Читать книгу "Сага об Антилохе. Летопись золотых веков 2"

На коне, огромном, как три коня в ширину, чёрном, из чьей ноздри с паром вырывались искры, въехал воин размеров таким же величественным, с пепельной короной поверх железного шлема и забрала, полностью скрывавшего лицо. От него веяло ужасом, смертью, страхом. При виде незнакомца капитан всем телом вздрогнул, кинув взгляд на своих подопечных, на лыбящихся перед пришлыми солдат и десятников. «Среди королей нет ростом подобных или сравнимых ему…» – с последней мыслью, прозвенели ударившиеся друг о друга звенья цепи. Из-за туловища Мрачного короля, с поворотом тела, вознёсшейся к чёрному небу рукой, показался цепной моргенштерн. Шипованный металлический шар с хрустом проламывает беззащитный череп, вонзается в голову капитана по самую шею, выдавив глаз, заставив челюсть прикусить отвалившийся язык.

Помощники капитана едва успели испугаться, как каждый из них, подпустив к себе по одному, а то и по два врага, пропускают удары убийственных кинжалов. В незащищённые точки обрушиваются точные, режущие удары, после которых остаются едва слышные стоны, всхлипы умирающих, чьи рты предварительно затыкались ладонями и тканями. Войско убийц, то, что копилось десятилетиями, о котором не знал и не предполагал ни один из королей и драконов, шло туда, где в ближайшее время был обязан явить себя пробудившийся Уроборос.

Застава с опытными бойцами, воинами ветеранами, в одночасье обратилась в один большой погребальный костёр. Все – от дежуривших вокруг разведчиков до последнего поварёнка и оруженосца внутри – были обнаружены гильдией убийц, ознакомлены с остротой лезвий и преданы огню. Для сокрытия улик, для провокации, чтобы пламя войны разгоралось всё ярче, гильдия убийц местами под снегом, в ямах, а где и в крепости, оставляла тела зверолюдов. Мрачный король счёл историю лесных народов завершённой, их летопись, исписанной. Следующим врагом избрал слабейшего вассала, не имевшего в покровительстве своём сущности, что по силе превосходящая или равная ему.

– Я позволю тебе снять голову с плеч Лесного короля… – Не спешиваясь, всё так же продолжая вести своего чёрного скакуна в глубь Древнего леса, говорил Мрачный король. – Сделай мне одолжение. Убей его. А после я убью тебя, пожрав вас обоих…

Его голос разнёсся над лагерем, заглушая вой ветра. В нём не было угрозы – только холодная уверенность. Он знал, что всё случится именно так, как он задумал. И мелкие группы, за сотню километров от этого места, ничего не могли изменить.

Глава 6

Обступая одиноко стоящий на дороге воз, лесной воин в пышной меховой шубе, с разветвлёнными рогами, изучает обстановку. Ни крови, ни трупов, только брошенная телега, товары да оборванная упряжка.

Он обратился к отряду на эльфийском. Толпа, стоявшая на отдалении, двинулась вперёд. Навстречу разведчику, убедиться в безопасности, вышли настороженные маги, с ними – бойцы прикрытия, щитовики. После проверки лесные расслабились, толпой своей из тридцати пяти морд, рож и рыл побрели к повозке, оживлённо обсуждая происходящее.

Став частью сугроба – так, что даже глаза выглядывали из-под холодных масс наполовину, – выжидаем. Ждём, когда как можно больше солдат приступит к разбору и проверке деревянных коробов, бочек, многочисленных шмоток и оружия, оставшихся без присмотра. Печать подрыва нанесена под днище телеги. Маги врага, если они не обделены магическим зрением, чувствуют потоки энергии, будут искать зелья усиления и прочее, в то время как сама угроза – большая огненная пентаграмма – скрыта под днищем.

Сначала настороженные, потом, убедившись, что никого нет, заинтересованные, маги один за другим залезают внутрь, желая откопать причину столь сильного магического «фона», который они непременно чувствуют. Вот и командир этой группы подошёл к телеге, положил руку на колесо, подёргал, проверяя, нормально ли закреплено, и вглядывается в лес. Как животное, ищет и находит – взглядом зацепившись за шевельнувшийся сугроб. Это Деструксия шевельнула посохом, активировав заклинание.

Время замедляется в моих глазах. Вижу, как вырывается красное пламя, усиленное ветром, как на куски разламывается телега, как колесо, за которое держался капитан, срывается, а затем, смертоносным диском, ломая тому плечо, рёбра, выворачивая руки и ноги, отбрасывает в сторону. Мощный удар магией, огнём – пламя рвётся вверх на шесть метров, разбрасывая по округе остатки дерева, железные элементы орудий, куски человеческой плоти. Все, кто стоял в двух метрах, с серьёзными переломами, кто-то лишившись конечностей, разлетаются по оврагам. Кто был чуть дальше, падают, поражённые осколками, разнообразным, разлетающимся в стороны мусором. Остальные, получив удар взрывной волной, теряют равновесие, падают на землю и прижимаются к ней, находясь в замешательстве.

– Пора! – Лучники наши берутся за работу. Выстрелы быстрые и точные, вновь с двух сторон дороги, не даются врагу восстановиться, прийти в себя. Хладнокровные и точные авантюристы, как в тире, расстреливают бедолаг, в то время как бойцы ближнего боя продвигаются вперёд, к пылающей на дороге телеге.

Поднявшись с ними, нахожу в сугробе вражеского капитана. Его ноги, как руки и шея, выгнуты под неестественными углами, он захлёбывается кровью, имея силы лишь для того, чтобы мычать. Подрыв удался, разделались с врагом без потерь. А эти бедняги пусть винят в своей смерти не нас, а короля, развязавшего эту войну. Прервав мучения искалеченного воина, с группой А-шек возвращаюсь в лес, оставляя допрос выживших тем, кто делал это с особым удовольствием.

Очередная удачная вылазка. Очередной раз меня чуть ли не «Царём всех подонков» называют, при этом с множеством комплиментов, в положительном ключе. Приятно, когда тебя хвалят, когда вечно мрачный, страшный и грозный Шип отмечает твои заслуги, пророча конец жизни на виселице – и не где-нибудь в подворотне, а на личной виселице у стен какого-нибудь короля. Такая себе перспектива.

Очередная, двенадцатая ночь в лесу эльфов оканчивается в пещере. Постоянно ночевать в снегу, круглыми сутками находиться начеку, ожидая атаки со всех сторон, при этом спя всего по несколько часов, затем драться – серьёзно выматывает. Разведчики «Шипа» попросили передышки, «Авангард Коми» поддержал. Командовавшая всей миссией Танни-Хулм-Касим дала добро, отправив на поиск подходящего места. Таковым стала небольшая пещера – логово чёрных котов, часть из которых сейчас, как шашлык, резали на куски товарищи по оружию. Манквай сделали для нас вентиляцию, прорыли дополнительный, чёрный ход на случай, если нас прижмут, попутно на крайний случай замаскировав и подготовив к обрушению единственный видный глазу вход. У входа и за пределами по-прежнему стояли дозорные, но не в таком большом числе, как ранее.

Созвав командиров и меня в том числе, Танни-Хулм-Касим создаёт из доступной земли стол, на нём расстилает карту, пальцем указывая в каракули, напоминавшие лес. Там были мы. Потом показывает на замок, где, по её предположениям, армия людей. Потом – на замок в противоположной стороне карты, что был в разы больше человеческого и принадлежал эльфам. Из-за быстрого продвижения вдоль дорог, из-за неожиданно низких потерь, которые изначально закладывались в миссию, мы оказались там, куда по предположениям должны были дойти и вернуться. Вокруг начинаются лесные селения – мелкие и покрупнее, с амбарами, запасами, «налогоплательщиками». Уменьшив число которых, мы могли знатно пощипать нервишки Лесному королю. Конечно же, при условии, что этому самому королю не похуй на этих жителей. А ему, со слов Эрлины, вообще на всех, кроме себя, насрать.

Капитаны обсуждают, в какую сторону идти, как глубоко пройти, кого атаковать, кого щадить. А я молчу и жду, когда они наконец-то наговорятся. Рано или поздно всё равно ведь спросят: «А что предложит Гнилой?»

И наконец-то этот момент наступает. Сам, ебать его мать, Шип дал мне слово, и я тут же пальцем ткнул в королевский дворец.

Шип оскалился своей ломаной, похожей на тигриный оскал улыбкой.

– Насрать на пороге эльфийского короля! Ха-ха! Да, такого люди ещё не делали.

Я всё так же молчу, лишь улыбаясь, позволяю им самим всё дофантазировать, допридумывать. Я нихуя не понимаю, сколько тут идти, куда идти, через что придётся пройти, чтобы добраться. Знаю одно:

– Туда нам надо. – Ещё раз пальцем стучу по «иконке» эльфийского дворца, вызывая задумчивость на лицах авантюристов.

Королева песчаных цокнув языком отрицательно кивает. На такой риск она не хочет идти.

– Согласен с Манквай, – говорит Эдгар Райдфор. – Покой города и крепости Короля леса охраняют К… Нет… – Поправил себя капитан. – Корни Корн ведь далеко от трона. Тайны древних библиотек и сам дворец лишены былого величия, стражи, одним своим видом вселявшей ужас. Ванадис, вы знаете, кто мог бы заменить Корни у престола Лесного короля?

Эльфийка, державшаяся рядом, кивнула.

– Такие же животные, как и сам король. Парнокопытные, из старой черни. Сильные и в то же время медлительные – не чета Корням. Даже десяток их не стоит одного эльфийского лука. – Категорично заявляет лучница, и риторика с взглядом королевы песчаных меняется. Чувствуя это, колеблясь, эльфийка внезапно выдаёт:

– Под столицей есть древние катакомбы. Давно, даже для меня, в них держались пленники знатных семей. Матери и дети главных эльфийских ветвей стали заложниками, коими шантажировали и достигали повиновения у эльфийских семей. Их немного, возможно, они и вовсе мертвы. Но если удача улыбнётся, если удастся спасти хоть кого-то – это поставит точку в лесном единстве, дав эльфам не только шанс сохранить чистую кровь, но и поднять мятеж, свергнуть проклятого Короля леса, посадив на трон друга для человеческой расы.

– Ну ты и загнула… – стоя напротив своего капитана, выругавшись, выдал Кондр. – Где это видано, чтобы авантюристы королей меняли.

– История знает тому множество примеров. – Глядя в глаза эльфийке, заявляет песчаная. – Впрочем, помимо катакомб, королей, в этом городе, лишённом главных стражей, есть ещё кое-что очень ценное.

Эрлина, чувствуя заинтересованность, то, что нас могут провести, за руку довести до её мечты, сглотнула, одобрительно говорит:

– Истинно так. Древние библиотеки таят в себе знания, исходящие от дней сотворения первых эльфов. Храмы, дни возведения которых относят к тысячелетиям правления драконов, хранят артефакты, открывающие путь к молодости и долголетию. Лесное царство доживает свои последние годы. Скоро демоны запада ворвутся в древнейший на материке город, разграбят его. Так почему бы нам не сделать это раньше, выкрав всё самое ценного из-под носа предателя и узурпатора?!

Тишина. Гробовая тишина воцарилась за столом переговоров. Капитаны смотрели друг на друга, на свои команды, на нас, пытаясь каждый для себя сделать правильный выбор. Нихрена – никто не возьмёт на себя ответственность за всех и сразу. Нужно подтолкнуть их.

– Гнилые! У нас тут миссия, в ходе которой наши имена впишут в Летопись золотых веков как «отряд, ограбивший Лесного короля». Кто готов рискнуть жизнью ради славы и наживы? – Полная театральщина, постановка в постановке. Я знал ответ своих, а те знали, что не мне, а другим нужно слышать их мнение.

Первой руку подняла эльфийка. «Я предложила, а значит, я не могу отказаться!» – искусно прячется за храбростью и честью голубоглазая сумасшедшая.

«А я не прочь слегка омолодиться. Всё же война забрала слишком много сил и здоровья» – подняла руку Тайгрис.

«Куда ты – туда и мы, капитан» – одновременно подняли руки Деструксия и Ирма.

Кая так же подняла руку, не сказав ни слова.

Замялась Алисия. Лгунья из неё так себе. Она смотрела на Каю, смотрела и на тех, кто теперь был причислен к нашему отряду. Больше других она заботилась о них: усиливала, когда мы бежали вдоль дорог, лечила от ран и мозолей их ноги на привалах. Может, даже из-за них она мешкала. И забота эта – её личная, милая черта. С поднятой рукой Алисии, подтолкнув новеньких, парни так же подняли руки.

В ответ на такое раздался смех Кондра. Напомнив всем о давней традиции – в спорный момент решать всё командно, – тот обратился к капитану со словами: «Его отец, Антиох, давным-давно спас меня и помер. Я задолжал ему и потому отдам долг через мальчишку». С воином Коми поднял руку и другой – видимо, тот, кто был с ним в хороших отношениях.

Затем руку поднял мой песчаный друг Датин-Шар-Асхи, потом поднял и новый друг из «Шипа» – Бабун. А там уже по цепочке… Коротышка-волшебница из «Засухи». Потом и сам капитан «Авангарда Коми». Благородно произнеся, что ему будет стыдно отказаться от задания, в которых не боятся рисковать жизнями авантюристы А и В-ранга.

В конце концов даже Шип поднял руку, уставившись на королеву Манквай. Она капитан, она глава, и не она санкционировала голосование, а значит, может его и отменить, послав к чертям все наши потуги, решения, бравые речи. Всё зависело от её благородства и взглядов на сложившуюся ситуацию.

– Капитаны всех отрядов, большинство авантюристов всех групп сказали своё слово, – голосом величественным, спокойно произносит капитан «Авангарда Коми» Эдгар Райдфор. – Но последнее слово за тобой, Манквай.

– Я не позволю демонам заполучить артефакты эльфов, став ещё сильнее, – говорит Танни-Хулм-Касим, после чего поднимает руку. Капитан принял решение. – Каждый из нас преследует свои интересы. Ситуация неприятная, опасная – мы идём в столицу эльфов грабить и убивать. Потому каждому, переступив через гордость, ложь, все испытываемые низменные пороки, придётся озвучить свою желаемую цель. Так мы сможем разработать план, включив в него интересы всех присутствующих, оценив риски и вычеркнув слишком рискованные задачи. К примеру, мне нужны боевые артефакты. «Авангард Коми» хочет сопроводить слабое звено. А какие планы у этого слабого звена? Чего ты ждёшь от этой миссии, Антилох?

Она спросила серьёзно, и я серьёзно ответил:

– Убить Короля леса.

Выпучив глаза, с немым «Ты чё несёшь, долбаёб, зачем признался?!», на меня оборачивается и таращится Эрлина. Смолкли все голоса за столом и его пределами. Люди в ахуе таращатся до тех пор, пока тишину не разорвал смех Кондра. Громкий, хриплый, звенящий в ушах, чуть ли не истеричный смех, что тут же подхватили бойцы «Шипа» с другими авантюристами. Они не поверили, не собирались верить – ведь это для отряда вроде моего, не являющегося S-рангом, не имеющего бойцов, соответствующих этому уровню, попросту невозможно.

Оценив мою «шутку» по достоинству, угомонив ржущих на всю пещеру, «Чёрный шип» предлагает простым бойцам расслабиться этой ночью, иссушить часть трофеев, собранных нами за долгое опасное странствие, выспаться. Сегодня капитаны займутся разработкой нашего общего будущего, до утра будут обсуждать стратегии, тропы, а после – возможно, и следующий день и ночь – обмозговывать. У нас появилось немного свободного времени. В тепле, покое, казалось бы, отличная возможность перевести дух, ни о чём не думая, зачилиться.

– Эй, Гнилой, чего разлёгся? – когда люди стали расходиться и даже пьянствовать, позвала меня со стороны стола Танни-Хулм-Касим. – Или ты уже не капитан в своём отряде? Сюда иди. – Добавила златокожая.

Блять, покой нам только снится.

Поднявшись, лениво бреду к столу, у которого, прихватив за куртку, королева пододвигает к себе. Капитаны слегка в шоке – всё выглядит так, будто она меня сейчас либо бить начнёт, либо страстно засосёт. Причём, судя по гневному лицу, второе маловероятно.

– Скажи-ка мне, пожалуйста, твои слова об убийстве Лесного короля – это и вправду шутка? – Тут стало не до игры в гляделки. Эта бабища старше, выше, сильнее физически и магически, а ещё опытнее. Отпиздеться на похуях, как планировал изначально, не получится, особенно сейчас, когда все командиры внимательно следят за нами и слушают. На самом-то деле я и ответа на этот вопрос про себя не проговаривал, не думал, что тема зайдёт так далеко. Придётся импровизировать.

– Как и сказала Ванадис, под столицей есть катакомбы. В них возможно есть мятежные эльфы и наши потенциальные союзники. С тем, что я видел в человеческом войске – как безрассудно и глупо короли хоронят армию, пытаясь доказать окружающим то, что доказательств не требует, – людям никогда не взять крупный город и тем более столицу. Умоемся кровью. В то же время есть демоны, о мощи, тактике и силе которых мне неизвестно ничего, кроме того, что у них всего один король. Один король, одно войско – в силы которого по захвату и порабощению лесных народов я верю больше, чем в успех королей из людских земель. – Мои слова вызвали солидарность во взглядах, немое молчание, требовавшее меня продолжить. – Не забывайте, как много сильных бойцов погибло в противодействии Корням Корн. Демоны этого смогли избежать. Люди штурмом берут собственные города, отвоёвывают их, ещё толком не ступив на земли эльфов. А демоны с первых дней войны начнут захват территорий, оккупацию и продвижение с удержанием чужого, а не отвоёвыванием своего. Как ни посмотри, их подлый удар во фланг обречён на успех больший, чем тот, который могут развить люди. Нам нужно посадить на трон выгодную нам эльфийскую фигуру – того, кто будет нам должен. И вместе объединиться против демонов. Так эльфы останутся у нас в долгу, обязательно отплатят за помощь. А с демонами… с ними мы поступим точно так же, как они поступили с людьми, и оторвём у них кусок земель повкуснее.

Когда я закончил, капитаны всё так же молча, повиснув над картой, стояли и смотрели на меня своими суровыми взглядами.

– Уважаемый Антилох, – говорит капитан «Авангарда Коми» с голосом, слегка растерянным. – Мы все в затруднительном положении. Где мы говорим об успехе заданий, личной выгоде, вы размышляете об успехе военной кампании и будущем трёх королевств. В рассуждениях ваших я вижу образованного, обученного аристократа, и глаза мои, как и разум, в смятении – ведь видят совершенно противоположную картину. Признайтесь, Антилох, интересы какого из человеческих королевств вы прибыли сюда представлять?

Я смотрю на него, он на меня, я на них, они на меня. Будь мы в пустыне, по столу в этот момент пробежалось бы перекати-поле. Стоило бы по-тупому оправдаться, отшутиться, но раз уж на то пошло, раз уж они так сильно во мне заинтересовались, слушают – надо дожать!

– Короли, королевства, лорды, знать и титулы – всё это не имеет никакого значения там, где мы с вами сейчас находимся. Капитаны, вы элита человечества. Каждый – как боевая машина, как крепость и в то же время таран, способный проломить любые ворота. В ваших руках судьба мира, и всем нам лучше подумать о том, как быстрее этого самого мира достичь. Остальное считаю неуместным.

Вновь тишина. А напротив меня у Шипа от произнесённых слов аж волосы щетиной из тысячи игл встали, гуськом по коже. Он кивает и лыбится, глядя на меня. А в конце, удивив всех, ударом кулака раскрошив часть песчаного стола, заявил:

– Моё имя… имя Чёрного Шипа обязательно окажется вписанным в книги! Сделаем это.

Глава 7

После двухдневного отпуска мы с трудом покидаем место нашего отдыха. Произошедшее у дороги разворошило улей, но мы отошли достаточно далеко, углубились в земли ушастых, и именно это спасло нас от более тщательного поиска. Нас буквально чуть не задел по касательной отряд лесных разведчиков, шедший с юга на север. Как и говорили капитаны, эти идиоты слишком сильно верили в защиту своих границ и в то, насколько слабы и беспомощны люди, заходящие в их леса. Раз за разом одна и та же ошибка: они ищут убегающих, даже не предполагая, что мы продолжаем путь в глубь их территорий.

План диверсии в самой столице становится приоритетом. От дальнейших шалостей на дорогах, фортах и крепостях решено отказаться ради сохранения максимальной численности боевого состава. Последующий путь – в режиме стелс, без сражений и почти без грабежей. Война войной, но в вопросах, касающихся алкоголя – его обязательной составляющей, необходимости, словно воздуха, – даже жёстким и серьёзным капитанам пришлось пойти на попятную, уступив бойцам.

Проведя двое суток в пути, выйдя на границы деревни, ребята «Шипа» без разбоя и убийств, с подачи Эрлины, знавшей уклад и повадки эльфов, устроили вылазку к дереву «главы рода». S-ранг есть S-ранг – без сучка и задоринки обчистили родовое древо, вынесли весь «нектар», а с ним, буквально ограбив ушастых, несколько связок сухих колбас. Кому-то в деревне влетит по первое число за такую «шалость».

В хорошем настроении, поделившись со всеми куском сухой, пальцем пиханной колбасы, мы продолжили путь через древние пущи, что с каждым днём выглядели всё величественнее. Многие деревья имели вокруг себя старые, прогнившие, дырявые винтовые лестницы, дупла в виде окон, казавшихся бойницами древесных крепостей. Их обходили с опаской, под постоянный бубнёж и приговаривания Эрлины о том, что это когда-то было домом чистокровных, а теперь – мрачное напоминание о том, как много жизней потерял лес. Эрлина хандрила, я радовался: благодаря их неудачам теперь мы могли пройти эти территории насквозь, не опасаясь быть обнаруженными. Целые лесные поселения заброшены, местами встречаются скелеты со следами проломов на черепах. Не своей смертью умирали здешние жители, и не просто так грустила об этом полукровка. Её история, рассказ о своём прошлом, в моих воспоминаниях звучал всё менее правдоподобно. Будет ли хоть одно правдивое слово в том, что она рассказала о себе? Вряд ли. Наверное, всё от начала и до конца вымысел, кроме её истинных чувств и желания мести. Надо же было влюбиться в такую лгунью, чувствуя себя собачкой, идущей за ней, глядя на эти золотистые локоны, худощавую симпатичную фигуру, румяные щёчки и глаза, как морозное, чистое синее небо.

Оглянувшись на меня, Эрлина внезапно улыбнулась, и улыбка её наполнилась нежностью и добротой.

– Хватит на меня так пялиться, Антилох. – В очередной раз доказав, что имеет глаза на затылке и буквально, сука, читает мои мысли, словами сделала зиму чуточку теплее полукровка. Для неё я словно открытая книга, правда на английском языке…

Спустя полдня вышли ещё на одну деревню. Отряды разведки выдвигаются во фланги в поиске обходных путей. Всё как всегда, ровно до того момента, как в небе, жужжащим роем с запада, появились твари, очень напоминавшие гигантских ос. Маневрируя меж огромных стволов деревьев, крыльями сбивая снег с лапин и листьев, они целенаправленно двигались к деревне и вскоре, пикирующим роем, сея крик и панику, обрушились на селение.

– Шершни Санк-санр-Хасс, – говорит один из Манквай. – У них нюх как у собак. Они ударят и по нам!

С холма вижу, как в дом, вырубленный в сплетённом гигантском пне, забегают дети. Вижу, как не успевших за ними родителей подхватывают жалами, а после жвалами в воздухе разрывают на куски гигантские твари. Но это не конец: облепив пень, они начинают прогрызать его, стремясь вытащить и уничтожить всё, до чего способны дотянуться. Надо бы закрыть глаза, пройти мимо или попытаться спрятаться от них.

– Гнилые, за мной! – Кидаюсь вперёд, скользя по холму вниз. Вижу справа от себя Эрлину, слева – Каю, за нами новички, а впереди в небе полыхнули языки пламени. Картечью из фаерболов пролетела магия Деструксии, за ней, рассекая снежинки, – магия Ирмы.

– Вперёд, капитан! Тайгрис защитит магов! – поддерживает Кая, и мы врываемся в этот жужжащий хаос, в самый рой облепивший землю.

Свистят стрелы эльфийки, закрывая подходы к нам. Расплетаются косы серебристых магических нитей Каи. Облетая которые, сверху на нас налетают шершни, и в следующую секунду, разрубленные воздушными серпами, сыплются на нас отдельными кусками.

– Всем спрятать лица! – командую я. Каждый из моей группы накидывает капюшон, используя все доступные средства: кто повязкой, кто маской – скрывают лица. Толпой, от дома к дому, разбираемся с насекомыми, отвоёвываем пень, затем древесный ствол. Несколько метко брошенных копий пригвоздили шершней к деревьям, лишив меня возможности и дальше разбрасываться метательными снарядами, вынудив взяться за меч, которым хуй до кого дотянешься. Вся работа ложится на стрелков и мага поддержки, решившего кинуться за нами вниз. Другие S-ки, пошедшие вдоль, не торопились к нам на помощь, а мы, собственно, и не рассчитывая на это, успешно отражали налёты огромных бело-золотистых мохнатых существ, каждое из которых размером примерно метр сорок на полметра. Эрлина била точно – лишь колчан пустел. Поддерживали нас и маги сверху, оставляя нам редкие единичные экземпляры.

Один из шершней, пробив двери, ворвалась в тот самый пень, где прятались дети. Сука…

– Эрлина! – рявкнул я, указав рукой.

– Поняла! – Подсев, в сантиметрах от лица пропустив жало, проскочила под нитями Каи полукровка. Ловкая, быстрая и гибкая, закинув лук за спину, обнажив клинки, заскакивает в дом. Сквозь безумное, окружавшее нас жужжание доносятся звуки боя, лязг металла, детский крик, от которого у меня аж сердце сжалось. Существ вокруг становится всё больше. Мы медленно, отражая нападки разрозненных тварей, пятились к пню. И вскоре оттуда, с колчаном, полным стрел, и мелкой девчушкой, держащей в руках ещё один колчан, показываются Эрлина с «помощницей».

Стрела за стрелой, существо за существом – разя без промаха, наверняка, вошла в азарт ушастая. Помогая ей, из других, более человечных домов и лачуг, расстреливая из окон и крыш существ, выходят на помощь местные жители. Большая часть – с луками, кто-то с топором, кто-то со щитом, кто-то с дрыном. Они отбивались, забаррикадировавшись в своих домах и за их пределами. Самые отважные, выбежав на улицы, отбивали трупы сородичей, поедаемых шершнями.

Эти насекомые оказались упёртыми – в них не было страха. Они нападали, стремились убивать до тех пор, пока видели врага, пока последняя из жужжащих тварей не пала замертво, сражённая воздушным серпом поставившей точку Ирмы. Никто из S-ок так и не пришёл к нам на помощь, хотя мы видели их, видели, как они расставились вокруг деревни, наблюдали, ожидая и думая: «А надо ли это нам?»

Из минусов нашей вылазки – один из помощников, не сумевший увернуться от выплюнутого в него яда. Ему обожгло часть лица и плеча. Лицо защитила маска, а плечо моментально исцелила Алисия. Мы готовились убегать, оставив на местных разборки после случившегося, но сбежать не дали выбравшиеся с хвалебными одами в наш адрес местные жители. Вокруг трупы, а они радуются, машут нам, окружают, кричат что-то на неизвестном языке. Проверяю взглядом свою команду: маги ушли с холма, скрылись, ребята вокруг спрятали лица, по-прежнему с накинутыми на головы капюшонами. Всё так же молча, жестом руки велю им уйти в сторону холма. Кивком, сохраняя молчание, расталкивая жителей. Отвечать может только Эрлина, и на неё я оставляю общение, лишь толкнув в плечо, указывая на то, что надо уходить. Поторопиться, а то, как бы наши друзья не зачислили нас в предатели и не спросили потом за общение и спасение аборигенов.

Мы уходим. Полукровка успокоила местных на родном им языке, вызывая улыбки поверх слёз, слыша благодарности, получает в спину хвалебные оды. За которыми при встрече с капитанами нас едва не разъебали за самодеятельность. Спасли лишь Манквай, озвучившие, насколько сильным чутьём обладали эти шершни и что мы были бы следующими целями. Так же эльфийка отметила: наших лиц не видели, селение спасено, они поверили в то, что «мы силы самообороны леса», и в ближайшее время никто из их деревни и не подумает куда-либо бежать, звать на помощь, ведь они знают, что якобы Лес о них и их беде знает. Мы можем спокойно идти дальше, разбирая вопрос: откуда тут взялись эти самые шершни? Существа магические, легко берущиеся под контроль, и при этом с возможностью контролировать их на ограниченной дистанции. Деструксия с Ирмой из-за нашей импровизации забыли проверить «лётное» пространство на магию контроля. Это стало ошибкой, которую не только наши, но и маги других отрядов совершили совместно и дружно, каждый из которых за это получил нагоняй от своих капитанов. Слишком неожиданный налёт, слишком внезапное наше вмешательство. Все готовились помогать и спасать нас, а дальше… думать на шаг вперёд… В общем, ошибка. Не подумали ребятки, поставив нас в очень неудобную позицию. С одной стороны, если это случайность – то всё хорошо. С другой – это означало наличие в лесах сильного укротителя с запада. И исходя из наличия западных магов, мы могли прийти к выводу, который напрашивался сам собой: армия демонов с запада уже продвинулась настолько далеко, что, используя вот таких контролируемых существ, в дальнейшем могла совершать налёты на человеческие караваны и отряды снабжения. Продвигаясь дальше, обсуждая эти мысли с Шипом, с Эдгаром Райдфором, слышу одобрительные слова в сторону моих предположений. Всё сильнее они загорались целью разграбить эльфийскую сокровищницу раньше демонов, всё жарче пылал внутри них азарт, и всё быстрее мы шли к городу.

За спасённой деревней, в полу дне пути, наши разведчики, сделав небольшой круг, решили уточнить, только ли это селение подверглось нападению. Ещё на подступах, обнаружив остатки местных жителей, порубленных шершнями, они отказываются от плана подходить к другой деревне, и мы делаем крюк. Нет, не мы одни такие «счастливчики». И тем, кто остался в глубине леса без защиты войск и авантюристов, можно лишь посочувствовать. Силы запада всё ближе. И нам очень хочется обогнать их, втиснуться раньше, чем две армии сойдутся в битве, в которой мы окажемся между двух огней.

Проходят ещё сутки в пути. Селения лесные встречаются всё чаще. Жестокостью, военной необходимостью разведчики «Шипа» ловят и казнят спалившего наше перемещение охотника. Эльфы – чистокровная редкость, и тем печальней стало видеть труп с зайчиком, подвязанным к поясу Эрлине. Простой охотник. Кровь его на наших руках. Таков мир, таким его создали те, кто его населяет. Присев, срезал с пояса тушку, кинул нашим. Мясо есть мясо – мёртвому оно уже ни к чему.

Мы идём дальше. Эльфы не имели крупных городов. Роща священна. Гигантские деревья, как многоэтажки, на километры заснеженной зелени вокруг. Лишь изредка встречающиеся укрепления, обустроенные как раз вокруг таких гигантских деревьев. Именно укрепления отличают простое селение от форта, крепости, что так же пряталась в листве и прочных, толстых стенах, защищавших себя прочной корой древесных гигантов. Глядя на эту архитектуру, резьбу по живому стволу, уже представлял себе деревянную столицу эльфов, уходящие в небеса древесные стены, толпы красивых, златовласых эльфов и прекрасных эльфиек, защищающих одну из древнейших цитаделей, существующих тысячи лет на грешной земле.