Текст книги "Зло из телевизора"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zlo-iz-televizora-189998.jpg)
Автор книги: Геннадий Сорокин
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
5
Вечером я забрал подготовленные Ключниковым документы и увез их домой. Жена, увидев, с каким интересом я изучаю справку, спросила:
– Андрей, ты что привез? Материалы про экстрасенсов? Дай почитать. Интересно же, что про них пишут.
– Лиза, это информация «для служебного пользования». Маленьким девочкам читать про колдунов вредно.
– Перестань! Давай сюда, что уже успел прочитать. Андрей, если ты не поделишься со мной докладом, то я к дяде Макару в гости не пойду.
– Держи, но помни: о колдунах – никому ни слова!
– Ой-е-ей, страшно-то как стало! – передразнила меня жена. – Как выйду на работу, так всей поликлинике расскажу. Здесь и про «Космогонию» есть?
– Лиза, читай молча! У меня был трудный день, и если ты меня будешь дергать по каждому поводу, то я не пойму, что здесь написано.
– Будешь мне угрожать – я тебя сегодня спать на раскладушку отселю, – обиженно заявила жена.
Я усадил Лизу рядом с собой на диван и углубился в чтение.
«Старец Исидор Крестовский, он же по паспорту Михайлов Борис Евгеньевич, пятьдесят два года, бывший преподаватель марксистско-ленинской философии, доцент, кандидат философских наук. В 1988 году уволился из университета и объявил себя экстрасенсом и провидцем, получившим знания из секретных материалов спецбиблиотеки областного комитета КПСС. Женат вторым браком, имеет двух детей. Основные виды деятельности: предсказания, составление индивидуальных гороскопов, снятие порчи и сглаза. Активно торгует амулетами и снадобьями собственного изготовления. В прошлом году предсказал введение талонов на ряд продовольственных товаров».
– Забавный тип, – сказал я жене. – Он умудрился обвести вокруг пальца обком партии, и его до сих пор машина не сбила. Свежо предание, да верится с трудом! Если бы «уважаемый» товарищ Михайлов хоть слово сказал о настоящих секретах партии, то на его могиле давным-давно бы сорняки проросли.
– А что, в обкоме есть секретная библиотека? – заинтересовалась Лиза.
– Конечно, есть. Не знаю, как сейчас, а раньше все партийные функционеры высокого ранга имели допуск к работе с документами, имеющими гриф секретности. Когда я учился в Омске, послали нас копать картошку в подшефный совхоз. Вдруг видим, начальство забегало, засуетилось. Оказывается, с проверкой по полям поехал первый секретарь Омского обкома партии. Наш замполит собрал нас в кучу и говорит: «Если подойдет к вам первый секретарь, то надо встать по стойке «смирно» и представиться. Первый секретарь обкома партии – это ранг, соответствующий генерал-майору армии или милиции». Вот так-то жили. А нынче? Партия – отдельно, котлеты – отдельно. Представь, Лиза, что в Москве решили поправить дела в экономике с помощью магов и экстрасенсов и разослали по местам совершенно секретный меморандум. «Только для личного ознакомления. По прочтении сжечь! Чтобы восполнить дефицит лекарств, предлагаем нетрадиционный метод лечения инфекционных заболеваний. Вместо исчезнувших навсегда антибиотиков больным следует выдавать отвар из пупырчатых жаб, сваренных в обезжиренном молоке».
– Фу, какая гадость! Что у тебя за тяга ко всяким жабам да лягушкам?
– Научно доказанный факт: все колдуны лечатся отваром из жаб. На колдунов современные лекарства не действуют. Тот же старец Исидор, если заболеет, то в аптеку не пойдет. Какой он знахарь и травник, если сам себя излечить не может? Интересно, он порошок из сушеных пиявок продает или пока стесняется?
– В докладе ни про лекарства, ни про отвар из жаб ничего нет, это ты все выдумываешь. Давай дальше читать.
«Астара, она же по паспорту Абдырхманова Этери Амировна, пятьдесят лет, вдова, детей нет. Проживает в одной квартире с младшей сестрой, которая ведет хозяйство и выполняет обязанности помощницы при совершении магических обрядов. В 1989 году Абдырхманова приехала в нашу область из Таджикистана и объявила себя реинкарнацией Алламатус-Ин, верховной жрицы древнеассирийской богини плодородия Иштар. По словам Абдырхмановой, после реинкарнации она обрела способность управлять энергетическими потоками человека и предсказывать его будущее. Чем занималась Абдырхманова в Средней Азии, неизвестно. Виды деятельности в настоящее время – предсказания будущего на магическом кристалле, снятие порчи, венца безбрачия, сглаза и тому подобное. Торгует амулетами, снадобьями, привораживающими порошками и средствами от алкоголизма. Проводит сеансы неконтактной мануальной терапии, восстанавливает энергетические потоки в теле человека, «чистит» ауру от накопившейся негативной энергии. В число клиентов Астары входят многие состоятельные люди нашего города. Открыто враждует с руководством «Космогонии», а старца Исидора считает самозванцем и шарлатаном. Плату за свои услуги взимает под видом добровольных пожертвований. По сведениям, полученным от клиентов Астары, практически все ее предсказания, касающиеся любви и частной жизни, сбываются».
– У нас одна медсестра ходила к ней, – сказала Лиза. – Заплатила сто рублей и узнала, почему у нее в последнее время сплошные неприятности в жизни. Оказывается, мужа нашей медсестры приворожила женщина по имени Наташа. Астара продала медсестре магический отвар. Она тайно подлила отвар мужу в пищу, и он во всем сознался: и в том, что изменял ей с женщиной по имени Наташа, и в том, что хотел уйти из семьи к любовнице.
– Фигня! – насмешливо ответил я. – Совпадение. Бред сивой кобылы.
– У тебя все фигня да совпадение! Ничего рассказывать нельзя. Знаешь, чем история закончилась? Муж остался в семье и бросил любовницу. Если бы не зелье, то ушел бы к другой…
– Пожил бы у нее месяц и вернулся назад.
– Андрей, ты почему, как баран, упрешься рогом и ни во что не веришь? Я тебе еще раз рассказываю. Медсестра принесла ей фотографию мужа. Астара взглянула на нее и говорит: «Все твои беды от любовницы мужа по имени Наташа». Откуда бы она все знала? Астара – не Ванга, на нее болгарская разведка не работает.
– Всему на свете есть объяснение! Давай подумаем о ее магии вместе. Астара приехала к нам из Таджикистана, где от законной власти остались рожки да ножки. Таджикистан граничит с Афганистаном, а там почти всю территорию контролируют полевые командиры. На подвластных им землях крестьяне выращивают опиумный мак и получают из него опий-сырец в промышленных масштабах. Там же, в Афганистане, в подпольных лабораториях опиум перерабатывают в героин. Могу предположить, что химики, работающие на полевых командиров, научились из опиума или героина получать вещество, от которого появляется неудержимая болтливость. Астара купила у афганцев этот препарат и сейчас выдает его за зелье, изготовленное по рецептам древнеассирийских жрецов.
– А как же с именем Наташа?
– Тут еще проще. Астара угадала имя, а если бы промахнулась, то объяснила бы вашей медсестре, что Наташа – это космическое имя разлучницы, а в миру ее могут звать как угодно, хоть Полина, хоть Марина.
– Еще могу случай рассказать, – не унималась Лиза. – У моих родителей знакомая мучилась от ужасных головных болей. Каких только она препаратов ни принимала, у каких только врачей ни лечилась – ничего не помогало! Сходила к Астаре, та ей ауру прочистила, и все прошло. Оказывается, это на нее давний враг порчу навел, перекрыл энергетические потоки в голове.
– Лиза, скажи мне как врач: ты сама веришь во всю эту дребедень с «чисткой» ауры и закупоркой энергетических потоков?
– Нельзя быть таким скептиком, как ты. Астара действительно обладает сверхъестественными способностями, а ты ее хочешь в жульничестве обвинить.
– Читаем дальше. «Космогония» (с греч. мир, Вселенная) – общество, основанное в Ленинграде в 1965 году Фроловым Леонидом Николаевичем (1922–1990 гг.). В 1974 году Фролов публикует за границей и в самиздате свой главный труд «Теория удовольствий». В данном трактате Фролов пропагандирует эпикурейство как единственно верное философское учение, основанное на естественной тяге человека к получению удовольствий. «Человек смертен, жизнь его коротка, – пишет Фролов. – Обществу и правительству до нужд человека нет никакого дела, у них своих забот полно. Что нужно делать, чтобы жизнь твоя прошла с пользой для тебя лично, а не приносила блага кому-то другому? Нужно веселиться и наслаждаться, получать удовольствия, не заботясь о бедности и болезнях в будущем».
С момента основания «Космогонии» власти преследовали Фролова и его учеников. Книга «Теория удовольствий» была запрещена, хранение и распространение ее преследовалось в уголовном порядке. Сам Фролов в период с 1965 по 1987 год был судим за изнасилование и тунеядство, трижды по решению суда направлялся на принудительное лечение в психиатрические клиники закрытого типа. В 1987 году Фролов был выписан из психиатрической больницы города Пермь и переехал на постоянное место жительства в Сибирь, в наш областной центр. В марте 1990 года Фролов скончался. Тело его было сожжено учениками, прах развеян. Рукопись с первоначальным текстом «Теории удовольствий» хранится адептами Фролова как главная реликвия его учения».
– Ничего не скажешь, пострадал дядя за свои убеждения, – сказал я.
– Андрей, что за варварство, разве его не должны были похоронить?
– Нигде в наших законах не прописано, что умершего надо обязательно хоронить на кладбище. Я немного помню этот конфликт. Фролов умер в больнице. Тело его перевезли к зданию, арендуемому «Космогонией», и торжественно сожгли во дворе. Возмущенные жители близлежащих домов обратились в прокуратуру, началась проверка. Ученики Фролова заявили: «Наш покойник, что хотим с ним, то и делаем. Если хотите нас судить, то вначале отправьте на скамью подсудимых тех, кто выставил тело Ленина на всеобщее обозрение. Мы над останками покойного учителя не издевались, а тело Ленина уже шестьдесят с лишним лет непогребенным лежит». Пока шло разбирательство, пока материалы проверки пинали из прокуратуры в милицию, у «Космогонии» нашлись влиятельные покровители, и конфликт замяли.
– Фролов был судим за изнасилование, как он мог с такой судимостью пользоваться авторитетом у своих учеников?
– Скорее всего, его подставили и осудили по ложному обвинению. До перестройки с идейными врагами боролись всеми доступными способами. Фролов, судя по его биографии, прошел через все круги ада: и в зоне побывал, и в психбольнице… Странный был тип. Представь человека, который в брежневские времена во всеуслышание заявил: «Стройте светлое коммунистическое общество без меня, а я буду веселиться и жить в свое удовольствие». Он что думал? Что его за такие высказывания по головке погладят? Явно знал, на что шел. Читаем дальше. «После выписки из психбольницы главными учениками и последователями Фролова стали брат и сестра Перфиловы.
Перфилов Юрий Владимирович, пятьдесят пять лет, по образованию врач-психиатр. В период с 1982 по 1987 год – лечащий врач Фролова в пермской психиатрической клинике закрытого типа. Дважды женат, трое детей. После переезда в Сибирь заочно развелся со второй женой, в настоящее время контактов с бывшими женами и детьми не поддерживает. Официально числится председателем кооператива по изготовлению женской одежды. Фактически – возглавляет «Космогонию».
Перфилова Софья Владимировна, сорок лет, не замужем, детей нет, по образованию психолог. В «Космогонии» занимается отбором новых членов общества. Официально – домохозяйка. Проживает совместно с братом.
Еще при жизни Фролова Юрий и Софья Перфиловы кардинально переработали его учение, заменив эпикурейство как смысл жизни на общение с космическим разумом.
В настоящее время «Космогония» является добровольным обществом сектантского типа. Она состоит из трех уровней.
Первый уровень называется «Свободное общение». В него принимаются все желающие без ограничения. Никаких прав и обязанностей, кроме «добровольных» пожертвований, они не имеют. В процессе общения членов первого уровня Софья Перфилова отбирает из них лиц, достойных для прохождения базового учения.
Второй уровень – «Познание космического разума». Перешедшие на второй уровень ученики называются «просветленными». Во время лекций и семинаров, проводимых Перфиловыми или приглашенными ими лицами, ученикам внушается доктрина о существовании космического разума, который руководит всеми процессами, происходящими на Земле.
Третий уровень – «Посвященные». Им дается право самостоятельно общаться с космическим разумом. Войти в число «посвященных» является высшей честью для любого члена «Космогонии».
Брат и сестра Перфиловы в «Космогонии» стоят обособленно, ни в один уровень не входят.
Местом базирования организации является здание бывшего Дворца пионеров Заводского района».
– Это все? – удивленно спросила Лиза. – Больше разговоров про эту «Космогонию».
– А что ты хотела про нее узнать? Про третий уровень? Могу рассказать, так как знаю о нем из нескольких источников. В третий уровень входят женщины, которым Перфилов промыл мозги до стадии полного подчинения своей воле. Они искренне и безропотно верят во все им сказанное. Чтобы стать «посвященной», надо пройти обряд единения с космическим разумом. Посредником между кандидаткой в «посвященные» и космическим разумом выступает Юрий Перфилов. Сам обряд – это половой акт, во время которого космическая энергия через мужчину-проводника передается женщине-кандидатке.
– У нас совсем другое про «Космогонию» рассказывают. Были женщины из нашей поликлиники на их семинарах. Никто там никого в кровать не тащил.
– Не передергивай факты! Я не говорил, что всех членов «Космогонии» принуждают к сексу. Обряды второго и третьего уровней держатся в секрете. О сущности единения с космическим разумом через мужчину-проводника рядовые члены «Космогонии» даже не догадываются. Первый уровень «Космогонии» – это не закрытая секта, а дискуссионный клуб, где все желающие делятся своими проблемами и получают рекомендации, как поступить в той или иной жизненной ситуации. Все разговоры о космическом разуме на первом уровне идут фоном. На новый уровень приглашают только тех, кто всерьез начинает интересоваться теориями влияния космического разума на жизнь человека.
– Давай я тебе расскажу случай, который был у нас в поликлинике.
– Лиза, – начал было я, но жена даже дослушивать не стала.
– Андрей, почему, когда ты рассказываешь, я слушаю, но если я хочу тебе что-то рассказать, то ты меня обязательно перебиваешь? Это ужасно…
– Стоп! – Я поднялся с дивана, встал напротив жены, посмотрел ей в глаза. – Первый и главный принцип «Космогонии» – выслушивать всех желающих. Смоделируй нашу ситуацию применительно к ним. Представь: я не хочу вникнуть в возникшие у тебя проблемы, постоянно затыкаю тебе рот. На работе до твоих жизненных неурядиц тоже никому нет дела. Ты идешь в «Космогонию» и там находишь подруг по несчастью. Вы плачетесь друг дружке в жилетку, промываете косточки бессердечным мужьям, а в это время Софья Владимировна или ее подручные смотрят, у кого из вас неустойчивая психика и кого можно заманить в свои сети. Теперь рассказывай про случай в поликлинике.
– Я тебе другой случай расскажу. Есть у меня на участке семья Богачевых, у них двое маленьких детей, которые постоянно болеют. Мама в этой семье не работает. Когда ей надо куда-то сходить, с детьми сидит бабушка. Однажды, когда дома никого из взрослых не было, бабушка стала наводить порядок в шкафу и нашла проявленную фотопленку. Просмотрела ее на свет и увидела негатив, где ее зять стоит в обнимку с двумя незнакомыми девицами. Бабушка забрала эту пленку себе, распечатала нужную фотографию и предъявила ее Богачевым. Зять никак не стал объяснять свое поведение, посмеялся над тещей и посоветовал ей больше в чужих вещах не копаться. Жена его, вся в растрепанных чувствах, пошла на семинар в «Космогонию», и там ей объяснили, что это космический разум испытывает ее семейные отношения на прочность. Она успокоилась и стала дальше жить, как будто ничего не произошло.
– Какой счастливый конец у этой истории! – сыронизировал я. – Все остались довольными: «Космогония» получила от Богачевой пятьдесят рублей за участие в семинаре, бабушку-провокатора поставили на место, случайные девицы с фотопленки не пострадали. В чем мораль этой поучительной истории?
– В том, что ты не хочешь меня слушать. Ты все воспринимаешь в штыки. Если бы Богачева не пошла в «Космогонию», то подозревала бы своего мужа бог знает в чем…
Еще не договорив фразу, Лиза поняла, что сама себе противоречит. Она замолчала на полуслове, вопросительно посмотрела на меня.
– Ты просто прелесть, любовь моя! – Я чмокнул жену в щеку. – Ты сама обо всем догадалась. Твоей знакомой в «Космогонии» дали обычный житейский совет: не ищи проблем там, где их нет. Мало ли каких чувих мог обнимать ее муж! Фотография фривольного содержания – это еще не повод для обвинений в супружеской неверности.
Я сложил все изученные материалы в кожаную папку, убрал ее в шкаф.
– Даю гарантию, что теперь Богачева начнет захаживать в «Космогонию» по каждому поводу. Прыщ на лбу вскочил – не происки ли это негативной космической энергии? Что вселенский разум может порекомендовать для борьбы с прыщами? Все, Лиза, к черту эту «Космогонию»! У нас на кухне ничего поесть не осталось? Что-то у меня на ночь глядя аппетит разыгрался.
– Пойдем, покормлю тебя.
Я мог бы еще кое-что рассказать Лизе о «Космогонии», но не стал. В нашей жизни и так достаточно грязи и пошлости, так зачем жену лишний раз посвящать в истории, которые напрямую моей семьи не касаются? Узнает сама – это ее дело, а я темную сторону жизни семьи Клементьевых на всеобщее обозрение вытаскивать не буду.
Трагедия семьи Клементьевых стала известна мне со слов Саши Клементьева. Он рассказал, что еще зимой его мать стала «просветленной», кандидаткой на переход в третий уровень. По-житейски ее можно было понять – невзгоды сыпались на Елену Викторовну неослабевающим потоком. Вначале запил муж, за пьянство на рабочем месте лишился должности начальника районного отдела милиции. Потом дочь Клементьевых подсела на наркотики, бросила институт, стала воровать вещи из дома, сутками пропадала неизвестно где. И отец, и дочь лечились в наркологической клинике, но толку было мало.
Для интереса Елена Клементьева посетила несколько семинаров в «Космогонии» и так увлеклась идеями космического разума, что семейные дела перестали ее интересовать.
– Все выходные в «Космогонии» проводит, – рассказывал мне Саша Клементьев. – Как вернется – смотрит в окно, что-то про себя шепчет. Я тут подрался в школе с одним чуваком, мать на педсовет вызвали. Она выслушала педагогов и говорит: «На поведение моего сына оказывает влияние космический разум». Пока директриса с учителями соображали, шутит она или нет, маманя задвинула им лекцию о влиянии высших сил на деятельность человека, так они в осадок и выпали. Классная после этого случая до сих пор на меня с подозрением смотрит. Все прикидывает, одна мамуля у нас рехнулась или все в семье связь с космическим разумом ищут.
Где-то в середине мая Саша пришел ко мне расстроенный и злой.
– Не знаю, как до отъезда в Омск время протянуть, – сказал он. – Мне надо к выпускным экзаменам готовиться, а у нас в доме скандал за скандалом, да тут еще эта «Космогония»! Пришел я позавчера вечером домой, дверь своим ключом открыл, стою в прихожей, слушаю – родители ругаются. Отец, как всегда, выпивший, мать – вся на нервах. Отец говорит: «Ваш гуру еще тебя к себе в постель не уложил?» Мать отвечает: «Позовет, соглашусь с великой радостью». Я потихоньку закрыл за собой дверь и пошел к знакомому пацану переночевать. На другой день вернулся домой, так они моего отсутствия даже не заметили: мать с космосом общалась, отец водку пил.
Летом, с помощью моих связей, Александр Клементьев поступил в Омскую высшую школу милиции. Учеба ему нравилась, жизнь в казарменных условиях не угнетала. В письмах ко мне Саша ни про родителей, ни про «Космогонию» не спрашивал.
6
В ночь с воскресенья на понедельник я плохо спал, дважды просыпался, ходил на кухню покурить, попить воды. Под утро мне снился тревожный сон: я искал важный документ и никак не мог найти его. Звонок будильника вернул меня в реальность. Пора вставать.
– Лиза, – толкнул я жену, – пора.
Супруга молча встала, накинула на ночную рубашку халат и пошла на кухню готовить завтрак, а я вновь провалился в короткий чуткий сон.
Мое утро всегда было расписано поминутно: в 7.00 – подъем, гигиенические процедуры, приготовление завтрака, в 7.45 я выходил из дома на остановку и к 8.15 был в управлении. Много раз я пытался изменить утреннее расписание и ввести в него легкую зарядку. Я даже написал список гимнастических упражнений, которые буду выполнять сразу же после пробуждения, но всякий раз находились причины перенести зарядку на следующий понедельник, а то и на начало другого месяца.
С приходом Лизы мой утренний распорядок изменился в лучшую сторону. Теперь она готовила завтрак, а я получал десятиминутный довесок ко сну.
– Андрей, вставай! – вернулась с кухни жена.
– Минуту полежу и встану, – пробурчал я.
– Андрей, ты что как ребенок маленький, какая еще минута, на работу опоздаешь!
Я вскочил с кровати, чмокнул супругу в щеку и пошел на кухню выкурить первую за день сигарету. Чашка горячего кофе уже ждала меня на столе. Я сделал глоток, закурил, подошел к окну, распахнул занавески.
Погода на улице стояла чудесная. В выходные наконец-то наступило запоздалое бабье лето: мелкие нудные дожди прекратились, порывистые холодные ветры стихли, в безоблачном небе от восхода и до заката сверкало нежаркое осеннее солнце. Комфортная погода – живи и радуйся каждому дню.
«Интересно, – подумал я, – курить натощак и курить, прихлебывая кофе, – это одно и то же или нет? Курить натощак – вредно, а курить…»
Движение за окном прервало ход моих мыслей. В разрыв между двумя домами я увидел, как по улице в направлении остановки общественного транспорта проехал автомобиль «УАЗ» с мигалкой, за ним – несколько военных грузовиков с тентами. Замыкал колонну штабной «ГАЗ-66» с телескопической антенной.
«Погнали куда-то вояк с утра пораньше», – подумал я и пошел умываться.
Намыливая руки, я подумал:
«Когда жил один, то вскакивал по звонку будильника, как ужаленный. Теперь главная задача утром – разбудить жену, а там можно еще поспать. Эти дарованные Лизой десять минут – самый сладкий сон за ночь. Это как десерт, как вишенка на торте».
Выйдя из ванны, я замер, где стоял, – на улице завыла сирена воздушной тревоги. Звук ее был таким громким, что казалось, она воет где-то прямо под окном.
– Лиза, посмотри, сколько времени! – крикнул я и бросился к окну.
Во дворе, у детской площадки, стоял армейский грузовик. Из него выпрыгивали солдаты в защитных гимнастерках. У открытого заднего борта автомобиля стоял офицер в фуражке с малиновым околышем. Он что-то кричал солдатам, но из-за завываний сирены было не разобрать.
– Половина восьмого, – Лиза подошла ко мне, посмотрела в окно. – Андрей, что происходит?
– Понятия не имею, – честно признался я. – До сего дня я даже не знал, что у нас тут где-то сирена установлена. Я первый раз ее слышу.
Во двор въехал еще один военный грузовик. Из него выпрыгнули восемь солдат с автоматами, и грузовик уехал. Автоматчики подошли к офицеру в центре двора. Судя по жестам, он приказал им оставаться возле него. Куда разбежались остальные бойцы, я не заметил.
– Андрей, ешь, а то все остынет, – сказала Лиза.
– Подожди, любимая, тут такие события разворачиваются, что пока не до еды.
С улицы во двор заехал военный «уазик». На его крыше были установлены мигалки и два громкоговорителя.
– Внимание, граждане! – через мегафоны обратился к нам мужской металлический голос. – В городе проводятся учения по гражданской обороне. По сценарию учений ваш район оказался в зоне химического заражения. До окончания учений всем категорически запрещено выходить на улицу, открывать форточки и окна. Нарушившие приказ руководителя учений будут подвергнуты мерам административного и уголовного наказания…
Я присмотрелся к солдатам на улице. Петлицы на их гимнастерках были малинового цвета. Внутренние войска. Если учения проводятся по линии гражданской обороны, то при чем тут солдаты внутренних войск с автоматами?
У одного из военных во дворе заработала переносная радиостанция. Офицер забрал у радиста наушники, выслушал указания и направил двух автоматчиков к моему дому.
– Внимание, граждане! – Не прекращая вещать в мегафоны, «уазик» покинул наш двор и поехал к соседним домам. – Учения по гражданской обороне…
– Какие учения! – воскликнул я. – Если бы это были учения, я бы о них наверняка знал.
Офицер снова выслушал радиостанцию и послал двух автоматчиков к дому напротив.
– Лиза, я – на работу, – не отрываясь от окна, сказал я.
– Завтракать не будешь? – обеспокоенно спросила жена.
– Разбей три яйца, до обеда хватит.
Я быстро оделся, вернулся на кухню. Лиза протянула мне стакан с сырыми яйцами.
– Как ты можешь их пить, не представляю, – поморщилась она.
– Научился, – я одним глотком проглотил яйца, вытер полотенцем губы. – Одна из заповедей здорового образа жизни гласит: «Никогда не выходи из дома, не позавтракав, иначе к сорока годам лишишься желудка».
– А курить до завтрака полезно? – с улыбкой спросила жена.
Я не стал отвечать на провокационный вопрос. Утро – не время для диспутов.
– Лиза, ты сегодня во вторую смену? Без надобности раньше времени из дома не выходи.
– Андрей, что случилось, ты можешь объяснить? – благодушная интонация в голосе супруги сменилась тревожными нотками.
– Не знаю, Лиза, не знаю! Одно могу сказать точно: если в городе происходит что-то непонятное, то мне надо быть на работе.
У выхода из подъезда меня остановили два солдата азиатской внешности. У одного из них в руках была резиновая дубинка ПР-73. Нам выдавали такие дубинки на учениях по пресечению массовых беспорядков.
– Зайди в подъезд, – приказал мне солдат, не то узбек, не то казах по национальности.
– Я – офицер милиции. Вот мое служебное удостоверение. – Я протянул ему раскрытую книжицу с моей фотографией в форме капитана милиции.
– В подъезд зайди! – грубо сказал другой солдат. – Тебе чего-то непонятно?
– Кто у вас старший? – официальным тоном спросил я. – Позови офицера!
– Сейчас, блин, позову! – Солдат замахнулся дубинкой, и если бы я не отпрыгнул в подъезд, то он так бы вдарил мне по лбу, что я до вечера бы не очухался.
– Сиди, пока учения не закончатся! – сквозь захлопнувшуюся дверь крикнул мне первый солдат.
– Что за тупые люди? – Один из вояк со всей силы врезал сапогом по двери. – Сказано, сиди дома, нет, поперся куда-то, шайтан ему под ребра!
Забежав на площадку первого этажа, я остановился, с досады и злости сплюнул на ступеньки и пошел домой.
«Это же надо, – подумал я, – меня, капитана милиции, как какого-то бродягу, хотели дубинкой огреть! Что, черт возьми, происходит, учения это или военный переворот? В каждой газете о военном перевороте пишут, неужели свершилось?»
Я вернулся в квартиру, сел на кухне, закурил.
– Андрей, они не выпустили даже тебя? – растерянно спросила Лиза. – Андрюша, это ужасно. Это не учения…
– Успокойся. – Я обнял жену, прижался губами к ее щеке. – Скоро все разъяснится. Солдаты выполняют свой долг. У них разговор короткий: «Закрой дверь, у нас приказ никого не выпускать».
Тут меня осенило, что надо срочно связаться с дежурной частью УВД и узнать, что же на самом деле происходит.
– Лиза, я сейчас, я быстро!
Я обулся, вышел в подъезд, поднялся на четвертый этаж.
«Даже если операторы дежурной части находятся под контролем военных, то они обязаны будут ответить на звонок. Если они работают под дулами автоматов, то по голосу я пойму, что случилось что-то очень и очень серьезное».
– Кто там? – ответил на мой стук в дверь старушечий голос.
– Нина Павловна, это я, Андрей Лаптев с третьего этажа. Нина Павловна, мне на работу срочно позвонить надо.
Щелкнув давно не смазанным врезным замком, старушка открыла дверь.
– Звони, коли надо.
Я поднял трубку телефона. Ни гудков, ни щелчков. Тишина.
«Ленинский план революции, – пронеслось в голове. – Почта, телефон, телеграф. Лихо работают, ничего не скажешь! Это не учения. На обычных учениях телефонную связь отключать не будут. Вдруг у кого сердце прихватит, а в «Скорую помощь» позвонить нельзя».
– Нина Павловна, у вас телефон не работает. Давно сломался?
– Вчера вечером звонила. – Старушка взяла у меня трубку, прислушалась. – Андрей, ты не знаешь, как телефонного мастера вызвать?
– Приеду на работу, позвоню в мастерскую, вызову к вам специалиста.
Я спустился к себе. Лиза стояла у окна, наблюдая за маневрами на улице.
– Там ваша машина приехала, – сказала она.
«Нашей» машиной оказался автомобиль отдела охраны Кировского РОВД. Он остановился в дальнем углу двора, постоял с минуту и умчался в неизвестном направлении.
Через полчаса за окном взвыла и смолкла сирена. Металлический голос из громкоговорителей проезжавшего по двору военного автомобиля сообщил:
– Граждане! Учения закончены. Можете выходить из домов и открывать окна.
– Вот и все, – сказал я. – Это были просто учения. Как придешь на работу, позвони мне. Просто так позвони, чтобы я знал, что у тебя все в порядке.
Выйдя во двор, я увидел, как солдаты проворно забираются в кузов грузовика. Только сейчас я заметил, что у каждого из них через плечо была перекинута сумка с противогазом.
«Если бы это на самом деле были учения по гражданской обороне, то солдаты должны были быть в противогазах. С другой стороны, какие, к черту, противогазы! Как бы они в противогазах людей по подъездам загоняли? Мычали бы сквозь резину?»
Рассмеявшись от собственных мыслей, я бодро зашагал вперед. Подходить к офицеру и жаловаться на хамство его солдат я не стал. Бесполезное дело. Для офицера внутренних войск его солдаты как дети родные, а я – гражданский чужак. Он даже слушать меня не станет. Отмахнется, как от назойливой мухи: «Напишите жалобу на имя руководителя учений». Вот и весь сказ! Коротко и по-военному точно.
У автобусной остановки, посредине проезжей части, стоял армейский грузовик с затянутым тентом кузовом. Солдаты, весело переговариваясь между собой, толпились у заднего борта, курили, сплевывали на асфальт. Водитель грузовика возился под капотом. В кабине сидел ко всему безучастный офицер.
«Вот так учения! – подумал я. – Даже технику как следует не приготовили».
Объезжая по встречной полосе столпившийся за грузовиком транспорт, к месту поломки армейского грузовика подъехала сверкающая полированными боками «Тойота». С пассажирского места вылезла пожилая нерусская женщина в черной, монашеского покроя, одежде. Она что-то крикнула солдатам на неизвестном языке, стала жестами показывать, чтобы они ушли с проезжей части и дали возможность обогнуть грузовик. Солдаты дружно и весело закричали ей в ответ: «По тротуару объезжай!» Разозленная женщина вернулась в «Тойоту», опустила со своей стороны стекло. Ее автомобиль аккуратно протиснулся между бордюром и сломанным грузовиком. Поравнявшись с солдатами, в открытое окно женщина что-то крикнула и показала воякам интернациональный неприличный жест. Пока опешившие солдаты приходили в себя, водитель иномарки дал по газам и умчался вдоль по улице.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?