![](/books_files/covers/thumbs_240/refleksivnye-agenty-i-chelovechestvo-kooperaciya-ili-konflikt-188689.jpg)
Автор книги: Евгений Гришин
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
4. Вера и Доверие
Рассмотрим понятия Вера и Доверие, попытаемся их соотнести и определить разницу между ними.
Как было ранее определено, Вера есть следствие рефлексивной оценки персонажем собственных намерений и действий с точки зрения его различения Добра и Зла (как соотношения пользы и вреда себе и другим), а также следствие рефлексивной оценки намерений и действий другого персонажа.
В этом смысле Вера понимается как изначальное внутреннее предпочтение персонажем Добра над Злом (Вера в Добро), или изначальное предпочтение Зла над Добром (Вера во Зло).
Далее самосовершенствование персонажа рассматривается как укрепление изначального предпочтения, т. е., Веры.
Вера проявляется как желание персонажа осуществить некое нравственное (доброе или злое) намерение в отношении другого персонажа.
Доверие персонажа к другому персонажу может быть представлено как его понимание совпадения его собственной Веры и его представлений о Вере другого. Доверие есть основание для персонажа начать или продолжить исполнение желания кооперативного взаимодействия с другим персонажем.
Если же у персонажа существует приоритет Зла, то Доверия как такового у него к миру не будет. А будет оценка одной части персонажей мира как «крутых», а остальной части персонажей – как «лохов».
Под «крутых» можно подладиться, временно им подчиниться, или предстать более «крутым», т. е., подчинить их.
А «лохов» можно «развести», т. е., обмануть их притворной сделкой (условия которой уже при планировании предполагается вероломно нарушить).
Таким образом, о некоем кризисе Доверия можно говорить, лишь имея в виду только ту часть мира персонажей, у которых существует Вера в Добро как приоритет Добра над Злом. Для остальной части мира персонажей (не верящих в необходимость приоритета Добра над Злом), никакого кризиса Доверия нет.
«Кризис доверия» начинается в момент осознания неоправданности завышенных позитивных ожиданий (доверия всем и вся).
Начало мирового человеческого «кризиса доверия» (точка перелома) пришлось на конец 2007 г.
Сейчас (5.01.09 – момент написания статьи) мир находится вблизи другой точки перелома – в начале «кризиса недоверия», т. е., осознания неоправданности завышенных негативных ожиданий (недоверия ко всем и ко всему).
Мой прогноз точки перелома – 6.2009 г. Но восстановление доверия будет идти по более пологой кривой, чем его предыдущее падение. На момент корректировки статьи (10.2014) можно сказать, что прогноз подтвердился.
5. Различение понятий Добро и Зло с точки зрения нематериальных ресурсов (Ценностей)
Персонаж может верить в Добро, и нести Добро другим (как бескорыстную Пользу Ресурсам другого), но при этом давать другим Обязательства, и не выполнять их.
Т.е., быть бесчестным, и тем самым наносить вред партнёру.
В чём же?
А в том, что партнёр не сможет исполнять свой план, который зависит от исполнения обязательств первого. Значит, второму будет нанесён вред его Ресурсу (времени, деньгам), но не впрямую (забрать Ресурсы, уничтожить), а опосредованно, через невыполненный план из-за неисполненных обязательств.
И в том, и в другом случае будет содеяно Зло, прямое или опосредованное.
Вывод: К ранее данному определению понятий польза и вред как направлений «материального» воздействия персонажа на свои и чужие Ресурсы (Деньги, Время), нужно добавить обстоятельство «нематериального» воздействия персонажа на ОЖИДАНИЕ его партнёра относительно Веры в Добро или во Зло персонажа.
Неоправданность Ожиданий партнёра (относительно персонажа) приводит к снижению Веры партнёра в Добро персонажа (к снижению ДОВЕРИЯ к нему).
И наоборот, оправданные Ожидания партнёра (относительно персонажа) приводят к повышению Веры партнёра в Добро персонажа (к повышению ДОВЕРИЯ к нему).
Главный смысл деяния Добра для деятеля распадается на две составляющие:
– моральный смысл – в стремлении преодолеть себя усилием Воли, и, тем самым, сделать шаг в направлении самосовершенствования к Добру,
– нравственный смысл – в желании внушить другим свою добрую Волю, и, тем самым, подвигнуть получателя Пользы (а также – и остановленного агрессора, и стороннего наблюдателя) к аналогичному проявлению Воли к Добру.
Иначе говоря, главный смысл деяния Добра – подвигнуть другого к «духовному» самосовершенствованию посредством внушения, влияния примером, убеждения, воздействия на Разум и Чувства, а не на ресурсы. Или, как говорит И.А. Ильин, имея в виду человека, воздействия на него посредством суггестии [2].
Несомненным результатом сделанного персонажем Добра можно считать возникновение желания у воспринимающего сделать аналогичное Добро. Любой другой результат должен вызывать у делающего Добро сомнения в истинности своих убеждений.
Негативным результатом может быть также и отсутствие доброго отклика от получателя Добра (в т. ч., его благодарности), и от наблюдателя, и от объекта пресечения Зла.
Здесь добрые проявления рассматривается не как ответная реакция партнёра в сделке. Это должен быть «душевный» отклик на содеянное и воспринятое Добро, который может проявиться в разное время, в произвольных формах и в отношении разных адресатов.
Любовь к ближнему – это деяние Добра (бескорыстное принесение Пользы ближнему) и, одновременно, внушение ему собственного желания делать Добро. Т. е., Любовь есть высшая категория Добра.
Разделённая Любовь – это взаимное принесение Добра и внушение своего желания делать Добро, т. е. взаимное внушение бескорыстного желания приносить другому Пользу. Это – родство Добрых душ, ориентированных друг на друга, и испытывающих от этого «резонанс» (кратно увеличенное удовольствие).
«Жалостливое сострадание» (по И.Ильину [2] и по Ф.Ницше [3]) не есть деяние Добра в вышеприведённом смысле, а есть принесение Пользы другому ради Пользы самому себе.
Причина – сострадающий не побуждает получателя к желанию делать Добро третьему, но обычно ждёт благодарности к себе в том или ином виде.
Но тогда это – просто благотворительность, то есть Сделка с самим собой!
Благотворительность только тогда может быть рассмотрена как Добро, когда она проявляется как некорыстная инициатива персонажа, несущего Пользу и призывающего к Добру получателя, или призывающего партнёра к договору, а не провоцирующая конфликт.
Ответим на вопрос: что же, с учётом всего вышесказанного, является необходимым и достаточным условием, чтобы персонажу считать своё деяние Добром?
1. Необходимое (но недостаточное) условие:
• Наличие у персонажа искреннего и бескорыстного намерения помочь другому персонажу, предупреждая наступление нежелательного для другого события, или помогая после события устранить последствия.
• Наличие у персонажа стремления, чтобы его доброе деяние вызвало у получающего пользу персонажа такое же желание делать Добро третьему.
• Наличие у самого персонажа затрат ресурсов (вред самому себе) и отсутствие у него любой пользы от делания Добра.
2. Достаточное (но не необходимое) условие:
• наличие просьбы к персонажу помочь, тем или иным способом продекларированной со стороны получателя доброго деяния.
• наличие той или иной формы благодарности со стороны получателя доброго деяния.
Перейдём к анализу таких специфических Потребностей квазиразумного персонажа, как Ценности: Честь (Репутация) и Чувство Собственного Достоинства (ЧСД).
Честь (Репутацию) следует рассматривать и как нематериальный ресурс постольку, поскольку его наличие или отсутствие у персонажа определяет возможность/невозможность вступления его в кооперативные взаимодействия (договоры, сделки) с другими персонажами на равных.
Соответствующую потребность (Честь) удовлетворяет не какая-то конкретная деятельность персонажа, а факт исполнения им Обязательств, данных как исполнителем роли в проекте деятельности, организованном другим партнёром, или в совместном договоре (сделке).
Потребность в ЧСД удовлетворяет факт исполнения Обязательств, данных персонажем самому себе, как долг: выполнение Плана своего проекта деятельности. А выполнение Плана зависит от исполнения Обязательств партнёрами – исполнителями ролей его проекта.
Получается, что для персонажа понятие Честь значимо только в том случае, если существует и им осознана необходимость принесения Пользы другому за счёт Вреда себе.
В противном случае, когда персонажем осознан и признан его приоритет в смысле принесения Пользы себе за счёт Вреда другому, бессмысленно говорить о его потребности в Чести, как следствие исполнения его обязательств перед другими.
Важно констатировать, что пониженное или отсутствующее у персонажа понятие Чести само по себе не означает, что у него должно отсутствовать и ЧСД. Это лишь означает, что у персонажа норма потребности в ЧСД значительно выше Чести! Такой персонаж очень чувствителен к нарушению обязательств, данных другими (их нечестности), и готов проявить недюжинную Волю для восстановления справедливости в свою пользу, т. е. для удовлетворения своего ЧСД. Но пренебрегает собственной Честью.
Таким образом, наличие у персонажа предпочтения потребности в Чести перед ЧСД в ситуации выбора «или/или» есть необходимое и достаточное условие для констатации наличия у него предпочтения Веры в Добро.
Наличие у персонажа предпочтения потребности в ЧСД перед потребностью в Чести в ситуации выбора «или/или» есть достаточное условие для констатации отсутствия у него предпочтения Веры в Добро, или наличия у него предпочтения Веры во Зло.
Рассуждения о понятиях Доверие и Уважение могут быть применимы для случая уважения персонажа другими при их взаимодействии частным образом.
Но возможно ли уважение персонажа другими персонажами по каким-либо иным причинам, когда сам персонаж не имеет Чести?
Ответ: Возможно, но не в виртуальном, а человеческом обществе.
Это могут быть внешние, формальные Почести, Признание, Почитание таланта, заслуг, богатства, положения персонажа как исполнителя той социальной роли, в которой персонаж выступает (работа, служба, учёба, зрелища, собрания…). Но вряд ли правильно подобное проявление называть признанием Чести этой конкретной личности.
Психологическим же основанием у персонажей для общественного подтверждения Чести такого партнёра (у которого отсутствует Честь, но есть высокий пост) могут быть:
• Лояльность обычаям, порядкам и законам, сакрализующим власть,
• Конформизм, нежелание идти поперёк мнения большинства,
• Лесть, своекорыстие,
• Страх (боязнь) за безопасность себя, близких или имущества по причине
обвинения в нелояльности.
Конечно, вполне может быть, что Честь и Почести будут одновременно искренне и заслуженно проявлены многими в отношении одного и того же персонажа.
Но для этого необходимо ощущение «политической свободы» у каждого члена общества для выдвижения им любого кандидата и ответственного голосования за/против такого кандидата при его баллотировании на высокий общественный пост.
Вывод: Потребность в Чести (Репутации) следует отнести к группе иррациональных (духовных) потребностей персонажа.
Потребность в ЧСД и в Почитании (Признании) следует отнести к группе иррациональных (но бездуховных) потребностей персонажа.
Честь (Репутация) необходима для поддержания своего самоуважения, и для налаживания и поддержания деловых и добрых отношений с другими.
ЧСД необходимо для поддержания своего самоуважения, особенно при отсутствии Уважения (подтверждения его Чести) и Почитания от других.
В той части общества персонажей, где преобладает Интересы над Ценностями, преобладает ЧСД и внешнее Почитание, как одна из главенствующих иррациональных (но бездуховных) потребностей. А духовная потребность в Чести (Репутации) оказывается не в чести.
В таком обществе персонаж вполне может некоторое время комфортно существовать и без Чести, получая формальные Почести, пополняя ресурсы и удовлетворяя свои остальные всё возрастающие бездуховные потребности (ЧСД).
Почести ему будут воздаваться вследствие его побед над другими, даже добытых нечестным путём. Его же поражения ему не простятся, он получит только Унижение от других.
А самоуважение (как содержание ЧСД) им будет поддерживаться за счёт реализации им личных планов, побед в конфликтах с противоборствующими персонажами (и странами) за лидерство и ресурсы, а также за счёт самосовершенствования в своей вере во Зло.
Честь (Репутация) персонажа – это доверие к нему другого персонажа – организатора проекта, как к исполнителю роли в его будущем проекте, или доверие партнера к персонажу в сделке «спот».
Честь персонажа переживается им как удовлетворение потребности в уважении к себе вследствие своего и чужого подтверждения исполнения его обязательств перед другими.
Отсюда, в модели персонажа нужно рассматривать два аспекта восприятия партнёра:
• партнёр воспринимается как объект-исполнитель роли в проекте персонажа, и подлежит рассмотрению в цикле ПРОГНОЗ-ПЛАН-КОНТРОЛЬ исполнения; здесь он интегрально оценивается прогнозом вероятности исполнения его роли в плане.
• партнёр рефлексивно воспринимается как целостная личность, с потребностями, волей, верой, планами, ресурсами (как субъект). И в этом аспекте Доверие к нему может рассматриваться как сопоставление персонажем своей Веры в Добро с ожиданием Веры в Добро партнёра в рамках соотнесения двух рефлексивных моделей – себя и другого.
Т.о., у персонажа в той или иной мере присутствуют:
• ЧЕСТЬ – Метапотребность в уважении, удовлетворяемая признательностью партнёров за выполнение персонажем обязательств как исполнителя ролей в их проектах, и за выполнение персонажем обязательств перед партнёрами как организатора проекта.
• ЧСД – Метапотребность в самоуважении, удовлетворяемая выполнением обязательств, данных себе, по организации собственных проектов, и требованием выполнения обязательств, данных ему партнёрами, в рамках договоров,
• ДОВЕРИЕ к партнёру – согласие принять обязательство партнёра участвовать исполнителем роли в проекте персонажа. Оно основано на надежде как априорной уверенности персонажа на будущую ЧЕСТЬ партнёра-исполнителя, или следующей из факта предыдущего выполнения партнёром некоей роли в проекте персонажа.
• УВАЖЕНИЕ к партнёру – согласие предложить свои обязательства быть исполнителем роли в проекте партнёра. Оно основано на надежде как априорной уверенности персонажа на будущую ЧЕСТЬ партнёра-организатора, или надежде, следующей из факта предыдущего выполнения партнёром обязательств в роли организатора своего проекта.
Удовлетворение персонажем ЧСД и Чести, его Уважение к окружающим и их Доверие к нему зависят от силы Воли персонажа, и от того, как он делит её
Если персонаж – лидер человеческого общества, то он в состоянии своей Волей что-то изменить в обществе в сторону повышения или снижения общего Доверия.
Иначе говоря, лидер может своей Волей над собой, и своим примером повлиять на умонастроения масс, зажечь идеей, передать другим собственную убеждённость в своей Вере.
При преобладающей злой Воле лидера и преобладающей злой Воле общества общая злая Воля (Недоверие друг к другу) будут увеличиваться. Но (парадокс) также будет увеличиваться и Доверие такого общества к такому лидеру!
Вопрос: что же это за Доверие к лидеру при злой Воле общества?
Ответ: А то же самое, что и при доброй Воле! Это – созвучие их Воль, родство душ (ценностей) при отсутствии прямого конфликта интересов (при отсутствии борьбы между собой за общий ресурс).
Есть воровской кодекс чести, кодекс секты.
В таком сообществе, объединившем персонажей со злой Волей, персонажи могут давать друг другу обещания и считать себя обязанными их исполнять как долг. И при этом жить обманом и насилием над другими, не членами шайки, секты.
Правда, данное персонажем обещание (в воровской шайке) можно и не исполнить, если персонаж докажет своё безусловное лидерство, и подавит волю к сопротивлению того, кому обязан.
Значит, кодекс чести безусловно может работать только для равных, т. е., в добром обществе.
В злом обществе кодекс чести может играть роль, только пока один из равных партнёров не получит власть над вторым.
Тогда Доверие к лидеру в злом обществе означает не больше, чем временное признание лидера своим, т. е., борцом с внешними врагами общества за победу над ними. Особенно, если при этом лидер не мешает внутри общества устанавливать отношения на основе Зла, т. е., отношения власти сильного над слабым.
Умозрительный вопрос: при каких условиях российское общество в своей социальной истории почитало (любило) или нет своего лидера?
Предположим, что главные основания для любви таковы:
• Укрепление мощи государства и победа в борьбе с внешним врагом (желательно, с главной на данный момент мировой державой),
• Формирование элиты только по принципу «близости к трону», предоставляющему счастливцу право безнаказанности за любые преступления (гражданские или уголовные) при условии верноподданичества.
• Поддержка неимущих льготами (государственный патернализм).
• Поддержание формального порядка в общественных местах.
• Предоставление народу бытовой возможности выживать в обход закона (подкуп чиновников, воровство у государства и у других членов общества, корыстное доносительство) при условии лояльности к власти.
Все пять условий для любви (почтения) обществом исполнялись следующими лидерами: Иван Грозный, Пётр первый, Ленин, Сталин, Брежнев.
Неисполнение вышеперечисленных первых четырёх условий есть главное основание для нелюбви. Примеры:
Николай II, Горбачёв, Ельцин.
Пятое условие исполнялось всегда и не было подвергнуто сомнению никогда никакой российской властью!
Каковы могут быть средства, которыми лидер может достичь любви общества?
Есть два пути строительства отношений в обществе, один из которых лидер должен выбрать, как путь поддержания и усиления мотивации каждого члена общества:
• Отношения конфликта. Члены общества разделены на своих и врагов (во время войны или в мирное время) в большой игре лидера с другими государствами, или в игре между членами общества внутри государства
(Это – игра с нулевой суммой). Это– путь ко Злу.
• Отношения компромисса. Все члены общества – партнёры во взаимоотношениях с другими членами общества внутри государства, между элитой и общественными объединениями есть общественный договор, а – государство в целом – партнер во взаимоотношениях с другими государствами.
(Это – игра с ненулевой суммой). Это– путь к Добру.
Жить в государстве первого типа интересно, но опасно, поскольку врагов становится больше.
Жить в государстве второго типа скучно, но спокойно, поскольку партнёров становится больше.
Примеры совмещения того и другого в одном государстве автору неизвестны.
Сильная злая Воля инициатора может подавить слабую Волю воспринимающего или поменять вектор Воли колеблющегося.
Но есть ли это вред, как это бывает в случае прямого отъёма сильным ресурсов у слабого?
Ведь тот, на которого повлияла злая Воля, в общем-то, ничего из ресурсов пока ещё не потерял! Может быть, даже приобрёл, например, в смысле – стал сознательно членом «бандитской шайки» и пользуется «общаком».
Но объективно в данном сообществе тем самым увеличивается Зло в том смысле, что стало больше персонажей, которые готовы наносить вред другим.
С точки зрения общего мирового баланса Добра и Зла и их интегрального равновесия это не имеет значения. В какое-то время в данном месте равновесие восстановится, чтобы нарушиться вновь потом.
Тогда с какой точки зрения это важно?
Похоже, с той, что сам персонаж не должен обманывать себя, выдавая собственное Зло за Добро, поскольку для его самочувствия важно, честен ли он перед собой или врёт самому себе. Независимо оттого, как ведёт себя его сообщество в целом.
Итак, для виртуального персонажа:
1. Зло материальное – это деяние персонажа, наносящее вред ресурсам другого ради пользы своим ресурсам. Т. е., удовлетворение своих Интересов полностью за счёт игнорирования чужих Интересов.
2. Зло нематериальное – это безнравственность, проявляемая персонажем в отношениях с другими как вероломное нарушение их добрых ожиданий:
• неисполнение обязательств, данных другому, обман его Доверия,
• необоснованное неприятие обязательств другого, или непризнание исполнения обязательств другого, неоправданное Неуважение,
• игнорирование Просьб другого о помощи,
• навязывание своих услуг другому как доброго дела, самообман (тем более в условиях, когда получатель услуг отказывается от них),
• непресечение чужого неспровоцированного Зла, направленного к другому,
• представление перед другими своего злого дела как доброго, а доброго дела партнёра как злого, обман, враньё, воровство, разбой.
• спровоцированное или неспровоцированное насилие над другим (обвинение, оскорбление, унижение, лишение свободы или прав собственности) из чувства мести, корысти, или деланного чувства попранной справедливости, ради заполучения и удержания власти/собственности,
• игнорирование оскорбления себя или другого бездействием,
• сознательное непризнание своих ошибок,
• сознательное обращение другого в злую Веру (искушение, соблазн, подкуп, совращение, провокация, подстрекательство).
А теперь – другой важный вопрос:
Чем плохо самосовершенствование персонажа в Вере во Зло, тем более, если персонаж в этом желает быть честным перед собой и другими (по Ф. Ницше [3])?
Ведь такое самосовершенствование в Вере во Зло, предположительно, должно приносить не меньше удовлетворения от самоуважения, чем удовлетворение от самоуважения в Вере в Добро.
Дело в том, что рано или поздно такой персонаж должен будет столкнуться с врагом, для победы над которым ему надо объединиться с другим партнёром. А для этого ему нужно с партнёром честно паритетно договариваться о взаимоинтересных условиях объединения.
Но если затем сам персонаж почувствует себя более независимым, он этого партнёра подчинит по логике власти. И тогда он может не держать данных обещаний, т. е., в конечном итоге, обмануть. А партнёр может персонажа в этом уличить, хотя вряд ли это ему поможет.
Но себе-то персонаж должен будет честно признаться, что он был нечестен перед партнёром, договорившись и затем обманувши.
Вывод: Персонаж-лидер, исповедующий Злую Волю и
самосовершенствующийся в этом, не сможет удовлетворять потребность в Чести из-за необходимости постоянно обманывать и врагов, и соратников, и общество, ради поддержания себя во власти.
Следовательно, будет иметь постоянное плохое Настроение из-за угрозы заговора обманутых близких или отказа общества в доверии. И должен будет признать, что Зло просто не может не быть построено на обмане, при котором нет места Чести, за которой только и следует доверие и уважение окружающих.
Т.о., ответ на вопрос таков:
Модель самосовершенствования персонажа в Вере во Зло неполна и противоречива, если одновременно предположить, что персонаж желает быть честным перед собой и другими. Поскольку честный персонаж должен будет или перестать строить любые договорные отношения (на доверии) с другими, и уповать только на обман и насилие, что чревато войной со всеми! Или самому обратиться к Вере в Добро, как библейский фарисей Савл обратился в апостола Павла. Правда, с помощью Бога.
Модель самосовершенствования же в Вере в Добро, основанная на снижении самообмана и обмана, обладает полнотой и непротиворечивостью, и продуцирует тем самым сохранение (повышение) персонажем собственного хорошего Настроения, и Настроения общества.
Вывод: Для поддержания и улучшения собственного Настроения персонаж виртуального мира в своём существовании не может «сознательно» не придти к необходимости волевого самосовершенствования в Добре, как смыслу собственного существования.
Сознательно же пребывая в восприятии окружающего (виртуального) мира как врагов, он теряет смысл существования. Он даже не сможет поддержать своё ЧСД ценой гибели мира врагов вместе с собой, как террорист. В человеческом мире примеры тому есть, когда такая жертва собой и другими оправдывается верой в удовольствия его загробной жизни. Но для виртуального персонажа, не имеющего «души», после смерти жизни нет.
Вслед за В.А. Лефевром [4] сформулируем собственное определение двух этических систем, исповедуемых двумя противостоящими группами персонажей виртуального сообщества:
• В первой этической системе персонажи в ситуации выбора уважают себя (считают Добром) за предпочтение Ценностей перед Интересами, Чести перед ЧСД, Пользы другим перед Пользой себе, за Компромиссный выход из ситуации коллизий с другими, а не за Конфликтный.
• Во второй этической системе персонажи в ситуации выбора уважают себя (считают Добром) за предпочтение своих Интересов перед Ценностями, ЧСД перед Честью, Пользы себе перед Пользой другим, за Конфликтный выход из ситуации коллизий с другими, а не за Компромиссный.
Позиция персонажей 2-й этической системы ими самими расценивается как их святое право бороться за собственные Интересы, которые и становятся их главной Ценностью.
А другие пусть сами борются за свои интересы, только, мол, посмотрим, чья Воля одолеет.
При этом они предпочитают не употреблять понятия Честь, ЧСД, Совесть, Справедливость, тем самым ставя сами себя, как сверхчеловеки, «по ту сторону Добра и Зла» (по Ф.Ницше) [3].
Такие персонажи необходимо делят мир на своих и врагов, в борьбе с которыми все средства хороши. Все проблемы разрешаются в конфликтах по праву сильного, а договоры служат для того, чтобы усыпить бдительность врага, и нарушить их первому под благовидным предлогом.
И в этом смысле представители 1-й этической системы со своими «ложными» Ценностями для них всегда будут выглядеть врагами и слабаками, рядящимися в одежды благородства. Следовательно, бескомпромиссная борьба с ними становится главным критерием Добра во 2-й этической системе, а отступление от генеральной линии и потакание врагам – критерием Зла.
Персонажи – представители 1-й этической системы не делят мир на своих и чужих, а предпочитают видеть мир разнообразным, но единым. Т. е., в котором каждый персонаж имеет право отстаивать свои Интересы, но только Добрыми средствами, т. е. договором (компромиссом). Что и представляет собой Ценности, Принципы.
В свою очередь, представители 1-й этической системы, исповедующие приоритет Ценностей над Интересами, обоснованно могут определить вторую этическую систему, как
Систему, построенную на Зле. Но сами поостерегутся объявлять представителей второй системы врагами. Они предпочтут считать их в нравственном отношении невоспитанными детьми, которых нужно окультурить скорее посредством «пряника» (ненавязчивого убеждения и привлечения), чем «кнута» (принуждения, насилия).
В табл. 3. представлена матрица, как целостная модель, содержащая классификацию Потребностей, Предпочтений на Потребностях персонажей, видов Отношений персонажей во взаимодействиях, и степени их Самоуважения от реализации своих предпочтений.
На матрицу наложена схема различения двух Этических систем.
Анализ матрицы позволяет констатировать следующее. Соответственно принципу дополнительности Н.Бора, матрица, как модель, отражает с достаточной полнотой совокупность двух взаимопротивоположных представлений об этической стороне взаимоотношений, как для каждого взаимодействующего персонажа, так и для виртуального социума в целом (две этические системы).
Если представить эту пару как два значения этического измерения, и ортогонально добавить к нему психологическое измерение с двумя наборами значений «Смысл жизни» и
«Самоуважение», то образуется фазовое пространство, моделирующее целостный внутренний мир каждого персонажа виртуального сообщества (Рис. 6).
![](i_007.jpg)
Этическое и Психологическое существование персонажа и всего сообщества в таком пространстве и во времени будет описываться кривыми, характеризующими траектории движения «Самоуважения» и «Смысла жизни (Настроения)» персонажа (сообщества) при смене персонажем позиции внутри этической системы или при переходе от одной этической системы к другой.
Фактическое состояние взаимоотношений и самоощущений в конкретный момент, осознаваемое персонажем как собственное состояние, или как состояние партнёра, группы или всего сообщества, рассматривается как точка на оси абсцисс, с её проекциями (примеры 1, 2) на каждую из кривых (рис. 6).
![](i_008.jpg)
Так, точка 1 и её проекция показывает, что сообщество пребывает в конфликтной области взаимоотношений, в состоянии недоверия один к другому. Если персонаж исповедует 2-ю этическую систему, то он за счёт ЧСД и пользы себе имеет Самоуважение 75 %, при ощущении Смысла жизни (Настроения) 25 %.
Если персонаж исповедует 1-ю этическую систему, то при том же состоянии взаимоотношений в сообществе он за счёт ЧЕСТИ и пользы другому имеет Самоуважение 25 % (ниже), и ощущение Смысла жизни (Настроении) 25 % (том же, что и персонаж 2-й ЭС).
Данный пример показывает, что в конфликтной области взаимоотношений представители 2-й ЭС существуют с качеством лучшим, чем представители 1-й ЭС. Но и те и другие страдают от неудовлетворённости Смыслом жизни.
Представители 2-й ЭС будут стремиться повысить качество существования за счёт ЧСД и пользы себе, переходом от недоверия к вражде. Тем самым ввергая себя в окончательную потерю Смысла жизни (Настроения) до 0 %.
Представители же 1-й ЭС в данной ситуации будут стремиться повысить качество существования за счёт ЧЕСТИ и пользы другим, переходом от состояния недоверия к партнёрству, что, по их предположению, повысит их Самоуважение до 50 %, и ощущение Смысла жизни (Настроении) до 50 %.
Какая сторона при этом возьмёт верх, зависит от совокупной Воли представителей той или иной системы. Но важно то, что принципиальная смена характера взаимоотношений в обществе и у персонажа (с конфликта на компромисс, или наоборот) происходит скачкообразно, по достижении неких эталонных значений параметров целостности.
Но это – тема особого разговора.
Всё вышеизложенное возможно смоделировать, лишь используя механизм рефлексивной модели себя, рефлексивной модели другого, и определённую ранговость этих рефлексий.
Основа такого моделирования в виде рефлексивной машины реализована автором в проекте Alter Ego, и будет рассмотрена в последующих статьях.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?