Читать книгу "ЛЕКС. Книга II"

Что-то внутри меня прокрутилось от этого признания, но в данном случае сказанное являлось чистой правдой. Просто не подумал о мелочи, а итог мог стоить человеку времени или веры в свои способности.

– И… что тогда делать? – спросила Виктория после короткой паузы.

– Тут всё тоже просто, не беспокойтесь. И на этот раз безо всяких подводных камней. Суть в том, что когда мы материализуем что-то обычное, целостность образа, как бы странно то ни было, намного выше, чем если материализации подвергается нечто хорошо знакомое. Это подсознательная особенность, которую можно перебороть, – я развернул руку ладонью вверх, сформировав над ней пару запонок из своего прошлого. Рублёные грани и символ, который местные едва ли способны прочесть. – Формируете то, что хотите. А после берёте ручку или карандаш, настоящие, и начинаете легонько постукивать по объекту. Когда убедитесь в том, что ваша брошь не рассыпается на части, начинаете делать то же самое, но с закрытыми глазами. И много времени это не займёт.

Виктория несколько секунд обдумывала услышанное, после чего веско хмыкнула:

– Мой наставник назвал ваш метод классическим, тяжёлым, но эффективным. Забавно то, что вы сами, похоже, пропустили первые главы учебника по преподаванию…

– Я не настоящий наставник, леди Виктория, – я пожал плечами, сфальшивив. – Просто делюсь тем, что когда-то помогло мне самому. И… – я замялся, – честно говоря, я неосознанно начал всех судить по себе. Моя ошибка.

«Потому что маги воплощения в самом начале пути обучались фундаментальным моментам – например, поддержанием формы и присутствия воплощения вне поля своего зрения, или при наличии внешних раздражителей. Затворницкая же, будучи далеко не самой слабой абитуриенткой этого года, умеет создавать внушительные иллюзии… но при этом полностью бессильна в примитивнейшем аспекте тренировочного упражнения для неофитов. Мне определённо нужно куда больше узнать о местных нормах и операторах эрикс-искусств в целом».

А Виктория тем временем продолжала пристально на меня смотреть, словно видя впервые. Но вместо ожидаемого и, стоит признать, обоснованного недовольства, она вдруг перевела разговор в другое русло:

– Господин Лазарь… я слышала о сегодняшней вашей стычке с Кризенфортами.

Я подобрался.

– Быстро же в академии разносятся слухи, – нахмурился я. – Учитывая тот факт, что свидетелей этого действа было раз-два – и обчёлся.

– Насколько же вы удивитесь, когда в слухах начнут повторять даже то, что вы делали в тёмной-тёмной комнате посреди ночи и наедине с самим собой, – хихикнула она, прикрыв рот ладошкой. – Вы на равных состязались с Сашей, подобного внимания нельзя было не ожидать.

– Вы правы, – я кивнул. – Просто… слегка непривычно вновь оказаться в центре внимания. Нужно заново привыкнуть…

Брюнетка кивнула:

– Понимаю. И всё-таки, вам стоит быть настороже. Кризенфорты долгое время метили в ближайшее окружение Саши, и ваше с ним общение для них – как бельмо на глазу. Едва ли они угомонятся достаточно скоро… с учётом всех обстоятельств.

«Как недвусмысленно мне намекнули на то, что личное дело Лазарей и Кризенфортов для Императорской семьи как на открытой ладони».

– Я пришёл к точно такому же выводу. И я благодарен за подтверждение моих опасений, – я неглубоко кивнул. – Вы хорошо знаете Кризенфортов?

– Я знаю всех, кто крутится вокруг Саши, так или иначе, – прямо ответила она. – В том, что касается мотивов и целей, по крайней мере. Всех, кроме вас. Мало кто сейчас понимает, как на вас реагировать, мистер «неизвестная переменная».

– Спасибо, леди Виктория. Я учту всё вами сказанное. – Девушка кивнула в ответ, снова вперив взгляд в свой кулон. Я намёк уловил и поднялся, поправив пиджак. – Хорошего вам вечера…

– И вам, господин Лазарь.

Я развернулся, мысленно распрощавшись со своими наивными надеждами через прогулку прийти ко внутренней гармонии. Но всё равно сделал пару кругов по самым далёким уголкам парка, подсознательно ожидая, что вот-вот откуда-нибудь вылезет новая неожиданность.

К счастью, этого не случилось, и спустя час я уже устраивался в общей комнате при общежитии с планшетом в руках. Обменялся кивками с Виктором, которому тоже было не до разговоров, и погрузился в чтение вплоть до того момента, когда мне пришло сообщение от Белль Сориар.

«Господин Лазарь, место для занятий готово. Аудитория номер четыреста девять в восточной части центрального крыла. Дата – через три дня, сразу после пятой пары по расписанию. Пятеро учеников-простолюдинов, у всех проблемы с практикой. Уточню, что первый урок на день раньше – за мной. Детали сброшу ближе к самому мероприятию. Благодарю за согласие»

Я перечитал сообщение трижды, и почувствовал, как уголки губ сами собой ползут вверх. После всего, что случилось за сегодня, перспектива просто взять и подучить основам группу способных простолюдинов ощущалась как глоток свежего воздуха.

Попрощавшись с Виктором, я поднялся к себе, всецело отдавшись вечерней рутине. Душ, смена внешней повязки, короткое сообщение Эльзе, смена катализатора на ночь – всё это помогло привести мысли в чуть больший порядок.

И сон настиг меня в один момент, отправив в безграничное царство Морфея.

Глава 6. Docendo discimus.

Docendo discimus (лат.) – обучая, мы учимся.

– Доброе утро, – Эльза возникла по правую руку настолько стремительно и бесшумно, что я едва не вздрогнул. – Ты сегодня какой-то отстранённый. Случилось что-то?

– Ничего такого, с чем я не мог бы справиться, Эльза, – я улыбнулся девушке, уже пристроившейся рядом и привычно заглядывающей мне в лицо.

Ей каждый раз приходилось задирать для этого голову, но она никогда не выказывала ни малейшего недовольства этим фактом.

– Пф-ф. Это не ответ, знаешь ли, – фыркнула она. – Ты вчера столкнулся с Кризенфортами. Я знаю об этом. Как и о том, что этот здоровяк откормленный выглядел так, словно был готов тебя на много маленьких Лексиков разобрать… У ваших семей новый виток конфликта наметился?

Я замедлил шаг, придержав Эльзу за локоток и свернув с оживлённой аллеи на боковую дорожку – тихую, окружённую высокими кустами.

«Она заслуживает честности, но не за счёт Астрид. »

– Конкуренция Лазарей и Кризенфортов стала только фоном, – произнёс я, качнув головой. – Ещё и личное наслоилось. Ян убеждён, что мы намеренно саботировали одно очень выгодное для обеих семей соглашение. Причём так, что Кризенфорты сами его разорвали. И я там – одно из главных действующих лиц. Оттого и «новый виток».

Эльза слушала молча, но, судя по выражению на её лице, кусочки мозаики в общую картину у неё сложились в момент.

– А «одно из главных действующих лиц» ты там благодаря своей репутации, – утверждающе, а не вопросительно произнесла она. – И теперь ты – одна большая мишень…

– Именно, Эльза, именно, – кивнул я, сложив руки за спину.

– С Яном всё ясно. А Астрид? – Эльза обернулась, найдя мой взгляд своим. – Она намерена принять активное участие в конфронтации, или это ваши дела, «мальчишечьи»?

– Сложно сказать, – я тяжело выдохнул. – Если она и намерена что-то делать, то не сейчас. С Яном проще – он хотя бы обозначил своё намерение. А его сестрица пока просто наблюдает. Не то, чтобы мне это очень нравилось…

Эльза помолчала, обдумывая услышанное.

Мы заходили всё глубже в парк, и я невольно поймал себя на мысли о том, что, кажется, её больше не беспокоят риски для репутации.

– Ладно, Лекс, – вздохнула девушка, качнув копной рыжих волос. – В детали можешь не вдаваться, я же вижу, что ты не можешь рассказать всего. Но я хочу, чтобы ты знал – я буду присматривать за остальными. Наши друзья, я сама… Алисия. Кризенфорты, если они и решат ударить всерьёз, то едва ли сделают это в лоб. По старой привычке попытаются дотянуться до близких «оппонента». Это не обязательно будет что-то фатальное, но неприятное или обидное, заставляющее делать глупости – вполне.

Я притормозил, обернулся:

– Эльза, я не хочу, чтобы ты в это влезала. Это не твоя война.

– Пф-ф, – она высокомерно фыркнула, сложив руки под грудью. – Во-первых, я пока никуда не влезаю. Во-вторых, если Кризенфорты решат, что через меня можно добраться до тебя, то это автоматически втянет меня в «войну», нравится мне это или нет. А я предпочитаю быть готовой к такому повороту.

Я несколько секунд смотрел на неё, но Эльза так и не отвела взгляда.

– Иногда я забываю, что в интригах ты способна дать мне фору, – усмехнулся я, покачав головой.

– Вот именно, – девушка хмыкнула удовлетворённо.

– Ладно, – резко отрезал я. – Закроем эту тему. В ближайшие выходные, послезавтра, то есть, я собираюсь выйти в город. И приглашаю тебя с собой. Как ты на это смотришь?

– Я с радостью, Лекс, – она аж засветилась изнутри. – А что у тебя за дела в городе? Если не секрет, конечно.

– Финансовые, – прямо ответил я. – Как-то так вышло, что с момента отбытия из дома я ничего не покупал. За меня всё делали другие. Пора бы уже как минимум свой личный счёт оценить…

«Потому что практика показала, что банковских приложений и вообще онлайн-банкинга тут почему-то нет» – мысленно цыкнул языком я.

– Я смотрю, ты очень основательно, в скобочках, Лекс, подошёл к планированию своей “взрослой жизни”, – фыркнула Эльза, развернувшись ко мне. – Но я, так уж и быть, удовлетворюсь самым что ни на есть скромным букетом. Мы ведь не только по делам идём, правда?

– Это намёк? – я демонстративно приподнял бровь.

– Я ни на что не намекаю, Лександр Лазарь! – возмутилась аристократка. – Я прямо говорю. Девушкам приятно, когда им дарят цветы. Особенно если это делает потенциальный кавалер, тьфу, – она поморщилась, – «кавалер» этот от отца прицепился.

– Я это учту, Эльза. А какие цветы ты любишь?..

Мы прогуляли так ещё с час примерно, прежде чем разбежаться по своим делам. Эльза двинулась в медицинское крыло, на очередную лекцию наставницы, которую та читала для старшекурсников.

А меня ждал урок с простолюдинами, к которому ещё надо было подготовиться…

Так или иначе, но к аудитории номер четыреста девять я подошёл на десять минут раньше, чем следовало бы. Захотел осмотреться до того, как соберутся ученики, и заодно прикинуть, не помешает ли устройство кабинета моим планам.

Само помещение располагалось в восточной части центрального крыла, в стороне от основных «студенческих тропок». И место Белль выбрала довольно удачно: тут было тихо и безлюдно, кабинет – предпоследний по коридору, одна из десятков одинаковых дверей.

Приятным бонусом оказалась близость одного из дополнительных входов, благодаря чему от мужского общежития сюда можно было попасть за десять минут, не продираясь через всё центральное крыло вечерами, когда за перемещениями студентов особенно легко наблюдать.

«Но это всё дела вторичные. Так или иначе, но об этих уроках кто-нибудь обязательно узнает. Не сейчас, так потом. Но мы тут чернь не сношаем, так что можно смело сосредоточиться на деле» – подумал я перед тем, как открыть дверь и пересечь порог.

К этому занятию я готовиться начал загодя, накануне.

Продумал структуру урока, проанализировал всё, что увидел, наблюдая за простолюдинами во время лекций и практических занятий, сопоставил с тем, что знал о магии воплощения и эрикс искусствах – и решил запихать теорию поглубже, оставив её профессорам. У простолюдинов хромала практика, и в особенности – понимание тонкостей, нюансов и особенностей работы с воображением и собственными мозгами.

Всё то, что невозможно почерпнуть из учебника, если ты не родился с каким-то невероятным талантом к анализу информации. Ну и завидным упорством вдобавок.

«В недавнем прошлом, в поезде, по пути в Сант-Море, Алисии хватило получаса и нескольких советов, чтобы существенно улучшить свои навыки. А с той поры я сам стал понимать эрикс-искусства на порядок лучше, и теперь могу дать гораздо больше».

Я окинул взглядом пространство аудитории, про себя хмыкнув – тут всё обустроили исключительно под занятия тет-а-тет с небольшой группой людей.

Лишние столы были сдвинуты к стенам, а четыре, выстроенных в ряд, тянулись от окна к середине помещения. Благодаря этому оставалось много места для практики, плюс преподаватель мог с комфортом наблюдать сразу за всеми учениками.

К счастью, ждать пришлось недолго – спустя несколько минут дверь приоткрылась, и в аудиторию начали заходить ученики.

Первой вошла Алисия – собранная, с идеальной осанкой, прижимающая к груди планшет. Она с улыбкой кивнула мне, не выказав прежней робости, и заняла место поближе к окну.

Следом появилась Тереза Инс – невысокая, худощавая девушка с длинными, собранными в косу каштановыми волосами и большими, полными энтузиазма глазами. Мне сложно было сказать про неё что-то конкретное кроме того, что упражнения на первых практических занятиях она выполняла вполне себе на уровне – иного от тех, кто прошёл экзамен Первой Академии, ждать было глупо.

Третьим вошёл Венсан Готье – угрюмый здоровяк, выглядящий старше своих лет. Весь его облик говорил о том, что к восемнадцати годам он уже успел на себе ощутить, что такое тяжёлый физический труд. Вокруг он смотрел настороженно, но без враждебности – уже плюс.

«Просто человек, привыкший к тому, что аристократ аристократу волк, а простолюдину – и того хуже».

Последними в аудиторию вошли Лин и Гидеон. Просто – Лин и Гидеон, без фамилии.

Первая – тихая девушка с тёмными волосами и цепким взглядом, прошедшимся по мне с порога. Она словно оценивала, с какой вероятностью это мероприятие окупит затраченное на него время.

Второй – такой же темноволосый юноша, невысокий и щуплый, но с внимательными глазами и ощущающимся с первых секунд стержнем.

– Итак, добрый вечер, господа и дамы, – произнёс я, дождавшись, пока все рассядутся. – Меня зовут Лександр Лазарь. Для тех, кто не в курсе – «будущий столп Империи», если верить Его Величеству. Даже если подпирать мной будут прикроватную тумбу.

Гидеон шумно выдохнул носом, едва сдержав смешок. Лин опустила взгляд на стол, Тереза отвернулась, а Алисия – прикрыла рот ладошкой. Индифферентно к моей попытке наладить контакт с учениками отнёсся только Готье, но ему это было простительно.

– Леди Сориар уже провела с вами вводное занятие, насколько мне известно. Поэтому распыляться я не буду. Читать лекции – тоже, это задача для профессоров. Да и вы, раз уж сидите тут, то в теории для первого курса понимаете побольше моего, – я обвёл собравшихся взглядом. – Моя задача – дать вам ключи к эрикс-искусствам. К практике. Тонкие настройки. «Фишки», «лайфхаки». Негласные правила работы с воображением и сознанием, про которые в учебниках писать не принято.

Я сделал небольшую паузу и добавил:

– От вас требуется всего две вещи. Сосредоточенность и готовность прислушиваться ко всему, что я говорю. Все готовы? – я сложил руки за спиной. – Вопросы? Предложения? Замечания? Комплименты? Нет? Прекрасно.

Повинуясь моей воле, из капли металла в воздухе передо мной сформировалась рельефная сфера с каёмками и узорами, состоящая при этом из четырёх разных материалов. Стекло, дерево, металл и грунт.

– Для оценки ваших текущих способностей я попрошу материализовать вот такой конструкт. Цельный, а не составной. Обязательно формировать его на расстоянии полутора метров от вас, не ближе и не дальше. Тереза, Готье, сдвиньтесь левее. Рассаживаемся подальше друг от друга…

«А ведь я ещё не видел воочию ни одного случая «коллапса» техники, вышедшей из-под контроля. Только читал. Но чует моё сердце, что этот молодняк быстро обеспечит меня столь сомнительным опытом. Особенно если такую ситуацию спровоцировать целенаправленно…».

– Приступайте, – отдал я команду, убедившись в том, что каждый и каждая находятся на почтительном расстоянии друг от друга, а значит – и от источников потенциальной опасности. – Не стесняемся, это не упражнение на скорость или визуальную красоту.

Спустя пару секунд ученики уже дружно активировали катализаторы, и процесс пошёл.

Первой ожидаемо справилась Алисия, сформировавшая аккуратную, с кулак размером сферу. Чёткие границы между сегментами, каждый материал читается – уверенная работа и правильный подход.

Тереза создала сферу последней, и сам конструкт выглядел неважно. Неровные сегменты, «пластиковые» материалы. Но у неё получилось, и это уже было хоть что-то.

Сфера Готье выделилась размерами и монументальностью. С поверхностями материалов у него всё было плохо, но скорость и стабильность я оценил на твёрдую семёрку. Была бы девятка или десятка, если бы результат приблизился к эталону, а не застрял на половине пути.

Лин с Гидеоном оказались в вопросе эрикс-искусств точными копиями друг друга – они создали по три сегмента из четырёх, застопорившись на стекле, которое было слишком мутным и не имело права вообще называться стеклом.

И они продолжали пыжиться, пытаясь слепить из стеклянной части хоть что-то удобоваримое. Раз за разом и с полной самоотдачей, но без результата.

Прекратили мучения они только по моей команде, хоть и выглядели при этом тоскливо и расстроенно.

– Достаточно, – я хлопнул в ладоши, и сферы Гидеона с Лин задрожали. – Неплохо. У всех получилось создать хоть что-то при том, что упражнение само по себе не из простых. А теперь – оцените себя сами. У кого сфера осталась идеально стабильной?

Алисия и Готье подняли руки.

– У кого сфера меняла форму или размер без вашего намерения?

Гидеон и Лин переглянулись, неохотно подняв руки. Спустя секунду к ним присоединилась Тереза, виновато потупив взгляд.

– У кого возникли проблемы с сегментами?

Руку подняли все, кроме Алисии.

– Отлично, – я кивнул, про себя отметив, что мои ученики хотя бы честны с собой. – Теперь вы знаете свой исходный уровень. Запомните его. Сравним через несколько занятий.

Я прошёлся из края в край вдоль ряда.

– А теперь я дам вам ещё одно задание. По моей команде каждый из вас должен сосредоточиться и закрыть глаза. Задача – удержать конструкт. Алисия, приступай.

Алисия сосредоточенно кивнула и закрыла глаза. Её сфера пошла рябью и поплыла спустя четыре секунды, а спустя семь – исчезла.

– Тереза, твой черёд. Приступай, – я перевёл взгляд на девушку.

Результат оказался печальным: две секунды до распада. Гидеон и Лин продержались три и четыре секунды соответственно, а вот Готье преподнёс мне тот сюрприз, которого я ждал и опасался одновременно.

Получив команду на старт, парень зажмурился изо всех сил, вцепившись в стол и в технику с упрямством, скажу постфактум, форменного барана. Его сфера, лишившаяся визуального контроля, задрожала, поплыла, начала распадаться, материализовалась вновь – и вдруг стремительно расплющилась в огромный блин, разошедшийся во все стороны бритвенно-острыми лепестками.

Запоздалые вскрики наблюдателей стихли столь же резко, как и прозвучали, когда я перехватил решивший спародировать циркулярную пилу диск тонким жгутом жидкого металла. Считанные мгновения противостояния раскрутившегося блина со ртутью – и то, что осталось от сферы, бесследно исчезло.

– Прерывание, Готье. Сейчас же, – я расслабился лишь после того, как побледневший парень, открывший глаза и оценивший ситуацию, отключил поддержание техники механически.

Ртуть с демонстративной плавностью и ленцой перетекла к моей руке.

– Это, – я обвёл взглядом притихших учеников. – Причина, по которой студентов на практике держат подальше друг от друга, и всегда – под присмотром наставников. И одно из основных правил, с которым вы наверняка неоднократно встречались, но решили предать его существование забвению. Ни при каких обстоятельствах нельзя удерживать технику, над которой вы уже утратили контроль.

– Я не хотел… – пробормотал Готье, сглотнув. В его исполнении это смотрелось настолько несуразно, что даже девушки, чуть не попавшие под удар, вернули на лица немного красок.

– Знаю, – я смягчил тон. – Ты пытался справиться, и это похвально. Но упрямство без понимания границ попросту опасно. И для тебя, и для окружающих.

– Мне жаль, – Готье склонил голову, но не передо мной, а перед соседями «по парте».

Я выждал несколько секунд, прежде чем продолжить:

– Главное тут то, что никто не пострадал. Я ожидал подобного, скажу честно, – я улыбнулся. – Само задание провоцировало вас на такую ошибку. Поэтому я и командовал каждому по очереди – чтобы успеть, если что. И, господа и дамы, от увиденного и пережитого мы, сделав выводы, плавно переходим к первому уроку. Что важнее всего в эрикс-искусствах?

– Стабильность? – Алисия подняла руку.

– Абсолютно верно. Вне зависимости от того, насколько масштабные манипуляции вы можете проводить, насколько быстро или точно это делать, во главе всего стоит стабильность. Нестабильный конструкт – отсутствующий конструкт, – я выдержал паузу, позволяя словам осесть в головах учеников. – А второй фактор? Готье, попробуй предположить.

Парень нахмурился, замешкавшись. Но спустя несколько секунд всё же дал ответ:

– Скорость. Если ты не успел, то всё тоже бестолку.

– И это правильный ответ, – я пару раз похлопал в ладоши. – Итого у нас есть два столпа, на которых мы будем фокусироваться: стабильность и скорость. Это фундамент, над которым вы будете надстраивать масштаб, точность и прочие характеристики своих техник самостоятельно. И начнём мы с самых основных упражнений…

Дальше урок пошёл так, как и должно – спокойно, размеренно и без угрозы для жизни. Я давал упражнения, наблюдал за их выполнением, снабжал студентов советами, исправлял их ошибки – и всё повторялось вновь.

Я не делал ставку на прогресс здесь и сейчас, как было в поезде с Алисией, но даже так мои подопечные прогрессировали семимильными шагами.

А спустя без малого полтора часа мы отработали положенное время.

– На сегодня всё, – я вновь сложил руку за спиной, обратив наглядное пособие по формированию составных фигур в каплю ртути, юркнувшую в рукав. – Домашнее задание – тренировка закрывания глаз с крошечным объектом размером с горошину. Начинайте с секунды, постепенно увеличивая время. И ни в коем случае не поддерживайте конструкт, потеряв над ним контроль. Последствия вы сегодня лицезрели воочию, а кое-кто это сделал даже слишком близко. Вопросы?..

Я ответил на несколько очевидных вопросов, и только после этого ученики начали расходиться. Каждый по итогу меня поблагодарил, и сделал это вполне искренне, а не из-под палки – эффект от урока оказался достаточно ощутимым, чтобы его можно было оценить.

Алисия задержалась последней.

– Это было… сильно, – произнесла она, когда дверь за Терезой закрылась. – Тогда, в поезде, ты как-то иначе держался, Лекс.

– Тогда у меня не было ни аудитории, ни времени на подготовку, – усмехнулся я. – И уверенности в том, что я всё не испорчу, не было тоже. Как у тебя дела? Осваиваешься?

Я открыл дверь, и мы вышли в коридор.

– Да, – Алисия, развернувшись, спокойно кивнула и улыбнулась. – Всё налаживается потихоньку. Подруги, о которых я тебе писала, замечательные. Мы много времени вместе проводим. И Белль помогает в том, в чём может помочь аристократка, не переступая границ…

– Рад за тебя, – я искренне улыбнулся в ответ. – Но если вдруг понадобится помощь – ты знаешь, где меня найти. Или что написать.

– Знаю. И… спасибо, Лекс, – она поймала мой вопросительный взгляд. – За то, что не делаешь вид, будто мы незнакомы где-то кроме чата в приложении академии. Я знаю, что это довольно рискованно.

– А как иначе? – я помедлил, не сообразив сразу, что ещё ответить. А потом решил перевести тему на, как показалось мне, довольно актуальную для простолюдинки. – К слову, ты в порядке в… материальном плане? Стипендии хватает?

Алисия моргнула. Для неё вопрос явно стал неожиданностью.

– О, – она поправила и без того безупречный рукав формы, – всё хорошо, Лекс. Правда. Стипендия для поступивших довольно велика, если оценки не уронить. Для меня она так и вовсе слишком большая. А ещё Белль… нет, род Сориар взял на себя львиную долю моих расходов. Эта форма, планшет, даже коммуникатор – всё от них. Я, наверное, впервые в жизни не думаю о том, как бы где-то сэкономить…

– Это хорошо, – я кивнул удовлетворённо и с искренним облегчением.

– А ты? – блондинка вдруг прищурилась, взглянув на меня неоднозначным взглядом. – Отец больше не угрожает выгнать на улицу?

– У меня всё тоже вполне себе неплохо, – я пожал плечами. – Недавно вот осознал, что до сих пор свои счета не проверил. Заново учусь жить, можно сказать. Поэтому, наверное, и решил убедиться, что у тебя с этим тоже всё нормально…

– Ты слишком много волнуешься, Лекс, – Алисия улыбнулась. – Это приятно, но ты так как белка в колесе – насмерть закрутишься.

– А они закручиваются? – я вздел бровь. – Насмерть?

– Даже не… – Алисия замолчала, когда в коридоре послышались многочисленные, приближающиеся шаги. Она посмотрела на меня пристально, кивнула – и двинулась в направлении, противоположном тому, куда планировал идти я.

«И что тут кому-то понадобилось, а?» – вздохнул я, глядя на группу студентов, активно обсуждающих «ценой всего выбитый у куратора проект».

Простояв так ещё пару секунд, я дождался, пока дробный перестук каблучков девушки затихнет, и только после этого вернулся в свою комнату.

Разговор с Алисией длиной в пару-тройку минут не принёс того же облегчения, что и раньше, потому как я и без этого знал, что у девушки всё довольно неплохо. Зато в голове особняком встал вопрос финансов, который невозможно было решить так просто ни в одном из смыслов.

Проверить счёт можно было только в городе, но это ещё пол-беды. Я, престарелый, самодостаточный и независимый маг, вдруг осознал, что мои деньги – они, как бы, и не мои вовсе.

И способа исправить эту оплошность, отыскав личный источник средств, у меня пока не было.

«Независимый источник честного дохода, который меня ни к чему не обяжет в дальнейшем. Прямо сейчас таковых нет. Крайний срок? Отсутствует, но полгода или год – это предел для моего чувства собственного достоинства».

Я перебирал в уме варианты.

Сотрудничество с Имперской Безопасностью в этом плане уже не подходило – я самолично попросил знания, а не деньги. И не жалею об этом, ведь единственное, что не обесценится без причины и по велению левой пятки ответственного за штамповку монет – это как раз содержимое твоей головы.

«Тем более, контракт с Имперской Безопасностью – это разовая акция, а не постоянный источник дохода. Значит, вычёркиваем до выяснения новых обстоятельств».

То, на что я всегда уповал как маг – это собственные разработки. Но в этом мире эрикс-искусства не позволяли создавать артефакты. Они вообще не были предназначены для рождения «чудес».

И мои знания о магии воплощения тут были не полезнее пятой ноги для собаки. По крайней мере, до адаптации.

«Снова мимо. Неприятно. Видимо, подсознательно я понимал, что это проклятый тупик, и поэтому не торопился даже думать о деньгах».

Семейный бизнес? Опять же – я ничего о наших концернах не знаю, и становиться управляющим желания не имею. Это всё ещё роль винтика. Неприемлемо.

Был ещё один вариант, который мог принести деньги. Преподавание. Но для этого нужна была репутация, а у меня с этим большие проблемы. Возможно, с течением времени шум от «подвигов прошлого» перекроет фавор у Императорской семьи и мой нынешний круг общения, но уповать на это нет смысла – слишком ненадёжно.

«Что ж, подумаю об этом позже», – решил я, переодеваясь и меняя катализатор. – «Пока стоит сосредоточиться на другом, смирившись с тем, что использовать придётся деньги Лазарей, а не свои. Но не всё коту масленица, впрочем. Я и так высоко забрался, учитывая мою стартовую позицию».

Я устроился в постели, опустив веки. Впереди маячили выходные, поездка в город и, впервые за долгое время, никаких дедлайнов.

Красотища же?