Читать книгу "Мерзость. Трагедия"

Эпизод 5

Поля отрывается от книги.

Поля. Что такого страшного в её доме?

Сева вздрагивает

Сева. Всё слышала?

Поля. Нет, только про Лину. Так что с ней?

Сева. Тебе не нужно о таком знать, Поля. Рановато.

Поля. Я не совсем ребёнок!

Сева. Всем двенадцатилеткам так кажется.

Поля. Можешь спросить у Влада, он бы подтвердил… Ну пожалуйста, мне интересно!

Сева. Ничего примечательного. Мы все не любим бывать дома.

Поля. Почему?

Сева. Нам там неуютно.

Поля. Почему?

Сева. Своих там нет.

Поля. Почему…?

Сева. Мне откуда знать?

Поля. Родители что, не свои?

Сева. Нет.

Поля. Почему?

Сева не отвечает. Поля подходит к шахматной доске.

Поля. Ты бы защитился одним ходом, и мата бы не было.

Поля переставляет фигуры

Поля. Вот так.

Сева. Умеешь играть?

Поля. Меня дедушка научил. Он хорошо играл.

Сева. Да, хороший был мужик, царствие ему… Я вот сам учился. Смотрел как другие играют, пытался запоминать правила.

Поля. Никто из твоей семьи не мог тебя научить?

Сева. У моей семьи на меня времени не было.

Поля. Никогда?

Сева. Никогда.

Сева встаёт с места. Пьёт с горла бутылки.

Поля. Почему ты создал гвардию?

Сева молчит

Поля. Слушай, от меня не обязательно это скрывать. Я всё пойму не сегодня, так завтра, не в этом году, так в следующем. Твоя команда следит за нами, детьми, помогает… А зачем тебе это?

Сева отвечает не сразу.

Сева. Знаешь, мой отец был майором милиции. Все его знали как благородного, справедливого и сурового человека. А ещё все знали, что он меня… поколачивал. Моей матери тоже часто доставалось. Но всем вокруг было всё равно, это находили правильным, даже обычным делом. Ну, а какого ребёнка у нас не били?

Сева заулыбался

Сева. Влада били, Лину тоже, Родю… всех. Били головами об столы и о стены, ремнями, розгами, кулаками – чем придётся. Взрослые считали, что в воспитании хороши все средства, что если детей запугать – они будут послушными.

Поля. И вы были?

Сева. Да щас! Мы – не собственность взрослых и не их рабы. Не крепостные, которых можно было насмерть забить. Мы делали назло то, что нам запрещали! Такой протест. Хотя, мало кто заходил дальше этого. Кроме меня, по крайней мере. Как-то отец переборщил с побоями, мама стала меня защищать, и он её…

Поля закрывает рот рукой. Сева кивает.

Сева. Ему всё простили, знаешь. Майору. Якобы он не хотел, чтоб так вышло, всё было случайно, она его спровоцировала. Никто и не вспомнил про меня, а я всё видел. Меня он и потом всё ещё бил, но единственное желание, которое возникало у меня после этого – не слушаться, а ударить сильнее. Размашисто, чтоб мой кулак въелся ему в щёку. Хотелось выбить зубы. Убить.

Поля смотрит на него не столько с ужасом, сколько с сочувствием и пониманием. Сева оборачивается, почувствовав на себе её взгляд.

Сева. Я вырос раньше, чем хотелось бы. Мне это никогда не нравилось, в этом нет ничего хорошего. Я решил основать гвардию, чтобы такие как ты были под защитой. Если ребёнка бьют – с ним разбираются.

Поля. Отца Пети с третьей улицы прошлой весной милиция забрала, после того как он его отшлёпал…

Сева пьёт и смеётся.

Сева. О да! Это была наша работа, подбросили мы ему кое-что… Неважно. Этот урод ремнём ему по лицу прошёлся, железной бляхой чуть ребёнку не выколол глаз…

Поля. Но так нельзя!

Сева. Бить нельзя?

Поля. Подбрасывать что-то!

Сева. Почему? Что, Петя должен был страдать? Его отец – мразь и падаль, раз руку поднимал на того, кого сам произвёл на свет, а мразь и падаль должна мучиться и платить за свои ошибки.

Сева снова смеётся.

Сева. Взрослые гвардию не любят, я знаю, но такие как Петин отец нас боятся. Поэтому половина детей посёлка не живёт так, как жили мы, только из-за нас, из-за гвардии! С Линой вот месяцами мать не разговаривала – наказывала так, и Лина никогда не понимала за что! Так она стала тишины до дрожи бояться, она на неё давит. Влада всегда затыкали, в его семье слишком много детей, которых тяжело слушать одновременно, и он себе от обиды рот зашил. Его за это избили и вот – вырос зашуганным молчуном! А у Роди из родственников кто ни пьяница, тот тоже мразь последняя, которая кулаками машет направо и налево, и все по уши в долгах! Игроманы, чтоб их.

Сева издаёт усталый смешок, из его руки выскальзывает бутылка. Он продолжает спокойнее, без истерики.

Сева. У нашего поколения своей гвардии не было, а у вашего, Поля, есть. Конечно, от всех проблемных взрослых избавиться не получается, их всё ещё слишком много, но мы стараемся. Вы ведь не заслужили такого. Ни один ребёнок не заслуживает жестокости. Если не закон, то – мы. А если не мы – то кто?

Сева садится на пол. Поля подползает к нему, кладёт на плечо руку.

Сева. Прости, если напугал.

Поля. Не извиняйся. Мне не страшно.

Сева. Я ответил на твой вопрос.

Поля. Родя называл тебя майором… тебе не обидно?

Сева. Он с Владом и Линой об отце не знают. Всё, Поль, мне пора идти.

Поля. Куда?

Сева. Поищу, на чём в город поеду.

Поля. Можно с тобой?

Сева. Снаружи холодно.

Поля. Всё равно! Хочу пойти, Сева, ну пожалуйста! Не оставляй меня тут одну.

Сева вздыхает, берёт её за руку и уводит.

Эпизод 6

Возвращается Лина. Она ощупывает своё лицо, выглядит уставшей. Приходит Влад.

Влад. Лина…

Он подбегает к ней и обнимает. Она ему не отвечает. У Лины под глазом синяк.

Влад. Я везде искал тебя. Дома не нашёл…

Лина. Я скоро ушла. Деньги для Роди в заначке. Немного, но хоть что-то.

Влад замолкает

Лина. Нам не о чем с тобой говорить, да?

Влад. Если начну спрашивать – вдруг тебе не захочется отвечать?

Лина закатывает глаза

Влад. Ну ладно. Как дома?

Лина. Как всегда. Отец пьяный.

Влад. Мне жаль.

Лина. Не сомневаюсь. Влад, а где магнитофон?

Влад. Под столом.

Лина находит магнитофон, ставит его на стол.

Лина. Кассеты там?

Влад. Вся классика русского рока.

Лина. Мне зарубежный больше нравится.

Лина пытается его включить.

Лина. Да что с ним..?

Влад. Я думал, ты пропала.

Лина. Куда я могу деться?

Влад. Не знаю. Я боялся.

Лина смущённо усмехается, продолжает ковыряться в магнитофоне.

Влад. Я люблю тебя.

Лина. Не секунды не сомневаюсь.

Влад. (чётче) Лина. Я тебя люблю.

Лина отворачивает от Влада голову, он совсем не видит её лица.

Лина. Что с тобой? С чего ты так говоришь?

Влад. Захотелось произнести. Так непривычно.

Лина. Мне тоже.

Влад. Где Поля?

Лина. (тихо) С Севой ушла.

Влад. Лина? Посмотри на меня.

Лина не поворачивается

Влад. Пожалуйста.

Лина. Они сказали… лучше бы меня не было, чем я такая.

Лина поворачивается ко Владу, из её глаз текут слёзы.

Лина. Я не знаю, за что так со мной… Ещё говорили, что все гвардейцы такие же. Что мы как… как не знаю… карманники, будущие зэки, быдло тупорылое, что о нас обычно говорят… Чем я это заслужила? За что?

Влад. Лина…

Он хочет подойти к ней.

Лина. Не надо. Спасибо, но не надо.

Она вздыхает, хлопает себя ладонью по щеке. Она находит на полу верёвку, теребит её, хмурится.

Лина. Знаешь, а давай лучше повеселимся?

Влад. Что?

Лина. Я так устала…

Вдруг ей становится очень весело.

Лина. Давай повеселимся, родной, что мы, в самом деле, как не дети? Магнитофон что-то не фурычит, ну и пусть! Пошёл он, пошли все к чертям, давай, Влад, давай повеселимся!

Лина подходит ко Владу, смотрит на него обезумившими глазами. Лина обматывает себя верёвкой, отдаёт один конец Владу.

Лина. Ну же! Слушай: Hello, hello, hello how low! Подпевай! Hello, hello, hello how low. Да Влад, что ты!? Hello, hello, hello…

Лина отходит от него, начинает орать. Верёвка потихоньку разматывается. Магнитофон начинает играть.

 
With the lights out, it’s less dangerous
Here we are now, entertain us
I feel stupid, and contagious
Here we are now, entertain us
A mulatto, an albino
A mosquito, my libido!
YEAH!
 

На последнем слове верёвка натягивается. Лина опускает голову, Влад смотрит в её спину полными ужаса глазами.

Лина вешается.

Эпизод 7

Следующий день. Влад сидит за столом, пьёт что-то из чашки. Выходит Родя.

Родя. Что вчера было?

Влад открывает пачку с таблетками.

Родя. Влад, это что!?

Влад. Успокоительное, ничего криминального. У меня сердце болит.

Родя. Может, скорую? Тебе нельзя так нервничать…

Влад поднимается с места и орёт.

Влад. А что у меня, причины нет!?

Влад садится на место, успокаивается.

Родя. Я даже не знаю, как выражать соболезнования.

Влад. Никак не надо.

Родя. Брат, держись только, прошу тебя.

Влад кивает, запивает таблетки.

Родя. А ты уверен, что запивать таблетки э́тим безопасно?

Влад. Нет.

Родя больше ничего не спрашивает, достаёт конверт.

Родя. Я деньги для заначки заработал. Думаю, достаточно.

Влад. Лина помогла тебе с этим.

Родя. Серьёзно?

Влад. Да. (пауза) Ты только скажи мне, скотина такая, зачем ты те деньги брал?

Родя. Я ни в чём не виноват, Влад, не разговаривай так со мной! Она к себе домой и так зашла бы…!

Влад. (гневно) Просто ответь мне!

Родя. Да родакам надо было долги отдать, я им немного помог! Всё! Не для себя ж деньги брал, мужик, осади!

Влад. Пошёл ты.

Родя. Что я мог сделать? Как будто ты не жертвовал ничем ради тех, кого любишь.

Влад. Да я, видимо, ничем не жертвовал. И оно вон как… случилось.

Влад трёт покрасневшие глаза.

Влад. Прости, Родя, я знаю какие у тебя там дела… Я сейчас просто…

Родя. Не в себе, я заметил. Я понимаю.

Влад. Ещё вчера она думала, что мы сможем отсюда сбежать… Какой же я…

Родя. Ты такой, какой есть. Не вини себя за это. Иначе за ней отправишься.

Влад. Как я её родителям в глаза посмотрю?

Родя. А они тебе?

Влад. (вздыхая) Это вопрос моей чести, Родион. Она же была моей… Я же её…

Он не договаривает, начинает тихо напевать.

Влад. Yesterday all my troubles seemed so far away…

Родя. Чё?

Влад. Она эту песню любила. Битлз. Маккартни. Вкус у неё был, конечно… (улыбается) А язык знала хорошо. Она же умная… Алина.

Родя. Жаль, магнитофон не работает. Помянули бы.

Спина Влада дрожит, он плачет. Из магнитофона слышатся помехи, потом мелодия.

 
Why she had to go?
I don’t know, she wouldn’t say
I said something wrong
Now I long for yesterday…
Yesterday, love was such an easy game to play
Now I need a place to hide away
Oh, I believe in yesterday…
 

Он закрывает лицо руками, снова пьёт.

Родя. Ты переборщишь.

Влад. Я ей говорил, я за ней…

Влад хватается за сердце.

Родя. Влад? Влад, ты что!? Влад!

Влад травится

Эпизод 8

Родя сидит один на чердаке, не шевелится. Приходит Поля.

Поля. Сева передать просил… он знает всё.

Родя никак не реагирует.

Поля. И про Лину. И про Влада. И про деньги, что ты тащил. Он вернул их обоих домой, как вы не пересеклись?

Родя. Я спрятался. Как трус.

Поля. А мне смотреть не разрешили.

Поля смотрит в окно

Поля. Какая страшная метель.

Родя молчит.

Поля. Сева всё равно в город поедет. Мне его очень жалко.

Поля смотрит на Родю,

Поля. Мне и тебя жалко.

Родя. Не люблю жалость.

Поля. Тогда я тебе сочувствую.

Родя. Откуда ты такая умная нашлась?

Поля. Мне просто хорошо жилось. Пока я одна с папой не осталась.

Родя. М-м. Я прям дохну от зависти.

Поля. Я догадываюсь, что тебя беспокоит.

Родя. (с сарказмом) В самом деле, Шерлок Холмс?

Поля. Родя, ты – гвардеец, ничем не хуже Лины и Влада.

Родя. Да ну?

Поля. Сева рассказывал, что когда с ними что-то случалось, ты смело на себя брал вину.

Родя. А что мне? Крысе и карманнику. Я даже на друга боялся смотреть в последние минуты. Я воровал у своих же. Может, Лине не нужно было бы Влада оставить, если бы…

Поля. Ты можешь это изменить?

Родя. Но и забыть не могу.

Поля. Если ты из-за денег для подарков переживаешь…

Поля садится на пол рядом с Родей.

Поля. Я прощаю тебя.

Поля долго смотрит ему в глаза.

Родя. (слабо улыбаясь) Скажи честно, ты ангел?

Поля. Эти слова могут быть очень важны. Дедушка так считал.

Родя. Ясно. Поль, а ты письмо деду Морозу писала в этом году?

Поля. Нет.

Родя. (бодро) Скажи, что ты хочешь на Новый год? Пара дней всего осталась, но может, я успею что-нибудь тебе подготовить?

Поля. (смущённо улыбаясь) Мне ничего не нужно, Родя.

Родя. А всё же? Нет, скажи, я настаиваю!

Поля не отвечает, мотает головой.

Родя. Да не может быть! Все дети чего-то хотят! Давай же, скажи!

Поля. Ну-у… может… игрушку плюшевую! Такую, чтобы её можно было обнимать!

Родя. Любую что ли?

Поля. Да. А что, есть разница? Я любую буду любить!

Родя. Что-ж, я её достану.

Поля. Но Сева вроде деньги забрал…

Родя. Я смогу заработать! В одном доме, в квартире, на третьем этаже живёт такой премерзкий тип. Богатый, тем не менее. Если я к нему заберусь…

Поля. Ты станешь воровать!?

Родя. Не беспокойся, он это заслужит. И я возьму немного, клянусь!

Поля. Как ты залезешь в квартиру?

Родя. Через форточку.

Поля. Но вдруг соскользнёшь и разобьёшься!? Это же безумно!

Родя. А кто сказал, что я не безумен?

Родя усмехается. Магнитофон снова подаёт голос.

 
Your head will collapse
If there’s nothing in it
And you’ll ask yourself
Where is my mind?
Where is my mind?
 

Родя начинает уходить.

Родя. Полина, ты не переживай, я профессионал…!

Движения Роди замедляются. К выходу он идёт спиной, заваливаясь назад. Лицо его в последние мгновения делается испуганным, он словно уже падает.

Родя разбивается.

Эпизод 9

Проходит день. Возвращается Сева, весь замёрзший, без своего пальто, в одной тонкой майке.

Сева. Поля, собирайся.

Поля. Что с тобой!? Где твоя одежда!?

Сева. Я отдал её… там ребёнок из дома убежал, я его одел, вернул и… пальто забыл забрать. Метель вроде успокоилась, а холодно как в Антарктиде.

Поля. Неудивительно!

Сева. Я, кажется, пальцев не чувствую…

Поля. Как тебя согреть?!

Сева. Никак. Ты не волнуйся… Я, вообще, что сказать хотел…

Сева усаживается на стул, смотрит на потолок, кашляет.

Сева. А ты как тут не мёрзнешь? Через черепицу так продувает, кошмар.

Поля. Тебе так кажется.

Поля прикладывает ладонь ко лбу Севы.

Поля. Ты не заболел?

Сева. Скорее всего… Так, на чем я остановился? Да! «Я, вообще, что сказать хотел»..! Я в городе был! Один милиционер, который недавно приезжал… по делам Влада и Лины… и Роди… встретил меня. Узнал. Он, оказывается, в опеку обратился. Замечательный человек. Они детей вроде тебя проверяют, нашу картотеку использовали. Владу спасибо… Они…

Сева опускает голову, очень хочет спать.

Поля. Что они?

Сева. Забрать хотят вас. В город. В школы определят. К хорошим людям пристроят.

Поля. Это хорошо?

Сева. Поля, да это замечательно! Тебя будут ждать около твоего дома. С тобой немного поговорят, а потом… всё. С тобой всё будет в порядке. Вам даже раздадут подарки, которые я купил.

Поля. Сева…

Сева. Не надо ничего говорить. Иди. Твоя одежда внизу, в прихожей. Попрощаемся здесь, у меня нет сил спускаться. У меня все ноги промокли, пальцы, наверное, посинели. Надо было купить зимнюю одежду.

Поля. Спасибо тебе за всё.

Сева. Я – гвардеец, это моя работа.

Поля уходит. Сева начинает кашлять. Его руки еле шевелятся, хотя он пытается их сложить и согреть. Поля оглядывается на него, окидывает грустным взглядом.

Поля. Прощай, Сева.

Сева. Будь счастлива, девочка.

Поля уходит

Сева. И я уверен, ты будешь. Обязательно.

Влад смотрит на свои посиневшие руки. Он поднимает взгляд к небу.

Сева. Спасибо за верную службу, гвардейцы!

Сева улыбается. Магнитофон в последний раз включается.

 
It’s dark, too dark to see
I feel I’m knockin’ on Heaven’s door
Knock, knock, knockin’ on Heaven’s door
Knock, knock, knockin’ on Heaven’s door
 

Сева закрывает глаза.

Сева замерзает.

Конец.