Читать книгу "За кулисами ФСБ"

Вячеслав Иваньков (Япончик) ничего интересного собой не представляет, кроме своего высокого звания «вора в законе». Посадили его в 1981 году – дали 14 лет. Иваньков спокойно отбывал свой срок, когда вдруг в 1990 году он стал крайне необходим на воле – и тогда множество влиятельных людей начали просить о его досрочном освобождении: упирали на его «слабое здоровье». Помимо Иосифа Кобзона, который тогда ходатайствовал за всех известных бандитов, насчет освобождения Иванькова сделал два депутатских запроса Святослав Федоров, о том же просил и правозащитник Сергей Адамович Ковалев. В итоге 5 ноября 1991 года Иваньков вышел на свободу. И уже 29 февраля 1992 года он убил двух человек в московском ресторане (еще один остался в живых только потому, что пуля застряла в пачке денег). Какие-то турецкие строители то ли хотели пролезть без очереди в гардероб, то ли не пропустили туда великого Япончика (показания свидетелей расходятся).

Иванькову пришлось срочно бежать за границу – ему помогли перебраться в США. Американские власти не дают визу уголовникам, но Иванькова будто бы оформили как «помощника режиссера» в съемочной группе Ролана Быкова – и уже в марте 1992 года Иваньков в составе этой киногруппы оказался в США. А дальше уже было все просто – фиктивный брак на американке, и вид на жительство в кармане.

Самые неожиданные люди приходили на помощь московским бандитам в трудную минуту… Нами отмечены случаи, когда чекистские структуры давали деньги на проекты Ролана Быкова (вполне благородные, вроде детского кино и т. д.). У Кобзона были чисто деловые отношения с этим бандитом.

Как этот одичавший после 10 лет тюрьмы, необразованный уголовник, который за несколько лет пребывания в Америке не выучил ни одного слова по-английски – вдруг стал главным лидером «русской мафии» во всем Западном полушарии? Разумеется, Япончик не был настоящим главарем мафии – его использовали в Америке в основном как пугало, чтобы выжимать деньги из наших предпринимателей, перебравшихся в США. Особенно из таких, кто хапнул хороший кусок на Родине, а потом сбежал.

Вячеслав Иваньков в июне 1995 года был арестован американскими властями за вымогательство нескольких миллионов долларов у русских бизнесменов из «Чары-банка» (они обворовали вкладчиков банка и сбежали в США).

Даже Михась на фоне Иванькова выглядит настоящим интеллектуалом. Он действительно занимался большим бизнесом. Правительство Коста-Рики назначило Сергея Михайлова своим почетным консулом в Москве (в феврале 1994 года). Иметь дипломатический паспорт – что может быть лучше для бандита! Михась сильно подружился с президентом Коста-Рики и собирался возить из Центральной Америки бананы в Россию. Но этот бизнес у него не пошел – нашлись недоброжелатели в наших спецслужбах, которые превратно истолковали желание Михася снабжать жителей России фруктами. Был скандал, правительству Коста-Рики пришлось аннулировать «почетное консульство» у Михася. Тогда пострадали еще полторы сотни бандитов из разных стран мира, у которых тоже отобрали это высокое звание.

Как и массовое истребление московских бандитов в середине 90-х проводили спецслужбы. Для самих бандитов это не было секретом – Иваньков в своих тюремных интервью прямо обвинял чекистов в убийстве всех своих друзей. Не следует понимать это так, будто менты или фээсбэшники сами стреляли и взрывали (ходили и такие легенды, типа «Белой стрелы») – нет, этим грязным и опасным делом занимались другие бандиты, которые стали орудием в руках чекистов. И возглавлял этот «бандитский спецназ» знаменитый Ося – Сергей Буторин.

Буторин сначала служил прапорщиком в стройбате, потом в конце 80-х годов демобилизовался и работал вышибалой в одном московском кафе. В этом кафе он познакомился с бандитами и занялся более серьезной работой в ореховской группировке Сергея Тимофеева – скоро стал там одним из самых влиятельных бригадиров (хотя никогда не сидел).

Вот этот бывший прапорщик из стройбата (возможно, это все же был на самом деле засланный к бандитам офицер спецслужб) и уничтожил почти всю бандитскую элиту в Москве. Разумеется, проделал это Буторин не собственными руками, а с помощью привлеченных им к этому делу киллеров из бывших спецназовцев. Получается, что удар по бандитам из «московского клана» КГБ был нанесен как бы изнутри.

Интересно, что сначала Буторин убрал не своего непосредственного шефа Сильвестра, а главарей других банд – поэтому бандиты долгое время не могли понять, что вообще происходит. Притом профессионалы из спецназа хорошо знали свое дело: они не просто уничтожали авторитетов, но делали это так, чтобы подозрения пали на кого-нибудь другого. Если же у какого-нибудь бандита не было ни с кем конфликтов, то его не трогали – ждали, когда конфликты появятся.

Первыми были уничтожены «бауманские» авторитеты во главе с Валерием Длугачем (Глобусом) – в апреле 1993 года. Потом были убиты братья Квантришвили (а их соратник Кикалишвили сбежал в США). И только в сентябре 1994 года дошла очередь до самого Сильвестра. После чего Буторин перебил почти всех видных авторитетов и бригадиров своей «ореховской» группировки, захватил над ней власть. Всеми финансами «ореховских» распоряжался соратник Сильвестра Григорий Лернер (это были сотни миллионов долларов). Он находился за границей, но боевики Буторина и там его достали и начали прессовать, чтобы выбить из него эти миллионы. Неизвестно, чем бы это закончилось для Лернера, если бы его не посадили за мошенничество в мае 1997 года в Израиле.

У Буторина было несколько бригад киллеров:

1. «Одинцовские» во главе с Дмитрием Белкиным.

2. «Медведковские» возглавлял бывший старший лейтенант КГБ Григорий Гусятинский, пока его не убили в Киеве в 1995 году. Его сменил Андрей Пылев, ближайший соратник Буторина.

3. «Курганские» – два десятка бывших спецназовцев и ментов из города Кургана. Самый знаменитый из них – Александр Солоник, который при попытке ареста застрелил несколько милиционеров, а когда его все же посадили в тюрьму, сумел оттуда сбежать (летом 1995 года).

Главным киллером у Буторина был вовсе не Солоник (он вообще в этой банде ничем особенно не выделялся), а бывший спецназовец из морской пехоты Александр Пустовалов по кличке Солдат (не менее 30 трупов).

Порядки в этой банде Буторина были очень своеобразные. «Новые ореховские» отказались вообще от всех законов и традиций уголовного мира. Более того, Буторин запретил принимать в свою банду тех, кто отсидел или имел какое-то уголовное прошлое – брали в первую очередь спецназовцев, причем предпочитали таких, кто побывал в Чечне. Были задействованы военкоматы Москвы, чтобы выявлять такие ценные кадры – после этого с ними знакомились и вербовали в банду.

Всем бандитам был предписан здоровый образ жизни: полный запрет на наркотики, ограничения на алкоголь и прочие «излишества». Причем наказание за малейшее нарушение было только одно: смертная казнь в присутствии остальных бандитов (специально их собирали для этого, довольно часто). Никаких пережитков воровской демократии, вроде «сходок», в банде не было – приговор выносил лично сам Буторин. За несколько лет такой казни подверглась значительная часть банды – десятки человек. Чтобы не было лишних соблазнов, бандиты Буторина сидели на твердом окладе, не слишком большом – одна или две тысячи долларов в месяц, притом никаких премий за конкретные убийства им не полагалось. Так что громадные деньги, которые попадали в эту банду, исчезали неизвестно куда.

Уничтожение бандитских авторитетов в Москве продолжилось и шло полным ходом весь 1995 и 1996 годы. Одновременно они перехватывали у других бандитских группировок рэкет над московскими предпринимателями (кроме крупных олигархов, которые были им не по зубам). В случае отказа бизнесмена немедленно убивали, не было никаких угроз и демонстраций силы. В результате почти вся Москва стала платить одному Буторину.

Есть основания предполагать, что Буторин казнил своих бандитов не только для укрепления дисциплины – возможно, с помощью этих массовых казней он постепенно избавлялся от ненужных свидетелей. По приказу Буторина был убит в начале 1997 года Александр Солоник, который скрывался после побега из тюрьмы в Греции (туда был послан главный палач Буторина Солдат). Есть сведения, будто бы Буторин тогда вообще всех «курганских» приговорил (якобы они хотели отделиться) – но ликвидировать их он уже не успел: банда Буторина неожиданно была разгромлена.

Буторин несколько лет шел к полной власти над всей бандитской Москвой, а когда он уже почти достиг этой цели – сорвался вниз в один момент.

В феврале 1997 года сменился начальник УФСБ Москвы: был снят ставленник Коржакова генерал Трофимов – двое его подчиненных были пойманы на торговле кокаином, что и стало поводом для увольнения. Новым начальником УФСБ Москвы назначили генерала Царенко, «человека Лужкова». Дело в том, что генерал Трофимов сильно засиделся на своем посту – его покровителя, начальника СБП Коржакова, выкинули из Кремля еще в июне 1996 года.

И все – на этом банде Буторина пришел конец. За два месяца около 20 бандитов были арестованы, остальные сбежали за границу. Некоторые были арестованы и там в 1997 году – их выдали России. Самого Буторина и его ближайших соратников почему-то тогда не тронули – Буторин был арестован только в феврале 2001 года в Испании: он получил там 8 лет по местным делам.

Почему-то нам не встречались в Интернете материалы, где связывали бы эти два одновременных события февраля 1997 года: снятие генерала Трофимова и разгром банды Буторина. Вместо этого там встречается другая версия: 23 января 1997 года в Москве был убит коптевский авторитет Василий Наумов. Будто бы именно это преступление банды Буторина привело министра внутренних дел Куликова к решению покончить с этой бандой: был создан специальный штаб, задействовали ОМОН, МУР, ФСБ и группу «Альфа». Буторинские бандиты уничтожили за несколько лет чуть ли не сотню таких авторитетов из различных группировок, но это им как бы прощалось.

Все было гораздо проще: Буторин беспрепятственно уничтожал бандитских авторитетов из «московского клана», поскольку у него была чекистская «крыша», пока УФСБ Москвы возглавлял коржаковец генерал Трофимов (с декабря 1994 года). Еще более мощной «крышей» для Буторина была Служба безопасности Президента, пока ее возглавлял генерал Коржаков. Московские менты сильно переживали тогда за своих бандитов, но ничем не могли им помочь.

Теперь мы можем довольно уверенно вычислить, с кем президент Ингушетии Аушев вел тогда переговоры, чтобы не убивали его друга Кобзона: с генералом Коржаковым, начальником СБП (не с бандитом Буториным – он в таких делах был мелкой пешкой).

Шабтай Калманович – единственный известный нам возможный полноправный член мафии внешней разведки КГБ, который несколько лет провел за решеткой. Разного рода олигархи, которых в последнее время у нас иногда сажают, к этой категории не относятся – это всего лишь простые стукачи. Правда, насчет чекистской полноправности Калмановича есть некоторые сомнения – он окончил разведшколу, но скорее всего, офицером разведки все же не был. Дело в том, что в нелегальной разведке служили также агенты высокого уровня без присвоения звания – нечто среднее между настоящим кадровым сотрудником КГБ и завербованным агентом. Например, таким штатным агентом был легендарный Николай Кузнецов, который в годы войны убивал немецких генералов в тылу врага – его как-то исключили из партии, поэтому звание офицера НКВД он не получил (Кузнецов закончил только курсы НКВД для стукачей в 1937 году – до войны он выявлял «врагов народа»). Калманович не только в партии не состоял – его даже в пионеры не приняли, поскольку его родители – евреи-«отказники».

Когда Калмановича арестовали в Израиле, он выложил в контрразведке все подробности своей шпионской деятельности.

Родился в Каунасе (Литва). В 1971 году закончил местный Политехнический институт. В советское время некомсомольцы в вузы попадали очень редко, а для евреев были еще установлены в тайном порядке ограничительные квоты. Как юному Калмановичу удалось преодолеть все эти барьеры – это его маленький секрет.

КГБ Литвы был тесно связан с внешней разведкой. Этот факт имеет прямое отношение к биографии Калмановича: сразу после окончания института он попал в разведшколу ГРУ (официально его якобы забрали на год в армию, но это было только прикрытие). Это обычная практика: после гражданского вуза будущего сотрудника внешней разведки год обучали в закрытой спецшколе (при этом всегда была «легенда» о том, что он в какой-то командировке очень далеко или что-нибудь подобное). После чего вся семья Калмановичей получила разрешение на выезд в Израиль, которого она тщетно добивалась много лет – и отбыла за границу. То есть Калмановича взяли не просто во внешнюю разведку – он попал в ее самую элитарную, нелегальную структуру. Это была и самая рискованная разновидность шпионажа, без всякого прикрытия в виде дипломатического паспорта (это значит: попался – в тюрьму!).

У кадровика из любого советского учреждения встали бы волосы дыбом при виде анкеты Калмановича – мало того, что родители евреи, так еще и «отказники», подавшие заявления на выезд! Но специфика внешней разведки в том и состояла, что там могли в интересах дела плюнуть на любые инструкции и наставления. Даже наоборот – чем хуже была кандидатура с совковой точки зрения, тем лучше она была для нелегальной внешней разведки! КГБ в целом был самой антисемитской организацией в СССР, но внешняя разведка без всяких колебаний использовала «еврейскую волну» эмиграции в своих целях. Там служили люди без предрассудков – недаром именно они начали перестройку и похоронили социализм в нашей стране.

Первые три года Калманович в Израиле ничего не делал для советской разведки. Это обычная практика для нелегалов – надо было освоиться и переждать, пока местная контрразведка перестанет интересоваться новым эмигрантом из Советского Союза. Эти годы тоже не тратятся даром – агент постепенно подбирается к таким местам, где можно собирать нужную информацию. Так и Калманович, начав свою карьеру простым колхозником в кибуце, потом выучил иврит и английский язык и сумел попасть в партийный аппарат правящей тогда в Израиле партии «Авода», где обзавелся полезными связями среди израильской элиты. В 1975 году агент «Крис» (такой псевдоним был у Калмановича) вышел на связь с резидентом и начал свою работу – сначала на ГРУ, потом на КГБ. Такое случалось – внешняя разведка КГБ могла забрать себе перспективного агента ГРУ.

Вскоре Калманович кроме КГБ начал работать и на Моссад, то есть как бы стал двойным агентом – во всяком случае, в судебном приговоре ему поставили в вину «попытку пробраться в спецслужбы Израиля». Здесь надо пояснить: настоящий двойной агент обманывает ОБЕ спецслужбы, на которые он работает – но такое бывает редко. Скорее всего, Калманович просто дал себя завербовать Моссад с санкции нашей разведки.

Вскоре Калманович покинул Израиль и занялся бизнесом в странах Южной Африки. Именно в Южной Африке Калманович и нашел свое счастье! Попав туда, он перестал собирать секретную информацию, зато разбогател со сказочной быстротой. Сам Калманович объясняет эти свои успехи в бизнесе так: он познакомился с президентом Ботсваны и занялся в этой стране бурной деятельностью – строил дома чуть ли не тысячами, стадионы и прочее. Но больше всего он будто бы преуспел на организации ферм по разведению крокодилов.

Это, конечно, сказки: нужно лет сто выращивать крокодилов и сдирать с них шкуры, чтобы набрать 15–20 миллионов долларов – столько было у Калмановича к моменту ареста. В Южной Африке есть только один товар, на котором там можно в короткий срок заработать такие деньги. Только контрабанда алмазов, которая дает в год сотни миллионов долларов, делает этот регион привлекательным для чекистской мафии – поэтому Калмановича и перебросили из Израиля в Ботсвану. Позднее он перебрался в другую республику этого региона – в Сьерра-Леоне, и стал там почетным консулом.

Калманович вовсе не просиживал, никуда не вылезая, в Южной Африке: у него были свои офисы в Германии и Франции, был замок в Ницце, он летал по всему миру на собственном самолете. Все это оборвалось летом 1987 года, когда Калмановича первый раз арестовали в Англии. Его тогда выпустили под залог, но он почему-то не сбежал – и в декабре 1987 года был арестован как советский шпион уже в Израиле.

Калмановичу предложили там судебную сделку, как это принято на Западе: если он признает себя виновным, то получит 9 лет тюрьмы без всякого суда. А если упрется, то будет суд, и там он получит уже 11 лет! Калманович тогда не захотел рисковать даже двумя лишними годами (видимо, его прихватили крепко) – и получил свои 9 лет в обмен на полное признание.

Сидел Калманович в израильской тюрьме с небывалым комфортом, даже девушек к нему допускали. Начальника тюрьмы потом самого посадили за все эти поблажки Калмановичу. Масса самых влиятельных деятелей сначала Советского Союза, потом демократической России принялась хлопотать о досрочном освобождении этого бойца невидимого фронта. В Интернете есть целые перечни – за Калмановича просили буквально ВСЕ: министр внутренних дел СССР Б. Пуго, советник президента СССР Евгений Примаков, сам президент Горбачев, вице-президент СССР Янаев, вице-президент России А. Руцкой. Иосиф Кобзон специально приезжал в Израиль, чтобы добиться освобождения Калмановича. Художник и патриот Илья Глазунов обещал написать портрет премьер-министра Шамира, а вместо гонорара просил отпустить Калмановича (его фамилию Глазунов тогда зачитал по бумажке – он с ним не знаком). Владимир Спиваков обещал премьру Рабину дать бесплатный концерт в Израиле, если… и так далее!

Сам Калманович говорит, что главным борцом за его свободу был все же его друг Иосиф Кобзон – он организовывал все эти прошения. Калманович с гордостью подчеркивает, что в той же тюрьме были и другие советские шпионы, но никто не хлопотал.

В чем тут причина, зачем чекистской мафии так нужно было освободить этого провалившегося шпиона, который вдобавок во всем признался и вывернулся наизнанку? Можем предложить такую версию: Калманович признался израильской контрразведке только в шпионаже против Израиля, которым он занимался в начальный период своей карьеры. А все подробности и схемы криминального бизнеса, которым Калманович занялся позднее, он оставил при себе – это и был его капитал в буквальном (банковские счета и коды) и в переносном смысле.

Несмотря на всю эту свистопляску вокруг Калмановича, израильское правительство долгое время не поддавалось ни на какие уговоры: Калмановича освободили «по состоянию здоровья» только в марте 1993 года, ему пришлось отсидеть почти шесть лет. И есть сведения, что ради этого долгожданного события правительству России пришлось пойти на серьезные уступки Израилю в вопросах миграционной политики (выпустили последних оставшихся «отказников» или что-то в этом роде).

Дальше о Калмановиче рассказывать особо нечего. После освобождения они с Кобзоном основали фармацевтическую фирму (мафия любит такого рода бизнес, поскольку он дает доступ к синтетическим наркотикам). Но им почему-то не удалось долго проработать вместе. Крупным олигархом Калманович не стал, но на жизнь ему вполне хватало, он даже купил пару баскетбольных команд – сначала литовский «Жальгирис», потом женскую команду в Екатеринбурге.

Принадлежность Калмановича к «московскому клану» несомненна: он занимался строительством в Москве, поддерживал контакты с Лужковым и с самыми авторитетными московскими бандитами. Например, главный солнцевский авторитет Михась был в 2002 году на свадьбе дочери Калмановича в Израиле (Калманович большой патриот Израиля и сохранил гражданство этой страны).

Борис Бирштейн из подставной фирмы КГБ «Сеабеко» – более крупная фигура. Бирштейн тоже уроженец Литвы, как и Калманович. В 1977 году Бирштейн эмигрировал в Израиль, но долго там не задержался – начал заниматься крупным бизнесом в Западной Европе. В 1982 году появилась в Швейцарии фирма «Сеабеко» (иногда встречается вариант названия «Сиабеко»). В 1984 году были зарегистрированы филиалы фирмы в Канаде и Гонконге – Бирштейн был тогда назначен директором филиала в Гонконге.

Пик деятельности Бирштейна пришелся на начало 90-х годов: тогда целые республики из распавшейся советской империи оказались на некоторое время в его полной власти. Все началось с Молдавии: в конце 1990 года Бирштейн впервые там появился и за короткий срок полностью «приватизировал» – в 1991 году президентом Молдовы был избран ставленник Бирштейна Снегур. Бирштейн формально стал тогда «советником» президента Снегура.

Эта республика бедная и грабить там было практически нечего для такой крупной акулы, как Бирштейн. Видимо, это были тогда чисто политические игры со стороны чекистской мафии. Именно Бирштейн помог тогда сорвать объединение Молдавии и Румынии, которое казалось совершенно неизбежным (в обеих странах живет один и тот же народ). Молдавия надолго стала тогда главной базой Бирштейна во время его экспансии по странам СНГ.

В ноябре 1990 года произошло также другое событие, которое имеет прямое отношение к деятельности Бирштейна: по распоряжению председателя КГБ Крючкова на работу в аппарат ЦК КПСС был откомандирован полковник Леонид Веселовский из внешней разведки. Веселовскому было доверено ответственейшее задание: он должен был участвовать в тайной операции по перекачиванию партийных (то есть государственных) средств в подставные фирмы КГБ на Западе.

Таких полковников в чекистской мафии были сотни, но полковник Веселовский прославился тем, что после победы демократии в августе 1991 года он стал практически единственным участником этой грандиозной операции, кого «засветили» – ему пришлось давать показания Комиссии по расследованию преступной деятельности КПСС. Почему для этой порки выбрали именно Веселовского?

Во-первых, чекисты и стукачи-демократы тогда усиленно все валили на КПСС – и раздували значение аппарата ЦК КПСС в операции по перекачиванию денег на Запад. А во-вторых, видимо, Веселовский входил в число соратников путчиста Крючкова, за что и пострадал. Впрочем, пострадал Веселовский не слишком сильно – после увольнения из органов он уехал в Швейцарию и теперь занимается бизнесом в одной из чекистских фирм.

Вернемся к Бирштейну: в своих показаниях Веселовский осенью 1991 года перечислил те «иностранные» фирмы, которые он курировал, – среди них и «Сеабеко». С Бирштейном Веселовский встретился вскоре после своего назначения в аппарат ЦК КПСС в начале 1991 года.

«Сеабеко» – одна из немногих фирм, о которых абсолютно точно известно, что это был проект внешней разведки КГБ. Неудивительно, что Бирштейн развил гигантскую деятельность в бывших советских республиках. После Молдавии он «приватизировал» Киргизию – осенью 1991 года Бирштейн вдруг стал лучшим другом президента Акаева. Главное богатство Киргизии составляют месторождения золота, их и получил Бирштейн в полное распоряжение. Некоторые рудники Бирштейн разрабатывал сам, некоторые сдал в концессию непонятным иностранным фирмам. Тонны киргизского золота тогда перевозили на личном самолете Бирштейна в швейцарские банки. Неизвестно ни точное количество вывезенного золота (приблизительно оценивают в сто тонн), ни кому за него заплатили (в государственные структуры Киргизии тогда практически ничего не попало).

Но всего через два года Киргизия внезапно вышла из-под власти Бирштейна (он и там числился «советником президента») – в декабре 1993 года киргизский парламент вдруг возмутился этой аферой и снял премьер-министра Т. Чингышева. Фирма «Сеабеко» была тогда изгнана из Киргизии.

Главным достижением Бирштейна в те годы было то, что он сумел получить в свои руки всю Украину! В январе 1993 года по распоряжению премьера Кучмы начал осуществляться новый проект Бирштейна: была создана госкомпания, которую так и назвали – АГ «Украина».

Бирштейна на Украине тогда принимали с таким почетом, как главу государства, только что почетный караул не выстраивали. Президент Кравчук и премьер Кучма строго следили, чтобы при оформлении все протекало без малейших задержек – тут же были подписаны все необходимые лицензии и разрешения. Бирштейну сразу же удалось наладить самые тесные дружеские отношения с начальником Службы Безопасности Украины Евгением Марчуком.

Название здесь полностью соответствовало содержанию – в этот концерн были включены все крупнейшие госпредприятия Украины, продукция которых экспортировалась на Запад: все большие металлургические комбинаты (Донецкий, Запорожский, Криворожский), все заводы по производству азотных удобрений и т. д. Этому объединению были предоставлены все мыслимые льготы по налогам и таможенным пошлинам!

В 1993 году было продано на Запад разной продукции на 180 миллионов долларов и примерно на такую же сумму было ввезено западных товаров на Украину. Почему украинское правительство не могло обойтись в этой торговле без Бирштейна? Нужно было не просто продавать и покупать (тут ничего особенно сложного нет), а еще и разворовать при этом всю прибыль государственных предприятий! И тут уже без этого крупного специалиста было не обойтись…

Осенью 1993 года сладкой жизни Бирштейна на Украине пришел конец. Он потерпел крупное поражение в России: в октябре 1993 года был разгромлен «мятеж Руцкого – Хасбулатова». Бирштейн сильно засветился тогда, как «человек Баранникова». Как известно, министр безопасности Баранников был уволен президентом Ельциным в июле 1993 года (формально – за взятки от Бирштейна!) – после чего открыто перешел на сторону Верховного Совета. Поэтому в октябре 1993 года Баранников оказался в тюрьме, а Бирштейну пришлось бежать из России на Украину. Премьер-министр Черномырдин потребовал от украинского правительства, чтобы оно прекратило сотрудничать с Бирштейном. Украина слишком зависит от поставок российского газа и нефти, чтобы ссориться с Кремлем – поэтому в 1994 году Бирштейну пришлось покинуть Украину. Одновременно Бирштейна попросили и из Киргизии, осталась тогда у него одна Молдавия.

Но и там Бирштейну долго засидеться не дали: в 1996 году его ставленник, президент Снегур, проиграл выборы. Фирма «Сеабеко» была тогда ликвидирована – Бирштейн в начале 1997 года продал акции фирмы «Сеабеко-Молдова» американцам и покинул Кишинев. Вроде бы он сейчас занимается каким-то медийным бизнесом в США.

В России Бирштейну не удалось в те годы закрепиться даже на короткое время, несмотря на мощную крышу в виде министерства безопасности России. Бирштейн активно пробивал тогда в правительстве России проект по созданию государственной акционерной компании «Русь», по образцу руководимой компании «Украина» – для экспорта металлов и т. п. В мае 1993 года министр Баранников организовал у себя на даче встречу Бирштейна с президентом Ельциным (об этой исторической встрече есть упоминание в мемуарах Ельцина). Баранников тогда открыто представлял Бирштейна как суперагента внешней разведки КГБ, который занялся бизнесом по заданию Родины. Через два месяца после этой «встречи в верхах» Баранникова уже уволили из правительства. Победа «семейного клана» в октябре 1993 года означала для Бирштейна крах всех его гигантских планов, причем не только в России.

Что Бирштейн принадлежал именно к «московскому клану» КГБ, в этом нет никаких сомнений: он был тесно связан с московскими бандитами. Особенно крепкая дружба была у Бирштейна с «солнцевскими»: в 1994 году Михась будто бы получил от него кредит в 150 миллионов долларов. По данным бельгийской полиции, созданная тогда в Бельгии фирма MAB-International, основанная лидерами «солнцевских» Михайловым и Авериным, букву “B” получила от фамилии третьего основателя – Бирштейна.

Аркадий Гайдамак всегда работал на кремлевскую мафию, поскольку нелегально продавал в Африке оружие со складов «Росвооружения» (через цепочку подставных фирм). Этот деятель еще интересен тем, что был связан с разведками трех стран: России, Франции и Израиля. Причем он был не мелким каким-то агентом, а имел открытые контакты на уровне руководителей этих разведок.

Гайдамак родился в Москве, но вырос на Украине. В 1972 году, когда ему было 19 лет, он уехал в Израиль – но пробыл там очень недолго и перебрался во Францию. Там Гайдамак занялся переводческим бизнесом: организовал свою фирму в Париже, где нанятые им переводчики переводили техническую документацию и обслуживали иностранные делегации. В 1982 году эта мелкая фирма вдруг резко расширила свою деятельность, а сам Гайдамак сильно разбогател и начал жить в роскошном особняке. Видимо, это как-то связано с тем, что Гайдамак тогда переключился на обслуживание советских торговых делегаций. В этом же году французская контрразведка начала подозревать, что Аркадий Гайдамак работает на КГБ – его вызывали «на беседу» в органы, но все обошлось (возможно, он уже тогда был завербован и стал двойным агентом).

Когда у нас началась перестройка, Гайдамак бросил свой переводческий бизнес и занялся торговлей с Советским Союзом.

Но настоящий бизнес у Гайдамака начался в 1992 году, когда он вместе с другим французским авантюристом (П. Фальконе) начал продавать оружие в Анголу (сначала продали туда 7 российских вертолетов в обмен на нефть). Для чего был нужен Гайдамак: во все такие регионы, которые попали под запрет ООН, поставки оружия проводятся тайком, c помощью мафии.

Денег у ангольцев не было, они расплачивались за оружие нефтью и алмазами (их тогда добывалось в Анголе на полмиллиарда долларов). Только в 1993–1994 годах фирма Гайдамака завезла в Анголу оружия на 630 миллионов долларов, а ведь гражданская война там шла еще очень долго.

Другая ангольская афера Гайдамака – активное участие в погашении долга Анголы правительству России. В Интернете вся эта история очень подробно расписана, мы приведем только главные итоги этой совместной махинации Гайдамака и правительств Анголы и России. Всего старого советского долга было на 5,5 миллиарда долларов, из них ангольцы заплатили нефтью 1,5 миллиарда долларов – но реально в казну России попало только 160 миллионов долларов, а все остальное было разворовано кремлевской мафией (за ангольский долг конкретно в правительстве отвечал сначала А. Вавилов, потом М. Касьянов). Кое-что досталось и президенту Анголы душ Сантушу (он сейчас входит в число 50 богатейших людей мира).