Читать книгу "Пока не закончатся звезды"

12
От плохого к худшему

Майя

В десять часов моя смена подходит к концу, и Лиам покидает бар. Затаив дыхание, я провожаю его взглядом, а затем приступаю к уборке. Закрывает бар сегодня Лиза, которой придется задержаться еще на несколько часов, и я хочу облегчить ей задачу. Закончив, я снимаю фартук и кладу его в сумку. Лиза подходит попрощаться. Она выше ростом, на ее плечи спадают темные волосы.

– До завтра, – говорю я на прощание.

– Жду не дождусь. Тебе предстоит долгий рассказ. – Она грозит мне пальцем. Затем поворачивается к подошедшему Дереку: – И тебе пока, неудачник.

Он ворчит, а я улыбаюсь. Последние полчаса Лиза пыталась выудить из меня информацию о моих предполагаемых отношениях с Лиамом. И она явно не собирается отставать. Кроме того, Лиза не хуже меня умеет издеваться над Дереком. Надеюсь, она видит во мне не только напарницу. Я бы хотела с ней подружиться.

Друг мне не помешает.

Собрав свои вещи, я выхожу из бара. Стемнело и похолодало на несколько градусов. Я обхватываю себя за плечи, чтобы согреться, и осматриваюсь. Часть меня надеялась, что Лиам уехал, но другая часть с облегчением понимает, что он все еще здесь. Он припарковался перед баром и смотрит на меня, прислонившись к своей дорогущей машине. Желудок нервно сводит, но отступать некуда: нравится мне это или нет, но я должна нести ответственность за свои поступки. Я делаю шаг навстречу, и тут сзади доносится голос:

– Тебя подвезти?

Я оборачиваюсь и с отвращением смотрю на Дерека.

– Что ты сказал? – Надеюсь, это шутка.

– Ты не обязана садиться к нему в машину. Если не хочешь возвращаться одна, я могу подвезти тебя.

– Все в порядке? – Это Лиам.

Внезапно он оказывается позади меня, куда ближе, чем я думала. Он кладет мне руку на талию, и пульс подскакивает, но я пытаюсь не подавать виду. По легенде, Лиам мой парень, и я не могу отстраниться.

Краем глаза смотрю на Дерека. Тот закатывает глаза.

– Я же сказал, что отвезу тебя домой. Пошевеливайся.

Я морщусь.

Однако вместо меня отвечает Лиам.

– Ты что, шутишь? – с изумленным видом спрашивает он.

– Какие-то проблемы? – рычит на него Дерек.

– Успокойся, чувак. Ты должен беспокоиться не обо мне, а о ней. И в следующий раз разговаривай с ней уважительно. Не стоит наживать врага в ее лице. – Лиам слегка тянет меня назад за талию. – Пойдем, Майя, – говорит он мягким голосом.

Стараясь не обращать внимания на прикосновение его пальцев к моей коже, я киваю и следую за ним к машине, а Дерек шипит нам вслед:

– Да пошел ты, клоун.

Потом я понимаю, что осталась наедине с Лиамом, и желудок сжимается сильнее. Фары мигают, когда он открывает машину и отпускает меня, чтобы сесть за руль. Он выжидающе смотрит на меня, но я не двигаюсь. Заметив мои сомнения, он тянется к пассажирскому сиденью и открывает передо мной дверь. Я сажусь: выбора у меня нет.

Салон безупречен и пахнет сосновым освежителем воздуха. Я аккуратно захлопываю дверь, боясь что-нибудь сломать. Лиам продолжает коситься на меня, отчего мне становится не по себе.

– Ты помнишь, где я живу? – спрашиваю я, откашлявшись.

К моему удивлению, он кивает.

– Я оттуда и приехал. Пристегнись.

– В смысле?.. – Я хмурюсь и качаю головой. – Погоди, откуда ты знаешь, что я здесь работаю?

– Я приехал к тебе домой, и мне дали этот адрес. – Лиам заводит двигатель. – Ремень, Майя, – настаивает он.

Я подчиняюсь. Мне не нравятся машины, потому что они напоминают мне об аварии. Я боюсь быть пассажиром не меньше, чем водить самой. Однако первый вариант предпочтительнее, потому что тогда меня хотя бы не настигнет паническая атака за рулем. Мой пульс учащается, когда мы трогаемся, но разум продолжает твердить, что ничего не случится. Лиам проехал почти триста километров по шоссе, и никаких происшествий не было. Мы будем в порядке.

– С кем ты разговаривал? – спрашиваю я, чтобы отвлечься.

– С твоим отчимом.

– Стив мне не отчим, – сухо отвечаю я. Он искоса бросает на меня взгляд, но затем снова сосредотачивается на дороге. Я сглатываю. – Ты не знаешь, они все еще дома или?..

– Они садились в машину, так что, думаю, нет.

Остаток поездки проходит в молчании.

В последнее время я почти не вижу маму. В то утро, когда я заплатила Нэнси, она вернулась домой с похмельем, которое затуманило ей мозг. Она не помнила ничего из случившегося накануне: ни ссоры, ни того факта, что отдала все наши деньги уроду, который плохо с ней обращается. Она легла на кровать и долго спала. А когда очнулась, то выглядела такой измученной, что мне расхотелось что-либо говорить.

И я промолчала – как и всегда.

Мама снова стала исчезать, как это было до «расставания» со Стивом. Вчера она уехала в полдень и вернулась под утро. Наверняка так же будет и сегодня. Я не знаю, ни куда они едут, ни с кем, и меня это ужасно беспокоит. Мне не нравится этот человек. Не нравится, как он выглядит, как ведет себя, не нравится его окружение. Мне страшно. Я не хочу, чтобы он причинил маме боль.

Я не могу потерять и ее. Я пытаюсь удержать ее, но она никогда меня не слушает.

Дорога до моего района не занимает много времени. Припарковавшись перед домом, Лиам выключает двигатель. Машины Стива поблизости нет, так что, видимо, они уехали. Никто из нас не шевелится; мы сидим в темноте и молчим, и я даже не осмеливаюсь посмотреть Лиаму в лицо. Ничто не оправдывает мой поступок. Я повела себя как эгоистка и плохой человек и заслужила его гнев, но это непросто.

Я нервно откашливаюсь.

– Ты можешь зайти. Нас никто не побеспокоит.

Лиам смотрит на меня в упор. От этого мне не по себе, но я не позволю себя запугать. Наш зрительный контакт длится несколько секунд, затем он кивает и выходит из машины. Я снова могу дышать.

Выйдя из машины, я подхожу к двери и вожусь с замком, чувствуя затылком его взгляд. Дома и правда никого. В последнее время кажется, что я живу тут одна, а ведь раньше нас было четверо. Я включаю свет в прихожей, и Лиам закрывает за нами дверь. Из опасения, что мама оставила в гостиной беспорядок, я веду Лиама к себе в комнату.

Как обычно, моя спальня – единственный оплот порядка. Я прихожу сюда, когда мне нужно сбежать от хаоса, в который превратилась моя жизнь. Я кладу сумку на стол, но не снимаю куртку, потому что в доме холодно, а мы не можем позволить себе включить отопление. Лиам тем временем рассматривает звезды на потолке. Сглотнув, я сажусь на кровать.

Он переводит взгляд на меня.

– Итак? – говорит он, и моя инстинктивная реакция – защита:

– Итак – что?

– Ты ничего не хочешь сказать?

– Но ведь это ты настоял на разговоре.

– Я даю тебе шанс объясниться, и вот как ты себя ведешь? Я думал, ты хотя бы раскаиваешься.

– А кто сказал, что это не так?

– Твое поведение.

Его голос полон разочарования. Я чувствую, как к горлу подкатывает комок, но притворяюсь, будто все в порядке.

– А что тут скажешь, Лиам? – говорю я, осознавая, как жестоко это прозвучит. – Дело сделано. Это не конец света.

– Я доверился тебе, а ты разрушила мою репутацию. Ты испортила все, над чем я работал долгие годы. Ты хоть представляешь, какие комментарии я получил? Все эти гневные сообщения, упреки, оскорбления?..

Еще как представляю. Утром, после выхода статьи, я зашла на его страницу в надежде, что последствия окажутся не такими ужасными. Но от увиденного меня затошнило, и я возненавидела себя еще больше. Однако я не собираюсь говорить об этом Лиаму.

– Ты знал, чем рискуешь, когда рассказывал мне, – отвечаю я.

Не в силах смотреть ему в лицо, я подхожу к столу и начинаю перебирать бумаги в отчаянной попытке отвлечься. Однако становится только хуже, потому что он подходит и берет меня за руку, разворачивая к себе. От его близости сбивается дыхание.

– Скажи мне, почему ты это сделала, – требует он.

Сглотнув, я отдергиваю руку.

– Неважно.

– Ты так сильно меня ненавидишь? – настаивает Лиам. Он выглядит обиженным и растерянным. – Знаю, что я не самый лучший человек в мире, но я вроде бы не сделал тебе ничего плохого, и это…

– Давай закроем эту тему.

– Что? – он качает головой. – Как это «закроем тему»? Ты понимаешь, что это значит? Адам в ярости, и если раньше он просто меня контролировал, то теперь вообще не оставит меня в покое. Кроме того, он хочет отомстить. Тебе надо было быть осторожнее, Майя. Как только Адам узнает твое имя, он сделает все, чтобы уничтожить тебя в суде.

И тут меня охватывает паника. Он правда на это способен? Почему я не подумала об этом раньше? Почему я совершаю ошибку за ошибкой?

– Ну и ладно, – просто отвечаю я.

Лиам в отчаянии.

– Может, хватит притворяться, что тебе все равно? Мы оба знаем, что ты не выстоишь. Особенно против моей семьи.

– Это не твоя проблема.

– Нет, не моя, но я постараюсь сделать так, чтобы они тебя не нашли.

Сердце бешено колотится, я поворачиваюсь и вижу в его глазах искренность и отчаяние. У меня подкашиваются ноги.

– Зачем тебе это? – спрашиваю я, сглотнув комок в горле.

– Потому что я хороший человек, в отличие от тебя.

– Ты ничего обо мне не знаешь. – Я с трудом сдерживаю слезы. Черт, не сейчас.

– За тебя говорят твои поступки. Ты натравила на меня весь мир, и тебе плевать.

– Неправда, – яростно выпаливаю я. – Мне не наплевать.

– Тогда скажи, почему ты так поступила, потому что ты постоянно…

– Я едва не потеряла крышу над головой, понятно тебе? – взрываюсь я. Точка невозврата пройдена. – Нас собирались вышвырнуть на улицу, и мне нужны были деньги. Вот почему я это сделала.

Предел достигнут. Я больше не могу сдерживать слезы. Ненавижу плакать перед кем-то, поэтому стираю их рукой. А Лиам просто смотрит на меня, не зная, что сказать.

– Я не… я не знал, что…

– Я работаю целыми днями и зарабатываю гроши. Этого едва хватает на аренду. Я доверилась матери и отдала ей твои деньги, чтобы она заплатила хозяйке, и знаешь, что она сделала? Она вручила их этому уроду, своему парню, ему на выпивку не хватало. Ну и вот. Мы остались ни с чем. Хозяйка пригрозила вызвать полицию, если не получит плату, потому что мы задолжали уже за несколько недель. Моя жизнь – дерьмо, Лиам. Ты это мечтал услышать? Что у меня все плохо?

Он не заслуживал моего гнева, но за последние дни случилось столько всего, о чем я молчала, что я не выдержала. Я рыдаю, и не могу остановиться. Жалкое зрелище. Я веду себя как ребенок. Сейчас Лиам кинется меня жалеть, чем лишь сильнее разозлит. Но вместо этого он говорит:

– Это не оправдание. Ты могла бы попросить денег у меня.

Мне хочется рассмеяться ему в лицо.

– Ага, конечно. И ты бы мне их дал, да? С чего вдруг? Тебе нравится заниматься благотворительностью?

– Нет, – серьезно отвечает он. – Но у тебя наверняка были другие варианты. Ты просто выбрала самый легкий путь.

Признаю, это было не лучшее решение в мире, но я не позволю ему говорить со мной так высокомерно.

– Забавно слышать это из твоих уст, когда я сделала то, на что ты не мог решиться.

– О чем ты вообще?

– Ты уже несколько месяцев состоишь в фиктивных отношениях, которые причиняют тебе боль. Теперь ты свободен, Лиам. Ты должен благодарить меня.

– О, да? И за что? За то, что ты все испортила?

– За то, что дала тебе повод покончить с этим.

Молчание. Изумленно фыркнув, он качает головой.

– Ты сохнешь по девушке, которая влюблена в твоего лучшего друга, – продолжаю я. – Ты живешь иллюзиями, но не готов их отпустить и двинуться дальше. Теперь у тебя есть шанс положить конец этой ситуации, но ты так переживаешь о чужом мнении, что наверняка спешишь вернуться в Лондон, чтобы опровергнуть слухи и заверить подписчиков в своей любви к ней. Это не я выбираю легкий путь.

Его голубые глаза пристально смотрят на меня, и, хотя мне не по себе, я не сдаюсь. Тяжело дыша в пылу спора, я твердо выдерживаю его взгляд. Мы стоим лицом к лицу, нас разделяет всего несколько сантиметров.

– Сколько они заплатили? – спрашивает он после долгой паузы.

– Какая разница?

– Этого хватило, чтобы покрыть аренду?

– Да.

– Хорошо. – Наконец он делает шаг назад, и мои легкие снова наполняются воздухом – Ты хотя бы получила свое, предав меня. Иди к черту.

Он выходит из комнаты, не сказав больше ни слова. Что-то побуждает меня броситься за ним в коридор.

– Лиам.

Но он не реагирует.

Вместо этого он идет дальше. Снова наплевав на гордость, я обегаю его и преграждаю ему путь. Затем прислоняюсь к двери, чтобы он не смог открыть ее. Я была не права. Как бы меня ни бесило, что в его жизни есть столько возможностей, которые он не использует, в этом нет его вины. Лиам пытается обойти меня, но я не даю, и он злится.

– Уйди с дороги, – приказывает он мне.

– Нет.

– Что тебе еще нужно? Разве не этого ты добивалась? Чтобы я молча ушел? Мои поздравления. Я не хочу больше никогда о тебе слышать. А теперь пусти меня.

Он подходит ближе, и я упираюсь ему в грудь руками.

– Прости.

– Этого недостаточно.

– Прости меня, – настаиваю я. – Я знаю, что мне нет оправдания, но я была в отчаянии. Это единственное, что пришло мне на ум. Ты прав. Я не должна была раскрывать твою тайну. Мне жаль, Лиам, правда жаль.

Не помню, когда я в последний раз искренне извинялась. У меня даже нет друзей, чтобы с кем-то поссориться. Я смотрю на Лиама в упор, чувствуя, как сдавливает грудь. Должно быть, он замечает искренность в моих глазах, потому что перестает меня отталкивать. Теперь, когда он замер, я отнимаю руки от его груди, и они безвольно падают.

Мы молча смотрим друг на друга, затем он сглатывает и говорит:

– Я не знаю, что делать.

В его голосе звучит такое отчаяние, что у меня разрывается сердце. Это все моя вина. Мне нужно найти способ помочь ему, и я отхожу в сторону, чтобы легче было думать.

– У тебя ведь уже был план, когда ты пришел в бар? Ты говорил про какую-то услугу.

– Не знаю, хорошая ли это идея.

– Почему? Хуже уже не будет.

– Я не хочу давать опровержений, – признается он. – Однако тогда это скажется на Мишель. Я устал от ютуба, но она не должна страдать от последствий, и поэтому…

– Поэтому что? – настойчиво спрашиваю я, когда он замолкает.

Лиам смотрит на меня.

– Я хочу, чтобы ты помогла мне полностью разрушить мою репутацию.

Я изумленно моргаю. Мне нужно время переварить его слова, а он возбужденно продолжает:

– При первой встрече ты сказала, что если меня не устраивает моя жизнь, то нужно что-то менять, и ты права. Я устал от интернета, устал от цифр, устал постоянно быть на виду… устал от всего. Я бы давно все это бросил, но Адам и мама – моя головная боль. Они никогда не позволят мне уйти без веской на то причины. – Он наблюдает за моей реакцией. – Например, если меня возненавидит весь мир настолько, что мне останется лишь исчезнуть на время.

– У тебя вроде бы уже получилось, – мрачно говорю я, но Лиам решительно качает головой. Кажется, ему на ум пришла какая-то мысль.

Он движется в сторону моей комнаты, и я тут же следую за ним.

– Нужно что-то посильнее. Что-то не связанное с Мишель. Она должна выглядеть в лучшем свете. – Он поворачивается ко мне c таким видом, будто его осенило, и говорит: – По инициативе Адама и своего агента Мишель запишет видео про то, как она меня любит. А несколько часов спустя мы сообщим прессе, что я изменил ей и встречаюсь с другой девушкой.

Мне не очень нравится его идея, учитывая, что это знакомая история.

– Лиам, все было наоборот, – осторожно напоминаю я ему.

– Но об этом знают только они, ты и я. – Он прищуривается. – Или ты и об этом рассказала?

– Нет, – быстро отвечаю я.

Но он больше не доверяет мне.

– Точно? – настаивает Лиам.

– В противном случае об этом бы уже написали. Я не сообщала подробности. Просто сказала, что ваши отношения – фикция и что я об этом знаю, потому что нашла тебя пьяным на следующее утро после твоего дня рождения.

– Последнюю часть можно было бы и опустить.

– Они хотели чего-то сочного. По крайней мере я умолчала, что ты залез в мою машину.

– Как заботливо.

– Спасибо.

– На этот раз тебе понадобятся доказательства и письменное согласие от меня на распространение информации, – продолжает он. – Журналу это не нужно, но пусть будет у тебя под рукой, если Адам попытается возбудить дело. В прошлый раз ты допустила ошибку. Всегда читай то, что написано мелким шрифтом.

Я впиваюсь ногтями в ладони. Меня охватывает паника при одной мысли, что со мной сделал бы судебный процесс. Я едва могу оплачивать счета и аренду.

– Он подаст против меня иск? – Услышав тревогу в моем голосе, Лиам быстро качает головой.

– Я позабочусь о том, чтобы этого не произошло. Но в крайнем случае для тебя лучше, если я буду на твоей стороне.

– А откуда мне знать, что ты будешь на моей стороне?

Возможно, я слишком недоверчива, но мне нужны гарантии. Лиам явно недоволен, но все равно отвечает:

– Я подпишу согласие перед тем, как ты обратишься в журнал. И добавлю задним числом ту информацию, которую ты уже им дала. Я собирался это сделать еще до того, как ты согласилась мне помочь. У тебя нет причин сомневаться во мне.

Мне неприятно это признавать, но он прав.

– Хорошо, – соглашаюсь я.

Теперь, когда вопрос решен, он кивает и застегивает куртку, а затем выходит из спальни. Я инстинктивно бегу за ним.

– Куда ты? – Я ничего не понимаю.

– В Лондон. Нам нужны доказательства, что я встречаюсь с другой девушкой. У меня есть несколько… подруг. Я договорюсь с одной из них, и мы сделаем несколько снимков. Этого должно хватить.

Он почти дошел до выхода, но я действую быстрее. Захлопнув рукой дверь, я перегораживаю ему путь. Лиам смотрит на меня в растерянности, но я и сама не понимаю, что делаю.

– Чем больше людей будет вовлечено, тем больше шансов, что все пойдет не так, – говорю я. Не хватало еще, чтобы пресса узнала, что он ищет другую подставную подружку, чтобы избавиться от Мишель.

Лиам качает головой, как будто не совсем понимает.

– Но это необходимо. Они не поверят нам без доказательств. Если мы хотим, чтобы это сработало, я должен…

– Я сделаю это.

Внезапно замолчав, он устремляет взгляд на меня.

– Что?

От нервов у меня сводит живот.

– Я буду твоей фиктивной девушкой. Мишель уже знает меня, и это покажется более правдоподобным. Плюс нам не придется привлекать кого-то еще. Кроме того, у тебя будет способ убедиться в моей надежности, потому что я тоже окажусь под ударом. Ты же и сам понимаешь, что эту роль лучше сыграть мне.

Он изумленно ловит ртом воздух и в конце концов качает головой, будто не веря собственным ушам.

– Ты серьезно?

– Услуга за услугу, так ведь? А ты уже не раз меня выручил.

– Майя, тебе не нужно…

– Ты помог мне в ситуации с Дереком, и мне точно заплатят, когда я позвоню в журнал. Кроме того, я в ответе за новость о твоих притворных отношениях. Мне не хочется быть у тебя в долгу.

– Ты ничего мне не должна.

Но мы оба знаем, что это не так.

– Мы сделаем это или нет?

Я смотрю на него с вызовом. Проклятая гордость: я бы не оказалась в этой ситуации, если бы честно признала, что обязана ему за все, что он для меня сделал. Но мне правда нужны эти деньги от журнала, и я буду чувствовать себя еще хуже, если ничем ему не отплачу. Лиам колеблется, и на мгновение я задумываюсь: вдруг ему неловко, что люди подумают, будто он встречается со мной? Любой, взглянув на нас, поймет, что мы принадлежим к совершенно разным мирам.

Но потом он вздыхает и говорит:

– Хорошо, но ты не понимаешь, во что ввязываешься.

Лиам нервно оглядывается по сторонам, проводя рукой по темным кудрям. Кажется, он не знает, как поступить.

– Ладно, в первую очередь нам нужны доказательства, – говорит он.

Я начинаю нервничать, но стараюсь не показывать этого и думать холодной головой.

– Если ты хочешь, чтобы нас увидели Мишель и твои друзья, то у нас проблемы, потому что я не могу поехать в Лондон.

– Достаточно будет фотографии. – Он смотрит на меня и сглатывает. – Такой, чтобы казалось… ну, ты понимаешь.

Я закатываю глаза, хотя на самом деле мне не по себе.

– Можешь произнести это вслух. Обещаю, я не упаду в обморок.

– Ну что же, мечты сбываются: ты наконец-то получишь доступ к моему телу. – В его голосе слышатся беспокойные нотки, но он изо всех сил старается вернуть свой обычный шутливый настрой, и я расслабляюсь. – Каково это – осознать, что тебе выпал счастливый билет?

– Честно? Меня сейчас стошнит.

– К счастью для нас обоих, нам достаточно поиграть с перспективой. Мне нужна… – он оглядывается, – белая стена – идеально. Можно передвинуть комод? Нужно где-то разместить смартфон.

– Мы сделаем фото здесь? – Меня охватывает тревога. Я не против притворяться перед другими людьми, это обычный спектакль. Но совсем другое дело, если мы будем наедине. Я боюсь того, к чему это может привести.

Лиам уже расчищает пространство у стены.

– Да, и мы постараемся по возможности скрыть твое лицо. Лучше, если тебя никто не сможет опознать. Когда выйдет новость, охотиться станут не только за мной.

– Но я же тут ни при чем.

– Всем все равно. – Он встает перед комодом. – Ну же, помоги мне.

Следующие десять минут мы тратим на перестановку в моей спальне. Мы сдвигаем мою кровать к кровати Денеб. Придвинув комод к стене, я беру со стола несколько блокнотов, чтобы подложить их под телефон. Лиам направляет камеру на угол, и в кадр попадают только пустые стены.

– Сфотографируемся здесь, а затем я отредактирую снимок: якобы нас незаметно сняли во время вечеринки в честь моего дня рождения, – объясняет он, заканчивая настраивать смартфон.

Ух ты.

– Ты правда можешь так сделать?

– Я хорошо в этом разбираюсь. В детстве я повсюду брал с собой фотоаппарат. Почему, по-твоему, я оказался на ютубе? – Он оглядывается на меня через плечо. – Я целиком продумываю сценарий и сам делаю монтаж.

– Я думала, в вашем мире этим занимаются другие люди.

– Да, но мне нравится делать все самому. Это часть творческого процесса. – Интересно, замечает ли он, как говорит об этом? Не обращая внимания на мою задумчивость, Лиам поворачивается и оглядывает меня с ног до головы. – Тебе нужно переодеться. Никто не ходит на вечеринки в таком виде.

Какой же он все-таки засранец. Но не успеваю я сказать ему об этом, как он уже идет прямиком к шкафу. Я бегу за ним, а он распахивает дверцы и начинает рыться в моей одежде.

– Что ты себе позволяешь?

– Я твой фиктивный парень. И куда лучше тебя разбираюсь в таких вещах. Не мешай мне заниматься делом.

В конце концов я смиряюсь, потому что, как бы это меня ни раздражало, я у него в долгу. Я оглядываю себя в зеркало. На мне черные джинсы в обтяжку и обычная футболка под пиджаком. Конечно, не бог весть что, но я не знаю, что он надеется найти. Я уже открываю рот, чтобы пожаловаться, как вдруг Лиам находит добычу. Из нижнего ящика он достает черную блузку с длинным рукавом весьма откровенного фасона. К горлу подкатывает комок. Ее мне подарила сестра.

– Вау, – бормочет Лиам. Он разворачивает ее, будто пытаясь представить меня в ней, а затем поспешно убирает обратно. – Ищем дальше. Это для тебя… слишком.

– Что-что?

– Выберем что-то попроще.

– Вали из моей комнаты. Немедленно

Лиам в замешательстве поворачивается ко мне.

– Что? Почему?

– Потому что я собираюсь надеть эту блузку.

Не выношу, когда меня недооценивают. Лиам открывает рот, но в итоге просто молча выходит из спальни. Я оглядываю комнату, которая уже готова к съемке. Поверить не могу, что с таким энтузиазмом во все это ввязалась.

Не сводя глаз с двери – вдруг она неожиданно откроется, – я снимаю футболку и бросаю ее на кровать. На мне черный кружевной бюстгальтер, который просвечивает сквозь блузку. Застегнув пуговицу на шее, я распускаю волосы. Когда я снова смотрюсь в зеркало, меня одолевает странное чувство. Кажется, я впервые надела ее с момента аварии. Видя себя в отражении, я вспоминаю, какой была моя жизнь раньше, когда я встречалась с парнями и у меня были друзья, семья и люди, которым можно было позвонить, если мне казалось, что мир вокруг рушится. Мне не нравится думать обо всем, что я потеряла.

Я расчесываю волосы пальцами и, в последний раз посмотрев в зеркало, закрываю шкаф. Можно было бы накраситься, но не хочется чересчур стараться. Я окидываю комнату взглядом и, осознавая, что нужно довести дело до конца, открываю дверь спальни.

При виде меня Лиам замирает.

Его глаза словно магниты притягиваются к моему телу. Сердце пропускает удар, и температура в комнате повышается: не помню, когда в последний раз кто-то смотрел на меня вот так. Сама того не сознавая, я впиваюсь в дверь пальцами. Лиам сглатывает и переводит взгляд на мое лицо, словно сдерживается изо всех сил, чтобы не смотреть вниз.

– Годится?

– Да. – Осознав, как невежливо это звучит, он поспешно добавляет: – То есть… ну… да.

Явно взбудораженный, он проходит мимо меня в комнату, отводя взгляд. Я закрываю дверь, чувствуя дрожь в теле. Я не слепая и замечаю, когда нравлюсь парням. Но сейчас не совсем понимаю, как сама отношусь к тем чувствам, что, кажется, пробуждаю в нем. Ну почему я так нервничаю?

– Давай сделаем фото и покончим с этим, – говорит Лиам. Прислонив смартфон к стопке блокнотов на комоде, он поворачивается ко мне. – Для правильной позиции в кадре встань…

– Куда? – спрашиваю я.

– К стене.

Напряжение спадает.

– Конечно, – говорю я дрожащим голосом.

Кивнув, он отворачивается к телефону. Едва переставляя ноги, я подхожу к стене и, теряясь в догадках, что будет дальше, прижимаюсь спиной к холодному бетону. И жду. Через несколько секунд Лиам направляется ко мне. С каждым шагом расстояние между нами сокращается и в голове все громче звучит сигнал тревоги, но я заставляю себя стоять спокойно.

Он пристально смотрит мне в лицо. Мои глаза изучают его в ответ. Он впервые так близко, и мне тяжело отвести взгляд от линии его челюсти и рта. Его тонкие губы слегка приоткрыты. Черт. Ну почему в моей машине не мог уснуть обычный парень? Если бы не влечение к нему, все было бы гораздо проще.

Но у меня большие проблемы. Потому что Лиам еще даже не подошел, а мне уже хочется избавиться от одежды.

Внезапно его пальцы касаются моего лица, и напряжение нарастает. Тепло его рук завораживает меня, и сердце колотится все быстрее. Я пытаюсь что-то сказать, но не могу подобрать слова. Он тянет за прядь, заправленную за ухо, и волосы падают на щеку.

– Так тебя точно не узнают, – шепчет он.

Ах вот как? В эту игру могут играть двое. Не задумываясь, я протягиваю руку и снимаю с него кепку. Запускаю пальцы в его растрепанные кудри, придавая им форму. Только сейчас я понимаю, как давно мне этого хотелось. Его волосы мягкие и упругие, их можно трогать часами, но усилием воли я отдергиваю руки.

Наши глаза встречаются, и я оправдываюсь:

– А тебя они должны узнать. – Я кидаю нервный взгляд на телефон. – Как мы сделаем снимок?

– Я поставил телефон на запись. Мы выберем кадр, который нам понравится, а видео ты удалишь. Не хочу, чтобы тебе было неловко.

Однако мне трудно смириться с мыслью, что этот момент будет запечатлен на камеру. Мне не хочется его видеть. Не хочется, чтобы Лиам его видел. Но я киваю с напускным равнодушием. По-другому сделать снимок, не привлекая кого-то еще, было бы затруднительно. Кроме того, мое лицо будет скрыто. Да и не то чтобы кто-то мог шантажировать меня этим.

– Отлично, – говорю я.

Кивнув, Лиам поджимает губы.

– Майя, – шепчет он.

– Да?

– Подойди ближе.

Я киваю, и он резко сокращает расстояние между нами. Его губы почти касаются моих. Почти. Я задерживаю дыхание. Тишину нарушает лишь громкий стук моего сердца. Он вытягивает руку, закрывая мое лицо от камеры, и прижимает меня к стене. Мне хочется закрыть глаза, но усилием воли я продолжаю смотреть на него.

Кажется, будто мы застыли в таком положении на несколько часов. В какой-то момент Лиам свободной рукой приподнимает мой подбородок и притягивает меня еще ближе, и на секунду мне кажется, что он поцелует меня. И вопреки всему я отчаянно жажду, что так он и поступит. Между нами повисает почти болезненное напряжение. Мой взгляд падает на его губы. Не знаю, заметил ли Лиам, но он тут же отворачивается.

Похоже, я снова дышу.

– Этого должно хватить, – говорит он и делает несколько шагов назад.

Лиам изо всех сил старается казаться спокойным, но голос у него хриплый, а взгляд блуждающий. Он отвернулся, и я поддаюсь искушению рассмотреть его сзади. У него широкие и сильные плечи, и я не могу не задаться вопросом, каково это – прикоснуться к ним. О боже. Вся эта ситуация действует на меня сильнее, чем хотелось бы.

– Кажется, подойдет, – говорит он, проверяя свой телефон, хотя в его голосе чувствуется сомнение.

По-видимому, он смотрит видео, поэтому я заставляю себя подойти ближе. Ощутив мое присутствие, он напрягается, но показывает мне экран. Лиам поставил видео на паузу на одном из последних кадров, где мы стоим так близко друг к другу, что практически сливаемся. По моему телу коварно пробегает дрожь.

Однако одна деталь не дает мне покоя.

Сомнений нет, в этом кадре чувствуется взаимное притяжение. Но совершенно очевидно, что Лиам заслонил рукой наши лица в довольно жалкой попытке скрыть тот факт, что на самом деле мы не целуемся. После того как поползли слухи о том, что его отношения с Мишель – фикция, такая фотография никого не убедит. Это не сработает.

Должно быть, Лиам тоже это понял, потому что он смотрит на меня и говорит:

– Я могу попытаться отредактировать фотографию так, чтобы она…

– Давай еще раз.

К моему удивлению, он безропотно подчиняется. Снова встает напротив меня, а дальше все происходит очень быстро.

Дотронувшись ладонью до его щеки, я прижимаюсь к его губам. Электрический ток проходит по моему телу, а затем меня пронзает острое желание. Кажется, что Лиам чувствует то же самое, потому что он толкает меня назад, пока я не упираюсь спиной в стену. Наши тела прижаты друг к другу, и внутри меня что-то пульсирует. Он кладет руки мне на бедра, и его пальцы впечатываются в мою кожу. Это неправильно, но я не отворачиваюсь, когда он наклоняется, чтобы углубить поцелуй.

И то, что начиналось как притворство, внезапно перестает быть таковым.

Когда я запускаю руки в его волосы и дергаю пряди, Лиам издает стон, и у меня кружится голова. Мой разум затуманен. Я забываю о съемке и обо всех предостережениях, которые посылает мне мозг. Я могу думать только о том, как хорошо он целуется. О жаре его тела, прижатого к моему. О его руках на моих бедрах и о том, как мои пальцы пробегают по его шее и ласкают плечи. Его сильные мышцы напрягаются от моего прикосновения.

Мы целуемся до тех пор, пока не заканчивается воздух. Он отстраняется, но остается рядом, почти касаясь губами моего рта. Мы оба тяжело и неровно дышим. Наши взгляды встречаются, и от того, что я вижу в его глазах, становится еще жарче. Мне хочется поцеловать его снова.