нищий глянул на своё отражение и удивлённо поднял брови. Джинн был прав. Получалось, что вроде бы это он, но в то же время и нет. Будто в глубине зажёгся свет, словно тот же самый человек засиял изнутри. В новом одеянии теперь никто не примет его за бездомного проходимца.

– Кто же я? – спросил он.

– Принц Али, – без колебаний отозвался Джинн и добавил после паузы: – Из… Абабвы.

Аладдин наклонил голову:

– Это место рействительно существует?

– Возможно, – пожал плечами Джинн, наклонился и заглянул в зеркало вместе с молодым человеком. – Смотря как всё преподнести.

Юноша кивнул. Ведь правда – кто теперь поверит, что у него нет королевства? Главное, притворяться увереннее.

– А на чём я буду передвигаться?

Он видел приезжавших принцев. Они никогда не входили в город пешком.

– Да, настоящему принцу нужен транспорт, – согласился Джинн. – Что скажет человек из народа? Нужно что-то впечатляющее, но не броское… – Он стал осматриваться, и его взгляд остановился на Абу. Кудесник пожал плечами. Обезьянка так обезьянка, сойдёт. Подняв руку, Джинн выпустил струйку голубого дыма прямо в зверька. На глазах Аладдина тот начал преображаться. Нос сделался длиннее, конечности вытянулись, ушки стали расти вширь. Мгновение спустя Абу превратился в слона.

Исполнитель желаний удовлетворённо кивнул. Оставалась последняя деталь. У принца имелись одеяние и средство передвижения. Теперь следует добавить свиту. Подняв обе руки в воздух, Джинн принялся раздувать песок. Из него показались туманные неясные фигуры, потом песок посыпался, принимая разные формы, и картина прояснилась. Первым делом появились солдаты, потом музыканты и танцовщицы, а затем экзотические животные. Всё это быстро приобрело грандиозные, ошеломляющие масштабы. В точности та свита, которая требуется только что коронованному принцу Али из Абабвы.

Аладдин улыбнулся. Жасмин нужно выйти замуж за принца? Ну что же, Джинн сделал его принцем. Осталось убедить весь город, что он достоин этого титула, а главное – убедить в этом Жасмин.

Чего Аладдин не знал, по крайней мере до тех пор, пока не стало уже слишком поздно, так это того, что Джинн намеревался сделать его не просто принцем, а величайшим принцем всех времён. Когда они были уже недалеко от города, кудесник поведал юноше, как собирается «представить» принца Али в Аграбе. Его план предусматривал роскошную процессию, которая всё росла и росла.

Когда они добрались до внешних ворот, за ними следовало уже семьдесят пять золотых верблюдов, более четырёх дюжин сиреневых павлинов и бесчисленное множество прочих экзотических животных. Все они, конечно же, появились на свет по волшебству и следовали за слоном Абу, который вполне вжился в новую роль и гордо вышагивал впереди. Животные составляли лишь малую часть шествия. Дюжины танцоров выкрикивали имя своего господина. Помимо них там был духовой оркестр, и армия, и слуги, и повара, и даже птицы, которые по команде издавали сладостные трели.

Миновав ворота, Джинн смешался с растущей толпой любопытных зевак и принялся распространять слухи о героических подвигах принца Али и его великодушии. Стайкам кумушек он вещал про романтическую натуру Али, а завистливым мужчинам хвастался, как принц отбивался от сотни вооружённых мечами мародёров. И при этом даже ничуть не устал.

Когда они добрались до самого дворца, весь город уже гудел и был по уши влюблён в красивого, щедрого, смелого и заботливого принца Али из Абабвы.

Глава 13

Жасмин наблюдала за прибытием очередного принца из окна своих покоев, но, в отличие от своих подданных, которые с готовностью восхищались помпезным шествием и байками о восхитительных деяниях, девушка ещё не решила, каким будет её отношение к загадочному наследнику престола. Ей уже не раз случалось видеть, как якобы достойные люди выставляли себя дураками. Этот принц делал всё то же самое, только в более крупных масштабах.

Направившись в большой зал, Жасмин присоединилась к отцу и хмурому Джафару с Яго на плече. Все трое наблюдали, как принц, зайдя в двери, шел к ним по длинному проходу. Приблизившись, он отвесил поклон и так и застыл с опущенной к земле головой, пока кто-то из свиты не ткнул его в бок. Жасмин удивлённо наблюдала за принцем и его слугой. Как ни странно, наследник престола, казалось, чувствовал себя неуютно, а цвет кожи его спутника отдавал синевой.

– Добро пожаловать в Аграбу, принц Али, – приветствовал султан, когда с чрезмерно вежливыми поклонами было покончено.

– Я испытываю… не меньшее удовольствие, – заикаясь проговорил гость. – Ваше величество.

Жасмин не удалось сдержать улыбки. Неуклюжий принц обладал неожиданным очарованием. Джафар, похоже, придерживался иного мнения. Он выступил вперёд, подозрительно оглядывая вновь прибывшего.

– Боюсь, я не много знаю об Абабве, – промолвил он. Яго взлетел и клюнул принца в шляпу.

– Она на севере, – сообщил слуга.

– Она на юге, – одновременно с ним проговорил Али. Жасмин заметила, как они быстро переглянулись. – Там есть и юг, и север, – поправился принц.

– Мир так быстро меняется, – заметил султан, не обращая внимания на странный ответ гостя и подозрения визиря. Принц Али и торжественная процессия очаровали его, и теперь он хотел дать шанс славному молодому человеку завоевать сердце дочери. – Новые государства возникают каждый день.

Аладдин кивнул. И так и остался стоять. В зале повисло неудобное молчание. Жасмин заметила, что принц и его слуга ещё раз многозначительно переглянулись. Потом слуга прокашлялся и произнёс довольно громким шёпотом:

– Скажите, что привезли дары.

– О! Да! Конечно. Мы привезли кое-что. Дары.

Принц подал знак, и вереница людей вышла вперёд. Они принялись складывать подарки у ног султана и Жасмин.

– У нас тут… шелка… и пряности… и ложки. Маленькие ложечки. Хотите джема?

– Джема? – переспросил Джафар.

Принц заметно покраснел и бросил на слугу взгляд, в котором ясно читалась просьба о помощи. Не дождавшись её, он пожал плечами, потом кивнул.

– Да, джем из инжира без косточек… – Гость снова замолчал, не зная, что бы ещё добавить.

Жасмин еле сдержала улыбку. Такого необычного жениха ей ещё не приходилось встречать. Казалось, он никогда в жизни не вручал подарков. А судя по тому, какими голодными глазами он смотрел на специи и яства, можно было подумать, будто бы он и сам долго ничего не ел.

Переминаясь с ноги на ногу и краснея, принц Али вернулся к подношениям. Жасмин ждала. Может, он и держался не как принц, но всё же был им, а значит, рано или поздно преподнесёт ей драгоценности или нечто невообразимое, чтобы произвести впечатление и завоевать расположение. И точно, будто специально, он указал на один из даров, который как раз демонстрировался.

– Не знаю, что это, – сказал он, – но готов поспорить, что стоит оно очень дорого.

– А что вы собираетесь приобрести в обмен на эту «очень дорогую» вещицу? – спросила Жасмин. За спиной фыркнула Далиа. Служанка прекрасно понимала, к чему ведёт госпожа.

Однако Али ступил прямёхонько в расставленную ловушку. Поднял голову, покраснел и произнёс:

– Вас. – Щёки юноши зарделись ещё сильнее. – Я хотел сказать… немножечко вашего времени.

Жасмин приподняла свою идеально изогнутую бровь.

– Вы намекаете, что я продаюсь?

– Нет! – воскликнул принц, сгорая со стыда. – Я… не…

Принцесса не дала ему продолжить. Перекинув толстую чёрную косу через плечо, она повернулась и пошла прочь, оставив гостя хлопать глазами и ртом. Далиа последовала за хозяйкой, но прежде с любопытством оглядела слугу принца.

– Я не это имел в виду, – донеслось до уходящей девушки. Она замедлила шаг и на миг подумала, уж не вернуться ли, но вместо неё заговорил отец.

– Не переживайте, – успокоил его султан. – Моя дочь только кажется такой неприступной. У вас ещё будет возможность пообщаться. Надеемся, вы, принц Али, присоединитесь к нам сегодня вечером на Празднике урожая?

Ответа принца Жасмин не услышала. В ушах раздавался лишь яростный стук крови при мысли, что её снова пытаются использовать в политической игре. Игре, в которой у неё не было шансов на победу. В которой у неё вообще не было никаких шансов.

* * *

Аладдин смотрел в окно комнаты для гостей, не обращая внимания на окружавшие его великолепие и роскошь. Он мог думать лишь о том, как непоправимо испортил первую встречу с Жасмин в роли принца Али. Хуже просто придумать невозможно. Бродяга застонал, сдернул шляпу и швырнул её не пол.

За спиной послышалось хихиканье служанок, принёсших ему обед. Ими занялся Джинн.

– Благодарю, очень мило, – сказал он, глядя на уставленные яствами подносы. – Но тут у нас кое-кто вёл себя как непослушный мальчик и ничего этого не заслуживает. Так что спасибо, дамы, и до свидания.

Аладдин повернулся и как раз успел заметить, как девушки, а с ними и еда исчезли за дверьми.

– Но я хотел есть, – заныл он. Своё недовольство выразил и возмущённо заворчавший Абу, вновь ставший обезьянкой.

Джинн бросил на Аладдина ехидный взгляд.

– «А что вы собираетесь приобрести в обмен на эту «очень дорогую» вещицу? – Вас», – воспроизвёл он тот дурацкий диалог.

– Меня неправильно поняли, – оправдывался Аладдин, но слова его звучали неубедительно. Оба знали, что речь идёт не просто о недопонимании. Это была настоящая катастрофа.

– Ты меня опозорил как волшебника, – укорил Джинн. – Если бы я знал, что ты до такой степени не умеешь вести себя с женщинами, я бы пересмотрел нашу стратегию, придумал бы что-то, дабы тебе вообще не пришлось разговаривать.

– Ну… – начал Аладдин, пытаясь придумать какое-нибудь оправдание.

Брови у Джинна чудесным образом поднялись за пределы лица.

– Так. С этим надо что-то делать. Вечером на празднике тебе представится ещё один шанс. И сейчас мне нужно, чтобы ты посидел в уголке и хорошенько подумал над вторым раундом. – Джинн указал в дальний угол башни, потом плюхнулся на длинный шезлонг и потянулся. – Я полежу здесь, закрыв глаза, и приложу все усилия, чтобы забыть о дневной трагедии.

Он устроился поудобнее, но через секунду снова сел, поскольку за окном в небе начался салют.

– О! – воскликнул маг. – Обожаю фейерверки. Торжественный приём – это здорово. Пошли! Аладдин кивнул. Теперь или никогда. Он покажет Жасмин, что это всё ещё он – тот парень, что ей понравился, только теперь ещё лучше. Он продолжит с того места, где их прервали в прошлый раз, найдёт ту искорку, что мелькнула между ними, когда он был просто Аладдином.

Только молодой человек не вполне знал как.

К счастью, Джинн не собирался просто стоять в сторонке, предоставив ему барахтаться в неуверенности, как тонущему жуку – в воде. Он объявил, что новоиспечённому принцу следует отработать искусство светской беседы и поучиться науке обольщения принцесс. Под грохот продолжающегося фейерверка они отрепетировали простые способы завязать разговор и милые фразы, соответствующие этикету. По велению Джинна из воздуха возникли книжки, чтобы Аладдин смог прочитать о том, что творится в мире.

– Ей понравится принц, который много знает, – убеждал волшебник. – Доверься мне.

Когда просветительская часть была окончена, Аладдин дал себя умыть, расчесать и одеть. Когда они, наконец, явились на Праздник урожая, юноше казалось, что кожу ему начистили наждаком, волосы повыдергали, а одежды на нём было больше, чем на рыночном прилавке. Но вид у него по крайней мере был королевский. Так, во всяком случае, утверждал Джинн.

Выйдя в дворцовый парк, Аладдин глубоко вздохнул. В первый раз за день он позволил себе остановиться и оглядеться. По-настоящему оглядеться. На ночном небе не было ни облачка, ярко подмигивали звёзды, луна висела высоко над крышей, будто дворцовая люстра. Гости в роскошных туалетах и драгоценных украшениях прохаживались под деревьями под пение райских птиц. Такой красоты Аладдину в жизни видеть не приходилось.

А потом он повернул голову и заметил Жасмин.

Из головы разом вылетели все мысли.

Сердце застучало.

Руки вспотели.

Ему казалось, что от волнения его сейчас стошнит.

Великолепный дворец и дивный сад померкли рядом с красотой принцессы. Она будто пришла из его самой заветной мечты. Бирюзовый наряд с вышитыми павлинами и прозрачной накидкой мягко переливался, когда она двигалась среди гостей, отражая свет луны в небе и свечей на столах. Проследив за взглядом Аладдина, Джинн тихонечко присвистнул.

– Не упусти свой шанс, – велел он и тут заметил Далию, следовавшую за своей госпожой. Настоящую Далию. – А эта маленькая служанка весьма недурна, – заметил он. – Какие поразительные глаза – цвета чёрного чая, и эта… – Маг не договорил, заметив, что теперь уже Аладдин ехидно посматривает на него. – Что-то мне так захотелось пить. Пойду прихвачу стаканчик. Или даже два. Может, её тоже мучает жажда.

Веселье на лице Аладдина сменилось ужасом. Он вцепился в своего добродетеля:

– Нет, не уходи. Они меня разоблачат.

Один за другим компаньон отцепил пальцы молодого человека от своего одеяния.

– Не разоблачат. Просто иди к ней и будь собой.

– Что я ей скажу? – запротестовал было Аладдин, но поздно. Джинн уже удалялся в направлении Далии. Мнимый принц мысленно застонал. Похоже, выбора у него не было, и ему придётся действовать самому.

«Ну ладно, – думал он, пытаясь собраться с духом. – У тебя получится. Джинн в тебя верит. Надо просто подойти к ней и поздороваться. Ничего страшного. Ты и раньше говорил с ней».

Аладдин поглубже вдохнул и двинулся навстречу своей судьбе. Однако одновременно с ним то же самое сделал и принц Андерс. Бывший вор тотчас остановился. Одно дело – пытаться завладеть вниманием Жасмин, когда она одна. Но соревноваться за её благосклонность с настоящим принцем? Этот тип был само нордическое совершенство. Рядом с ним станет ещё заметнее, что придворных манер у Аладдина нет и в помине.

– Ты только посмотри на него, – горько произнёс лжепринц, когда Джинн вернулся к нему с бокалом в руках. – Он такой высокий, такой представительный…

Тем временем принц Андерс завёл с Жасмин беседу и стал что-то ей показывать. Аладдин пытался разглядеть, что именно, но было слишком далеко. Какой-то предмет. Перо? Или вилка? Что бы это там ни было, дочь султана, похоже, заинтересовалась и засмеялась.

– Этот безмозглый тип? – удивился Джинн. – Он ходит в меховой шапке в пустыне. Увереннее, мой друг. – Он хлопнул Аладдина по спине, потом указал на себя. – Погляди. Видишь, как я держусь? А ведь у меня даже ног нет.

Но хозяин волшебной лампы всё ещё неотрывно смотрел на гостя из Сконланда и принцессу. Лицо его становилось всё мрачнее.

– Что я могу предложить? У неё есть тигр, а у меня обезьянка. У неё есть дворец, а у меня… – Он покачал головой и состроил гримасу: – Принц Али, у него много драгоценностей и павлинов.

Джинн потряс головой.

– Речь не об Али, о тебе, – поправил он. – Я сделал тебя похожим на принца. Но я ничего не менял в тебе самом. Принц Али помог тебе дойти до двери, но ключ, чтобы её открыть, у Аладдина. Доверься себе.

Аладдин посмотрел на Джинна. Довериться себе? Такой шанс бывает раз в жизни, именно о нём он мечтал. Но в глубине души молодой человек прекрасно осознавал, что он по-прежнему нищий уличный воришка. Джинн всего лишь снабдил его титулом и свитой, но не научил, как быть принцем или вести себя подобно особе королевских кровей. Аладдин понятия не имел, даже как надо кланяться! Он сам едва верил во всё произошедшее. Человек, смотревший на него из зеркала, казался незнакомцем. Как же ему убедить других, что он принц? Как добиться благосклонности окружающих, не говоря уж о любви Жасмин? Оторвавшись от созерцания принцессы, беседующей с Андерсом, Аладдин перехватил взгляд султана. Правитель Аграбы приветствовал его, подняв бокал. По крайней мере султану он, похоже, нравится.

Вдруг Джинн схватил его за руку и потянул через парк прямо к Жасмин, которая теперь осталась одна, поскольку принц Андерс развлекал толпу своих почитателей. Приглушённо возмутившись, Аладдин попытался высвободить руку. Бесполезно. Джинн был слишком силён, гораздо сильнее обычного человека.

– Ладно, мой мальчик, пора, – заявил волшебник, не обращая внимания на попытки Аладдина вырваться и убежать. – Хватит терять время.

– Нет, – замотал головой лжепринц, тщетно пытаясь быть грозным. – Я здесь главный. Я сам решу, когда будет пора… – Но закончить он не успел, потому что Джинн довольно бесцеремонно выпихнул его прямо на дорожку перед Жасмин. Подняв глаза, Аладдин сглотнул.

– Э-э… привет, – неуклюже произнёс он.

Жасмин удивлённо приподняла бровь.

– Добрый вечер.

Повисло неловкое молчание. Один нервно переступал с ноги на ногу, другая спокойно стояла, скрестив руки. Она явно ждала, что принц Али что-то скажет. Но в голове у Аладдина не осталось ровным счётом ни одной мысли. Рядом с принцессой он онемел и мог только хлопать глазами и умирать от смущения. За его спиной громко кашлянул Джинн. Услышав его, «принц» наконец стряхнул с себя оцепенение.

– Прошу прощения за то, что произошло днём, – начал он. – Я не хотел… Я не привык посещать подобные мероприятия… Я имел в виду, что я…

– Потанцуем? – прервала Жасмин его бормотание и выжидающе протянула руку.

Сердце влюблённого юноши переполнилось благодарностью. Он взял её ладонь и позволил провести себя на площадку для танцев. И вдруг его затопила паника. Танцевать? С Жасмин? Это значит окончательно выставить себя дураком. Он ни разу в жизни не танцевал с девушкой, не говоря уж о торжественных придворных танцах. Он остановился и застыл как вкопанный. Жасмин уже начала плавно двигаться и смотрела на него вопросительно. Бросив преисполненный отчаяния взгляд на Джинна, молодой человек почувствовал, как его ноги вдруг задвигались сами собой, словно по волшебству! Музыка ускорилась. Руки и ноги юноши тоже стали двигаться быстрее, отчего он стал похож на дёргающуюся марионетку. Жасмин, не сдержавшись, прыснула.

Этот добрый жизнерадостный смех удивил Аладдина. Перехватив её взгляд, он неожиданно увидел в нём мягкость. Это придало ему уверенности. Юноша вновь глянул на Джинна, словно говоря: «Смотри, как я справляюсь!»

Музыка зазвучала громче, и Аладдин дал себе волю. Перестал думать о тех, кто на него смотрит. Перестал обращать внимание на взгляды, которые чувствовал спиной. Перестал гадать, додумается ли кто-нибудь, что он поддельный принц. Он даже не пытался вместе со всеми выполнять нужные танцевальные па. Он лишь смотрел в смеющиеся глаза Жасмин, чувствовал её руку в своей и наслаждался этим удивительным моментом. Их взгляды встретились, и они оба улыбнулись.

Осмелев, Аладдин раскрутил Жасмин, дав ей отойти на несколько шагов, а потом снова привлёк к себе. Зрители, оценившие танец, зааплодировали. Юноша улыбнулся. «И чего я вообще волновался?» – мелькнула недоумённая мысль. Вновь отпустив свою партнёршу, он изобразил хитроумную последовательность шагов. Потом сделал необычное движение головой, несколько раз поднял и опустил плечи. Увлекшись восхищением толпы и собственными импровизациями, он не поймал принцессу, которая двигалась обратно к нему. С обескураженным выражением она проплыла мимо и остановилась.

Аладдин, упоённый весельем и успехом, не сразу заметил это. Приятно было находиться в центре внимания. В хорошем смысле, а не как обычно – быть объектом преследования или летящих вслед ругательств. Он поискал взглядом Жасмин и обнаружил, что она направляется прочь с площадки для танцев.

– Подождите! – воскликнул Аладдин. Но слишком поздно. Девушка уже скрылась в дверях. Молодой человек вздохнул. Ну что такое! Опять всё испортил. Так увлеченно перед всеми красовался, что даже умудрился забыть о Жасмин. Оглядевшись на остальных танцующих, он понял, что именно так, по-видимому, вели себя с Жасмин все остальные принцы.

«Я же должен был показать ей, что я другой, – ругал себя Аладдин, уходя с площадки. – А вместо этого продемонстрировал, что я точно такой же идиот, как этот принц Андерс».

Направляясь в покои для гостей, Аладдин, погружённый в свои переживания, не заметил ледяного взгляда Джафара. Не услышал он и хлопанья крыльев, когда Яго по приказу хозяина взлетел, чтобы последить за подозрительным гостем.