Читать книгу "Отшельник"

***

В моих видениях, как прежде, я просто наблюдать, я ничего не могу изменить.

Под куполом цирка идёт оживленная давка, люди спешат на свои места и оживлённо обсуждают выступление животных. На арену выходит ведущий и просит всех рассесться по своим местам.

– Уважаемые дамы и господа! Просим вас занять свои места, сейчас будет выступление, которого вы не видели раньше. Выступление, которое заставит биться ваши сердца, в унисон с барабанами! – начали медленно бить в барабаны два медведя по краям арены. Люди восхитились. – Не пропустите ничего!

На арену выходит тигрица, садится в центр и рычит в такт музыки. Люди завороженно наблюдают.

Гаснет свет, зажигаются факелы вокруг арены. Вдоль бортов, сидят коты сфинксы, их семь. Слева от тигрицы стоит Шут и курит свою трубку.

– Хлеба и зрелищ! – говорит человек в центре, расставляя руки в стороны. Это Маэстро. На нем тёмный пиджак, ярко красная рубашка и длинные шаровары, широкополая шляпа. На лице яркий грим.

– Попрошу выйти на арену добровольца! Сейчас, я вам покажу его мечты! – люди засуетились, поднимая руки, выкрикивая: «Я! Я хочу!». Шут жестом попросил тишины.

– Сфинксы сейчас выберут семь человек, они сядут вам на колени. Пожалуйста, сидите спокойно!

Он хлопнул в ладоши, коты прыгнули в зал, между рядами они быстро пролетели и каждый уселся на колени к человеку из зала.

– Теперь, выйдите в центр те, кого выбрал сфинкс!

Коты вернулись на свои изначальные места и сели спинами к зрителям, все коты смотрели в центр.

Люди спустились на арену, они все были разные, мужчины и женщины из разных сословий общества. Среди них было двое детей.

– Теперь, каждый встаньте напротив кота, в метре от него и смотрите ему в глаза. Люди встали напротив сфинксов. Кошки тут же перебежали, выбрав каждый своего человека, которого они выбрали ранее.

– Отлично! Все на своих местах! Теперь можно начинать! – Шут снова хлопнул в ладоши.

Люди, с замиранием, наблюдали за происходящим, походившим на древний ритуал созыва духов. Так оно и было, Шут вызывал духов желаний отобранных людей.

Вместе с тигрицей, он подошёл к первому человеку, совершая свой обход по часовой стрелке. Тигрица села сзади, а Маэстро стоял по правую сторону от человека. Положил свою руку на правое плечо и на непонятном языке начал читать непонятное заклинание.

Первый избранный был мужчиной средних лет, ничем не выдающийся на вид человек, среднего достатка. Так же можно сказать по его виду, что он примерный семьянин.

В это время в центр арены внесли большой пустой аквариум, размером с легковую машину.

– Смотри, чего желаешь ты! – закончил Шут и развернул мужчину лицом к аквариуму, и Тигрице.

Внутри аквариума появился туман, электрические разряды, вскоре появилась картинка.

Большая квартира, заставленная красивой дорогой мебелью, у входа машина, жена и двое детей. Так же показалась и любовница этого мужчины, молодая девушка. Повышение на работе и т. п.

Картины проносились так быстро, будто был показан фильм, жизнь этого мужчины, такая, о какой он мечтает. Шут похлопал мужчину по плечу.

– Все верно? Вы хотите семейный достаток, и даже больше. Жить хорошо, стать значимым и уважаемым, всеми, человеком. Мужчина покраснел и ничего не ответил.

– Вы можете идти, – улыбнулся. – Итак, следующий! – Шут подошёл к богато одетой девушке.

Он повторил свои действия с заклинанием и начался показ желаний девушки. Что, не удивительно, он ничем практически не отличался от показанных желаний первого мужчины. Только желала она всего вдвое больше. Девушка покраснела и ушла в зал, сразу, как закончился показ, не дав Шуту прокомментировать увиденное.

Он подошёл к девочки, лет десяти.

– Ты боишься? – заботливо спросил Шут.

– Нет, – ответила девочка.

– Тогда начнём? – Шут улыбнулся и начал совершать свой ритуал. В аквариуме появилось множество игрушек, так же было показано, что родители её слушаются и ничего не запрещают.

– Хорошо, но маму с папой нужно слушать, – Шут подошёл к аквариуму, внутри него появилась большая кукла. Он её достал и подарил девочке.

– Беги к родителям.

Следующий стоял толстый мужчина. Картина внутри аквариума привела ко всеобщему удивлению.

Толстый мужчина сидит у стола, и все время ему приносят разные блюда.

– Вы любите поесть. – Мужчина тоже покраснел, и тяжело перебирая с ноги на ногу, вернулся на своё место. Шут подошёл к молодому парню, на вид, лет двадцати четырех. Его внешность была красивой, светлые волосы, аккуратно сложен. В детстве, обычно, таких дразнят сверстники. В аквариуме, вместо сюжета, было написано только два слова» похоть, злоба». Парню стало стыдно, он обиделся и сел на своё место.

Осталось двое, молодая девушка и мальчик лет десяти. Зрителям это все доставляло удовольствие, они хлопали и посвистывали.

Желания молодой и красивой девушки оказались тоже алчными. По картинам она хотела много денег и таланта в вокале или хоть в чем, лишь бы люди молились на неё, восхищаясь.

– Да, я такая! – сказала девушка и вышла из зала.

Настал черед мальчика, люди замолчали, уже все поняли, что из пришедших в цирк никто не был чист, все были алчные и каждый хотел счастье только себе. Но что такого может быть в мальчике?

– Ты хочешь этого? – спросил Шут.

– Да, – ответил мальчик.

В Аквариуме появились сцены насилия. Шут тут же оборвал картинку, не дав посмотреть и 30 секунд. Подошёл, взял с аквариума большого мягкого мишку, который так же появился в аквариуме, как до этого кукла. Подарил мишку и отправил его к родителям.

– Это очень печально, вам нужны только грехи, семь грехов, вот что вам поможет их осуществить. Шут хлопнул в ладоши, посыпались деньги с купола цирка, люди превратились в жаждущую толпу. Началась давка, каждый хотел схватить купюру.

Шут стоял у выхода с арены, к нему подошла маленькая девочка.

– Шут, что с этими людьми, почему они стали такими дикими? – девочка была удивлена.

– Жадность, алчность, слабость, вот что сейчас ими движет. Увы, дочка, я ошибся, я не смогу так спасти их. Цирк – тоже не выход.

– Отец, что ты имеешь ввиду?

– Называй меня папой… Я не могу пока спасти человечество, я буду просто рядом с тобой, до того момента, пока это будет нужно.

Они взялись за руки и отправились вдаль, в неизведанные странствия.

***

Я очнулась, теперь мне стало понятно, что Маэстро такой же обычный человек, как и мы все. Он тоже ищет свой путь, ищет своё предназначение. Мне кажется, что у него тоже есть высший наставник, как и у меня – Отшельник, который меня направляет. Эти мысли мне придали силы и терпение, я смогу пройти свой путь.

Забыла, обмен пакетами сегодня состоялся хорошо, ничего особого. Но, для меня это глоток свободы, жизни. Я делаю нечто, и меня в этом поддерживают, направляют. Отшельник молодец, приносит еду точно по расписанию, интересно, чем они занимаются с Викой, пока я лежу в этом гробу.

В общем, про передачу, мне нечего сказать, самое ценное во всем этом то, что обмен происходит.

День пятый

Мое тело болит, от того, что я только лежу, не имея возможности изменить положения. Я начала понимать парализованных людей. Более того, мне кажется, что моё тело парализовано, все мышцы атрофировались за ненадобностью. Я, в серьёз, обеспокоена, смогу ли я снова ходить и двигаться? Моё волнение обосновано, потому что, сейчас, я уже не чувствую желания походить. Возможно, я просто привыкла и смирилась…. Скоро должен наступить отсчет пятого дня, я жду это, как самое важное событие дня. Придет Отшельник и спустит мне еду. Значит меня помнят и я выберусь. Ценить свободу, ценить, то что я могу делать. Я очень часто раньше ленилась и многое не делала от лени, мне хотелось полежать и ничего не делать. Но, сейчас, я понимаю, как это глупо, ведь движение это жизнь.

Сверху послышался шум, я обрадовалась и крикнула.

– Привет, Отшельник! Как дела? Что нового? Мир еще стоит на месте? – я рассмеялась над своей собственной шуткой. В ответ только шебаршение пакета, который уже спускался ко мне, на веревочке. Обменяв пакеты, мне стало страшно. Все ли хорошо с Викой? Как она? Ведь ей пришлось многое пережить, и она знает Маэстро.

– Виктория знает Маэстро! Спроси у нее, кто он! Она должна знать! – в ответ все та же тишина, он молчал, лишь только подергал пакет.

– Да, что с тобой?! Это же моя сестра! Скажи хоть слово! – у меня началась паника, я стала злее всех на свете. Мои глаза налились кровью, я не могла больше лежать. Мне хотелось здесь и сейчас разобраться со всем этим!

– Не молчи! Поговори со мной! – я кричала и билась руками об крышку.

Стала словно бешенная собака, сама не соображала, что делала. Дергалась так, как это делает эпилептик. Все-таки, я не парализована. Сверху доносился шум, но и его я уже не слышала, я ничего не слышала. Гнев, вот что я знала точно, я была его воплощением. Сверху вылилось ведро холодной воды, от того, что в гробу тесно, мне некуда было от нее спрятаться. Я вся промокла. Холодная вода охладила не только мое тело, но и мой разум. Ко мне прилетело пару полотенец, я схватила их и судорожно начала вытираться, чтобы согреться. Вода нужна была, я понимала, что он все сделал правильно. Через минут пять, спустили другой пакет с веревкой, поскольку в гневе я все разорвала, что было внутри. Сложив все мокрое, дернула пару раз за веревку, мой лифт «жизни» поехал наверх.

Сверху упало одеяло и маленький бутылек мази, с надписью «Лизни». Укутавшись одеялом, мне стало тепло, я открыла баночку и вылизала все содержимое. У меня упало давление, я провалилась в сон.

***

Отшельник с Викторией сняли номер в отеле. Сидя, напротив друг другу, на большой двуспальной кровати они разговаривали.

– Ты многое не говоришь мне, что это было там? Ты знал, что так будет? – недоверчиво, в упор, Вика смотрела на Отшельника, пытаясь проследить за движением каждого мускула.

– Наверное, да, но я не был в этом уверен, – собеседник пожал плечами и улыбнулся. Его вид, больше напоминал балагура, который живет здесь и сейчас, не думающий о будущем или прошлом.

– Как это понимать? – она была недовольна.

– У меня бывают знания, но не более, я не могу их контролировать.

– Антонио умер, я не успела с ним встретиться.

– Это плохо, но что ты узнала? – любопытствовал мужчина.

– Историю про Маэстро, Шута, Слепца, который повел за собой народ, – она, вкратце, изложила все произошедшее. – Что ты думаешь об этом?

– Я думаю, что ключ к Маэстро, это ты, – Отшельник был серьезен.

– Да, но я не могу вспомнить его, пытаясь в этом разобраться, мысли, словно, окутывает туман. Я не могу собрать картину воедино, – немного подумав, продолжила. – Я знаю его, как Шута, я была в их труппе. Но, кто там был, я не помню.

– Это нормально, ты была зависима от наркотиков, в период ломки, все как туман.

– Да, – Виктория расплакалась от чувства беспомощности. Она, как всегда, оказалась бесполезной.

Отшельник обнял девушку и прижал к себе…

– Ты пахнешь, как Шут… – прижавшись к Отшельнику, Виктория проговорила, все крепче прижимаясь.

Ей было так спокойно с ним, она чувствовала себя защищенной. Такая сильная Сила притяжения у Виктории к Отшельнику, была настолько велика, что она хотела стать им, слиться в одно целое.

– Что это… Любовь? – девушка поцеловала плечо мужчины. Он ничего не ответил, взял ее нежно голову и подвел ее губы к своим.

– Я чувствую твое дыхание… – тяжело дыша, проговорила Виктория, и их губы соприкоснулись. – Ты – мой Маэстро…

***

Сегодня мой сон был таким: я нахожусь в космосе, вокруг ничего не видно, я парю в невесомости. На моей голове сидит черный ворон.

– Здравствуй, Настя, – черный ворон наклонился ко мне, помахивая своими крыльями.

– Привет, черный ворон. Почему, ты сидишь у меня на голове?

– У тебя здесь удобно. Кааар.

– Я схожу с ума, – у меня пропали все силы, мне стало лень.

– Лень сменяет гнев? – Ворон закаркал и улетел в темноту.

– Постой, – еле слышно вымолвила я, и протянула руку вслед за вороном.

Начала падать вниз, во мне не было сил, изменить что-либо. Я была подавлена, никакого желания к действиям. Лечу в пустоту, внизу ничего нет. Кажется, это может быть и моей вечностью.

Меня подхватывает ворон, он держит меня в своих лапах, как пушинку. Он так красив и страшен.

– Не сдавайся, кааар, – ворон клюет меня и рассыпается на множество черных вороных перьев.

Он влил в меня свою энергию, вернул мне силы, желание жить, лени как и не было! Сердце снова билось, щеки налились красным румянцем.

– Спасибо, черный ворон, – я знала, что больше его не увижу, во мне была только благодарность, но никакого сожаления.

Осмотревшись по сторонам, парила, как никогда, появилась уверенность, я взмахнула руками и громогласно крикнула: «Шут!». Это был призыв.

Видения сменились, Шут стоит с маленькой девочкой, они смотрят, как пять парней, избивают другого парня.

– Шут, – подергав за рукав пиджака, девочка кивнула в сторону происходящего.

– Стой здесь, – Шут улыбнулся, надел на девочку свою шляпу так, что она закрыла ей глаза и пошел в сторону насилия.

Коренастые хулиганы, в спортивных костюмах, избивали молодого парня, не похожего на них, он был блондин и одет в джинсы и кофту.

– Что за гнев? – подходя, развел руки в стороны Шут.

– Слышь, иди от сюда, пока цел! – крикнул на него самый большой.

– Гнев это плохо, кто много гневается, тот попадет на шестой круг ада.

– Ты сам напросился! – в сторону Шута направился один, почесывая кулаки.

– Вы понимаете только силу, вы гнев разбудили во мне! – Шут достал из кармана игрушечный пластмассовый молоток, который от удара издает писк. Бьет молотком по голове того, который был ближе всех.

Раздается писк от удара, парень стоит в растерянности, удар не нанес ему никакой боли, но он его удивил. Шут начал смеяться, как безумный.

– Да, ты бессмертный, – накинулся другой. Шут схватил парня за руки и заломил их, за спину. Другой рукой, Шут достал платок для фокусов, положил на спину плененного и сказал:

– Абра кадабр

Под платком он достал большой нож, приставил к горлу парня, тем самым выровняв его.

– Нужно расслабиться, и не гневаться, – улыбаясь, сказал Шут.

Парни не на шутку испугались, они растерянно смотрели друг на друга. Шут резанул себе руку и оттолкнул пленника, кинул нож на землю и спросил:

– Ну! Кто сможет сделать такой же фокус?! А?!

Он был грозен и безумен, и этим страшен. В страхе, парни побежали в разные стороны. Один кричал, убегая:

– Он сумасшедший!

Шут поднял платок провел им над ножом и тот исчез. После приложил платок к своей руке. Подошла маленькая девочка, взяла платок и обмотала руку Шуту.

– Спасибо, моя дорогая, – он снял свою шляпу с девочки и надел себе на голову.

К ним подошел тот парень.

– Спасибо… – он был растерян.

– А все случилось так, потому что тебе было лень ходить на тренировки по карате.

– Как? Откуда? – удивился парень…

– А вот от туда… – Шут засмеялся, взял за руку маленькую девочку и они отправились дальше, по своим делам.

Парень так и стоял ошеломленный и избитый, он не мог пошевелиться. Он продолжал чувствовать сильную мощную энергию, исходившую от этого безумного незнакомца.

День шестой

Я стою за спиной у Маэстро, он сидит на табуретке, нагнувшись над чем-то, что-то держит в руках. Подхожу ближе, и заглядываю со спины, в его руках маленькое зеркальце, он крутит его в руках, пытаясь, что-то увидеть. Все это происходит в шатре. Справа, за столом, сидит маленькая девочка. На столе горит свеча, огонь играет с ней, девочка полностью увлечена танцем языка пламени. Он, все, что сейчас ее интересует.

– Я покажу тебе другой мир, который нельзя описать словами или законами физики, – Маэстро посмотрел в зеркальце.

Я привстаю на цыпочки, чтобы лучше видеть отражение в зеркале. Он отпускает его, и, в свободном падении, зеркало, падает на пол, разбиваясь на сотни маленьких осколков, которые, словно, жучки разбежались по полу. Отблески разбитого зеркала затянули меня во внутрь отражения, еще в момент, когда они разлетались по полу. Я следую за ними. Моё тело не подвластно мне, я подчинена отражению маленьких осколков моего и его отражения. Отражение в осколках переломлено так, что составляется иная картина. Я оказываюсь в зазеркалье, совершенно в другом мире.

***

Вечер. После дождя, темная улица с тусклыми редкими фонарными столбами, освещающими мокрый асфальт возле домов.

Шаг, звон цепи, шаг звон цепи… Маленький синий демон, с кроличьими ушками и большими выпученными глазками, не успевает идти за своим новым хозяином. Его маленькие ножки и ручки не могут, так быстро перебираться. Синий мех, весь в засохшей грязи, только лапы были мокрыми, от того что шоркал по асфальту. Они с хозяином шли уже очень долго, так долго, что все, что было, стало забыто.

Цепь, которая была обмотана вокруг шеи маленького демона, сдавливала, не давая спокойно дышать. Своей левой лапкой он все время оттягивал цепь от шеи. Нога хозяина была обмотана цепью и, значит, демон был привязан к ноге. С каждым шагом, цепь дергала шею демона, и он едва не падал. Как он не пытался вырваться на свободу, все тщетно.

За шествием, наблюдал огромный демон, который тоже шёл рядом с хозяином. Он шёл свободно. Это был большой волк, извергающий пламя, из ноздрей шёл пар, а с пасти огонь. Он уже не был прикован цепью, она давно оборвалась, по прошествии, совместно прожитых лет. Не спеша перебирая лапами, большой демон поглядывал на маленького Пушистика. Такое имя ему дал старый волк.

Хозяин шёл, не подозревая что с ним рядом следуют два демона. Он был совсем не похож на повелителя тьмы. Это была маленькая девочка, которой достался большой демон по наследству.

Большой волк, это демон её родителей, Бормес. Они долго его растили и старались ей его передать, чтоб он был преданным маленькой девочке. Он её никогда не отпустит. Даже если она попытается сбежать от него, далеко не убежит, он догонит, но будет ли она его кормить? Решать ей. Маленький демон, это школьный демон, издевки и насмешки сверстников, или просто обиды на людей, нежелание подчиняться, поиск свободы. С ним она уже связана цепью, она тянет его за собой. Он – воплощение ее обид.

Маленький демон убежит от неё, как только она порвет цепь…

Но стоит ей увидеть этого маленького пушистого демона, она возьмёт его на руки. И будет с ним играть, и кормить его, она станет ему настоящей матерью. Пушистик заменит ей всех: друзей, знакомых и даже родителей. Но, на все нужно время и силы… А пока, маленький Пушистик плетется за девочкой, еле поспевая…

Маленькая девочка уходит вдаль, по улице, я провожаю ее завороженным взглядом. Ко мне подходит Шут, становится по правую сторону от меня, тоже наблюдая, как уходит девочка.

– Кто она? Что за голос, был в моей голове? Это ты говорил? – Зная уже ответы, спрашиваю я, что бы поверить самой.

– Да, ты все знаешь, – печально сказал Шут. – Порой мне кажется, что она уже видит своих демонов и знает все их тайны. Но не подает виду…

Я вспомнила себя в детстве, когда видела в темноте привидение, но проходила мимо него, стараясь не замечать его. Сначала было безумно страшно, у меня тряслись ноги, сердце замирало. Вскоре, я стала проходить мимо, все более увереннее, затем, вовсе не обращала на него внимание. Так, я и перестала видеть, но это не означает, что их нет и они не могут влиять на меня.

– Он был прав… – прошептала я, чуть слышно. Вспоминая, что мне говорил Отшельник: «Ты знаешь, что ты особенная, еще с детства». И сказала уже громче. – Она такая же, как я?

– Нет Настя, она намного сильнее нас, всех… – с ужасом в глазах, Шут посмотрел на меня. На нем был грим печального клоуна, но, черты лица, мне были очень знакомы.

Я хотела было спросить его, почему он, но мои губы шевелились, а звука я издать не могла. Шут не смотрел на меня и продолжил:

– Шаг за шагом, и звон цепи нам не мешает? Чушь, мешает, отвлекает… И цепи громко так гремят, что демон твой, не поспевает за тобой.

Я начала задыхаться и схватила за плечо Шута. Он повернулся ко мне, и, порывшись в кармане пиджака, достал маленькое зеркальце, показал мое отражение в нем и мы очутились, снова, в том шатре. Я стояла за его спиной, он сидел нагнувшись над осколками зеркальца, которые быстро сложились в целое зеркало и прилетело к нему в руки. Теперь, он крутил в руках целое зеркальце, которое только что мне показывал, которое недавно разбилось, на моих глазах.

Я почувствовала сильное жжение в правом боку. Обернувшись, увидела, что возле меня стоял маленький синий демон, держа в своей лапке небольшой огонёк. Он поглядывал на маленькую девочку, которая все также сидела за столом, не обращая внимания на происходящее, играла со свечей. Позади нее сидел, тот самый, большой демон – волк.

Перед глазами возникло спасительное зеркальце, и я очнулась в своем гробу. Никогда бы не подумала, что буду рада в нем очнуться. Я была вся мокрая от пота, мне было страшно, сильно болел бок, как от ожога. Я достала фонарик, и, задрав, футболку, увидела ожог на том самом месте, где секунду назад, маленький демон держал свою свечу.

Не знаю почему, но я повторила слова Шута.

«Шаг за шагом, и звон цепи нам не мешает? Чушь, мешает, отвлекает… И цепи громко так гремят, что демон твой, не поспевает за тобой». После продолжала говорить вслух: «Нам нужно цепи снять, и кормить их в скорби болью. Они будут верны, нам, вечно.»