Читать книгу "Записки кота Мурчика"

Все до одной волны эти были автором сосчитаны по древнему библейскому принципу пророка Даниила: «Мене, мене, текел, упарсин». И автор был точь-в-точь как вавилонский царь Валтасар, взвешен, измерен, признан лёгким, аки пушинка, но, по счастью, не разделён на составные части, а всего лишь отшиб себе всё отшибаемое, и, как уже потом, через несколько лет, выяснили врачи, сломал себе на этой чёртовой развлекательной морской экскурсии на Багамах копчик, который и до сих пор у него дико ноет, особенно на ненастную погоду, хотя сам собой удивительно удачно и сросся – если, конечно, это можно полагать большой удачей. Ну, наверное, можно. Что называется, Г-дь решил в этот раз ограничиться малым и взял… не деньгами, а копчиком. Могло быть и хуже. Всегда так может быть!

Что до паспорта – слегка подмок тот паспорт. Не промок, а именно ПОДМОК. Так что американские пограничники и таможенники в несколько расплывшуюся, хотя, на счастье, и вполне различимую визу вглядывались потом с немалым подозрением. А что было делать? Но промок он не один. Все пассажиры той несчастной лодки промокли насквозь. До такой степени, что их можно было выкручивать. И как минимум одной из них это пошло на пользу. У жены нашего израильтянина, уроженки сурового города Челябинска, как раз на её тонких белых брюках с самого «Диснейленда» во флоридском Орландо отпечаталась цветная карта тамошнего «Королевства животных», где нас тоже застал ливень, и она её неосторожно под себя на сиденье открытого туристического поезда и подложила. Смыло всё напрочь!

Что ещё можно поведать почтеннейшей публике о том круизе? Как жарко, влажно и душно было на палубе даже по ночам, высоко над морем – на стоявших на балконах кают шезлонгах стояла целыми лужами вода, конденсировавшаяся из воздуха, и её пили цветастые тропические птички, залетавшие на корабль во время стоянки, таким нехитрым способом перемещаясь между островами, на которые он заходил. Только внутри корабля, где воздух был кондиционирован во всех помещениях, так что в некоторых было даже холодно, можно было дышать… Как красивы были зелёные острова со старинными серыми каменными фортами и церквями, когда к ним подплывал корабль – огромный, на фоне которого они казались игрушечными… Как таможенники на высадке жену автора показательно заставили выбросить недогрызенную грушу, АМЕРИКАНСКУЮ, с американского корабля, которую ни в коем случае нельзя было ввозить обратно в Америку… Как выглядел Майами после урагана, переломавшего в городе половину пальм, которые к нашему возвращению ещё не убрали… Хорошая была поездка. Вряд ли её удастся повторить в наши коронавирусные времена. Да и сил уже нет…

* * *

Наука развивается стремительно, и мы узнаём то, о чём ещё вчера не только не подозревали, но и не думали, что это вообще можно узнать. Скажем, горячо любимая автором с детства археология. Прошёл очередной эфир со Станиславом Дробышевским, великим популяризатором этой академической дисциплины, изучающей, как жили люди и их предки в прошлом – иногда чрезвычайно отдалённом. Обсуждались открытия последнего сезона, благо методы исследований, включая работы с ДНК, когда и если её удаётся выделить из ископаемых останков, а также с материями столь неуловимыми, как пыльца, органические останки, содержащиеся в микроскопических дозах на зубах, костях и в местах проживания первобытных людей, будь то пещеры или скальные навесы, чрезвычайно развились.

Ещё несколько лет назад ничего такого археологам и в голову не приходило. Существовала более или менее стройная теория происхождения человека разумного и его соревнования с неандертальцами, притом что само по себе подразумевалось, что никакого скрещивания между ними не было и быть не могло. Здоровенные кряжистые туповатые мужики – гора мускулов и привычка полагаться на грубую физическую силу – против стройных, длинноногих, сообразительных и технически продвинутых пришельцев из Африки. То есть, может, кто-то из этих древних троллей и крал кроманьонских красоток, в полном соответствии с голливудскими фильмами, но не более чем. Не семьи же им было создавать? Да и вообще, многие учёные категорически отрицали даже наличие у неандертальцев речи, хотя то, что они владели огнём, давно считалось доказанным. Странно это выглядело, конечно, но чего только учёные в этом мире не выдумают!

Теперь выясняется: не такие уж эти ребята были и кряжистые. Судя по окаменевшим следам на древнем морском пляже, пара экземпляров вообще в районе 190 см ростом по нему проходила. А таких и среди современных людей немного. Опять же, всегда их считали чистыми мясоедами – «суперхищниками», охотниками на северных оленей, пещерных медведей, мамонтов и диких лошадей. Но это северные, которых до сих пор в основном и исследовали. И вдруг раскопки в Португалии продемонстрировали, что там они ели рыбу – в основном угря, которого коптили, моллюсков, крабов и морских птиц, плюс орешки местных сосен – пиний, до которых ещё добраться надо было: они высоко растут. Добавь к этому кружечку пива – барная классика получается. Копчёный угорь, крабы, устрицы с мидиями, орешки… Бармен, дружище, ещё текилы и пару литров нефильтрованного! А ведь это неандертальцы, которые и друг друга могли схарчить на раз…

При этом совсем уж чудо случилось, нашли прядки какой-то ими грамотно сплетённой 50 тысяч лет назад ВЕРЁВОЧКИ и даже смогли определить, как именно она была скручена. Вполне, кстати, профессионально. То ли ею мешок для шишек и орешков затягивали, то ли привязывали какое-то орудие к рукоятке… А генетики выяснили, что потомство от смешанных союзов происходило как минимум в нескольких случаях, от кроманьонских мужчин и неандертальских женщин. Чудеса в решете, да и только, но генетику не обманешь – это наука строгая. Опять же, судя по генам, есть у нас не только неандертальская и денисовская примесь, но и ещё какие-то, пока неизвестные науке древние люди поучаствовали в нашем антропогенезе. Одни загадки разгадываются, другие им на смену приходят, и таких всё больше. А что нас ещё впереди ждёт! Великая это сила – наука. На такое способна…

* * *

Приехали в деревню внуки, благо погода хорошая. Шум, гам, песни во весь голос, разборки – как всегда младшая старшего брата гоняет… Понять логику ребёнка при этом невозможно, притом что там ещё вроде бы и понимать особо нечего – пяти лет нет. Запросто может заявить: «Я не в настроении». А может, невесть с чего, прийти в хорошее настроение, и тогда с ней только и общаться. При этом причина совершенно не важна. Скажем, вдруг в голову втемяшилась электрическая зубная щётка брата – вынь да положь ей такую же. Немедленно по приезде поднялась в спальню и ничтоше сумняшеся, ничего не объяснив заранее, приступила к допросу только что вылезшего из-под душа дедушки с пристрастием: где лежит электрощётка? И это при том, что сам он ею отродясь не пользовался – но ребёнок был свято уверен, что где-нибудь у дедушки она наверняка есть…

Самое смешное, что малая в итоге оказалась права: когда-то, в незапамятные времена, дантист её выписал, щётка была куплена и благополучно спрятана подальше от глаз в пенал, в ванной комнате, чтоб голову не морочила. Пользовался всю дорогу обычной, пользуюсь и намерен так и продолжать. Но ведь пригодилась! Нашли, подарили ребёнку, дитя просияло и даже соизволило за щётку глубоко и искренне поблагодарить, что всегда приятно. После чего ушло гулять: пасти кота и подкарауливать поселковых собак, выгуливаемых хозяевами, чтобы заняться своим обычным делом: прогулочным рэкетом. Встречается собака на поводке – знакомая или нет, не важно, порода и размер тоже не имеют особого значения, дитя быстро входит в доверие к хозяевам (обаяние и лесть включаются на 200 % мощности), собака выпрашивается «на несколько минут погулять», после чего ребёнок намертво вцепляется в поводок и стоически с ней гуляет, пока ему это делать позволяют.

При этом к куклам обе внучки совершенно безразличны – дарить их им бесполезно. Одна играется в собак, другая увлекается динозаврами. У обеих целые коллекции этого зверья, разного цвета и размера. Ходят, лают и воют, поют песенки и издают невнятный рёв, который, по задумке изготовителей игрушек, имитирует голоса динозавров. Интересно, если они родственники птиц, может, и голоса у них были похожи? Одни чирикали, другие каркали или крякали, третьи вообще клёкот издавали или, чем чёрт не шутит – кудахтали. Интересно себе представить кудахчущего от удовольствия тираннозавра или чирикающего над добычей густым басом велоцерептора… Явно фантастическое было бы зрелище, тем более сейчас понятно: многие из них были на самом деле покрыты шерстью, пухом и перьями, наверняка разноцветными…

Впрочем – эти открытия у детей ещё впереди. Им пока и «Парка юрского периода» хватает с его героями, напоминающими по цвету и структуре кожи ящериц и крокодилов. Подробности новых открытий в палеонтологии и зоологии – пока удел старшего, благо мужик он любопытный. Что до девочек, они родителям и без того могут устроить вырванные годы. Одна в садик идти не хочет и в школу тоже. Она для себя решила: вырастет, выйдет замуж, родит девочку и будет её воспитывать в качестве домохозяйки. Пять лет!!! Впрочем, с ней пока ещё можно договориться, так что в садик она всё-таки идёт. Вторая до смерти любит сладкое, при этом получать конфеты согласна только из рук мамы (не доверяет, что ли, больше никому?), и нужно, чтобы там был шоколад и не было орехов. Шоколад мы любим и сгрызаем глазурь даже с эскимо, оставляя само мороженое, а орехи нет… Тихий дурдом. Это и есть семейное счастье!

* * *

Компьютеры появились, мобильные телефоны, социальные сети, мессенджеры… Всё фигня! Внук тут, мимоходом обсуждая школу, в разговоре с сыном о музыке, сказал, что ему там этот урок не нравится, потому что их заставляют петь какие-то песни, которые им неинтересны, и вообще это скучнейший из всех их уроков. В качестве иллюстрации была упомянута песня «Во поле берёзка стояла». Чёрт! 2021 год на дворе… ВО ПОЛЕ БЕРЁЗКА СТОЯЛА!!! Она и у автора поперёк горла стояла 55 лет назад, и уже внук в четвёртом классе, а всё ещё «некому берёзу заломати». Не берёза, а символ империи. Великая Китайская стена. Парфенон. Колизей. Ангкор-Ват и Мачу-Пикчу. Да что там! Египетские пирамиды какие-то – наша песенная берёзка…

Все реформы пережила. Распад Российской империи и роспуск Советского Союза. Революции и войны. Оптимизацию всего сущего и реформы образования. Цифровизацию и информатизацию. А она всё во поле стоит и хрен её заломаешь. Белые, красные, троцкисты, сталинисты, оттепель, застой, перестройка, Ельцин с Гайдаром и Чубайсом, вставание с колен (в какую позу, так никто и не сказал), Крымская весна, очередная смена очередной Конституции, чёрт его знает какой за сто лет с небольшим… А берёза всё стоит и стоит. И, кстати, на кой её вообще заламывают? Бересту, что ли, с неё таким способом, незамысловатым и неэкологичным, обдирают? На дрова? Или сок берёзовый добывают? А то и просто хулиганит кто? И почему именно этот процесс увековечен в русской народной песне?

Понятно, почему внук и его одноклассники её понять не могут и оттого не любят, а заодно и урок музыки, где эту и другие такие же далёкие от их жизни и той реальности, в которой они каждый день существуют, песни заучивать заставляют. Их за то, что кто-то деревья портит, ругают – они привыкли к тому, что природу беречь надо, а тут всё ровно наоборот получается. Как так? На участке берёзы растут – за полтора десятилетия с момента, когда землю купили и на ней построились, вместо чахлого березнячка уже такие берёзищи вымахали… Как весной серёжками обрастут, весь участок в зелёной пыльце – такая у всех на неё аллергия… И то никто берёз не трогает. Живое же. Жалко его! Разве что кот на ту берёзу под настроение взлетит, пробегая мимо, и то ненадолго. Посидит, вцепившись в ствол, спрыгнет и дальше по своим делам пойдёт…

* * *

Откуда берутся сны? Как в голове у спящего человека возникает эта невероятная смесь впечатлений и ощущений, притом что иногда они складываются в фантасмагорически яркие реалистичные сюжеты, которые помнишь и после того, как проснёшься, иногда годами? Фильмы по ним можно было бы снимать. Яркие, звуковые, необычные… Во всяком случае, у автора они именно такие. При этом во сне чувствуешь запахи и размышляешь, говоришь с людьми и ощущаешь температуру воздуха и порывы ветра, да что там! Тактильные ощущения, и то есть. К примеру, приснилось автору, что он ручного льва гладит – притом что отродясь с ним такого не было, а из его знакомых, кроме создателя крымского «Тайгана» Олега Зубкова да братьев Запашных, никто у себя крупных хищников не держал…

При этом явственно ощущались в том сне и бархатистость львиной шкуры, и косматость гривы с грубоватыми волосами. Причём сон был до того странен… Там и какой-то пруд был с островком, на котором почему-то стояла старая мебель из авторского детства, с Кутузовского, включая складной польский журнальный столик на хлипких ножках, на котором в те годы размещалась привезенная дедушкой из Пиллау прусская керамическая красновато-кремовая ваза-крюшонница на таком же блюде. Её, впрочем, в этом сне не было. Логично – там же лев был, она бы ему ворочаться мешала. И была странная, напоминавшая огромный бронированный чемодан с округлыми углами подводная лодка без иллюминаторов, в которой к тому льву, лавируя между камышами, зачем-то пыталась подобраться пара террористов…

При этом сон дробный. Два-три часа спишь, видишь очередной сон, потом просыпаешься, поднимаешься, чтобы выпить глоток воды, слегка погасить сухость во рту (с детства водохлёбом был, да и диабет…), валишься на подушку и отсматриваешь новый сон. И так несколько раз за ночь. Сюжеты абсолютно произвольные. Последний сегодня – заблудился в Риге (это знал точно) в каком-то старинном квартале, зашёл, почему-то с двумя огромными букетами красных роз, в ярко освещённый огромный собор, каких там отродясь и не было (в Риге-то в реальной жизни бывал), где как раз публика под органный концерт собиралась, и судорожно пытался дозвониться по мобильному ждущему на съёмной квартире, чтобы куда-то поехать с друзьями, папе…

Папа умер весной 1983 года, мобильных тогда не было и в помине, да и не ездили мы с ним ни в какую Ригу. Откуда сон? И откуда они все вообще берутся, по крайней мере те, которые запоминаешь? Крошечные, целиком обшитые металлом купе поездов, которые увозят куда-то в эвакуацию. Огромные аэропорты, по которым бежишь после таможенного и пограничного контроля, пытаясь успеть на самолёт, и сами эти самолёты, всегда переполненные, забитые нервными пассажирами, ничуть не похожие на настоящие. Синевато-серая стена цунами, метров 30 высотой, нависшая над Москвой, наступая с юго-запада, на которую смотришь с Октябрьской площади, стоя под зданием МИСиСа и дозваниваясь жене на Профсоюзную, чтобы бежала скорее к соседям, наверх…

Говорят, природа сна – одна из главных загадок человеческой психики. Смогут ли её учёные понять в наше странное время, когда мистика и суеверия куда более популярны, чем наука, а бюджетные деньги начальство предпочитает тратить на свои личные хотелки и чуть-чуть на оборону (спасибо ему и на этом), а не на исследования? И, кстати, если и поймут, то как эти знания используют? Почему-то кажется, что ничего хорошего в итоге из их стараний не выйдет, как никогда нигде не выходит. На каждого Коперника всегда приходится по десять инквизиторов и сотня крестоносцев. Таково, наверное, заложенное Г-дом с самого начала соотношение гениев, начальственной сволочи и костоломов, на неё работающих, в человеческой природе. Никакими открытиями этого не изменишь…

* * *

Давно прошли те времена, когда в Америку ездилось без проблем и напрягов – отдохнуть, посмотреть (а там есть что посмотреть), пройтись по родственникам и друзьям, а то и просто пошататься по музеям и национальным паркам. Начальство американское тогда ни нами, ни китайцами особо озабочено не было, погранцы и таможенники в аэропорту JFK вели себя конвенционально и никакие стажёры спецслужб под таможню не косили, чтобы задать серию идиотских вопросов. Причём пока этот чижик в аэропорт ехал, чтобы автора на посту вместо настоящего таможенника как бы случайно подкараулить, его без паспорта в обезьяннике битый час ждать пришлось. С автором это в его последний визит в Штаты, после начала сирийской кампании российских ВКС, было и большого счастья ему не доставило.

Впрочем – это была другая Америка. Там ещё не шатались по улицам городов банды BLM. Там уголовника, типа приснопамятного Флойда, полиция безо всяких последствий для себя могла задержать на месте преступления, а в случае сопротивления пристрелить не раздумывая (и правильно бы сделала). Там никто не устраивал вокруг выборов президента позорных кампаний с истериками и подтасовками, которых бы и в Африке или на Гаити постыдились. Там ещё были любимые автором книжные магазины и рестораны, закрытые после кризиса 2008 года. Там Манхэттен выглядел как столица мира, а не как ободранная кошка, и невозможно было даже представить, что на нём будут громить и грабить знаменитые на весь мир магазины. Там никто не сносил памятники и никого не пытались ставить на колени.

Ну, дело прошлое и, говоря по чести, давнее. Закончилась эта Америка и никогда не вернётся – нельзя дважды войти в ту же воду. Но вспоминать-то её можно? Бывает, навеет что-то… Запахи, звуки, картинки, ощущения – самые разные, из разных лет. Давно уже нет тех людей, с которыми встречался, и тех ситуаций, в которые приходилось попадать в Соединённых Штатах, и сам состарился, но чего же не вспомнить доброе старое время, когда были силы, оптимизм и настроение поездить в компании близких друзей по миру, в котором Штаты занимали далеко не последнюю роль. Вот об одной из таких поездок автор периодически, когда настроение такое приходит, и вспоминает. Как три институтских друга с жёнами из Нью-Йорка в Майами вдоль Восточного побережья на двух «Фордах» ехали.

Потом, знамо дело, из Майами ушли на Карибы, на круизном лайнере фирмы «Ройял Карибиан», навстречу тропикам и всему тому, что они могли дать осенью нашему человеку. Яркие, душные, влажные, роскошные на вид и изрядно ободранные при ближайшем рассмотрении, но с сувенирами и купленными на память цветастыми лёгкими размахайками в стиле «калипсо», с цветами и пальмами, которые так любят американские туристы, – и жарким летом в них действительно удобно, особенно в комплекте с лёгкой белой соломенной шляпой и очками-хамелеонами, стёкла которых меняют прозрачность в зависимости от яркости освещения. Джинсы с широким ремнём, крепкая кожаная обувь – что ещё надо туристу в тропиках в жаркую осеннюю пору?

Ответ прост, как фонарный столб. И это не деньги, которые, впрочем, никому никогда ещё не мешали. Зонтик ему нужен. Крепкий, чтобы ветром из рук не вырвало и наизнанку не вывернуло, как это частенько и в Бостоне или Нью-Йорке бывает, когда шквал налетит с океана. И желательно побольше – зонт-трость, который хоть как-то прикрывает от потоков воды, хлещущих, кажется, не только с неба, но и со всех сторон одновременно. Промокаешь как мышь в несколько минут и тут только в том разница, холодный это дождь, как в Нью-Йорке, очень холодный, вперемешку со снегом, как в Бостоне, или тёплый, но куда более обильный, как во Флориде – в Орландо или Майами, не важно. И особенно обидно, когда зонтики на всех запасены, но сложены в рюкзак друга, который тот оставил в багажнике на стоянке.

Чего его было с собой таскать, тот рюкзак? Небо же только что было синее, без единой тучки?! Ну было. А потом ка-ак тучки набежали. Ка-ак в огромную черно-серую тучищу собрались. И ка-ак ливануло… А мы в «Энимэл кингдом», посреди Диснейленда, в Орландо. Точнее – это один из парков тамошнего огроменного «Мира Диснея», который крут, хорош, и детей, пока они маленькие, а также внуков туда при возможности нужно свозить обязательно. Хотя внуков пускай уже дети везут. Цены там, правда, безбожные, но на то мы и живём в этом мире, чтобы работать и зарабатывать достаточно, и у домашних не болела голова, на что прожить. А семейный отдых в интересных местах – одна из главных в этой жизни заманух, пока силы есть. Тогда они ещё были…

В Орландо наша группа из трёх пар домчалась в кои-то веки не к ночи – засветло. Выехали из мотеля на окраине Саванны, где вечером уговорили по миске лучших, как потом выяснилось, в нашей жизни морепродуктов. Запечённый хвост лобстера с топлёным маслом и красным перцем особенно хорош, хотя когда-то считался едой бедняков – этими самыми лобстерами рабов кормили, бродяг, собак и даже скоту их скармливали – хотя явно без масла и перца. А теперь, да под хорошую выпивку, с которой еда вообще вкуснее, застольная компания сплочённей, анекдоты веселее, байки легче травятся, да и настроение она повышает, если употребляется правильного качества и в правильных дозах… А у нас с собой было. Мы же не Грета Тунберг с вечно перекошенным от хронического недовольства этим миром лицом. Мы не зря в МИСиСе учились!

Так что добрались до Орландо в целости и сохранности, благо с собой был запас дисков, так что под «Зонтик-парасольку» Алики Смеховой, «дочки Атоса», в пределы этого города и вкатили. Символично в итоге вышло, насчёт зонтика, да кто ж тогда об этом знал… Пару раз промахнулись мимо заказанного заранее мотеля, потом дошло, что здоровенная розовая стена трёхэтажного здания с вывеской ресторана «Чёрный Ангус» в половину этой самой стены как-то по подозрительно правильному адресу расположена. Подъехали – и впрямь оно. Только название мотеля размером с лист А4, у самой двери – с дороги хрен заметишь. А так всё верно. Кто б знал, что так бывает… Не ресторан при мотеле, а мотель при ресторане! Век живи, век учись, всё равно дураком помрёшь.

Ладно, проехали. Нашли и нашли. Заселились, заказали столик на вечер, оставили жён отдыхать и приводить себя в порядок с дороги и втроём, в чисто мужской компании, рванули в соседний торговый центр, прикупить воды, колы для жены и орешков с чипсами. Можно, конечно, и из мини-бара было разжиться, но за такую цену… Опять же, вода уходила, как показал опыт, на трассе, со страшной силой, особенно у автора – никуда не денешься, диабет, постоянно горло сушит. Так что нужна была в нормальном объёме, а не те полглотка за бешеные деньги, которые предоставляет мотельный мини-бар. Так что смотались по-быстрому в большой торговый ангар, который видели по дороге, и неожиданно для самих себя выступили в роли спасителей и добрых самаритян.

На стоянке у магазина остановились рядом с минивэном, набитым большой семьёй, в составе которой были дети. Минивэн у них только что накрылся. Мобильного телефона, работающего в Америке, с собой не было. А те, что были, на местную систему связи рассчитаны не были. Что самое для них было радостное, на английском никто из них не говорил – от слова «вообще». Зато все говорили на иврите, поскольку были из Израиля – тоже туристы. А у нас один из троих мужиков, сидевших в машине, в Израиле к тому времени прожил полтора десятка лет, так что вопросов с тем, чтобы сообразить, что у соседей по стоянке происходит, у него не возникло. Ну, а поскольку у автора с собой был местный мобильный и знание английского в приемлемом объёме присутствовало, все их проблемы мы решили на раз.

Выглядело это так: друг с ними курлыкал на иврите, переводил автору на русский, автор со страховой компанией и дорожной службой объяснялся по-английски, и всё закрутилось в момент. Машину им на замену подогнали, заглохший минивэн забрали, и все были счастливы. Надо же людям помогать! Дорога есть дорога. Сегодня ты помог, завтра тебе… В принципе, нормально. Если не считать того, что с их нулевым английским и без телефона… Ну, положим, американцы бы им, конечно, помочь постарались. Но даже в Америке мало кто и из местных-то евреев на иврите говорит, а напороться на израильтянина у них вероятность была до крайности мала. Выручили бедолаг и правильно сделали. Закупились, вернулись, объяснили жёнам, почему так долго ездили, поужинали их в хвалёном «Чёрном Ангусе» (мясо как мясо – без особого восторга пошло) и спатиньки.

На следующее утро, позавтракав, мы таки доехали до «Мира Диснея», направив стопы первым делом в знаменитый «Эпкот». Ну очень уж хотелось. Всё-таки реклама – двигатель торговли. Приехали рано, огромный паркинг пуст, настроение, как у детей перед каникулами… Рванули к кассам, даже не сообразив записать, в каком ряду поставили машины: буквы, цифры – все дела. Не привыкли ещё тогда к большим парковкам. То есть не совсем дикарями были, но лопухами ещё теми, чего даже не понимали. Опыт, согласно поэту, сын ошибок трудных, а не расп-здяйства и невнимания к деталям. Но тут ничего не поделаешь. По меркам Америки были мы тогда провинциальной деревенщиной и в самых элементарных вопросах плавали, как полные лохи. Хотя исправить это было несложно.

Таковых вообще-то в этой самой Америке добрая половина народу и живёт. А туристы вообще все такие, кроме самых прошаренных. Не стоит по этому поводу заморачиваться. И ни по какому не стоит. Со всяким всякое может случиться. Так что, бодренько добежали до касс, ужаснулись ценам, плюнули, купили билеты и пошли осваивать долгожданный «Эпкот». Ну, что сказать… Для пытливого подростка, наверное, интересно. И для эффективного менеджера из «Роснано» или «Сбера» – тоже, при условии, что их вообще что-нибудь в этом мире, кроме денег, интересует. А для трёх советских инженеров с изрядным заводским опытом и их верных боевых подруг, которые к тому времени по четверти века со своими мужьями прожили и тоже много что в жизни повидали…

Нет, конечно, фотография на фоне огромного ячеистого шара, который весь мир знает – это мило. И мороженое там было вкусное – причём порции правильные, убойных размеров. Да и пицца терпима, хотя едали мы и лучше. Ну и, само собой, гуляешь с друзьями, по свежему воздуху, жёны о своём чирикают, мы о своём треплемся. В целом хорошо. Опять же, надо билеты оправдать – не зря же платили. Хотя лучше бы в какой-нибудь другой парк поехали – их там много. Но в детском «Диснейленде», месте очаровательном, мы уже были, и даже не один раз – в Париже. В первый раз сам, через месяц после его открытия, во второй с женой, которая там разрыдалась от избытка чувств, вспомнив своё детство в 50-х, в Белой Церкви с её бараками и полуземлянками, а потом были с детьми, и даже дважды.

Середина 2000-х была, вывезли в Париж всю фирму с семьями, от начальства до кухарок и охранников, на тот момент сотню с небольшим человек. Молодые были, очень хотелось добро людям делать. День провели в парижском «Диснейленде», а потом в Париже случилась обычная для Франции забастовка. Музеи закрыты, транспорт не ходит… Сели в такси и опять в «Евродисней» детей отвезли. Гулять так гулять! Благо тогда ещё Париж был Парижем, а не нынешней шпанистой арабо-африканской помойкой с бомжами, мигрантами-нелегалами и наркоманами на каждом шагу, не говоря уже о террористах. Но это о другом. Возвращаясь же к «Эпкоту», друг с женой решили, перед тем как оттуда уезжать, сходить на аттракцион, где люди с вышки падали. Точнее, ОН решил, а её с собой поволок – за компанию.

Ладно, ребята ушли, мы вчетвером стоим, ждём. Прошло минут десять, возвращается наш друг довольный, но без жены – куда-то делась. Он, оказывается, думал, что она вернулась к нам и с нами стоит, пока он с вышки падает. Поскольку она, как подошла поближе, на это безобразие с кричащими в полёте людьми взглянула и подниматься с ним отказалась. Ну, ладно. Вернулся он за ней. Ещё через пять минут бежит, уже явно волнуясь – нет жены. А у неё английский… не совсем на нуле, учила когда-то, но близко к нулевому уровню. И телефона нет – у нас их с собой два, по одному на машину, для связи. Пропал человек, хоть тресни. Так что двух оставшихся жён попросили постоять, подождать на всякий случай, а сами, разбив «Эпкот» на квадраты, рванули на поиски.

Через час встретились – нету нашей лермонтовчанки. Пропала с концами. Муж её в тот аттракцион уже раз десять сбегал, весь остальной парк излазили… Решили отправить израильтянина, бывшего запорожца, к машинам – вдруг она туда решила зачем-то вернуться. Перепутала что, или проскочила, нас не увидев, мимо, и решила, что мы все уже у машин… Ну, он пошёл. Мы бегаем. Две наши терпеливые жены стоят, караулят. А жарко же, душно, влажно… Вечереет. Не выдержал, купил себе мороженое, попроще, без крема и взбитых сливок, но с хрустящими вафлями, ноги отваливаются – бегать уже нет сил. Иду спокойно, грызу помаленьку мороженое – и вдруг мелькает знакомое платье! Идёт она, наша пропажа. Нашлась!!! Окликаю – и вправду она. Здорово!

Через минуту из толпы выныривает ошалевший за эти два часа поисков любимый муж, видит спокойно беседующую с автором жену-потеряшку и с воплем: «Где ты была?! Нет, ты покажи, где ты была?!!!» – утаскивает её назад к аттракциону, где они разминулись, не слушая увещеваний и просьб успокоиться и наконец-то пойти к остальным. Ну, пошёл к ним сам, понимая, что встревать в такой ситуации в начинающиеся семейные разборки не имеет смысла. Только поссоримся. Пар выпустит, придут. Тем более, раз они вместе, теперь он её ни на шаг от себя не отпустит – уже хорошо. В итоге выяснилось, что она куда-то на этом аттракционе прошла и ждала его прямо у выхода, внутри, а он, её не заметив, проскочил мимо, а она стояла и ждала, ждала, ждала… Все два часа там и ждала, пока мы носились, её искали. И, между прочим, тоже нервничала.

Вот что значит по-настоящему преданная жена! А когда он на этот аттракцион за ней возвращался, он, естественно, в тот закуток, где она всё это время стояла, не заходил. Да туда и хода не было. Там же был ВЫХОД. Он общую диспозицию от магазина сувениров охватывал орлиным взором и дальше убегал… Чистой воды идиотизм, но виноватых нет. Что называется, сам дурак. Так что проехали, и вообще дело к вечеру, пора возвращаться. Вышли мы на оперативный простор паркинга – снова-здорово! Машин море. Между ними бродит, как одинокий верблюд в пустыне, наш гонец – ищет, какие две из них наши. А самое забавное, что номеров их мы на память не помним – они же в аренду взяты… И записать не удосужились. Полные придурки.

Значит, картина маслом. Как они выглядят и какого цвета мы помним. В каком они ряду были оставлены, понятия не имеем – пусто было, не сообразили зафиксировать. А теперь стоянка полна. Сплошные крыши, и поди разбери, какая пара из них – наша. Одна серая, одна синяя. Офигительно поможет разобраться. Так что разделились и пошли прочёсывать стоянку. Шесть пар глаз лучше, чем одна. Вот минут через 40 мы их и нашли. Хорошо, не пришлось ждать до самого закрытия, когда народ бы разъехался. То есть, конечно, сыдиотничали, но не до последней степени… В таких ситуациях главное – не начать между собой ругаться и никого ни в чём не обвинять. Все виноваты и никто. Ну, такое маленькое приключение. Без них в путешествиях скучно. Мы же зачем все в Америку летели?