Текст книги "Первая психологическая помощь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pervaya-psihologicheskaya-pomosch-96300.jpg)
Автор книги: Гай Винч
Жанр: Зарубежная психология, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Показания к применению: назначается только для конкретных целей – для приглашения на свидание, завязывания знакомства, устройства на работу, подачи заявления на участие в образовательных программах или во время «холодных звонков».
Предупреждение: это лекарство сопровождается чувством сильного дискомфорта, поэтому необходимо использовать его бережно и рассудительно. Ваша самооценка должна быть готова к многочисленным «небольшим» отвержениям.
Действие: повышает устойчивость к отвержению в будущем и, следовательно, притупляет душевную боль и уменьшает ущерб, наносимый самооценке.
Когда необходимо обращаться к специалисту
Применение средств первой психологической помощи уменьшает боль, причиняемую каждой из четырех ран, которые наносятся отвержением, и минимизирует риск долгосрочных психологических осложнений. Лечение старого отвержения тоже бывает полезным, потому что оно способно направить нас по пути исцеления и выздоровления. Однако иногда отвержение причиняет столько страданий, что одной только первой помощи недостаточно, чтобы исправить его психологические последствия.
Если отвержение, которое вы пережили, было очень болезненным (например, вас отвергла вся ваша семья или община из-за вашей сексуальной ориентации или религиозных убеждений) или вы регулярно сталкивались с отвержением в течение длительного времени, вам стоит обратиться за советом к профессиональному психологу. Если вы применяли описанные здесь средства, но ваша эмоциональная боль не прошла, самооценка не поднялась, а общение с людьми по-прежнему кажется слишком рискованным, вам необходимо записаться на прием к специалисту. Если вам сложно контролировать свой гнев и агрессивные импульсы либо вы хотите причинить вред себе или другим, немедленно свяжитесь с психологом или обратитесь в ближайший пункт первой помощи.
Глава 2. Одиночество
Слабость «социальных мышц»
С каждым годом наш мир становится все меньше. Социальные сети помогают нам поддерживать связь с десятками и даже сотнями друзей. Сайты знакомств позволяют выбирать из тысяч потенциальных партнеров, с которыми мы можем переписываться, сидя дома на диване. Один клик мышкой – и вот мы уже общаемся с человеком, находящимся на другом конце земного шара, который разделяет наши интересы и увлечения. Но в эпоху глобальных коммуникаций число людей, страдающих от одиночества, велико как никогда.
Согласно данным американской переписи населения за 2010 год, 27 процентов домохозяйств состоят всего из одного человека. Эта группа превосходит по численности все остальные (например, домохозяйства, состоящие из одного или двух родителей с детьми). Конечно, не все, кто живет один, действительно одиноки. Кроме того, не все одинокие люди живут одни. Многие из нас страдают от этого «недуга», несмотря на то что состоят в законном или гражданском браке. На самом деле жизнь с другим человеком под одной крышей, с которым у нас мало общего, часто только подчеркивает нашу эмоциональную изоляцию.
Одиночество определяется не количеством наших связей с другими людьми, а их субъективным качеством, нашей собственной верой в то, насколько мы одиноки – социально и эмоционально. Несмотря на то что в наших адресных книгах записаны телефоны множества случайных знакомых, мы все равно можем страдать от нехватки настоящих друзей. Некоторые из нас имеют достаточно верных товарищей, но переживают из-за отсутствия спутника жизни. Не исключено, что каждый день мы проводим в окружении коллег по работе, с которыми поддерживаем сугубо деловые отношения. Возможно, судьба подарила нам прекрасных родственников, но жизнь разбросала их по свету. Те, кому посчастливилось дожить до преклонного возраста и сохранить умственное и физическое здоровье, могут испытывать острые приступы одиночества, наблюдая, как из жизни уходят их друзья и родные.
Что общего между одиночеством и курением
Трудно быть счастливым и довольным жизнью, не имея рядом близких людей. Но хроническое одиночество лишает нас не только счастья. Помимо эмоциональной боли и тоски, которые вызывает одиночество, оно ассоциируется также с клинической депрессией, суицидальными мыслями и поведением, враждебностью и расстройством сна.
Что еще важнее, одиночество отрицательно влияет на общее состояние здоровья. Оно нарушает функционирование сердечно-сосудистой системы (что приводит к повышению артериального давления, а также индекса массы тела и уровня холестерина), эндокринной (повышенное содержание гормона стресса) и даже иммунной систем. Для иллюстрации воздействия, которое одиночество оказывает на наше телесное здоровье, будет уместным упомянуть об одном исследовании. Оно показало, что из числа учащихся колледжа без особых проблем со здоровьем худшую реакцию на вакцину от гриппа демонстрируют одинокие студенты. Одиночество также снижает наши умственные способности, мешает правильно принимать решения и объективно смотреть на вещи, ухудшает концентрацию внимания и даже ускоряет развитие болезни Альцгеймера.
Кого-то это шокирует, но в долгосрочной перспективе одиночество влияет на наше здоровье точно так же, как курение, отнимая годы жизни. Но, если упаковка с сигаретами содержит предупреждение о риске для здоровья, мало кому известно, какой вред причиняет ежедневное употребление двух «пачек» социального одиночества. Вдобавок ко всему мы не чувствуем необходимости как можно скорее его бросить и не заботимся о лечении своих психологических ран.
Одиночество заразительно
Недавние научные исследования предоставляют в наше распоряжение еще один мотив, который должен побудить нас как можно скорее залечить раны, нанесенные одиночеством. Оказывается, одиночество заразительно! В ходе одного исследования изучалось, как одиночество распространяется в социуме в течение определенного периода времени. Ученые обнаружили, что одиночество распространяется по схеме передачи вирусных заболеваний: люди, контактировавшие с одинокими индивидами в начале исследования, имели больше шансов стать одинокими к его окончанию. Кроме того, вероятность «инфицирования» определялась степенью близости одинокого и не одинокого человека. Испытуемые, находившиеся в тесной связи с одинокими людьми, впоследствии сами нередко становились более одинокими, чем раньше.
В частности, ученые установили, что одинокие люди постоянно оттеснялись на периферию системы социальных взаимоотношений, где их одиночество только усиливалось. Близкие отношения с этими людьми повышали вероятность того, что и неодинокий человек со временем окажется на периферии. Особенно тревожно то, что «инфекция» передавалась даже людям, находящимся за пределами непосредственного круга общения одинокого человека, то есть по всей сети социальных связей. Эти исследования пролили свет на то, почему число одиноких людей растет настолько стремительно.
К сожалению, несмотря на заразительность одиночества и его реальную опасность для здоровья, оно по-прежнему входит в число психологических травм, на которые мы не обращаем внимания. Лишь немногие из нас понимают важность лечения психологических ран, наносимых одиночеством. Еще меньше людей знакомы с эффективными методами их лечения.
Психологические раны, наносимые одиночеством
Учитывая то, какую опасность одиночество представляет для нашего физического и умственного здоровья, мы должны сделать все возможное, чтобы поскорее вырваться из его когтей. Однако существуют два фактора, которые усложняют эту задачу. Во-первых, одиночество делает нас более критичными по отношению к самим себе и окружающим людям; из-за него мы слишком строго судим своих друзей и знакомых, что отрицательно сказывается на отношениях с ними. Во-вторых, мы сами не замечаем, как по вине одиночества растет наша склонность к саморазрушительному поведению, которое еще больше снижает количество и качество наших социальных связей. В результате волокна, из которых состоят наши «социальные мышцы»: социальные и коммуникативные навыки, умение смотреть на вещи с позиции другого человека, способность сопереживать и понимать чувства других – становятся слабыми и подводят нас тогда, когда мы больше всего в них нуждаемся.
Надо отметить, что мы не виноваты в своем одиночестве. Оно не является мерилом нашей социальной «привлекательности». Но независимо от обстоятельств, которые его вызывают, одиночество провоцирует ряд психологических реакций, увеличивающих продолжительность и порой даже глубину наших страданий. Зачастую эта динамика скрыта от наших глаз, поэтому важно всегда сохранять объективность суждений. Возможно, мы уверены в том, что предприняли для изменения своей ситуации все возможное и что совершенно точно не делаем ничего такого, что усугубляло бы ее. Тем не менее готовность признать тот факт, что мы сами себе вредим, может помочь найти выход из затруднительного положения. Конечно, сложно всегда сохранять объективность, постоянно поддерживать в себе готовность смотреть на вещи с разных точек зрения и брать на себя эмоциональные риски, но это необходимые условия излечения от одиночества.
1. Болезненные ошибки восприятия: почему мы чувствуем себя невидимками, в то время как наше одиночество видно всемЛюди сообщают психотерапевтам множество негативных вещей о самих себе. Но далеко не всем хватает смелости признаться в том, насколько они одиноки. Одиночество несет на себе клеймо позора и сопряжено со значительной долей самокритики. Свыше 40 процентов взрослых рано или поздно испытают одиночество и будут винить в этом самих себя. Действительно, одна из самых серьезных ран, наносимых одиночеством, заключается в ошибочном взгляде на собственную личность и других людей. Мы слишком строго судим себя и окружающих.
Лайонел, ветеран Второй мировой войны, награжденный большим числом медалей за храбрость, несколько лет назад пришел ко мне по совету своей дочери – социального работника, которая жила за городом и беспокоилась по поводу усиливающейся социальной изоляции своего отца. Лайонел жил один (его жена к тому времени уже умерла), и, хотя дочь каждый день общалась с ним по телефону, их разговоры были, как правило, непродолжительными: Лайонел считал, что «телефоны служат для назначения встреч, а не для пустой болтовни!» Я быстро понял, что Лайонел не любит болтать попусту или как-то иначе, и поначалу это затрудняло нашу работу. Например, вот что вышло из моей попытки установить степень социальной изоляции Лайонела.
– С кем еще вы постоянно общаетесь, кроме дочери?
– С домработницей. Она приходит два раза в неделю, убирает и готовит.
– Расскажите, о чем вы с ней беседуете.
– Она докладывает мне о том, что сделала. Я оставляю деньги на столе.
– А что насчет других членов семьи?
– У меня только дочь.
– А боевые товарищи или бывшие коллеги – вы поддерживаете с ними связь?
– Нет.
– Почему?
– Потому, что они уже умерли.
Я решил не выражать соболезнований, а лишь сочувственно кивнул. Мои дальнейшие расспросы привели к одному открытию. Как оказалось, Лайонел все же не был полностью исключен из социальной жизни: он являлся членом шахматного клуба. Каждый вторник он надевал пиджак, галстук и шел в дом престарелых, чтобы сыграть несколько партий. К сожалению, шахматы способствуют общению не больше, чем пасьянс. Конечно, они требуют участия двух игроков, но разговор во время игры – признак дурного тона, потому что он мешает концентрации внимания.
– Вы постоянно играете с одними и теми же людьми? – поинтересовался я.
Мне было любопытно, встречаются ли завсегдатаи клуба вне его стен.
– В основном.
– Вы встречались с ними где-то еще?
– Им это не интересно.
– Откуда вы знаете?
– А почему они должны хотеть со мной общаться? Мне ведь уже восемьдесят!
Однако я усомнился в том, что Лайонел назвал истинную причину. Все-таки клуб создавался специально для пожилых людей. Вряд ли другие игроки были намного моложе.
– Вам восемьдесят, а им…
– Не интересно.
– А друг с другом они общаются?
– Иногда.
– Неужели они никогда не приглашали вас провести с ними время?
– Им это не интересно!
Лайонел был убежден, что другие, «более молодые» члены шахматного клуба отвергнут любые попытки завязать с ними дружбу. При этом у него не было доказательств своей правоты, поскольку он никогда не обращался к ним с подобными предложениями. Тем не менее Лайонел был решительно настроен на то, чтобы любой ценой избежать разочарования и отвержения. Он приходил в клуб прямо перед началом игры, а после ее окончания немедленно покидал зал. Он ни с кем не заговаривал, проводя короткие перерывы в углу за чтением книги. Другими словами, он не давал своим одноклубникам никакой возможности узнать его лучше.
Когда я познакомился с Лайонелом, он страдал от одиночества на протяжении целого ряда лет, так что саморазрушительное поведение успело стать частью его личности. Не будем забывать, что одиночество очень быстро искажает восприятие нами социальных ситуаций. Например, после того как ученые попросили студентов вспомнить ситуации, когда они чувствовали себя одинокими, их оценка нынешних отношений с людьми ухудшилась; кроме того, они вдруг стали более робкими, тревожными, их настроение и самооценка упали, а оптимизм частично сменился пессимизмом.
Одиночество также заставляет нас строже судить окружающих и оценивать свои отношения с друзьями и родными в более негативном свете. В ходе еще одного исследования ученые снимали на камеру разговор студентов с кем-то из друзей, после чего их просили оценить качество общения и отношений в целом. Одинокие испытуемые оценивали взаимодействие с друзьями и качество дружбы куда негативнее, чем неодинокие учащиеся. Затем участникам показали те же самые записи спустя неделю. Люди, не страдающие от одиночества, остались при своем мнении, а вот оценка одиноких студентов еще больше ухудшилась.
Лайонел считал, что члены шахматного клуба игнорировали его и исключали из своего круга общения, поскольку он был для них невидимкой. Однако трагическая ирония одиночества заключается в том, что, хотя мы часто чувствуем себя невидимками, наше состояние, как правило, бросается в глаза. Многочисленные исследования доказали, что «одиночки» легко различимы на фоне окружающих, и, как только на них вешается подобный ярлык, отношение к ним ухудшается. Одинокие люди часто воспринимаются как менее привлекательные и даже менее умные, чем неодинокие (физическая привлекательность не гарантирует защиты от одиночества; мужчины и женщины с красивой внешностью могут привлекать большее число людей вначале, но низкое качество их отношений не спасет от одиночества).
Итак, одиночество искажает наше восприятие. Оно влияет на наше представление о себе самих и окружающих, а также очерняет наши отношения с другими людьми. Вдобавок одиночество влияет на восприятие нашей личности окружающими, снижая нашу привлекательность в качестве потенциальных друзей или любовников. Сочетание этих факторов сильно затрудняет сбрасывание плаща «человека-невидимки», а значит, и установление новых отношений или углубление нынешних.
2. Саморазрушительные пророчества: почему отчаянные попытки приводят к неудачамОдиночество часто подкрадывается к нам в переходные периоды нашей жизни. Первокурсники нередко испытывают сильное одиночество, когда приезжают в колледж и оказываются в окружении незнакомых людей, вдали от дома и привычных отношений. Развод, расставание и смерть близкого человека, особенно когда они происходят неожиданно, могут сделать нас легкой добычей одиночества, которое часто сопровождает такие потери. Если коллеги являются главными элементами нашей социальной жизни, потеря работы также будет означать потерю круга общения – как раз тогда, когда мы больше всего нуждаемся в поддержке. Переезды, включая эмиграцию, нередко характеризуются продолжительными периодами одиночества – ведь создание новой сети социальных связей требует времени.
В каждом из этих случаев одиночество покидает нас, когда мы приспосабливаемся к новым реалиям и перестраиваем свою социальную инфраструктуру. Большинство первокурсников колледжей рано или поздно обзаводятся друзьями, разведенные люди обычно начинают новый роман в течение года после расставания (правда, в случае смерти супруга или супруги на это уходит больше времени), поиск работы часто требует знакомства с новыми людьми и возобновления связей с бывшими коллегами, а после переезда мы, как правило, без проблем заводим друзей на новом месте.
Тем не менее иногда одиночество длится гораздо дольше «положенного» периода адаптации. Мы попадаем в его ловушку, парализованные эмоциональной болью, чувством собственного ничтожества и безысходности. Нас переполняет пустота, которая является следствием глубокой социальной и эмоциональной изоляции.
Почему так происходит? Что мешает некоторым из нас вырваться из пут одиночества и вернуться к нормальной жизни?
Ответ на эти вопросы заключается вот в чем: помимо искажения восприятия, одиночество также загоняет нас в порочный круг самосохранения и избегания. В итоге мы порождаем самореализующиеся пророчества и непроизвольно отталкиваем от себя людей, в которых нуждаемся.
Серена, учительница старших классов, с которой я недавно работал, оказалась именно в таком порочном круге, сама того не понимая. Она обратилась ко мне из-за «полного отсутствия личной жизни». Сперва я никак не мог понять, почему она ни разу ни с кем не состояла в серьезных отношениях. Ведь ей было уже за тридцать, к тому же природа наделила ее потрясающей внешностью. Я не сомневался, что она не испытывала недостатка в мужском внимании. Но вскоре я узнал, что внешность Серены претерпела значительные изменения четыре года назад, когда она сбросила больше тридцати килограммов.
«Всю свою жизнь я была толстушкой. Мужчины не обращали на меня внимания и относились ко мне как к пустому месту. Хотя на самом деле меня было трудно не заметить, – добавила Серена с грустной улыбкой. – Сейчас они пялятся на меня, улыбаются, подмигивают, но мне кажется, что ничего не поменялось. Они лишь реагируют на мою внешность и вовсе не интересуются мною как личностью».
Серена отчаянно пыталась найти мужа, но так же сильно она боялась разочарования. Нерешительность и недоверие к сильному полу объяснялись годами отвержения, а страхи делали женщину замкнутой и подозрительной. В результате свидания Серены с мужчинами зачастую проходили напряженно, и лишь немногие из них изъявляли желание продолжать отношения. Отсутствие энтузиазма со стороны потенциальных партнеров только подтверждало опасения Серены, что ее «подлинная суть» им не интересна. При этом она ни разу не задумывалась над тем, что «настоящая Серена» прячется за психологической стеной и никогда не показывается во время свиданий.
Мы попадаем в порочный круг потому, что одиночество подрывает нашу социальную мотивацию. Чувствуя себя беззащитными и оторванными от остальных, мы изо всех сил стараемся себя защитить и свести к минимуму риск негативной реакции или отвержения со стороны окружающих. Поэтому мы относимся к людям с недоверием, подозрительностью, цинизмом и беспокойством, избегая любого сближения. Мы не ждем от общения ничего хорошего, а значит, не стремимся к нему.
К сожалению, чем дольше длится одиночество, тем сложнее нам изменить свое восприятие и поведение, вырваться из порочного круга самоуничижительных мыслей и поступков. Неудивительно, что в конечном счете мы начинаем отталкивать от себя людей, которые могли бы облегчить наши страдания. Расстояние, на котором мы их держим, становится для нас еще одним доказательством собственной социальной «непривлекательности». Поэтому мы чувствуем себя беспомощными жертвами, живущими в жестоком мире, и не понимаем, какой огромный вклад вносим в свое бедственное положение.
3. Атрофия социальных мышц: или пользуемся, или лишаемсяАлбан, успешный топ-менеджер по продажам, пришел на семейную терапию вместе со своей женой Бланкой после месяцев уговоров с ее стороны. «Бланка обвиняет меня в том, что я женат на своей работе, и, наверное, так и есть. Не то чтобы я этого хотел, но по-другому не получается. Бланка злится, что я работаю даже дома, и я прекрасно понимаю ее чувства». Сказав это, Албан обнял жену и подмигнул ей: «Я объясняю ей, что для “другой женщины” ревность – нормальное чувство».
Бланка поспешила высвободиться из его объятий. «Ты знаешь, что это вовсе не смешно!» – возразила «другая женщина». Затем она повернулась ко мне и сказала: «Он рассказывает эту шутку всем своим знакомым, и меня это бесит». Потом она снова посмотрела на Албана, и на ее глазах выступили слезы: «Меня больше всего гложет не то, что ты постоянно отсутствуешь, а то, что, даже когда ты дома, я чувствую себя одинокой. Между нами нет близости, я забыла, что такое романтические отношения. Я совсем одна… А тебе все равно».
Глаза Албана тоже наполнились слезами. «Нет, мне не все равно! – воскликнул он. – И я тоже испытываю одиночество. Но ты все время недовольна, и мне сложно до тебя достучаться. На прошлой неделе я купил тебе цветы и открытку на День святого Валентина, а ты в ответ только накричала на меня». «Потому что ты их мне так и не вручил! – возразила Бланка. – Ты бросил их на стол и побежал проверять электронную почту. Я наткнулась на них через два часа, когда ты уже спал!» «Но я ведь купил их для тебя. Ты всегда говоришь, что главное – это намерение, а теперь сама себе противоречишь!» – парировал Албан. «Ты купил их для меня, но даже не думал вручать. Твое намерение состояло в том, чтобы оставить их на кухонном столе – там же, где ты кладешь деньги для уборщицы!» – выпалила Бланка в ответ.
По мере продолжения их дискуссии мне стало очевидно, что благие намерения Албана не в первый раз заканчивались провалом. Он действительно любил свою жену, но почему-то не умел выражать свои чувства в действиях. Учитывая гнев Бланки и полное отсутствие взаимопонимания, я сделал вывод, что их проблемы начались не вчера.
Когда нам не хватает полноценных отношений или когда они утрачивают глубину, потому что мы не прилагаем достаточно усилий, чтобы ее сохранить, мы теряем навыки, необходимые для поддержания близости. Наши «социальные мышцы» устроены так же, как и физические. Если мы используем их редко (например, не стремимся смотреть на вещи с позиции других людей или проявлять сочувствие) или неправильно, они атрофируются и слабеют.
Проблема в том, что часто мы не осознаем, какими неэффективными стали наши «социальные мышцы». Албан считал, что они работают так же, как прежде, но он ошибался. Да, он вложил свои чувства и потратил время на покупку цветов и открытки, но, оставив подарки на столе и забыв про них, свел все свои усилия на нет.
Пытаясь встать после того, как целую неделю пролежали с гриппом, мы не думаем, что нас подведут собственные ноги и через секунду будем валяться на полу. Но зачастую именно так и происходит. И хотя в подобной ситуации сразу же понимаем, что наши мышцы ослабли, мы редко бываем столь же проницательны, когда речь заходит об атрофии «социальных мышц» – и неважно, сколько раз оказываемся «лежащими на полу». Вместо того чтобы признать слабость своих «социальных мышц», Албан просто посчитал Бланку неблагодарной.
Или, например, когда после продолжительной изоляции мы наконец решаемся пригласить кого-то на свидание, то редко связываем неудачу с утратой «любовных» навыков и ослаблением «социальных мышц». Мы принимаем отвержение близко к сердцу и используем в качестве доказательства своей непривлекательности.
Но даже если мы понимаем, что должны «подкачать» свои «социальные мышцы», то успех все равно не придет сразу. Например, когда Серена осознала, что сама портит свои свидания, она решила изменить подход к знакомству с мужчинами. Но первые несколько попыток были такими же провальными, как и предыдущие, потому что она слишком сильно старалась и кандидаты в мужья чувствовали ее отчаяние.
Социальные навыки – дело наживное, однако многие одинокие люди сталкиваются с серьезной проблемой: как развить «мышцы», которые прежде не использовались. Серена никогда не состояла в серьезных отношениях, а Лайонел крайне редко общался с кем-то, кроме дочери, и в принципе не любил болтать. Албан не умел сопереживать, плохо представлял себе потребности Бланки и не понимал ее чувств, поэтому ему было трудно сделать для нее что-то действительно значимое. От всех этих людей требовалось освоение новых навыков, а также смелость в них упражняться, несмотря на очевидные эмоциональные риски.
Лайонел представлял собой наглядный пример человека, который редко замечает важную социальную информацию. Мне удалось убедить его поближе познакомиться со Стэнли – членом шахматного клуба, с которым он любил играть больше всего, – и выпить с ним по чашечке кофе. Мы обсудили, как важно предварить это предложение одним-двумя замечаниями на тему игры, чтобы слова Лайонела не прозвучали слишком неожиданно. Следующий сеанс терапии начался с того, что Лайонел доложил мне об исполнении моей просьбы.
«Отлично! – обрадовался я. – Он согласился?» «Нет», – коротко ответил Лайонел. «Мне жаль, что так вышло. Он объяснил причину?» – спросил я, пытаясь скрыть свое разочарование. «Все ясно без лишних слов. Он просто жалкий неудачник», – констатировал Лайонел.
Затем он объяснил, что когда-то Стэнли был лучшим игроком в клубе, но затем пришел Лайонел и стал постоянно его обыгрывать. Я огорчился, потому что не знал об этом. Лайонел ничего мне не сказал, поскольку не умел смотреть на мир глазами других. Ему следовало бы знать, что постоянные победы в игре, отказ от общения и чтение книг в уголке во время перерывов заставляли окружающих считать его замкнутым и горделивым человеком. И Стэнли, конечно, доставалось от него больше всего.
Понимание чувств и потребностей другого человека – важная предпосылка настоящей дружбы и эмоциональной близости. Когда эти социальные навыки слабеют, мы теряем способность правильно истолковывать мысли и чувства окружающих, в результате чего наши усилия идут прахом.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?